Xreferat.com » Рефераты по культуре и искусству » Основние пути развития европейской культури ХІХ в.

Основние пути развития европейской культури ХІХ в.

Г. Аполлинер восклицал: «Если бы творчество Матисса нуждалось в сравнении, следовало бы взять апельсин. Матисс плод ослепительного цвета».

После 1914 года Матисс продолжал иногда писать пейзажи, но отметить в них можно, пожалуй, лишь одну новую черту, – сдержанность колорита: «Дорога в Кламаре» (1916–1917), «Монтальбан» (1918).

После Первой мировой войны Матисс преимущественно живет в Ницце. В творчестве художника происходит новый поворот. Он все больше отдает предпочтение рисунку, где можно творить легко и быстро. Произведения этого периода отмечаются приглушенностью тонов, мягкостью письма. Под влиянием живописи О. Ренуара он увлекается изображением натурщиц в легких одеяниях, и появляется цикл «Одалиски». В 1920 году Матисс работает над эскизами декораций и костюмов для балета И. Стравинского «Соловей».

Имя Матисса становится всемирно известным. Его выставки проходят в Москве, Нью-Йорке, Париже, Кельне, Лондоне, Берлине, Копенгагене, других городах. Художник получает всеобщее признание. В июле 1925 года А. Матисс получает звание кавалера ордена Почетного легиона. В 1927 году он получает американскую премию Института Карнеги в Питтсбурге за картину «Компотница и цветы». В 1930 году Матисс едет на Таити, где работает над двумя вариантами декоративных панно для фонда Барнеса.

Как указывает «История искусств»: «В 30–40 годы происходит новый подъем, возвращение к фовистам и их поискам. Матисс пытается подвести итог своим открытиям, сочетая декоративность, красочность с точным рисунком (панно "Танец", 1932). Он переносит в монументальную живопись приемы графики. Это позволяет усилить впечатление движения. Он порывает с налетом светскости, изнеженности, создавая монументальные полотна: "Розовая обнаженная женщина", "Сон", "Натюрморт с раковиной" (1940), "Натюрморт с устрицами" – одно из самых совершенных его созданий. В картинах все больше появляется асимметрии. Матисс отказывается от экзотики Востока. Преобладают женские фигуры в праздничных платьях, которые позируют художнику в креслах, на фоне ковров, рядом с цветами в вазах и пальмами ("Желтое платье и шотландка", "Королевский табак", "Отдых танцовщицы")».

Художник продолжает настойчиво работать и в самое трудное для него время. С 1941 года он тяжело болен, его жену и дочь арестовало гестапо за участие в движении Сопротивления, и Матисс долгое время ничего не знает об их участи. Он тревожится и за сына Жана, помогавшего борцам Сопротивления.

Работа – самое главное в жизни мастера, мысли о ней не покидают его. В письме к известному писателю Л. Арагону от 1 сентября 1942 года художник пишет: «Я думаю только о работе…» 22 августа 1943 года он снова пишет тому же адресату: «…В моем возрасте никогда не знаешь, не будет ли работа, которую делаешь, последней в жизни – и надо было сделать ее как можно лучше; уже нельзя отложить осуществление своей мысли на следующий раз…»

В сороковые годы художник много трудился над портретами, которые всегда считал своим призванием. В процессе создания эскизов Матисс начал использовать технику вырезок из цветной бумаги («декупаж»), в которой исполнена серия «Джаз» (1944–1947).

В 1947 году художник удостаивается высшей степени ордена Почетного легиона. В 1950 году он снова получает премию по живописи на XXV Венецианском бьеннале. В 1952 году на родине художника открывается Музей Матисса. В 1948–1953 годах по заказу доминиканского ордена он работает над сооружением и декорацией «Капеллы четок» в Вансе. Эта последняя работа Матисса, которой он придавал большое значение, своеобразный синтез многих предшествующих его исканий.

Несмотря на тяжелую болезнь, почти все его произведения последних лет светлы, оптимистичны и жизнерадостны по настроению. По свидетельству его секретаря, Матисс иногда рисовал даже ночью, в минуты тяжелой бессонницы, чтобы отвлечься. Даже после инфаркта, за день до смерти, Матисс попросил карандаш и сделал три портретных наброска.

