Советско-афганская война 1979-1989 гг
Советские войска вернулись на свою территорию. Подвиги советских воинов были без всякого преувеличения потрясающими. Свыше 300 бойцов и командиров из 2.500 были награждены высшей тогда наградой СССР – орденом Боевого Красного Знамени. Военное искусство, мужество, исключительная храбрость наших воинов в этой операции стоят в одном ряду с подвигами воинов Святослава, А. В. Суворова, Н. Н. Муравьева, А. А. Брусилова. Потери сторон составили: советские войска потеряли убитыми – 120 человек; афганские войска потеряли убитыми – 8.000 человек.13 Такие числа приводил чекист-перебежчик Агабеков. И они представляются резко заниженными. По всей вероятности потери афганцев убитыми и пленными существенно превысили 20.000 человек.14
Несмотря на то, что дружественный режим в Афганистане установить не удалось, были разгромлены базы басмачей в Северном Афганистане, афганское руководство было впечатлено боеспособностью Красной Армии и решительностью руководства СССР. И более не строило иллюзий насчет того, что ждет Афганскую армию, если она столкнется с РККА и что будет лично с ними, если они решат под давлением Англии всерьез поссориться с СССР.
Более того, афганское руководство разрешило советским войскам проводить операции на своей территории против формирований басмачей. А также подключало к этой борьбе и Афганскую армию. 15
В конце июня 1930 года советские войска вновь наведались в Афганистан, но на этот раз визит имел принципиально иной характер: части сводной кавалерийской бригады под командованием Я. А. Мелькумова по замыслу командования Средне-Азиатского военного округа (САВО) уничтожали гнезда басмачей на афганской территории. В отчете об этой операции отмечалось: «Командиры частей строго следили, чтобы в ходе операции бойцы случайно не «задели» хозяйства и имущество коренных жителей, не затрагивали их национальные и религиозные чувства. Более того, даже оплата полученных припасов проводилась в удобной для населения валюте. Местные жители нередко соглашались быть проводниками Красной Армии из-за недовольства чужаками, занимавшими, по их мнению, лучшие земли.
Поначалу главарь басмачей Ибрагим-бек хотел дать бой, но, узнав о силах, перешедших границу, ушел в горы, так же как и другой видный курбаши — Утан-бек, предупрежденный о приходе Красной Армии своими агентами на границе. Нашим частям не пришлось встретить организованное сопротивление, и они ликвидировали отдельные небольшие шайки численностью по 30—40 джигитов, отдельных басмачей и их пособников. Всего было уничтожено 839 басмачей и их активных пособников. Из главарей были убиты глава религиозной секты Пир-Ишан, идейный вдохновитель басмачества, курбаши Ишан-Палван, Домулла-Донахан...
Местное афганское население отнеслось к Красной Армии хорошо, не покинуло ни одной кибитки...
Наши потери — один красноармеец утонул при переправе, ранено 2 человека».16
К 1933-1934 гг. с основными формированиями и руководителями басмачей было покончено.
А перед началом Второй мировой войны и после её начала Афганистану большое внимание стали уделять Германия, Италия и Япония. Цель – с помощью басмачества, предварительно вооружив его современным оружием и организовав, дестабилизировать обстановку в среднеазиатских республиках СССР, отвлечь советские войска с основного фронта.
Однако, в результате успешной деятельности советской разведки, активно сотрудничавшей в годы войны с британскими разведслужбами, все попытки стран «оси» спровоцировать военные действия в Средней Азии были сорваны. К началу 1942 года НКВД и ГРУ смогли поставить под свой контроль деятельность как Абвера, так и антисоветских эмигрантских объединений в приграничных с СССР районах Афганистана.17
Но в тоже время у СССР непростые отношения в первые годы войны были и с правительством Афганистана.
В Кабуле, полагали, что все части Красной Армии, ранее охранявшие советско-афганскую границу, к этому времени уже были переброшены на советско-германский фронт. Поэтому афганцы рассчитывали, что «будет достаточно одной афганской дивизии, чтобы захватить Хиву и Бухару». Впрочем, в это сложное для Советского Союза время большинство афганских политиков не сомневались, что СССР в 1941 году не сможет оказать серьезного сопротивления Германии и распадется. Многие члены правительства даже не стремились скрывать своей уверенности в победе Германии. Только после поражений германских и союзных им войск под Москвой и Сталинградом для Кабула стало ясно, что немцы потерпят поражение в войне. Капитуляция Германии и Японии в 1945 году и ослабление влияния Великобритании в Среднеазиатском регионе определили дальнейшие ориентиры страны.18
После воины геополитическая ситуация на Среднем Востоке значительно изменилась.
В 1947 году в результате освобождения Индии от колониального господства Великобритании из ее состава вышло и образовалось новое государство — Пакистан. Опасение, что Афганистан может стать его протекторатом, и традиционное неприятие Запада подтолкнули кабульские власти к дружбе с СССР. В 1955 году в ходе официального визита Н.С. Хрущева в Индию был подписан новый договор о дружбе и сотрудничестве между СССР и Афганистаном и предоставлен кредит на сумму 200 млн. долларов. Новизна договора заключалась в том, что СССР становился одним из важнейших торговых партнеров Афганистана.19
В области внешней политики Афганистан стал активно сотрудничать с неприсоединившимися странами. Позитивный нейтралитет, подтвержденный сменившими кабинет М.Дауда правительствами Мухаммеда Юсуфа (1963—1965 гг.), Мухаммеда Хашима Мейвандваля (1965— 1967 гг.) и Нур Ахмеда Эттемади, составили основу международного курса Афганистана, выступавшего за мирное сосуществование государств, против колониализма, за разоружение. Эта внешнеполитическая линия Афганистана была созвучна интересам Советского Союза и других социалистических стран и способствовала сближению между ними. Достаточно лишь отметить, что доля социалистических стран, включая СССР, в общем внешнеполитическом обороте страны в 1967—1968 годах достигала 47%. Доля импорта и экспорта Афганистана в это время распределилась соответственно: СССР — 33,2% и48,1%; США— 8,3% и 12,8%; Индия — 16,3% и 4,5%. Определенный процент принадлежал ФРГ, Англии, Пакистану, Японии и ЧССР.20
При технической и финансовой помощи СССР (в соответствии с советско-афганскими соглашениями об экономическом и техническом сотрудничестве) в 1950— 1960-х годах в Афганистане были сооружены хлебокомбинат, домостроительный комбинат, асфальтобетонный и авторемонтный заводы в Кабуле; газопромыслы на Севере, газопроводы до границы с СССР и до Мазари-Шарифа (1968 г.), ирригационный канал и ГЭС на реке Кабул в районе Джелалабада, плотина Сарде (близ Газни), механизированный порт Шерхан на реке Пяндж, ГЭС в Пули-Хумри, плотина и ГЭС в Наглу, автодороги Кабул — Шерхан (протяженность около 400 км, с тоннелем длиной 2,7 км сквозь горный хребет Гиндукуш на высоте 3,3 тыс. м) и Кушка — Герат — Кандагар (680 км).21
В 1970 году вошла в строй ТЭЦ Мазари-Шариф на газе, а в 1975 году азотно-туковый комбинат, производивший удобрения.
В 1968 году начался экспорт газа в СССР. За 2 года поставки были увеличены до 2,3 млрд. куб. м. Забегая вперед, заметим, что после революции 1978 года газ стал основным способом поддержки афганских коммунистов, который приобретался по завышенным ценам.22
В августе 1956 года состоялось подписание советско-афганского соглашения о поставках этой стране различных видов боевой техники и вооружения на весьма льготных условиях на общую сумму 25 миллионов американских долларов. Следует заметить, что этому предшествовало обращение афганского руководства за военной помощью к США. Однако американцы обусловили ее совершенно неприемлемыми политическими требованиями, и сделка не состоялась.23
Первые партии вооружения (высвободившегося в результате реорганизаций армий стран — участниц Варшавского договора) поступили в Афганистан уже в октябре 1956 года. Это были 11 реактивных истребителей МиГ-17 и 2 вертолета Ми-4, стрелковое оружие (пистолеты-пулеметы ППШ, карабины, ручные и станковые пулеметы). 24
В 1957 году было поставлено еще 7 МиГ-17, 2 Ил-28, 6 МиГ-15, 25 танков Т-34.25
Затем с 1961 по 1963 год дополнительно 60 МиГ-17, 50 танков Т-54, артиллерийских систем (артиллерийских орудий различных калибров, 82-мм и 120-мм минометы, реактивных установок БМ-13 «Катюша» и др.). 26
Во второй половине 1960-х гг. еще 12 МиГ-19, 40 МиГ-21, и в 1973—1974 гг. — около 200 танков Т-54 . 27
К концу 1970-х гг. на вооружении афганской армии находилось практически только советское оружие и боевая техника. Например, в составе ВВС Афганистана на апрель 1978 года было: 86 МиГ-17, 28 МиГ-21 ,24 Су-7, 24 Ил-28,12 Ан-2,6 АН-26,12 Ил-14,4 Ми-4. 28
Было оказано также содействие в подготовке и переподготовке афганских армейских кадров как внутри страны, так и в военных учебных заведениях СССР и социалистических стран. Всего в 1956 —1957 гг. в Советском Союзе и других странах Варшавского договора училось около 3.700 афганских военнослужащих. В последующие годы их численность возросла: к 1973 г. только в военных учебных заведениях СССР получили образование около 3.000 афганцев. Кроме того, была достигнута договоренность об оказании советской материально-технической помощи в создании афганской военной инфраструктуры, в том числе и в строительстве военных аэродромов в Кабуле, Баграме, Мазари-Шарифе и Шинданде.29
В феврале — марте 1957 года в Кабул по линии 10-го Главного управления Генштаба ВС СССР была направлена первая группа советских военных специалистов в составе около 10 человек (включая переводчиков) для обучения афганских офицеров и унтер-офицеров правилам содержания и эксплуатации поставленной советской военной техники и вооружения. Группа совершила перелет на рейсовом самолете Аэрофлота Ил-14 с промежуточными посадками в Пензе, Актюбинске, Джусалы, Ташкенте и Термезе. По прибытии в столицу Афганистана советские военные специалисты были размещены в военном клубе, находящемся в военном парке. Интересный нюанс. По словам старшего переводчика группы М.Ф. Слинкина, еще в Москве командированных «строго-настрого предупредили уважительно относиться к обычаям и традициям страны, не вести с афганцами никаких разговоров о политике и не высказывать своего мнения относительно положения в Афганистане, чтобы не быть обвиненными во вмешательстве во внутренние дела страны и, не дай бог, в ведении коммунистической пропаганды. И мы всегда об этом помнили».30
Прибывшие советские специалисты были приняты афганскими офицерами по-восточному внимательно, но многими сдержанно. По мнению М.Ф. Слинкина, это было связано в значительной степени с влиянием турецких советников, работавших в то время в афганской армии, и прозападной ориентации части старших офицеров и генералов. Отстаивая свои позиции, они старались дискредитировать советскую технику, обращали внимание на устарелость поставленного в Афганистан оружия, выражали сомнение в его высоких боевых качествах. В то же время они с восхищением говорили об аналогичных западных, главным образом американских, образцах оружия.
Чтобы переломить ситуацию, М. Дауд по совету советской стороны принял решение провести показательные стрельбы и продемонстрировать, таким образом, боевые возможности советского оружия. При этом была поставлена жесткая задача: всю боевую работу должны проводить только афганские военнослужащие без какого-либо участия советских специалистов.
Стрельбы были успешно проведены. Король в присутствии афганской элиты высказал восхищение по поводу высоких боевых качеств советского оружия и выразил благодарность советским военным специалистам за оказанную помощь в организации и проведении стрельб.31
Кроме указанных курсов в Кабуле, в мае 1957 года в Герате, в гарнизоне 17-й пехотной дивизии (командир — генерал-лейтенант Хан Мухаммад, с 1963 по 1973 г. — генерал армии, министр национальной обороны), начали функционировать первые в Афганистане курсы по изучению советской бронетанковой техники — танка Т-34 и бронетранспортеров БТР-40 и БТР-152. Через несколько месяцев первые выпускники гератских танковых курсов составили костяк командных кадров и боевые экипажи 4-й танковой бригады в Пули-Чархи. Успешная работа советских специалистов активизировала дальнейшее сотрудничество между странами в военной области. По данным Главного управления международного военного сотрудничества МО РФ, в 1961— 1967 гг. в Афганистан было направлено около 4.500 советских военнослужащих. 32
Особое место в советско-афганских отношениях занимают 1970-1980-е годы, в течение которых в Афганистане произошло несколько государственных переворотов, началась гражданская война и на афганскую территорию был введен контингент советских войск.
Первым звеном в цепи этих событий стал бескровный государственный переворот, совершенный 17 июля 1973 года под руководством двоюродного брата короля (не имевшего права наследования) бывшего премьер-министра Мухаммеда Дауда. Отстранив от власти короля Захир-шаха, находившегося в то время за границей на лечении, и упразднив монархию, он провозгласил себя президентом Республики Афганистан. Большинство афганцев рассматривало М. Дауда как сильного лидера, способного осуществить в стране необходимые реформы, и поддержало его. В первое время Дауд пользовался поддержкой и афганских левых, в частности Народно-демократической партии Афганистана, члены которой, армейские офицеры фракции «Хальк» («Народ»), были главной силой переворота.33
Однако смена власти спровоцировала активизацию борьбы за выбор пути дальнейшего развития страны между различными политическими силами Афганистана. В результате это привело к падению авторитета центральной государственной власти, на фоне которого роль объединяющего начала стало играть исламское духовенство. В складывающейся в стране ситуации Советский Союз активизировал свою военную помощь правительству Дауда, рассматривая его как единственного гаранта стабильности в регионе. По западным источникам, она составляла около 100 млн. долларов в год. Увеличилось и количество советских военных специалистов — с 1.500 в 1973 году до 5.000 человек к апрелю 1978 года.34 Старшим группы советских военных специалистов в это время (с 29.11.1972 г. по 11.12.1975 г.) был генерал-майор И.С. Бондарец (с 25.06.1975 г. он стал именоваться «главный военный консультант — старший группы СВС»), а с 1975 по 1978 г. главным военным консультантом и старшим группы военных специалистов — генерал-майор Л.Н. Горелов.35
В конце июля 1975 года по личной просьбе Дауда в Афганистан, сроком на 2 года, была направлена первая группа советских военных консультантов в сухопутные войска, министерство обороны, Генштаб и во все центральные управления.
Перед отправкой тщательно отобранные офицеры-консультанты прошли основательную подготовку в Генштабе. При этом значительное внимание уделялось истории страны с древнейших времен, сведениям об армии, обычаям, быту афганцев, правилам общения, особенностям мусульманской религии. Вплоть до мелочей, например, недопустимости спрашивать, даже из вежливости, у мусульманина о состоянии здоровья его жены.
В состав группы вошло 35 человек (без переводчиков и аппарата главного консультанта): 11 — для работы в министерстве национальной обороны (МНО); 3 — в армейских корпусах (; 21 — в «развернутых» (укомплектованных не менее чем на 50—60%) пехотных дивизиях— по 3 консультанта на каждую — по артиллерии, технике и по тылу. В числе направленных в Афганистан были офицеры Н. Полозов, В. Кузнецов, Л. Себякин, Н. Коробов, И. Карпенко, А. Хлебосолов, А. Душебаев, А. Митянин, Е. Мастеров и Г. Дементьев, консультанты-операторы в армейские корпуса полковники Н. Жарков, А. Павлов, А. Гаврилов.36
После прибытия и встречи с послом СССР в Афганистане А. Пузановым консультантам была поставлена первая боевая задача — подготовить и провести широкомасштабное оперативно-тактическое учение с боевой стрельбой всех родов войск и ударами авиации. На всю работу отводилось менее месяца. Этим учением афганское руководство рассчитывало «попугать» Пакистан, на границе с которым в это время сложилась напряженная обстановка (тем более, что в конце июля 1975 года был подавлен антиправительственный мятеж в Панджшере и его организаторы Б. Раббани и Г. Хекматияр, действовавшие не без помощи пакистанской разведки, получили убежище в Пакистане). Советское же руководство благодаря учению получало реальную возможность глубже «внедриться» в Афганистан.
Учение было успешно проведено и возымело должное воздействие на пакистанское руководство.37
В то же время Дауду неоднократно давали понять, что, если просоветский курс будет изменен, его страна получит помощь от Запада и соседей.38
Подводя итог, можно сказать следующее. Отношения между Россией (СССР) и Афганистаном складывались непросто, как мы видели, имели место и вооруженные конфликты. После Второй мировой войны отношения между СССР и Афганистаном были отличными и почти союзническими.
27 апреля 1978 года откроется новая страница в отношениях между СССР и Афганистаном.
1.2 Советско-афганские отношения в 1978-1979 годах
27 апреля 1978 года в стране при поддержке армии был совершен новый государственный переворот, получивший название Апрельской революции. Место убитого президента Мухаммеда Дауда занял лидер Народно-демократической партии Афганистана (НДПА) Нур М. Тараки. 39
Коротко об НДПА. Партия была образована 1 января 1965 года в Кабуле. Возглавил её Н. Тараки. Но вскоре партия раскололась на две фракции – на «Хальк» («Народ») во главе с Н. Тараки и Х. Амином и на «Парчам» («Знамя») во главе с Б. Кармалем. 40
Одним из главных недостатков нового режима являлась бесконечная фракционная борьба внутри НДПА. «Хальк» («Народ») и «Парчам» («Знамя») — больше напоминали две самостоятельные партии, а многолетние подозрения и враждебность внесли рознь между лидерами обеих групп. Революция не привела к ликвидации этих противоречий, особенно если учесть, что основные руководящие посты в новом правительстве достались представителям «Халька».
НДПА была слишком расколота, слишком раздираема изнутри, чтобы стать эффективно действующей политической организацией. «Хальк» и «Парчам» формально объединились лишь в 1977 г., после почти десятилетнего конфликта. Парчамовцы утверждали, что «Хальк» и его лидеры — Тараки и Амин — революционные мечтатели, плохо разбиравшиеся в политических реалиях Афганистана. Халькисты, в свою очередь, считали Бабрака Кармаля и других парчамистов «монархо коммунистами».
Конфликт между фракциями усиливался из-за личных качеств их лидеров. Ставший президентом после апрельского переворота 57-летний Тараки происходил из бедной крестьянской семьи, был поэтом и отличался мягкостью в общении с людьми. Однако в политической деятельности Тараки проявил себя как авторитарный доктринер и претендовал на роль единоличного лидера в правящей партии. Хафизулла Амин, который был умным, энергичным и трудолюбивым человеком, родился в 1929 г. в семье мелкого чиновника в деревне неподалеку от Кабула. Образование Амин получил в США, где и стал марксистом. Он считал себя главным организатором в партии. Самомнение Амина вскоре привело его к ссоре со своим одногодком Бабраком Кармалем, популярным в студенческой среде лидером, чья семья принадлежала к древнему роду пуштунской аристократии. Кармаль, основатель «Парчам», считал Амина безответственным и жестоким, а единственный путь к успеху видел в альянсе между НДПА и другими группами.41
Первыми указами нового руководства страны была провозглашена Демократическая Республика Афганистан (ДРА), обнародована программа по преодолению отсталости и ликвидации феодальных пережитков, взят курс на сближение с социалистическими странами и в первую очередь с СССР. К этому времени в стране находилось уже более 2.000 советских советников и специалистов (по западным источникам — 5.000), а число афганских офицеров, прошедших подготовку в военных училищах и академиях СССР, превысило 3.000 человек. Общая сумма кредитов (с 1954 по 1978 г.) достигала 1,2 млрд. долларов (по другим данным, 1,3 млрд. долл.). Для сравнения заметим, что американские субсидии к 1978 году не превышали 470 млн. долларов.42
В декабре 1978 г. между СССР и Демократической Республикой Афганистан (ДРА) был заключен Договор о дружбе, добрососедстве и сотрудничестве. Статья 4 этого Договора гласила: «Высокие Договаривающиеся Стороны, действуя в традициях дружбы и добрососедства, а также Устава ООН, будут консультироваться и с согласия обеих сторон принимать соответствующие меры в целях обеспечения безопасности, независимости и территориальной целостности обеих сторон».43
Опираясь на эту статью Договора, афганское руководство в 1979 году обратилось к Советскому Союзу с просьбой оказать помощь в защите завоеваний Апрельской революции и ввести в страну советские войска. Это было связано с резким ухудшением обстановки в стране и расширением вооруженной борьбы правительственных войск и формированиями оппозиции. Но с чем были связаны эти процессы?
Как уже говорилось, первыми указами нового руководства страна была объявлена Демократической Республикой Афганистан (ДРА), обнародована программа по преодолению отсталости и ликвидации феодальных пережитков, отражавшая, казалось бы, интересы подавляющей части населения — национальной буржуазии, торговцев, интеллигенции, ремесленников, крестьянства, рабочего класса.
Однако события в Афганистане стали развиваться в ином русле. В практической деятельности НДПА и правительство допускали поспешные шаги и излишний радикализм, негативно влиявшие на развитие обстановки в стране. При проведении в целом прогрессивных реформ не учитывались многовековые традиции, роль и значение ислама в жизни народа, уровень общественного развития. Ошибки новых властей вызывали скрытое, а затем и открытое сопротивление населения. Вооруженные выступления против мероприятий центральных властей отмечались уже с июня 1978 г., но руководство НДПА посчитало, что сможет легко справиться с очагами сопротивления силой.
15 марта 1979 года в Герате, не без участия заброшенных из Ирана моджахедов, вспыхнул один из самых крупных антиправительственных мятежей, сопровождавшийся погромом государственных и партийных учреждений, убийством членов НДПА. Искрой, спровоцировавшей его, стал организованный «Хизбаллах» митинг протеста против обучения женщин грамоте (что противоречило идеям шиитского фундаментализма в духе Хомейни). К нему примкнула практически половина офицеров и солдат гарнизона 17-й пехотной афганской дивизии. Из 10.000 человек личного состава около 5.000 солдат (артиллерийский и один пехотный полк) поддержали восставших и снабдили их оружием со складов дивизии.44
«В течение полутора последних месяцев, — сообщал в Москву Н.М. Тараки в телефонной беседе с А. Н. Косыгиным 18 марта 1979 г., — с иранской стороны было заброшено около 4 тысяч военнослужащих в гражданской одежде, которые проникли в г. Герат и в воинские части. Сейчас вся 17-я пехотная дивизия находится в их руках, включая артиллерийский полк и зенитный дивизион, который ведет огонь по нашим солдатам».45
С большим трудом, с применением авиации, танков и артиллерии восстание удалось подавить 19 марта. Причем, по некоторым данным, эти удары по восставшим нанесли советские войска, находящиеся в Туркмении. В ходе боев погибло 50.000 человек, в том числе 50 советских специалистов и членов их семей, вырезанных восставшими.46
Однако мятеж, подстрекаемый из Ирана, перекинулся на соседнюю с Гератской провинцию Бадгис. 23 марта 1979 года в результате ожесточенных боев с правительственными войсками мятежники захватили центр провинции, г. Кала-и-Нау, город Гормач, а 17 — 18 апреля — г. Кушки Кохна. И лишь к концу месяца правительственным войскам удалось стабилизировать обстановку. В мае 1979 года вооруженные выступления вспыхнули в Гуре, Логаре, в июне — в Бадахшане, Лагмане, в июле же этого года — в Панджшере, Парване, Бардаке и Фарьябе, в сентябре 1979 года — в Газни и Заболе. 47
Советское командование в условиях набиравшего в Афганистане силу повстанческого движения в марте 1979 г. с целью устрашения лидеров повстанцев на советско-афганской границе сосредоточило две советские дивизии. В дальнейшем эта группировка была значительно усилена, однако партизанская война в Афганистане приобретала все более широкий размах.48
В итоге в течение лета 1979 г. антиправительственные выступления охватили большую часть сельских районов страны и переросли в гражданскую войну. Осложняло обстановку и активное вмешательство зарубежных государств и организаций во внутренние дела страны. Всестороннюю помощь НДПА и правительству ДРА оказывали СССР и другие социалистические страны. Поставки оружия, боеприпасов и других материальных средств силам оппозиции осуществляли страны НАТО, исламские государства и Китай. На территории Пакистана и Ирана были созданы учебные центры, в которых проходили военную подготовку боевики отрядов оппозиции.
Руководство ДРА рассматривало поддержку оппозиции третьими странами как их участие в войне против Афганистана и после гератского мятежа начало обращаться к СССР с просьбами об оказании непосредственной военной помощи.
В июле 1979 г. в Баграм прибыла эскадрилья самолетов Ан-12 и вместе с ней парашютно-десантный батальон для усиления охраны аэродрома (это было оговорено контрактом на аренду эскадрильи).49
В сентябре 1979 г. председатель Совета министров Афганистана X. Амин, отстранив от власти Н.М. Тараки (а в октябре Н. М. Тараки был убит), сосредоточил в своих руках все ключевые посты государства. Это повлекло еще большее усиление террора и репрессий, рост недовольства среди населения и активизацию оппозиционного движения. Так или иначе, но смена руководства лишь накалила и без того взрывоопасную ситуацию в стране. Авторитет новой власти был с первых дней подорван массовыми арестами, расстрелами неугодных, поспешными, не отвечающими национальным традициям реформами, казнями мусульманских богословов. Коснулись репрессии и афганских вооруженных сил. Численность многих соединений армии в 1979 году сократилась в три-четыре раза, а численность офицеров — примерно в 10 раз.
О сложившейся в стране ситуации известный советский востоковед Ю. Ганковский пишет: «За изъятые земли компенсация не выплачивалась даже тем землевладельцам, кто служил в армии. Это сделало многих военнослужащих восприимчивыми к антиправительственной пропаганде. Оформление документов на землю было связано для крестьян с большими расходами, так как им надо было платить не только за получаемые по реформе участки, но и за те, что у них были раньше. Во многих районах отказавшимся брать на таких условиях землю крестьянам угрожали репрессиями. Все это привело к тому, что большая часть афганского крестьянства не приняла революционных преобразований. А это резко сузило социальную базу революции. Началась массовая эмиграция населения в приграничные районы Пакистана, Ирана. Все это искусно использовали силы внутренней контрреволюции, развернувшие необъявленную войну против революционного Афганистана». В результате массовой эмиграции из страны убыло до 7.000.000 человек, из них более 4.000.000 в Пакистан, 1.000.000 в Иран, а также на Ближний Восток, в Китай и другие страны. Многие из них вскоре прошли обучение в специальных военных лагерях и вернулись в составах отрядов моджахедов в Афганистан. Молодое же поколение, изучив в медресе основы исламского фундаментализма и пройдя подготовку у военных инструкторов, впоследствии было организовано в движение, получившее название «Талибан» (в переводе «Страждущие»).50
Однако самые серьезные ошибки были допущены в сфере религии. Было запрещено обучение исламу, осквернены многие минареты и мечети, по приказу X. Амина физически уничтожено большое количество мулл. А это было смерти подобно. Для справки: в Афганистане, где господствовали феодальные отношения, нищета, безграмотность и фанатичная религиозность, было 40.000 мечетей и 300.000 мулл. Фактически именно они правили страной, проповедуя ислам в самых консервативных формах.
Число жертв репрессий Х. Амина достигло 50.000 человек.51
Итог: к концу 1979 г. обстановка в стране резко осложнилась, нависла угроза падения левого режима, что могло привести к росту влияния стран Запада у южных границ СССР, а также к переносу вооруженной борьбы на территорию его среднеазиатских республик.
А Х. Амин лично обращался к Генеральному секретарю ЦК КПСС Л. И. Брежневу 7 раз с просьбой о вводе войск. Однако советское руководство колебалось.
Тем самым, уже одну причину ввода советских войск мы видим – помощь просоветскому правительству Афганистана в борьбе с исламской оппозицией.
Но это не