Заключение под стражу
С этим нельзя согласиться. Приведенное положение, с одной стороны, внутренне противоречиво, а с другой стороны, неверно, тем более с учетом нынешних условий. Противоречивость же данного суждения определяется следующими двумя обстоятельствами. Безусловно, автор прав, утверждая, что условия и основания избрания мер пресечения - различные, хотя и взаимосвязанные процессуальные понятия. Однако вряд ли обосновано мнение о том, что условие порождает право применить меру пресечения. В действительности условия создают лишь ситуацию, в которой может быть реализовано право на применение меры пресечения.
Неверность, необоснованность рассматриваемой позиции состоит в том, что предъявление обвинения является общим процессуальным условием применения меры пресечения. В то время этим условием может быть только привлечение лица в качестве обвиняемого.
В исключительных случаях при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в статье 99 УПК, мера пресечения в виде заключения под стражу может быть применена в отношении подозреваемого.
Вместе с тем, обвинение должно быть предъявлено подозреваемому не позднее 10 суток с момента применения меры пресечения, а если подозреваемый был задержан, а затем заключен под стражу – в тот же срок с момента задержания. Если в указанный срок обвинение не будет предъявлено, то мера пресечения немедленно отменяется (ст. 100 УПК). В постановлении о возбуждении ходатайства, об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу должны быть указаны обстоятельства подтверждающие исключительность ситуации.
Обвинение в совершении хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 205-1, 206, 208, 209, 277, 278, 279, 281 и 360 УК РФ, должно быть предъявлено подозреваемому, в отношении которого избрана мера пресечения, не позднее 30 суток с момента применения меры пресечения, е сели подозреваемый был задержан, а затем заключен под стражу – в тот же срок с момента задержания.
Самые жесткие условия применения меры пресечения в виде заключения под стражу установлены УПК РФ в отношении несовершеннолетних обвиняемых (подозреваемых) которым данная мера пресечения может быть применена в случаях:
1) если они подозреваются (обвиняются) в совершении тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание, не превышающее десяти лет лишения свободы (ч. 4 ст. 15 УК РФ);
2) если они совершили особо тяжкое преступление, за которое установлено наказание в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет или более строгое наказание (ч. 5 ст. 15 УК РФ).
В исключительных случаях (с учетом характера и объема обвинения, степени и формы вины, обстоятельств, отягчающих ответственность и т. п.) в отношении несовершеннолетнего может быть избрана эта мера пресечения и тогда, когда он подозревается или обвиняется в совершении преступления средней тяжести (за которое наказание не превышает пяти лет лишения свободы - ч. 3 ст. 15 УКРФ).
Однако органы предварительного расследования нередко нарушают положения указанной нормы закона. Так, в нарушение требований ч. 2 ст. 108 УПК РФ дознаватель ОД ОВД Московского района г. Калининграда У. с согласия прокурора соответствующего района обратилась в суд с постановлением о возбуждении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении несовершеннолетнего Сухина В.С., 1989 года рождения, подозреваемого в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ.
5 ноября 2004 года суд Московского района г. Калининграда отказал в удовлетворении данного ходатайства, поскольку избрание меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении несовершеннолетнего, подозреваемого в совершении преступления небольшой тяжести, не предусмотрено законом
Вообще, к несовершеннолетним обвиняемым и подозреваемым заключение под стражу "применяется лишь в качестве крайней меры и в течение кратчайшего периода времени". При этом содержание под стражей по возможности должно быть заменено другими альтернативными мерами (ст. 13 Пекинских правил, утвержденных Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН от 29.11.85 г. № 40/33).
Особым условием применения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого (подозреваемого) является наличие санкции в статье Уголовного кодекса РФ, предусматривающей уголовную ответственность, наказания на срок свыше двух лет при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. При этом следует отметить, что, например, часть 1 ст. 155 Украины устанавливает более высокий ценз – три года.
Лишь в исключительных случаях эта мера пресечения может быть применена в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы и на срок до двух лет при наличии одного из следующих обстоятельств:
1) подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации;
2) его личность не установлена;
3) им нарушена ранее избранная мера пресечения;
4) он скрылся от органов предварительного расследования или от суда (ч. 1 ст. 108 УПК РФ).
Существование этого общего процессуального условия обусловлено совершенно справедливым тезисом о том, что мера пресечения в процессе расследования, когда еще не установлена виновность лица, не может быть более строгой, чем возможное уголовное наказание.
Вместе с тем на практике имеются случаи нарушения указанных выше положений. Так, дознаватель ОД ОВД Московского района г. Калининграда С. при отсутствии данных исключительных обстоятельств возбудил ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Кучера А.П., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 158 УК РФ, а дознаватель М. в отношении Шулаева А.В., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ.
Московский районный суд 26 сентября и 12 декабря 2004 года указанные ходатайства оставил без удовлетворения
В правовой литературе также были высказаны суждения о том, что следует ограничить возможность применения заключения под стражу в качестве меры пресечения только по делам об умышленных преступлениях. Поскольку необоснованное ограничение свободы допускается чаще всего по делам о преступлениях, не представляющих большой общественной опасности, постольку исключение возможности предварительного заключения под стражу при обвинении в совершении неосторожного преступления существенно усилило бы гарантии неприкосновенности личности. Это представляется вполне приемлемым.
Одним из важнейших условий применения меры пресечения в виде заключения под стражу выступает наличие в деле доказательств виновности обвиняемого, а также доказательств, достаточных для подозрения лица в совершении преступления (см. ст.ст. 140, 146 УПК РФ). Вспомним, что законность содержания под стражей определяется законностью и обоснованностью применения заключения под стражу, которая обеспечивается наличием в деле обвинительных доказательств к моменту избрания этой меры пресечения.
Эти доказательства подлежат всесторонней полной и объективной оценке независимого от того, применяется ли мера пресечения к обвиняемому или подозреваемому. По этому поводу П.И. Люблинский писал "Сила улик – это краеугольный камень, на котором построена вся система принудительных мер в процессе она вызывает ограничения в правах". Необходимо также заметить, что еще в 1919 году "Положение о полковых судах" содержало в статье 35 правило, в соответствии с которым предварительный арест допускался лишь при очевидной виновности в совершении преступного деяния.
В целом общие процессуальные условия применения меры пресечения в виде заключения под стражу базируются на общих уголовно-правовых условиях. К материально-правовым условиям в соответствии с российским уголовным законодательством относятся достижение лицом возраста наступления уголовной ответственности (ст. 20 УК РФ) и вменяемость лица, совершившего преступление (ст. 21 УК).
Среди специальных присутствуют два условия. Первое из них заключается в том, что для задержания подозреваемого свыше десяти суток требуется предъявление ему обвинения. Второе условие состоит в том, что заключение под стражу отдельных категории граждан возможно лишь при преодолении депутатского, судейского и иного иммунитета.
Так, в соответствии со ст. 450 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 24 июля 2002 г. № 98-ФЗ) судебное решение об избрании в отношении судьи Конституционного Суда Российской Федерации, судей иных судов в качестве меры пресечения заключения под стражу исполняется с согласия соответственно Конституционного Суда Российской Федерации или квалификационной коллегии судей.
Судебное решение об избрании в отношении члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы, Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации в качестве меры пресечения заключения под стражу... исполняется с согласия соответственно Совета Федерации или Государственной Думы.
Констатацией указанного отдельного условия (иммунитет) мы и ограничимся, ибо эта проблема требует специальных исследований. Обратим лишь внимание на то, что его содержание таково, что отдельные категории граждан превратились в "касты неприкасаемых" для органов, осуществляющих уголовное судопроизводство. Сегодняшний накал страстей таков, что порождает вполне обоснованные, хотя и порой несколько эмоциональные высказывания. Приведем лишь некоторые.
Так, например, А.Д. Бойков, проанализировав нормы Закона о статусе судей, пришел к выводу, что "гипертрофированный иммунитет судьи, как и депутата, поощряющий безнаказанность и безответственность его носителя, явление социально вредное, порожденное, кажется, только в России периода "демократических" преобразований".
Ю. И. Стецовский полагает, что "границы судейского иммунитета есть нарушение конституционного принципа равенства всех перед законом и судом". И. Алешина заявила даже о том, что Закон о статусе судей, закрепивший столь широкие границы независимости, не соответствует времени и т.д.
Анализ общих и специальных условий применения меры пресечения в виде заключения под стражу позволяет перейти к рассмотрению оснований применения указанной меры пресечения.
Общими основаниями для применения меры пресечения являются:
1) возбуждение уголовного дела по факту совершения преступления, за которое лицо подвергается мере пресечения;
2) предъявление обвинения данному лицу в совершении преступления;
3) в исключительных случаях наличие обоснованных подозрений в отношении данного лица в совершении преступления.
Уже было сказано о том, что подпункт "с" п. 1 ст. 5 европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод говорит в данном случае об "обоснованном подозрении", которое предполагает наличие фактов или информации, которые убеждают объективного наблюдателя, что, возможно, соответствующее лицо совершило преступление. Что же касается вопроса о степени "подозрения", то УПК РФ не предполагает, что следственные органы (органы дознания) должны уже в момент обращения в суд с ходатайством об избрании меры пресечения иметь доказательства, достаточные для предъявления обвинения и, тем более, для признания подозреваемого виновным в совершении преступления.
Более того, следует иметь в виду, что Европейский Суд, определяя "степень подозрения" как основание для применения меры пресечения в виде заключения под стражу, допускает и "более низкий порог обоснованности подозрения" при совершении особой категории преступлений (тяжких и особо тяжких - прим. авт.) (см. решение по делу Мюррей против Соединенного Королевства от 28 октября 1994г.).
Поэтому вполне обоснованным выглядит мнение В. Золотых, о том что "учитывая данную позицию Европейского Суда, а также исходя из требования ст. 99 УПК РФ, обязывающего при решении вопроса о применении меры пресечения учитывать наряду с другими обстоятельствами и тяжесть предъявленного обвинения, представляется возможным избирать подозреваемому в качестве меры пресечения заключение под стражу по делам об особо тяжких преступлениях при более низкой степени обоснованности подозрения".
Специальными основаниями применения меры пресечения являются обоснованные предположения, что обвиняемый (подозреваемый) может воспрепятствовать успешному судопроизводству по уголовному делу. Предположения должны быть основаны на фактических данных, полученных при расследовании или судебном разбирательстве уголовного дела. Это могут быть прямые доказательства намерений обвиняемого (подозреваемого):
скрыться (приобретение билетов, оформление загранпаспорта и т.д.);
продолжить преступную деятельность (показания соучастников);
воспрепятствовать производству по уголовному делу (показания потерпевших об угрозах со стороны обвиняемого и т.д.).
Чаще всего встречаются косвенные доказательства неблаговидных намерений обвиняемого (подозреваемого), к которым может относиться его предшествующее поведение, наличие судимостей, систематическое совершение преступлений, отсутствие постоянного места жительства и т.д. Указанные фактические данные должны быть отражены в материалах уголовного дела.
Следует отметить, что на судебных стадиях мера пресечения может также применяться судом для обеспечения исполнения приговора. Это основание применения меры пресечения следует считать особенно актуальным в случае вынесения обвинительного приговора о назначении наказания, связанного с лишением свободы, в отношении подсудимого, которому не применялась мера пресечения, или мера пресечения которого была не связана с изоляцией от общества.
Сравнительно-правовой анализ действующего российского уголовно-процессуального законодательства и общепризнанных принципов и норм международного права свидетельствует о том, что фактические основания применения меры пресечения, закрепленные в национальном законодательстве, соответствуют международным стандартам. Так, например, перечисленные в ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод случаи, обосновывающие законность лишения свободы, включают в себя большинство оснований для применения мер пресечения, указанных в ч. 1 ст. 97 УПК РФ. Подпункт "с" п. 1 ст. 5 Европейской конвенции гласит о том, что законным является арест лица "в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать ему скрыться после его совершения". То есть в данном случае речь идет о таких основаниях применения мер пресечения, как воспрепятствование обвиняемому скрыться от дознания, предварительного следствия или суда либо заниматься преступной деятельностью. Далее пп. "b" п. 1 ст. 5 Европейской конвенции дозволяет применять арест "за невыполнение законного решения суда или с целью обеспечения выполнения любого обязательства, предписанного законом". Поскольку отбытие уголовного наказания является законной обязанностью осужденного, то и применение меры пресечения в целях обеспечения исполнения приговора соответствует данному международно-правовому предписанию.
Практика Европейского суда по правам человека оправдывает следующие основания помещения лица под стражу в ходе уголовного судопроизводства: 1) возможность того, что обвиняемый скроется от правосудия; 2) возможность того, что обвиняемый, находясь на свободе, воспрепятствует отправлению правосудия; 3) возможность того, что обвиняемый продолжит преступную деятельность; 4) сохранение общественного порядка (предотвращение беспорядков). При этом Европейский суд по правам человека неоднократно подчеркивал, что содержание лица под стражей может быть оправданно, только если в деле есть четкие указания того, что требование защиты общественных интересов, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивает требование уважения личной свободы.
Рекомендация R(80)11 Комитета министров государствам - членам Совета Европы (принята представителями министров 27 июня 1980 г.) гласит, что при рассмотрении вопроса о необходимости заключения под стражу судебный орган должен принимать во внимание обстоятельства конкретного дела и, в частности, такие из следующих факторов, которые могут иметь отношение к делу:
- характер и тяжесть предполагаемого преступления;
- обоснованность доказательств того, что именно данное лицо совершило преступление;
- наказание, которое, возможно, будет назначено в результате осуждения;
- характер, прошлое и личные и социальные обстоятельства лица и, в частности, его связи с обществом;
- поведение лица, особенно то, как он исполнил обязательства, которые могли быть установлены в отношении него в ходе предыдущего уголовного разбирательства.
Указанные положения учитываются и российским законодательством. Так, согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определения ее вида при наличии оснований учитываются также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.
О применении указанных положений судами можно судить по анализу следующего кассационного определения.
Постановлением Владимирского областного суда от 20 июня 2006 г. мера пресечения в отношении К. с заключения под стражу была изменена на залог в размере 1 000 000 рублей.
Судебной коллегией Верховного Суда РФ в удовлетворении кассационного представления государственного обвинителя об отмене постановления суда первой инстанции отказано по следующим основаниям.
К в течение длительного времени (9 мес.) содержался под стражей, страдает гипертонией, дальнейшее содержание его под стражей может повлиять на здоровье подсудимого, который имеет постоянное место жительства, не судим. Утверждения о том, что он может оказать давление на свидетелей, воспрепятствовать производству по делу, не основаны на материал дела.
Изложенное выше позволяет сделать следующие выводы:
1. Общими основаниями для применения меры пресечения в виде заключения под стражу являются:
1)наличие возбужденного уголовного дела по факту совершения преступления, за которое лицо подвергается мере пресечения;
2) предъявление обвинения данному лицу в совершении преступления;
3) в исключительных случаях наличие обоснованных подозрений в отношении данного лица в совершении преступления
2. Специальными основаниями для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу (как и любой другой меры пресечения) являются:
а) наличие достаточных доказательств, указывающих на то, что обвиняемый (в исключительных случаях - подозреваемый):
- может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда;
- может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу;
- может продолжать заниматься преступной деятельностью (ч. 1 ст. 97 УПК);
б) необходимость обеспечения исполнения приговора (ч. 2 ст. 97 УПК).
3. К условиям избрания условия данной меры пресечения необходимо отнести:
1) заключение под стражу избирается только по судебному решению;.
2) данная мера пресечения избирается при невозможности применения другой, более мягкой меры пресечения
3) наличие обвинения (подозрения) в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок более 2 лет. Другими словами, по преступлениям небольшой тяжести (ч. 2 ст. 15 УК РФ) эта мера пресечения, как правило, не применяется. И лишь в исключительных случаях, при наличии указанных в законе обстоятельств, эта мера пресечения может быть избрана при совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет. Перечень таких обстоятельств прямо предусмотрен в ч. 1 ст. 108 УПК РФ и не подлежит расширительному толкованию.
4) к несовершеннолетнему подозреваемому или обвиняемому заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено только в том случае, если он подозревается или обвиняется в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 2 ст. 108 УПК РФ. В отношении несовершеннолетнего подозреваемою или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, за которое УК РФ предусмотрено наказание до 5 лет лишения свободы, эта мера пресечения может быть избрана лишь в исключительных случаях;
4) наличие особенностей заключения под стражу отдельных категорий лиц. Так, согласно ч. 2 ст. 450 УПК РФ судебное решение об избрании в отношении судьи Конституционного Суда РФ, судей иных судов в качестве меры пресечения заключения под стражу исполняется с согласия соответственно Конституционного Суда РФ или квалификационной коллегии судей. В отношение же члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы, Президента Российской Федерации, прекратившего исполнение своих полномочий, Уполномоченного по правам человека указанное решение суда исполняется с согласия соответственно Совета Федерации или Государственной Думы (ч. 3 ст. 450 УПК РФ).
Глава 2. Процессуальный порядок применения меры пресечения в виде заключения под стражу
2.1 Возбуждение перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу
В процессуально-правовом смысле необходимо различать содержание понятий "избрание меры пресечения" и "применение меры пресечения". В соответствии с законом понятие "избрание меры пресечения" включает в себя принятие дознавателем, следователем, прокурором, а также судом решения о мере пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого, в то время как "применение меры пресечения" - процессуальные действия, осуществляемые с момента принятия решения об избрании меры пресечения до ее отмены или изменения (п. 13 и 29 ст. 5 УПК РФ).
Поскольку заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется исключительно по судебному решению, то в законе установлены правила и процедуры ее избрания, как на досудебной стадии, так и при разбирательстве уголовного дела в суде.
В случае необходимости ее избрания следователь с согласия руководителя следственного органа, а дознаватель с согласия надзирающего прокурора возбуждают перед судом соответствующее ходатайство. В постановлении о возбуждении ходатайства указываются основания и мотивы необходимости заключения обвиняемого (подозреваемого) под стражу, а также излагаются обстоятельства, в силу которых невозможно избрать более мягкую меру пресечения.
При отказе руководителя следственного органа или надзирающего прокурора дать согласие на возбуждение перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, следователь, дознаватель вправе представить уголовное дело соответственно вышестоящему руководителю следственного органа или вышестоящему прокурору с письменным изложением своих возражений (ч. 3 ст. 39 и ч. 4 ст. 40 УПК РФ).
К постановлению о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу прилагаются материалы, подтверждающие обоснованность данного ходатайства. С учетом характера предписаний УПК РФ по этому вопросу, а также разъяснений Пленума Верховного Суда РФ указанные материалы должны содержать:
- копии постановлений о возбуждении уголовного дела и о привлечении в качестве обвиняемого;
- копии протоколов задержания, допросов подозреваемого, обвиняемого;
- имеющиеся в деле доказательства, подтверждающие наличие обстоятельств, свидетельствующих о необходимости избрания лицу меры пресечения в виде заключения под стражу (сведения о личности подозреваемого, обвиняемого, включая копии паспорта, военного билета, иных документов; справки о судимости; данные о возможности лица скрыться от следствия, об угрозах в адрес потерпевших, свидетелей и т.п.).
В тех случаях, когда в уголовном деле защитник не участвует и об этом не сделана запись в протоколе допроса подозреваемого или обвиняемого, к материалам прилагается также письменное заявление подозреваемого, обвиняемого об отказе от защитника.
При этом следует учитывать, что, поскольку основания для избрания данной меры пресечения подлежат доказыванию в ходе судебного заседания, представленные материалы должны отвечать требованиям, предъявляемым к доказательствам.
При этом следует иметь в виду, что Федеральным законом от 2 декабря 2008 г. С 226-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" была несколько скорректирована ч. 1 ст. 108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. При избрании меры пресечения в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. Согласно новой редакции названной нормы такими обстоятельствами не могут являться данные, не проверенные в ходе судебного заседания, в частности результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные в нарушение требований ст. 89 УПК РФ.
Таким образом, данным предложением законодатель акцентирует внимание правоприменителя не только на необходимости конкретизировать те основания, которые берутся за основу при избрании самой строгой меры пресечения, но и на подтверждении их доказательствами. При этом исследование таких доказательств в обязательном порядке должно быть проведено в судебном заседании. Если же возбужденное перед судом ходатайство следователя о заключении подозреваемого, обвиняемого под стражу базируется на сведениях, полученных в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий, то такие данные должны быть введены в сферу уголовного судопроизводства с приданием им статуса доказательств, после чего могут использоваться для доказывания оснований, указанных в постановлении об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу.
По другому решается данная ситуация на Украине. Так, Верховный Суд Украины полагает, что обстоятельства, в соответствии с которыми обвиняемый может быть заключен под стражу, могут содержаться как в процессуальных документах (доказательствах), так и в оперативно-розыскной информации.
Однако, как представляется, такая позиция Верховного Суда Украины вряд ли способствует установлению режима состязательности при рассмотрении ходатайств об избрании в отношении подозреваемого или обвиняемого в качестве меры пресечении заключения под стражу.
В то же время при формировании пакета материалов для представления в суд нельзя оставить без внимания вопросы обеспечения тайны следствия. Это связано с тем, что Конституционный Суд РФ в Определении от I2 мая 2003 года № 173-О по жалобе гражданина Коваля Сергея Владимировича на нарушение его конституционных прав положениями статей 47 и 53 УПК РФ прямо указал, что положения п. 12 ч. 4 ст. 47 и п. 7 ч. 1 ст. 53 УПК РФ не препятствуют обвиняемым, чьи права и свободы затрагиваются судебными решениями об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока содержания под стражей, и их защитникам в ознакомлении с материалами, на основании которых принимаются эти решения.
Поэтому при реализации данного правового установления Конституционного Суда РФ необходимо исходить из того, чтобы документальное обоснование ходатайств отвечало "требованиям разумной достаточности для их рассмотрения судом" .
Анализ судебной практики показывает, что квалификация содеянного подозреваемым, обвиняемым органами предварительного расследования чаще всего завышается: одно и то же деяние необоснованно сразу квалифицируется по различным статьям уголовного закона. На данное обстоятельство указывает и Верховный Суд РФ. Так, в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. № 1 по этому поводу изложено следующее: "В соответствии с законом заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть избрано лишь при невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения. Для решения вопроса о содержании под стражей лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое уголовный закон предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет, суду надлежит в каждом конкретном случае устанавливать, имеются ли иные обстоятельства, кроме указанных в ч. 1 ст. 108 УПК РФ, свидетельствующие о необходимости изоляции лица от общества. К таким обстоятельствам могут быть отнесены данные о том, что подозреваемый, обвиняемый может скрыться от органов предварительного расследования или суда, фальсифицировать доказательства, оказать давление на потерпевшего, свидетелей и т.п."
В свете рассматриваемых проблем возникает вопрос - вероятными или достоверными должны быть знания дознавателя, следователя, прокурора или суда, формирующие опасения, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда; продолжит заниматься преступной деятельностью; будет угрожать участникам уголовного судопроизводства, уничтожит доказательства либо иным путем воспрепятствует производству по уголовному делу.
В данной ситуации мы придерживаемся позиции, что такие знания должны быть обязательно достоверными, а не приблизительными и вероятными. "Опасение, что подозреваемый, обвиняемый может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, должно быть мотивированным, т.е. вытекать из обстоятельств данного уголовного дела, из поведения подозреваемого, обвиняемого, из его образа жизни и других характеризующих его данных, а не из абстрактных соображений, что любой подозреваемый, обвиняемый может скрыться".
Наличие оснований для заключения под стражу должно подтверждаться имеющимися в материалах уголовного дела сведениями, достоверно устанавливающими, что подозреваемый или обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, а также невозможностью применения к нему иной, более мягкой, меры пресечения. Указанные сведения носят доказательственно-прогностический характер, дающий вероятностный вывод о будущем поведении обвиняемого, подозреваемого.
На наш взгляд, такие сведения могут быть получены в результате производства следственных действий, например, в результате допроса свидетелей и потерпевших, проведения очных ставок, а также в ходе оперативно-розыскных мероприятий. Однако изучение уголовных дел показывает, что при расследовании нечасто удается получить информацию, прямо указывающую, что подозреваемый или обвиняемый намеревается скрыться от следствия и суда или препятствовать установлению истины по делу. В большинстве случаев следователю, дознавателю приходиться основывать свое решение о применении меры пресечения в виде заключения под стражу на сведениях, лишь косвенным образом указывающих на его намерения. Конечно, не представляет трудности сделать обоснованное предположение о том, что подозреваемый, обвиняемый может скрыться от следствия, если он не имеет постоянного места жительства или после совершения преступления какое-то время уже скрывался от милиции. Иногда при расследовании дела может быть получена информация о том, что подозреваемый, обвиняемый или его родственники пытаются оказать давление на свидетелей, потерпевших с целью добиться изменения их показаний в выгодную для себя сторону. Может быть также установлен факт совершения подозреваемым, обвиняемым нового преступления в период следствия или получены сведения о том, что он выражал намерение совершить новое преступление. Однако чаще всего таких конкретных данных у органов предварительного расследования не имеется, поэтому решение вопроса о необходимости применения меры пресечения в виде заключения под стражу представляет на практике значительную трудность.
Как правило, достаточные основания полагать складываются из совокупности нескольких обстоятельств, установленных по уголовному делу. В юридической литературе высказано мнение о том, что к моменту принятия решения об избрании меры пресечения должна быть установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем поведении подозреваемого либо обвиняемого в процессе расследования. Избрание же меры пресечения в виде заключения под стражу в зависимости от вероятностных, предположительных суждений органов предварительного расследования о возможном противодействии обвиняемого производству по делу нарушает конституционные гарантии прав личности.
Однако, как справедливо отмечает А.И. Карцева, такая позиция вызывает определенные возражения. Меры пресечения прежде всего выполняют превентивную, предупредительную роль. Их назначение заключается в предупреждении неправомерных действий подозреваемого или обвиняемого. Их применение в зависимости от наступления неблагоприятных последствий не соответствует сущности этого правового института.
Следователю и дознавателю необходимо иметь в виду что, в отношении несовершеннолетнего, подозреваемою или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести, за которое УК РФ предусмотрено наказание до 5 лет лишения свободы, эта мера пресечения может быть избрана лишь в исключительных случаях.
Однако, что понимать под такими исключительными случаями, законодатель не указывает. Не дано разъяснений по этому вопросу ни в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ, ни в указаниях Генерального прокурора РФ, что, безусловно, оказывает отрицательное влияние на правоприменительную практику.
В.В. Николюк и И.А. Даниленко указывают, что в данной ситуации "имеются в виду случаи, когда лицо ранее уже неоднократно совершало преступления или преступление носит групповой характер и ведущая