Умер Анри Матисс 3 ноября 1954 года в Ницце и там же похоронен. Л. Арагон писал о Матиссе: «Этого человека больше нет, но он оставил нам свою огромную веру в судьбу людей, свое умение рассеивать туман, свое утверждение счастья».


Угруповання Блакитний вершник і становлення творчих принципив абстрактивізму

СИНИЙ ВСАДНИК Der Blane Reiter Название движения, созданного в 1911 в Мюнхене Василием Кандинским, Францем Марком, Августом Макке и Генрихом Кампендонком после их ухода из Нового мюнхенского художественного объединения. Происхождение и задачи движения.<Синий всадник> ставил своей целью продолжение исканий в области эмансипации искусства, начатых на первой выставке Нового мюнхенского художественного объединения, но вскоре ужаснувших самих его членов, настроенных еще несколько конформистски. Название движения повторяло название картины Кандинского(1903) и свидетельствовало о стремлении к цветовому лиризму, которому Кандинский и Марк придавали особое значение. В ранний период истории<Синего всадника> преобладала творческая индивидуальность Кандинского, что соответствовало его значительным экспериментам в абстрактном искусстве. Для Марка и его более молодых друзей - Августа Макке, Генриха Кампендонка, Пауля Клее - участие в этом движении стало важным этапом их творчества, позволившим им осознать собственные возможности и особенно мучительную судьбу художника. <Синий всадник> просуществовал до 1913; тогда же была распущена группа <Мост>. Центром движения стала деревушка Синдельсдорф, лежащая у подножия баварских Альп; ее роль была аналогична роли Морицбурга для художников группы <Мост> или Мурнау - для Кандинского и Явленского в 1908- 1909. Выставки. Первая выставка <Синего всадника> открылась 18 декабря 1911 в гал. Танхаузер в Мюнхене. Представленные на ней работы главных художников группы тесно связаны друг с другом. Так, <Гроза> Макке (Сарребрюк, музей) исполнена под влиянием Кандинского; <Скачущая лошадь> Кампендонка (там же) имеет много общего с работами Марка, чья композиция <Большие синие лошади> (Миннеаполис, Художественный центр Уолкер) - одно из самых значительных произведений начального периода движения. Кандинский выставил <Композицию № 5> (Солер, частное собрание), <Импровизацию № 22> (Москва, Гос. Третьяковская гал.), в которых тонко нюансированное изображение дематериализовано движением цвета. Кроме того, на выставке были представлены работы Габриэллы Мюнтер,австрийского композитора Арнольда Шенберга, чьи картины были тогда очень популярны, Альберта Блох, Давида и Владимира Бурлюков, знакомых с кубизмом, а также французских художников, к творчеству которых Кандинский и Марк проявляли наибольший интерес - Делоне и Руссо-таможенник. Вторая выставка <Синего всадника> состоялась три месяца спустя (март 1912) в гал. Ханса Гольца. Здесь экспонировались акварели и графика. Эта выставка приняла характер своеобразной <очной ставки>различных художественных направлений, в ней участвовали художники группы <Мост>, кубисты (Брак, Пикассо, Дерен. Лафресне), русские художники (Малевич, Ларионов, Гончарова) и швейцарский Moderne Blind во главе с Клее.

Альманах. Основным событием 1912 стало издание альманаха <Синий всадник> (май), появившегося в римках большой выставки, организован-

ной Зондербундом и Кельне. В альманахе были опубликованы высказывания самих художников о развитии современного искусства (роль цвета, отказ от принципа имитации, на котором основывалось искусство, начиная с эпохи Возрождения). Здесь приводились отсылки к архаическому и примитивному искусству; здесь было множество иллюстраций, представленных совершенно по-новому и подтверждавших духовное родство средневекового западного искусства (включая гобелены, мозаики и слоновую кость), искусства африканцев, мекиканцев, китайцев, японцев, жителей Океании, индейцев Аляски и народного искусства (русские лубки, богемское и баварское стекло). Здесь впервые детские рисунки рассматривались как прошведения высокого искусства. Макке писал: <Не являются ли дети, непосредственно выражающие свои внутренние чувства и эмоции, более великими творцами,чем последователи греческого идеала?> В тo же время Ван Гог, Гоген, Сезанн, Руссо Таможенник были пионерами нового художественного языка, представленного французами (Матисс, Пикассо, Делоне. Лс Фоконье) и немцами (<Мост>, Кокошка и сам <Синий Всадник>). Четыре статьи были посвящены музыке. Незадолго до выхода альманаха в Мюнхене была издана работа, представляющая собой теоретический синтез эстетики <Синего всадника> - главная работа Кандинского <О духовном в искусстве>, большой раздел которой был посвящен форме и цвету и ставил акцент на эмоциональной и интуитивной ценности произведения и на психической роли цвета; впрочем, в течение этого года в творчестве Кандинского постепенно исчезают фигуративные мотивы (<С черной аркой>, Париж, Нац. музей современного искусства, Центр Помпиду). Последняя крупная выставка <Синего всадника> состоялась в Берлине в 1913 в павильоне журнала <Штурм> на Первом немецком Осеннем Салоне. Второй выпуск альманаха появился в1914. Продолжить его издание помешала не столько война, сколько творческая эволюция самих художников: с 1912 Кандинский, Марк и Макке пошли по своему собственному творческому пути.

Значение <Синего всадника>. Деятельность <Синего всадника> в самых

разных областях культуры открыла широкую панораму целей и средств современного искусства. В Германии, наряду с прямо противоположной ему группой <Мост>, это было самое значительное художественное движение. <Синий всадник> - это движение общеевропейское, хотя и опиравшееся на традицию немецкой живописи; главной техникой была уже не гравюра на дереве, а акварель, которой отдавали предпочтение Кандинский, Макке, Марк, Клее и которая не столько усиливает, сколько смягчает эффекты. Вместе с тем, благодаря музыке, облегчившей переход от реальности к абстракции (цвет часто уподоблялся звуку), <Синий всадник>оказался в духовной атмосфере,берущей свое начало в эпоху символизма. Однако <Синий Всааник> сумел утолить символистскую ностальгаю по выражению невидимого, отчасти благодаря чисто техническим новшествам современной живописи, от неоимпрессионизма до кубизма.


Персоналії сюрреалізму : Магрітт, Ів Тангі, Х. Міро і др

Андре Массон (1896-1987) – французский художник, одним из первых включившийся в движение сюрреалистов. Он работал методом графического автоматизма: водил индийской тушью по бумаге. Случайно возникающие линии и пятна напоминали некие образы, который при следующем движении руки изменялись. Например, птица могла превратиться в женщину. Экспериментировал Массон и с другими техниками ( напр., создал во второй половине 1920-х годов целую серию картин, которые возникли в результате последовательного выплескивания, бросания на холст клея, песка и краски, с минимальной доработкой кистью. При этом, как он верил, определяет результат не сознание художника, а некое Мировое Бессознательное. Впрочем, сама последовательность приемов выплескивания и бросания (клея, песка, краски) была строго определенной и вполне рациональной: сначала следовало получить на холсте случайные пятна клея, а потом уже пускать в ход песок, чтобы он прилипал к клейким местам.)

Некоторое время он иллюстрировал сюрреалистический журнал «Обезглавленный», но в дальнейшем потерял интерес к сюрреализму и стал театральным художником.

Ив Танги (1900-1955) – другой крупный представитель абстрактного сюрреализма работал в совершенно ином стиле: он тщательно вырисовывал объемные биоморфные фигуры на своих картинах. Первоначально работая моряком, Танги решил стать художником после того, как посетил выставку Джорджо Де Кирико. Чувство необъятности пространства, которое он населил странными существами, возникло у Танги именно в бытность моряком. В его картинах не найти классических образов Де Кирико, он совершенно самобытный художник не похожий ни на кого из представителей абстрактного искусства. Одни из его лучших картин – «Лента излишеств» и «Мама, папа ранен!» - наполнены тревогой. Критики назвали эти пустынные ландшафты «жестоким и дотошным описанием первых дней после катастрофы». Позже в этих картинах стали угадывать предчувствие пейзажей после атомного взрыва.

Хотя Танги стремился избегать ассоциаций, ему это не всегда удавалось: на его картине «Расточители» (1940 г.) монументальные фигуры похожи на человеческие мышцы и геологические образования. На картине «Шуты»(1954г.) изображена некая процессия аморфных фигур. На монохромном полотне выделяется красный прямоугольник, который вызывает ощущение движения.

Макс Эрнст (1891-1976) изучал философию в Боннском университете, где подружился с Арпом, внушившим ему идею о необходимости создания новой концепции искусства. Впоследствии Эрнст становится дадаистом и издает журнал «Личинка стыда», в котором пропагандировались идеи этого движения. В 1922 году Эрнст переезжает в Париж и через пару лет становится видным сюрреалистом. Эрнст изобрел технику фроттажа: однажды он положил бумагу на пол и натер ее графитом. Рельеф растрескавшегося паркета создал на листе выразительную фактуру. Впоследствии фроттажи делали, используя любую негладкую поверхность.

Он стал подкладывать под бумагу или холст какие-нибудь неровные поверхности или предметы (кору деревьев, гравий и т. д. ). Затем, хорошенько нажимая на поверхность, натирал ее сухими или полусухими красками. Получались фантастические конфигурации, напоминавшие то заросли фантастического леса, то таинственные города. В 30-е годы, в тревожное время для немецких художников, Эрнст создает в этой технике фантасмагорические пейзажи (его любимым художником был Каспар Давид Фридрих). Кроме того он экспериментирует и с граттажем, то есть счищает краску с поверхности холста, задавая тем самым новую тему. В этой технике написан «Пейзаж с озером и химерами» - картина, проникнутая мрачным предчувствием.

В годы, непосредственно предшествовавшие второй мировой войне, Эрнст пишет серию городских пейзажей с использованием техники гравировки. На первый взгляд эти произведения напоминают призрачные изображения городов, которые слово вырисовываются на горизонте, однако, присмотревшись, мы замечаем, что это не более чем мираж. Критики рассматривали эти работы как отражение ощущения мрачности и безысходности, охватившего европейцев. Рассудочное начало было при этом отодвигаемо в сторону. Впрочем, не до конца. Все-таки те случайные эффекты, которые получались у Массона и Эрнста, до известной степени направлялись разумной созидательной волей.

Рене Магритт (1898-1967) – один из самых загадочных художников. На картине «Шедевр, или Мистерия горизонта» (1955 г.) лунной ночью на городском пустыре стоят три человека в одинаковых черных котелках. Их фигуры четко вырисованы. Они повернулись в разные стороны, и не один не смотрит на зрителя. Над головой каждого светит ранний месяц. Этот загадочный господин в котелке часто встречается на картинах великого бельгийского художника.

В работе «Путь в Дамаск» (1966 г.) тоже изображен котелок. Но он находится не на голове человека, а висит в воздухе над костюмом клерка. Рядом стоит обнаженный мужчина, которому, вероятно и принадлежит одежда. Магритт представляет человека существом, у которого отсутствует мозг.

На картине «Память» (1948 г.) нарисован окровавленный гипсовый слепок женской головы. Но этот образ не вызывает отвращения, ибо картина носит отвлеченный характер и воспринимается как сон. Память играла в творчестве Магритта существенную роль, художник считал необходимым как можно более точно изображать предметы, которые его вдохновляли.

В «Красной модели» (1935 г.) на землю перед деревянной стеной поставлена пара ботинок-ног. Десять пальцев тщательно вырисованы. Но на месте лодыжек – шнуровка, а сами они полые. Картины Магритта – жесткие интеллектуальные игры, посредством которых художник пытался заставить зрителя заметить странности, скрытые в обыденном укладе жизни.


Паризька школа як феномен мистецтва. К. Бранкусі

Парижская школа — не направление, не метод и не стиль. Так называют многочисленную группу художников со всех концов света, устремившихся в Париж в начале XX в. Именно Париж помог каждому из них обрести творческое лицо.

Постоянное общение художников, разногласия и в то же время взаимная поддержка создавали уникальные условия творческого соревнования. Здесь переплетались биографии, возникали многочисленные новые течения. Художественная информация распространялась стремительно, и можно понять, почему ситуация в искусстве менялась подчас в течение месяцев.

Творчество голландца Пита Мондриана, мексиканца Диего Риверы, румына Константина Брынкуши (Бранкузи), испанца Хуана Гриса, выходцев из России Осипа Цадкина, Хаима Сутина и Марка Шагала, итальянца Амедео Модильяни и многих других представителей парижской школы составляет золотые страницы истории искусства.

Особую роль в искусстве XX в. сыграли так называемые виталисты {от лат. vitalis — «жизненный») — художники, которые в условных, символических, а подчас и абстрактных образах стремились передать ритм и поэзию жизни. Самые яркие примеры — произведения английского скульптора Генри Мура и румынского мастера Константина Брынкуши (Бранкузи, 1876—1957), ученика Огюста Родена. До предела обобщённые формы его скульптур отличаются ясностью и трепетной чистотой («Уснувшая муза», 1909 г.), В 1937—1938 гг. Брынкуши создал удивительный мемориал жертвам Первой мировой войны в родном городе Тыргу-Жиу — «Стол молчания». Мраморный монолит стола, окружённый двенадцатью табуретами, — образ, лежащий на грани между будничной жизнью и вечностью. Он наводит на мысль о поминальной трапезе, смыкаясь с темой Тайной Вечери, говорит о пустоте смерти и животворящей силе родства (не случайно сиденья кажутся «порослью» большого стола, его «детьми»).

Амедео Модильяни (1884—1920) родился в Ливорно, учился живописи в профессиональных мастерских Флоренции и Венеции. В Париже, куда Модильяни прибыл в 1906 г., помимо картин он создал серию изящно стилизованных каменных голов, очень похожих на идолов с острова Пасхи. Только отсутствие средств заставило мастера отказаться от скульптуры — материалы были дороги. Одним из самых плодотворных периодов своего творчества Модильяни обязан дружбе со скульптором Брынкуши; исследователи до сих пор не пришли к однозначному выводу, кто из них на кого повлиял.

В 10-х гг. Модильяни, так и не примкнув ни к одному из существовавших направлений, обрёл собственный стиль. Рисунок в его полотнах главенствует над цветом: изысканные фигуры обрисованы гибкой непрерывной линией, способной выявить и подчеркнуть объём формы. Модильяни писал и рисовал главным образом портреты и обнажённую натуру. На его картинах шеи натурщиц превращаются в лебединые, лица — в вытянутые овалы, головы грациозно склоняются. А глаза он обычно оставлял без зрачков. И при столь явном схематизме, условности изображений, все они, по утверждению современников, обладали безусловным сходством с моделями. Герои портретов Модильяни, стоящие или сидящие неподвижно, словно на старых фотографиях, часто показаны в углах помещений и производят впечатление неприкаянности, хрупкости и беззащитности перед окружающим миром.

Как это ни горько, спрос на картины Модильяни возник после трагической ранней смерти мастера и самоубийства вслед за тем его юной жены (работы начали скупать уже в день похорон художника). Эти печальные события, а главное само творчество Модильяни, сотворили из его имени легенду.

В судьбе Хаима Сутина (1893— 1943), приехавшего в Париж в 1913 г., важную роль сыграли встреча и дружба с Модильяни, который помог на первых порах эмигранту из России. Сутин, сын бедного штопальщика из белорусского местечка Смиловичи, очевидец еврейских погромов, очень похож на героев своих картин — бесправных, нищих и одиноких.

На картине «Пирожник в голубом колпаке» (1922—1923 гг.) изображён мальчик с огромными торчащими ушами. У него вытянутое серьёзное личико, тоскливые глаза и покорно сложенные ручки. «Рабочая одежда» — белый халат и высокий колпак — явно велика ему. Угловатость маленького кондитера ещё больше подчёркивается выразительностью палитры — великолепными переливами белого с голубыми тенями в складках ткани. Но она в то же время окутывает его магическим ореолом симпатии и тёплого сострадания.

С яростной энергией художник накладывает длинные взвихрённые мазки, запечатлевая на холсте кровавую тушу, подвешенную в лавке мясника («Туша быка», 1924 г.). Этот страстный напор, равного которому нет в современной живописи, и насыщенные краски — красная, чёрная, белая, жёлтая — рождают ощущение казни, тревоги, насилия, жестокости.

Однажды Сутина спросили: «В вашей жизни были какие-то несчастья?». «Как вам это могло прийти в голову? — удивился он. — Я всю жизнь был счастливым человеком». Зная полную лишений судьбу художника, всё же приходится согласиться с такой парадоксальной самооценкой. Ведь жизнь его была всегда наполнена творческим смыслом.


Марк Шагал, живописець і графік. 1887—1985)

ШАГАЛ (Chagall) Марк Захарович [24 июня (6 июля) 1887, Витебск — 28 марта 1985, Сен-Поль-де-Ванс, Франция], живописец, график, театральный художник, иллюстратор, мастер монументальных и прикладных видов искусства; выходец из России.

Марк Шагал был старшим из десяти детей в семействе мелкого торговца Хацкеля (Захара) Шагала. В 1900-1905 учился в витебском 1-м городском четырехклассном училище. Начальными шагами будущего художника руководил витебский живописец Ю. М. Пэн. В 1907 Шагал отправился в Петербург, поступил в школу Общества поощрения художеств (1907-1908), затем занимался в частной студии С. М. Зейденберга (1908) и школе Е. Н. Званцевой, где его наставниками были М. В. Добужинский и Л. С. Бакст. Свою художническую биографию Шагал начинал с картины «Покойник (Смерть)», 1908 (масло, Национальный музей современного искусства, Париж); в 1909 были написаны «Портрет моей невесты в черных перчатках» (Кунстмузеум, Базель, Швейцария), «Семья (Святое семейство)» (Национальный музей современного искусства, Париж) и др., созданные под влиянием неопримитивистской стилистики.

Первый парижский период

В августе 1910 уехал в Париж. В 1911 поселился в артистической колонии Ля Рюш («Улей»). В первый парижский период сблизился с поэтами и литераторами Г. Аполлинером, Б. Сандраром, М. Жакобом, А. Сальмоном и другими. Аполлинер в одном из эссе употребил по отношению к искусству Шагала термин «сверхнатурализм» («сюрнатурализм»).

В 1912 художник впервые выставился на Осеннем салоне; посылал свои произведения на московские выставки «Мир искусства» (1912), «Ослиный хвост» (1912), «Мишень» (1913). До конца своих дней Шагал называл себя «русским художником», подчеркивая родовую общность с российской традицией, включавшей в себя и иконопись, и творчество Врубеля, и произведения безымянных вывесочников, и живопись крайне левых.

Новаторские формальные приемы кубизма и орфизма, усвоенные за годы парижской жизни, — геометризованная деформация и огранка объемов, ритмическая организация, условный цвет — у Шагала были направлены на создание напряженной эмоциональной атмосферы картин. Обыденную действительность на его холстах освещали и одухотворяли вечно живые мифы, великие темы круговорота бытия — рождение, свадьба, смерть. Действие в необычных шагаловских полотнах развертывалось по особым законам, где были сплавлены прошлое и будущее, фантасмагория и быт, мистика и реальность. Визионерская (сновидческая) сущность произведений, сопряженная с фигуративным началом, с глубинным «человеческим измерением», сделала Шагала предтечей таких направлений, как экспрессионизм и сюрреализм. Центральными работами первого парижского периода стали: «Я и моя деревня», 1911 (Музей современного искусства, Нью-Йорк), «России, ослам и другим», 1911-12 (Национальный музей современного искусства, Париж), «Автопортрет с семью пальцами», 1912 (Стеделик музеум, Амстердам, Нидерланды), «Голгофа», 1912 (Музей современного искусства, Нью-Йорк) и др. Тогда же были написаны полотна «Понюшка табаку», 1912 (частное собрание, Германия), «Молящийся еврей», 1912-13 (Национальный музей, Иерусалим, Израиль), выведшие Шагала в художественные лидеры возрождавшейся еврейской культуры.

В июне 1914 года в Берлине открылась его первая персональная выставка, включившая в себя почти все созданные в Париже картины и рисунки; они нашли большой отклик у молодых немецких живописцев, дав непосредственный импульс возникшему после войны экспрессионистическому движению.

Последние русские годы

Летом 1914 Шагал вернулся в Витебск, где его застало начало первой мировой войны. В 1914-15 годах была создана серия «документов» из семидесяти с лишним работ, написанных на основе натурных впечатлений (портреты, пейзажи, жанровые сцены). Летом 1915 состоялось бракосочетание Шагала и Беллы Розенфельд (1892?-1944), в 1916 родилась их дочь Ида (1916-1994). С осени 1915 и по ноябрь 1917 Шагал с семьей жил в Петрограде, служил в одном из военных ведомств. В предреволюционные витебские и петроградские времена были созданы эпически монументальные типажные портреты («Продавец газет», «Зеленый еврей», «Молящийся еврей», все 1914, «Красный еврей», 1915, Русский музей), картины из цикла «любовники» («Голубые любовники», 1914, «Зеленые любовники», 1914-1915, «Розовые любовники», 1916, и др.), жанровые, портретные, пейзажные композиции («Зеркало», масло на картоне, 1915, Русский музей, «Портрет Беллы в белом воротничке», масло, 1917, Национальный музей современного искусства, Париж и др.).

В Витебск художник возвратился после Октябрьской революции. Получив в августе 1918 мандат «уполномоченного по делам искусств г. Витебска и Витебской губернии», организовал Народное художественное училище, куда привлек в качестве преподавателей М. В. Добужинского, И. А. Пуни, Л. М. Лисицкого, Пэна и других. Под руководством Шагала и с его участием в 1918-20 гг. проводилось декоративно-праздничное оформление Витебска.

В последний период на родине художником были написаны полотна «Над городом», 1914-1918 (Третьяковская галерея), «Венчание», 1918 (Третьяковская галерея), «Прогулка», 1918 (Русский музей) и ряд других, расцениваемых ныне как вершинные его достижения.

Конфликтная ситуация, сложившаяся в результате деятельности К. С. Малевича в витебской школе, вынудила Шагала уйти из школы и уехать в Москву (июнь 1920). Здесь он исполнил монументально-декоративные панно для зрительного зала Еврейского Камерного театра, а также оформил спектакль по Шолом-Алейхему. В летние месяцы работал учителем в колонии для малолетних беспризорников в Малаховке.

В последний русский период Шагал выставлялся на групповых выставках в Петрограде, Витебске, Москве; в 1921 прошла его персональная выставка в Еврейском Камерном театре, в 1922 — совместная с Н. И. Альтманом и Д. П. Штеренбергом (Культур-лига, Москва).

Снова за границей

В начале лета 1922 через Каунас художник направился в Берлин, чтобы узнать о судьбе выставленных перед войной работ. В Берлине обучился новым для себя печатным техникам — офорту, сухой игле, ксилографии; в 1922 награвировал серию офортов, призванных стать иллюстрациями к его книге «Моя жизнь» (папка с гравюрами «Моя жизнь» была издана в 1923; книга в переводе на французский язык с ранними рисунками в качестве иллюстраций увидела свет в Париже в 1931).

По приглашению парижского галерейщика А. Воллара переехал в 1923 в Париж для создания цикла иллюстраций к роману Н. В. Гоголя «Мертвые души» (1923-1927). Затем по заказу Воллара исполнил иллюстрации к «Басням» Лафонтена (1927-1930). В 1927 возникла серия гуашей «Цирк Воллара» с ее карнавализованными образами клоунов, арлекинов, акробатов, сквозными для всего шагаловского творчества.

В 1920-е гг. дружеские контакты связали Шагала с П. Пикассо, А. Матиссом, Ж. Руо, П. Боннаром, П. Элюаром и многими другими деятелями искусств. В 1920-30-е гг. художник много путешествовал по Франции, жил в Нормандии, Бретани, Лангедоке, Савойе и других провинциях, где были созданы многочисленные работы, вдохновленные французскими ландшафтами (гражданство своей «второй родины» Шагал принял в 1937).

В 1931 совершил путешествие по Сирии и Палестине, связанное с новой работой для Воллара. Иллюстрации к Библии (66 офортов в 1930-39 и 39 офортов в 1952-56) стали фундаментом огромного цикла, над которым художник работал почти всю жизнь: большое число гравюр, рисунков, картин, витражей, шпалер, керамических скульптур, рельефов, вдохновленных Библией, составили в итоге колоссальное «Библейское послание» Марка Шагала.

В 1933 произведения мастера были публично сожжены в Мангейме по приказу Геббельса. Гонения на евреев в фашистской Германии, предчувствие приближающейся катастрофы окрасили произведения Шагала в апокалиптические тона: в предвоенные и военные годы одной из ведущих тем его искусства стало распятие («Белое распятие», 1938, Чикагский институт искусства, США, «Распятый художник», 1938-1940, «Мученик», 1940, «Желтый Христос», 1941,

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: