Заключение под стражу
Судами не всегда с достаточной полнотой исследовались основания, подтверждающие необходимость применения такой меры пресечения, как заключение под стражу. Удовлетворяя такие ходатайства, судьи в постановлениях лишь формально перечисляли указанные в ст. 97 УПК РФ основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных, исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу о том, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться, продолжать заниматься преступной деятельностью и т.д.
Более того, при отсутствии исключительных обстоятельств удовлетворялись ходатайства об избрании данной меры пресечения в отношении подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений небольшой тяжести, а также несовершеннолетних, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений средней тяжести.
Отдельные суды не выполняли требования ст. 99 УПК РФ. При решении вопроса о заключении под стражу несовершеннолетних недостаточно исследовались условия их проживания и воспитания, взаимоотношения с родителями, а в отношении подозреваемых обвиняемых женщин судами не всегда исследовался вопрос о наличии у них на иждивении несовершеннолетних детей.
Таким, в Российской Федерации суд, по справедливому замечанию С. Добровольской, во многих случаях, не вдаваясь в вопрос законности, обоснованности и необходимости ареста, чисто механически удовлетворяет ходатайство следователя.
По иному пути идет судебная практика зарубежных стран. Как отметил на проходившей 29 октября 2008 г. в г. Москве Международной конференции "Аресты предпринимателей как показатель делового климата в стране" федеральный судья Нью-Йорка Р. Леви, недостаточно того, чтобы прокурор просто пришел в суд и сказал, что обвиняемый может сбежать, или он коррумпирован, или будет препятствовать проведению следствия. Судья должен понимать, что стоит за этими словами, должен видеть доказательства. Судья оценивает, склонен ли человек к насилию, была ли у него судимость, являлся ли он в суд по повестке раньше или уклонялся от явки, задерживали ли его и т.д.
Решение о заключении обвиняемого под стражу на основе доказательств принимается и в Англии мировым судьей после слушаний в открытом судебном заседании, в ходе которых сторона обвинения и сторона защиты представляют свои аргументы и доказательства. Обвиняемый согласно Закону "О залоге" 1976 г. может быть отпущен под залог, если обвинение не докажет, что существуют основания, препятствующие суду отпустить обвиняемого под залог.
В соответствии с § 114, абзац 2, УПК ФРГ приказ об аресте должен содержать: сведения о личности обвиняемого; деяние, в совершении которого он подозревается, время и место его совершения, правовые признаки уголовно наказуемого деяния и подлежащий применению уголовный закон; основание ареста (обвиняемый скрывается, опасность побега, уничтожения, утаивания или фальсификации доказательств, повлиять на свидетелей, потерпевших, соучастников, обвиняемый затруднит установление истины и воспрепятствует расследованию); факты, которые свидетельствуют о наличии серьезных подозрений в совершении деяния и основаниях ареста, поскольку приведение этих фактов не создает угрозу государственной безопасности. К обстоятельности оснований нельзя предъявлять слишком высокие требования, поскольку дела, связанные с заключением под стражу, как правило, являются неотложными, но формальных оборотов избегают. Факты, из которых вытекает серьезность подозрения в совершении преступления, являются, как правило, доказательствами, например "в соответствии с показаниями свидетеля X".
Представляется, что для исключения пристрастности суда (судьи) при рассмотрении уголовного дела по существу, обеспечению объективности при вынесении приговора будет способствовать разграничение компетенции судей при принятии решения о мере пресечения в досудебном производстве и в ходе судебного разбирательства. "Подобное может быть достигнуто: а) путем установления для судьи запрета принимать участие в рассмотрении уголовного дела по существу, если ранее он осуществлял полномочия, предусмотренные ч. 2, 3 ст. 29 УПК РФ, по данному делу, либо б) введением должности специального судьи, компетенция которого ограничивалась бы только решением вопросов по существенному ограничению прав и свобод человека и гражданина (ч. 2 ст. 29 УПК РФ), включая проверку законности произведенного следственного действия в порядке ч. 5 ст. 165 УПК РФ в досудебном производстве, а также по рассмотрению жалоб на действия (бездействие) и решения дознавателя, следователя, руководителя следственного органа, прокурора, поданных в порядке ст. 125 УПК РФ".
Первый вариант имеет место в уголовном процессе Украины, поскольку в силу п. 2.1 ч. 1 ст. 54 УПК Украины судья не может участвовать в рассмотрении уголовного дела, если он во время досудебного расследования дела решал вопросы о проведении обыска, выемки, избрании, изменении или отмене мер пресечения, продлении сроков содержания под стражей либо рассматривал жалобы на задержание или на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела или о прекращении дела.
Второй вариант присутствует, в частности, в ФРГ и в Италии, где специальный судья осуществляет надзор за соблюдением прав и свобод личности в ходе предварительного следствия (решает вопросы по заключению лица под стражу, по временному помещению в психиатрический стационар, санкционирует телефонное прослушивание и т.д.)
Мотивированное постановление судьи направляется лицу, возбудившему данное ходатайство, и прокурору для немедленного исполнения, вручается обвиняемому (подозреваемому) и направляется в место его содержания, если он не участвовал в судебном заседании.
В случае вынесения судьей постановления об отказе в избрании этой меры пресечения повторное обращение следователя, дознавателя или прокурора в суд с ходатайством о заключении под стражу одного и того же лица по тому же делу возможно только в случае возникновения новых обстоятельств (доказательств), подтверждающих необходимость заключения под стражу подозреваемого (обвиняемого).
Если вопрос о заключении под стражу подсудимого возникает в ходе судебного разбирательства, суд по ходатайству стороны обвинения или по собственной инициативе в совещательной комнате принимает соответствующее решение, о чем выносит отдельное определение или постановление, которое подлежит оглашению в судебном заседании.
Исполнение постановления состоит в направлении (вручении) его копии, заверенной подписью и гербовой печатью, лицу, возбудившему ходатайство, прокурору, обвиняемому или подозреваемому, и подлежит немедленному исполнению органами предварительного расследования, в ведении которых находится подозреваемый или обвиняемый.
Практические вопросы исполнения постановления - освобождение лица из-под стражи либо заключения под стражу - относятся к ведению органов предварительного расследования. Реализация их допустима в помещении по месту судебного заседания.
В случае обжалования судебного решения суд, извещая об этом остальных участников, направляет материалы в вышестоящий суд.
Хотя Законом не установлены сроки представления материалов в суд кассационной инстанции, однако из смысла ст. 108 УПК РФ, определяющей сокращенные сроки судебного производства по этим материалам, следует, что указанные материалы должны направляться в вышестоящий суд не позднее 3-дневного срока со дня поступления кассационной жалобы или представления и не позднее 5-дневного срока при наличии ходатайства участников об ознакомлении с протоколом судебного заседания и рассмотрении судьей поданных ими замечаний.
2.3 Сроки содержания под стражей
Законность и обоснованность содержания обвиняемых (подозреваемых) под стражей определяется соблюдением не только различных условий и оснований избрания этой меры пресечения, но и установленных уголовно-процессуальным законом сроков содержания их под стражей. На это обстоятельство неоднократно указывалось в различных постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
Такое внимание к срокам содержания под стражей обусловлено тем, что они обладают глубоким социально-правовым смыслом и предназначены для достижения гуманных целей. Законодатель, устанавливая временные границы расследования, судебного разбирательства дела и содержания обвиняемых под стражей, исходил, как минимум из необходимости, с одной стороны, решения задач уголовного судопроизводства, а с другой, уважения прав и законных интересов обвиняемого (подозреваемого).
При исчислении срока заключения под стражу, его началом считается "момент заключения под стражу" - ч. 9 ст. 109 УПК. Это момент фактического лишения свободы передвижения обвиняемого (подозреваемого) — п. 15 ст. 5 УПК. Поэтому началом двухмесячного срока содержания под стражей следует считать начало тех суток, в которых произведено фактическое лишение свободы. Например, обвиняемый заключен под стражу в 12 часов 45 минут 12 декабря. Таким образом, двухмесячный срок действия указанной меры пресечения следует исчислять с 00 часов 12 декабря или 24 часов 11 декабря.
В срок содержания под стражей включается:
1) время, на которое лицо задерживалось по подозрению в совершении преступления. Не имеет значения, был ли перерыв между задержанием и заключением под стражу или лицо арестовано, будучи задержанным по подозрению в совершении преступления;
2) время, когда лицо находилось под стражей в качестве подозреваемого;
3) время нахождения под домашним арестом;
4) время принудительного нахождения в медицинском или психиатрическом стационаре по решению суда в связи с расследованием данного уголовного дела;
5) время, в течение которого лицо содержалось под стражей на территории иностранного государства по запросу об оказании правовой помощи или о выдаче его Российской Федерации в соответствии с международными договорами РФ и со ст. 460 УПК РФ.
В случае повторного заключения под стражу по одному и тому же, а также по соединенному с этим или выделенному из него уголовному делу срок содержания обвиняемого под стражей исчисляется с учетом времени, проведенного под стражей ранее (ч. 12 ст. 109 УПК РФ).
При возобновлении прекращенного или приостановленного дела, по которому обвиняемый содержался под стражей, в срок предварительного заключения следует включать время нахождения под стражей до прекращения или приостановления дела. А если при этом данная мера пресечения будет избрана вновь, то эти сроки также суммируются.
При возвращении уголовного дела следователю для дополнительного расследования (п. 3 ч. 1 ст. 221 УПК РФ) или прокурору судом (ст. 237 УПК РФ) срок содержания обвиняемого под стражей устанавливается на общих основаниях в соответствии со ст. 109 УПК РФ.
В отдельных случаях, предусмотренных в законе, срок содержания под стражей свыше двух месяцев может быть продлен по основаниям, указанным в ч. 2-5 ст. 109 УПК РФ.
В советские времена максимальный срок содержания под стражей равнялся по УПК девяти месяцам. Но практика с иезуитской вседозволенностью достаточно легко его обходила. Генеральный прокурор СССР при необходимости обращался (хотя закон этого не предусматривал) в Президиум Верховного Совета СССР, и тот (тоже без закона) продлял срок содержания под стражей. Такая практика исчезла только в период перестройки, когда в 1989 году максимальный срок содержания под стражей был увеличен до 18 месяцев, т.е. ровно вдвое. Это допускалось по постановлению Генерального прокурора СССР после предварительного рассмотрения вопроса на коллегии Прокуратуры СССР (ч. 2 ст. 97 УПК РСФСР). Тогда же эта статья была дополнена ч. 5, предусматривавшей, что время ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела при исчислении срока содержания под стражей в качестве меры пресечения не учитывается.
Таким образом, демократизация и гуманизация уголовного процесса, о чем столько писалось и говорилось на гребне перестройки, в самом остром вопросе - правомерном ограничении конституционного права гражданина, считающегося невиновным, на свободу и личную неприкосновенность - свелись, в конечном счете к прямо противоположному результату: срок содержания под стражей без приговора суда увеличился формально в два раза, а фактически, учитывая норму ч. 5 ст. 97 УПК РСФСР, - беспредельно. 13 июня 1996 г. эта проблема была поставлена перед Конституционным Судом Российской Федерации. В связи с жалобой В.В. Щелухина на нарушение его прав и свобод правилом ч. 5 ст. 97 УПК Конституционный Суд признал эту норму не соответствующей Конституции, но сохранил ее действие до 13 декабря 1996 г. с тем, чтобы за это время законодатель внес необходимые изменения в УПК.
В своем постановлении Конституционный Суд РФ призвал законодателя при решении рассматриваемой проблемы обеспечить "баланс интересов правосудия и прав граждан на свободу и личную неприкосновенность". К чему же пришел в поисках такого баланса законодатель? В этой непростой ситуации главными, приоритетными оказались для него не интересы отдельной личности, обвиняемой в совершении преступления и в силу этого заключенной под стражу, а интересы правосудия, точнее, следствия.
Поскольку никто и нигде не доказал, что предварительное заключение не может превышать какого-то удобного для всех и одобряемого всеми срока, поскольку советская и российская история убедительно иллюстрирует, что увеличение срока ареста с девяти месяцев до одного года и даже полутора лет не привело к развалу государства и общества, а только вызвало надоедливые стенания отдельных либералов и правозащитников, которых всегда хватало, то наименьшее зло - продлять и далее срок содержания под стражей, но более цивилизованным способом.
31 декабря 1996 г. Президент Российской Федерации подписал Закон о внесении изменений и дополнений в УПК РСФСР, суть которого свелась к следующему.
Во-первых, новая редакция ч. 2 ст. 26 УПК РСФСР, не меняя ничего по существу, сделала акцент на возможности выделения дел в отдельные производства "для завершения расследования". Иными словами, подчеркивалась необходимость, если это не мешает расследованию, дробления дел, уменьшения их объема по лицам и преступлениям. Гигантизм - одно из отрицательных явлений современного следствия, неизбежным результатом которого выступает нарушение сроков расследования и содержания под стражей.
Во-вторых, в ст. 97 УПК РСФСР были приведены в соответствие с действующим Федеральным законом "О прокуратуре Российской Федерации" наименования должностей прокуроров, уполномоченных продлевать сроки содержания под стражей. Здесь нужно отметить, что заместитель Генерального прокурора РФ вправе стал продлевать срок на полгода - с 6 до 12 месяцев, а Генеральный прокурор - еще на полгода, и уже без прежней советской квазидемократичности в виде обсуждения этого вопроса на коллегии Генеральной прокуратуры.
В-третьих, - и это самая значительная новелла - срок содержания обвиняемого под стражей мог быть продлен судьей суда субъекта Федерации сверх полутора лет еще до шести месяцев, если, по мнению соответствующего прокурора, ознакомление обвиняемого и его защитника с делом невозможно до истечения предельного срока. Судья вправе отказать прокурору, но если он с ним согласен, то срок содержания под стражей законным путем увеличивается до двух лет.
Но это еще не все. Нововведением стала возможность продления судом срока содержания под стражей еще по одной причине: в случае необходимости удовлетворения ходатайства обвиняемого или его защитника о дополнении предварительного следствия. Причем такое продление производилось, как было сказано в законе, "в том же порядке", что и продление срока на ознакомление с материалами дела.
Таким образом, оказалась вероятна и законом допустима ситуация, при которой судья продлил до шести месяцев срок на ознакомление с делом, а затем по ходатайству прокурора дал возможность следователю в течение еще такого же срока выполнять ходатайства обвиняемого или его защитника. Иными словами, юрисдикция судьи продлевать срок содержания обвиняемого под стражей, присоединенная к соответствующим полномочиям прокурора, обеспечивала их "подопечному" законных два с половиной года предварительного заключения.
Что получилось в результате? Прежний огромный предельный срок содержания под стражей, выход за который квалифицировался как нарушение конституционных прав человека, не признанного виновным по приговору суда, даже не представшего перед судом и вообще, возможно, невиновного, тогда официально превратился не в предельный, а в промежуточный, который вполне мог быть удлинен еще на целый год, но по решению не прокурора, а суда.
Коснемся теперь сегодняшней ситуации. В ст. 109 УПК РФ закреплено общее императивное требование о том, что содержание обвиняемого под стражей в стадии досудебного производства не может превышать 2 месяцев с момента его заключения под стражу до направления уголовного дела с обвинительным заключением в суд для рассмотрения по существу.
Однако в случаях, когда в срок до 2 месяцев невозможно закончить расследование и при этом отсутствуют основания для отмены или изменения меры пресечения, этот срок может быть продлен судьей районного суда либо военного суда соответствующего уровня до 6 месяцев. Для этого следователь с согласия соответствующего руководителя следственного органа возбуждает ходатайство, в котором излагают основания и необходимость продления срока содержания под стражей и направляют вместе с материалами, подтверждающими его обоснованность, в суд.
Дальнейшее продление срока содержания под стражей допускается по мотивированному ходатайству в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только ввиду особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесенному с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя, в случаях, предусмотренных ч. 5 ст. 223 УПК РФ, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации - на срок до 12 месяцев.
При необходимости продлить срок содержания под стражей до 12 месяцев и только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких или особо тяжких преступлений, следователь должен вынести постановление о возбуждении соответствующего ходатайства, согласовав его с прокурором субъекта Российской Федерации.
В ходатайстве должно быть указано:
1) в чем именно заключается особая сложность уголовного дела, например, необходимость выполнить большой объем следственных действий по многоэпизодному уголовному делу с обязательным указанием каких именно; необходимость проведения судебно-психиатрической экспертизы в условиях стационара либо в проведения других сложных судебных экспертиз, требующих более продолжительного времени и т.д.;
2) какие конкретно основания не позволяют избрать иную, более мягкую меру пресечения.
Решение принимается судьей по правилам, установленным ч.ч. 3—7 и 10 ст. 108 УПК РФ.
Продление срока содержания под стражей свыше 12 месяцев - до 18 месяцев закон допускает лишь в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений особой тяжести, по решению судьи суда субъекта Федерации или суда соответствующего уровня, принятого по ходатайству следователя, внесенному с согласия в соответствии с подследственностью Председателя Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации либо руководителя следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при соответствующем федеральном органе исполнительной власти).
Процессуальный закон называет 6-ти, 12-ти и 18 месячные сроки (в зависимости от тяжести преступного деяния: средней тяжести, тяжкое или особо тяжкое) предельными сроками содержания под стражей. Поэтому продление срока содержания под стражей свыше 6 месяцев по делам о преступлениях средней тяжести, 12 месяцев по делам о тяжких преступлениях и 18 месяцев по делам об особо тяжких преступлениях возможно только для ознакомления обвиняемого с материалами оконченного предварительного следствия.
Для принятия решения о продлении срока в данной ситуации закон устанавливает особую процедуру (ч. 5-8 ст. 109 УПК РФ), которая применяется при наличии следующих условий:
1. Материалы оконченного расследованием уголовного дела должны быть предъявлены обвиняемому, содержащемуся под стражей, и его защитнику не позднее чем за 30 суток до окончания соответственно 6-ти, 12-ти или 18-месячного срока содержания под стражей. Если это было сделано позднее, то дальнейшее продление срока содержания под стражей невозможно. По истечении предельного срока содержания под стражей обвиняемый подлежит немедленному освобождению. При этом за обвиняемым и его защитником сохраняется право на ознакомление с материалами уголовного дела.
2. Обвиняемому и его защитнику недостаточно предоставленного времени (30 суток) для ознакомления с материалами уголовного дела.
3. Отсутствуют основания для отмены или изменения данной меры пресечения.
При этом важно иметь в виду, что в данном случае ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей должно быть представлено в краевой, областной и приравненный к ним суд не позднее чем за 7 суток до истечения его срока (ч. 8 ст. 109 УПК РФ). Судья принимает решение по данному ходатайству не позднее чем через 5 суток со дня его получения.
Виды решений, принимаемых судьей по результатам рассмотрения ходатайства, закреплены в ч. 8 ст. 109 УПК РФ. Таковыми являются: 1) продление срока содержания под стражей до момента окончания ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела и направления прокурором уголовного дела в суд; 2) отказ в удовлетворении ходатайства следователя и освобождение обвиняемого из-под стражи.
Таким образом, законом не установлен конкретный максимальный срок, свыше которого содержание под стражей недопустимо. Это "компенсирует" возможность обвиняемого длительно знакомится с материалами уголовного дела, поскольку согласно ч. 3 ст. 217 УПК РФ обвиняемый и его защитник, по общему правилу, не могут быть ограничены во времени, необходимом для ознакомления с материалами уголовного дела.
В то же время следует иметь в виду, что если обвиняемый и его защитник, приступившие к ознакомлению с материалами уголовного дела, явно затягивают ознакомление с материалами уголовного дела, то на основании судебного решения, принимаемого в порядке ст. 125 УПК РФ, устанавливается определенный срок для ознакомления с материалами уголовного дела. В случае, если указанные лица без уважительных причин не ознакомились с материалами уголовного дела в установленный судом срок, следователь вправе принять решение об окончании производства данного процессуального действия, о чем выносит соответствующее постановление и делает отметку в протоколе ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела (ч. 3 ст. 217 УПК РФ).
Отдельно решается вопрос о продлении срока содержания под стражей, если он истек во время пребывания лица на территории иностранного государства по запросу об оказании правовой помощи или о выдаче Российской Федерации. При необходимости производства в отношении такого лица предварительного расследования суд вправе продлить срок содержания его под стражей, но не более чем на 6 месяцев (ч. 11 ст. 109 УПК РФ).
В отличие от срока предварительного следствия срок содержания обвиняемого под стражей в досудебном производстве, как указывалось выше, включает в себя также время с момента поступления дела с обвинительным заключением к прокурору и до направления дела в суд. Исходя из этого следует, что "арестантское" дело после окончания следствия с составлением обвинительного заключения следует направлять прокурору не позднее чем за 10 суток до истечения установленного судом срока содержания под стражей. В противном случае прокурор окажется не в состоянии воспользоваться предоставленным ему законом (ст. 221 УПК РФ) десятидневным сроком для совершения действий и принятия решения по делу, поступившему с обвинительным заключением, не нарушив установленный срок содержания обвиняемого под стражей.
Однако на современном этапе указанное выше подлежит корректировке с учетом положений, изложенных в Постановлении Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 г. № 4-П. В данном постановлении Конституционный Суд выразил правовую позицию по поводу того, что решение о заключении обвиняемого под стражу или о продлении срока содержания под стражей, принятое на стадии предварительного расследования, сохраняет свою силу после окончания дознания или предварительного следствия и направления уголовного дела в суд только в течение срока, на который данная мера пресечения была установлена.
Указанное положение требует от прокурора при утверждении обвинительного заключения и направлении уголовного дела в суд проверить, не истек ли установленный судом срок содержания обвиняемого под стражей и достаточен ли он для того, чтобы судья имел возможность принять решение о наличии или отсутствии оснований для дальнейшего применения меры пресечения заключения под стражу на судебных стадиях производства по делу.
В этой связи Генеральный прокурор РФ в распоряжении от 30 марта 2005 г. № 12-3 "О Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации" указывает, что "если к моменту направления дела в суд этот срок истекает или он оказывается недостаточным для того, чтобы судья в стадии подготовки к судебному заседанию мог принять решение о наличии или отсутствии оснований для дальнейшего применения заключения под стражу, прокурор в соответствии со статьями 108 и 109 УПК Российской Федерации обязан обратиться в суд с ходатайством о продлении срока содержания обвиняемого под стражей". При этом в соответствии с ч. 7 ст. 108 УПК РФ указанное ходатайство должно быть возбуждено перед судом не позднее, чем за 7 суток до его истечения.
Таким образом, можно сделать вывод о том, что следователь обязан направлять уголовное дело прокурору с таким расчетом, чтобы последний смог не позднее, чем за 7 суток до истечения срока содержания под стражей, возбудить перед судом ходатайство о его продлении.
Однако прокурорско-следственная практика пошла совсем по другому пути. Надзирающие прокуроры требуют направлять им уголовное дело с обвинительным заключением не позднее чем за 25 суток до истечения установленного судом срока содержания под стражей. В связи с этим реализация положений указанного выше постановления Конституционного Суда РФ ложится тяжким бременем на следователей, поскольку они лишаются значительного количества времени, в течение которого можно было бы осуществлять расследование по уголовному делу.
По окончании расследования уголовного дела собранные в нем материалы в полном объеме должны быть представлены для ознакомления обвиняемому, содержащемуся под стражей, а также его защитнику не позднее, чем за месяц до истечения предельного срока содержания под стражей.
Решение суда о продлении срока содержания под стражей на любой срок может быть обжаловано обвиняемым и его защитником в порядке, установленном в ст. 29 и 108 УПК РФ.
Имея, таким образом, возможность сравнить положения УПК РСФСР И УПК РФ в части сроков содержания под стражей, мы выяснили, что существующий предельный срок содержания под стражей обвиняемого практически в два раза превышает предельный срок, предусмотренный по закону в доперестроечные советские времена. Между тем необходимость расследования преступлений в течение полутора лет в отношении содержащегося под стражей обвиняемого вызывает сомнение.
Но какой же срок содержания под стражей в Росси может отвечать международно-правовым началам уголовного судопроизводства в части "разумности"?
По мнению ряда авторов, данному требованию вполне отвечает срок содержания под стражей, равный девяти месяцам. Аналогичный срок содержания под стражей закреплен в проектов УПК ГПУ Президента РФ (ч. 3 ст. 175) и НИИ Генеральной прокуратуры РФ (ч. 5 ст. 93). В Концепции судебной реформы в Российской Федерации предложено уменьшить предельный срок содержания под стражей при производстве расследования до шести-девяти месяцев. Авторы Концепции, как мы видим, в связи со сложностью оптимального решения данной проблемы так и не пришли к единому мнению о том, каким же должен быть это срок - шесть или девять месяцев. По указанной причине не смог однозначно определиться относительно установления максимального срока содержания под стражей И.Л.Петрухин. Данным автором предложено два варианта ограничения указанного срока: девять и восемнадцать месяцев. А.В. Смирнов и Э.К. Кутуев, ссылаясь ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которой каждый имеет право на судебное разбирательство в разумные сроки после ареста, высказываются за уменьшение предельного срока содержания под стражей на стадии предварительного расследования до шести месяцев.
Однако в Международном пакте о гражданских и политических правах, говорится не только о том, что обвиняемый имеет право на разбирательство дела в течение "разумного срока", но и о том, что обвинение должно быть рассмотрено уголовным судом без неоправданной задержки (п. 3 ст. 14). Практика же показывает, что в производстве органов расследования все чаще возникают уголовные дела с большим количеством обвиняемых и совершенных ими преступлений (заказные убийства, бандитизм, грабежи, изнасилования, экономические преступления и другие формы организованной преступности), которые практически невозможно даже при идеальной организации расследования закончить в течении девяти месяцев, не говоря уже о шестимесячном сроке. Освобождение обвиняемых из-под стражи по таким делам по истечении шести или девяти месяцев поставит под серьезную угрозу интересы и права потерпевших, свидетелей, общества в целом (лицо может скрыться, совершить новое преступление, оказать негативное воздействие на свидетелей, потерпевших), неимоверно осложнит завершение следствия и поставит под угрозу возможность судебного разбирательства.
В тоже время Европейский суд по правам человека не принимает