Условия гражданско-правовой отвественности за вред, причиненный источниками повышенной опасности
Безусловно, эта теория имеет важное социальное значение. Пренебрежение правилами техники безопасности владельцев источников повышенной опасности, нежелание тратить средства на оснащение современными технологиями безопасности труда, приводят часто к массовой гибели людей. Свидетельством тому могут являться заметно участившиеся случаи гибели и травматизма рабочих в подземных галереях шахт.
Однако совершенно очевидно, что человек не может контролировать полностью процесс и результаты опасных видов деятельности. Принимаемые меры безопасности могут только периодически влиять на снижение травматизма и гибели людей, но не могут полностью исключить случаи причинения вреда.
На наш взгляд, правильно связывал О.А. Красавчиков рассматриваемую ответственность с понятием риска: «…если нет вины, то, естественно, нет и ответственности. Там же, где, по указанию закона, обращенному, например, к владельцам источников повышенной опасности, то вместо ответственности возмещение вреда происходит по системе риска»71.
Как видим, автор проводил разграничение между системой ответственности (виновное причинение вреда) и системой риска (невиновное причинение вреда).
С понятием осознания риска, придавая ему субъективный фактор, К. Лиховидов обосновывал безвиновную ответственность, как «психическое отношение лица к своей или чужой деятельности, выражающееся в сознательном допущении отрицательных последствий»72.
Отсюда можно сделать вывод, что природа санкций ст. 1079 ГК РФ обусловлена двумя началами: вина делинквента – это мера ответственности, невиновные действия делинквента – это мера социальной защиты потерпевшего.
По общему правилу, обязанность доказывания по делам о возмещении вреда распределяется следующим образом:
истец обязан доказать, во-первых, причинение ему вреда и его размер; во-вторых, причинную связь между поведением причинителя и наступившим вредом;
ответчик, чтобы не допустить возложения на него ответственности, должен доказать правомерность своего поведения или свою невиновность.
Для возложения ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности суду необходимо установить лишь два фактора:
1) наличие вреда,
2) причинную связь между воздействием источника повышенной опасности и наступившими последствиями.
Вина причинителя вреда в российском гражданском праве всегда презюмируется. Не возникает проблем, когда вред причиняется совершенно очевидным воздействием источника повышенной опасности, например водитель транспортного средства сбил пешехода. В данном случае пострадавший, сославшись на соответствующее доказательство, вправе указать на факт причинения вреда владельцем источника повышенной опасности и доказать объем причиненного ущерба. В приведенном примере между воздействием источника повышенной опасности и наступившим вредом непосредственная причинная связь налицо.
Причинная связь между субъектом деятельности, создающей повышенную опасность, и наступившим вредом является обязательным условием наступления деликтной ответственности. Первое предшествует второму по времени и порождает второе. Постановка вопроса о суш; ествовании так называемой «беспричинной» ответственности лишена каких-либо оснований. Причинитель вреда отвечает не за любой, а только за причиненный им вред; это объективно существующая связь между явлениями.
В цивилистической литературе выделяют ряд теорий причинной связи: эквивалентной; прямой и косвенной причинной связи; возможности и действительности и др. Нам представляется наиболее приемлемой в рассматриваемом обязательстве как с теоретической, так и с практической точки зрения теория прямой и косвенной причинной связи.
Справедливо отмечает Н.Д. Егоров, обосновывая преимуп]; ества теории прямой и косвенной причинной связи: во-первых, причинность представляет собой объективную связь между явлениями и существует независимо от нашего сознания. В силу этого неправильно при решении вопроса о причинной связи руководствоваться возможностью или степенью предвидения правонарушителями вредоносного результата. Возможность предвидения наступления убытков носит субъективных характер и имеет значение при решении вопроса лишь о вине правонарушителя, но не причинной связи.
Во-вторых, причина и следствие как таковые имеют значение лишь применительно к отдельно взятому случаю. Выходы за рамки конкретного случая (ссылка на К. Маркса, Ф. Энгельса. Соч. 2-е изд. т. 20 с. 22). Мы связываем его со всей цепью взаимодействия материального, в которой представления о причине и следствии сходятся и переплетаются, постоянно меняются местами73.
На практике по объективным обстоятельствам установить прямую или косвенную причинную связь бывает затруднительно, а порой и невозможно.
О.А. Красавчиков определял: «Косвенная причинная связь должна признаваться существенной и учитываться юридической практикой в том случае, если косвенным причинителем… создано отклонение от обычных результатов человеческой деятельности»74.
Для более глубокого исследования изучаемого вопроса необходимо рассмотреть условия гражданской ответственности в различных аспектах судебной практики.
Можно с уверенностью сказать, что норма, содержащаяся в п, 3 ст. 1079 ГК РФ рассчитана на владельцев транспортных средств при столкновениях транспортных средств и неординарных ситуациях на российских дорогах, преследуя цель максимально защитить окружающих от возросшего риска причинения вреда.
Критикуя теорию эквивалентности, Г.Ф. Шершеневич отмечал, что «при принятии этой точки зрения уголовная и гражданская ответственность шли бы в бесконечность. Идя в этом направлении, можно признать родителей вора, родивших и воспитавших его, ответственными за произведенную им кражу»75.
Сложнее устанавливать причинную связь в случаях, когда результат не следует непосредственно за противоправными действиями, или когда вред вызван действием не одного какого-либо лица, а целого ряда факторов и обстоятельств.
Например, от столкновения двух автомобилей и возникшей цепной реакции пострадали пассажиры третьих, четвертых, пятых и т.д. транспортных средств. Здесь первоначальное явление – столкновение двух автомобилей обусловило следующее явление, и будет являться причиной наступления вредных последствий. Необходимо будет установить каждое звено в цепи событий на предмет возникновения вреда. Если поиск этой истины по объективным обстоятельствам станет затруднительным или невозможным, то вред должен возмещаться всеми владельцами источников повышенной опасности солидарно, а возникшая ситуация признаваться типичной.
На наш взгляд, владельцы источников, случайно оказавшиеся в этих условиях, если их действия не могли причинить вреда, но формально факт взаимодействия источников имел место (например, соприкосновение переднего и заднего бамперов двух автомобилей), не должны нести гражданскую ответственность перед третьими лицами.
Не исключено, что и страховщики транспортных средств в подобных ситуациях будут пытаться уклониться от страховых выплат, поскольку законодатель относит к страховому случаю причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших, поэтому между воздействием источника и наступившим вредом всегда необходимо устанавливать причинную связь.
В ФЗ от 25 апреля 2002 г. «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» о подобных ситуациях законодатель умалчивает.
Каузальная связь интересует нас как правовая категория. Увлечение философией в рассматриваемом аспекте, на наш взгляд, увеличит эту проблематику и не укажет путь к позитивному правовому результату.
Сфера человеческой деятельности в процессе познания, в том числе при установлении вины и причинной связи владельцев источников повышенной опасности, достаточно относительна. Некоторые факты, как степень вины, невозможно по объективным обстоятельствам абсолютизировать. Иногда невозможно доказать и виновность. Довольно часто встречаются случаи очевидной вины одного владельца и отсутствие таковой у другого.
Вместе с тем из анализируемых примеров напрашивается вывод о том, что судебная практика порой слишком широко толкует понятие взаимодействия источников повышенной опасности, солидаризируя ответственность их владельцев, безоговорочно применяя правила п. 3 ст. 1079 ГК РФ, упрощая поиск истины, несправедливо игнорируя вину и причинную связь при конкретных обстоятельствах, как важнейших составляющих гражданского правонарушения. Встречались случаи, когда наезд двигавшегося автомобиля на стоявший квалифицировались как взаимодействие источников повышенной опасности.
Солидарный характер ответственности лиц, совместно причинивших вред, в рассматриваемом обязательстве объясняется неделимостью результата их вредоносных действий и необходимостью создания условий для восстановления нарушенных прав потерпевших. В этом контексте при взаимодействии источников повышенной опасности и возмещении вреда третьим лицам положения ст. 1079 ГК РФ удачно применялись бы в соотношении со ст. 1080 ГК РФ.
В этой связи с учетом всех заслуживающих внимания юридически значимых обстоятельств, продиктованных опытом судебной практики, автором предлагается абз. 1 исключить из п. 3 ст. 1079 ГК РФ, поскольку он излишний, конкурирует со ст. 1080 ГК РФ и не может способствовать единообразной правоприменительной деятельности судов.
2.2 Виды и размер гражданской ответственности за вред, причиненный источником повышенной опасности
Гражданско-правовая ответственность, обладая общими чертами юридической ответственности, имеет свои особенности, которые определяются предметом и методом гражданско-правового регулирования общественных отношений, характером восстановительно-компенсационных функций, порядком и способом их реализации.
Общепризнанно, что в гражданском праве существуют два вида ответственности: договорная и деликтная.
Р.О. Халфина, анализируя два вида ответственности, правильно отмечает: «Устанавливая режим договорной или деликтной ответственности, законодатель руководствуется тем, нормы какой из них будут эффективнее воздействовать на участников гражданского оборота, стимулируя их к принятию оптимальных решений в каждой конкретной ситуации»76.
В отличие от ранее действовавших Гражданских Кодексов РСФСР, новый Кодекс (абз. 3 п. 1 ст. 1064) предусматривает, что не только законом, но и договором может быть установлена обязанность причинителя выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Это положение в большей мере сглаживает различие между договорной и деликтной ответственностью и делает их схожими. Их различие состоит в том, что договорная ответственность наступает в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения, возникшего из договора, а деликтная – в случае причинения вреда не состоящих в договорных отношениях субъектов.
А.М. Белякова обусловливает их различие тем, что деликтная ответственность направлена на обеспечение прочности существующих отношений, создания экономического равновесия в случае их нарушения. При этом автор придает практическое значение этому разграничению в целях недопущения конкуренции исков, в то же время не исключает предъявления иска из деликта при наличии договора77.
В зависимости от характера распределения ответственности, когда на обязанной к возмещению и компенсации вреда стороне выступают несколько лиц, их ответственность может быть долевой, солидарной или субсидиарной.
Долевая ответственность наступает тогда, когда каждый из должников несет ответственность перед кредитором только в той доле, которая падает на него в соответствии с законом или договором. Если вред причинен лицом, которое не могло понимать значения своих действий или руководить ими вследствие психического расстройства, обязанность возместить вред может быть возложена судом на проживающих совместно с этим лицом его трудоспособных супруга, родителей, совершеннолетних детей, которые знали о психическом расстройстве причинителя вреда, но не ставили вопрос о признании его дееспособным. Близкие родственники в этом случае должны нести долевую ответственность. Правила долевой ответственности применяются, когда иной вид ответственности для нескольких лиц не оговорен законом или договором. Однако долевая ответственность применительно к ст. 1079 ГК РФ скорее исключение, чем правило.
Солидарная ответственность (обязанность) определена в ст. 322 ГК РФ. Она применяется, если предусмотрена договором или законом. Чаще всего солидарная ответственность устанавливается императивной нормой, например, п. 3 ст. 1079 ГК РФ. Это более строгая ответственность. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (ст. 323 ГК РФ).
Справедливо отмечет К.Б. Ярошенко: «…солидарный характер деликтной ответственности лиц, совместно причинивших вред, объясняется неделимостью результата их противоправных действий – причиненного вреда и потребностью обеспечить потерпевшему наиболее благоприятные условия восстановления его имущественной сферы, нарушенной вследствие совершения деликта»78.
Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшими солидарно. По заявлению потерпевшего ответственность может быть определена в долях, исходя из степени вины каждого причинителя. При невозможности определить степень вины доли признаются равными.
Чаще всего такие случаи встречаются при дорожно-транспортных происшествиях и при совместных преступлениях.
Солидарная ответственность нескольких страховщиков (сострахование) предусмотрена ст. 953 ГК РФ: в случае, если их права и обязанности не конкретизированы в договоре, то они отвечают солидарно перед страхователем за выплату.
Аналогичная ответственность отражена в ч. 1 ст. 1047 ГК РФ для участников простого товарищества, которые солидарно отвечают за совместно причиненный вред, если договор простого товарищества связан с осуществлением его участниками предпринимательской деятельности. Товарищи отвечают солидарно по всем обязательствам независимо от их возникновения. В этом случае потерпевшему от воздействия источника повышенной опасности может быть затруднительно определить круг лиц, обязанных к возмещению, поскольку простое товарищество не регистрируется и не образует юридического лица. В данной ситуации пострадавший вправе предъявить иск к владельцу источника, а если последний объявит, что вред был причинен в результате использования источника в интересах простого товарищества и представит письменный договор о совместной деятельности, то истец вправе привлечь остальных сотоварищей к солидарной ответственности, а последний, в свою очередь, вправе оспаривать причинение вреда источником в результате совместной деятельности в интересах товарищества.
В случае причинения вреда совместными действиями нескольких несовершеннолетних, происходящих от разных родителей (усыновителей) и (или) находящихся под попечительством разных лиц, несовершеннолетние возмещают вред по принципу солидарной, а их родители (усыновители) и попечители – по принципу долевой ответственности79.
Субсидиарная ответственность – ответственность дополнительная, имеет место тогда, когда в обязательстве участвуют два должника, один из которых является основным, а другой – дополнительным. В настоящий ГК РФ законодатель внес концептуальные изменения в части условий применения такой ответственности. Если ранее лицо, отвечающее субсидиарно, привлекалось к ответственности при условии отсутствия или нехватки средств у основного должника, теперь же, если основной должник отказался удовлетворить требования кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ (как правило, 30 дней) на предъявленное требование, то это требование может быть переадресовано к лицу, несущему субсидиарную ответственность. Эта ответственность может, помимо закона, устанавливаться иными правовыми актами или условиями договора.
Субсидиарная ответственность находит широкое применение и в рассматриваемой нами плоскости. Возложение такой ответственности зависит от форм организационно – правовой деятельности юридического лица и деликтоспособности физического лица. Следует отметить, что кредитор не вправе требовать удовлетворения своего требования к основному должнику от лица, несущего субсидиарную ответственность, если это требование мож; ет быть удовлетворено путем зачета встречного требования к основному должнику либо бесспорного взыскания средств с основного должника (ч. 2 ст. 399 ГК РФ). Вместе с тем не Допускается зачет требований с истекшим сроком исковой давности о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью, о взыскании алиментов, о пожизненном содержании и в иных случаях, предусмотренных законом или договором.
Так, п. 5 ст. 115 ГК РФ предусматривает субсидиарную ответственность Российской Федерации по обязательствам казенного предприятия при недостаточности его имущества, а п. 2 ст. 107 ГК РФ устанавливает субсидиарную ответственность членов производственного кооператива по обязательствам самого кооператива как юридического лица в размерах и в порядке, предусмотренных законом о производственных кооперативах.
По смыслу ст. 1074 ГК РФ за вред, причиненный несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет, при недостаточности средств у причинителей, к дополнительной субсидиарной ответственности привлекаются родители (усыновители) и попечители.
Справедливо отмечает В.М. Болдинов: «Эту ответственность условно можно назвать «ноксальной» (от лат. поха – вредное противоправное деяние, вызывающее ответственность не нарушителя, а другого лица), по аналогии с ноксальной ответственностью, существовавшей в римском частном праве»80.
Представляется, что для устранения волокиты целесообразно привлекать их в дело в качестве соответчиков и в стадии подготовки дела к разбирательству на предварительном слушании выяснять материальное положение несовершеннолетнего делинквента. Субсидиарная ответственность родителей, усыновителей и попечителей прекращается по достижению причинителем вреда совершеннолетия либо до этого срока, если у него появились доходы или иное имущество, например, получил наследство, достаточное для возмещения вреда, либо когда до достижения совершеннолетия приобрел дееспособность (эмансипация).
Ю.Ф. Беспалов считает, что «виновное поведение родителей в этом смысле рассматривается как семейное правонарушение»81.
Если это правонарушение, то представляется, что субсидиарная ответственность не должна прекращаться с наступлением совершеннолетия ребенка.
Во-первых, их семейное правонарушение, как связующее звено между действием несовершеннолетнего делинквента и наступившим вредом, должно обременять их ответственностью до полного возмещения вреда.
Во-вторых, жизнь показывает, что по достижении 18-летнего возраста делинквента, как правило, его социальный статус и материальное положение не меняются (призыв в Вооруженные Силы РФ, продолжение учебы в различных учебных заведениях), поэтому социальная защита пострадавших в этих случаях крайне неэффективна.
Законодатель в этом вопросе непоследователен, т. к. в соответствии со ст. 1076 ГК РФ обязанность опекуна или организации, обязанной осуществлять надзор по возмещению вреда, причиненного гражданином, признанным недееспособным, не прекращается в случае последующего признания его дееспособным. В то же время ответственность лица, ставшего дееспособным, исключается. Однако, принимая во внимание субинститут возмещения вреда жизни и здоровью человека, закон не щадит и недееспособных делинквентов в случаях, если опекун умер либо не имеет достаточных средств для возмещения вреда в этой части, а сам причинитель обладает такими средствами, суд с учетом имущественного положения потерпевшего и причинителя вреда, а также других обстоятельств вправе принять решение о возмещении вреда полностью или частично за счет недееспособного причинителя (п. 3 ст. 1076 ГКРФ).
В этой ситуации, если у опекуна недостаточно средств, то он будет выступать как основной должник, а недееспособный делинквент – дополнительный. Процессуальное положение опекуна – ответчик и законный представитель недееспособного делинквента.
Аналогичная ответственность предусмотрена для дееспособного гражданина или несовершеннолетнего в возрасте 14–18 лет, причинивших вред в таком состоянии, когда они не могли понимать значения своих действий и руководить ими (вследствие сильного душевного расстройства, обморочного состояния, потери сознания и т.п. (ст. 1078 ГК РФ). Однако в случае причинения вреда источником повышенной опасности вина значения не имеет, и поэтому правила ст. 1078 ГК РФ не распространяются также на случаи, когда вред причинен таким источником.
Ст. 1075 ГК РФ позволяет возложить ответственность за вред, причиненный несовершеннолетним, на родителей, лишенных родительских прав, если поведение ребенка явилось следствием ненадлежащего осуществления родительских обязанностей. Эта возможность ограничена временем – тремя годами между лишением родительских прав и причинением ребенком вреда.
Чтобы правильно определить лиц, обязанных к возмещению вреда и разграничению ответственности, необходимо учитывать возраст ребенка.
Во-первых, ответственность за детей до 14 лет возлагается на родителей, опекунов и лиц, лишенных родительских прав, которые являются основными должниками, отвечают в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого или в равных долях.
Во-вторых, от 14 до 18 лет; основной должник – несовершеннолетний причинитель вреда, а остальные привлекаются к субсидиарной ответственности.
Ю.Ф. Беспалов полагает, что «законодателю следовало бы исключить из этой нормы указания на срок. Вредоносное поведение родителей не могло не сказаться на поведении ребенка, и время, истекшее с момента лишения родительских прав, не может исключить неблагоприятное воздействие родителей на детей, имевшее место до лишения родительских прав»82.
К субсидиарной ответственности должно привлекаться лицо, застраховавшее свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего в случае, когда страхового возмещения недостаточно (ст. 1072 ГК РФ).
Регрессная ответственность возникает, когда должник исполнил обязательство по возмещению вреда за непосредственного причинителя вреда и предъявил обратное требование (регресс) к этому нарушителю.
С учетом субъектов, характера правоотношений между основным должником и причинителем вреда, размер регрессной ответственности может быть полным или ограниченным.
Так, согласно п. 1 ст. 1081 ГК РФ, лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работникам при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.
По общему правилу, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах среднего заработка (ст. 241 ТК РФ). Материальная ответственность работника исключается в случае возникновения ущерба вследствие непреодолимой силы, нормального хозяйственного риска, крайней необходимости или необходимой обороны либо неисполнения работодателем обязанности по обеспечению надлежащих условий для хранения имущества, вверенного работнику (ст. 239 ТК РФ).
В рассматриваемой плоскости случаи полной регрессной ответственности работника при причинении вреда источником повышенной опасности возможны, если:
1) ущерб причинен умышленно;
2) ущерб причинен в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения;
3) ущерб причинен в результате преступления или административного правонарушения;
4) ущерб причинен не при исполнении работником трудовых обязанностей (например, выполнение «левого» рейса водителем).
Необходимо отметить некоторые особенности этого правоотношения.
Во-первых, это право, а не обязанность работодателя – привлекать работника к регрессной ответственности.
Во-вторых, суд вправе с учетом степени вины, материального положения работника и других, заслуживающих внимания обстоятельств, снизить размер регрессного взыскания с работника. Однако снизить размер невозможно, если ущерб причинен преступлением, совершенным в корыстных целях (ст. 250 ТК РФ).
В-третьих, в регрессном порядке взыскивается только прямой, действительный ущерб, недополученные доходы (упущенная выгода), взысканию с работника не подлежит (ч. 1 ст. 238 ТК РФ).
Страховщик имеет право предъявить регрессное требование к причинившему вред лицу (страхователю) в размере произведенной страховщиком выплаты, если:
1) вред причинен жизни и здоровью умышленными действиями;
2) вред причинен при управлении транспортным средством в состоянии алкогольного, наркотического или иного опьянения;
3) вред причинен лицом, не имевшим права на управление транспортным средством;
4) лицо скрылось с места дорожно-транспортного происшествия;
5) лицо, причинившее вред, не включено в договор обязательного страхования в качестве субъекта, допущенного к управлению транспортным средством;
6) страховой случай наступил при использовании транспортного средства в период, не предусмотренный договором обязательного страхования (ст. 14 ФЗ №40 от 25.04.2002 г. «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).83
Так закрытое акционерное общество «Мегарус-Д», город Москва, в лице Самарского филиала, город Самара, обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к открытому акционерному обществу «Государственная страховая компания «Югория», город Ханты-Мансийск, в лице филиала в городе Тольятти, город Тольятти, Самарская область, о взыскании в порядке суброгации 36928 рублей 49 копеек материального ущерба, причиненного в результате ДТП и 1466 рублей 56 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.
Материалами дела установлено следующее.
21.12.2005 на пересечении улицы Юбилейная и Ленинского проспекта город Тольятти произошло столкновение автомобиля ВАЗ 21093 государственный номерной знак АР 829/63, принадлежащего правопреемнику третьего лица, и автомобилем ВАЗ 21074, государственный номерной знак Н 293 СР/63, под управлением Ибатуллина Р.Р.
Согласно постановлению 63 ЕР №643699 по делу об административном правонарушении, виновным в совершении дорожно-транспортного происшествия признан Ибатуллин Р.Р.
В рамках судебного разбирательства судебными инстанциями установлено, что сторонами не оспариваются обстоятельства совершения дорожно-транспортного происшествия, расчет и размер стоимости восстановительного ремонта автомобиля третьего лица.
Автомобиль третьего лица застрахован истцом по договору добровольного страхования транспортных средств, что подтверждается представленным в материалы дела полисом КСТ 630 №001145.
Гражданская ответственность виновного в совершении дорожно-транспортного происшествия водителя Ибатуллина Р.Р. застрахована ответчиком, что подтверждено представленным в материалы дела страховым полисом ААА №0269282121.
В результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю третьего лица был причинен материальный ущерб в размере 41198 рублей 99 копеек. С учетом безусловной франшизы сумма ущерба, подлежащая выплате истцом третьему лицу, составляет 39698 рублей 99 копеек.
10.02.2006 третье лицо обратилось с письмом к истцу с просьбой о зачете подлежащих выплате по страховому возмещению денежных средств в следующем порядке: 36928 рублей 49 копеек – в счет погашения задолженности третьего лица по договорам страхования №001168 от 21.07.2005, №001233 от 01.07.2005, №000687 от 14.04.05; 2770 рублей 50 копеек перечислить на расчетный счет третьего лица.
Платежным поручением №107 от 01.03.2006 истец перечислил третьему лицу 2770 рублей 50 копеек.
На оставшуюся сумму истцом произведен зачет по задолженности третьего лица по иным договорам страхования.
В соответствии с пунктом 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.
При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (статья 387 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.
Согласно пункту 1 статьи 13 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, в пределах страховой суммы84.
Одна из особенностей гражданско-правовой ответственности – соответствие размера ответственности размеру причиненного вреда или убытков. Объем возмещения вреда, по общему правилу, должен быть полным. Однако, возможно сверх полное возмещение, если это обусловлено договором, вне зависимости от времени его подписания, т.е. как до случая возникновения деликта, так и после. Кроме того, такая ответственность может быть установлена нормативными актами, например, Законом РФ «О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС»85 возмещение вреда ликвидаторам аварии производится не владельцем источника повышенной опасности, а, учитывая экстранеординарную ситуацию, производится государством в повышенных размерах, чем по сравнению с обычными размерами, предусмотренными ГК РФ и другими социально-нормативными актами.
Правила деликтной ответственности не должны по усмотрению сторон уменьшать размер ответственности, изменять субъекта, обязанного к возмещению вреда вопреки императивно-установленным нормам, т.е. любые соглашения об уменьшении размера деликтной ответственности либо изменения порядка взыскания ничтожны.
Вместе с тем ст. 190 КТМ РФ устанавливает пределы ответственности перевозчика за вред, причиненный жизни и здоровью пассажира, которая не должна превышать 175 тыс. расчетных единиц в отношении перевозки в целом, за утрату или повреждение каютного багажа не должна превышать 1, 8 тыс. расчетных единиц на одного пассажира в отношении перевозки в целом. Ответственность перевозчика за утрату или повреждение автомашины, в том числе багажа, перевозимого в ней или на ней, не должна превышать 10 тыс. расчетных единиц за одну автомашину. При этом на груз между перевозчиком и пассажиром допускается соглашение о вычете франшизы (льготы безусловной), не превышающей 300 расчетных единиц в случае повреждения автомашины и не превышающей 135 единиц на пассажира в случае утраты или повреждения иного багажа, т.е. эти суммы должны вычитаться из размера ущерба. Однако эти правила распространяются только на субъектный состав, осложненный иностранным элементом.
Ст. 400 ГК РФ позволяет по отдельным обязательствам, связанным с определенным родом деятельности, ограничивать право на полное возмещение убытков (ограниченная ответственность). По общему же правилу ответственность всегда полная, а в случаях, предусмотренных законом или договором, повышенная.
В случае, если перевозчик или пассажир являются организациями или гражданами Российской Федерации, ответственность перевозчика за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира, определяется в соответствии с правилами законодательства РФ.
Ст. 12 ГК РФ закрепляет исчерпывающий перечень способов защиты гражданских прав. В плоскости рассматриваемой нами ответственности, а также принимая во внимание функции гражданского права и исходя из процессуальной цели исков, существуют 4 способа защиты прав:
1) восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения;
2) присуждение к исполнению в натуре;
3) возмещение убытков (наиболее распространенный способ). По смыслу закона, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также недополученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если его право не было нарушено (упущенная выгода) – ст. 15 ГК РФ.
Отсюда следует, что существуют два вида убытков: реальный ущерб и упущенная выгода. Возмещение убытков может сочетаться с другими способами гражданских прав. Нормы о возможности взыскания будущих расходов являются новеллой по сравнению с ГК РСФСР 1964 года. Основная проблема в этой связи может заключаться в доказывании упущенной выгоды, т.е. в предоставлении фактов, убеждающих суд.
4) Компенсация морального вреда впервые появилась в Основах гражданского законодательства Союза ССР 1991 года и нашло свое закрепление в настоящем ГК РФ86.
Неустойка (штраф, пеня) – это дополнительные санкции, которые обеспечивают исполнение обязательств по факту уже возникших гражданских правоотношений. Неустойка не может применяться вне возникших гражданских правоотношений, она носит стимулирующий характер, побуждает должника к надлежащему исполнению обязательств и является дополнительным обременением материального характера.
В зависимости от возможности сочетания неустойки с возмещением убытков, закон различает 4 вида неустойки: зачетную, штрафную, исключительную и альтернативную (ст. 394 ГК РФ).
Возмещению вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, новый ГК РФ посвятил отдельный параграф, состоящий из 12 статей. Жизнь и здоровье – одно из самых ценных человеческих благ.
Справедливо отмечает К.Б. Ярошенко: «Деликтная ответственность за вред, причиненный жизни и здоровью, носит универсальный характер. Она наступает на равных условиях независимо от того, в каких отношениях с причинителем состоял потерпевший»87.
Согласно действующему законодательству, все потерпевшие, здоровью которых нанесен вред, могут быть поделены на две группы: те, которые состоят с причинителем вреда в трудовых или иных договорных отношениях и не состоягцие в каких-либо отношениях.
Прав И.Н. Поляков, говоря, что «между этими группами серьезных различий в возмещении вреда нет, кроме одного: лица первой группы имеют право требовать выплаты им суммы единовременного пособия, а вторые правом на получение такого пособия не пользуются»88.
Кроме того, застрахованному не может быть отказано в возмещении вреда в результате несчастного случая на производстве вследствие воздействия непреодолимой силы.
Причинение вреда здоровью гражданина может выражаться в увечье (травме), профессиональном заболевании или ином повреждении здоровья. Увечье характеризуется физическими повреждениями, наступившими под воздействием каких-либо внешних факторов. Профессиональное заболевание является результатом систематического и длительного воздействия на организм человека неустранимых вредных последствий производства либо специфических для данной профессии факторов.
Ст. 1085, 1086, 1088, 1089 детально регулируют порядок возмещения утраченного заработка, возмещения вреда в случае потери кормильца. Объем и характер возмещения дополнительных расходов, связанных с восстановлением здоровья, поэтому посвятим свое исследование основаниям увеличения и уменьшения размеров вреда, а также анализу соотношения конкурирующих норм параграфа 2 главы 50 ГК РФ и ФЗ Ш 125 от 24 июля 1998 г. «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее – ФЗ №125 от 24.07.1998 г.).
П. 2 Cт.1 ФЗ №125 от 24.07.1998 г. не ограничивает права застрахованных на возмещение вреда, но это не говорит о том, что фонд в рассматриваемых нами ситуациях должен вообще уклоняться от гражданской ответственности, иначе обязательное социальное страхование работников теряет свой смысл.
Нами предлагается внести изменения в текст п. 2 ст. 8 ФЗ №125 от 24.07.1998 г., изложив его в следующей редакции:
«2. Оплата дополнительных расходов, предусмотренных подпунктом 3 пункта 1 настоящей статьи, за исключением оплаты расходов на лечение застрахованного непосредственно после произошедшего тяжелого несчастного случая на производстве, производится страховщиком, если учреждением медико-социальной экспертизы установлено, что застрахованный нуждался и будет нуждаться в соответствии с программой реабилитации… (далее по тексту)».
Следует отметить, что компенсация морального вреда осуществляется причинителем вреда (п.З ст. 8 ФЗ №125 от 24.07.1998 г.89)
Возмещение расходов на погребение лицу, понесшему эти расходы, возлагается на лицо, ответственное за вред, т.е. на владельца источника повышенной опасности. При этом пособие на погребение и единовременное пособие по случаю потери кормильца в счет возмещения вреда в этой части не засчитывается. Лицами, понесшими эти расходы, могут быть как члены семьи так и другие граждане, организации, принявшие на себя заботу и расходы по похоронам (ст. 1094 ГК РФ).
Судебная практика исходит из того, что эти расходы должны быть разумными по стоимости и необходимыми по целесообразности: стоимость гроба, услуг морга, доставка гроба на кладбище, выкапывание могилы, установка стандартных памятников и оград, а также ритуальные расходы (отпевание в церкви, поминальный обед).
Согласно Правилам ОСАГО, утвержденным постановлением Правительства РФ от 07.05.2003 №263. страховщик возмещает расходы на погребение (п. 54 Правил).
Решением Ленинского районного суда г. Самары от 12.04.2006 с К.