Xreferat.com » Рефераты по культуре и искусству » Взаимодействие Европы с Японией в период Ренессанса, и ее влияние на японскую культуру

Взаимодействие Европы с Японией в период Ренессанса, и ее влияние на японскую культуру

Размещено на /


Курсовая работа


На тему:

Взаимодействие Европы с Японией в период Ренессанса, и ее влияние на японскую культуру.


Оглавление


Введение

Глава 1. Начало культурных отношений Японии со странами Запада

Глава 2. Трактат Алессандро Валиньяно "Предупреждения и предостережения по поводу обычаев и катаги (нравов), распространенных в Японии"

Глава 3. Развитие взаимоотношений

Глава 4. Влияние и вклад европейцев в культуру Японии

Заключение

Источники и список литературы


Введение


Как известно, одной из первых попыток активного взаимодействия западной и восточной культур является так называемое "христианское столетие" в Японии (1549-1614). Это также и первый, со времен Марко Поло, контакт между европейцами и японцами, после которого осталось множество самых разных документов - писем, исторических и религиозных трактатов, лингвистических работ, словарей, принадлежащих перу участников и авторов тех событий, - как с европейской, так и с японской стороны. Первыми в Японию приплыли португальские торговцы. Это произошло в 1542 г. (по некоторым данным - в 1543 г.). К тому времени они уже около 30 лет бороздили моря у южного и северного побережья Китая. Случайно натолкнувшись на Японские острова, португальцы обрели в лице их населения чрезвычайно выгодного торгового партнера на несколько десятилетий вперед. Основным наименованием среди ввозимых в Японию товаров на всем протяжении "христианского столетия" оставался китайский шелк, который обменивался на серебро, пользовавшееся огромным спросом в Китае. Росту торговых отношений между португальскими купцами и японцами способствовал разрыв к тому времени всяких, в том числе и торговых, отношений с Китаем, окончательно оформившийся к 1563 г. Однако практически в течение всего рассматриваемого периода европейскую культуру на островах "представляли" в основном священники-иезуиты, в большинстве португальцы, но были также испанцы и итальянцы. Потому и началом "христианского века" принято считать август 1549 г. - дату высадки первого католического миссионера в провинции Сацума. Этим миссионером был св. падре Франсиско Ксавьер (1506-1552). Вдохновленные первыми результатами распространения христианства, за ним последовали и другие. Многие из них, выполняя свою миссию "христианизации варварской страны", в конечном счете способствовали, хотя и в ограниченном виде, обмену культурной информацией между двумя цивилизациями.

Актуальность работы состоит в недостатке исследований вопроса влияния Запада на Японию в целом, т.к их взаимодействие началось относительно недавно, и пока не превысило масштаба влияния Китая.

Цель работы – раскрыть отношения Европы и Японии, и доказать, что влияние Запада оставило отпечаток в японской культуре гораздо глубже, чем принято считать.

Задача работы проанализировать источники и литературу, и найти следы культурного воздействия в истории.


Глава 1. Начало культурных отношений Японии со странами Запада


Алессандро Валиньяно (1539-1606) был одним из христианских проповедников, прибывших в Японию. По словам другого падре -Луиса Фройса (1532-1597), известного как автор пятитомной "Истории Японии", это был человек "очень образованный, знал много языков и обладал многими добродетелями, один из самых выдающихся людей ордена, когда-либо побывавших в Азии".

Родился Валиньяно в знатной семье в местечке Киети под Неаполем. Перед тем, как был принят в орден иезуитов в 1566 г., он изучал право в университете Падуа. С самого начала Валиньяно была уготована блестящая карьера: уже в 1573 г., т.е. спустя всего семь лет со дня вступления в орден, высочайшим разрешением Генерала ордена Эверарда Меркуриана ему было позволено принять четвертый обет и получить священство, и это при том, что не менее выдающимся коллегам Валиньяно, таким, как св. Алонсо Родригес (1538-1617), пришлось ждать этого момента около 20 лет. В сентябре того же года Валиньяно был назначен на Дальний Восток в должности Генерала-викария и куратора Восточной Индии.

