Xreferat.com » Рефераты по истории » Россия в период смуты

Россия в период смуты

на высоких постах оказывались незнатные, а порой и во­все «беспородные» люди. Но в Думе у Самозванца заседали Рюриковичи (князья Засе­кины, Сицкие, Мосальские, Долгоруковы и т.п.), Гедиминовичи (князья Трубецкие), ари­стократы с Северного Кавказа (князья Черкасские), представители старомосковских боярских фамилий (Салтыковы, Плещеевы). Ему служил касимовский хан. С осени 1608 г. Ту­шино получило своего «названного» патриарха: был привезен из Ростова мест­ный митрополит Филарет (в миру Федор Романов, получивший эту ка­федру в послед­ние недели царствования первого Самозванца). [7, с.478]

С мая по ноябрь 1608 г. успехи тушинцев стремительно нарастали. На исходе лета произошло еще одно важное событие, которое придало Само­званцу дополни­тельную легитимность: «царь Дмитрий Иванович» вновь об­рел «свою» венчанную и коронованную в мае 1606 г. жену. По соглашению лета 1608 г. польская сторона обязы­валась вывести всех наемников — под­данных Речи Посполитой с территории России в обмен на отпуск русским правительством всех задержанных и сосланных поляков, включая семейство Мнишков. Воевода вступил в сношения с Тушином, еще находясь в ссылке в Ярославле. Было условлено, где и как тушинцы смогут перехватить отправ­ленных из Москвы к западной границе пленников. На людях была радостная встреча насильственно разлученных супругов, в тайне же состоялось венча­ние Марины с но­вым носителем имени «царя Дмитрия». С этого момента царица Марина Юрьевна на­всегда связала свою судьбу не только со вторым Самозванцем, но и с исходом войны.

Лжедмитрий II контролировал огромную территорию, признавали власть тушин­ского царя все новые и новые земли. Исход войны решали не столько победы на поле брани, сколько финансы и материальное обеспече­ние. Тушинские власти не распола­гали эффективными органами управления на местах. Так что сбором денег, пропита­ния и кормов пришлось заняться самим тушинским отрядам. Партии польской шляхты и их служителей (пахолков) делали это столь профессионально, что от «нормальных» грабе­жей такие поборы отличало лишь наличие легитимных полномочий. Немногих месяцев тушинского управления вполне хватило для начала спонтанной борьбы против тушинцев.

Три политических центра. Падение Василия Шуйского. «Семибоярщина»

Если летом—осенью 1608 г. территория подконтрольная Шуйскому, сжималась наподобие шагреневой кожи, то в конце 1608 — начале 1609 г. процесс пошел в обрат­ном направлении. Впрочем, к этому моменту уже не Лжедмитрий II представлял глав­ную опасность. Двухполюсная структура гражданской войны превращается в трехпо­люсную. Главный фактор таких изменений — открытое вмешательство Речи Посполи­той, а позднее и Швеции во внутренние усобицы России. Король приложил много усилий с целью пе­ретянуть основные силы наемников из Тушина в свой лагерь. Так что уже осенью 1609 г. вполне обозначился кризис Тушинского лагеря. В конце де­кабря 1609 г. Лжедмитрий бежит в Калугу, куда устремляются казачьи ста­ницы, отряды приборных служилых, дворянские сотни южных корпораций. Позднее, в феврале туда же бежит Марина. В январе—феврале имели место стычки и бои между поляками и рус­скими тушинцами. Русские тушинцы-ари­стократы из двух маршрутов — в Москву или в Калугу — предпочли третий: в королевский лагерь под Смоленск. Там в феврале 1610 г. был заключен до­говор о предварительном избрании на русский трон сына Сигиз­мунда, Вла­дислава, причем основное содержание статей соглашения сводилось к чет­кой регламентации деятельности нового царя в условиях полного сохранения москов­ского социального и государственно-политического устройства, пра­вославной веры и т.п. [7, с.481]

Итак, весной 1610 г. в стране было уже три центра, имевшие хотя бы формаль­ные права на власть — Москва, Калуга, королевский лагерь под Смоленском. Весной—летом ведутся вялые военные действия между Лже­дмитрием II и польскими отрядами. Но главный узел должен был разру­биться в столкновении армии Шуйского с королев­ской ратью. Авторитет Ва­силия Шуйского в народе был окончательно подорван после скоропостижной смерти талантливого полководца Скопина-Шуйского (по очень веро­ятной версии он был отравлен на пиру у князя Воротынского), который по мнению со­временников, был единственным человеком, способным объединить страну. Это при­вело к смене командования, русские войска выступили к Смоленску, имея во главе цар­ского брата, бездарного Дмитрия. Правда, в этот раз ему противостоял один из луч­ших польских военачальников, корон­ный гетман С. Жолкевский. Поражение при с. Клушине было катастрофиче­ским: правительство Шуйского за несколько часов лиши­лось почти всей ар­мии. К Москве устремились силы Лжедмитрия II из Калуги и корпус Жолкев­ского. 17 июля 1610 г. царь Василий Шуйский в ре­зультате переворота был сведен с престола и насильственно пострижен в монахи. Московская ари­стократия создала собственное правительство — «Семибоярщину», за кото­рой не было сколько-нибудь реальных сил.

Собственно на выбор Думе, наличному составу государева двора, доб­равшимся до Москвы после Клушина дворянам и стрельцам, горожанам предстали два варианта. Самозванца не хотело подавляющее большинство, поэтому переговоры с его сторон­никами клонились к размену правителей: москвичи сводят с трона Шуйского, бывшие тушинцы — своего царика. Шли переговоры с Жолкевским. Заключенный с ним в августе до­говор признавал факт избрания русским царем Владислава, причем кресто­целова­ние на его имя началось едва ли не на следующий день после подпи­сания.

Существенно, что статьи августовского договора обсуждались на за­седаниях импровизированного Земского собора. Именно соборной делега­ции во главе с Фила­ретом и боярином В.В. Голицыным поручили провести переговоры с Сигизмундом, поддерживая постоянную связь с Думой, патри­архом Гермогеном, членами Собора. На этом фоне глобальных решений внешне не слишком заметно происходили как будто обыденные, вызванные простой целесообразностью события: польские войска сначала были впу­щены в город, а в сентябре — в Кремль. Фактически это означало установле­ние контроля польского коменданта над деятельностью всех институтов власти. В итоге уже к началу следующего года главные послы вместо стола переговоров оказа­лись под арестом, а затем и в заключении. В декабре 1610 г. погибает Лжедмитрий II. В Калуге царица Марина рожает сына Ивана («царевича Ивана Дмитриевича»), которого отдает под покровительство и защиту горожан Калуги.

Авторитет царей рушился. Вчерашних коронованных монархов, которым прися­гали на верность, убивал восставший народ, происходила десакрали­зация царей. Лжедмитрия сравнивали с антихристом, над его телом совер­шали действия как над нечистой силой, сын Бориса Годунова принял позор­ную и мучительную смерть. В Мо­скве, захваченной интервентами, свирепст­вовали жестокость, измены, братоубий­ства. [9, с.46]


Народное движение под предводительством К. Минина и Д. Пожарского за спасение Отечества. Земский собор 1613 г.

Интервенция Польши против России. Первое ополчение

Государственный кризис достиг апогея в 1610-1611 гг. Вконец разроз­ненное государство распалось. Начался голод, населения разбегалось, го­сударственные ор­ганы бездействовали. Процветало самозванчество, зако­нодательство бездейство­вало. Страна погибала.

Гражданская война в России осложнилась интервенцией: с запада в 1610 г. вторглись польские королевские войска, а в северо-западных облас­тях появились шведы. После захвата поляками Москвы перед страной встала угроза утраты нацио­нальной независимости. Однако «великое разо­рение» вызвало огромный патриотиче­ский подъем. Оскорбленные в своих патриотических и религиозных чувствах, изму­ченные долгими годами анар­хии, люди жаждали восстановления утраченного госу­дарственного порядка. Многие готовы были с оружием в руках бороться за освобож­дение страны от интервентов.

Во главе людей, еще не разуверившихся в спасении страны, встал пат­риарх Гермоген, по мнению современников, человек твердой воли и строгих нравственных правил, хорошо владевший пером и словом. Вступивший в конфликт с польскими вла­стями в Москве, в декабре 1610 — январе 1611 г. рассылает по городам грамоты, при­зывая прислать ратных людей для за­щиты Отечества и православной веры, не прися­гать ни польскому королю, ни сыну Марины Мнишек и Лжедмитрия II, получившему про­звание «воренок». Власти берут под стражу его резиденцию, а в середине марта во­обще отправляют Гермогена в заключение в Чудов монастырь, где посадили его в ка­менный подвал и там уморили голодом. [5, с.90]

Общее желание к изгнанию захватчиков оказалось сильнее, пусть временно, прежних раздоров. Сформированные почти в двадцати городах от­ряды с конца зимы подтягиваются к столице. Там, несколько опережая со­бытия, 19 марта вспыхивает восстание москвичей против поляков. Тяжелые бои шли два дня, и только после под­жога домов и строений в Китай-городе (пожар выжег почти всю застройку) гарнизону удалось подавить выступление горожан. Именно это событие (столица являла собой очень печальное зре­лище) было обозначено как «конечное разорение Московского царства».

Тем не менее в ближайшие дни после восстания к Москве подступили все от­ряды. Встала задача организационного оформления первого земского ополчения. Высшая власть — законодательная, судебная, отчасти исполни­тельная — принадле­жала Совету ополчения, своеобразному Земскому со­бору. Руководство текущим управлением лежало на трех лицах: боярах и воеводах Д.Т. Трубецком и И.М. Заруцком, думном дворянине П.П. Ляпунове, а также вновь создаваемых ведущих приказах. Вскоре между руководите­лями ополчения начались разногласия. Прокопий Ляпунов был зарублен ка­заками, и дворянские отряды ушли из-под Москвы. Ополчение факти­чески распалось. Этому способствовало и отсутствие единого плана восстановле­ния государства. Между тем положение еще более осложнялось. После оче­редного штурма польских войск в июне пал Смоленск; шведские войска во­шли в Новгород, а затем оккупировали новгородские земли, зафиксировав в договоре право шведского королевича на русский трон или на Новгородскую область. Наконец, кризис в казачьих таборах под Москвой достиг угрожаю­щего уровня.

Теперь вспомним. В Московском Кремле в осаде сидят польская ад­министра­ция, войска и Боярская дума, представляя власть Владислава. Вто­рой и главный центр этой власти перемещался вместе с королем, который прихватил с собой в качестве трофея-символа своих побед братьев Шуйских. Под Москвой сохранялось правитель­ство первого ополчения, авторитет ко­торого реально мало кто признавал на местах. В Новгороде Великом пра­вила шведская администрация. Это не считая множества ре­гиональных цен­тров (вроде Пскова, Путивля, Казани, Арзамаса и т.д.), которые прак­тически не подчинялись никому. Именно в тот год собравшиеся в волостном кабаке мужики избирали своего «мужицкого царя». Ничего удивительного: двумя годами ра­нее на просторах страны казачьи отряды водили более десятка «царевичей», носив­ших столь «привычные» для царской фамилии имена — Лавер, Осиновик, Ерошка. Про­цесс территориального распада и политиче­ского разложения, казалось, достиг той черты, после которой уже нет воз­врата к единству общества и государства. [7, с.485]

Второе ополчение. Освобождение Москвы

Осенью 1611 г. в Нижнем Новгороде началось движение, которое по­степенно консолидировало большинство сословий России в намерении рес­таврировать в стране самостоятельную национальную монархию. Под воз­действием грамот Гермо­гена и старцев Троице-Сергиева монастыря сфор­мировалась политическая плат­форма: не брать царем Ивана Дмитриевича (сына Марины), не приглашать на русский престол любого зарубежного пре­тендента, первая цель — освобождение столицы с последующим созывом Земского собора для избрания нового царя. Не менее сущест­венно, что во главе ополчения организатором стал нижегородский староста Кузьма Минин Сухорук, а военным руководителем был приглашен стольник князь Дмитрий Ми­хайлович Пожарский. Помимо корпораций Среднего Поволжья, местных приборных служилых ядро второго ополчения составили дворяне Смоленской земли, оставшиеся без имений и средств существования. Тяжелый экстра­ординарный побор, собранный с горожан и сельчан по инициативе Минина, обеспечил финансы на первом этапе. Са­мому походу предшествовала интен­сивная переписка с региональными советами множества городов России.

Многое в организации и намерении второго земского ополчения про­тиворе­чило порядкам и целям первого. Вот почему был выбран кружной маршрут движения: вверх по Волге до Ярославля. Все города и уезды по до­роге присоединялись к опол­ченцам. Упредив действия казаков первого ополчения, отряды второго появились в Ярославле ранней весной уже как общероссийская сила. Несколько месяцев пребыва­ния в этом городе окон­чательно оформили устройство второго ополчения. Так возник еще один по­литический центр в стране. Высшая власть принадлежала Совету ополче­ния, реальные выборы в него происходили, депутаты съезжались в Ярославль. Были представлены: белое духовенство, служилые дворяне, приборные люди, горожане и, важная новость, — черносошные и дворцовые крестьяне. По­нятно почему: в общем деле надо было объединить главных тяглецов и вои­нов. Посошные от крестьян и го­рожан играли во время Смуты все более за­метную роль.[7, с.486]

В Ярославле были восстановлены основные приказы: сюда из-под Мо­сквы, из провинции стекались опытные приказные, умевшие поставить дело управления на добротную основу. Руководители ополчения всерьез занялись дипломатией. Не­сколько месяцев совместной работы доказали взаимодо­полнение руководителей ополчения: опытный и удачливый воевода, человек твердых убеждений, Пожарский возложил текущее управление на Минина, обеспечившего главный нерв — финансы и снабжение.

Угроза прорыва армии во главе с литовским гетманом К. Ходкевичем к поль­скому гарнизону в Москве вынудила предводителей ополчения уско­рить поход к сто­лице. В свою очередь это вызвало кризис внутри первого ополчения. Заруцкий во главе нескольких тысяч казаков, захватив по дороге из Коломны Марину с сыном, на­правился в Рязанский край. Оставшиеся станицы и дворянские отряды под предводи­тельством Трубецкого сначала соблюдали нейтралитет. Лишь в критические моменты сражения с отрядом Ходкевича в конце августа они приняли участие в действиях про­тив его сил. Акция последнего в главном не удалась. Гарнизон в Кремле остался без продовольствия, припасов и резервов. Его судьба была предрешена: 27 ок­тября два полка польского гарнизона сдались, Москва была освобождена. Попытка Сигизмунда небольшими силами переломить ход событий оказа­лась запоздавшей: короля остано­вили под Волоколамском. Узнав о сдаче гарнизона, он повернул в Польшу.

Земский собор. Избрание Михаила Романова

Особое место в системе государственных органов занимали Земские соборы, проводившиеся с середины XVI до середины XVII века. Их со­зыв объявлялся царской грамотой. В состав Собора входили Боярская дума, «Освященный собор» (церковные иерархи) и выборные от дворянства и по­садов. Духовная и светская аристократия представляла собой элиту обще­ства, царь в решении важнейших вопросов не мог обойтись без ее участия. Дворянство было главным служилым сословием, основой царского войска и бюрократического аппарата. Верхушка посадского населения была главным источником денежных доходов казны. Этими основными функциями объяс­няется присутствие представителей всех трех социальных групп в Соборе. Противо­речия, существовавшие между ними, позволяли монархической вла­сти балансировать и усиливаться. [4, с.38]

Еще в сентябре началось постепенное слияние обоих ополчений. Вслед за взя­тием Москвы в ней сформировались объединенный Совет (с его санк­ции выдавались значимые жалованные грамоты) и приказы. Требовалась перестройка военной органи­зации и прежде всего перерегистрации казачьих отрядов. В декабре основная часть дворян разъехалась по имениям, так что в столице численно преобладали казаки. Пер­вые грамоты с призывом избирать депутатов на Земский собор были направлены по городам вскоре после очищения столицы. В первой де­каде января 1613 г., до подъ­езда депутатов из городов, заседания Собора открылись в Успенском соборе Кремля. Предварительно были определены нормы представительства от городов и групп на­селения. Полагалось 10 че­ловек от города при сохранении того перечня сословий, по которому призы­вали Совет ополчения, включая черносошных крестьян. Традиционные и ве­дущие курии Собора — Освященный собор, Дума, дворовые московские чины (включая приказных), сохранили свою роль.

Понадобилось специальное решение о том, что кандидатуры иностран­ного происхождения не будут рассматриваться, равно как и кандидатура сына Марины. Всего на январских обсуждениях фигурировало около десятка имен, представлявших цвет российской титулованной аристократии. Наибо­лее серьезными казались шансы князя Д.Т. Трубецкого. По утверждениям современников, он потратил огромные суммы на прямой и косвенный подкуп казачьих станиц. Тем не менее его претензии были бло­кированы. Когда от­бор кандидата зашел в тупик, вновь возникло имя шведского коро­левича Карла-Филиппа. Как будто такой маневр предпринял Пожарский. Его имя также фигурировало среди претендентов, но не пользовалось большой попу­лярностью. В качестве компромисса возникла фигура 16-летнего Михаила Романова, сына митропо­лита Филарета (он находился в Польше в заключе­нии). Под сильным давлением каза­ков кандидатура Михаила была специ­ально обсуждена на ряде соборных совещаний и получила предварительное одобрение 7 февраля. В его пользу было родство с по­следней династией (царь Федор Иванович по матери, Анастасии Романовне, прихо­дился двою­родным братом Филарету), юный возраст (что предполагало его безгреш­ность перед Богом и незамазанность в событиях Смуты), слабость родст­венного клана (после опалы 1600 г. он так и не поднялся высоко в годы Смуты), широкие связи его отца (в среде московского боярства, высшего ду­ховенства, разных кругов тушин­цев). В плюс пошло и заключение Филарета: он страдал за правое дело, отстаивая на­циональные интересы. В итоге почти все сложилось в пользу Михаила. Хотя и был взят перерыв в две недели для того, чтобы лучше разузнать приемлемость кандидатуры Михаила на местах. Специально посланные лица удостоверили согласие с этим реше­нием. 21 февраля торжественный акт окончательно подтвердил выбор нового россий­ского царя. Так в России утвердилась новая династия — Романовы, правившая более 300 лет. [7, с.487]

Заруцкий попытался в 1612 г. на окраинах Рязанщины повторить уже привычную комбинацию антиправительственных сил из мелких дворян, при­борных служилых, вольного казачества и некоторых групп крестьянства. Что важно — в его распоряже­нии был реальный и вполне законный претендент на российский трон (сын Марины от Лжедмитрия II). И тем не менее его затея в основном не удалась. Он не находит под­держки у этих групп местного насе­ления, бежит в Астрахань, пытается создать очаг казачьего движения или же отдаться под покровительство персидского шаха и все безрезультатно. Ле­том 1614 г. его и Марину с сыном арестовывают на Яике. Той же осенью За­руцкий и малолетний Иван были казнены в Москве, а Марина Мнишек (она пожертвовала всем, включая сына, ради честолюбивой мечты стать россий­ской цари­цей) умерла в следующем году в заключении.

Выбор Земского собора оказался исключительно удачен. Утраченный с кончиной царя Федора баланс сил в русском обществе был на сей раз вос­становлен: получив корону, бояре Романовы сумели подняться до осознания общенациональных задач, главной из которых было преодоление анархии. Страна сплотилась вокруг престола юного самодержца. Очистив Новгород­скую землю от шведов в 1617 г. (Столбовский мир) и отразив новую польскую интервенцию в 1618 г. (Деулинское перемирие), прави­тельство Михаила Ро­манова доказало свою способность вывести Россию их глубо­кого политиче­ского кризиса. [2, с.26]

Бедствия Смутного времени длились более 10 лет. Все понимали, что возрож­дение страны возможно лишь при условии консолидации ее внутрен­них сил. Исходя из этого правительство царя Михаила Федоровича (1613-1645), в котором главную роль играл вернувшийся в 1619 г. из польского плена патриарх Филарет (1619-1633), рабо­тало в тесном сотрудничестве не только с Боярской думой, но и с Земским собором, который в эти годы за­седал почти непрерывно. К концу 1610-х годов правительство Михаила Романова завершило во­енную борьбу с наследием Смутного времени — по­пытками новой интервен­ции со стороны поляков и шведов, бесчинствами разного рода «воровских» шаек на окраинах страны. После этого народ получил полтора деся­тилетия покоя.


В начале XVII века происходил распад Русского государства. В это время Москва утратила свое значение политического центра. Кроме старой столицы появились но­вые — «воровские»: Путивль, Стародуб, Тушино. Госу­дарственная власть оказалась в состоянии паралича. В Москве, как в ка­лейдоскопе, сменялись власти: Лжедмитрий I, Василий Шуйский, Лжедмит­рий II, «Семибоярщина». Авторитет царей рушился. Вчераш­них коронованных монархов, которым присягали на верность, убивал восставший на­род, проис­ходила десакрализация царей. Причинами Смуты являлись как социально-экономические так и политические причины. Главное же содержание Смут­ного вре­мени — нарушение внутреннего равновесия русского общества из-за утраты одной из важнейших частей его конструкции — легитимной монархии. Попытки различных лиц и поддерживавших их социальных групп восстано­вить утраченную стабильность были долгое время неудачными, так как воз­никавшие сочетания общественных сил не при­носили искомого результата. Ситуация усугублялась дестабилизирующим воздейст­вием ворвавшихся в общественную жизнь России новых факторов — интервенции, вы­ступлений казаков, самозванцев.

Именно народ в самом прямом и ответственном смысле этого слова вынес на себе Смуту. Но и сам народ, а не только политика «жестокого» Грозного, «трагически неудачливого» Бориса, своекорыстных боярских пар­тий, стал виновником сползания страны в эпоху безвластия. Русские люди, «кому они только не служат, кого только не предают! Смута! Смута — корне­вое, внутреннее русское дело. Прервалась династия, появился полулегитим­ный царь Годунов, потряслись основы… Плюс религиозные ереси — они тоже сделали свое дело. За потрясением основ следует их распад, ломка всех правил игры». [ 3 ]

Бесславный конец династии Рюриковичей был одновременно порывом России к Европе. Лжедмитрий был встречен на ура, как человек из Польши, как возможный ре­форматор, но время для петровских преобразований еще не пришло. И все же так на­зываемое «Смутное время» было не просто сму­той, как утверждали позднее Рома­новы. Россия, уставшая от диктатуры Рю­риковичей, потянулась к свободе. Москвичи вовсе не под кнутом целовали крест польскому королю Сигизмунду. Курбский не был простым изменником, когда от диктатуры Грозного ушел вслед за многими славными боярами в Литву. Русские люди не были легковерными дурачками, когда с восторгом посадили на трон Григория Отрепьева. Они хотели перемен и реформ. К со­жалению, ожидания были обмануты. Поляки повели себя не как носители ев­ропейской цивили­зации и свободы, а как колонизаторы и разбойники. В ре­зультате вместо диктатуры Рюриковичей Россия получила диктатуру Рома­новых. [ 8 ]

Борьба с иностранными захватчиками, католиками и протестантами, естест­венно, привела к негативному восприятию всего того, что в после­дующем исходило с Запада. Россия на время была лишена возможности встать на путь реформ, усвоения достижений европейской культуры. По­следствия Смуты надолго определили основ­ное направление внешней поли­тики России: возвращение утраченных земель, в пер­вую очередь Смоленска, восстановление своих позиций в Восточной Европе. Смута упрочила идею самодержавия. Образно ее итоги заключены в следующем тезисе В.В. Клю­чев­ского: «Смута, питавшаяся рознью классов земского общества, прекра­ти­лась борьбой всего земского общества со сторонними силами», т.е. при­ми­ренным обще­народным выступлением против иностранных интервентов, ко­торое и спасло Россию от развала. Но Смута назвала и цену этого едине­ния: укрепление государства за счет несвободы подданных. Именно в это время Россия попробовала себя на пути закрепо­щения.


ЛИТЕРАТУРА:


  1. Безбородко Ф. В преддверии смуты //«Фигуры и лица» приложение к «Независимой Газете» №4, февраль 1998 г.

  2. Борисов Н.С., Левандовский А.А., Щетинов Ю.А. Ключ к истории Отечества - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1993.- 192с.

  3. Варламов А. Русские во время смуты (Леонид Бородин «Царица Смуты») //«Независимая Газета» 20.06.97г.

  4. Исаев И.А. История государства и права России: Полный курс лекций - М.: Юрист, 1994.- 448с.

  5. История Отечества в вопросах и ответах: Учеб. пособие. Ч.1. /Н.М. Арсентьев, В.А. Юрченков - Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 1992.- 260с.

  6. История Отечества: Учеб.-метод. пособие /Редкол.: А.П. Лебедев, С.К. Котков, Л.Г. Филатов и др. - Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 1998.- 140с.

  7. История России с древнейших времен до конца XVII века /А.П. Новосельцев, А.Н. Сахаров, В.И. Буганов, В.Д. Назаров. - М.: Изд-во АСТ, 1996.- 576с.

  8. Кедров К. Секвестром по истории (Фаина Гримберг «Рюриковичи») //«Новые Известия» 15.02.98г.

  9. Рогов В.А. История государства и права России IX- начала XX вв.: Учебник - М.: Манускрипт, 1994.- 300с.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: