Александровские Мореходные Классы во Владивостоке в 1890 – 1902 гг.
Прошло с тех пор еще три года… И вот теперь мы стоим над вопросом: будет или нет открыт во Владивостоке мореходный класс, - над вопросом, который был таким же вопросом еще в 1877 году.
Императорское Общество для содействия русскому торговому мореходству с своим обычным сочувствием отнеслось к идее открытия мореходных классов во Владивостоке. Возбудив в 1880 году по просьбе управы ходатайство перед министерством финансов об отпуске пособия от казны в 3000 р., оно и затем продолжает заботиться об этом вопросе. Так, в 1882 году 13 ноября Общество пишет в Думу, что, узнав из газет, что Владивостокская дума продолжает заниматься вопросом об учреждении местного мореходного класса, Общество считает своим приятным долгом послать издания Общества, касающиеся вопроса о мореходных школах; затем, 8 января 1883 г., Общество обратилось в управу с упреком, что с 1880 г. Правление Общества не получало никаких сведений о ходе дел касательно учреждения мореходной школы, между тем как Общество весьма желает знать, в каком положении находится в настоящее время этот вопрос. Предупредительно сообщая, что Общество при открытии новых мореходных классов всегда высылает бесплатно значительное число разных книг, могущих быть полезными как преподавателям, так и учащимся, Общество с своей стороны просило по прилагаемой таблице сообщать сведения об учениках для помещения в «Известиях».
В заключение это письмо содержало полезный намек, который мог бы послужить уроком комиссии по составлению проекта Положения классов. Общество писало, что первый мореходный класс в деревне Гайнаже (Лифляндской губернии) открыт на частные незначительные средства, и только спустя три года был утвержден с назначением от правительства всего по 1000 р.; и несмотря на это число учащихся в нем доходит уже (в 1883 г.) до 90 чел. И окончившие курс служат лучшими проповедниками в крае идеи развития мореплавания и постройки судов дальнего плавания.
Это письмо осталось, вероятно, без ответа управы, потому что 16 июня того же 1883 года Общество вновь обратилось, уже на имя городского головы, со следующим отношением:
«После сообщения городской управе 12 февраля 1881 года, за № 55, о том, что Правление Общества обратилось с просьбою о назначении от казны 3000 р. ежегодно на содержание мореходной школы во Владивостоке, Правлению Общества по настоящее время ничего не известно по этому делу, а потому оно покорнейше просит вас, милостивый государь, сообщить о настоящем положении дел о Владивостокской мореходной школе».
Получив только такую настоятельную просьбу, городская управа и сама, наконец, поинтересовалась о положении дел и 12 января 1884 года запросила канцелярию военного губернатора г. Владивостока «о последовавшем распоряжении по последнему донесению управы его превосходительству военному губернатору, при коем был представлен в подлиннике проект и Положение о мореходном классе». На это канцелярия г. губернатора ответила, что проект представлен господину генерал-губернатору Восточной Сибири еще 20 февраля 1882 года, за № 344.
После этого городская управа уведомила Правление Общества, что управа, признавая не только полезным, но по местным условиям и крайне необходимым учреждение во Владивостоке мореходного класса, в январе 1882 года избрала комиссию для составления проекта Положения о нем, который и представлен генерал-губернатору Восточн. Сибири в феврале 1882 года, но ответа на это представление до сих пор не получено. Правление Общества, получив такое уведомление, постановило: просить г. генерал-губернатора В. Сибири о возможно скорейшем представлении на утверждение министра народного просвещения проекта Положения о мореходном классе во Владивостоке. Генерал-губернатор Восточной Сибири Анучин на ходатайство Правления Общества ответил следующее: «Отношением, от 10 мая сего года за № 53, ваше сиятельство (князь В.А. Долгоруков, председатель Общества, - В.К.) признали с своей стороны вполне необходимым учреждение в г. Владивостоке мореходного класса, и, согласно постановления находящегося под вашим председательством Правления Общества, просите моего содействия к скорейшему осуществлению столь полезного для края учреждения. Считаю своим долгом познакомить ваше сиятельство с настоящим положением этого дела». Изложив в кратких словах историю возникновения этого вопроса на одном из амурских обедов и дальнейшее развитие его и упомянув, что после объявленной по Восточной Сибири подписки капитал достиг почтенной цифры 8794 руб. 42 коп., Д.Г. Анучин продолжает: «Такой успех подписки на столь полезное для Сибири дело, как учреждение в одном из отдаленнейших и весьма важных портов школы морского дела, побудил меня представленный военным губернатором г. Владивостока, от 20 февраля 1882 г. № 344, проект Положения и штата этого класса препроводить г. министру финансов (от 8 дек. 1882 г. № 1421), покорнейше прося его высокопревосходительство, во-1) об утверждении вышеупомянутого Положения и штата мореходного класса 2-го разряда, во-2) об исходатайствовании Высочайшего Государя Императора соизволения на милостивое принятие для означенной цели в виде неприкосновенного капитала собранных пожертвований 8794 р. 42 к. и наименование этого класса «Александровским» и в-3) о назначении этому классу пособия от казны в размере 2500 рублей ежегодно. Копия с этого отношения к г. министру финансов была в то же время препровождена г. управляющему морским министерством, с просьбою не отказать классу в содействии морского ведомства. Между тем, отношением, последовавшим от 19 февр. 1883 года за № 1078, генерал-адъютант Шестаков уведомил меня, что он не разделяет мнения о насущной для края потребности в учреждении подобного класса, но во всяком случае, если министерство финансов найдет возможным осуществить проект об учреждении в городе Владивостоке мореходного класса, то со стороны морского ведомства не встретится препятствий к тому, чтобы суда Сибирской флотилии служили практическою школою для учеников класса. О таком отзыве генерал-адъютанта Шестакова мною было сообщено 12 апреля 1883 года за № 505 г. министру финансов с новой просьбой – разрешить в утвердительном смысле вышеозначенное ходатайство мое, в виду действительной необходимости открытия такого класса в Сибири, тем более, что деньги, достаточные для начального открытия упомянутого класса, собраны, имеется и помещение для него и даже являются уже желающие поступить в класс. В ответе на это отношение мое, товарищ (т.е. заместитель, - В.К.) министра финансов уведомил меня, что дело об учреждении мореходного класса во Владивостоке передано в министерство народного просвещения; о дальнейшем же движении этого дела я до настоящего времени сведений не имею. Из всего вышеизложенного ваше сиятельство изволите усмотреть, что с моей стороны сделано все возможное к осуществлению столь полезного для Сибири учреждения; при чем не лишним считаю добавить, что капитал на учреждение Владивостокского мореходного класса возрос в последнее время (1884 год) до 9289 р. 16 к. и что существующими в Сибири двумя мореходными компаниями: Кяхтинского пароходного и Амурского товариществ назначена в течение пяти лет денежная субсидия мореходному классу, первым по триста, а вторым по двести рублей (?) ежегодно. Дальнейшее ведение дела будет уже зависеть от нового Приамурского генерал-губернатора (в связи с территориальным переустройством Сибири и введением этой новой должности, - В.К.), который, без сомнения, мои поддержит ходатайства».
Правление Общества, получив такое обстоятельное уведомление об участи поднятого вопроса, 29 сентября 1884 года с своею обычною настойчивостью в преследовании благих целей и задач Общества постановило просить министра народного просвещения и Приамурского генерал-губернатора о содействии к скорейшему открытию мореходного класса во Владивостоке.
Такова история возникновения и дальнейшего хода вопроса об открытии мореходного класса во Владивостоке. Десять лет прошло с тех пор, как он поднят, и читатель видел, что было сделано для этого. А что сделано будет еще? И управа в 1884 году не знала об участи возбужденного ходатайства, и генерал-губернатор Анучин писал в 1884 г., что с 8 июля 1883 года о дальнейшем движении этого дела он сведений не имеет, не знают этого, понятно, ни жертвователи, ни обыватели, не знаем и мы о дальнейшей и будущей судьбе этого вопроса. Десять лет безвозвратно потеряно, десять лет упущено и их теперь не вернуть… Но предоставим мертвым заботиться о мертвых – вопрос о мореходной школе еще не умер. В последнее время министерство народного просвещения переработало Положение 1867 года о мореходных классах и выработало проект нового Положения об «училищах судоходства» (который теперь может быть уже и утвержден); поэтому не нужно ли ожидать, что ходатайство Владивостока, возбужденное 8 лет тому назад, будет возвращено обратно с предложением составить новый проект Положения, применительно к новому закону о подобных школах (здесь Владимир Евгеньевич проявляет себя как тонкий знаток бюрократических «процедур»! – В.К.). И так или иначе, рано или поздно, вопрос о мореходном классе или училище судоходства, как одном из средств развития местного каботажа и торгового мореплавания со всеми его последствиями для края, - должен стать на очередь, а потому мы вновь повторяем поставленные вопросы в заметке нашей № 37 «Владивостока»: «Нужны ли во Владивостоке мореходные классы? Признано ли, что открытие класса вредно или бесполезно для начавшегося развития края? Сознали ли мы, наконец, что восемь лет тому назад сделали ошибку, возбудив ходатайство, и теперь следует уклониться от намеченной тогда цели? Сознает ли население, что теперь еще преждевременно или излишне способствовать всеми мерами развитию местного мореплавания и каботажа в крае?» [27]
Минует еще три года… Рассмотрев это сообщение В. Филипченко, Императорское Общество для содействия русскому торговому мореходству в 1889 г. вновь постановляет возбудить ходатайство перед министром народного просвещения и Приамурским генерал-губернатором о скорейшем открытии Владивостокского мореходного класса.
И только в конце апреля 1890 года единственная во Владивостоке газета (с одноименным названием) на первой полосе – аж в двух своих номерах подряд (16-м и 17-м) – радостно сообщит, наконец, долгожданное:
Владивостокское Городское Полицейское Управление
объявляет во всеобщее сведение, что г. военный губернатор Приморской области, предписанием от 18 ноября 1889 г. за № 10995, основанном на отзыве г. приамурского генерал-губернатора от 30 октября 1889 за № 4520, дал знать, что Государственный Совет, в департаменте государственной экономии, рассмотрев представление министра народного просвещения о расходе на содержание мореходных классов в городе Владивостоке, Приморской области, и присвоении им наименования «АЛЕКСАНДРОВСКИХ», мнением положил:
1) отпускать из Государственного казначейства, начиная с 1-го января 1890 г., по две тысячи-пятисот руб. в год на содержание учреждаемых в городе Владивостоке, Приморской области, мореходных классов 1 и 2 разрядов, обратив в счет этой суммы кредит в одну тысячу руб. в год, ассигнуемый ныне на содержание подлежащего закрытию мореходного класса в г. Тобольске и
2) присвоить владивостокским мореходным классам наименование «АЛЕКСАНДРОВСКИХ».
ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР изложенное мнение Государственного Совета в 13 день минувшего июня ВЫСОЧАЙШЕ утвердить соизволил и повелел исполнить.
Нужно заметить, что небольшой опыт обучения кадров для нужд флота к тому времени во Владивостоке уже был: при Командире порта действовала школа рулевых сигнальщиков и лоцманов, специальная комиссия при дирекции маяков и лоции принимала у всех желающих экзамены на звание вольных штурманов и шхиперов, а располагавшаяся в здании механического завода бесплатная Кадровая (Портовая) школа готовила специалистов для ремонтных мастерских морского флота (корабли ведь нужно уметь не только по морю водить, но и починять)[18].
3.
«Это место казалось мне вроде логовища пиратов, из которого русские крейсера могут налетать на нашу коммерцию и бомбардировать наши суда. Я считал Владивосток русским Гибралтаром. Но, к великому моему удовольствию, я воочию убедился, что Владивосток – место, которое вполне возможно взять или истребить флотом.»
Кэмбель, английский путешественник, 1887 г.
“Был я во Владивостоке. О Приморской области и вообще о нашем восточном побережье с его флотами, задачами и тихоокеанскими мечтаниями скажу только одно: вопиющая бедность! Бедность, невежество и ничтожество, могущие довести до отчаяния. Один честный человек на 99 воров, оскверняющих русское имя…”
Чехов, русский писатель, 1890г.
Владивосток конца ХIХ века представлял собой вполне заштатный городишко “на пустынных еще берегах Тихого океана”, хотя и весьма перспективный, дико растущий. В 1890-м году ему едва исполнился “тридцатник”, - разве это возраст для города? Да и городом-то он стал называться всего лишь десятилетие назад, а до того двадцать лет носил суровое и скромное наименование “пост” (в 1889-м получив статус “крепость”).
Собственно городом считался разрезанный оврагами неширокий ряд домишек, вытянувшийся по северному берегу бухты Золотой Рог от улицы Алеутской до Ивановской. Всего же улиц не набиралось и четырех десятков (145 каменных одно- и двухэтажных домов на весь город!), да и что это были за улицы, - так, видимость одна: “Не все улицы, конечно, отличались особенным оживлением, но можно сказать, что, без исключения, по всем без церемонии разгуливали гуси, утки, козы, коровы, лошади и свиньи, оглашая воздух своеобразным говором и копаясь летом в невылазной грязи.”
Во Владивостоке в 1890 г. проживало ровно 14446 человек, из коих 9365 были российскоподданными и 5081 иностранцами (в тогдашней “столице” края Хабаровке населения насчитывалось в три раза меньше, а в Николаевске вообще было не больше полутора тысяч). Всего же в Приморской области Приамурского края числилось почти 64000 человек, в т.ч. 35000 русских, из которых около 20000 составляли люди военные. Среди владивостокцев большая часть (8000 человек) приходилась на морские и сухопутные войска гарнизона, остальные же 7000 были весьма разношерстны и состояли из купцов, армейских и флотских отставников, переселенцев да инородцев (или, как тогда говорили, “гражданских лиц и пришлых китайцев и корейцев”).
Не думаю, что кто-нибудь из них до конца понимал, какому большому делу дается зачин. Владивосток жил своей – то лихорадочной, то неторопливой – жизнью и, казалось, нет в нем почти интереса до каких-то там мореходных классов… Правда, еще в апреле-мае газеты сообщили о том, что “возбужден вопрос о покровительстве торговому судоходству под русским флагом и торговому судостроению в России”. Но это ж там, в Империи, а у нас здесь все вполне колониально. Да что там Россия, даже американцы до сих пор, кажется, числят Владивосток где-то в Китае, а англичане – в Ост-Индии (во всяком случае, из пометок