Xreferat.com » Рефераты по истории » Палестино–израильский конфликт в контексте истории

Палестино–израильский конфликт в контексте истории

статуса коспонсора -наряду с США и РФ.

Ряд делегаций поддержали этот тезис, однако были и скеп­тики. Дискуссия была практиче­ски свернута после выступления одного из участников, обратив­шего внимание на то, что орга­ны ЕС, отражающие на консенсусной основе подходы к тем или иным проблемам целого ря­да государств, лишены важней­шего качества, совершенно необ­ходимого для коспонсора мир­ного процесса в весьма «турбу­лентном» ближневосточном ре­гионе, - способности оперативно реагировать на происходящие события.

В конце 1990-х гг. вопрос о предоставлении ЕС более веской роли в мирном процессе с «пода­чи» европейцев стал вновь актив­но обсуждаться на различных международных форумах. В даль­нейшем эта проблема нашла свое решение при создании (апрель 2002 г.) так называемой «четвер­ки» международных посредников в составе США, Российской Фе­дерации, ЕС и ООН. Все отме­ченные формы международного содействия мирному процессу -американо-российское коспонсорство, «четверка» международных посредников - способствовали ре­шению многих из возникших проблем. Но они так и не смогли подвести основные противоборст­вующие стороны - палестинцев и израильтян - к достижению «ра­ботающих» договоренностей как представляется, в дея­тельности указанных выше орга­низационных механизмов не до­ставало «субстанции», способно­сти профессионально, со знани­ем реалий региона подсказывать наиболее оптимальные пути ре­шения. Без сомнения, решаю­щую роль в поиске компромис­сов должны играть страны, пря­мо вовлеченные в конфликт. Сделать за них работу, связан­ную со сближением позиций сторон, не может никто. Однако фактом остается и то, что по­средники не нашли пока «клю­ча» для перевода ближневос­точного конфликта - во всех его основных «составляющих» - в стадию урегулирования.

Третье. Слабая сторона мирного процесса - его недо­статочное экспертное обеспе­чение, в особенности, в послед­ние 5-10 лет, в результате чего отсутствует надежный прогноз развития событий. Наиболее ярко это проявилось в связи с победой ХАМАС на выборах в ПНА. При этом. к сожалению, нередко имеет место необъек­тивное отношение к предложе­ниям тех специалистов, которые выступают с особым мнением. Правильные и обоснованные прогностические работы далеко не всегда принимаются во вни­мание политиками-практиками, в результате - постоянно встре­чающиеся «неожиданные» пре­пятствия на пути переговорного процесса. Также требуется бо­лее объективный и непредвзя­тый подход к оценке реальных результатов политики тех или иных политических деятелей и правящих элитарных групп. Так, задолго до поражения ру­ководства ФАТХ на выборах в законодательный орган ПНА раздавались голоса с конкрет­ной критикой важнейших ас­пектов экономической и соци­альной политики Я.Арафата -Абу Мазена (Махмуда Аббаса), однако достаточно серьезных выводов по этой информации не делалось, массивная помощь ПНА использовалась не эффек­тивно.

Слабость экспертного потен­циала проявилась и в отсутствии ясности о ситуации в «сегменте» радикально настроенных элемен­тов в странах ближневосточного региона. Внутри этого лагеря на­ходятся группировки и «центры силы», имеющие существенные различия в своей стратегической и тактической линии. Многочис­ленные организации и группы, комплектующиеся из числа кри­тически настроенных слоев насе­ления, автоматически «записыва­лись» в лагерь «противников мир­ного процесса», в то время как ос­нову для их «протестного» пове­дения составляли главным обра­зом не проблемы мирного процес­са, а неудовлетворенность резуль­татами социально-экономического курса правящей верхушки.

Четвертое. Усилия, предпри­нимаемые в двустороннем и мно­гостороннем формате, в ряде случаев не приводили к каким-либо позитивным результатам в силу изменений внутриполитиче­ской обстановки в отдельных странах. Пример - довольно энергичный старт переговоров об окончательном статусе палестин­ских территорий в Табе (Синай, АРЕ) в мае 1996 г. не получил дальнейшего развития, так как победивший на выборах в Израи­ле Б.Нетаньяху пересмотрел по­зицию своей страны в отношении. Еще более серьезной стано­вится ситуация сейчас, после по­беды на выборах в ПНА движе­ния ХАМАС. Потребуются боль­шие усилия, в том числе по ли­нии «четверки» международных посредников, чтобы обеспечить преемственность в линии палестинцев в вопросах выполнения ранее принятых решений и дого­воренностей.

Пятое. Контрпродуктивны­ми были попытки использова­ния механизмов мирного про­цесса в качестве «рычага» для оказания давления одной сторо­ны на другую. Так, в 1995-1996 гг. египетская дипломатия, а затем и другие арабские стра­ны фактически инициировали свертывание многостороннего формата мирных переговоров о будущем Ближнего Востока. Египтяне обосновывали «необ­ходимость» приостановки учас­тия арабов в «многосторонке» желанием «продемонстриро­вать» израильтянам крайнее не­удовлетворение арабских участ­ников переговорного процесса ситуацией, создавшейся в тот период на палестинских землях. На практике же такой бойкот, не оказав существен­ного воздействия на руководст­во Израиля, привел лишь к то­му, что многосторонние перего­воры оказались замороженными. Между тем, именно в рамках многостороннего формата функция контроля за вооружениями и ре­гиональной безопасности и шел достаточно предметный и про­фессиональный разговор по многим важнейшим общерегио­нальным проблемам.

Россия неоднократно пред­принимала попытки восстано­вить работу многосторонних групп. Примечательно, что пер­вым крупным международным форумом, в котором принял уча­стия в качестве высшего руково­дителя России В.В.Путин, стала встреча в Москве в феврале 2000 г. участников ближневос­точного мирного процесса по во­просу возобновления деятельно­сти рабочих групп. К сожале­нию, весьма конструктивные ре­шения по этому вопросу в даль­нейшем не были выполнены.

Шестое. Приходится кон­статировать, что до настоящего времени так и не был создан ме­ханизм «удержания» достиже­ний переговорного процесса. Так, результаты контактов меж­ду Сирией и Израилем, которые велись в начале 2000 г., не были зафиксированы сторонами. В по­следующем даже самое общее понимание сути устных догово­ренностей стало предметом ост­рых разногласий.

Также «зависли» наиболее «продвинутые» за всю историю палестино-израильских кон­фликтов договоренности, достиг­нутые в июле 2000 г. в ходе встреч в Кэмп-Дэвиде.

Седьмое. Далеко не в полной мере использовался дипломати­ческий арсенал, апробирован­ный при решении других слож­ных международных и регио­нальных проблем82.

Так, в ходе палестино-изра­ильских переговоров не раз кам­нем преткновения становились вопросы, носящие во многом «символический» характер (про­блематика Иерусалима, сувере­нитета над Храмовой горой и др.).

По-видимому, было бы целе­сообразно использовать опыт «развязок», успешно применен­ных во время подготовки доку­ментов по одному из самых сложных вопросов послевоенно­го устройства Европы - пробле­ме единства германской нации.

«Интерпре­тирующие заявления» по Иеру­салиму как столице одновремен­но и арабского, и еврейского го­сударств, по Храмовой горе -помогло бы преодолеть тупики в палестино-израильских перего­ворах, сняв «избыточную» на­пряженность ситуации, связан­ную с восприятием обществен­ного мнения эвентуальных дого­воренностей.

Восьмое. Недостаточно, на наш взгляд, до сих пор был за­действован потенциал специа­листов из третьих стран для вы­работки компромиссных развя­зок. Естественно, никто не мо­жет подменить или заменить не­посредственно вовлеченные в конфликт стороны в том, что ка­сается достижения конкретных соглашений. Вместе с тем, следует признать, что в вопросах ближневосточного урегулирова­ния «внерегиональные» усилия, как правило, не шли дальше об­щих деклараций, советов самого широкого плана. Все это оказы­вало весьма ограниченное влия­ние на «ткань» переговорного процесса. В то же время стрем­ление «поглубже» войти в суб­станцию проблем (как это было, к примеру, во время переговоров в Кэмп-Дэвиде в июле 2000 г. с участием Б.Клинтона и большой команды специалистов-ближневосточников) придало мощный импульс поискам компромисс­ных развязок.

Девятое. Во многом изжил себя принцип «дробления» на этапы переговорного процесса (это относится, прежде всего, к палестино-израильскому треку). На какой-то период (старт пере­говорного марафона) использо­вание этого метода ведения дел имело смысл - это помогало «усадить» стороны за стол пере­говоров. Так, в период подготов­ки Конференции— в Мадриде в 1991 г. при формулировании за­дач мирного процесса на палестино-израильском направлении было решено передвинуть на второй этап переговоров наибо­лее трудноразрешимые пробле­мы (беженцы, будущее Иеруса­лима, окончательный статус па­лестинских территорий и т.п.). Однако постоянное переклады­вание «на потом» принципиаль­ных вопросов ближневосточного урегулирования давало в руки радикалов повод утверждать, что мирный процесс «в силу своей природы» и «истинных намере­ний сторон» якобы не может привести к решению коренных проблем урегулирования, что он лишь «имитирует» движение к миру. И в среде палестинцев, и в лагере израильтян раздавались голоса, требовавшие разъяснить, в каком направлении идет мир­ный процесс. С учетом этого все больше стала ощущаться потреб­ность внести определенность в параметры конечных договорен­ностей.

Десятое. Слабо использова­лись возможности так называе­мого «параллельного трека», т.е. переговоров и контактов, которые велись параллельно и в дополнение к «официальному» государственному формату пе­реговоров. Между тем, именно здесь зачастую высказывались потенциально весьма продуктив­ные идеи и предложения.

Остановимся для иллюстра­ции на двух примерах - так на­зываемом «женевском докумен­те», подготовленным в 2002 г. группой либерально настроен­ных политиков и сторонников мира из числа израильтян и па-лестинцев, а также документе по модальностям урегулирования на всех направлениях ближнево­сточного мирного процесса, со­ставленном Независимой между­народной группой экспертов во главе с бывшим президентом Финляндии М.Ахтисаари и быв­шим премьер-министром Авст­ралии Г.Эвансом.83

Что касается первого доку­мента - «Женевского проекта со­глашения», то при его подготов­ке были использованы многие идеи и наработки специалистов и экспертов, озвученные на фо­румах и мероприятиях в рамках ближневосточного мирного про­цесса.

Основными авторами «же­невского документа» были Й.Бейлин, в прошлом высокопоставленнный израильский дип­ломат, и известный палестин­ский политический деятель Я.Абд аль-Раббо, один из глав­ных «конструкторов» мирных договоренностей, зафиксирован­ных в Декларации принципов от 13 сентября 1993 г.

Й.Бейлин и Я.Абд аль-Раббо ставили своей целью разработать и предложить сторонам возмож­ные варианты договоренностей по вопросам окончательного ста­туса палестинских территорий.

План предусматривал необхо­димость признания Израилем «государства Палестина» и не­медленное признание палестин­ским государством государства Израиль.

Государство Палестина долж­но было рассматриваться непо­средственным «продолжателем» политических функций Органи­зации Освобождения Палестины и нести ответственность за взя­тые ООП обязательства.

План предусматривал широ­кий спектр общих интересов и зон ответственности палестинцев и израильтян как в области безопасности, так и финансово-экономической сфере. Так, сто­роны должны были образовать смешанный комитет содействия на министерском уровне для ре­шения вопросов отладки отно­шении между двумя государст­вами. Помимо этого предполага­лось сформировать разветвлен­ную систему международного мониторинга из числа предста­вителей США, России, ЕС, ООН и создать международные силы по наблюдению.

Вопрос о границах должен был решаться на основе резолю­ций № 242 и № 338 СБ ООН, принципа возвращения к лини­ям, существовавшим на 4 июня 1967 г. Предусматривалось со­здание постоянного коридора, соединяющего Западный берег р. Иордан с сектором Газа84.

Обе стороны должны были взять обязательство воздержи­ваться от применения или угро­зы применения силы. Предусма­тривался также широкий набор обязательств в целях укрепления режима безопасности, противо­стояния опасности терроризма.

Израиль и Палестину призы­вали совместно работать в целях формирования системы безопас­ности и стабильности на Ближ­нем Востоке, создания в регионе зоны, свободной от ОМП.

Палестина, согласно «женев­скому документу», превращалась в демилитаризованное государ­ство, имеющее, вместе с тем, до­статочно мощные силы безопас­ности. К задачам, стоящим перед этими силами, относились: кон­троль за границами, полицей­ские функции, предотвращение актов террористического харак­тера, выполнение задач чрезвы­чайного характера в интересах общественной безопасности85.

Стороны должны были взять на себя обязательство неукосни­тельно осуществлять весь набор мер в интересах недопущения каких-либо проявлений террори­стической активности радика­лов. Создавалась трехсторонняя комиссия по контролю за ситуа­цией в сфере антитеррора в со­ставе представителей израиль­тян, палестинцев, а также амери­канцев.

Израильтяне должны были вывести с палестинских земель все свои вооруженные формиро­вания. При этом указывался конкретный график вывода войск, сориентированный на пе­риод, не превышающий 36 меся­цев.

Важное место в «женевском документе» заняли вопросы бу­дущего устройства Иерусалима. В нем, в частности, отмечалась целесообразность обеспечения того, чтобы Иерусалим был од­новременно столицей двух госу­дарств - Израиля и Палестины. Закреплялся особый статус го­рода как центра трех мировых религий. В отношении Храмовой горы говорилось о необходимос­ти формирования специальной группы мониторинга, в которую входили бы, в частности, госу­дарства - члены Организации Исламская конференция (ОИК). Группа призвана была способст­вовать обеспечению безопаснос­ти в этом особом районе Иеруса­лима. Вместе с тем, статус Иеру­салима не был изложен доста­точно детальным образом. Также несколько «пунктирно» говори­лось о проблеме беженцев86.

В целом же документ можно охарактеризовать как попытку вывода палестино-израильского переговорного процесса на путь обсуждения «вопросов сущест­ва», что имело положительное значение в ситуации полной приостановки мирного процесса на этом направлении.

Характеризуя данный проект, заместитель министра иностран­ных дел Российской Федерации А.В.Салтанов отмечал, что появ­ление «женевского соглашения» отражало тот факт, что в изра­ильском и палестинском общест­ве нарастают настроения в поль­зу поиска политического выхода из создавшейся тупиковой ситу­ации. Проект соглашения носил неформальный характер, в его составлении не принимали учас­тия официальные представители Израиля и ПНА. По оценке рос­сийской стороны, проделанная работа была весьма полезной. Она позволила продемонстриро­вать способность палестинцев и израильтян совместно находить варианты решения сложнейших проблем и искать разумную аль­тернативу силовой конфронта­ции. Как отметил А.В.Салтанов, «Женевское соглашение» могло бы главным образом оказаться востребованным на заключи­тельном этапе осуществления плана «дорожной карты», когда будет дан старт официальным переговорам по вопросам окон­чательного статуса палестинских территорий87.

Следует признать, что «Же­невское соглашение» не было вос­требовано сторонами - во всяком случае, на тот период времени. Однако его появление и содержание показали наличие большого творческого потенциала в разра­ботках представителей общест­венно-политических и научных кругов заинтересованных стран.

Помимо «женевского доку­мента» важное значение для все­стороннего осмысления ситуа­ции в ближневосточном урегу­лировании имели публикации Независимой международной группы экспертов во главе с Г.Эвансом, беседы этих извест­ных политических деятелей с руководителями ближневосточ­ных стран.

В 2002 г. группой были опуб­ликованы три «пакета» проектов соглашений по каждому из пере­говорных «треков» ближневос­точного мирного процесса - из-раильско-палестинскому, израильско-сирийскому и израильско-ливанскому. Эти наработки содержали примерные линии возможного компромисса между сторонами конфликта. В отли­чие от многих других планов, предложения Независимой груп­пы содержали много конкретики, достаточно ясно и четко сформулированных предложе­ний по выходу на «развязки» имевшихся острых проблем.

Группа представила свои про­екты в ходе контактов с предста­вителями руководства арабских стран и Израиля. Основные положения этих документов сводились к сле­дующему88.

Независимые эксперты подвергли сомнению целесо­образность и «выполнимость» на практике «трехэтапной» схемы урегулирования на па-лестнно-израильском направ­лении, которая закладывалась в документы по ближневос­точному урегулированию, на­чиная с 2001 г. Они высказа­ли мысль о том, что план со­здания первоначально лишь «временного государства» на палестинских землях лишает палестинцев реальной пер­спективы и заинтересованнос­ти в достижении прогресса на переговорах с изральтянами ввиду отсутствия у такого «палестинского временного государства» даже минималь­ного объема «реквизитов» су­веренитета.

Таким образом, фактически была выдвинута альтернатива другим планам программы дей­ствий на палестино-израильском направлении, основанная на «раннем» решении вопросов, от­носящихся к так называемому окончательному статусу палес­тинских территорий.

По мнению группы, финаль­ное палестино-израильского мир­ное соглашение должно было со­держать такие компоненты:

- создание палестинского го­сударства на землях, оккупиро­ванных Израилем после 4 июня 1967 г. Израиль мог бы аннекси­ровать не более 4% земель За­падного берега р. Иордан в це­лях перемещения туда всех изра­ильских поселенцев;

- Палестина становится деми­литаризованным государством, в котором размещаются многона­циональные силы во главе с представителями США для обеспечения удовлетворительно­го решения проблем внутренней безопасности;

- Израиль сохраняет сувере­нитет над Западным Иерусали­мом и еврейскими жилыми кварталами Восточного Иеруса­лима. Эти районы в своей сово­купности образуют «столицу Из­раиля»;

- палестинцы получают суве­ренитет над арабскими квартала­ми Восточного Иерусалима. Эти районы образуют «столицу» Па­лестинского государства;

- в районе старого города в Иерусалиме вводится специаль­ный режим, при котором Храмо­вая гора переходит под контроль палестинцев, а Стена Плача - из­раильтян. При этом предусмат­ривается, что будет запрещено без предварительного согласия сторон производить какие-либо строительные или археологичес­кие работы в районе Храмовой горы;

- проблема беженцев должна решаться на основе резолюции ООН 194 от 11 декабря 1948 г. с выплатой палестинцам «справед­ливой» финансовой компенса­ции и предоставлением им фи­нансовой помощи в целях строи­тельства нового жилья. «Право на возвращение» на территорию собственно Израиля ограничива­лось случаями воссоединения семей или осуществлением иных гуманитарных программ;

- предлагалось, чтобы при за­ключении окончательного согла­шения обе стороны дали обеща­ние воздерживаться от предъяв­ления в последующем каких-ли­бо новых претензий89

План группы экспертов пре­дусматривал деятельное участие международного сообщества в гарантиях будущего палестино-израильского соглашения. Име­лось в виду пойти на размеще­ние в Палестине многонацио­нальных сил по поддержанию мира, направить в Старый город Иерусалима международные по­лицейские части.

Для Сирии и Израиля группа международных экспертов раз­работала следующую схему до­стижения урегулирования:

- отвод израильских войск на линии 4 июня 1967 г.;

- передача под суверенитет Сирии участков земли вплоть до Тивериадского озера и реки Иордан с получением выхода к прилегающим водным акватори­ям. Израилю передавались соб­ственно акватории Тивериадско­го озера и реки Иордан с выхо­дом на прилегающие земли;

- организация демилитаризо­ванных зон и зон с пониженным количеством вооруженных сил и вооружений;

- создание многонациональ­ного мониторингового механиз­ма в интересах обеспечения бе­зопасности и выполнения согла­сованных решений;

- Сирия и Израиль должны были немедленно после заклю­чения мирного соглашения установить между собой дипломати­ческие отношения906.

Проект соглашения между Ливаном и Израилем включал такие положения, как запрет на размещение каких-либо нерегу­лярных военизированных групп в зоне соприкосновения между двумя странами (юг Ливана - се­вер Израиля), запрет на исполь­зование территории друг друга лицами или организациями, враждебными другой стороне.

План группы экспертов полу­чил большой резонанс в странах - членах «четверки» междуна­родных посредников, а также в большинстве государств региона. Однако перевести в практичес­кую плоскость обсуждение пред­лагавшихся мер не удалось.

Одиннадцатое. До настоя­щего времени крайне редко имели место решения действи­тельно смелого характера, по­добные поездке А.Садата в Иерусалим в 1977 г., призван­ные способствовать "прорыв­ным" поворотам в арабо-израильских взаимоотношениях.

В ряде случаев не использо­вались - в силу сложившихся стереотипов - возможности, в том числе, связанные с разработ­кой крупномасштабных инициа­тив.

Так, после выдвижения на­следным принцем Саудовской Аравии Абдаллой своего извест­ного проекта в отношении фор­мата будущих договоренностей арабов с израильтянами этот во­прос был включен в повестку дня встречи Лиги арабских госу­дарств (ЛАГ) в Бейруте (март 2002 г.). Как представляется, арабам стоило бы пойти и на другую инициативу - приглаше­ние Израиля на эту встречу. Это могло бы сразу поднять на со­вершенно новый уровень обсуж­дение - в практическом плане -проблематики мирного урегули­рования и достижения историче­ского примирения в регионе Ближнего Востока. Однако та­кой шаг сделан не был.

Двенадцатое. Не вполне сло­жилось современное понятие «ре­гион» в контексте проблематики ближневосточного мирного уре­гулирования. Это в немалой сте­пени связано с характером и объе­мом озабоченностей каждой из сторон конфликта791. В последние годы, в особенности после пред­ставления президентом Д ж. Бушем своего проекта «Большого (Расширенного) Ближнего Востока», усилилась тенденция расшири­тельного толкования рамок ре­гиона.

Инициатива президента США была озвучена в марте 2004 г. и представлена членам «восьмер­ки» крупнейших индустриаль­ных стран мира в июне 2004 г. Это предложение базируется на ряде принципов, включающих расширение демократических ос­нов и повышение эффективнос­ти управления в странах регио­на, создание качественно новых возможностей для обмена ин­формацией, устранение торго­вых барьеров, открытие рынков и т.п. Логика этой инициативы основывается также на призна­нии в целом, безусловно, пра­вильного положения о тесней­шей взаимосвязи процессов, происходящих в странах, «тра­диционно» причисляемых к Ближнему Востоку, и государст­вах, территориально прилегаю­щих к этому району мира.

Следует отметить, что геогра­фическое и политическое поня­тие региона «Ближнего Востока» имеет почти столетнюю исто­рию, его содержание неодно­кратно менялось и уточнялось. Ряд специалистов придержива­ются мнения, что впервые тако­го рода термин был использован английским генералом Томасом Гордоном в начале XX в. при изучении возможных угроз бри­танским интересам в регионе со стороны царской России, в том числе в контексте функциониро­вания транспортного коридора между Великобританией и Ин­дией. Другие считают, что это понятие было введено в оборот после опубликования в 1902 г. американским военным деяте­лем Альфредом Маханом статьи «Персидский залив и междуна­родные отношения»928.

Вопрос о территориальных рамках ближневосточного реги­она обстоятельно рассматривал­ся в 1992 - 1996 гг. рабочей группой по контролю за воору­жениями и региональной безо­пасности (в ряде мероприятий принимал участие автор). Уже в то время преобладало мнение о необходимости «расширитель­ного» толкования региона Ближнего Востока - с включени­ем в него всех стран - членов ЛАГ, Израиля, а также Турции. Ряд экспертов высказывались за то, чтобы к региону был «при­числен» также и Иран. Были на­работки, касающиеся органичес­кой связи - в контексте вопро­сов безопасности - Ближнего Востока, Средиземноморья, бас­сейна Красного моря, а также Юго-Западной Азии. После со­бытий сентября 2001 г., развер­тывания борьбы против между­народного терроризма вопрос о взаимообусловленности и взаи­мозависимости событий в этих районах мира стал еще более ак­туальным

В одной из недавних публи­каций - монографии «Нефть и вода - к созданию системы безо­пасности в Персидском заливе» специальный раздел был посвя­щен проблематике «Большого Ближнего Востока»939. Один из основных выводов авторов рабо­ты заключался в том, что концепция географических рамок Ближнего Востока неизбежно будет претерпевать изменения, в том числе вследствие того, что сам регион находится в стадии глубокой эволюции9410.

Вышеуказанные причины - в большей или меньшей степени -обусловили отсутствие всеобъ­емлющего решения арабо-израильского конфликта, хотя на ряде направлений мирных пре­образований в регионе были до­стигнуты реальные позитивные подвижки.

В целом, как представляется, к сегодняшнему дню удалось ре­шить те «блоки» ближневосточ­ного кризиса, которые относи­тельно легко поддавались стра­тегии «размежевания», в том числе территориального (мир­ные договоры между Египтом и Израилем, Иорданией и Израи­лем). Но данный метод выявил свою ограниченность в тех слу­чаях, когда достижение такого рода размежевания является крайне сложным делом. Это прежде всего относится к ключе­вой проблеме ближневосточного урегулирования - палестино-из-раильскому конфликту

На протяжении многих лет противостояния выдвигались де­сятки планов построения отно­шений между палестинцами и израильтянами. Несмотря на все их разнообразие, можно свести эти предложения всего лишь к четырем принципиальным схе­мам:

- сохранение израильской ок­купации палестинских земель;

- создание на землях, оккупи­рованных в 1967 г. (сектор Газа, Западный берег р. Иордан), ор­ганов палестинского админист­ративного самоуправления (ав­тономии) с весьма ограниченны­ми прерогативами - при оставле­нии за Израилем полномочий в сфере внешних связей, обороны и ряде других областей;

- создание на указанных тер­риториях «палестинского райо­на» как части конфедеративного объединения в составе либо Иордании, либо Израиля;

- независимое палестинское государство со столицей в Вос­точном Иерусалиме.

В Израиле различные поли­тические силы по-разному виде­ли решение палестинской про­блемы. Многие не верили в способность палестинского образо­вания - в любой его форме и, тем более, в виде суверенного государства - мирно сосущество­вать с Израилем без предъявле­ния палестинцами все новых и новых требований, в том числе территориального порядка. С другой стороны, израильтяне, принадлежавшие к самым раз­личным партиям и группам, схо­дились во мнении, что нахожде­ние в пределах территории Из­раиля все возрастающего коли­чества арабов-палестинцев мо­жет привести к созданию внутри страны мощной «пятой колон­ны», которая со временем будет «подавлять» евреев своей чис­ленностью. С учетом этих опа­сений, начиная с середины 1970-х гг., большинство израиль­ских политиков стали склонять­ся к формуле предоставления палестинцам - естественно, по результатам неспешных и обсто­ятельных переговоров - «ограни­ченного самоуправления», дру­гими словами - проживания вне территориальных рамок собст­венно Израиля, но под плотным «присмотром» последнего. Кон­сервативные элементы при этом подчеркивали «целесообраз­ность» использования - в качест­ве решающего козыря для торга с палестинцами - наличие в ру­ках Израиля оккупированных земель.

Что касается палестинцев, то их политическое руководство в лице ООП всегда декларировало свою приверженность только од­ному варианту решения палес­тинской проблемы - созданию независимого палестинского го­сударства.

На деле развитие событий ве­ло к реализации схемы создания ограниченной автономии палес­тинцев. Все попытки «продви­нуть» переговорный процесс к рассмотрению ключевых и, вмес­те с тем, наиболее сложных во­просов палестино-израильского урегулирования - определение «конечных» модальностей палес­тинского государственного обра­зования, параметров территори­ального размежевания, решение проблемы беженцев, судьбы Иерусалима, в том числе «рас­пределения» суверенитета над святыми местами, - так ничего до сих пор и не дали.

В последние годы камнем преткновения стали вопросы обеспечения безопасности. При том создался запутанный клу­бок взаимных претензий и тре­бований. Израильтяне добива­лись - в качестве предваритель­ного условия для начала серьез­ного разговора по вопросам «су­щества» урегулирования - пол­ного прекращения терактов про­тив мирного населения своей страны. Палестинские радикалы говорили, что эти теракты - не­избежное следствие сохраняю­щейся оккупации палестинских земель. Официальное руководст­во ООП и Палестинской нацио­нальной администрации акции террористического характера осуждало, но, вместе с тем, при­знавало «резонность» доводов в отношении «первичности» про­блемы вывода израильских войск с оккупированных терри­торий. Таким образом, мирные переговоры между палестинцами и израильтянами «буксовали», не двигались в сторону достиже­ния какой-либо реальной рацио­нальной отметки.

В этих условиях премьер-ми­нистр Израиля А.Шарон пошел на «одностороннее размежева­ние» с палестинцами с целью со­здания таким путем более безо­пасного климата для Израиля по периметру границы с палестин­ской автономией95.

«Одностороннее размежева­ние», по-видимому, призвано было дать импульс палестино-израильскому урегулированию в условиях, когда двусторон­ние переговоры, даже допол­ненные усилиями международ­ных посредников, не давали результатов96.

Вместе с тем, как представля­ется, метод «односторонних» шагов должен быть дополнен другими «новациями». Все бо­лее очевидной становится целе­сообразность формирования со­вершенно новой стратегии поис­ков «формулы безопасности» на палестинских и израильских землях. По нашему убеждению, настал момент, когда, наконец, стоит признать ограниченность попыток «поделить» все «со­ставляющие» функционирова­ния властных структур на край­не ограниченной территории па­лестино-израильского противо­стояния. Требуется дополнить линию на «размежевание» стратегией «синтеза» усилий сторон и поиска общих схем бе­зопасности и мирного переуст­ройства97.

В этом контексте попытаемся выделить основные «сферы» двустороннего палестино-израильского взаимодействия.

На наш взгляд, к ним можно было бы отнести следующие проблемные блоки: территори­альный вопрос; обеспечение вну­тренней безопасности и стабиль­ности; экономическая и финан­совая сферы; проблема бежен­цев; вопросы обороны и между­народных отношений; проблема Иерусалима, включая вопросы доступа к святым местам.

На сегодняшний день первые три проблемы - территориаль­ная, безопасности и экономичес­кое положение на палестинских землях и в Израиле - должны рассматриваться в качестве пер­воочередных. При этом нельзя не признать, что все попытки найти компромиссное решение этих проблем зашли в тупик. Это относится в первую очередь к территориальному вопросу. Такой результат в чем-то зако­номерен. Чего можно ожидать, если предлагавшиеся до сих пор варианты создания палестинско­го «государственного образова­ния» представляли собой объе­динение в некую общность «лос­кутных» квази-муниципалитетов (Западный берег реки Иордан), территория которых имеет во многом искусственную границу с участками, находящимися под израильским управлением?

С учетом реального развития событий последних лет особое значение имеет проблематика безопасности. Именно этот во­прос сейчас ставят во главу угла израильтяне. Обеспечение безо­пасности оказалось самым «трудным» элементом в перего­ворных усилиях сторон, а также международных посредников.

По нашему мнению, нужно ставить вопрос о создании своего рода «единого пространства безо­пасности» на всех палестинских и израильских землях. В рамках осуществления такой концепции требуется создание достаточно сильных и авторитетных органов совместного мониторинга ситуа­ции и принятия решений как зако­нодательного, так и оперативно-распорядительного характера. В практическом плане нужно будет наладить эффективную систему совместных практических меро­приятий (проведение совместного патрулирования и т.п.).

Что касается эконо­мической сферы, то и здесь следует признать наличие исторически сложившейся тесней­шей связи и переплете­ния интересов Израиля и палестинцев, в том числе, проживаю­щих на территориях ПНА. Так, благополучие палестинского на­селения - жителей сектора Газа и Западного берега реки Иордан во многом зависит от возможно­стей обеспечения их постоянной работой на территории Израиля. Для израильтян же территории ПНА - это не только располо­женный в непосредственной близости рынок сбыта товаров, но и своего рода «испытатель­ный стенд» их способностей вза­имодействовать с арабами в эко­номической сфере. Следует от­метить, что на новом «витке» развития событий может ока­заться востребованным план формирования единого экономи­ческого союза двух государств -еврейского и арабского, - как это было предусмотрено резолюцией № 181 ГА ООН от 29 ноября 1947 г. Как известно, данная ре­золюция предусматривала такие меры, как создание таможенного союза, введение единой валюты на территории обоих государств, совместные экономические про­екты, использование на недис­криминационной основе транс­портных коммуникаций, портов и аэродромов, доступ к вод­ным и энергетическим ресурсам и т.п.

В целом, на наш взгляд, есть и необходимость, и возмож­ность достижения компромис­сов на основе создания общих «зон ответственности» сторон в указанных выше сферах палестино-израильского взаимодейст­вия - территориальной, безопас­ности и экономики. Причем, тут нащупывается компромисс и в том, что касается «качества» размена. Израильтяне заинтере­сованы в обеспечении надежно функционирующего «пространства безопасности» на всех тер­риториях, где находятся изра­ильтяне, а палестинцы - в сво­бодном доступе рабочей силы в Израиль. Обе стороны выигры­вают от объединения усилий в указанных сферах. При этом ре­шаются и другие вопросы, на­пример, создания благоприятно­го инвестиционного климата и условий для налаживания общерегинального экономического сотрудничества98.

Вышеуказанные причины - в большей или меньшей степени -обусловили отсутствие всеобъ­емлющего решения арабо-израильского конфликта, хотя на ряде направлений мирных пре­образований в регионе были до­стигнуты реальные позитивные подвижки.

В целом, как представляется, к сегодняшнему дню удалось ре­шить те «блоки» ближневосточ­ного кризиса, которые относи­тельно легко поддавались стра­тегии «размежевания», в том числе территориального (мир­ные договоры между Египтом и Израилем, Иорданией и Израи­лем). Но данный метод выявил свою ограниченность в тех слу­чаях, когда достижение такого рода размежевания является крайне сложным делом. Это прежде всего относится к ключе­вой проблеме ближневосточного урегулирования - палестино-из-раильскому конфликту..

На протяжении многих лет противостояния выдвигались де­сятки планов построения отно­шений между палестинцами и израильтянами. Несмотря на все их разнообразие, можно свести эти предложения всего лишь к четырем принципиальным схе­мам:

- сохранение израильской ок­купации палестинских земель;

- создание на землях, оккупи­рованных в 1967 г. (сектор Газа, Западный берег р. Иордан), ор­ганов палестинского админист­ративного самоуправления (ав­тономии) с весьма ограниченны­ми прерогативами - при оставле­нии за Израилем полномочий в сфере внешних связей, обороны и ряде других областей;

- создание на указанных тер­риториях «палестинского райо­на» как части конфедеративного объединения в составе либо Иордании, либо Израиля;

- независимое палестинское государство со столицей в Вос­точном Иерусалиме99.

Глава 3..Перспективы урегулирования палестино – израильского конфликта


Мирное урегулирование конфликта можно достичь, считает Дмитриев Е. Об этом он пишет, что следствием войны Соеди­ненных Штатов против Ирака и оккупации терри­тории этой страны войсками американо-британской коалиции и их союзников стало значитель­ное расширение зоны американ­ского военного присутствия на Ближнем Востоке. Теперь эта зона простирается от границ Аф­ганистана и бывших советских республик Средней Азии, Кавка­за- Персидского залива

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: