Xreferat.com » Рефераты по истории » Польское восстание 1863 года и роль России

Польское восстание 1863 года и роль России

украинских земель. Руководители восстания рассчитывали при этом на военно-дипломатическую поддержку враждебных России дер­жав — Англии и Франции. В восстании приняли участие значительные слои населения крупных городов, но для привлечения кре­стьян к восстанию шляхта ничего не сделала, не желая отменять помещичьи порядки.

Вел. кн. Константин не был сторонником силовых мер, т.к. он счи­тал Царство Польское своей "вотчиной" и стремился сохранить с поляками хо­рошие отношения. Поэтому вначале он не предпринял решительных дейст­вий и , отпустив оставшиеся верными ему ряд воинских частей, отошел из-под Варшавы в пределы империи. Николай 1 также вначале не стре­мился к кровавому подавлению восстания. Когда уполномоченний диктаторра восстания ген. Ю.Хлопицкого Вылежинский приехал в Петербург, Николай 1 заявил: " конституция в том виде, какою я нашел ее при вступлении моем на престол и каковою она была завещана мне моим братом, императором Александром 1, эта конституция мною неизменно и стро­го сохранялась без всяких изменений. Я сам отправился в Варшаву и короновался там королем польским; я сделал для Польши все то, что было в моих силах. Конечно, может быть, в некоторых учреждени­ях царства польского и были некоторые недостатки, но это не по моей вине, и следовало это понять, войдя в мое положение и иметь ко мне больше доверия. Я всегда желал добра больше и, несомненно, сделал все для ее блага"21.

Но польские восставшие не стремились идти не на какие компро­миссы. Депутация сейма потребовала, чтобы к Царству Польскому были при­соединены белорусско-литовские и украинские земли, и польское го­сударство было восстановлено в границах 1772 г. При этом поляки ссылались на "обещание" Александра 1 (т.е. на оговорку в тексте Женского трактата о возможном расширении границ Царства). Русское правительство, естественно, не намеревалось выполнять такой ульти­матум. В итоге в январе 1831 года Сейм издал акт «детронизации» Николая 1, по которому не только он, но и весь дом Романовых ли­шался польского престола. Русскому правительству осталось подавить восстание военной силой.

Против шляхетского войска Николай 1 направил армию в 120 тыс. человек. Силы повстанцев (50—60 тыс.) сначала остановили цар­ское наступление, но были разбиты 26 мая 1831 г. под Остроленкой (k северу от Варшавы). Угроза подавления восстания привела к выступлению демократических низов польской столи­цы против правящей консервативной верхушки. Эта запоздалая активность народа, повесившего на фонарях нескольких генера­лов-изменников и шпионов, испугала шляхту и еще более усили­ла разброд в ее рядах. Несмотря на то, что к восстанию примкнула почти вся польская армия, русские войска под командованием вен.-фельдмаршала И.И.Дибича-Забалканского, а затем ген.-фельдмаршала И.Ф.Паскевича-Эриванскогов ряде сражений одержали победу и 25-26 августа 1831 г. штурмом взяли Варшаву. Восстание дорого стоило польскому народу: погибло 326 тыс. чел. (при штурме Варшавы только - 25 тыс. чел.), материальный ущерб составил 600 млн. злотых.

В советской историографии восстание 1830 г. оценивалось как "шляхетское" (см., напр. работу В.П.Друнина). Действительно, ари­стократическая партия во гл. с кн. А.Чарторыйским возглавила восс­тание, но в нем приняли участие и военные, и учащиеся и простые граждане-патриоты, причины восстания кроются не только в экономи­ческих и политических притязаниях шляхты и не волько во влиянии европейских революционных идей и революции 1830 г. Ноябрьское восстание было во многом вызвано остатками имперского мышления польских националистов, мечтавших о восстановлении власти над всеми территориями, когда входившими в Речь Посполитую. Как отмечал проф. Ш.Аскенази, стремление к достижению прежних границ Царства Польского, к присоединению прежде всего Литвы "стало одним из главных факторов ноябрьской революции".22

После подавления восстания конституция 1815 г. и польская армия были упразднены, а введенный взамен так называемый Органический статут 1832 г.,. обещавший ограниченную автономии фактически не выполнялся. Вся полнота управления сосредоточилась в руках наместника и командующего — палача восстания генерала Паскевича. Множество участников движения было переселено в глубь России, сослано на каторгу в Сибирь, сдано в действующую армию на Кавказ.

Восстание потерпело поражение, в силу того что поль­ские аристократы и богатая шляхта, ставшие у руковод­ства восстанием, склонялись к сделке с царизмом. Основ­ная масса населения — крестьянство — осталась равно­душной к восстанию, так как возглавлявшая движение шляхта отказалась пойти на освобождение крестьян от феодальных повинностей. Консервативные руководители восстания, в том числе большинство польского сейма, не помышляли ни о каких социальных реформах, проник­лись лишь идеей восстановления Польши в границах 1772 г. Замечательно, что левое крыло восстания провозгла­сило те же идеалы, за которые боролись декабристы, — ликвидацию феодально-крепостнического строя. В декабре 1830 г. революционно настроенные участники восстания, главным образом молодежь, открыли Патриотическое общество (Патриотический клуб), председателем которого был избран Лелевель. Общество объединяло левые эле­менты восстания, стремившиеся установить контакт с го­родскими низами и крестьянством и вовлечь их в освобо­дительную борьбу. Наиболее последовательным и ре­шительным сторонником этой идеи был Лелевель. Ис­ходя из убеждения о необходимости сочетания нацио­нально-освободительной борьбы с осуществлением со­циальных реформ, он выступил с предложением о наделе­нии крестьян землей на собрании Патриотического обще­ства в печати и перед сеймом.

Лелевель добивался принятия сеймом специального обращения к русским с призывом объединить силы в борьбе с царизмом, напоминая о примере декабристов. В проекте обращения говорилось, что восставшие поляки «охотно при­соединяются» к принципам, изложенным в соглашении, за­ключенном князем Яблоновским от имени польского тайного общества с русским тайным обществом. «Восстаньте за наше депо, — призывал Лелевель, — и мы, отстаивая свое, поможем вам». «Мы... заявляем перед лицом бога и людей, что ничего не имеем к русскому народу, что никогда не думаем покушаться на его целостность и безопасность, жаждем оставаться с ним в братском согласии и вступить в братский союз».23

Эмигрировавшие после поражения восстания за гра­ницу польские революционеры продолжали отстаивать свободу и независимость своей родины. При этом они постоянна обращали свои взоры к русским борцам за свободу, не оставляя надежды на совместное выступление против царизма.

Созданный во Франции польский эмигрантский На­циональный комитет во главе с Лелевелем в своем об­ращении к русским в августе 1832 г. писал, что имена декабристов, погибших за свободу русского и польского народов, «навсегда останутся в памяти русских, ровно дороги сердцу поляка». 24

Вся дальнейшая борьба, которую вели представители революционно-демократического крыла польской эми­грации, проводилась под лозунгом «За нашу и вашу сво­боду!», родившимся в дни восстания. После поражения восстания 1830—1831 гг. польские эмигранты—сторонники революционно-демократического крыла польского нацио­нально-освободительного движения — основали общину (громаду) «Грудзенз» и новую группу общества «Люд польский», принявшую позже название «Умань», в кото­рых объединились наряду с революционными интелли­гентами также эмигрировавшие солдаты повстанческой армии, бывшие польские крестьяне и рабочие. Эти орга­низации явились непосредственным предшественником будущего революционного рабочего движения. Главной своей задачей они ставили борьбу против феодально-крепостнического строя. Активными деятелями громад были революционные деятели ноябрьского восстания Тадеуш Кремповецкий, Станислав Ворцель и др. В 1835 г. громада выпустила манифест, в котором провозглашались «свобода польского крестьянина, свобода всех трудя­щихся» Польши. В манифесте говорилось: «Наше оте­чество — это польский народ, оно всегда было отделено от отечества шляхты. И если были какие взаимоотноше­ния между польской шляхтой и польским народом, они были взаимоотношениями, какие бывают между убийцей и жертвой». В манифесте, выпущенном позднее, прово­дилась идея единства и союза с революционным движе­нием в России: «Россия, которая терпит то же самое, что и мы... — разве не соединит сил своих с нами против общего зла? Россия, которая была с нами в 1825 г.; Россия, которая, как братьев старших, принимала нас в глубинах Сибири в 1831 г.; Россия, которая в 1839 г. хотела вернуть к жизни Польшу и оказать ей помощь против своих угнетателей, разве теперь будет против нас? Разве она откажется от имени Пестеля, Муравьева, Бестужева, кото­рые вместе с Завишей и Конарским среди тогдашнего эгоиз­ма сверкают, как звезды, своей жертвой на Востоке».


Глава 2. Польский вопрос в начале 60-хгг. XIXвека. Польское восстание в 1863 году.

2.1 Польша в начале правления Александра II.


ПОЛЬСКИЕ ЗЕМЛИ И ПОЛЬСКИЙ ВОПРОС В 50-х ГОДАХ.ПРЕДПОСЫЛКИ ВОССТАНИЯ

Нарастание революционной ситуации в России в конце 50-х — начале 60-х годов как общая предпосылка оживления освободительного движения в Царстве Польском

Наступивший с начала 50-х годов экономический подъем укрепили позиции господствующих классов. Во всех странах усилился политический гнет. Революционное дви­жение ослабло.

В польских землях также наступила реакция. Тысячи польских патриотов были осуждены за участие в револю­ционной борьбе. Национально-освободительное движение было подорвано. Заговоры в польских землях почти пол­ностью прекратились. Деятельность Демократического об­щества в эмиграции почти замерла. Даже война Турции, Англии и Франции с Россией в 1853—1855 гг. не могла поднять польское общество на активную борьбу за осво­бождение. В демократических кругах чувствовались разочарование и упадок сил.

Правительства Англии и Франции, на ко­торые рассчитывала партия Чарторыского, и в период Крымской войны ничего не сделали для того, чтобы воз­будить польский вопрос. Не затрагивался он и на Париж­ской мирной конференции 1856 г. Англия и Франция не были заинтересованы в действительной борьбе за восста­новление независимости Польши.

Затишье в освободительном движении в 50-х годах было как бы затишьем перед бурей. Во всей России, в том числе и в Царстве Польском, зарождались и развивались новые общественные силы, которые выдвигали и новые требования. Старый, крепостнический строй разлагался и на его месте вырастали новые отношения — буржуаз­ные. Всюду требовались радикальные преобразования. Крымская война особенно ярко обнаружила всю отсталость и архаичность крепостнической системы.

В России назревала буржуазная революция. Крестьян­ское движение, усилившееся в годы Крымской войны, охва­тило всю Европейскую Россию. Особенно широкий раз­мах приняло оно на рубеже 50—60-х годов. Могучее влия­ние на развитие освободительного движения оказывали А. И. Герцен и Н. П. Огарев из Лондона; их «Колокол» призывал всех угнетенных к решительной борьбе. Револю­ционные демократы во главе с Н. Г. Чернышевским и Н. А. Добролюбовым видели путь к обновлению России во всеобщем крестьянском восстании. Подымалась новая, де­мократическая Россия, которая призывала народ «к то­пору» — к революционной борьбе за уничтожение старого порядка. К 1859 г. в России создалась революционная ситуация.

Такое развитие событий не могло не вызвать опасение среди господствующих классов. Царское правительство чувствовало, как колеблется почва под его ногами, даже в рядах помещиков идеи буржуазных свобод завое­вывают все большее признание. Всем становилось ясно, что реформы необходимы в ближайшее время. Новый царь Александр II еще в марте 1856 г. говорил, что гораздо лучше, если реформы будут произведены сверху, чем если они будут завоеваны снизу. В следующем году он торопил своих ближайших сотрудников с подготовкой реформы: «Положение наше таково, что медлить нельзя».

В том же году приступили к подготовке крестьянской реформы, которая и была осуществлена в феврале 1861 г. Крепостное право было отменено.

Назревание буржуазной революции в России не могло не захватить также и Царства Польского. Здесь кризис имел еще более широкий и острый характер, так как примешивалось чувство национальной угнетенности. Крымское поражение и оживление осво­бодительного движения в России пробудили и Царство Польское. Национально-освободительное движение снова усилилось. Но оживилось также и крестьянское движение против помещиков. Оба эти движения в Царстве Поль­ском являлись частью общедемократического движения во всей Российской империи.

Следует отметить, что немалое влияние на оживление освободительного движения в Царстве Польском оказыва­ла освободительная борьба в других странах мира. Это признавали многие поляки — свидетели и участники тог­дашних событий. В это время происходили крупные осво­бодительные движения в ряде стран: демократические ре­волюции и крестьянские восстания в Испании, националь­ное движение в Италии, война против рабства негров в США, крестьянская война против феодалов в Китае, на­ционально-освободительное восстание против английского господства в Индии. Особенное влияние оказывали на по­ляков события в Италии, где в 1859 г. началась война итальянского народа под руководством Гарибальди за ос­вобождение северных земель от австрийского господства и объединение всех раздробленных итальянских земель в единое государство. Эта война закончилась победой.

Внешние влияния не могут вызвать социального или национального движения, если к тому нет внутрен­них предпосылок. Такой предпосылкой в Царстве Поль­ском являлись капиталистические отношения, которые ин­тенсивно развивались в XIX в. К концу 50-х годов новые отношения играли значительную роль в экономической жизни страны; старый, феодальный строй переживал яв­ный и глубокий кризис.

Развитие промышленности в Царстве Польском в XIX в, проходило неравномерно. В 50-х годах оно значительно ускорилось. В 1851 г. были отменены таможен­ные пошлины и запреты на польские товары, шедшие в Россию, что открыло перед ними огромный русский рынoк. Развитие товарных отношений в сельском хозяйстве увеличивало внутренний рынок для промышленных изде­лий. Наконец, большое влияние на развитие промышлен­ности оказывало строительство путей сообщения — шос­сейных, железных и водных дорог. К этому времени было закончено строительство железной дороги от Варшавы до австрийской границы (через Домброву), а в 1862 г.— Петербургско-Варшавской железной дороги и дороги от Скерневиц до Быдгощи; еще в 1847 г. было откры­то пароходное движение по главной водной артерии — р. Висле.

В это время в Царстве Польском (как и во всей Рос­сии) происходил промышленный переворот: ручной труд заменялся машинами, мануфактуры превращались в фаб­рики и заводы.

В результате указанных условий польская промыш­ленность достигла в начале 60-х годов сравнительно высо­кого уровня. В промышленности и ремесле было занято около 17% населения, в торговле—5%. Если в 1845 г. количество рабочих составляло свыше 46 тыс., стоимость продукции — около 10 млн. руб., то в 1860 г. соответствен­но — 75 тыс. и 32 млн., в 1864 г. соответственно — 78 тыс. и 50 млн. Следовательно, за 20 лет польская промышлен­ность выросла по стоимости продукции в 5 раз; во столько же раз увеличилась продукция па душу населения. Вместе с тем развивалось и ремесло. Если в 1845 г. коли­чество ремесленников составляло 75 тыс., а их продукция оценивалась в 7 млн. руб., то в 1860 г. соответственно — 91 тыс. и 15 с лишком млн.

К числу наиболее крупных городов относились Варша­ва с населением в 165 тыс., Лодзь — 32 тыс. человек.

По сравнению с южными и западными польскими зем­лями Царство Польское ушло далеко вперед в промышленном развитии. И в системе Российской империи оно занимало одно из передовых мест. В то же время по сравнению с передовыми странами Западной Европы Царство Польское весьма отставало.

Промышленность Царства Польского, переживавшая переходный период, в начале 60-х годов состояла в ог­ромном большинстве из мелких предприятий, насчиты­вавших по нескольку рабочих. Однако преобладающая часть рабочих (приблизительно две трети) работала на средних и крупных предприятиях. Было немало предприятий, которые насчитывали по нескольку сот рабочих. Виднейшим представителем буржуазии был Леопольд Кроненберг — банкир, промышленник, коммерсант и зем­левладелец; он имел деловые связи почти во всех отраслях промышленности.

Рабочий класс Царства Польского рекрутировался главным образом из городской и деревенской бедноты — разморившихся ремесленников и подмастерьев, безземель­ных и малоземельных крестьян. Тяжелое положение ра­бочих было характерно для ранних стадий развития про­мышленного капитализма. Рабочий день продолжался 12—14 часов и больше. Заработная плата подавляющего большинства рабочих была далеко не достаточной для со­держания семьи и лишь квалифицированные рабочие по­лучали прожиточный минимум. Широко применялся жен­ский и детский труд, причем первый оплачивался в поло­винном размере по сравнению с мужским, второй — в четвертном. Техника безопасности на предприятиях почти совершенно отсутствовала, вследствие чего многочисленны были случаи увечья и болезной. Особенно тяжелые усло­вия были на строительстве промышленных зданий, желез­ных и шоссейных дорог, где рабочих помещали в казармы, а заработную плату частью выплачивали продовольстви­ем. Никакого обеспечения рабочих не существовало. Не было также никаких рабочих организаций. Нищета и бес­правие — таковы были условия жизни рабочих .

Особенно ухудшилось положение рабочих (и ремесленников) в начале 60-х годов по причине большой дороговизны на хлеб, вызванной неурожаями, а также в связи с ростом безработицы, обусловленной введением машин в промышленности. Поэтому рабочие и ремесленники не раз устраивали погромы фабрик. Наиболее известными были выступления текстильщиков в Лодзи в 1861 г.: 20 апреля около 500 рабочих «разгромили фабрику Пруссака; на сле­дующий день свыше 800 рабочих разгромили фабрику Шайблера. Кроме того, рабочие иногда устраивали и за­бастовки. 25Правда, это были слабые выступления, иногда без ясных требований и всегда ограниченные одним местом.

Рост промышленности и городского населения оказы­вал сильное влияние на сельское хозяйство. Возрастал спрос на сельскохозяйственные продукты, что влекло за собой повышение цен на них и увеличение площади обра­батываемой земли. Пашня увеличилась с 260 тыс. в 1839 г. до 351 тыс. влук в 1859 г. (влука — 17 га). Особенно уве­личилась площадь под пшеницей и сахарной свеклой. Со­вершенствовалась техника сельского хозяйства. Землю стали обрабатывать более интенсивно. Вместо трехполья стали вводить многополье. Увеличилось применение есте­ственных и искусственных удобрений. В помещичьих име­ниях все более применялся собственный сельскохозяйст­венный инвентарь. К уже применявшейся технике — се­ялкам, молотилкам, веялкам — прибавилась новая: желез­ный плуг и железная борона; в передовых хозяйствах появились жнейки.

Интенсификация обработки земли вызвала повышение урожайности хлебов и корнеплодов. С 30-х по 50-е годы урожайность озимых хлебов в среднем увеличилась при­близительно в полтора раза: от сам-три до сам-четыре с по­ловиной; урожайность картофеля увеличилась от сам-че­тыре до сам-пять и больше.

В результате указанных перемен значительно увели­чились сборы всех основных сельскохозяйственных куль­тур. Если в 1822 г. озимых было собрано 4362 тыс. корцев, яровых — 3926 тыс., картофеля — 3083 тыс., то в 1860 г. озимых — 12 696 тыс., яровых — 12 378 тыс., картофеля — 12 525 тыс. (корец равнялся приблизительно 6 пудам). Чистая продукция (без посевов) на душу населения вы­росла по зерновым более чем в два раза, а по картофелю более чем в 4 1/2 раза.

Развивалось также животноводство, причем не только в связи с ростом спроса на мясные и молочные продукты, но и в силу потребности в естественных удобрениях.

Указанные успехи в развитии сельского хозяйства ка­сались прежде всего помещичьих хозяйств, так как кресть­янские хозяйства переживали в этот период настоящий кризис. Помещичьи хозяйства имели в это время товарный характер. Хлеб и шерсть производились на продажу, кар­тофель — на производство водки, свекла — на производ­ство сахара. В помещичьих хозяйствах возникли пред­приятия по обработке сельскохозяйственных продуктов. Особенно сильно развивалась в это время сахарная промышленность.

Развитие товарности сельского хозяйства толкало по­мещиков на увеличение своих земель за счет крестьян­ских, на ликвидацию старого землеустройства, связанного с чересполосицей, на ликвидацию сервитутов (т. е. права крестьян на пользование лесами, пастбищами и лугами) и на увеличение рабочей силы, потребность в которой все больше ощущалась в собственно помещичьих хозяйст­вах — фольварках.

Как известно, вся земля оставалась в собственности помещиков. Сохранялось также сословное господство по­мещиков над крестьянами: на основании закона помещики являлись войтами в расположенных на их землях гминах (волостях); лично или через назначенных лиц помещик управлял волостью, располагая всей полнотой власти в том числе полицейской и даже судебной (по мелким преступлениям). Обладание всей землей и местной вла­стью давало помещикам возможность производить земле­устройство совершенно самовольно, исключительно в соб­ственных интересах. В связи с этим усилились такие яв­ления, как принудительное выселение крестьян с их постоянных местожительств, отобрание от крестьян земли или замена лучшей на худшую, ликвидация сервитутов и т. д. Массовое принудительное выселение крестьян представляет, по словам виднейшего буржуазного исто­рика польской деревни Владислава Грабского, «основное явление в развитии земельных отношений в первой поло­вине XIX века» .

Угроза перенесения крестьянского восстания из Галиции в Царство Польское в 1846 г. вынудила царское пра­вительство несколько ограничить произвол помещиков: в том же году был издан указ, запрещавший выселение крестьян, имевших более 3 моргов земли (морг — 1/30 влуки—0,57 га), и новое увеличение повинностей; следова­тельно, все беднейшее малоземельное крестьянство молча отдавалось на произвол помещиков.

После указа 1846 г. ограбление «защищенного» кресть­янства утихло, хотя и не прекратилось совсем, зато с прежней силой происходило ограбление беднейших кресть­ян, имевших менее 3 моргов. Количество безземельных крестьян в конце 50-х годов достигло 1339 тыс. человек (вместе с семьями), что составляло по отношению ко все­му крестьянскому населению 40,5%.

В начале 60-х годов в пользовании всех крестьян, ко­торых насчитывалось около 2 млн. (не считая земледель­цев-мещан), находилось 6,3 млн. моргов земли, в пользо­вании помещиков, которых насчитывалось 196 тыс. (в том числе мелкопоместной шляхты — 171 тыс.) — свыше 10 млн.

Кроме отчуждения земли, другим явлением, хотя и не столь глубоким и характерным, было очиншевание кресть­ян, т. е. перевод их ,на чинш — денежный оброк. В конце 50-х годов барщину отбывало 43% всех крестьянских дво­ров; остальные в большинстве своем были переведены на чинш и только 10% выполняли смешанные повинности. Следует отметить, что большинство переведенных на чинш составляли крестьяне казенных и институтских имений, в которых почти все крестьяне были уже очиншеваны.

Наоборот, в помещичьих имениях 60% всех крестьян по-прежнему выполняли барщину, остальные крестьяне ча­стью были переведены на чинш, частью выполняли сме­шанные повинности .

Наконец, характерным признаком новых отношений являлось также растущее применение наемного труда, как более производительного по сравнению с принудительным. Если в 1827 г. батраков насчитывалось 144 тыс., а поден­ных рабочих и коморников (коморник — безземельный крестьянин, снимавший жилье за отработки) —135 тыс., то в 1859 г. батраков насчитывалось 666 тыс., поденных рабочих и коморников — 457 тысяч, причем в последнем случае поденных рабочих было почти вдвое больше, чем коморников .

Разложение феодальных отношений и развитие капи­талистических сопровождалось ухудшением материально­го положения крестьян. Росла армия безземельных, уси­лилась эксплуатация бедноты и середняков. Наряду с рас­тущим применением наемного труда помещики увеличи­вали барщину и другие повинности крестьян, причем все эти повинности были относительно тем более тяжелые, чем меньше земли имел крестьянин. Повинности согнан­ных крестьян перекладывались на остальных. Широко применялись принудительные наймы крестьян за ничтож­но низкую плату; эти наймы представляли собой в сущ­ности прикрытую барщину. Сохранялись фактически и так называемые «даремщины», т. е. бесплатные дополни­тельные работы крестьян в пользу помещика за оказанную когда-то «помощь», а то и вовсе без основания. Чтобы сделать 'труд более интенсивным, помещики стали вводить нормирование и сдельную оплату различных работ; сдель­ная оплата получила широкое применение.

Особенно тяжелым было положение барщинных кресть­ян и безземельных. Стоимость барщины с морга в среднем превышала стоимость чинша в три раза. Безземельные работали в помещичьем хозяйстве в качестве дворовой челяди, батраков, поденщиков, коморников и т. п. Поме­щики, используя свои привилегии, выжимали из зависи­мых людей все соки. Барщинные крестьяне и дворовые люди работали под наблюдением приказчиков и не раз терпели издевательства и избиения.

Пролетаризация огромной массы крестьянства сопро­вождалась, с другой стороны, выделением незначительной части богатых крестьян, применявших уже наемный труд. Количество крупных хозяйств размером свыше 30 моргов составляло 9% всех крестьянских хозяйств.

В результате ухудшения материального положения ос­новных масс крестьянства произошел застой в естествен­ном приросте населения; в некоторые годы отмечалась даже убыль населения, так как смертность превышала рождаемость. В 1846 г. население Царства Польского со­ставляло 4867 тыс. человек, к 1859 г. оно уменьшилось до 4764 тыс.. «Это был результат обнищания крестьян­ского населения, которою почти вымирало от голода»,— писал видный буржуазный историк экономического разви­тия Польши Ст. Кемпнер. «Такой застой всегда знамену­ет болезненное состояние общества»,— отмечал и Влад. Грабский.

Обнищание крестьянства толкало его на борьбу с поме­щиками. Известия об аграрных реформах в западных и южных польских землях и слухи о подготовке аграрной реформы в России еще более побуждали крестьян к вы­ступлениям против старого порядка, к борьбе за новую жизнь. Крестьяне отказывались от выполнения старых по­винностей, требовали возвращения отобранной земли и восстановления прав на пользование лесом, барщинные крестьяне требовали также перевода их на чинш. Особенно активно выступали барщинные крестьяне, наиболее стра­давшие от феодальной эксплуатации. К концу 50-х годов наступило обострение крестьянской борьбы с помещиками. Наиболее ярким и острым примером в этом отношении была борьба барщинных крестьян в имении Гарнек Петрковского уезда Варшавской губернии.

Крестьяне этого имения терпели много обид от своего помещика, наконец, не выдержали и в ноябре 1858 г. пере­стали ходить на барщину. Они обращались к властям с жалобами на чрезмерное отягощение их повинностями, на отобрание у них земли, на применение жестоких телесных наказаний; одновременно они просили перевести их на чинш. В 1859 г. губернатор проверил жалобы крестьян, нашел их справедливыми и принял некоторые меры про­тив злоупотреблений помещика; что касается перевода на чинш, то признал это возможным только с согласия поме­щика. Крестьяне остались недовольны таким решением и продолжали отказываться от выполнения старых повин­ностей. Тогда власти направили против них солдат, кото­рые не смогли принудить крестьян к повиновению. После этого девять наиболее активных крестьян были выселены из своих усадеб. Один из них бежал в Силезию и оттуда продолжал протестовать против несправедливости. Однако и эти репрессии не сломили крестьян. Тогда арестовали еще 20 крестьян и посадили их в Александровскую цита­дель в Варшаве. Наместник назначил для расследования специальную комиссию и сам принимал крестьянских де­легатов. Власти признали жалобы крестьян правильными, заставили помещика уменьшить натуральные повинности, обещали затем перевести крестьян на чинш, а пока при­нуждали крестьян к послушанию помещику. Однако кре­стьяне отказывались признать старые повинности. Тогда (в июле 1860 г.) несколько крестьян было наказано на месте розгами, а 48 человек были заключены в тюрьму в г. Пётркове. После этого часть крестьян скрылась в окре­стностях, а другая согласилась уступить. В конце года еще свыше 80 крестьян продолжали сопротивляться помещику. В результате всей этой борьбы многие крестьяне лишились своих усадеб и стали безземельными.

В имении Бежунь Млавского уезда Плоцкой губернии распространился слух, будто царь освободил крестьян от повинностей, а от помещиков отобрал землю, превышаю­щую 100 моргов. Крестьяне прекратили выполнение бар­щины и уплату чинша и потребовали возвращения отоб­ранной у них земли, частью переданной новым поселенцам. Между старыми и новыми поселенцами начались стычки. Власти направили в имение воинскую часть, которая розгами и палками усмиряла «бунтовщиков». Многие крестьяне были закованы в кандалы и вывезены из Де­ревни.

В 50-х годах крестьянское движение проявлялось еще лишь в отдельных, разрозненных выступлениях.

Характеризуя социальную структуру Царства Поль­ского в целом, следует отметить ее сложность и противо­речивость. Преобладающую роль играли в ней еще фео­дальные отношения и старые классы (помещики и кресть­янство), но уже весьма серьезное влияние имели капита­листические отношения и новые социальные группы (бур­жуазия, пролетариат, служащие). В промышленности и торговле было занято 22% населения. Далеко вперед зашло социальное расслоение. Наверху началось сращивание: буржуазия приобретала землю и включалась в организа­цию сахарных заводов, помещики включались в промыш­ленные предприятия (например, в пароходном обществе на Висле хозяйничали капиталист Л. Кроненберг и земельный магнат граф Анджей Замойский). И

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: