Xreferat.com » Рефераты по гражданскому праву и процессу » Процедура заключения международных договоров

Процедура заключения международных договоров

других главных органов ООН этот вопрос не предусмотрен. Согласно сложившейся в Генеральной Ас­самблее ООН практике, тексты таких договоров прини­маются в соответствии с процедурой голосования, преду­смотренной для постановлений по важным вопросам, то есть большинством в 2/3 присутствующих и участвующих в голосовании (ст.18 Устава ООН).

§3. Установление аутентичности текста международного договора и его формы.

После того как текст договора согласован и принят, становится необходимым каким-то образом зафиксиро­вать, что данный текст является окончательным и не под­лежит изменениям со стороны уполномоченных. Проце­дура, посредством которой принятый текст договора объявляется окончательным, называется установлением ау­тентичности текста. Это особая подстадия в заключении международного договора, ибо всякое правительство, прежде чем взять на себя обязательства по договору, Дол­жно точно знать, каково же окончательное текстуальное его содержание.

Процедура установления аутентичности текста опре­деляется или в самом тексте, или путем соглашения между договаривающимися государствами. Раньше эта подстадия заключения международного договора не выделялась отдельно. Причина состояла в том, что установление аутентичности текста во времени совпадало с подписанием договора. Однако по мере появления новых способов заключения международных до­говоров, в частности в органах и в рамках международных организаций, стало очевидно, что подписание дого­вора выполняет более важную функцию, чем просто уста­новление аутентичности его текста. В то же время появи­лись новые формы установления аутентичности текста договора, не связанные с подписанием его уполномочен­ными.

В настоящее время применяются следующие формы установления аутентичности текста международных до­говоров: парафирование, включение текста договора в заключительный акт международной конференции, на ко торой он был принят, включение текста договора в резо­люцию международной организации и другая согласо­ванная процедура. Кроме того, если после принятия тек­ста международного договора имеет место его подписа­ние, в том числе подписание ad referendum, то в этом случае основная его функция, о которой пойдет речь дальше, сливается с функцией уста­новления аутентичности текста. Иначе говоря, в этом слу­чае заключение договора как бы минует этап установле­ния аутентичности текста.

Парафирование — это установление аутентичности текста договора инициалами уполномоченных договари­вающихся государств в свидетельство того, что данный со­гласованный текст договора является окончательным. Па­рафирование может относиться только к отдельным ста­тьям и применяется обычно при заключении двусторон­них договоров. Поскольку оно по существу не является подписанием, так как не выражает согласие государства на обязательность для него международного догово­ра, то специальных полномочий для этой процедуры не требуется. Ее цель более скромная: быть доказательством окончательного согласования текста международно­го договора. После него текст не может быть изменен даже по соглашению между уполномоченными. Парафи­рование позволяет избежать возможных споров и не­доразумений относительно окончательных формулировок положений договора. В этом также заключается его важ­ное значение. Но парафирование не заменяет подписа­ния договора. Случаи, когда парафирование заменяет подписание, чрезвычайно редки.

В последние годы все чаще применяются новые мето­ды установления аутентичности текстов договоров, пре­жде всего многосторонних, к которым, как говорилось, парафирование не применимо. Аутентификация текста здесь нередко принимает форму резолюции какого-либо органа международной организации или подписания текста компетентным представителем организации. На­пример, конвенции, принимаемые конференцией МОТ, подписываются председателем и генеральным директо­ром МОТ (ст.19 Устава МОТ). В этом случае подпись выполняет функцию удостоверения аутентичности приня­того текста (государствами эти конвенции не подписыва­ются).

На международных конференциях тексты принятых договоров часто входят в заключительные акты конфе­ренций в качестве приложений, хотя и не всегда. Но в любом случае подписание заключительного акта кон­ференции не означает согласия с перечисленными в нем договорами, для чего требуется специальная подпись. Подписание заключительного акта означает лишь уста­новление аутентичности принятого конференцией текста международного договора, включенного в этот акт.

Глава 3. Выражение согласия государств на обязательность международного договора.

§1. Способы выражения согласия.

Представители государств, ведущие переговоры, занимаются только составлением текста договора, приня­тием его и установлением аутентичности текста. Все эти действия относятся только к процессу переговоров в от­ношении текста договора, который, как говорилось, со­ставляет первую основную стадию его заключения. Но такие действия, совершенные на этой стадии, в том числе и голоса, поданные представителями за принятие текста договора в целом, не могут рассматриваться как выра­жение согласия государств на обязательность для них са­мого договора. Такая обязательность наступает в резуль­тате изъявления соответствующего согласия государств на обязательность для них международного договора и является второй основной и важнейшей стадией его за­ключения. В свою очередь оно может проходить несколь­ко этапов или подстадий и выражаться в различных фор­мах. Наиболее распространенными из них являются шесть: подписание договора, обмен документами, обра­зующими договор, ратификация, утверждение, принятие и присоединение. Возможны и другие формы выражения согласия, но они применяются реже (ст.11 Венской кон­венции 1969 г.). Завершается эта стадия обменом рати­фикационными грамотами или другими документами или их депонированием, когда таковое предусмотрено в дого­воре.

Положение ст.6 ФЗ «О международных договорах РФ» полностью соответствует сложившейся международной практике: «Согласие РФ на обязательность для неё международного договора может выражаться путём: подписания договора; обмена документами, образующими договор; ратификации договора; утверждения договора; принятия договора; присоединения к договору; применения любого другого способа выражения согласия, о котором условились договаривающиеся стороны. »

Согласие государства на обязательность для него до­говора может относиться к части последнего, если это разрешено договором или если с этим согласны другие договаривающиеся государства. Отдельные договоры пре­дусматривают такую возможность. Тогда допустимы ча­стичная ратификация, утверждение, присоединение и т.д. Что касается подписания, то некоторые юристы оспари­вают возможность подписания только отдельных ча­стей договора. Венская конвенция 1969  года в ст.17 не делает каких-либо оговорок на этот счет. Кроме того, эта статья предусматривает, что согласие государства на обязательность для него договора может быть альтерна­тивным, если сам договор допускает выбор между аль­тернативными положениями и если при выражении со­гласия ясно указано, к какому из положений это согла­сие относится. Возможность альтернативного согласия встречается в некоторых конвенциях Международной организации труда, в Общем акте о мирном разрешении международных споров, но эта практика не получила широкого распространения12.

§2. Подписание международного договора. Формы и способы.

Важнейшим способом выражения согласия государ­ства на обязательность для него международного договора является подписание, которое до недавнего времени считалось обязательной стадией его заключения. Однако за последние десятилетия появились договоры, не прохо­дящие стадию подписания. Например, конвенции, при­нимаемые МОТ, ратифицируются государствами без под­писания. Тем не менее оно остается важным этапом за­ключения договора и, может быть, поэтому датой заклю­чения договоров считается день их подписания.

В настоящее время обязанность государств воздержи­ваться после подписания договора от действий, которые лишили бы договор его объекта и цели, нашла подтверж­дение в Венской конвенции о праве международных до­говоров (ст.18) и в договорной практике. В этой связи можно напомнить о резолюции XXI сессии Генеральной Ассамблеи 1966  года «Об отказе государств от действий, затрудняющих достижение договоренности о нераспрост­ранении ядерного оружия», в которой, в частности, говорилось: «Генеральная Ассамблея, принимая во внимание, что, в настоящее время ведутся международные переговоры (т. е. даже до подписания договора.), имеющие целью разработку договора о нераспростране­нии ядерного оружия, и желая создать благоприятную обстановку для успешного завершения этих переговоров, настоятельно призывает государства:

  1. Впредь до заключения договора о нераспростране­нии ядерного оружия воздерживаться от всяких дейст­вий, которые могли бы затруднить достижение догово­ренности о нераспространении ядерного оружия.

  2. Предпринять все необходимые шаги для скорей­шего заключения договора о нераспространении ядерно­го оружия»13.

Советский Союз голосовал как за эту резолюцию, так и за упомянутую ст.18 Венской конвенции, выразив тем самым свое положительное отношение к обязанности го­сударств не лишать договор его объекта и цели еще до вступления в силу, в частности после подписания. Это полностью отвечает интересам укрепления мира и разви­тия международного сотрудничества.

В тех случаях, когда международный договор не под­лежит ратификации, утверждению, принятию и т.д. , под­писание:

  • закрепляет окончательное согласие государства на обязательность для него этого договора;

  • возлагает на государство обязанность воздержи­ваться от действий, которые лишили бы договор его объ­екта и цели (если такое согласие было дано до вступле­ния договора в силу);

  • если же договор уже вступил в силу (или вступает вследствие данного подписания), то с момента его под­писания этим государством для него приобретают пол­ную силу все постановления договора.

Подписание международного договора может быть окончательным, или неокончательным, или условным (ad referendum).

Подписание договора ad referendum делается пред­ставителем под условием, что оно нуждается в после­дующем утверждении правительством, или ратификации, или принятии компетентным органом государства. Одна­ко подписание ad referendum является именно подписа­нием, хотя и не окончательным, и поэтому его нужно от­личать от парафирования.

Главные различия между подписанием ad referendum и парафированием заключаются в следующем:

  1. в то время как подписание ad referendum являет­ся способом выражения согласия государства на обяза­тельность для него договора, парафирование, как общее правило, ограничивается установлением аутентичности текста договора и не может быть превращено в оконча­тельное подписание простым подтверждением;

  2. подтверждение подписания ad referendum имеет обратную силу, то есть делает государство стороной дого­вора с момента подписания ad referendum; совершен­ное после парафирования подписание обратной силы не имеет;

  3. различия есть и по форме: ad referendum не совер­шается постановкой только инициалов, как парафиро­вание, поэтому на подписание ad referendum также тре­буются полномочия;

  4. подписание ad referendum после его одобрения го­сударством становится окончательным со всеми юриди­ческими последствиями, о которых говорилось выше, в то время как после парафирования необходимо подписа­ние.

От подписания ad referendum нужно отличать полное подписание. Это подписание является юридическим актом, выражающим волю государства как субъекта международного права. Полное подписание означает, с одной стороны, подтверждение подлинности текста, с другой – явно выраженное согласие сторон с содержанием подготовленного и согласованного текста международного договора. Наконец, полное подписание может иметь значение окончательного акта, придающего международному договору обязательную силу. В соответствии с существующей практикой подписание международного договора придаёт ему юридическую силу в следующих случаях:

  • когда в самом договоре содержится такое условие;

  • даже если в договоре отсутствует указанное условие, но форма договора или сопутствующие обстоятельства указывают на намерение сторон придать силу договору с момента его подписания.

Возникает вопрос: как быть в тех случаях, когда одна сторона в переговорах имеет полномочие подписать договор с последующей ратификацией, а другая сторона не считает ратификацию необходимым условием. При подобной ситуации возможны два решения:

  1. включение в договор общего постановления о порядке вступления договора в силу;

  2. избрание каждой стороной процедуры придания договору обязательной силы по своему усмотрению.

В связи с этим один и тот же международный договор может быть одной стороной только ратифицирован, а другой – только подписан. Важно лишь, чтобы каждая из договаривающихся сторон добросовестно выполняла свои договорные обязательства.

Полное подписание, помимо придания договору обязательной силы, может иметь иное значение, когда подписанный договор нуждается в последующем подтверждении – ратификации верховным органом государства. Такое подтверждение имеет особую юридическую природу, отличную от подписания как окончательного акта, придающего международному договору обязательную силу и накладывающего на субъектов определённые обязательства. Подписание, предусматривающее последующее утверждение, не накладывает на участников соглашения договорных обязательств. Оно лишь указывает на желание сторон принять на себя обязательства в будущем в том объёме, который согласован во время переговоров и подтверждён подписями уполномоченных.

Однако в соответствии с установившейся практикой подобное подписание служит юридической основой для того, чтобы каждая из сторон выполняла вытекающий из подписания долг, а именно:

  • направляла данный документ соответствующим конституционным властям на рассмотрение и решение вопроса о ратификации и

  • воздерживалась до ратификации от каких-либо действий, направленных на умаление значения достигнутого согласия или на дискредитацию постановлений подписанного договора.

Вместе с тем, значение подписания с последующей ратификацией заключается также и в том, что оно создает необходимые предпосылки для ратификации и в известной мере служит рекомендацией принять и одобрить договор для соответствующих высших органов договаривающихся государств.

Подписание двусторонних международных договоров осуществляется на основе принципа альтерната (чередо­вания). В экземпляре двустороннего договора, предна­значенного для данного договаривающегося государства, наименование этого государства, подписи его уполномо­ченных, печати, а также текст договора на языке данного государства помещаются на первом месте. Для подпи­сей первым местом считается место под текстом с левой стороны (в тексте на арабском языке - с правой) или же, если подписи ставятся одна под другой, - верхнее место. На экземпляре договора, предназначенного для другой стороны, подписи ставятся в обратном порядке.

При подписании многостороннего договора подписи уполномоченных ставятся одна под другой в порядке рус­ского, английского или иного алфавита (выбор алфавита делают сами участники). Альтернат является своеоб­разным выражением принципа суверенного равенства го­сударств.

Международный договор может подписываться одно­временно в одном месте всеми государствами, которые приняли участие в переговорах, но может быть открыт для подписания до определенного срока в разное время и даже в разных местах. Так, например, в соответ­ствии со своей принципиальной линией на умень­шение угрозы ядерной войны Советский Союз в мае 1978  года подписал дополнительный протокол II к Дого­вору о запрещении ядерного оружия в Латинской Амери­ке. Форма разновременного подписания многосторонних договоров становится преобладающей в современной до­говорной практике. Многосторонние договоры все чаще в своих заключительных статьях предусматривают их от­крытие для подписания в течение определенного срока14.

§3. Ратификация международных договоров.

По статистике, примерно две трети договоров, как правило, проходят стадию ратификации. Этим определяется важность института ратификации для международного права.

Институт ратификации в своем историческом развитии претерпел определенные изменения, которые вызывались конкретными социально-экономическими условиями. В де­спотических государствах древности, а также в государ­ствах феодальной эпохи уполномоченные на ведение переговоров о заключении международных договоров высту­пали в качестве личных представителей монархов. В силу этих обстоятельств институт ратификации испытывал на себе влияние личных отношений между руководителем го­сударства и его представителями. Если уполномоченные лица при заключении договора действовали в пределах предоставленных им полномочий, то это означало, что они полностью выполняли волю главы государства. В связи с этим в науке международного права того времени утвердился взгляд, что заключенный в рамках предоставленных полномочий договор подлежит обязательному одобрению главой государства, или, иначе, ратификации верховным органом. Если же уполномоченные превышали свои права и пренебрегали указаниями главы государства, то последний получал неоспоримое право отказаться от ратификации и отклонить представленный проект договора.

Таким образом, ратификация изначально выступала как мера проверки, насколько точно соблюдены и выполнены полномочия. Если договор был заключён с превышением полномочий, то глава государства либо отказывался его одобрить, либо признавал его приемлемым и тем самым одобрял действия своих уполномоченных, совершённые по их личной инициативе. В этой связи в науке международного права, начиная с Гроция, появился взгляд, обосновывающий нератификацию превышением полномочий).

В условиях современной правовой государственности ратификация представляет собой одну из составных частей механизма сдержек и противовесов – у исполнительной власти сосредоточились полномочия на заключение международных договоров, в то время как законодательная власть получила право контроля за деятельностью исполнительной власти, включая контроль за заключением международных договоров. Поэтому институт ратификации стал рассматриваться как мера контроля законодательной власти за властью исполнительной.

Ратификация международного договора – это окончательное его утверждение высшим органом государства (обычно его главой). Она воплощается в двух различных актах: международном (ратификационной грамоте) и внутригосударственном нормативном акте (законе, указе и т.п.), которые соответствуют двум функциям ратификации: международной и внутригосударственной.

Ратификация не является обязательной подстадией заключения международного договора. В Комиссии международного права положение ст.12 первоначального проекта статей о праве договоров, где говорится, что «в принципе международный договор нуждается в ратификации», встретило серьезную критику большинства и не вошло в окончательный проект. Не получило оно поддержки, как мы видели, и на Венской конференции по праву договоров. Тем не менее в тех случаях, когда международный договор подлежит ратификации, эта подстадия является очень важной в процессе его заключения. Так как ратификация делается высшими органами государства, она является наиболее авторитетной формой выражения его согласия на обязательность международного договора.

В соответствии со ст.14 Венской конвенции «Согласие государства на обязательность для него договора выражается ратификацией, если:

  • договор предусматривает, что такое согласие выражается ратификацией;

  • иным образом установлено, что участвующие в переговорах государства договорились о необходимости ратификации;

  • представитель государства подписал договор под условием ратификации;

  • намерение государства подписать договор под условием ратификации вытекает из полномочий его представителя или было выражено во время переговоров».

Необходимость сохранения института ратификации определяется не только юридическими, но и политическими соображениями. Ратификация дает возможность еще раз в более спокойной обстановке обдумать содержание международного договора, проконтролировать действия своих уполномоченных, а также подготовить общественное мнение. Иногда дополнительный анализ подписанного договора приводит к отказу государства от его ратификации. Отказ от ратификации не считается нарушением международного права. Так, СССР не ратифицировал Лозаннскую конвенцию 1923  года о режиме черноморских проливов ввиду ее несоответствия интересам СССР15.

Современная международно-правовая теория в принципе склоняется к признанию права каждого государства на отказ от ратификации заключённого её представителями международного договора. Это нашло свое отражение в ст.7 Гаванской конвенции от 20. 02. 1928 г. , которая гласит: «Отказ ратифицировать договор или формулировка оговорки являются проявлением государственного суверенитета и, как таковые, составляют осуществление права, которое не нарушает ни международных норм, ни этикета. В случае отказа таковой сообщается другим договаривающимся сторонам16». В учебнике международного права Мартенса указывается: «С точки зрения международного права отказ от ратификации не считается неправомерным актом17».

В литературе, однако, высказываются соображения о том что отказ от ратификации в каждом конкретном слу­чае должен иметь какие-то причины. Ф.Мартенс, например считал что отказ от ратификации допустим и даже необходим, когда:

  • представители, участвовавшие в переговорах, превысили свои полномочия;

  • парламент не дал согласия на заключение договора;

  • существенно изменились обстоятельства;

  • подписание трактата было результатом насилия.

Однако, несмотря на встречающуюся необоснованность отказа от ратификации международных договоров, принцип факультативности принятия договоров верховным органом является непреложным правилом современного международного права. Таким же правилом следует считать недопустимость взятия обратно ратификационной грамоты, так как совершение подобных действий подрывает принцип pacta sunt servanda.

Очевидно, что необоснованные отказы в ратификации не содействуют развитию международного сотрудничества. Так, например, с момента принятия Конституции США и до 1946 года было отказано в ратификации более чем 100 договорам, а в отношении других 57 она была отложена на неопределенное время. Более 50 лет США не ратифицировали Женевский протокол 1925 года о запрещении применения химического и бактериологического оружия. В августе 1977 года сенат США отказался дать согласие на ратификацию Конвенции о предупреждении преступления геноцида и наказании за него, принятой ООН еще в 1948 году. В 1963 году сенат помешал ратификации конвенции 1952 года о политических правах женщин, конвенции МОТ 1957 года об упразднении принудительного труда. В числе нератифицированных США и многими ведущими западными странами – Конвенция 1968 года о неприменимости срока давности к военным преступлениям и преступлениям против человечества, пакты о правах человека 1966 года, Международная конвенция 1973 года о пресечении преступления апартеида и наказании за него, Международная конвенция 1965 года о ликвидации всех форм расовой дискриминации, торговое соглашение с СССР, подписанное США в 1972 году и др. Можно привести ряд других примеров. За время своего членства в МОТ США ратифицировали только 7 из 149 принятых этой организацией конвенций.

Что касается обязанности государства ратифицировать международный договор, то в настоящее время немногим более половины международных договоров вступают в силу по их подписании, остальные вступают в силу с момента их ратификации или обмена ратификационными грамотами. Это находит свое подтверждение в международно-правовой теории , которая отрицает обязательный характер ратификации для каждого договора. Оппенгейм, например, пишет, что международный договор вступает в силу с момента подписания его сторонами18. Из этого общего правила может быть два исключения:

  • ратификация становится необходимой, когда лица, уполномоченные на заключение договора, превысили свои полномочия;

  • ратификация осуществляется также тогда, когда глава государства сохраняет за собой право принять или отвергнуть заключенный международный договор.

Другие авторы не признавая ратификацию необходимым условием для придания обязательной силы каждому международному договору, связывают ее применение с важностью и значением для государств того или иного договора. Таким образом, наиболее важные договоры , в большинстве случаев, проходят ратификацию. Другие, менее существенные договоры, не сопровождаются такой процедурой19.

В целом, ратификации подлежат международные договоры, при заключении которых стороны условились о последующей ратификации. Остальные договоры и соглашения, не подпадающие под первую и вторую категории, не подлежат ратификации. Международная практика и законодательство большинства государств отрицают необходимость ратификации всех без исключения международных договоров. Фактически международные договоры образуют две большие группы, одна из которых включает в себя договоры, приобретающие обязательный характер с момента их подписания, а другая – договоры, обязывающая сила которых возникает только после ратификации. Учитывая это, некоторые ученые сделали даже попытку определить международно-правовые признаки, по которым можно отнести международно-правовой договор к одной из двух групп. Например, Оппенгейм решает вопрос о необходимости ратификации в зависимости от содержания соглашения. По этому признаку ратификации не подлежат протоколы, обмен нотами, соглашения типа modus vivendi и некоторые другие20.

Ратификацию как международно-правовой акт нужно отличать от одобрения международного договора парла­ментом, правительством и т.д. как акта внутригосудар­ственного права, хотя они и взаимно связаны - без парламентского одобрения глава государства зачастую не имеет права совершить акт ратификации, а если он все же его совершает вопреки конституции, то может встать вопрос о действительности такой ратификации и между­народного договора в целом.

Еще в Конституцию США 1787 года было включено положение, что президент «имеет право с совета и со­гласия сената заключать договоры при условии одобре­ния 2/3 присутствующих сенаторов» (ст.II, разд. 2, п. 2). Во французских конституциях периода буржуазной ре­волюции действительность ратификации также была обу­словлена согласием парламента21.

В различных государствах процедура ратификации и парламентского одобрения не одинакова. Различен и перечень договоров, которые нуждаются для их ратификации в одобрении парламента Установление всего этого как уже говорилось, является внутренним делом каждого государства, определяется внутренним его правом. Международное право не устанавливает, какие договоры по лежат обязательной ратификации и одобрению.

В большинстве государств в парламентском одобрении нуждаются:

  • договоры, требующие изменения законов государства (Австрия, Бирма, Греция, Дания, Италия, Норвегия, Таиланд, Финляндия, Франция, ФРГ и др.);

  • мирные договоры. (Гаити, Иордания, Финляндия, Франция и др.);

  • договоры о принятии финансовых обязательств (Бельгия, Бирма, Гватемала, Греция, Иордания, Ирландия, Италия, Ливан, Нидерланды, Франция и др.);

  • торговые договоры (Бельгия, Греция, Иордания, Ливан, Франция и др.);

  • договоры цессии государственной территории или ее изменения (Дания, Иордания, Исландия, Италия, Таиланд, Франция и др.) и т.п. ;

  • ряд других договоров, например, союзные (Греция, Иордания и др.), договоры о международных организа­циях (Греция, Франция), об экономическом сотрудниче­стве (Греция), о международном судебном или арбитражном разбирательстве (Гватемала, Италия), о созда­нии военных баз или о проходе иностранных войск через государственную территорию (Гватемала) и т.д.

В литературе по международному праву встречаются утверждения, что ратификация не может быть условной. Из западных юристов такого мнения придерживаются Л. Оппенгейм, Х.Уолдок, Э.Кастрен, С.Цуруока и др. В советской науке такая точка зрения была высказана Ф.И.Кожевниковым и В.М.Шуршаловым. Однако такая позиция не соответствует договорной практике. Эта позиция была подвергнута критике в Комиссии международного права в 1962 году на XIV сес­сии при обсуждении проекта ст.11 первого доклада Х.Уолдока, где предусматривалась недопустимость условной ратификации22. Многие члены комиссии, в том числе А.Фердросс, М.Ясин, М.Бартош, М. Ляхе и др., выступили против, и положение Х.Уолдо­ка о недопустимости условной ратификации было исключено из проекта. На Венской конференции ООН по праву договоров этот вопрос не возникал, и в Венской конвен­ции о недопустимости условной ратификации ничего не говорится.

В практике государств встречаются два вида услов­ной ратификации:

  1. ратификация, данная под отлагательным услови­ем, что она вступит в силу после ратификации договора рядом других государств. Некоторые конвенции о труде ратифицированы рядом государств под таким услови­ем: конвенция 1927 года об импортных и экспортных ограничениях и запретах, конвенция 1931 года об уни­фикации дорожных знаков (в последней это прямо пре­дусматривалось в ст.10);

  2. ратификация под отменительным условием — бо­лее редкая форма условной ратификации. Примером мо­жет служить ратификация США Договора об ограниче­нии и сокращении морских вооружений от 22 апреля 1930 г. В ратификационной грамоте США говорилось, что они ратифицируют договор «на условиях, изложенных в решениях сената», а именно при условии, что в нем нет никаких секретных дел, документов или соглашений, ко­торые могли бы изменить содержание договора23.

Если в первом случае вступление в действие ратифи­кации приостанавливается до наступления отлагательно­го условия, то в последнем случае оно прекращается.

Следует также иметь в виду, что в соответствии с практикой ООН государства могут не признавать участ­ником данного договора государство, которое ратифици­ровало его под условием ратификации договора другими государствами. В то же время можно считать, что совре­менное международное право не запрещает практики условной ратификации, хотя таких случаев немного. В практике РФ случаев условной ратификации до сих пор не было.

От условной ратификации нужно отличать ратифи­кацию с оговоркой (см. разд. 18 гл.V) и частичную ра­тификацию. Возможность последней вытекает из ст.17 Венской конвенции о праве международных договоров в случае, «если это допускается договором или если с этим согласны другие договаривающиеся государства».

Ратификация международного договора вызывает важные юридические последствия. Они могут быть раз­делены на две группы: международно-правовые и внут­ригосударственные. В международно-правовом плане ра­тификация:

  1. закрепляет наиболее авторитетно согла­сие государства на обязательность для него ратифициро­ванного им международного договора;

  2. если междуна­родный договор не вступил в силу (например, вследствие отсутствия предусмотренного в нем числа ратификаций других государств), то ратификация возлагает на государство, которое ратифицировало договор, обязанность воздерживаться от действий, которые лишили бы договор его объекта и цели;

  3. вводит договор в силу, если дан­ная ратификация образует число ратификаций, которое необходимо по условиям договора для вступления его в силу;

  4. если договор уже вступил в силу (или вступает вследствие данной ратификации), то с момента ратифи­кации государство становится полноправным участником договора и для него становятся обязательными постанов­ления договора, если только не предусмотрено иное, на­пример, что он становится обязательным через опреде­ленный срок после обмена или сдачи ратификационных грамот на хранение или что он вступит в силу временно до ратификации. В этом последнем случае ратификация будет иметь обратную силу.

Что касается ратификации международных договоров в России, то Конституция (п. «г» ст.106) включила в перечень принимаемых Го­сударственной Думой федеральных законов, которые подлежат обяза­тельному рассмотрению Советом Федерации, федеральные законы о ра­тификации и денонсации международных договоров. В соответствии с этой нормой Конституции Закон (ст.14) устанавливает, что ратифика­ция международных договоров осуществляется в форме федерального закона. Например, в форме федерального закона были ратифицированы консульские конвенции, заключенные Российской Федерацией с Респуб­ликой Казахстан (от 28 марта 1994 г.), Республикой Узбекистан (от 2 марта 1994 г.), Кыргызской Республикой (от 25 января 1994 г.), с Респуб­ликой Молдова (от 14 июня 1994 г.) 24. Согласно ст.15 закона «О заключении международных договоров» ратификации подлежат международные договоры Российской Фе­дерации:

а) исполнение которых требует изменения действующих или приня­тия новых федеральных законов, а также устанавливающие иные правила, чем предусмотренные законом;

б) предметом которых являются основные права и свободы человека и гражданина;

в) о территориальном разграничении Российской Федерации с другими государствами, включая договоры о прохождении Государственной грани­цы Российской Федерации, а также о разграничении исключительной эко­номической зоны и континентального шельфа Российской Федерации;

г) об основах межгосударственных отношений, по вопросам, затра­гивающим обороноспособность Российской Федерации, по вопросам разо­ружения или международного контроля над вооружениями, по вопросам обеспечения международного мира и безопасности, а также мирные дого­воры и договоры о коллективной безопасности;

д) об участии Российской Федерации в межгосударственных союзах. международных организациях и иных межгосударственных объединениях, если такие договоры предусматривают передачу им осуществления части полномочий Российской Федерации или устанавливают юридическую обя­зательность решений их органов для Российской Федерации.

В подпункте «а» сформулировано общее правило, определяющее, что ратификации подлежат международные договоры, исполнение кото­рых требует изменения действующих или принятия новых федеральных законов, а также устанавливающие иные правила, чем предусмотренные законом. Для наиболее полного понимания этой нормы важно учесть положения п. 2 ст.6 Закона, устанавливающие, что решения о согласии на обязательность для РФ международных договоров принимаются ор­ганами государственной власти РФ в соответствии с их компетенцией. Сопоставление подпункта «а» п. 1 ст.15 и п. 2 ст.6 позволяет сделать вывод о том, что согласие на обязательность для РФ международного договора, содержащего иные правила, чем предусмотренные законом (исполнение которого требует изменения действующих или принятия но­вых федеральных законов), может быть дано только в форме федераль­ного закона.

Итак, Закон построен таким образом, что ни Президент, ни Прави­тельство, ни тем более федеральное ведомство не вправе принять реше­ние о согласии на обязательность для РФ международного договора, ус­танавливающего иные правила, чем предусмотренные законом (исполне­ние которого требует изменения действующих или принятия новых фе­деральных законов). Это находит свое подтверждение и в соответствую­щих положениях Конституции, определяющих, что указы и распоряже­ния Президента не должны противоречить Конституции и федеральным законам (ч. 3 ст.90), а Правительство издает постановления и распоря­жения на основании и во исполнение Конституции, федеральных зако­нов, нормативных указов Президента (ч. 1 ст.115). Что касается феде­ральных ведомств, то они действуют только в пределах своей компетен­ции.

В подпунктах «б», «в», «г», «д» содержится перечень международ­ных договоров, подлежащих обязательной ратификации независимо от того, устанавливают ли они иные правила, чем предусмотренные зако­ном, или нет. Это договоры по вопросам прав и свобод человека и граж­данина, территориального разграничения, основ межгосударственных отношений, обороноспособности, разоружения и контроля над вооруже­ниями, обеспечения мира и безопасности, мирные договоры и договоры о коллективной безопасности, а также договоры об участии в междуна­родных объединениях, если предусматривается передача им осуществле­ния части полномочий РФ или юридическая обязательность решений их органов для РФ.

Круг международных договоров, подлежащих ратификации, суще­ственно расширен по сравнению с Законом 1978 г. и включает наиболее важные с точки зрения государственных интересов договоры. К сожале­нию, существует тенденция к постоянному расширению перечня подле­жащих обязательной ратификации договоров путем принятия новых за­конов, устанавливающих, что все международные договоры по опреде­ленным вопросам или данной категории подлежат ратификации. Такой подход является, во-первых, юридически бессмысленным, так как под­пунктом «а» п. 1 устанавливается общее правило, в соответствии с кото­рым определяется, в каких случаях договор подлежит ратификации, а во вторых - юридически неправомерным, так как расширение перечня меж­дународных договоров, подлежащих обязательной ратификации, возмо­жно только путем изменения самого Федерального закона «О междуна­родных договорах Российской Федерации». По иному обстоит дело, ко­гда в федеральном законе, направленном на регулирование тесно свя­занных с международной деятельностью России отношений, устанавли­ваются вытекающие из контекста закона особенности, позволяющие оп­ределить, в каких

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: