Языковое сознание и особенности его проявления у представителей русского и казахского этносов (социолингвистический и психолингвистический аспекты)
Выводы по второму разделу
Русский этнос занимает в структуре казахстанского общества свою социальную нишу. Статус его достаточно высок, так как он занимает второе место на стратификационной шкале социума, обладает властью. Отношение русской диаспоры к государству, где они живут и работают, вполне лояльное. Они доверяют государству, выражая патерналистическое и этатическое сознание по отношению к стране проживания.
Анализ языкового сознания представителей русской диаспоры в республике Казахстан показывает, что национальное сознание их, в том числе и языковое сознание, представляет собой конгломерат, состоящий из нескольких компонентов: 1) отличительные черты русского менталитета, сформированные на протяжении всей истории развития русского этноса и передающиеся из поколения в поколения в виде этноценностных норм поведения и проявлений национального характера: соборность, этатизм, патернализм, хлебосольство, религиозность, лень, самовозвеличивание и бескорыстие и др.; 2) признаки советского менталитета, усвоенные русскими в годы тоталитарного режима: коллективизм, равенство, патернализм, приоритет трудового коллективизма, противостояние западной культуре; 3) ментальные представления постсоветского периода в массовом сознании русских: ориентация на Запад, деловитость, стремление полагаться больше на себя, чем на государство (апатернализм), социальная мобильность и вместе с тем безверие, неуверенность в завтрашнем дне (части русских и др.); 4) черты ментального представления национального языкового сознания казахов, воспринятые и перенимаемые русской диаспорой в ходе частичной этнической и языковой ассимиляции: широкое гостеприимство, уважительное отношение к старшим, трудолюбие и др.
Язык представляет собой идеографическую концептосферу – совокупность концептов, содержащих в себе социально-исторический и культурный опыт народа, выработанный веками в специфических социально-экологических условиях и детерминированный всем хозяйственно-бытовым укладом народа, его мировосприятием и мировоззрением.
Эксплицитными способами передачи национального сознания казахов и русских являются: 1) фразеологический состав языка, в образном содержании которых воплощено культурно-национальное мировидение народа. Это, в первую очередь, исконные фразеологические единицы казахского и русского языков, компонентами которых являются национальные реалии, фразеологизмы со значением цвета, возраста, названиями животных и др.; проявления национального характера и психического уклада нации; 2) соблюдение национальных традиций, обрядов, обычаев, табуирования, выступающих в роли стереотипов культурно-национального миропонимания и воспроизводящих межпоколенную трансляцию установок национальной культуры общения и правил этнического поведения.
Имплицитная форма выражения национального самосознания - это скрытое выражение национальных чувств (чувства этнической идентификации со своим этносом, гордость родным языком, стремление к всесторонне овладеть им, приверженность ко всему национальному: еде, одежде, культурным понятиям) при помощи национально-маркированных концептов, как частей концептосферы языка, национального мировоззрения.
Языковое сознание русских, проживающих в Республике Казахстан, несколько отличается от национального сознания русских России, что объясняется формированием своеобразных установок в условиях чужой природно-географической и социально-политической этнической среды, дисперсным проживанием и межэтническими контактами, реализацией этнического поведения, вобравшей в черты русского национального самосознания и национального менталитета казахов.
Анализ концептосферы русского этноса показывает, что можно отметить в ней наличие ядра, в которой сконцентрировано мировидение этноса опосредованное множеством экстралингвистических факторов, показывающих отражение когнитивной картины мира в языковой картине русских.
3 Казахское языковое сознание
3.1 Казахский язык как отражение этнического и языкового сознания казахов
Языковое сознание отражается и в системе нации – этноса, факторах государственных границ, соотношении этноса и языка, став одним из важнейших в развитии этноязыковых процессов, язык, по крайней мере, на уровне обыденного сознания, на уровне автостереотипа этноса и представлений о данном этносе, в большинстве случаев является самым важным, ранее всего называемом признаком этноса. Безусловно, что определенная языковая общность наряду с общностью территории и культуры является необходимым условием для формирования этноса роста его самосознания. В связи с этим проблема соотношения этноса языка и государства является предметом заботы внутригосударственной политики, которая зависит от общественного устройства дел в данном государстве, но есть ряд общих закономерностей, на фоне которых складывается конкретная языковая ситуация в той или иной стране. Государство, как правило, заинтересовано в том, чтобы имелся один, понятный всем гражданам данного государства язык, который мог бы служить целям массовой коммуникации. В Республике Казахстан таким языком является казахский язык, выбор которого в качестве государственного продиктован, кроме того, необходимостью сохранить соотношения трех ареалов: языка, этноса, государства
На территории Республики Казахстан проживают представители более 130 наций и народностей. Доминирующими являются два этноса – казахский и русский. Казахский этнос – коренная нация.
Казахский язык – язык казахского этноса. В своей работе мы принимаем определение казахского языка, данное Б. Х. Хасановым: «Казахский язык – язык, отличающийся по своей внутренней структуре от всех существующих в мире, других языков, и исторически принадлежащий казахской нации, независимо от его численности, закрепленный в ее национальном сознании, употребляемый ею в различных сферах жизни для полного удовлетворения этнических потребностей, исконно общее средство для всех членов нации, без учета места проживания, пола, возраста, убеждений, профессии и рода деятельности, социального и имущественного положения» [141].
В настоящее время казахский язык является государственным языком Республики Казахстан. Его статусное положение закреплено Конституцией Республики Казахстан, а также языковым законодательством законом «О языках в Республике Казахстан», теоретически обосновано концепцией языковой политики Республики. Тенденции практической реализации статуса государственного языка отражены в «Государственной программа функционирования и развития языков на 2001-2010 годы», где указаны приоритетные направления его развития: Приоритет 1 (нормативное правовое обеспечение); Приоритет 2 (развитие государственного языка в сфере государственного управления, законодательства, судопроизводства, делопроизводства, в Вооруженных силах и правоохранительных органах международной деятельности); Приоритет 3 (языковое развитие в сфере образования и обучения языкам); Приоритет 4 (научное обеспечение языкового развития); Приоритет 5 (языковое развитие в сфере культуры и средств массовой информации, а также в сфере здравоохранения и обслуживания населения).
Государственный язык, по словам Б.Хасанова, основной компонент социально-коммуникативной системы определенного государства, являющийся средством общения для всего населения на всей территории и в различных сферах жизни [142, 170].
Казахский язык получил официальный статус государственного потому, что, во-первых, он, язык коренной этноса, который, как и всякий автохтонный этнос, должен иметь свою территорию, свой язык, свое государство. Как этнос, так и язык – это явления ареальные, связанные с определенными территориями, на которых они распространены либо спорадически, с большой или меньшей частотой встречаемости. По мысли С.Арутюнова, для этнических процессов современности особо важное значение имеет то обстоятельство, что ареалы этносов и языков взаимодействуют с третьим типом ареалов – государствами [143, 147].
Стремление государства сохранить язык коренного этноса способствует появлению этнических и этнолингвистических конфликтов. Под этническим конфликтом А.Ямсков понимает социальную ситуацию, обусловленную несовпадением интересов и целей отдельных этносов, проживающих в данном регионе и порожденную неприятием ранее сложившегося статус-кво существенной частью этносов [144, 207]
Проблема функций языка исследовалась многими учеными: (К.Бюлер, Р.Якобсон, А.Мартине, М.А.К.Хэллидей, Б.А.Серебренников, Г.В.Колшан- ский, Р.В.Пазухин, Ю.С.Степанов, Л.Б.Никольский, Ю.С.Дешериев, А.А. Леонтьев, В.А. Аврорин, Л.А. Киселева, А.О. Орусбаев, Б.Хасанулы, К.М.Абишева, С.Ж.Баяндина, Д.Д.Шайбакова и др).
Казахский язык – это язык широкой категории, обладающий, по мнению К.М.Абишевой, всеми признаками языков этой категории, и в первую очередь, комплементарными функциями [145].
С.Ж. Баяндина считает, что попытки ученых раскрыть функциональную сторону языка, научные дискуссии об иерархии функций языка, о моно- и полифункциональности языка, о количестве функций языка, о функциях языка и речи, функциях языковых знаков и т.п., привели к возникновению разнообразных точек зрения, порой противоречивых, на эту сложную проблему, и поэтому проблема исследования функций языка обусловлена тем, что их сущность может быть объяснена с помощью новых научных подходов, применяемых в современном языкознании. Смена лингвистической парадигмы в новом тысячелетии обусловлена в первую очередь функционированием языка. Так, например, с точки зрения современной лингвистической парадигмы функции языка следует с учетом трех основных позиций: 1) функции языка с учетом деятельностной сущности языка; 2) функции языка в деятельности человека; 3) при исследовании функций языка необходимо учитывать также социальную природу самого языка, проявляющуюся в его социальной сущности, социальной дифференцированности, социальном языковом поведенческом плане. [54, 5-55].
Казахский язык должен выполнять широкие общественные функции и иметь обширную функциональную дистрибуцию. В настоящее время имеют условия и возможности полнокровного функционирования его, так как он обладает богатым словарным составом, в том числе лексико-грамматическими средствами, приспособленными для выражения содержания и целей, той или иной деятельности в разнообразных сферах общения, обладает коммуникативным удобством.
Следует отметить, что еще слабы позиции государственного языка в производственных отраслях, в сфере маркетинга, в сфере транспорта и коммуникации, военной и др. Поэтому следует обратить особое внимание на достаточную развитость государственного языка во всех сферах общения. Достаточная развитость языка, по мнению Ч.Фергюсона, определяется тремя моментами: 1) графизацией, т.е. разработкой письменности; 2) стандартизацией, т.е. упорядочением норм как устной, так и письменной речи; 3) модернизацией, т.е. прежде всего лексическим обогащением, разработкой терминологических систем, с тем, чтобы язык мог обслуживать потребности научно-технического прогресса и современной политической деятельности [146].
Развитие государственного языка связано также с разрешением проблемы использования официально-делового стиля и свободного владения им. В настоящее время исполнение Закона «О языках в Республике Казахстан» ограничивается, по словам Ж.Таласпаевой, [147] только переводом официальных терминов с русского, в деловой сфере используется только прямой перевод с русского, а свободное изложение текстов документов на официальном казахском языке, достаточно непринужденное общение на официальном казахском пока слабо практикуется.
Развитие общественных функций казахского языка во всех сферах общения и в первую очередь, в сферах диктуется необходимостью полнокровного функционирования государственного языка в данных отраслях. Только в случаях интенсивного использования казахского языка в них казахский язык может усилить свою коммуникативную мощность и расширить функциональную дистрибуцию. Следует все время помнить о том, что чем больше выполняет язык общественных функций, тем полноценнее он выглядит, так как повышаются его информационная ценность и коммуникативная гибкость. В связи с этим уместно вспомнить высказывание А.Арасила [148] подчеркнувшего тесную связь между общественными функциями языка и так называемыми лингвистическими функциями общества, т.е. такими структурами и процессами, которые прямо влияют на язык. К ним относятся языковой контроль и сознание. При этом он выдвинул положение о том, что существование и выживание языка зависит не только от количества говорящих на нем, но и от полноты его функций. Поэтому единственным средством спасения языка является нормализация его положения, которое заключается в выработке и узаконении норм языкового узуса, расширяющих сферы употребления языка.
Развитие государственного казахского языка, заключается, как видим, в расширении его дистрибуции и применения его во всех сферах производственной и общественно-политической жизни в качестве доминирующего языка.
Современный этап функционирования казахского языка отмечен интенсивным развитием общественных функций казахского языка в сфере обучения. Неуклонно растет число школ с казахским языком обучения. По данным Министерства образования в 1999-2000 учебном году из 3,5 млн. учащихся школ республики 1,6 млн. обучалось на казахском языке (50,6%). Общее количество школ с казахским языком обучения достигло в 2000 году 43% (7910) от общего количества школ в республике.
В начальных и средних профессиональных организациях образования ведется обучение на государственном языке по 200 специальностям, в высших учебных заведениях республики - более чем по 75 специальностям. Количество студентов на отделениях с казахским языком обучения составило в 2000 году около 32% (85300 чел.). В учебные планы высших и средних специальных учебных заведений введена новая специальность «Делопроизводство на казахском языке».
Укрепилась социальные функции государственного языка и в сфере средств массовой информации и коммуникации. Так, к 2000 году 144 канала из 192 вещали на двух языках. В 2001-2002 годах появились уже специализированные каналы «Хабар», «Қазақстан» и др., вещающие только на казахском языке. В Костанайской области 13 телевизионных программ ведут передачи на двух языках. При этом время телепередач на казахском языке приравнено ко времени передач на русском.
Вместе с тем следует указать на недостатки телепередач на казахском языке: многие дикторы, ведущие телепередачи на государственном языке, сами слабо владеют казахским языком, допускают речевые ошибки. И это, по словам Ж.Аязбекова, оказывает отрицательное влияние на людей, обучающихся государственному языку снижает его престиж [149, 86]. Требует решения и такая проблема, как выдвижение казахского языка как макропосредника, общественные функции которого заключаются в выполнении функции полиэтнической включенности.
Переход делопроизводства на казахский язык начинающееся функционирование его во многих сферах общения, естественно, вызвали в нем потребность как в языке межнационального общения.
Казахский язык должен быть и является уже языком - макропосредником, так как выполняет, во-первых комплементарные общественные функции языка широкой категории, такие, как: регулятивная функция – функция этнической включенности, аккумулятивная функция; функция активного переводчика и посредника в распространении знаний; во-вторых, имеет значительную функциональную дистрибуцию; в - третьих обладает Великой традицией, и обладать Великой традицией может только язык, выполняющий большой объем общественных функций [150]; в-четвертых, еще с давних пор выступал в качестве языка – макропосредника при ведении дипломатических переговоров. По словам Б.Хасанова [151, 212-222] еще в давние времена праязык современного казахско-кыпчакский, выступал как язык международного общения в правовой, военной сфере, был государственным языком Золотой Орды, более 250 лет кыпчакский язык был государственным языком в Египте и Сирии при государстве мамлюков.
Реализации им функции полиэтнической включенности во многом способствовало развитие разных типов двуязычия. По словам Б.Хасанова в Казахстане издавна функционировали различные типы двуязычия, трехъязычия, четырехязычия и пятиязычия [152], [157].
Среди них наиболее массовым является национально-русское двуязычие, и наименее распространенным русско-национальное, в частности русско-казахское двуязычие. В настоящее время в Республике Казахстан удельный вес русско-казахского двуязычия составляет 17%.
Анализ русско-казахского двуязычия в социолингвистическом аспекте показывает, что этот тип двуязычия актуализируется в процессе взаимодействия двух гетерогенных социумов (коллективов или обществ), путем употребления ими двух языков. Оно возникает как результат длительного взаимодействия русского и казахского языков. Русско-казахское двуязычие – это синхронное (параллельное или смешанное) использование двух языков в гетерогенном социуме как интегрирующее средство общения. Главная черта русского-казахского двуязычия – это его двухкомпонентность. В отсутствие одного из двух компонентов оно автоматически лишается своего лингвистического статуса и воспринимается как одноязычие.
Русско-казахское двуязычие характеризуется как неконтактное, неблизкородственное, смешанное, так как билингв (русскоязычный), хорошо знает свой родной язык, но слабовато второй язык: им допускаются в речи различного рода речевые ошибки, вызванные «ущербной компетентности» [153] его во втором языке, переходит с одного языка на другой вследствие автоматического «соскальзывания» с одного языка на другой, на язык, который хорошо знаком коммуниканту.
Межэтнические русско-казахские соседские дружеские, производ-ственно - духовные связи и контакты осуществляются по разным поводам, в различных сферах и находят многообразные формы и виды. Сферами межэтнических русско-казахских контактов выступают и совокупности малых контактных групп – от случайных, быстро распадающихся объединений (толпа на улице, зрители в кино, театре) до устойчивых общностей (группы по интересам, соседи, производственный коллектив, семья).
Русско – казахские языковые контакты, приводящие к возникновению русско-казахского двуязычия, имеют маргинальный и инстратный характер. Маргинальные контакты осуществляются в пределах относительно узких территорий непосредственного соприкосновения этнических массивов. Именно в пределах контактных зон, связанных с существованием этнических границ и рубежей, происходят, по мнению Козловой К.И., Чижиковой Л.Н. межэтнические контакты [154], [155].
Недостаточное знание второго языка приводит к появлению смешанного или совмещенного двуязычия.
Под смешанным двуязычием мы понимаем, вслед за Б.Хасановым, субординативное двуязычие, при котором имеется единая семантическая база, но два механизма входа и выхода [156, 39].
Русско-казахское смешанное двуязычие. Так как билингвы, по нашим наблюдениям, весьма часто смешивают два языка, которые сливаются в одну систему. «Друс. Друс. Правильно. Молодец, Садвокас, - горячо сказал Федор, и впервые за много дней его лицо просветлело от улыбки» (И.Шухов. Горькая линия, с. 219); «Жюр – пошел, собака, отсюда, - прошипел фон барон Пикушкин и, уцепившись могучей волосатой пятерней за ворот полотняной рубахи высокого и гибкого джигита, рывком притянул его к себе, точно хотел присмотреться к нему поближе» (И.Шухов. Горькая линия, 56 с.).
Смешанным будет также двуязычие, при котором переключение с одного языка на другой идет не в пределах предложения, а в пределах отрезков текста, больших чем предложение, ср.: «Тегістеліп тас өрілген жерлерге ағаш отырғызып, бағбандар жүр. Іштерінде Антоша да бар екен. – Здравия желаю! Ауыл аман? Хал қалай? – Аман да, жақсы. Сіз тіпті Тасеген жолына ортақ адамнан болғаннан саусыз ба? – Буров жолдас айтты: «Мен генерал дейді. А, біздер - солдат» (Ғ.Сланов. Қең өріс, 44-б.).
Недостаточное знание казахского языка ведет к появлению так называемого ущербного языка, ср.: «Афанасьевич подошел к Жаныл, которая понравилась ему своей веселой приветливостью, и заговорил на ломаном казахском языке: - Аул казах жигит бар? – что он сказал? – засмеялась Жаныл, повернувшись к остальным. – Понял кто-нибудь? – Кажется, спрашивает, есть ли в ауле жигиты – догадался один» (М.Ауезов. Путь Абая, с.180-181); «Дарья заговорила с казашками, передавая им сухари и хлеб, она знаками объясняла, кому налить молоко: - Меники, сеники, - приговаривала она, улыбаясь» (М.Ауезов. Путь Абая, с.180).
Анализ ситуации владения казахским языком русскими показывает следующее: 71% русские не владеют казахским языком ни в какой степени; 13% могут прочитать текст со словарем, 8,5% понимают речь, но разговаривать не могут. Свободно владеющих казахским языком среди русских 1,4%. Говорящих, читающих, но не пишущих 1,7%, умеющих только объясняться 4,6%. Отсюда можно сделать вывод, что среди русских владеют казахским языком в той или иной степени 7,7% - 8,5%.
Сравните статистические данные [153] в которых также приводятся сведения о степени владения государственным казахским языком в разрезе населения областей и городов республиканского значения.
Таблица 3 - Степень владения казахским государственным языком в разрезе населения областей и городов республиканского значения:
| Все население |
Степень владения государ- ственным языком |
Владеющие в % ко всему населению | |||
| Владеют | Из них слабо владеют | Не владе-ют | |||
| Республика Казахстан | 14953126 | 96313080 | 1123572 | 531750 | 64,4 |
| Акмолинская | 836271 | 364256 | 50629 | 472015 | 43,6 |
| Актюбинская | 682558 | 5466058 | 570884 | 135950 | 80,1 |
| Алматинская | 1558534 | 1195706 | 128201 | 362807 | 76,7 |
| Атырауская | 440286 | 408774 | 9327 | 321511 | 92,8 |
| Восточно-Казахстанская | 1531024 | 849434 | 92768 | 681590 | 55,5 |
| Жамбылская | 988840 | 796841 | 86544 | 191999 | 80,6 |
| Западно-Казахстанская | 616800 | 434716 | 29407 | 182075 | 70,5 |
| Карагандинская | 1410218 | 654227 | 127693 | 755991 | 46,4 |
| Костанайсая | 1017729 | 399792 | 105441 | 17937 | 39,3 |
| Кзыл-Ординская | 596215 | 579489 | 9737 | 16426 | 97,2 |
| Мангыстауская | 314669 | 262780 | 8983 | 51899 | 83,5 |
| Павлодарская | 806983 | 374522 | 65172 | 32461 | 46,6 |
| Северо-Казахстанская | 725980 | 264103 | 45020 | 61840 | 36,4 |
| Южно-Казахстанская | 1978339 | 1753600 | 179139 | 224739 | 88,6 |
| Астана | 319324 | 151424 | 21991 | 167900 | 47,4 |
| Алматы | 1129356 | 594736 | 106466 | 534620 | 52,7 |
Таким образом, проблема функционирования государственного языка среди казахов и русских острая. Для разрешения ее необходимы интенсивные усилия всех казахоязычных и русскоязычных, а также иноязычных носителей языка, усилия государственного аппарата, направленные, в первую очередь, на развитие функциональной дистрибуции государственного языка.
По мысли А.О. Орусбаева, «языковая политика отражает категорию связанную с отношениями общества и государственной власти к решению языковых проблем в стране. В однонациональном государстве проведение языковой политики определяется реализацией мероприятий по надзору и регулированию языковых проблем общенационального значения. Значительно труднее осуществлять языковую политику в многонациональном государстве. Языковая политика в этих условиях призвана концентрированно выражать идеологические, социальные и культурные интересы государства, сквозь призму ценностей каждого этноса, являющегося составной частью данного государства. Важность такого принципа подчеркивается и тем реальным фактом, что язык предстает в сознании людей высшей степенью социокультурного феномена, выступает неотъемлемой частью духовной жизни этнического сообщества независимо от его численности, характера расселения и среды обитания в полиэтнической стране» [156, 181].
Этнолингвистические конфликты – это конфликты, связанные со стремлением возродить полноценное функционирование родного языка и традиционной культуры в условиях прогрессирующей аккультурации. По мнению А.О.Орусбаева, основой этнолингвистических конфликтов выступает интегрирующая функция языка [157, 7].
Конфликты происходят в горизонтальной и вертикальной плоскостях, так как представители русской диаспоры, выдвигают перед государством требование выравнивания уровня жизни между отдельными группами, представления места в экономической, хозяйственной нишах, выдвижения по изменению политического статуса и объема властных полномочий той или иной этнической группы. Конфликты между этническими группами в горизонтальной плоскости возникают в связи со стремлением каждого этноса продвинуть свой язык на статусную позицию (сравните конкретную борьбу за статусные позиции государственного языка. В качестве государственного языка русской диаспорой и их последователями выдвигался русский язык, тогда как казахская этнокультурная общность требовала, чтобы государственным языком был язык коренной нации).
Важнейшей проблемой использования государственного языка является его функционирование во всех сферах общественной жизни. В Законе «О языках в Республике Казахстан четко определены основные сферы его функционирования: язык в сфере образования (статья 16), язык сделок, (статья 15), язык судопроизводства (статья 13), язык делопроизводства (статья 10), язык сферы управления (статья 9, 11), язык военной и правоохранительной сферы (статья 12), язык в сфере науки и культуры (статья 17), язык в печати и сфере массовой информации (статья 18)» [158, 26-29].
3.2 Менталитет казахского народа как отражение этнического и языкового сознания
Национальное самосознание казахов актуализируется через систему его этноценностных ориентаций, проявления национального характера – менталитета. Своеобразие казахского менталитета заключается в его обусловленности природно-географическими условиями проживания, типом хозяйственной деятельности, кочевым образом жизни, спецификой этнической структуры, сложившейся в виде родоплеменной иерархии и сословно (кастово) – этнических групп. Именно природно-географическая среда, занятия кочевым скотоводством, родоплеменная этническая структура и существование патронимии способствовали формированию особого психического уклада казахской нации – менталитета, как жизненно необходимых правил человеческого общежития.
Менталитеты различных этносов неадекватно выражены, что связано как с различиями природно - географических условий проживания народа, характером их трудовой деятельности, спецификой внутренней структуры этноса, а также тем, какие общественно-экономические формации пережил тот или иной народ. Так, непосредственная близость к наблюдаемому и воспринимаемому, укорененность в бытии, близком к природе, выразились у казахов в особом понимании времени, пространстве, внутреннего мира человека, смысла его бытия, нравственных устоев. Все это имеет реальные корни в действительном бытии, отсюда проистекает национальный образ мира. По словам Кшибекова, менталитет казахского народа неразрывно связан с кочевым образом жизни и резко отличается от менталитета народов Европы [65, 4]. менталитет казахского народа как основной стержень национального самосознания, подвергается изменениям, подвижен. Если раньше до революции, основными чертами его были: патронимизм, т.е. почтительное отношение к господствующим в обществе патриархальным устоям, правилам, установленными общиной, родоплеменными старейшинами, уставом «Жеті жарғы», выполнение указаний торе и ходжей, то в послереволюционный период ведущими признаками, наряду с продолжающимися господствовать в казахском обществе патронимическими принципами, являются черты советской ментальности, выразившиеся в соблюдении принципов равенства коллективизма (один за всех, все за одного). Социализм, по мнению казахов и русских -это справедливый строй, так как советская власть существовала для советского человека. Этот строй олицетворяет для них настоящую жизнь. Само слово «социализм» вызывает у респондентов положительный эмоциональный заряд (благо, идеал, радость, счастье, свет). В менталитете казахов в советское время наблюдалось некоторое самоотчуждение от своей нации, когда большинство казахов, как и все народы СНГ, признали русский язык вторым родным языком, забывая о том, что родным может быть только язык своей нации, своего этноса. Этническое самоидентифицикация может осуществляться только в отношении своего родного языка.
Менталитет казахского народа – совокупность разных черт, сформированных в разное время: это и патронимизм, и черты советской ментальности, и черты патернализма, как уважительного отношения к своему родному государству, которое будет заботиться о своих гражданах (казахстанцах), рост этнического самосознания, стремление к этнической самоидентификации со своим народом всех казахстанцев (в полиэтническом социуме), и в то же время критическое отношение к мерам, проводимым государством, неприятие новых процессов рыночного характера, неуважение к новым русским и казахам как представителям мафиозных структур, стремление не замыкаться в рамках своей культуры, а воспринять ценное в других культурах, в частности, русской, некоторый космополитизм и сближение с русской культурой, как общей культурой народов, проживающих в Евразийском пространстве. Но в то же время, несмотря на трансформационные процессы в национальном сознании, черты казахской национальной ментальности как духа народа продолжают сохраняться.
3.2.1 Этнические стереотипы в языковом сознании казахов
Наиболее ярко менталитет народа проявляется в его национальном характере и языке. Так, чертами национального характера казахов являются: доверчивость и детская наивность, простодушие, широта души ср.: «Қазақтың мінезінде сәбилік көп қой; ол сенгіш, қең, дарқан. Мүмкін ен далада еркін сайран құрып, табиғат дүлеймен ғана тіресіп өскеннен де шығар. Ол ұсақтыққа бара бермейді. Сенген, құрмет тұтқан адамына көл-көсір, жер-ана берген байлықты маңдай терімен тауып отырса да, сатпайды, сыйлайды. Өйткені саудагер емес: оны ар көреді, ср.: Күздікте, тары орғанда: бірер қабын қалаға апарып сатсаңдаршы дегенде: «Қойшы, Митрей, сонан не болар дейсің. Еркек басымызға ұят ол. Сен анау бір қабын ала кет. Көже – қатық қыларсың, дейтін еді. Оны Судаков әлі ұмытқан жоқ» (М.Сүндетов Ескексіз қайық, 171-б.), отзывчивость; ср.: «Странно – Мухит обернулся назад, пригляделся к свету – Неужели дядя Канат? – Моя машина, - подтвердил Галымжан - Это степь, отозвался Мукаш, - Путника, потерпевшего беду, не оставляют на полдороге» (С.Санбаев Времена года нашей жизни, с.430); гостеприимство, радушие; ср.: «Жөн-жөн, шырақтарым, жолдарың болсын, - деді Ағыбай да өңін, жылыта қоймай. «Қонақ – ырыс», дейді аталарымыз. Қонақтың келгені жақсы» (К.Жұмаділов. Сәйгуліктер, 13 – 14-б). «Как водится, его угощали и в этом доме. Казахское радушие оборачивалось делом обременительным: сколько домов – столько и угощений. К тому же в доме Абды был приготовлен высший деликатес – вареная баранья голова. И в первый момент Карпов растерялся. Ему доводилось слышать; что по давнему обычаю гостеприимства баранью голову подают особо почетному гостю. Тот делит ее ножом и угощает гостей ниже рангом» (М.Ауәзов Племя младое, с. 325). «Жарқын бұның жұлдызы өзінің ғана емес, өңгенің де көсегесінің көгергенін тілейтін қең қолтық, ақ пейіл адам екенін мықтап ұқты» (І.Есенберлин Алтын аттар оянады, 284-б.); «Әділгерей еріксіз мырс етіп күліп жіберді: - Әй, аңқылдаған ақ қөңіл досым – ай!» (Қ.Жұмаділов Сәйгүлектер, 146-б.); уважительное отношение к старшим, ср.: Салаумәликам! – деп Бозайдар сәлем берді - Әликәсалам! О, батыр жол болсын! – Шымырбай, жасы үлкендігін көрсетіп жөн сұрады - Әлей болсын. Ауданға бара жатыр ем» (М.Скакбаев Ұят туралы аңыз, 266- б.); - Асалаумаға лейкум, Толеке! Ал, жол болсын. Әлей болғай. Амансыңдар ма?! (М.Сүндетов Кызыл ай, 225-б).
Конкретизация гостеприимства проявляется в соблюдении ритуала угощения, отдаривания гостя, например: «Қазақтын жас – жоралғысынан безбес болар» (М.Сералиев Замандастар, 121-б.).
Этнические стереотипы, заложенные в национальном сознании казахов, конкретизируются и упрощаются путем сближения абстрактных понятий с какими-то конкретными образами, расшифровки их путем ритуализированного представления в традициях, обычаях, обрядах, например, знак уважения к старшим, получения от них благословения в этническом стереотипе поведения казаха проявляется в обычае просить благословения у старших, например: «Үлкен кісілердің батасын алып, алдынан бір – бір өтіп шығуым керек» (Д.Досжанов Таразы , 154-б.)
Этнический стереотип отдаривания за радостную весть также ритуализируется в конкретной форме, например: «Сүйінші, сүйінші! Ерқара көкем келді!» (Ж.Еділбаев. Буырқанған бұлақтар, 121-б.).
Этнический стереотип конкретизации абстрактных понятий «Қадамы құтты болсын», «үйдің шырағы өшпесін» ритуализируется в соблюдении обычая подливания масла в огонь, например: «Табалдырықтың алдына жаңа сойылған жас тері төселеді. Оң аяғымен аттаған келін сүрінбесе, таймаса – қадамының құтты болғаны» (Ә.Кекілбаев, Құс қанаты, 33-б.). Келіннің қайын атасының үйіне бірінші рет келгенде, жасайтын ырымын «отқа май құю, отқа салар дейді» , ср. «Жырынды жігіт еді құқық оспан, жүйрік тіл, өткір сөздің алдын тосқан. Өңгертіп отқа құяр берді Оспанға. Сол болды күйеу қосшы оған қосқан».
Свадебный обряд «подливания масла в огонь» первоначально имел религиозную форму т.е. осознавался в форме ценностных представлений религии, когда магические действия были направлены на то, чтобы оградить молодых от всего, что было способно причинить им вред. Огонь был покровителем жилищ, домашним святилищем поэтому «у киргизов - пишет Ч.Валиханов, - невеста при вступлении в новое семейство должна была поклониться огню в большом доме. Невесту, вступающую в новое семейство, женщины вводят в юрту тестя, В дверях она делает обычно коленопреклонение, потом садят ее возле очага на выделанную телячью кожу, чтобы она, невеста, была мягка как шкура, … затем льют в огонь жир, и она падает несколько раз ниц, приговаривая «мать – огонь и жир- мать, награди меня милостью» [159, 55].
Огонь имеет качество очистительное. Очищают; проводя меж двух огней. Такой обряд очищения называется аластау. Отсюда фразеологизм «екі оттың арасынан өткізу» (провести между двух огней).
Определенным стереотипизированным ценностным представлениям, облаченную в религиозную фирму, а затем перешедшую в форму обряда является жертвоприношение (қүрбандық, садақа). Обычно приносят в жертву белого верблюда («ақ түйенің қарны жарылды», или барана с желтой головой (ақсарбас) или белого с лысиной.
Обряд жертвоприношения белого верблюда совершается в радостных случаях, например при возвращении близких людей из опасного похода или дальнего путешествия, при рождении наследника у людей, которые давно этого дожидались. Ақсарбас или белый с лысиной баран также приносится в жертву (садақа) на могилах предков, или в честь какого-то важного события в семье (ақсарбас садақа, боз қасқа садақа) или в жертву аурахам, приговаривая «О, арвах, для тебя именую лунорогого, раздельно-копытчатого с запахом мускуса, или с