Валиньяно прибыл в Гоа в 1574 г. Всего в Японии он побывал трижды. Первый приезд Валиньяно (с июля 1579 г.) сопровождался чрезвычайно активной его деятельностью. За два с лишним года им были открыты школа для послушников в Усуки (префектура Оита), семинарии в Арима (префектура Нагасаки) и Адзути (префектура Сига) и колледж в Фунай (наст. Оита, префектура Оита); он получил аудиенцию и радушный прием у Ода Нобунага (1534—1582) и организовал первое посольство, состоящее из четырех японских юношей, родственников христианских даймё провинций Бунго (наст. Оита), Арима и Омура (префектура Нагасаки), в Европу. Во второй приезд, продлившийся с июля 1590 по октябрь 1592 г., он был принят Тоётоми Хидэёси (1536-1598) и смог окончательно уладить конфликт, возникший в результате изданного Хидэёси 24 июля 1587 г. указа о высылке всех священников из Японии в двадцатидневный срок. Третий, последний и самый продолжительный, визит (с августа 1598 по октябрь 1603 г.) позволил Валиньяно увидеть воочию плоды начатой им в свой первый приезд политики.

Именно с деятельностью Валиньяно связаны выработка и формирование единой и принципиально новой политики миссии в Японии. Дело в том, что японская миссия изначально подчинялась Провинциалу Индии, в силу чего используемые иезуитами методы и стиль поведения были теми же, что и практикуемые в Индии, а они часто не отличались утонченностью и терпимостью. Так, многие из иезуитов жаловались на то, что не могут так же, как и в отношении других азиатских христиан, применять в отношении японских христиан телесные наказания за проступки по причине обостренного чувства собственного достоинства последних.

Кроме этого, падре Франсиско Кабрал (1533-1609), к приезду Валиньяно занимавший пост Главы миссии, до своего назначения в Японию в 1570 г., был наставником послушников, проповедником и ректором в Басаиме (Индия). Это был человек весьма аскетичный и фанатично боровшийся с язычеством во имя Господа - настоящий солдат Церкви. Вряд ли в его представлениях Япония отличалась от любой другой нехристианской страны. Он прибыл с твердым намерением собрать как можно больший, как говорили иезуиты, "урожай душ" и был достаточно прямолинеен и настойчив в этом намерении. Его мало интересовала внешняя сторона дела вообще, не говоря уже о таких тонкостях, каким является японский этикет, к которому он относился с холодным презрением, как к любому языческому ритуалу. Как говорил Дж. Элисон, римлянин вел себя так, будто он находился в Риме. В этой связи показательно, что свою деятельность на посту Главы миссии Франсиско Кабрал начал с того, что в соответствии с распоряжением Провинциала Индии запретил предписанное сословным этикетом ношение шелковой одежды для священников и додзюку, посчитав это излишней роскошью, и, невзирая на последствия, обязал всех носить простую хлопчатобумажную сутану черного цвета, как это было принято в Индии или в Европе.

Такое пренебрежительное отношение к нормам традиционного японского этикета в сочетании с недостаточной чистоплотностью европейских священников в быту, их суровостью, порой граничащей с грубостью, их кулинарными привычками и, наконец, просто сильно отличающимся фенотипом, привело к тому, что именно они, всегда считавшиеся религиозной элитой, выглядели теперь в глазах японцев варварами и именовались намбандзин - "варварами, пришедшими с Юга". Все это, а также постоянные междоусобицы, потрясавшие страну, сильно осложняли жизнь миссионерам.

Валиньяно, как пишет Луис Фройс, "сразу же понял, как приходится жить нам в этих краях... будучи поставленными перед необходимостью постоянных переездов с места на место и со всех сторон окруженными смертельными опасностями... И еще падре понял, как необходимы нам были глубочайшие изменения во всем, что касалось и еды, и обычаев, и обихода, раз уж все было так противоположно и отлично от того, к чему мы привыкли в Европе". Другими словами, он осознал необходимость создания такой концепции, которая учитывала бы не только политическую ситуацию, но и культурный контекст. И это представлялось весьма важным как для продолжения существования миссии и успеха дела, так и для начала специального изучения местной культуры.

Приняв во внимание жесткую сословную структуру японского общества и осознав необходимость как можно быстрее в нее интегрироваться, Валиньяно первым делом определил в ней место христианских падре. В этом он нисколько не изменил свойственному европейцам чувству превосходства, без лишних сомнений объявив всех иезуитских священников равными по положению высшему буддийскому духовенству. В будущем как европейские торговцы и путешественники, так и сами японцы не раз будут пенять иезуитам на то, что они повели себя, мягко говоря, нескромно, требуя к себе почти королевского уважения.

Новая политика, не посягая на священные цели, была по форме интеграционной, а по сути сводилась к четырем основным направлениям: 1) строгое соблюдение принципа "сверху вниз"; 2) невмешательство во внутренние дела страны и сохранение "нейтралитета" любыми средствами; 3) адаптация к местным традициям и обычаям во всем, что касается повседневной жизни и общения; 4) воспитание собственно японского духовенства с целью укрепления позиций христианства.

Первое из них является традиционным для всей политики иезуитов, где бы они ни были. Будучи организацией в высшей степени элитарной, иезуиты, как известно, всегда стремились иметь дело исключительно с высшими слоями общества. Безграничная же преданность японцев своему господину, с самого начала так восхищавшая иезуитов, прекрасно вписывалась в рамки этого подхода. Они не без основания делали ставку на то, что обращение в христианство одного князя, обходившееся, кстати говоря, недешево, принимая во внимание стоимость подарков для его ублажения, гарантировало, что за ним последуют и все его родственники, а также слуги. Все это на первый взгляд сильно упрощало задачу миссионерам. Время, однако, показало, что со смертью главы семейства родные его в лучшем случае просто уходили из лона церкви, а в худшем становились ее ярыми противниками. Пример тому - Отомо Ёсимунэ - (1558-?), сын одного из самых близких друзей и покровителей церкви - Отомо Ёсисигэ (Сорин), правителя Бунго, отрекшийся от христианства и перешедший на сторону самураев, поддерживавших буддийских монахов.

Второе направление, с одной стороны, было продиктовано спецификой политической ситуации, а с другой - фактически демонстрировало хотя бы временный отказ от каких бы то ни было притязаний на политическую власть в Японии. Общеизвестно, что религиозные интересы католической церкви были тесно связаны с политическими интересами португальской и испанской корон и являлись частью единой экспансионистской политики. Валиньяно же прямо предупреждает священников о недопустимости не только оказывать какую-либо военную помощь, пусть даже и христианским даймё в междоусобных конфликтах, но и помогать им советом, "потому что это противоречит основам нашей религии и... способ, каким управляют в Японии, ее обычаи и катаги, как сильно отличается от правления христианских государей в Европе, что падре вряд ли смогут дать правильный совет, но легко могут впасть в заблуждение".

Принципиально новыми являются третье и четвертое направления. Впервые за всю историю существования католической церкви европейским священникам предписывалось не только знать местные традиции, но и неукоснительно им следовать. И дело не только в том, что это являлось частью тонкой стратегии завоевания расположения и доверия японцев с целью их дальнейшего обращения в христианскую веру, но и в том, что, столкнувшись с цивилизацией, отличной от европейской, европейцы впервые вынуждены были официально признать если не ее равнозначность, то хотя бы ее право претендовать на равнозначность. Они с удивлением обнаружили, что непохожесть и варварство - не одно и то же. Валиньяно писал; "Различия в еде, одежде, ценностях, церемониях, языке, ведении хозяйства, способе ведения переговоров, лечении больных и раненых, обучении и воспитании детей и во всем другом так сильны, что невозможно ни описать, ни понять их. Во всем этом не было бы ничего удивительного, если бы они были такими же, как и другие варварские народы. Однако более всего достойно удивления то, что они представляют как очень достойные и культурные люди во всех сферах".

Более того, в качестве отдельного личного мнения в документах нередко высказывается мысль о превосходстве японцев над европейцами в некоторых сферах. Особенно часто с восхищением говорится о безукоризненной чистоте, соблюдаемой японцами буквально во всем. И не случайно одним из центральных требований, которые Валиньяно в рамках своей новой концепции предъявляет к падре, является соблюдение ими чистоты в быту и в приготовлении пищи.

Как следствие признания прав японцев на собственную культуру предстает решение начать воспитание местного, японского духовенства. Начало этому было положено Валиньяно в первый его приезд, когда он основал ряд учебных заведений, в которые принимались и японские юноши.

С целью скорейшего претворения в жизнь принципов новой политики Валиньяно в 1580 г. пишет трактат "Предупреждения и предостережения по поводу обычаев и катаги (нравов), распространенных в Японии". Фактически, это свод правил поведения для священников. На португальском языке он написал не случайно - большинство миссионеров были португальцами.

Луис Фройс, отчасти выразивший и официальную точку зрения, так оценивает появление трактата: "Оставил также Падре и наставления по поводу того, каким образом мы должны относиться к обычаям и церемониям, и о том, как принято вести себя в этих землях. Вещь весьма нужная для самих японцев, чтобы знали они, как жить в наших домах, и чтобы мы могли лучше с ними сосуществовать; потому как немаловажно, чтобы мы в их глазах были достойными уважения. Из-за того, что обычаи и церемонии этих земель так отличаются и даже противоположны принятым в Европе и до сих пор у нас не было предписаний насчет того, как мы должны себя вести в их отношении, помимо определенного замешательства, вызванного этой ситуацией, были и другие нежелательные следствия нашего незнания их обычаев и традиций, провоцирующие некоторые разногласия во взглядах и ограничивающие плодотворность наших усилий. Все это - из-за противоречий в их и наших обычаях. Он распорядился, чтобы мы во всем придерживались присущего японцам и принятого в Японии образа действий. Для этого он изложил некоторые предостережения, с помощью которых мы должны будем ознакомиться с обычаями и манерами поведения. И благодаря им, а также правилам, которые он нам оставил, чтобы хранились в каждом нашем доме и каждом приходе, чтобы достичь единообразия, а также благодаря их изучению возрастет во много раз сплоченность усилий среди нас и плоды и почитание святого закона среди японцев".


Глава 2. Трактат Алессандро Валиньяно "Предупреждения и предостережения по поводу обычаев и катаги (нравов), распространенных в Японии"

япония культурный обычай нрав

О ТОМ, ЧТО СЛЕДУЕТ ДЕЛАТЬ, ЧТОБЫ ЗАВОЕВАТЬ И СОХРАНИТЬ АВТОРИТЕТ В ОБЩЕНИИ С ЯПОНЦАМИ.

Валиньяно, принимая во внимание жесткую сословную структуру японского общества, начинает свой трактат с того, что определяет место в ней падре и других членов миссии. Он исходит из того, что европейские священники по статусу должны соответствовать буддийским монахам школы Дзэн, и проводит аналогии между различными иерархическими ступенями, принятыми в секте и в миссии. Так, все священники по статусу равны тёро ; те, кто занимает пост главы прихода , соответствуют пяти тёро и монастырей группы Годзан , а вице-провинциал Японии - главе монастыря Нандзэндзи, Нандзэнзи-но-итё и т.д. Ведь зная свое место в структуре японского общества, каждый мог вести себя в соответствии со своим статусом, а самое главное - мог объяснить японцам, как они должны к нему относиться. Для этого, подчеркивает Валиньяно, все должны выучить названия постов своих визави из школы Дзэн.

Далее следует объяснение общего характера о том, как важно вести себя строго в соответствии с тем, к чему обязывает статус, чтобы сохранить свой авторитет и достоинства в глазах японцев и не стать для них предметом насмешек. Попутно Валиньяно вводит и само понятие достоинства, которое, как следует из текста, долгое время понималось священниками превратно. Достоинство - речь идет, в частности, о достоинстве священника (буддийского монаха), по его мнению, выражается во внешних атрибутах, манерах и той роли, какую каждый выполняет в церемонии, а не в проявлении излишней скромности.

Особо Валиньяно предупреждает против эйфории, в которую могут впасть падре вследствие слишком высоких почестей, оказываемых им знатными язычниками, ибо это есть не что иное, как способ выяснить, насколько хорошо иностранцы осведомлены о местных обычаях.

Так в чем же конкретно состоит поведенческий кодекс буддийских монахов, предписываемый европейским священникам? Прежде всего, необходимо сохранять спокойствие и благодушие при любых обстоятельствах, ни в коем случае не показывать обиду или раздражение и не отвечать грубостью на грубость, ибо так поступают солдаты, но не священники. Нельзя запросто, без особого повода, навещать своих знакомых, будь то христиане или язычники, а также самому лично отвечать на послание или писать кому бы то ни было, особенно знатным язычникам. Нельзя также лично наказывать кого-либо или вести важные переговоры. Принимая гостей, падре должен все время оставаться в гостиной и ни в коем случае не выходить к ним на террасу. Нельзя самому нести раскрытый зонт. На улице надлежит появляться в сопровождении, как минимум, четырех человек. Путешествовать можно только верхом на лошади или в коси, как это делают тёро, но ни в коем случае не в норикакэ. И даже в таких, казалось бы, мелочах, как походка, жесты, выражение лица и внешний вид, следует придерживаться диктуемых статусом правил: ходить не спеша, не оглядываясь по сторонам; говорить, не размахивая руками; смеяться не громко и не слишком часто и всегда сохранять приветливое выражение лица. Следует также воздерживаться от бега и от ловли рыбы удочкой в реках, а также от других похожих поступков. Но самое главное - необходимо быть очень аккуратным в словах, не допускать нечестности и небрежности и произносить их к месту.

Валиньяно категорически предупреждает против того, чтобы вести себя так, как принято в Европе: брать человека за руку или под руку, приглашая войти в гостиную, подавать ему обувь или зонт, ибо это обязанности слуги, а также быть неопрятными и неаккуратными в одежде и в быту, вести бродячий образ жизни и грубо обращаться с низшими по званию в присутствии посторонних.

И наконец, как советует Валиньяно, следует почаще обращаться за помощью к японцам-христианам, хорошо знающим церемонии, чтобы лишний раз не попасть в неловкое положение.


О ТОМ, ЧТО СЛЕДУЕТ ДЕЛАТЬ, ЧТОБЫ ЗАВОЕВАТЬ ДОВЕРИЕ ХРИСТИАН.

В этой главе Валиньяно рассматривает средства, какими можно было бы добиться доверия и дружбы японских христиан. Самый общий принцип общения с ними заключается, по его мнению, в доброжелательном, внимательном и терпеливом отношении к ним. Здесь он сразу же поясняет, что доброжелательность и любовь выражаются отнюдь не в том, чтобы оказывать им больше уважения, чем следует, или позволять им пренебрегать необходимыми в отношении священников церемониями, а в том, чтобы давать им понять, что общаться с ними для падре - большая радость. Для этого существует множество способов, предусмотренных японским этикетом.

Во-первых, в каждом доме должна быть оборудована комната для чайной церемонии, в которой постоянно находится один додзюку, знающий, как следует проводить церемонию.

Во-вторых, никогда нельзя заставлять посетителей и гостей ждать, даже если священники спят или обедают.

В-третьих, гостей необходимо занимать разговорами, задавать им разные вопросы. В противном случае считается, что им был оказан сухой прием.

В-четвертых, получив подарок, нельзя тут же отсылать его в кладовую, а, положив его перед собой, поблагодарить дарителя и похвалить подарок. Если же в подарок преподнесли моти или фрукты, то необходимо тут же их попробовать и предложить всем остальным, находящимся в комнате, в том числе и дарителю.

В-пятых, предложить гостям чай или сакэ. Однако, как поясняет Валиньяно, церемония с сакэ больше подходит для встречи малознакомых или вовсе незнакомых людей, а также для особых случаев, таких, как встреча после долгой разлуки, расставание на долгое время, проводы в дальний путь или на войну. Во всех других случаях больше подходит угощать гостей чаем.

В-шестых, поскольку есть в присутствии других в Японии не считается неприличным и даже, напротив, является одной из наивысших форм выражения гостю своего расположения и уважения, то посетителей, пришедших во время обеда, можно пригласить к столу.

В-седьмых, необходимо держать в чистоте комнаты и столовые приборы, а также готовить пищу и подавать ее так, как это принято в Японии.

В-восьмых, гостей, прибывших издалека, следует накормить ужином, но вовсе не обязательно оставлять их у себя на ночь, особенно если они низкого происхождения. Если же гость — человек уважаемый, то ему можно предоставить ночлег, но при этом обязательно следить за тем, чтобы покои соответствовали его статусу.

Однако даже если формально строго руководствоваться всеми правилами гостеприимства, но не вникать при этом в их суть, то, вместо того чтобы оказать радушный прием, можно нанести гостю тяжкое оскорбление. Это случается, когда предлагают чай или сакэ низкого качества, принимают гостя в грязной комнате, предлагают остатки от обеда, принимают его в месте, недостойном его статуса.

И наконец, следуя иезуитскому принципу "сверху вниз", Валиньяно подчеркивает, что, несмотря на то, что ко всем христианам следует относиться одинаково, с любовью, христианам знатного происхождения необходимо оказывать особое внимание.


О ТОМ, КАК ПАДРЕ И ИРМАО ДОЛЖНЫ ПРИНИМАТЬ ГОСТЕЙ.

Искусство принимать гостей является одной из наиболее важных составляющих стратегии завоевания авторитета и доверия среди японцев. Для того чтобы падре и ирмао смогли в полной мере им овладеть, пишет Валиньяно, им необходимо знать, во-первых, что поведение людей религиозных и людей светских в церемониях приема гостей сильно отличается, поэтому священники должны четко усвоить линию поведения, свойственную служителям культа, так как в противном случае они рискуют стать предметом насмешек; и, во-вторых, что всех более или менее знатных японцев можно разделить по иерархии на четыре группы, в зависимости от чего и варьируются церемониальные правила.

Помимо этого, Валиньяно вводит еще одно деление - на равных, высших и низших. При этом, говорит он, хотя ко всем высшим нужно обращаться как к вышестоящим, одним все же следует оказывать больше чести, чем другим, в зависимости от того, насколько высоко их положение среди высших. Такое же правило действует и в отношении низших.

Сама церемония приема гостей состоит из трех этапов: встречи, непосредственно приема и проводов.

Разница в церемонии встречи гостей различных групп, так же как и в церемонии проводов, заключается в том, кто и где их встречает (провожает). Гостей первой группы должен встречать сам падре, даже если это вице-провинциал. Для этого он должен выйти во двор перед домом и, сняв головной убор и слегка поклонившись, жестом пригласить гостя войти в дом. Гостей второй группы падре надлежит встречать либо на террасе перед гостиной, либо в самой гостиной, не выходя им навстречу. Гостей третьей группы должен встречать ирмао на террасе перед гостиной, сняв головной убор и слегка кланяясь. Гостей четвертой группы вообще встречать не надо.

Сам прием заключается в угощении гостей сакэ и закуской к нему (сакана). Имеет значение и место, где происходит прием, а также способ исполнения ритуала вежливости (рэй). Всех гостей следует принимать в гостиной, усадив их напротив "служебного" входа, откуда начинают подавать угощение. Место падре и место гостя первой группы должны быть расположены на одном уровне. При исполнении ритуала вежливости необходимо кончиками пальцев обеих рук коснуться пола (глава прихода может коснуться полы своего платья, другие же падре - пола на расстоянии одной ладони от себя). Для гостей второй группы ритуал заключался в том, чтобы коснуться пальцами левой руки пола. Гостей третьей группы следует приветствовать, не касаясь пола руками. Гостей четвертой группы - только словом.

Что же касается второго деления, то оно призвано отразить ту гибкость, которая, как замечает Валиньяно, несмотря на строгую регламентированность всех церемоний, все же существует и позволяет выполнять тот или иной ритуал чуть более или чуть менее вежливо, в зависимости от соотношения положений исполняющего и того, для кого исполняют, даже если эти люди принадлежат к одной сословной группе.

В отношении всех остальных граждан, а также более низких по статусу торговцев и крестьян, следует поступать так: всех их, кроме крестьян, надлежит приглашать в гостиную, приветствуя словом. Особого отношения заслуживают только торговцы больших городов, которых надо принимать как даймё. С женщинами вообще не предусмотрено никаких церемоний.

Валиньяно отмечает особую важность не механического, а осмысленного исполнения всех церемоний и ритуалов, что обусловлено не только тонкими сословными и внутрисословными различиями японского общества, но и необходимостью исправить сложившуюся ситуацию, когда, ввиду незнания местных обычаев, падре обращаются с окружающими неподобающим образом и, как следствие, не пользуются должным авторитетом у населения.


О ТОМ, КАК СЛЕДУЕТ ПОДАВАТЬ И ПРИНИМАТЬ САКАДЗУКИ И САКАНА.

Среди всех существующих в Японии церемоний церемония с сакэ , наряду с чайной церемонией, является одним из узловых моментов при приеме гостей. Исполняя ее, необходимо всегда руководствоваться тем, к какой из названных групп относится гость, стоит ли он выше, ниже или на той же ступени социальной лестницы, что и священник.

Вот те правила проведения церемонии, которые Валиньяно считает основными и обязательными для изучения всеми падре и ирмао:

- вместе с сакэ в гостиную всегда следует подавать закуски (сакана), их можно подавать одновременно с сакэ или позже;

- столики с сакэ и с сакана должны быть расположены в гостиной у стенки, напротив входа;

- сакана подается либо на высоком столике, либо на низком, в зависимости от статуса гостей;

- гостям высшего и равного статуса необходимо предложить начать церемонию - выпить вино первыми. Для этого им отсылают чарку с вином вплоть до трех раз, в зависимости от того, насколько велико их достоинство. Люди высшего статуса всегда должны пить первыми; в случае с равными первым должен пить то гость, то падре; гости, чей

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: