Уголовная ответственность за убийство при отягчающих обстоятельствах
Но, несмотря на сравнительно небольшой процент убийств, совершаемых по мотиву кровной мести на территории РФ, этот обычай представляет значительную общественную опасность, так как, во-первых, убийство из кровной мести может быть совершено спустя многие годы после возникновения непосредственного повода к нему; во-вторых, как я уже отмечал выше, а также, по мнению С.В.Бородина «особая опасность убийства на почве кровной мести состоит не только в самом факте убийства, но и в том, что второе убийство, совершенное на почве кровной мести, как правило, не изменяет его характера и не снимает «обязанности» с родственников второго потерпевшего мстить за убийство»69.
Убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ). В истории нашего общества отношение к корысти, да и вообще к материальным ценностям, было весьма неоднозначным. Впервые корысть вводится в число обстоятельств, отягчающих ответственность в УК РСФСР 1922 г. С момента вступления в силу первого уголовного закона советской власти и до прекращения ее существования корысть фигурирует в Общей части УК, в качестве отягчающего вину обстоятельства. Согласно ст. 39 УК РСФСР 1960 г. совершение преступления из корыстных или иных низменных побуждений относилось к обстоятельствам, отягчающим ответственность70.
Такое негативное отношение было вполне объяснимым для строя, экономическая и социальная структура которого делали закономерным то, что корысть в уголовном законодательстве выступала в качестве отягчающего вину обстоятельства. Переход к рыночной экономике, повлекший изменения в экономическом строе, вследствие интенсивного развития рыночных отношений и передачи государственной собственности в частную, посредством приватизации отразился и на законодательной оценке корысти: уголовное законодательство РФ было приведено в соответствие с современной иерархией социальных ценностей. В действующем УК РФ корысть уже не включена в число обстоятельств, отягчающих наказание (ст. 63 УК РФ). Таким образом, корыстные побуждения теперь расцениваются как отягчающие ответственность обстоятельства не «вообще», т.е. применительно ко всем составам, а строго в случаях, прямо предусмотренных конкретными статьями Особенной части УК РФ.
Не случайно УК РФ расценивает корыстное убийство как тягчайшее преступление против личности, связывая это, видимо, с высокой степенью общественной опасности убийства по корыстным мотивам, которая заключается в том, что значимость материальных благ для убийцы выше человеческой жизни. Хотя действующее уголовное законодательство России, не считает корысть обстоятельством, отягчающим ответственность, а учитывает ее только в качестве конструктивного признака отдельных составов преступлений, корыстный мотив по-прежнему остается одним из самых распространенных мотивов, который в действующем УК выполняет функцию как обязательного, так и квалифицирующего признака. Однако УК РФ не раскрывает его понятие и признаки (содержание). Российский законодатель, видимо, счел достаточным, что определение «корыстных побуждений» дано в постановлениях Пленума ВС РФ применительно к отдельным категориям дел. Так, в п. 11 постановления Пленума ВС РФ разъясняется, что как совершенное из корыстных побуждений следует «квалифицировать убийство в целях получения материальной выгоды для виновного или других лиц (денег, имущества или прав на его получение, прав на жилплощадь и т. п.) или избавления от материальных затрат (возврата имущества, долга, оплаты услуг, выполнения имущественных обязательств, уплаты алиментов и др.)»71. Этим разъяснением суды и руководствуются при рассмотрении дел об убийстве.
Важно отметить, что поскольку корысть выражает собой стремление к незаконному обогащению, а это обогащение осуществляется за счет чужих благ и интересов, постольку она всегда связана с нарушением права собственности других лиц. Однако для признания преступления совершенным из корысти не обязательно, чтобы имущество, за счет которого виновный стремится удовлетворить свои корыстные интересы, принадлежало потерпевшему. Точно также не имеет значения, получена ли фактическая материальная выгода. Важно, чтобы в основе совершения преступления лежал именно корыстный мотив. Например, убийство потерпевшего для беспрепятственного завладения имуществом третьих лиц должно рассматриваться как совершенное из корысти.
Сказанное не означает, что при корыстном убийстве категорически исключаются иные мотивы. В этом преступлении, как и в других, вполне может проявиться конкуренция либо сочетание различных мотивов (бытовой мести, злобы, зависти и т. п.). Однако в этом случае среди мотивов, вызывающих у лица решимость совершить преступление, следует различать основные (главные), придающие конкретную направленность действиям субъекта, и неглавные (дополнительные). Определив соотношение всех мотивов, можно установить тот из них, который решающим образом воздействовал на волю субъекта преступления, и в соответствии с этим выяснить целевую направленность его деятельности.
Убийство считается корыстным, если этот мотив возник у преступника до начала выполнения объективной стороны убийства. Если убийство совершено по другим мотивам, а затем виновный по внезапно возникшему умыслу завладеет имуществом потерпевшего, возможность вменения убийства из корыстных побуждений исключается. Мотив, как известно, должен предшествовать, вызывать преступление, а не следовать за ним. В частности Рарог А. И. отмечает, что «завладение имуществом убитого после лишения его жизни образует состава убийства без корыстных побуждений и состав кражи»72.
Имея один общий мотив, корыстные убийства различаются между собой по цели, то есть тому мысленному результату, к достижению которого стремится преступник. В зависимости от этого и следует делить все корыстные убийства на три вида: а) с целью завладеть имуществом или правом на него; б) с целью освобождения от обязанностей имущественного характера (уплаты долга, алиментов, несения иных расходов, удерживаемых с лица как на законном основании, так и в ситуациях, законом не регулируемых: например, с целью избавиться от уплаты долга, образовавшегося в результате азартных игр, участия в кражах и т. д.); в) убийство за вознаграждение, по найму. Этот последний вид убийства в настоящее время хоть и снизился количественно по сравнению с прошлым, но такое явление как «заказное убийство» все еще остается злободневным для нашего общества. К тому же корысть — не единственный мотив, по которому совершаются такие убийства. Специальные исследования свидетельствуют, что убийства по найму совершаются и по мотиву мести - на почве конкуренции при предпринимательстве, при разделе сферы влияния между преступными группировками, при распределении доходов73.
Убийство по найму является сложным по составу участников преступлением. Его отличительной чертой и обязательным признаком является соучастие в убийстве с распределением между соучастниками юридических ролей. «Заказчик» выступает в качестве подстрекателя либо организатора убийства, исполнителем является лицо, реализующее его замысел за определенное вознаграждение. При этом чтобы квалифицировать убийство, именно как убийство по найму, необходимо установить наличие у исполнителя корыстного мотива, отсутствие такового у других субъектов преступления на квалификацию не влияет. Вместе с тем следует заметить, что, несмотря на мотивы, характеризующие поведение организатора или подстрекателя «заказного» убийства, последние несут ответственность за соучастие именно в корыстном преступлении.
Убийство, сопряженное с разбоем, вымогательством, бандитизмом, понимается как совершение виновным двух самостоятельных преступлений: разбоя и убийства; вымогательства и убийства; бандитизма и убийства. Два последних преступления резко отличаются от убийства и потому затруднений при квалификации вызвать не могут — действия виновного должны квалифицироваться по совокупности преступлений. На это указывает и Пленум ВС РФ в своем постановлении (п.11)74. Существует точка зрения, она представлена в учебнике по уголовному праву75, согласно которой дополнительной квалификации по ст.162,163,209 УК РФ не требуется. Авторы связывают ее с новой редакцией ст. 17 УК РФ, по которой совокупность исключается, когда совершение двух или более преступлений предусмотрено статьями Особенной части УК РФ в качестве обстоятельства, влекущего более строгое наказание. Однако с такой позицией сложно согласиться, поскольку разбой, вымогательство и бандитизм не охватываются понятием «убийство». К тому же у убийства и этих преступлений разные объекты посягательства, субъективные стороны76.
Убийство же, сопряженное с разбоем, и корыстное убийство в "чистом виде" не имеют четких разграничительных признаков, в связи с чем судебной практике известны ошибки в квалификации таких деяний77.Разграничение между корыстным убийством и убийством, сопряженным с разбоем, надо проводить по объективной и субъективной сторонам состава преступления. С объективной стороны критериями разграничения следует считать способ, место и время совершения убийства. С субъективной стороны — мотив и цель. Взятые в совокупности, названные признаки позволяют разграничить анализируемые виды преступлений. Так, для квалификации убийства, сопряженного с разбоем, необходимо, чтобы обязательно было нападение (способ). Цель убийства — завладение имуществом, находящимся при потерпевшем, либо удержание только что изъятого имущества. Мотив — корысть, то есть желание получить материальную выгоду от завладения имуществом потерпевшего в момент нападения или сразу после смерти потерпевшего. Корыстное убийство «в чистом виде» по способу обычно не связано с нападением. Оно может осуществиться, например, путем дачи отравляющего вещества либо вообще путем бездействия (лишение пищи, питья парализованного или по другим причинам беспомощного человека). Хотя, в принципе, нападение тоже не исключается полностью. Кроме того, корыстное убийство может преследовать цель завладения имущественными правами, что исключено при разбое. Если же целью убийства выступает, как и при разбое, завладение имуществом, то желаемый момент достижения этой цели переносится на значительно отстоящий по времени от убийства период времени. Например, завладение личными вещами, квартирой убитого родственника через какой-то промежуток времени.
Разграничивая корыстное убийство в «чистом виде» и умышленное лишение жизни при разбойном нападении, следует обратить внимание на содержание умысла виновного по отношению к смерти потерпевшего. При разбойном нападении умысел может быть как прямым, так и косвенным, заранее обдуманным или внезапно возникшим. Субъективная сторона убийства из корыстных побуждений, по моему мнению, характеризуется только прямым умыслом. Убийство рассматривается субъектом преступления как единственный способ достижения цели завладения имуществом, имущественными правами либо освобождения от несения обязанностей материального характера.
Таким образом, критериями разграничения убийства по чисто корыстным побуждениям и убийства, сопряженного с разбоем, следует считать способ совершения преступления, цель, желаемый момент достижения цели. Взятые в совокупности, эти критерии позволят достаточно точно квалифицировать действия виновного. Так, нападение с целью завладения имуществом, находившимся при потерпевшем, соединенное с убийством, которое облегчает совершение преступления, представляет совокупность двух самостоятельных преступлений и должно квалифицироваться по ст. 162 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Что касается убийства, сопряженного с бандитизмом, то замечу, что оно может быть совершено и без корыстного мотива. В этом случае ссылка на бандитизм является, по существу, дополнительным отягчающим убийство обстоятельством, которое, как совершенно справедливо отмечает Л. Д. Гаухман, «дублирует п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ об убийстве с целью сокрытия или облегчения совершения другого преступления»78.
Убийство из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ).
Квалифицирующие убийство хулиганские побуждения известны только УК РФ и кодексам государств - участников СНГ79. Установление этого мотива вызывает особенные затруднения в практике следственных и судебных органов. В первую очередь это связано с самим содержанием хулиганского мотива.
В УК РСФСР 1926 г. хулиганские побуждения, наряду с корыстью, ревностью, были отнесены к общей рубрике «иные низменные побуждения» (п. «а» ст. 136 УК РСФСР). УК РСФСР 1960 г. в целях усиления ответственности определяет этот состав в качестве самостоятельного. Действующий УК РФ также выделяет хулиганские побуждения, как это было и в прежнем уголовном законодательстве, ставя их, наряду с корыстными побуждениями, в общий перечень обстоятельств, отягчающих наказание за убийство (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ).
Ни прежний, ни действующий уголовный закон не содержат определения хулиганских побуждений. Пленум ВС РФ в п. 12 постановления дал разъяснение убийства, совершенного из хулиганских побуждений применительно к убийству, указав, что по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК следует квалифицировать убийство, совершенное на почве явного неуважения к обществу и общепринятым нормам морали, когда поведение виновного является открытым вызовом общественному порядку и обусловлено желанием противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное к ним отношение80.
В российской уголовно-правовой доктрине вопрос определения хулиганских побуждений по-прежнему относится к числу спорных. В юридической литературе высказано мнение, что под хулиганскими побуждениями следует понимать «низменные мотивы, под влиянием которых у лица возникает намерение проявить явное неуважение обществу, пренебрежение к общественному порядку, путем бесчинства, буйства выразить свой эгоизм, надругаться над людьми, продемонстрировать свое бесстыдство, жестокость»81. Существует также точка зрения, что никаких хулиганских побуждений или хулиганских мотивов вообще не существует, а есть истероидное стремление защитить, обеспечить свое бытие, подтвердить себя в качестве социального и биологического существа, т. е. тот же мотив утверждения82. На мой взгляд, с такой позицией согласиться вряд ли возможно. Совершая убийство по хулиганским мотивам, виновный не стремится себя защитить, а получает удовлетворение от самого факта умышленного лишения жизни другого человека.
Опираясь на выводы, сделанные различными авторами, представляется возможным дать следующее определение хулиганского мотива. Хулиганский мотив - обусловленные определенными потребностями осознанные внутренние побуждения, выражающие стремление виновного лица продемонстрировать явное неуважение к обществу и продемонстрировать пренебрежение к общепринятым правилам общежития. Некоторые исследователи 83 делают вывод, что решающее значение в определении содержания хулиганских мотивов имеют личностные особенности. Однако проявляются эти мотивы под влиянием определенной жизненной ситуации, обстоятельств, сопровождающих совершение преступления.
Думается, что особенность хулиганских побуждений и совершенных на их основе действий заключается в том, что хулиганские побуждения формируются под влиянием непосредственной ситуации, это можно объяснить доминированием в психологической структуре личности определенных заложенных природой качеств и свойств, так как у двух людей, воспитанных в одинаковых условиях может быть различающаяся реакция на возникшую тождественную ситуацию. И дело не в том, что хулиганские мотивы формируются под влиянием конкретной ситуации, а в том, что человек зачастую использует ту или иную ситуацию для проявления своих внутренних, подсознательных особенностей, а иногда и создает ее.
Именно незначительный характер хулиганских побуждений делает их особенно низменными и эгоистичными, а совершенное убийство особенно тяжким. Незначительный характер хулиганских побуждений убийства нагляднее всего раскрывается через повод, с которым виновный связывает свое поведение. В убийстве из хулиганских побуждений внешне видимым основанием к совершению преступления выступает какое-либо само по себе малозначительное обстоятельство, которое находится в полном несоответствии с совершенным действием и наступившими последствиями.
Бесспорно, хулиганский мотив многолик, при этом надежный механизм «распознавания» мотивов при совершении хулиганских действий отсутствует. Все это придает названному побуждению особую сложность, в связи с чем в следственной и судебной практике допускается немало ошибок. Убийству из хулиганских побуждений часто предшествует совершение других хулиганских действий, каждое из которых разжигает и укрепляет у виновного необузданное желание показать себя, выразить свое неуважение к обществу, законам и правилам общежития. В этом смысле можно утверждать, что хулиганские действия сами по себе могут выступать как непосредственная причина совершения убийства. Однако проявление хулиганских побуждений может быть и внезапным, когда виновный до убийства не совершал хулиганских действий.
Можно отметить, что основная часть затруднений в квалификации умышленных убийств обнаруживается при решении вопроса о разграничении хулиганских убийств и убийств, совершенных по другим мотивам. В связи с этим важное значение имеют характер действий потерпевшего, находящийся в непосредственной связи с совершаемым преступлением, свойства личности виновного, в частности особенности его темперамента, характера, а также качества человеческой личности, обусловленные воспитанием, возрастом и другими обстоятельствами.
На мой взгляд, в случаях убийства даже при наличии незначительного повода присутствует в какой-то степени элемент мести: не удовлетворил желание хулигана выпить с ним, не уступил место, не дал прикурить и т. п. Но месть в таких случаях не является основным, определяющим мотивом, она по существу является проявлением хулиганских побуждений, при которых преступник готов мстить по любому, даже самому незначительному поводу, ставя свой интерес превыше всего. Поэтому для признания убийства совершенным из хулиганских побуждений необходимо полностью исключить иные мотивы, влияющие на определение поведения виновного в момент совершения преступления.
Для применения п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ важное значение имеют изучение и анализ характера действий виновного перед убийством, в момент убийства, а также после его совершения. Если убийство из хулиганских побуждений является продолжением целого ряда ранее совершенных хулиганских действий, т.е. включает два самостоятельных состава преступления - хулиганство (ст. 213 УК РФ) и убийство (ч. 2 п. «и» ст. 105 УК РФ), то налицо совокупность преступлений.
Убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ). В п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ по существу предусматриваются четыре различных вида убийства. Несмотря на определенное сходство, отдельные виды убийства, предусмотренные п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, существенно отличаются между собой. В связи с этим, на мой взгляд, представляется целесообразным разделить этот пункт на два самостоятельных: «с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение», и «сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера».
Обстоятельством, повышающим общественную опасность убийства, в данном случае служит не сам факт совершения второго преступления, а главным образом наличие особо низменной, антиобщественной цели, ради осуществления которой виновный приносит в жертву жизнь другого человека. При совершении убийства с целью скрыть другое преступление виновный ставит задачу скрыть либо уже совершенное, либо подготавливаемое преступление. Однако для признания убийства совершенным с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение не требуется ее достижения. Достаточно установить наличие такой цели на момент совершения преступления, даже если скрываемое преступление было выявлено.
Значительное число ошибок допускается судами именно при квалификации действий виновных по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ — по признаку совершения убийства с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение. Нередки случаи, когда, признавая лицо виновным в убийстве, сопряженном с разбоем, суды одновременно ошибочно квалифицируют содеянное по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Таким образом, суд как бы устанавливает, что один и тот же потерпевший дважды лишается жизни: один раз в процессе совершения разбойного нападения, и второй раз - с целью облегчения или сокрытия разбоя. Нелогичность такого подхода к правовой оценке совершенного преступления очевидна. Поэтому не случайно Судебная коллегия по уголовным делам ВС РФ в подобных случаях исключает, как правило, из приговоров осуждение виновных либо п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, либо п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Например, Судебная коллегия изменила приговор Астраханского областного суда в отношении Рамазанова, осужденного за совершение преступлений, предусмотренных п. п. «з», «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ и п. « в» ч. 3 ст. 162 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ к пятнадцати годам лишения свободы. Рамазанов признан виновным в разбойном нападении на Стрельцову с применением предмета, используемого в качестве оружия, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшей, а также в ее умышленном убийстве, сопряженном с разбоем, из корыстных побуждений, с целью скрыть другое преступление. Из описания преступного деяния, признанного доказанным, видно, что убийство Стрельцовой совершено осужденным в ходе разбойного нападения. Квалификация по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ совершенного виновным убийства определенного лица с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства, помимо указанного пункта, по какому-либо другому пункту ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства. Так как судом установлено, что убийство потерпевшей совершено при разбойном нападении, оно не может одновременно квалифицироваться по п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ. Поэтому этот квалифицирующий признак также подлежит исключению из приговора84.
Убийство, квалифицирующееся по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом. Об этом свидетельствует непосредственное указание уголовного закона на специальную цель совершения такого преступления. Как отмечает С. В. Бородин, «в данном случае цель сокрытия или облегчения совершения другого преступления определяет и характер умысла самого убийства»85.
По смыслу закона умышленное причинение смерти другому человеку надлежит квалифицировать по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ в случаях, когда квалифицирующий признак убийства — с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение — является основным мотивом убийства. Такое разъяснение дано Пленумом ВС РФ в его постановлении86. Следовательно, и я отмечал это выше на примере обзора надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ, убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого убийства помимо п. «к» по каким-либо другим пунктам ч. 2 ст. 105 УК РФ, где в качестве квалифицирующих обстоятельств указаны иные цели и мотивы. Мотив и цель преступления, как мы знаем, относятся к факультативным признакам субъективной стороны. Следовательно, обстоятельства, содержащие в себе квалифицирующие признаки, предусмотренные ч.2 ст.105 УК РФ и относящиеся к личности потерпевшего, объекту, объективной стороне преступления не исключают дополнительной квалификации помимо этих пунктов и по п. «к» ч.2 ст.105 УК РФ. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Хабаровского краевого суда правильно квалифицировала действия Баштового Д.А. по п.п. «а, к» ч.2 ст. 105 УК РФ. Обстоятельства дела таковы. 15.06.2001 г. примерно в 07 часов Баштовой находясь в квартире 60 дома 25 по улице Панфиловцев г. Хабаровска, взял на кухне нож, а на балконе молоток, подошел к спящей Овчинниковой и умышленно с целью убийства на почве сложившихся между ним и Овчинниковой неприязненных отношений, нанес ей 7 ударов ножом в область лица и шеи, а также один удар молотком по голове и убил ее. Он же 15.06.2001 г. примерно в 07 часов, находясь в той же квартире, с целью сокрытия убийства Овчинниковой СП., решил убить проживающих в указанной квартире сына Овчинниковой СП. - Симахина И.О. и мать Овчинниковой - Мусиец В.И. С указанной целью Баштовой зашел в комнату, где спал Симахин и тем же ножом, которым убил Овчинникову, нанес спящему Симахину И.О. 11 ударов в область грудной клетки и убил его. Продолжая свои действия, направленные на убийство двух человек, с целью сокрытия преступления, Баштовой подошел к проснувшейся Мусиец В.И. и нанес ей два удара молотком по голове, и множественные колото-резаные ранения и убил ее87. Таким образом, решение суда правильное и не противоречит принятым правилам квалификации подобных преступлений.
Представляется важным отметить, что, имея цель скрыть другое преступление, виновный в ряде случаев совершает более тяжкое преступление, чем скрываемое. Например, застигнутый на месте кражи совершает убийство. Это обстоятельство не имеет существенного значения. Если виновный идет на причинение смерти человеку, чтобы скрыть преступление меньшей тяжести, опасность такого убийства не снижается.
По п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ квалифицируются убийства, сопряженные с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера.
Пленум ВС РФ в п.13 постановления разъяснил, что под убийством, сопряженным с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, следует понимать «убийство в процессе совершения указанных преступлений или с целью их сокрытия, а также совершенное, например, по мотивам мести за оказанное сопротивление при совершении этих преступлений»88.
Вопрос о том, надлежит ли квалифицировать убийство, сопряженное с изнасилованием, только по п. «к» ч. 2 ст. 105 или по совокупности со ст. 131 УК РФ, в теории уголовного права относится к числу дискуссионных. Ряд авторов полагает, что «особая опасность преступления, предусмотренного п. «к» ч. 2 ст. 105, состоит в «синтезе» убийства и изнасилования и поэтому изнасилование не образует самостоятельного состава»89. Другие полагают, что «в соответствии с новой редакцией ст. 17 УК РФ убийство, сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера, должно квалифицироваться только по п. «к» ч.2 ст. 105 УК РФ и дополнительной квалификации по ст. 131 или ст. 132 УК РФ не требуется»90. По моему мнению, с такими утверждениями вряд ли можно согласиться. Если в каждом содеянном преступлении установлен его состав, то деяние должно быть квалифицировано по двум самостоятельным нормам, предусмотренным отдельными статьями Особенной части УК РФ. В данном случае обстоятельством, отягчающим ответственность за убийство, является не сам факт изнасилования, а обусловленное им побуждение совершить убийство. Хотя изнасилование и сопряженное с ним убийство и соединяются между собой по времени и месту, тем не менее, как по своему внешнему выражению, так и по внутреннему содержанию — это разные преступления, и поэтому каждое из этих преступлений должно получить самостоятельную оценку в квалификации. Поэтому целесообразно присоединиться к позиции, высказанной Пленумом ВС РФ, который в п. 13 постановления определил, что убийство, сопряженное с изнасилованием, должно быть квалифицировано по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 п. «к» ст. 105 УК РФ и ст. 131,132 УК РФ91.
Точно также трактуется убийство, совершенное после окончания насильственного полового акта или покушения на него, в целях сокрытия совершенного преступления либо по мотивам мести за сопротивление, оказанное потерпевшей при изнасиловании. Действия виновного следует квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ст. 105 УК РФ и соответствующей частью ст. 131 УК РФ. Стоит отметить, что потерпевшим при этом виде убийства могут быть не только жертва насилия, но и другие лица, которые пытались предотвратить преступление либо оказать помощь в изобличении виновного.
Убийство по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы (п. «л» ч.2 ст. 105 УК РФ). Повышенная опасность этого вида убийства обусловлена посягательством не только на жизнь человека, но и на гарантированное ст.19 Конституции РФ92 равенство прав и свобод человека и гражданина, независимо от его национальной, расовой или религиозной принадлежности. В связи с этим законодатель при определении ответственности за убийство относит мотив политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды, а также мотив ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы к обстоятельствам, отягчающим данный состав преступления. Помимо этого действия, направленные на возбуждение национальной, расовой и религиозной вражды сами по себе содержат состав преступления и влекут ответственность по ст.282 УК РФ. Стоит отметить, что официального разъяснения убийств, совершаемых по этому мотиву, Пленум ВС РФ до сих пор не дал. Хотя в последнее время в УК РФ и другие законодательные акты был