Соучастие в преступлении
Последним субъективным признаком выступает цель. Традиционно признается, что мотив и цель соучастников могут быть различными50.
Можно согласиться с тем, что мотивы могут быть различными, но цели не могут быть различными. При соучастии в направлении желаемого последствия всегда есть общий результат как общая цель соучастников; применительно к таким случаям у всех соучастников имеется одна цель, и она разной быть не может. Другое дело, что подобная цель может быть только промежуточной, и тогда конечные цели каждого соучастника могут расходиться (один участвовал в убийстве, чтобы избавиться от неверной супруги; другой - чтобы отомстить за отсутствие взаимности, третий - чтобы получить наследство). Если имелось соучастие в направлении побочного результата, то цель здесь как конкретизированная потребность отсутствует вообще.
Таким образом, из сказанного в этом параграфе можно заключить, что совместное участие предполагает и поведение соучастников, и их взаимную согласованность в определенной части, и результат этого поведения, т.е. по существу совместное участие уже и есть совершение преступления. Соучастие предполагает достижение какого-либо результата общими усилиями нескольких лиц, т.е. совместное участие нескольких лиц - это и есть совершение преступления в соучастии. Совместное участие с необходимостью включает в себя и функциональную связанность поведения иных соучастников с действиями исполнителя, без которых совместность участия будет явно неполной.
В этой связи термин "умышленное" повторен в определении соучастия дважды совершенно неоправданно, подобное можно было бы признать при абсолютно полном выведении действий соучастников и их результата вместе с объективной связью за пределы преступления, что означало бы ликвидацию последнего.
На основании сказанного более точным было бы следующее определение соучастия - "соучастием признается умышленное совместное совершение преступления несколькими лицами".
1.3 Виды и формы соучастия в преступлении
Анализ публикаций по проблеме соучастия, убеждает в том, что вопрос о критериях оснований классификации соучастия на виды соучастия в преступлении остается спорным, как и сама терминологическая нагрузка рассматриваемых понятий, хотя классический вариант уже сформировался соучастие, по функциональному признаку, классифицируется на соисполнительство и соучастие с распределением ролей.
Так, например В.С. Комиссаров, предлагает подразделять соучастие на виды по сопряжению с определением оснований ответственности соучастников. В связи с этим автор выделяет два вида соучастия: простое (соисполнительство) и сложное (соучастие в узком смысле слова). При простом соучастии все соучастники полностью или частично выполняют признаки объективной стороны преступления. При сложном соучастии каждый соучастник выполняет различные по своему характеру действия и является исполнителем, организатором, подстрекателем, пособником51.
Другие, например А.П. Козлов, предлагает в зависимости от выполняемых субъектами в конкретном преступлении функций соучастие подразделять на соисполнительство, соучастие с распределением ролей и смешанное соучастие.
"В некоторых конкретно совершаемых преступлениях, отмечает автор, возможно смешение этих двух видов соучастия, когда соучастие выражается и соисполнительством, и распределением ролей, т.е. объективная сторона вида преступления выполняется несколькими соучастниками-исполнителями; наряду с ними имеются и соучастники иного рода - организаторы, подстрекатели, пособники. Представляется, что такое соучастие можно назвать смешанным"52.
Далее М.И. Ковалев предлагает выделять в соучастии совиновничество и соучастие в узком смысле слова, здесь же он выделяет и соисполнительство53. Причем "соисполнительство - один из видов соучастия, а совиновничество характеризует одну из его форм"54.
Согласно позиции А.В. Ушакова существует несколько подразделений соучастия. "Первое подразделение включает в себя группу случаев с наличием лиц, не принимавших участия непосредственно в совершении преступления"55, при этом оно характеризуется четырьмя признаками: соединением усилий, как минимум, двух лиц при совершении преступления; умышленным характером такого сложения усилий при взаимной осведомленности о преступном характере поведения и его согласованности; совершением преступления как результатом сложения усилий, как минимум, двух лиц; неподпадением действий соучастников ни под одну из статей (т.е. они непосредственно не выполняли объективную сторону деяния в том виде, в каком она описана в статьях Особенной части УК. Второе подразделение - соисполнительство, при котором каждый соучастник или хотя бы один из них частично выполняет объективную сторону преступления. Третье подразделение - соисполнительство, когда все соучастники полностью выполняют объективную сторону преступления56.
Даная классификация с позиции Н.Г. Иванова признается неудачной: в ней происходит смешение родового (соисполнительство и не таковое соучастие) и видового (классы соисполнительства) уровней57.
Соисполнительство определяется большинством ученых как совместное полное или частичное выполнение объективной стороны преступления58.
Под совместным полным выполнением объективной стороны преступления понимается такое поведение нескольких исполнителей, при котором в действиях каждого из них или некоторых участников в полном объеме содержатся все признаки объективной стороны преступления.
Так, в соответствии с п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ "О судебной практике по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 131 и 132 Уголовного кодекса Российской Федерации" действия лиц, лично не совершавших насильственного полового акта или насильственных действий сексуального характера, но путем применения насилия содействовавших другим лицам в совершении преступления, следует квалифицировать как соисполнительство в групповом изнасиловании или в совершении насильственных действий сексуального характера.
Приговором Самарского областного суда А. осужден за изнасилование Г. с применением насилия к потерпевшей и другому лицу, Х. - за покушение на такое изнасилование, а Ц. - за пособничество в изнасиловании. Кроме того, все они осуждены на разбойное нападение на Г. и П. и их убийство.
В кассационном представлении государственный обвинитель просил приговор в отношении осужденных отменить, дело направить на новое судебное разбирательство, указывая, что, правильно установив фактические обстоятельства преступления, связанного с изнасилованием потерпевшей Г., суд дал им неправильную юридическую оценку. По мнению государственного обвинителя, осужденные действовали согласованно и с единым умыслом на изнасилование потерпевшей, т.е. являлись соисполнителями, поэтому действия каждого подлежат квалификации по п. "б" ч.2 ст.131 УК как изнасилование путем применения насилия и угрозы его применения к потерпевшей и другим лицам группой лиц.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ согласилась с мнением государственного обвинителя, приговор в этой части отменила и дело направила на новое судебное разбирательство, указав при этом следующее.
Как следует из приговора, в процессе совершения разбойного нападения и убийства потерпевших П. и Г. у осужденных возник умысел на изнасилование Г. С этой целью А., Х. и Ц. повалили потерпевшую на пол кухни, где Ц., преодолевая сопротивление, сорвал с нее свитер, а А. - джинсы, полностью обнажив ее тело. Воля Г. была подавлена действиями Ц., А. и Х. Затем А., применяя физическое насилие, привел Г. в комнату, где, несмотря на сопротивление потерпевшей, совершил насильственный половой акт.
После того как А. вышел из комнаты, туда прошел Х. и, несмотря на сопротивление потерпевшей, пытался совершить с ней насильственный половой акт, но не смог довести свои действия до конца по физиологическим причинам. Таким образом, действия осужденных, направленные на изнасилование Г., были совместными и согласованными59.
Согласно п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое"60, если участники указанных преступлений в соответствии с распределением ролей совершили согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления (например, лицо не проникало в жилище, но участвовало во взломе дверей, запоров, решеток, по заранее состоявшейся договоренности вывозило похищенное, подстраховывало других участников от возможного обнаружения совершаемого преступления), содеянное ими является соисполнительством и в силу ч.2 ст.34 УК не требует дополнительной квалификации по ст.33 УК.
С. признан виновным в совершении разбойного нападения группой лиц по предварительному сговору с Т. в целях завладения чужим имуществом в крупном размере с проникновением в помещение.
Как следует из приговора, С. договорился с Т. о совершении разбойного нападения на потерпевшего с распределением ролей. Согласно договоренности Т. должен был оглушить потерпевшего, чтобы тот потерял сознание, и забрать деньги, а С. - наблюдать за окружающей обстановкой и обеспечить безопасность, стоя у дверей.
Т., не ставя в известность С., взял с собой пистолет "браунинг". Во время нападения Т. выстрелил не менее трех раз из пистолета в потерпевшего. Но, поскольку после произведенных выстрелов потерпевший продолжал оказывать сопротивление и попытался задержать Т., тот убежал и вместе с С. скрылся с места преступления.
Суд квалифицировал действия С. по п. "б" ч.3 ст.162 УК.
Суд кассационной инстанции оставил приговор без изменения.
В надзорной жалобе адвокат осужденного С. ставил вопрос об изменении судебных решений и переквалификации действий С. с п. "б" ч.3 ст.162 УК на ч.3 ст.30, ч.3 ст.33, п. "в" ч.2 ст.161 УК, поскольку разбойное нападение совершил лишь один Т., а С. явился соучастником покушения на грабеж.
Президиум Верховного Суда РФ оставил приговор без изменения, а надзорную жалобу адвоката - без удовлетворения по следующим основаниям.
По смыслу уголовного закона (ст.35 УК) уголовная ответственность за разбой, совершенный группой лиц по предварительному сговору, наступает и в тех случаях, когда по предварительной договоренности между соучастниками непосредственное изъятие имущества осуществляет один из них.
Если другой участник в соответствии с распределением ролей совершал согласованные действия, направленные на оказание непосредственного содействия исполнителю в совершении преступления, содеянное им является соисполнительством.
Таким образом, действия С., заранее согласованные с Т. и связанные с оказанием помощи непосредственному исполнителю разбоя, правильно расценены судом как соисполнительство разбойному нападению.
Кроме того, поскольку разбой относится к формальному виду преступления и считается оконченным с момента нападения, действия С. обоснованно квалифицированы без ссылки на ст.30 УК61.
На практике можно столкнуться с произвольным определением понятия соисполнительства и произвольным подходом к основной позиции уголовного права: главным для любого вида преступления остается деяние, именно по нему определяется специфика вида преступления, способ же если даже он и объявлен основным признаком преступления, остается дополнительным признаком. В случае нарушения такого подхода, отмечает Р.Х. Кубов размывается понимание видов соучастников62.
Так Верховный Суд РФ по делу Шишковой не признал ее исполнителем, поскольку она лишь предоставила квартиру для разбойного нападения, баллончик со слезоточивым газом, который был использован при совершении разбоя, и уничтожила следы преступления63, хотя она в максимальной степени обеспечила возможность разбоя.
То же самое находим и в деле Л., по которому Военная коллегия определила: "Грабеж... был совершен одним А., а Л. никаких действий, образующих объективную сторону открытого похищения, не совершал, а указал лишь квартиру, в которой хранились деньги, и в подъезде этажом ниже наблюдал за окружающей обстановкой, чтобы в случае необходимости предупредить А. об опасности"64.
Таким образом, полное или частичное выполнение объективной стороны вида преступления заключается всегда в полном или частичном исполнении деяния, предусмотренного законом. Иное деяние не может составлять объективной стороны и при его совершении имеет место не соисполнение, а разделение ролей.
Вторым видом соучастия является соучастие с распределением ролей, под которым понимается совместная деятельность нескольких лиц, при которой каждый соучастник выполняет лишь свойственные ему функции (организатора, подстрекателя, пособника), отличающиеся от функций других соучастников.
Далее остановимся на формах соучастия в преступлении. Совместная преступная деятельность лиц может выражаться в различных формах, установление которых позволяет дать оценку ее характера и степени общественной опасности.
По степени согласованности (организованности) действий соучастников законодатель выделил следующие формы соучастия: совершение преступления группой лиц; совершение преступления группой лиц по предварительному сговору; совершение преступления организованной группой; совершение преступления преступным сообществом (преступной организацией).
Степени согласованности (организованности), на основе которых выделяются формы соучастия, рассматриваются с нескольких сторон: время достижения согласия, отсутствие или наличие предварительного сговора, теснота функциональных связей, степени подготовленности участников к совершению преступлений и пр.
Одним из признаков форм соучастия, который определяет его специфику, является отсутствие или наличие единства места и времени действии исполнителя и иных соучастников. Безусловно, этот признак, не имеет значения для преступного сообщества, как, впрочем, и для организованной группы, но является определяющим в других формах соучастия. По данному признаку в судебной практике наметился противоречивый подход к некоторым категориям соучастников, например, к лицам, стоящим на страже на месте совершения преступления. При совершении хищения они относятся судом к преступной группе, и их действия, как правило, создают групповое хищение. Против такой квалификации возражает Р.Р. Галиакбаров, но лишь в силу того, что она противоречит его пониманию преступной группы как соисполнительской деятельности. В то же время Р.Р. Галиакбаров констатирует такой подход судебной практики. 65 В изнасиловании указанные лица всегда оказываются за рамками преступной группы и их деяния не образуют группового изнасилования. Неоднозначность решения одной и той же проблемы очевидна.
Однако представляется, что анализируемые действия лиц всегда являются составной частью группового преступления, поскольку присутствие и соответствующие действия соучастников на месте и во время совершения преступления в любом качестве свидетельствуют о повышенной общественной опасности содеянного: преступление для таких соучастников превращается из какой-то модели общественно опасного деяния, осознаваемого и предвидимого виновным, как правило, в общих чертах, в реальное явление; у участников, находящихся на месте и во время совершения преступления, возникает основанное на возросшем количестве преступников чувство собственной объединенности, заметно увеличенной преступной силы, что делает преступление более дерзким и существенно уменьшает возможность добровольного отказа участников; при этом участие преступников в совершении преступления более действительно, степень вины значительно увеличивается и более тяжкой должна быть их ответственность.
Следующим признаком форм соучастия выступает отсутствие или наличие предварительного сговора. И последним признаком - степень сорганизованности, выраженная в различных формах соучастия - от крайне незначимой до максимально высокой. По указанным трем признакам определяют и разграничивают формы соучастия.
Перейдем к рассмотрению форм соучастия.
В соответствии с ч.2 ст.35 УК преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два и более исполнителей без предварительного сговора. Это наиболее простая форма соучастия, и она имеет место в случае, когда все участники выполняют объективную сторону состава преступления, т.е. являются соисполнителями. При этом условия и способ совершения преступления заранее ими не оговариваются.
Так, Пленум Верховного Суда РФ в п.10 Постановления "О судебной практике по делам об убийстве"66 указал, что убийство признается совершенным группой лиц, когда два или более лиц, действуя совместно с умыслом, направленным на совершение убийства, непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего, применяя к нему насилие, причем необязательно, чтобы повреждения, повлекшие смерть, были причинены каждым из них (например, один подавлял сопротивление потерпевшего, лишал его возможности защищаться, а другой причинил ему смертельные повреждения). Убийство следует признавать совершенным группой лиц и в том случае, когда в процессе совершения одним лицом действий, направленных на умышленное причинение смерти, к нему с той же целью присоединилось другое лицо.
Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления (ч.2 ст.35 УК).
Предварительный сговор может касаться любых признаков объективной стороны преступления и выражаться в любой форме, но всегда должен иметь место до начала его совершения.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ, изменяя приговор Пермского областного суда в отношении А. и З., осужденных за убийство С. и В., а также в отношении Б., З. и Г., осужденных за причинение тяжкого вреда здоровью Т., указала в своем определении, что их действия необоснованно квалифицированы как совершенные по предварительному сговору, поскольку, по смыслу закона, предварительный сговор на убийство или причинение тяжкого вреда здоровью предполагает выраженную в любой форме договоренность лиц, состоявшуюся до начала совершения действий, непосредственно направленных на лишение жизни потерпевшего или причинение тяжкого вреда здоровью.
По делу установлено, что как убийство потерпевших, так и причинение тяжкого вреда здоровью были совершены осужденными в процессе избиения потерпевших. Доказательств наличия предварительного сговора на лишение потерпевших жизни и на причинение тяжкого вреда здоровью суд в приговоре не привел, поэтому квалифицирующий признак совершения этих преступлений по предварительному сговору группой лиц подлежит исключению из приговора67.
Об этом же идет речь в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое"68, согласно которому "при квалификации действий виновных как совершение хищения чужого имущества группой лиц по предварительному сговору следует выяснить, имел ли место такой сговор соучастников до начала действий, непосредственно направленных на хищение чужого имущества, состоялась ли договоренность о распределении ролей в целях осуществления преступного умысла, а также какие конкретно действия совершены каждым исполнителем и другими соучастниками преступления".
Для квалификации преступления как совершенного группой лиц по предварительному сговору необходимо, чтобы в его совершении приняло участие не менее двух соисполнителей.
И. и Б. вступили в преступный сговор для совершения разбойного нападения на владельца автомобиля в целях завладения автомашиной и с последующим убийством водителя. При этом они распределили роли: И. должен был напасть на водителя и убить его, а Б. - управлять автомобилем. Во исполнение задуманного И. изготовил заточку, о чем уведомил Б. Позднее осужденные договорились о времени и месте совершения преступления, которое указал Б.
Реализуя свой умысел, они сели в автомобиль под управлением потерпевшего. В пути следования по требованию осужденных потерпевший остановился. После того как Б. отошел в сторону, И. напал на водителя и нанес ему заточкой три удара в грудь. От полученных телесных повреждений потерпевший скончался на месте. И. оттащил труп в канаву и уведомил Б. о совершенном убийстве, после чего осужденные завладели автомобилем и другим имуществом потерпевшего.
Суд первой инстанции осудил Б. по ч.5 ст.33, п. п. "ж", "з" ч.2 ст.105 и п. п. "б", "в" ч.3 ст.162 УК, а И. - по п. п. "ж", "з" ч.2 ст.105 и по п. п. "б", "в" ч.3 ст.162 УК.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ приговор изменила, исключила осуждение И. по п. "ж" ч.2 ст.105 УК и Б. - по ч.5 ст.33 и п. "ж" ч.2 ст.105 УК. В остальной части приговор оставлен без изменения.
Президиум Верховного Суда РФ изменил состоявшиеся судебные решения, исключил из приговора квалифицирующий признак разбоя - совершение преступления по предварительному сговору группой лиц, переквалифицировал действия Б. с п. п. "б", "в" ч.3 ст.162 УК на ч.5 ст.33 и п. п. "б", "в" ч.3 ст.162 УК. В обоснование своих выводов Президиум указал следующее.
Согласно ч.2 ст.33 УК исполнителем признается лицо, непосредственно совершившее преступление либо непосредственно участвовавшее в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями).
Судом установлено, что разбойное нападение на водителя автомашины и его убийство совершил один И., в то время когда Б. отошел в сторону. Только после этого осужденные во исполнение своего умысла на завладение автомобилем и вещами потерпевшего распорядились указанным имуществом по своему усмотрению.
Таким образом, нападение на потерпевшего совершил лишь И., а не группа лиц.
Следовательно, действия осужденных по эпизоду разбойного нападения необоснованно квалифицированы по признаку совершения преступления по предварительному сговору группой лиц.
Действия же Б., не принимавшего непосредственного участия в разбойном нападении, подлежат квалификации по ч.5 ст.33 и п. п. "б", "в" ч.3 ст.162 УК как пособничество разбойному нападению в целях завладения имуществом потерпевшего в крупном размере и причинению тяжкого вреда здоровью, но не как действия исполнителя разбоя69.
На основании вердикта присяжных заседателей суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югра Тюменской области С. признана виновной в организации, а Б. в подстрекательстве к покушению на умышленное убийство С. группой лиц по предварительному сговору.
Судом установлено, что С., действуя из корыстных побуждений, предложила Б. за материальное вознаграждение найти исполнителя для убийства ее мужа А. Вступив с С. в преступный сговор, Б. за материальное вознаграждение в 100000 руб. предложил Д. совершить убийство А.Д. согласился и к установленной дате в гараже заточил сварочный электрод и, изогнув его, с противоположной стороны сделал упор для руки, изготовив таким образом "заточку".
Однако затем Д. по собственной инициативе отказался от совершения убийства, и таким образом оно не было осуществлено по не зависящим от воли и желания С. и Б. обстоятельствам.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ изменила приговор в части квалификации действий осужденных С. и Б. в связи с неправильным применением уголовного закона, указав при этом следующее.
Суд необоснованно признал С. и Б. виновными в совершении преступления при квалифицирующем признаке - "группой лиц по предварительному сговору", поскольку в судебном заседании установлено, что умыслом С. и Б. охватывалось совершение убийства по найму только одним исполнителем, а не группой исполнителей70.
В соответствии с ч.3 ст.35 УК преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Из содержания данной нормы следует, что обязательными признаками организованной группы являются ее устойчивость и предварительная объединенность членов группы.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ исключила из приговора в отношении А., Б. и Х. их осуждение по п. "а" ч.3 ст.162 УК и квалифицирующий признак - совершение убийства организованной группой, указав при этом следующее.
Суд первой инстанции необоснованно признал, что преступления осужденными совершены в составе организованной группы.
Для признания совершения преступления организованной группой необходимо установить ее устойчивость и предварительную объединенность.
Под устойчивостью группы понимается наличие постоянных связей между ее членами и деятельность по подготовке и совершению преступлений.
Однако, как видно из материалов дела, состав участников преступлений менялся, планы преступлений не разрабатывались, распределение ролей отсутствовало. Более того, указывая в приговоре, что группа характеризовалась устойчивостью, суд не мотивировал этот вывод71.
Военная коллегия Верховного Суда РФ, изменяя приговор в отношении М. и С., осужденных за кражу чужого имущества и разбой, совершенные организованной группой, указала следующее.
Суд, давая юридическую оценку действиям виновных, связанных с кражей имущества и разбойным нападением, пришел к выводу о том, что эти преступления они совершили организованной группой.
Между тем осужденные как на предварительном следствии, так и в судебном заседании утверждали, что после совершения дезертирства они в целях приобретения одежды и денег для отъезда из Москвы совершили по предварительному сговору квартирную кражу. Поскольку похищенного имущества оказалось недостаточно, они по предварительному сговору совершили разбойное нападение на И., после чего уехали из Москвы.
Каких-либо доказательств, подтверждающих, что М. и С. заранее договорились объединиться в устойчивую организованную группу для совершения преступлений, в материалах дела не имеется. Поэтому квалифицирующий признак - совершение преступлений организованной группой подлежит исключению из приговора72.
Каждый из участников организованной группы может не принимать непосредственного участия в выполнении объективной стороны преступления. Чаще всего между ними имеет место четкое распределение функций по совершению преступлений. Между тем такое распределение не влияет на юридическую оценку их действий. Все участники организованной группы, независимо от характера их деятельности, направленной на совершение преступления, признаются соисполнителями и, согласно ч.2 ст.34 УК, несут ответственность за преступление, совершенное ими совместно, без ссылки на ст.33 УК.
Наиболее опасной и самой сложной формой соучастия является преступное сообщество.
Согласно ч.4 ст.35 УК преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких либо особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданным в тех же целях.
Таким образом, закон выделяет следующие признаки преступного сообщества: организованность, сплоченность и наличие специальной цели - совершение тяжких или особо тяжких преступлений.
Принимая во внимание высокую степень общественной опасности преступного сообщества, законодатель признал сам факт его образования самостоятельным составом преступления (ст.210 УК). Самостоятельными преступлениями признаются также создание устойчивой вооруженной группы (банды) (ст. 209 УК) и создание незаконного вооруженного формирования (ст. 208 УК).
В отличие от организованной группы преступное сообщество характеризуется более высокой степенью сплоченности и сложности внутренней структуры, тщательной конспирацией, четким взаимодействием составляющих ее групп, высоким уровнем внутренней дисциплины.
Возглавляет преступное сообщество главарь, в непосредственном подчинении которого находятся руководители отдельных преступных формирований либо руководители отдельных преступлений. Затем идут исполнители, пособники, наводчики, сбытчики и т.д.
К деятельности сообщества могут быть привлечены юристы, коррумпированные должностные лица.
Так, Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм"73 указал, что под руководством бандой понимается принятие решений, связанных как с планированием, материальным обеспечением и организацией преступной деятельности банды, так и с совершением ею конкретных нападений.
Участие в банде представляет собой не только непосредственное участие в совершаемых ею нападениях, но и выполнение членами банды иных активных действий, направленных на ее финансирование, обеспечение оружием, транспортом, подыскание объектов для нападения и т.п.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, оставляя без изменения приговор в отношении ряда лиц, осужденных за кражи чужого имущества, совершенные организованной группой в крупном размере, а также за участие в преступном сообществе, в том числе некоторых из них с использованием своего служебного положения, указала следующее.
Судом установлено, что лица, длительное время (более двух лет) принимавшие участие в преступной деятельности, разработали четкую систему действий, направленных на хищение нефтепродуктов в крупном размере. Они создали жесткую схему, согласно которой регулярно изготавливались очередные врезки в нефтепровод, изыскивались специальные транспортные средства и места сбыта похищенного, разрабатывались способы конспирации, в том числе от правоохранительных органов.
С учетом этого преступная группа обоснованно признана преступным сообществом, содеянное состоявшими в ней лицами правильно квалифицировано как участие в преступном сообществе, а действия входящих в ее состав работников милиции - как эти же деяния с использованием своего служебного положения.
В то же время по другому уголовному делу Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ отменила приговор в отношении Е. в части осуждения за создание преступного сообщества для совершения особо тяжких преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств в целях сбыта в особо крупных размерах, и руководство этим сообществом, а также А., Д. и С. в части осуждения их за участие в преступном сообществе. В обоснование своих выводов коллегия указала следующее.
В соответствии с ч.4 ст.35 УК преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено сплоченной организованной группой (организацией), созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданных в тех же целях.
Преступное сообщество предполагает наличие обязательных признаков - сплоченности и организованности. По смыслу закона под сплоченностью следует понимать наличие у членов организации общих целей, намерений, превращающих преступное сообщество в единое целое.
О сплоченности могут свидетельствовать наличие устоявшихся связей, организационно-управленческих структур, наличие финансовой базы, единой кассы, состоящей из взносов и полученного от преступной деятельности, конспирации, иерархии, единых и жестких правил взаимоотношений и поведения с санкциями за нарушение неписаного устава сообщества.
Об организованности могут свидетельствовать четкое распределение функций между соучастниками, тщательное планирование преступной деятельности, наличие внутренней жесткой дисциплины и т.д.
Между тем таких обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о сплоченности и организованности осужденных, суд в приговоре не привел.
Выводы суда о создании преступного сообщества в целях занятия наркобизнесом и создании широкой сети по сбыту наркотиков являются предположительными, основанными лишь на факте изъятия у осужденных наркотических средств в крупном и особо крупном размерах, на объеме проведенных в этих целях оперативно-розыскных мероприятий, а также на крайне противоречивых показаниях четверых осужденных по делу, которые не все знали друг друга. Ссылка суда на тяжесть совершенного преступления по незаконному обороту наркотиков сама по себе не давала оснований для квалификации действий осужденных по ст.210 УК74.
В соответствии с ч.5 ст.35 УК лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими, подлежит уголовной ответственности за их организацию и руководство ими в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК, а также за все совершенные организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) преступления, если они охватывались его умыслом. Другие участники организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) несут уголовную ответственность за участие в них в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК, а также за преступления, в подготовке и совершении которых они участвовали.
При этом