Xreferat.com » Рефераты по культуре и искусству » Становление и развитие музейного дела в России

Становление и развитие музейного дела в России

сети исторического музея, как важного фактора в образовании и воспитании народа. Повсеместно создавались исторические музеи и музеи революции. В 1919 был основан Музей Революции в Петрограде, он разместился на втором этаже Зимнего дворца. В создании музея участвовали видные деятели государства, науки и культуры: М. Горький, А. В. Луначарский, академик С. Ф. Ольденбург (до революции - один из лидеров партии кадетов), революционеры - народники В. Н. Фигнер и М. В. Новорусский, А. И. Морозов. По замыслу создателей Музей Революции должен был стать первым в России музеем, полностью и всесторонне освещающим ход и развитие революционных движений в мире. В первые 10 лет существования ставилась цель сформировать коллекции, отражавшие историю классовой борьбы в России и на Западе (от восстания Е.Пугачёва до начала социалистического строительства в СССР, от Великой Французской Буржуазной революции до создания Коммунистического Интернационала). 11 января 1920 г. музей принял первых посетителей.

В 1922 году создается Историко-революционный музей Красной Москвы, превратившийся позднее в Музей Революции (1924). Музеи Красной Армии в Москве (1919) и Петрограде (1920) сосредоточивали материалы о вооружённой защите социалистического государства. Музеи революции создавались и в губернских городах. Сложившаяся в первые годы Советской власти сеть исторических музеев отличалась большим разнообразием. Она включала, кроме упомянутых историко-революционных музеев, исторические музеи национальных районов, историко-культурные заповедники, историко-археологические, историко-бытовые, историко-художественные музеи. Возникали историко-этнографические и историко-бытовые музеи: в Печерах (1921), Саратове (музей «Волгаря», 1924), в Останкине (1917), Ораниенбауме (1917), Архангельском (1918), Гатчине (1918), Новом Иерусалиме (1920), Троице-Сергиевой лавре (1920), Волоколамске (1921), Алупке и Евпатории (1921). Историко-культурные заповедники: на о. Мудьюг Архангельской губернии (1918), Киево-Печерский (1926); историко-художественные и историко-археологические музеи: в Кашине (1918), Рязани (1918), Моршанске (1918), Торжке (1918), Кашире (1919), Рыбинске (1919), Калязине (1920).

Всего на территории РСФСР за 1918—1920 гг. было создано 246 музеев, из них 22 — в Петрограде, 38 — в Москве, 186 — на местах. При этом большую часть этих музеев составляли музеи научно-просветительного характера.13

Как известно, в дореволюционной России музеи в большинстве своем находились в ведении какой-либо общественной организации: Императорского географического общества, русского исторического общества, археологического общества, а в провинции - в ведении ученых архивных комиссий, статистических, церковных комитетов и т.п. Кроме того, были музеи, находившиеся в частных владениях. Законодательной базы об охране памятников истории и культуры, за исключением особо оговоренных случаев, не было. Не было и центрального учреждения, которое занималось бы сохранением культурного наследия, и выдвигались требования о разработке законодательства об охране памятников и создании центрального государственного органа, который бы занимался охраной культурных ценностей.

Революция явилась переломным этапом в развитии музейного дела. Потребность создания специального органа, ведающего музеями, была осознана в России в начале XX века и зафиксирована в решениях Предварительного съезда музейных деятелей 1912 г. Стихийность формирования музейной сети, параллелизм, отсутствие учета музеев рассматривались как последствия разобщенности управления. После Февральской революции в июне-июле 1917 г. для сохранения культурного наследия страны были учреждены художественно-исторические комиссии, находившиеся в ведении Министерства Императорского двора. Идея централизованного управления музеями была реализована после Октябрьской революции - в Наркомпросе 28 мая 1918 г. был создан отдел по делам музеев и охране памятников. Параллельно ему существовало музейное подразделение в научном отделе, ведавшее естественно-научными музеями и техническими музеями. Отдел по делам музеев и охране памятников искусства и старины занимался разработкой программы музейного строительства, управлением развития музейной сети, созданием и контролем за исполнением музейного законодательства, а также организацией музеев и выставок, формированием и учетом Государственного музейного фонда, проведением экскурсий, реставрацией памятников и т.д. Его деятельность основывалась на принципах коллегиальности, к работе привлекались опытные специалисты-искусствоведы, художественные, музейные деятели, архитекторы, реставраторы. Местные органы управления музейным делом формировались тогда же при отделах народного образования (ОНО) местных Советов. Будучи автономными в пределах своей территории, они действовали под руководством Наркомпроса.

В решении I Всероссийской конференции по делам музеев, проходившей в Петрограде в феврале 1919 г., подчеркивалась задача музеев: использовать свои собрания для развития науки и коммунистического воспитания народа.

В июне 1919 г. отдел разделился на девять подотделов, среди которых был создан подотдел по провинциальным музеям и провинциальной охране памятников. Важным было и то, что 7 декабря 1918 г. в губернии при отделах народного образования начали создаваться подотделы по делам музеев и охране памятников. Организация и строительство музейной сети в стране не являлись самоцелью. Перед музеями ставили задачи, которые безотлагательно требовалось решить новой власти:

1. музеи становились идеологическими, научно-просветительными учреждениями (прежде всего);

2. создание источниковой базы науки и организация самостоятельных исследований в области краеведческой работы;

3. изучение истории Октябрьской революции и гражданской войны и создание музеев соответствующего профиля;

4. разработка и внедрение новых подходов в теории музейного строительства и создание музейных экспозиций.

С ноября 1920 г. после создания при Народном Комиссариате просвещения Главполитпросвета начался жестокий контроль этого органа за работой музейного отдела. Последний после реорганизации Наркомпроса в 1920 г. преобразовался в Главмузей в составе Академического центра.

С созданием Главмузея завершился процесс формирования государственных структур управления музейным делом в центре. Музейный отдел Главнауки стал единственным органом, курирующим все музеи, подведомственные Наркомпросу. Ряд музеев находился под управлением отраслевых наркоматов и других органов управления. Однако Наркомпрос уже не стремился собрать под свое крыло все музеи, так как для этого не хватало сил и средств.

По значению все музеи были разделены на три категории: центральные, сфера деятельности которых не была ограничена территориально, областные, функционировавшие в пределах губернии или области, и местные, в задачу которых входило собирание и демонстрация материалов узкоместного значения. При систематизации музейной сети были определены следующие профили музеев: историко-культурный, историко-бытовой, историко-революционный, военно-исторический, историко-археологический, историко-этнографический, сельскохозяйственный, политехнический, комплексный (краеведческий), мемориальный.

Большая группа музеев СССР, которая существовала в данный период имела местное значение и подчинялась Центральному бюро краеведения. Возникновение и деятельность этих музеев были тесно связаны с краеведческим движением, которое в 20-е гг. XX в. занимало огромное место в общественной и культурной жизни провинции. Омская газета “Рабочий путь” в апреле 1923г. писала об образовании при омском географическом обществе краеведческого общества: “У губнаробраза и других правительственных учреждений создалось убеждение, что деятельность местного отдела географического общества совершенно не энергична и малоплодотворна, им нужна какая-то новая организация, которая могла бы проявить больше активности и работоспособности. Задачи географического общества - преимущественно научно-исследовательского характера, тогда как общество краеведения ставит свою работу шире: это будет прежде всего популяризация науки, приближение ее к трудящимся массам. Будет принимать непосредственное участие в обслуживании культурно-просветительных нужд края, в деле музейного строительства края, устройстве разного рода выставок и в охране памятников старины, науки, искусства и природы”.14

Разные по масштабам краеведческие общества и кружки (от столичных до уездных и сельсоветов) имели общие задачи: выявление, изучение и сохранение памятников природы и культуры, широкое распространение знаний о «малой родине». Краеведы 20-х гг. выступали преемниками родиноведческого движения начала столетия, а в ряде случаев краеведческую работу на местах направляли те же люди, которые отдавали ей силы и до первой мировой войны. В результате создания новых и реорганизации старых в стране возникла широкая сеть краеведческих музеев (только на территории РСФСР в конце 1927 г. их количество приблизилось к 300).

При всех изъянах (неприспособленные помещения, скромное финансирование, отсутствие штатных должностей) краеведческие музеи сыграли важную роль в повышении культурного уровня общества. Они были формой проявления демократической самодеятельности населения, рассказывали о традициях, национальных корнях, консолидировали общество. Значительны заслуги краеведов в развитии вспомогательных исторических дисциплин, разработке методов атрибутирования и описания музейных предметов. Именно результаты труда краеведов, проводивших на базе собранных материалов конкретные исследования, позволили советской исторической науке в годы господства социологической вульгаризации сохраниться как таковой. Наконец, нельзя забывать о формировании краеведами новых традиций народного образования.

В этот период музейная сеть СССР состояла не только из музеев системы Наркомпроса и Центрального бюро краеведения, но и музеев различных организаций и ведомств. После 1917 г. практика создания ведомственных музеев была распространена, что объяснялось потребностью в отраслевых музеях, обслуживающие ведомства в историческом, научно-просветительском и учебном плане, а также ограниченными финансовыми возможностями центральных органов управления. Ведомственный музей в 1920-е гг. не был регламентирован, понятие «ведомственный музей» распространялось практически на все музеи, не входившие в систему Наркомпроса, независимо от их правового статуса и учредителя – ведомства, учреждения или общественной организации. Связь с органами управления музеями они осуществляли только по методической линии. Музейная деятельность ведомственных музеев не подлежит никаким общим оценкам. В каждом отдельном случае научный уровень того или иного ведомственного музея был обусловлен квалифицикацией и финансовыми возможностями его создателей. Специфика деятельности ведомства или организации определяла степень открытости их музеев для общества. При всех отрицательных сторонах (разбросанность музеев этой группы по разным ведомствам, использование разной учетной документации, повторение ошибок других при построении своих экспозиций и т. д.) следует отметить факт появления оригинальных учреждений, не имевших унылого отпечатка наркомпросовской унификации и дополнявших музейную сеть собраниями природоведческого, технико-экономического, сельскохозяйственного и других профилей.

Таким образом, коренное преобразование общественного и государственного строя России, её экономики и культуры после октября 1917 г. определило новые условия и направления музейного дела в России. На первом этапе (1917-1923 гг.) решались задачи спасения и сохранения культурных ценностей, находившихся в особой опасности в годы революции и Гражданской войны.

В послереволюционный период произошла национализация музейных коллекций. Вскоре многие музеи приобрели новый статус государственных общедоступных музеев, в том числе Эрмитаж, Третьяковская галерея, Музей изящных искусств и др. После 1917 г. был издан ряд актов, положивших начало формированию государственной музейной сети. В 1918-20-е гг. в РСФСР было создано 246 музеев, более 100 из них на основе национализации и конфискации культурных ценностей. Появились музеи принципиально-нового типа, например, Музей Революции в Петрограде. Появляется много новых музеев, в основном научно-просветительного характера.

В 1918-1920 гг. впервые складывается государственная система управления музейным делом и охраной памятников в России, состоящая из центрального органа в Наркомпросе РСФСР и объединенных под его руководством органов в губерниях и областях. С 1920 г. создается Главмузей (подведомственный Наркомпросу) управляющий музейным делом в центре РСФСР. Музейный отдел Главнауки стал единственным органом, курирующим все музеи, подведомственные Наркомпросу. Ряд музеев находился под управлением отраслевых наркоматов и других органов управления. Отличительной чертой этих государственных органов являлось сочетание в них политического контроля со стороны власти в привлечением к руководству большого числа специалистов-профессионалов.15

В первые годы после революции работниками музея оставались специалисты из числа старой русской интеллигенции, многие из которых не поддерживали новую власть, но музейное дело начинало нести людские потери, приходили новые работники-большевики, уступающие в уровне образования и профессиональной квалификации прежним музейным сотрудникам.

Впервые в истории России вырабатывается законодательство по музейному делу и охране памятников, направленное на преобразование памятников истории и культуры в общенародную государственную собственность, на их учет, охрану и использование; были изданы декреты о запрещении вывоза и продажи за границу предметов особого художественного и исторического значения (13 сентября 1918), о регистрации, приёме на учет и о хранении памятников искусства и старины, находившихся во владении частных лиц, обществ и учреждений (5 октября 1918). На основе последнего была объявлена первая государственная регистрация всех монументальных и вещественных памятников искусства и старины. В 1917-20 гг. было обследовано и взято на учет 520 усадеб, 1500 церквей, около 200 монастырей. Частично удалось спасти от гибели, расхищения, вывоза за рубеж движимые памятники. К 1920 г. только в РСФСР под охрану государства перешло почти 500 тысяч предметов искусства и старины. Они пополнили центральные музеи Москвы, Петрограда и провинции, послужили основой Государственного музейного фонда.

В 1918 возник Государственный музейный фонд (структурное подразделение органов управления музейным делом, осуществляющее хранение, инвентаризацию и перераспределение предметов музейного значения между музеями страны) на основе коллекций и отдельных предметов, вывозимых из дворцов и усадеб, учреждений дореволюционной поры, частных квартир. Начали создание Государственного музейного фонда сотрудники художественно-исторических комиссий, затем Петроградской и Всероссийской музейной коллегий, эмиссары отдельных музеев Наркомпроса. Возглавляли и организовывали работу подотделов фонда В.И.Ерыкалов в Петрограде, И.Э.Грабарь в Москве. Первоначальными хранилищами являлись Зимний дворец и Кронверк в Петрограде, здание Английского клуба в Москве, затем сеть хранилищ расширили за счет использования особняков Мятлевых, Бобринских и др. в Петрограде, домов Берга, Гиршмана, Зубалова в Москве.

В ноябре 1918 г. в Москве открылась Первая выставка национального музейного фонда, в которой демонстрировалось 288 произведений живописи. Быстрое пополнение Государственного музейного фонда и невозможность в условиях Гражданской войны развернуть его коллекции привели к созданию на его основе ряда историко-бытовых экспозиций ансамблевых: Музея быта в Нескучном саду, дома Хомяковых на Собачьей площадке в Москве, дворцов-музеев Юсуповых, Строгановых, Шуваловых, Шереметевых в Петрограде.

Подотделы Государственного музейного фонда занимались учетом и регистрацией предметов музейного значения в частных коллекциях. Все предметы, попавшие в хранилище фонда, проходили экспертизу, разделялись на разряды для хранения (фарфор, мебель, книги, нумизматика и т.д.) и заносились в инвентарные книги. Из этих хранилищ пополнялись коллекции центральных и местных музеев, часть предметов передавались в антикварную торговлю. Полная статистика деятельности Государственного музейного фонда на данный момент отсутствует.

Необходимо отметить проведение в Петрограде в 1919 году Всероссийской музейной конференции, где была разработана программа развития музейного дела, дающая курс на превращение музеев в культурные центры, объединенные в определенную систему, опирающиеся в своей работе на научные исследования и широко открытые массам для их приобщения к культурному наследию. Конференция явилась связующим звеном между дореволюционным и советским этапами музейного дела в России, на ней были высказаны и получили развитие идеи и замыслы, с которыми музейные теоретики и практики пришли к 1917 году. Для первых лет советского периода музейного дела в России характерны коллегиальность в решении насущных вопросов, дискуссии по основным вопросам организации музейной деятельности, которые велись на совещаниях, конференциях, на страницах журналов « Музей», «Художественная жизнь», «Экскурсионное дело» и др.16

Рубеж 1917 года перешагнуло большинство обществ краеведческого характера (к моменту октябрьской революции в России их насчитывалось около 300, включая близкие по задачам учёные архивные комиссии, церковно-археологические комитеты, другие провинциальные научные общества), а краеведческое движение получило государственную поддержку. Продолжали активную работу возникшие до революции естественно-исторические краеведческие общества: Архангельское, Костромское, Вологодское, Ярославское и др. Краеведение Сибири и Дальнего Востока в начале XX века развивалось на солидной базе, заложенной деятельностью Русского Географического общества в Омске, Иркутске, Якутске, Тобольске, Чите, Владивостоке и др. Ряд местных обществ истории, археологии и этнографии, археолого-этнологические комиссии образовались на базе упраздненных губернских ученых комиссий (в Ставрополе, Симферополе, Нижнем Новгороде и др.) и возглавлялись бывшими председателями этих комиссий.17

Следовательно, можно сделать вывод, что в первые годы советской власти произошли прогрессивные изменения в организации музейного дела России, но вместе с тем, с началом государственного руководства музейным делом, закладываются зерна последующей политизации и превращения музеев в идеологическое орудие.


§ 2. Развитие музейного дела в 1920-1930-е гг.


Годы Гражданской войны до предела разорили страну. Нуждались в ремонте музейные здания, не было топлива, многие музеи не финансировались. Очень низка была заработная плата музейных работников. В 1922 впервые в советских музеях вводится входная плата. Ряд музеев был закрыт. Начался новый период в истории музейного дела России, продлившийся до конца 1920-х гг. и характеризующийся стремлением систематизировать и стабилизировать музейную сеть страны. Усилилось влияние государства на развитие музейного дела. 18

Массовая национализация культурных ценностей выявила неспособность государства освоить их, обеспечить сохранение и уход. В сентябре 1923 ВЦИК рассмотрел вопрос «О концентрации музейного имущества Республики» и создал специальную комиссию для реорганизации музейной сети путём её сокращения и перевода некоторых музеев на положение филиалов (в результате к 1925 г. сеть сократилась более чем вдвое и состояла из 100 музеев и 42 филиалов на государственном бюджете и 143 музеев на местном бюджете).19

Тогда же в 1923 г. декретом ВЦИК и СНК «Об учете и регистрации предметов искусств и старины» было предложено провести перерегистрацию собраний и отдельных памятников и выделить предметы, имеющие исключительное музейное значение и подлежащие государственному охранению, для которых устанавливается постоянный государственный контроль и регистрация. Принимаются постановления, регулирующие деятельность музеев, в том числе «О специальных средствах на содержание культурных ценностей РСФСР» (1923), направленные на улучшение бедственного материального положения музеев и памятников.

Одновременно выпускались секретные распоряжения, касавшиеся вывоза и продажи за границу части национализированных культурных ценностей. С 1923 года музеям была разрешена продажа имущества, «не имеющего историко-художественного значения», что сделало возможной реализацию хранящихся в музеях и Государственном музейном фонде музейных предметов через аукционы и антикварные магазины (в конце 1920-х – начале 1930-х гг. это привело к невосполнимым утратам).

Важнейшим актом в отношении недвижимых культурных объектов стал декрет ВЦИК и СНК «Об учете и охране памятников искусства, старины и природы» (1924), надолго определивший порядок обращения с памятниками и лёгший в основу позднейших государственных актов. Декрет и изданная в его исполнение инструкция были шагом вперед по сравнению с предшествующими актами. Однако декретом допускалась переделка, слом и использование национализированных памятников по разрешению Наркомпроса. Обязанность охраны возлагалась на областные и губернские исполкомы при участии губотделов по делам музеев (губмузеи). Последовавшая вскоре ликвидация губмузеев как специальных органов охраны памятников отрицательно сказалась на судьбе последних. Возрастание роли идеологических факторов во всех областях жизни нашло отражение в повышении внимания к памятникам революционных событий (циркуляр Президиума ВЦИК «О выявлении и охране памятников революционных движений», 1927), сопровождавшемся усилившимся сносом древних сооружений.20 К 1930 г. из ранее зарегистрированных 10 тыс. недвижимых памятников искусства и старины под охраной оставалось около 1,2 тысячи, а к 1935 – только около 600.21

Понятие музея было одним из ключевых, неразрывно связанным с идеей патрификации (воскрешения предков) и с понятием храма в философско-утопическом учении выдающегося русского философа Н.Ф.Федорова («Музей, его смысл и назначение» и др.). К сожалению, философия музея была и остается наименее разработанной областью музееведения.22

Неординарная ситуация, сложившаяся в музейном деле в 1920-е гг., стимулировала развитие музееведческой мысли. Вопросы музея обсуждались на музейных и краеведческих конференциях, на страницах музееведческих периодических изданий, разрабатывались специально созданные подразделения в структуре органов государственной власти и научных учреждений (комиссией по музееведению при подотделе провинциальных музеев Отдела по делам музеев и охране памятников искусства и старины Наркомпроса РСФСР, 1919; Отделом теоретического музееведения Исторического музея, 1919 – 1-я половина 1930-х гг.; Методической комиссией музейного отдела Главнауки, 1925-28гг.; Комиссией по музееведению при государственной академии истории материальной культуры, 1920-е гг.; Московским институтом историко-художественных изысканий и др.).

В эти годы сформировалось представление о музеях России как единой системе, назначение которой – сохранение культурного наследия и приобщение к нему. Объектом изучения стал не столько отдельный музей, сколько система в целом, роль её в развитии государства, преимущества централизации музейного дела. С идеей централизации была связана теоретическая разработка понятия «музейная сеть», первых классификационных схем (например, у Ф.И.Шмита – группировка по общественному назначению, профилю, географическому принципу, подчиненности). Из признания приоритетности просветительского музея (музея для «масс») логично вытекало преобладание прикладного исследования, посвященного методике музейного дела, прежде всего работе с музейной аудиторией (А.В.Бакушинский, Н.П.Анциферов, Н.А.Гейнике, В.А.Герд и др.). Были изданы инструкции и во многом повторявшие их методические пособия по вопросам фондовой, экспозиционной и научно-просветительской, главным образом экскурсионной работы, заложены основы теории экспозиции, разработаны принципы экспонирования, не утратившие значения до сих пор: построение экспозиции в расчете на определенные категории посетителей, раскрытие информационного потенциала экспозиции; учет психологии восприятия экспозиции, театрализация, как средство раскрытия исторического процесса и др. (Шмит, А.У.Зеленко, Н.М.Дружинин).

Ошибочные методологические установки Первого Всероссийского музейного съезда (Москва, 1930), вульгарно-социологическая трактовка задач музейных учреждений в 1930-е гг. препятствовали постановке проблем музееведения. Исследователи направляли свои усилия на обоснование роли музея как непосредственного инструмента социалистического общества.23

Для экспозиционной работы музеев 1920-х гг. характерны поиски форм экспозиций, максимально доступных для пришедшего в музей массового посетителя. Таковы экспериментальные историко-бытовые выставки ансамблевого характера «Крестьянское искусство» в историческом музее в Москве (1921), фондовые выставки Историко-бытового отдела Русского музея, «Десять лет борьбы и строительства» в музее Революции СССР (1927) и др. Делались попытки построения новых экспозиций «по социально-экономическим формациям», создания целостного представления об эпохе. В научно-просветительской деятельности музеев основное внимание уделяется экскурсиям музейным и массовой просветительской работе.

В конце 1920-х годов представление о музее как научном центре, ведущем на базе своих исследований просветительскую работу, сменяется отношением к музею как «плацдарму для организованного мышления масс», как политпросветкомбинату, являющемуся оружием пропаганды установленных партией и государством концепций. Задачи углубления культурной работы вступают в противоречие с упрощенными представлениями о культуре, нарастает политический нажим на музейное дело в России.

История существования от создания до закрытия (а это всего 9 лет) Музея живописной культуры красочно отображает вышесказанное. Музей живописной культуры был открыт в Москве в 1919 году по решению Отдела изобразительного искусства Наркомпроса РСФСР как показательно-педагогический музей современного искусства, его задачей было документировать эволюцию художественных изобретений в области материала, цвета, пространства, формы и техники живописи. До июля 1923 подчинялся непосредственно РОСИЗО, затем перешел в ведение отдела науки Наркопроса. В 1923-24 гг. стал филиалом Третьяковской галереи. Заведовали музеем В.В.Кандинский (1919-20), А.М.Родченко (1921-22), П.В.Вильямс (1922-23), Л.Я. Вайнер (1923). Музей живописной культуры стремился пропагандировать современное искусство в широких народных массах, поднять уровень художественной культуры в стране. Музей живописной культуры предполагалось утвердить как тип центрального и местного музея; позднее подобные музеи были открыты в Петрограде, Смоленске, Пензе, Уфе, Витебске, Оренбурге, Рязани.

Коллекция музея живописного искусства сложилась путем энергичных покупок в основном произведений русского авангарда через закупочную комиссию РОСИЗО; в дальнейшем пополнялась за счет обмена с другими музеями и из Государственного музейного фонда. В состав коллекций музея входили работы О.В.Розановой, К.С.Малевича, В.Е.Татлина, П.В.Кузнецова, Н.А.Удальцовой, Л.С.Поповой, А.А. Экстер, П.П. Кончаловского, И.И.Машкова, В.В.Рождественского, Р.Р.Фалька, А.В. Лентулова, А.В.Куприна и др.Зарубежное искусство было представлено работами французских мастеров П.Пикассо и А.Дерена.24

Первоначально развеска в московском Музее живописной культуры по принципу контраста формы, письма независимо от школы. Но она не отвечала педагогическим задачам музея – демонстрации различных живописных средств. В 1923 г. проведена реорганизация музея, в основе которой лежала идея создания музея нового типа – музея-лаборатории. Экспозиции музея-лаборатории делились на 2 группы: А («объемную») и Б («плоскостную»), в каждой из которых можно было проследить различную постановку и решение художниками тех или иных проблем. Картины одних и тех же художников (Машков, Малевич, Попова и др.) попадали в обе группы.

Научно-исследовательская работа музея-лаборатории проводилась Формально-исследовательским отделом, который занимался выработкой и утверждением новых методов в области искусства. Отдел собирал и изучал коллекции по технологии живописных материалов, анализу композиций, изучению воздействия цвета и формы, связи определенного цвета с определенной формой и фактурой. Разрабатывалось применение законов психологии восприятия при построении экспозиций и выставок. Исследовались методы современного дизайнерского искусства и его связь со станковой живописью. Вокруг музея объединились молодые художники – будущие организаторы Ощества художников-станковистов (ОСТ). Первая выставка остовцев проходила в музее. Широкий резонанс имела организованная Музеем живописной культуры выставка «15 лет левого течения в русском искусстве» (1925). В 1925 г. при Формально-исследовательском отделе организуется исследовательская лаборатория, расширившая спектр научно-исследовательской работы музея. В музее живописной культуры устраивались лекции, доклады: Малевич прочел 2 цикла лекций по новому искусству под общим названием «От Сезанна до супрематизма», художник А.А.Борисов – «О ритмике плоскости», художник С.Б.Никритин – «О проекционизме» и др. 25

Несмотря на тот факт, что первоначальные, поставленные перед музеем задачи выполнялись, и на энергичные протесты специалистов и культурной общественности Москвы и Ленинграда, в конце 1928 г. Музей живописной культуры был закрыт, фонды распределены между Третьяковской Галереей и Эрмитажем.

Изменения политики в области культуры, в том числе музейного дела в СССР, были связаны со вступлением на рубеже 20–30-х гг. XX в. в так называемый реконструкционный период. Музеи в традиционном смысле этого слова стали ненужными. В то время, когда государство взяло курс на бюрократизацию и нивелировку жизни, музеи повествовали о своеобразии, традициях, национальных корнях. Если власть призывала к классовой борьбе, музеи красноречиво свидетельствовали об исторической преемственности, консолидировали общество. В целом они содействовали подъему интеллектуальной жизни страны, что не соответствовало планам построения социалистического государства.

В этой связи, проследим историю музейного дела России в области краеведческого движения и краеведческих музеев в послереволюционный период. Необходимо напомнить, что под термином «краеведение» понимается изучение природы, населения, хозяйства, истории и культуры какой-либо территории, «края», главным образом силами местного населения. Краеведение опирается на междисциплинарные научные связи и учитывает выводы не только научных теорий, но и первичные наблюдения, житейскую практику; предполагает освоение местного исторического опыта и определение новых тенденций, исходя из местных условий и традиций.

В первое послереволюционное десятилетие значительна роль краеведов в сохранении памятников истории и культуры, частных коллекций (особенно в покинутых имениях), пополнении собраний государственных музеев, архивов, библиотек, организации новых музеев. Краеведческая тематика занимает немалое место в программах обучения в провинциальных вузах. Появляются труды о предмете и задачах краеведения, его методике. В 1921 г. в Москве состоялась Всероссийская конференция научных обществ по изучению местного края с участием краеведом разных регионов, видных ученых и государственных деятелей. Были определены направления деятельности, избрано Центральное Бюро краеведения (ЦБК) во главе с С.Ф.Ольденбургом. ЦБК возглавило координационно-методическую работу по многообразным исследованиям, просветительским, учебным программам, организовало издание журналов «Краеведение», а затем и «Известия ЦБК». Развитию краеведения уделяли внимание, оказывая и материальную поддержку, органы государственной власти, пресса. В первое послереволюционное десятилетие число краеведческих объединений значительно увеличилось. Их основными задачами являлись изучение родного края и выявление новых возможностей для развития его производительных сил, сохранение и изучение памятников культуры и защита природы, распространение знаний об отечестве. К середине 1927 г. состоялось более 100 научных краеведческих конференций. Отличительная черта краеведения 1920-х, «золотого десятилетия» его истории, - тесная творческая взаимосвязь с академической и университетской наукой. Краеведение приобрело невиданный, ни ранее ни позднее, научный потенциал. В разработку краеведческой проблематики (и в общеметодологическом и в конкретном планах) были вовлечены крупнейшие ученые Москвы, Петрограда-Ленинграда, университетских городов: историки М.М.Богословский, С.В.Бахрушин, В.И.Пичета, языковеды Н.М.Каринский, Н.Я.Марр, Д.Н.Ушаков, литературовед Н.К.Пиксанов, географы и геологи Д.Н.Анучин, А.П.Павлов, Ю.М.Шокальский, А.Е.Ферсман, А.А.Борзов, библиограф Н.В.Здобнов и др. На местах – М.И.Смирнов (Переславль-Залесский), В.И.Смирнов (Кострома), В.П.Бирюков (Шадринск), Е.К.Штукенберг (Пенза), К.А.Соловьев (Дмитров) и др. Плодотворно работали общества «Старая москва», по изучению Петербурга-Ленинграда, русской усадьбы и др.; они исследовали и музеефицировали усадьбы, здания монастырей. Широко развернулась и экскурсионная работа, связанная с культурологической проблематикой, созданием представлений об «образе», «душе» города (труды И.М.Гревса, Н.П.Анциферова), «культурного гнезда». В годы господства в исторической науке социологической вульгаризации ученые в трудах именно краеведческой проблематики сумели достигнуть многого в изучении истории города, торговли, промышленности (М.Н.Тихомиров, живописец А.М.Васнецов, П.Н.Миллер в Москве, С.И.Архангельский в Нижнем Новгороде, А.Н.Вершинский в Твери и др.), сельского быта и изменений, происходящих в деревне (Н.Я.Феноменов, К.В.Сивков и др.), революционного движения (Н.М.Дружинин), культуры провинции (П.М.Дульский в Казани, С.Д.Яхонтов, А.А.Мансуров в Рязани, А.М.Путинцев в Воронеже и др.), взаимосвязи общества и природы (Д.О. Святский, В.П. Семенов-Тян-Шанский). Много было сделано для развития источниковедения и архивоведения (С.Н.Черновым, И.Л.Маяковским), библиографии, методики этнографических наблюдений (В.В.Богдановым, Ю.М.Соколовым и др.) и археологических исследований, для выявления, описания, атрибутирования памятников истории и культуры, музейных предметов, совершенствования приемов их реставрации. В краеведении формировались те научные направления, которые позднее назовут историей повседневности и экологией культуры; краеведческие изыскания особенно помогли в познании сложной проблемы «общее и особенное в истории и культуре». Большое внимание уделялось повсеместному внедрению краеведения в школьное образование. Особенно заметно содействовало краеведение подъему культуры в национальных регионах страны и изучению прошлого этих народов (труды П.Н.Луппова об Удмуртии и др.). В ряде городов создаются институты краеведения, готовятся издания энциклопедического типа (в Новосибирске – Сибирская советская энциклопедия). Краеведение воспринималось как «характернейшее явление Советской России». Его признавали «массовым научно-культурным» движением и важной сферой культурно-просветительской политики государства. В краеведение были вовлечены и «старая» интеллигенция (в том числе видные ученые и общественники, и даже церковные деятели), и те, кто воспитывался на идее социалистических преобразований. О краеведческом движении говорили на партсъездах и съездах Советов, краеведческие общества характеризовали как «органы самопознания страны» (определение А.В.Луначарского), а работу их – как «работу государственного исторического значения» (слова М.Горького).26

В тесном сотрудничестве с краеведческим движением происходило развитие местных музеев. Вопросы содержания и ведущих направлений их деятельности, места в культурной жизни региона регулярно обсуждалось на краеведческих конференциях, в краеведческой периодике, появились теоретические работы Н.И.Романова и др. Деятельность местных музеев проходила в контакте с краеведческими обществами, характер которого определялся региональными особенностями. В Татарии, например, где были сильны традиции научных обществ, ведущих начало от дореволюционных обществ Казанского университета, музеи

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: