Сказки народные и авторские
Пушкин-сказочник выступил против монотонности поэзии, против стертых ритмо-синтаксических оборотов. Его стих подвижен, передает ритм движения и напряженность событий:
Едет с грамотой гонец,
И приехал наконец.
А ткачиха с поварихой,
С сватьей бабой Бабарихой
Обобрать его велят;
Допьяна гонца поят
И в суму его пустую
Суют грамоту другую…
Динамизм и быстрота смены событий свободно и легко уживаются с пейзажными картинами, лаконичными и зримо-красочными:
Ветер весело шумит,
Судно весело бежит…
В синем небе звезды блещут,
Туча по небу идет,
Бочка по морю плывет.
Ветер на море гуляет
И кораблик подгоняет;
Он бежит себе в волнах
На раздутых парусах.
Энергична и действенна у Пушкина-сказочника звуковая организация стиха. Значимостью у него обладает каждый звук, то передающий плеск морской волны, то воспроизводящий полет комара или шмеля:
Море вздуется бурливо,
Закипит, подымет вой,
Хлынет на берег пустой,
Разольется в шумном беге…
Тут он в точку уменьшился,
Комаром оборотился,
Полетел и запищал…
Тут он очень уменьшился,
Шмелем князь оборотился,
Полетел и зажжужал…
В «Сказке о царе Салтане» Пушкин выступает как борец за народность языка, или «просторечье», как тогда говорили.
Мягко, задушевно звучит речь героев, полная ласкательными суффиксами, характерными для устного народного творчества:
…белочка при всех
Золотой грызет орех,
Изумрудец вынимает,
А скорлупку собирает…
«Сказка о царе Салтане» завершается не моралистическим выводом, как было у многих других писателей-сказочников, а веселым пиром, славящим торжество добра. Положительные персонажи в длительной борьбе побеждают. Никто из читателей не сомневается в их «светлости». Только образ царя Салтана вызывает сомнения и раздумья – начало активной работы творческого сознания маленького слушателя. Это свидетельство большого воспитательного значения подобных произведений.
У Пушкина сказочные персонажи психологически и художественно совершенны; в процессе работы над сказкой он постоянно оттачивал ее стих, приближая его к народному, заостряя сатиру.
Художественные средства пушкинской сказки неразрывно связаны с его поэтическим мировосприятием. Поэт выступил против вычурности и заумности стиха; он стремился приблизиться к народной поговорке с ее афористичностью. Так, в черновом варианте было:
Попадья баба была догадливая,
На всякие хитрости повадливая.
А в окончательной редакции:
Ум у бабы догадлив,
На всякие хитрости повадлив.
Пушкинский стих сказки полон движения. Поэт порою целые строфы строит преимущественно из существительных и глаголов, чтобы передать остроту борьбы:
Бедненький бес
Под кобылу подлез,
Поднатужился,
Поднапружился,
Приподнял кобылу, два шага шагнул,
На третьем упал, ножки протянул.
В концовке сказки ясно выражено насмешливое отношение народа к попам: «А Балда приговаривал с укоризною: Не гонялся бы ты, поп, за дешевизною».
В «Сказке о рыбаке и рыбке» отразились мотивы, бытующие не только в русском, но и в зарубежном фольклоре.
В образе старика олицетворяется народное начало сказки. Он вынужден покоряться воле жадной старухи, но не испытывает к ней почтения, как бы высоко не вознеслась она. Об этом свидетельствует его обращение к ней, когда она захотела стать царицей:
«Что ты, баба, белены объелась?»
В черновых вариантах сказки можно проследить, как Пушкин ищет наиболее емкое слово, чтобы дать определение характера и поведения старухи-дворянки: «Осердилась глупая старуха», «Осердилась (сварливая), нахальная…», «Осердилась злая старуха…»
«Я тебе госпожа, я дворянка,
А ты мой оброчный крестьянин…»
«Я дворянка, а ты мой крестьянин…»
В окончательном варианте сказки подчеркнуто тупое самодурство старухи, которое действует в соответствующей бытовой и социальной обстановке:
Осердилася пуще старуха,
По щеке ударила мужа
«Как ты смеешь, мужик, спорить со мною,
Со мною, дворянкою столбовою?»
Подбежали бояре и дворяне,
Старика взашеи затолкали,
А в дверях-то стража подбежала,
Топорами чуть не изрубила;
А народ-то над ним насмеялся:
«Поделом тебе, старый невежа!
Впредь тебе, невежа, наука:
Не садись не в свои сани!»
В «Сказке о мертвой царевне» присутствуют яркие сцены, близкие по стилю к устному народному творчеству:
Смотрит в поле, инда очи
Разболелися глядючи
С белой зори до ночи;
Не видать милого друга.
Только видит: вьется вьюга,
Снег валится на поля,
Вся белешенька земля.
Обращения Елисея к солнцу, месяцу и ветру представляют собой своеобразные лирические отступления, в которых ощущается синтез поэтических элементов устного народного творчества. Так Пушкин выступил как новатор в самой композиции сказки, развернув народные обращения-заклинания в поэтическую картину.
Чертами народности отмечена и поэтическая речь в сказках Пушкина. В них широко применяются народные поговорки, пословицы, слова и выражения, суффиксы:
Но жена не рукавица:
С белой ручки не стряхнешь
Да за пояс не заткнешь
(«Сказка о царе Салтане».)
«…Впредь тебе, невежа, наука:
Не садися не в свои сани!»
(«Сказка о рыбаке и рыбке».)
Ждут бывало с юга, глядь,
Ан с востока лезет рать.
(«Сказка о золотом петушке».)
«Дурачина ты, простофиля!
Выпросил, дурачина, корыто!
В корыте много ли корысти?…»
(«Сказка о рыбаке и рыбке».)
В сказках Пушкина много слов разговорного, иногда просторечного языка («и молва трезвонить стала», «не кручинься», «он стоял позадь забора», «инда плакал царь Дадон»).
Пушкин использует изобразительные средства народной поэзии: сравнения, метафоры, гиперболы, постоянные эпитеты:
В чешуе, как жар горя,
Тридцать три богатыря…
(«Сказка о царе Салтане».)
Царь скопца благодарит,
Горы золота сулит.
(«Сказка о золотом петушке».)
Но царевна молодая,
Тихомолком расцветая,
Между тем росла, росла,
Поднялась – и расцвела…
И к царевне наливное,
Молодое, золотое
Прямо яблочко летит…
Отвечает месяц ясный…
(«Сказка о мертвой царевне».)
В его сказках широко применяется народно-поэтическая речь с ее своеобразной ритмикой и повторами («в путь-дорогу снарядился»; «свет наш солнышко»; «по морю, по океану к славному царю Салтану»).
Картины русской жизни и изображение персонажей из разных социальных слоев даны реалистически. Поэт с художественной точностью отбирает бытовые детали и воссоздает колорит той или иной эпохи и места действия:
Перед ним изба со светелкой,
С кирпичною, беленою трубою,
С дубовыми, тесовыми вороты.
Старуха сидит под окошком,
На чем свет стоит мужа ругает.
(«Сказка о рыбаке и рыбке».)
Живет Балда в поповом доме,
Спит себе на соломе,
Ест за четверых,
Работает за семерых,
До светла все у него пляшет,
Лошадь запряжет, борозду вспашет…
(«Сказка о попе и работнике его Балде».)
Сказки Пушкина отличаются богатством творческой фантазии. В них гармонично уживаются реалистические картины быта и нравов различных сословий русского общества с чудесами волшебного мира, возникшего под пером поэта. Таков целый город на острове Буяне – столица князя Гвидона:
…Город новый златоглавый…
…Стены с частыми зубцами,
И за белыми стенами
Блещут маковки церквей
И святых монастырей.
…В колымагах золотых
Пышный двор встречает их…
Поэтически совершенны такие персонажи, как царевна Лебедь, Золотая рыбка, Золотой петушок, тридцать три богатыря, белка-чудесница.
Для сказок Пушкина, как и для народных, характерные превращения: старухи-крестьянки – в царицу; лебедя – в прекрасную девушку; князя Гвидона – в комара, шмеля, муху.
Сказки Пушкина пробуждают симпатии и антипатии читателей, формируют активное отношение к героям. Они помогают решать задачи идейного, эстетического, нравственного воспитания детей. [4]
На наш взгляд, не смотря на то, что сказки Пушкина знакомы с детства, их открываешь в каждом возрасте по-новому. Но и читать их надо умеючи: не спеша и не один раз, да и при этом еще и представлять себе мысленно все то, о чем в них сказано. Тогда на всю жизнь сохраняется незабываемое впечатление от чудесных стихов Пушкина и любовь к нему и как к поэту и как к человеку.
Задание 7
Определить произведения и автора (по стилистическим особенностям; манере написания). Объяснить.
А) В той столице был обычай:
Коль не скажет городничий –
Ничего не покупать,
Ничего не продавать.
Вот обедня наступает;
Городничий выезжает
В туфлях, в шапке меховой,
С сотней стражи городской…
Автор
сказки «Конек-горбунок»
Петр Павлович
Ершов родился
в
Сибири в 1815 году.
В детстве он
слушал сказки
сибирских
крестьян, многие
запомнил на
всю жизнь и сам
хорошо их
рассказывал.
Ершов очень
полюбил народные
сказки. В них
народ остроумно
высмеивал
своих
врагов – царя,
бояр, купцов,
попов, осуждал
зло и стоял за
правду,
справедливость,
добро. Ершов
учился в Петербургском
университете,
когда он впервые
прочитал
замечательные
сказки Пушкина.
Они тогда только
что появились.
И он тут же задумал
написать своего
«Конька-горбунка»
– веселую сказку
о смелом Иванушке
– крестьянском
сыне, о глупом
царе и о волшебном
коньке-горбунке,
которая доставила
ему известность.
Сказка «Конек-Горбунок»,
написанная
им еще на студенческой
скамье и впервые
напечатанная
отрывком в 3 т.
«Библиотеки
для Чтения»
1834 г., с похвальным
отзывом Сенковского;
первые четыре
стиха сказки
набросал Пушкин,
читавший ее
в рукописи.
«Теперь этот
род сочинений
можно мне и
оставить», –
сказал тогда
Пушкин. Великому
поэту понравилась
легкость стиха,
с которым –
говорил он –
Ершов «обращается
как с своим
крепостным
мужиком». Вслед
затем она вышла
отдельной
книжкой и при
жизни Ершова
выдержала 7
изданий; начиная
с 4-го издания,
в 1856 г., она выходила
с восстановлением
тех мест, которые
в первых изданиях
заменены были
точками. «Конек-Горбунок»
– произведение
народное, почти
слово в слово,
по сообщению
самого автора,
взятое из уст
рассказчиков,
от которых он
его слышал;
Ершов только
привел его в
более стройный
вид и местами
дополнил. Простой,
звучный и сильный
стих, чисто
народный юмор,
обилие удачных
и художественных
картин (конный
рынок, земский
суд у рыб, городничий)
доставили этой
сказке широкое
распространение;
она вызвала
несколько
подражаний
(например,
Конек-Горбунок
с золотой щетинкой).
С. Леон сочинил
балет на ее
сюжет. Белинский
видел в ней
подделку, «написанную
очень недурными
стихами», но
в которой «есть
русские слова,
а нет русского
духа».
Многое
взял Ершов для
«Конька-горбунка»
из старинных
народных сказок.
Сказка была
напечатана
в 1834 году. А.С. Пушкин
прочитал и с
большой похвалой
отозвался о
«Коньке-горбунке».
Окончив университет,
Ершов вернулся
из Петербурга
в Сибирь, на
свою
родину,
и там прожил
всю жизнь. Много
лет он был учителем
гимназии города
Тобольска.
Ершов горячо
любил свой
суровый край,
изучал его и
хорошо знал.
Кроме «Конька-горбунка»,
он написал еще
несколько
произведений,
но они сейчас
уже забыты. А
«Конек-горбунок»,
появившись
больше ста лет
назад, по-прежнему
остается одной
из любимых
сказок нашего
народа. [26]
Б) Наконец все утихло…. Он взглянул на стоявшую подле него кровать, немного освещенную месячным сиянием, и заметил, что белая простыня, висящая почти до полу, легко пошевелилась. Он пристально стал всматриваться…, ему послышалось, как будто что-то под кроватью царапается, – и немного погодя показалось, что кто-то тихим голосом его зовет…
Автор строк – А. Погорельский, роман-сказка «Черная курица или подземные жители». Конфликт, образующий фабулу судьбы героя повести-сказки, был конфликтом между пышным, но таким холодным веком Просвещения и нарождающимся новым веком сентиментализма и романтизма с его утонченной духовностью. Подробно рисуя детали старинного быта, уклада пансионеров, типографию строящегося Петербурга, писатель отмечал, с одной стороны, рациональность и прагматичность этого мира, с другой – поэтическую сторону, которая определит в дальнейшем дух русского романтизма 20–30-х годов 19 века. Детскими глазами увиденная эпоха предстает в «домашнем», «очеловеченном» образе. Реалистически решен традиционный романтический конфликт, противопоставляющий обыденности пансиона идеальность подземного царства: реальный Петербург, строящийся, неуютный, все ближе авторскому сознанию, чем кукольно – бутафорский мир подземных жителей. Герой остается в реальном мире, прощаясь со сказкой своего детства. [21]
Фантастика сказки во многом имеет сходство с невероятными перевоплощениями героев сказок Гофмана, с которым писатель был хорошо знаком. Эта сказка интересна картинами реального быта простых людей, мягким, здоровым народным юмором. [22]
В) …Вот понемногу начала она
Входить в себя, пошевелилась,
глазки
Прекрасные открыла и, совсем
Очнувшись, подняла их на Ивана –
Царевича и покраснела вся,
Как роза алая, и с ней Иван –
Царевич покраснел, и в этот миг
Он и она друг друга полюбили
Так сильно, что ни в сказке
рассказать,
Ни описать пером того не можно…
Отрывок принадлежит перу Василия Жуковского из сказки «Иван-царевич и серый волк». Эта сказка относится к первому году брачной жизни Жуковского. Общий характер поэзии Жуковского вполне выразился в первый период поэтической деятельности его, к 1815 – 16 гг.: позднее его оригинальное творчество почти иссякает и воздействие его на русскую литературу выражается почти исключительно в переводах, принадлежащих к крупнейшим фактам истории нашей литературы. Помимо высокого совершенства формы, мягкого, плавного и изящного стиха, они важны тем, что ознакомили русского читателя с лучшими явлениями европейского литературного творчества.
«Благодаря Жуковскому», говорил Белинский, «немецкая поэзия – нам родная». По тому времени это была высокая задача, открывавшая русскому читателю совершенно новые и широкие горизонты. [27]
Задание 8
Выполнить проблемный анализ лирического произведения серебряного века русской поэзии, выделяя особенности развития русской поэзии к. 19 – нач. 20 вв, определившей круг детского чтения.
Конец XIX – начало XX века ознаменовался глубоким кризисом, охватившем всю европейскую культуру, явившимся следствием разочарования в прежних идеалах и ощущением приближения гибели существующего общественно-политического строя. Все это не могло не коснуться и русской поэзии. [19] Период конца XIX и начала XX в. – это переход к новому, третьему освободительному этапу освободительного движения в России, когда пролетариат возглавил борьбу народных масс и привел их к победе. Детская литература как органическая часть всей русской литературы развивалась в эти десятилетия в сложной обстановке. Передовая детская литература вела неустанную борьбу за молодое поколение с реакционной, буржуазной, дворянской литературой. Сохраняя верность традициям реализма, она раскрывала юным читателям правду жизни, обнажала классовые противоречия, воспитывала в них чувство любви к трудящимся и вражду к угнетателям. В процессе этой борьбы под влиянием новых революционных идей укреплялась демократическая и выковывалась пролетарская литература для детей, которая готовила молодых к участию в борьбе пролетариата и воспитывала веру в победу революции. В дореволюционный период появились поэтические сборники И. Бунина, А. Блока, С. Есенина, Саши Черного, обращенные к детям. [4]
Анализ лирического произведения.
Стихотворение «Береза», автор – Сергей Есенин.
Год издания – 1913. Относится к лирике 1910–1913 гг., периоду сложной жизни поэта, когда им было написано более 60 стихов. Является первым опубликованным стихом поэта (1914 г., под псевдонимом Аристон, журнал для детского чтения «Мирок»).
Белая береза
Под моим окном
Принакрылась снегом,
Точно серебром.
На пушистых ветках
Снежною каймой
Распустились кисти
Белой бахромой.
И стоит береза
В сонной тишине,
И горят снежинки
В золотом огне.
А заря, лениво,
Обходя кругом
Обсыпает ветки
Новым серебром.
О чём это стихотворение? Какою увидел берёзу поэт? Почему она привлекла его внимание, вызвала удивление и восхищение, ведь он часто видел её из окна? Попробуем разобраться.
Основная тема – показать красоту зимней березы. Есенинская строфа – описание зимней березы с присущими ей русскими приметами и многими предметными деталями. В стихотворении чувствуется патриотическое чувство любви к Родине, ее скромной, внешне неброской природе. Чувство родины – основное во всем творчестве Есенина. Воспеваемая здесь природа очеловечена: она дышит, двигается, печалится как человек. Традиционно воспеваемая в устном народном творчестве береза является сквозной в творчестве поэта.
На наш взгляд, здесь автор использует силлабо-тоническое стихосложение. Мы можем предположить наличие здесь двусложных стоп, метра – ямба. Далее проводя анализ этого стихотворения, мы замечаем точные (окном – серебром) рифмы, а также – неравносложные (кругом – серебром), открытые (огне – тишине) и закрытые (каймой – бахромой), мужские (тишине – огне), но все они перекрестные (абаб). По количеству строф стихотворение является четверостишием (катрен).
Основной образ произведения – зимняя береза (образ-персонаж). Поэт одушевляет ее с образом женщины. Также в стихотворении заметен образ зимы – синонима смерти и смертной тоски в творчестве поэта. Нам кажется, что Есенин хотел показать печаль женского увядания.
Есенин видит березу обостренно, при определенном освещении. В результате один образ ассоциативно рождает другой. Образующие строки слова, взятые в отдельности не образны. Но, организованные определенным способом, они создают поэтический, образный текст и сами становятся образными.
Стихотворение относится к пейзажной лирике. Содержит в основном общеупотребительные слова, но под пером поэта они эмоционально действенны. У него поразительно зоркий и обостренно-пристальный взгляд на природу.
Исходя из совершенства языковой формы, гармонии содержания и формы, ясности, четкости, лаконизма, изящества, простоты и стройности словесного выражения, можно утверждать, что здесь проявляется эстетическая функция языка.
Стихотворение многокрасочно. В нем есть как любимые цвета поэта (белый, серебряный), которые передают радостное, свежее, элегически-задумчивое восприятие мира, так и золотой – символ яркой, но уже увядающей гаммы осени. Поражает также переливы цветов, их тонкая нюансировка, переход одного цвета в другой, их смешение и образование на их основе нового цвета. Есенин, рисуя картины природы, всегда называет цвета, в которые она окрашена. Это он делает для того, чтобы читатели могли лучше представить то, о чём он пишет. Есенин сравнивает опушенные снегом кисточки берёзовых веток с белой бахромой. Поэт дважды сравнивает снег с серебром, но при этом использует разные приёмы: в первой строфе, когда берёза принакрылась снегом, точно серебром – сравнение, а в последних строках стихотворения, когда заря обсыпает ветки новым серебром, тоже есть сравнение, но оно как бы скрыто. Поэт не говорит, что заря обсыпает ветки снегом, точно серебром. Он сразу называет снег серебром, надеясь на нашу догадливость. Это скрытое сравнение – метафора. Поэт пишет, что снежинки горят в золотом огне. Здесь употреблено слово горят в переносном смысле. Это слово часто употребляется в переносном значении. Мы говорим, например, глаза горят. Снежинки не могут, конечно, гореть, как дрова. А под выражением золотой огонь поэт подразумевает свет зари. Зимой небо озаряется не так ярко, как летом. Долго стоит берёза в сонной тишине – от утренней зари до вечерней. Именно так, нам кажется, надо понимать слова – обходя кругом. Сначала заря была на востоке, а затем – на западе. Также Есенин называет зарю ленивой, это потому, что зимой заря начинается позже, чем летом, будто ленится встать пораньше. И горит она не так ярко, как летом, как будто ей лень озарять небо.
Несмотря на небольшой объем произведения, язык его богат, обладает народностью. В нем присутствуют такие изобразительные средства, как эпитеты, взятые из фольклора. Есенин здесь использует такие изобразительные приемы, как сравнение, троп, олицетворение
Передать идею, главную мысль художественного произведения в логической формулировке, строго говоря, нельзя. [3] Но мы попытаемся ее сформулировать исходя из собственного постижения.
В стихотворении много метафор. Здесь своя точность – точность образного, поэтического видения и словесного описания зимней березы. Поэт, словно художник ни в одном из слов стихотворения не жертвует искренностью и точностью выражения, потому что предлагает читателю свое, поэтическое восприятие природы. Мы считаем, что строка …и стоит берёза в сонной тишине… подсказывает, как именно надо читать стихотворение. Его следует читать неторопливо, не очень громко, как бы желая не разбудить дремлющую березу, но так, чтобы все могли услышать, и постараться передать чувства автора, его любование берёзой. Словосочетания: сонная тишина, заря лениво, обходя кругом – показывают нам, что стихи надо читать певуче, неторопливо.
Эпитеты, сравнения, метафоры в лирике Есенина существуют не сами по себе, ради формы, а для того, чтобы полнее и глубже раскрыть мысль, содержание. Реальность, конкретность, осязаемость характерны для образного строя поэта. Стремление к овеществлению образа – один из важных моментов своеобразия его стиля. Природа в стихотворении – не застывший пейзажный фон: она живет, действует. Стиль стихотворения сходен с пушкинской простотой. Мы думаем, что в нем отразилось стремление Есенина ко всеобщей гармонии, к единству всего сущего на земле – важнейший принцип художественного мышления поэта.
Список использованных материалов
Аникин В.П. К мудрости ступенька. О русских песнях, сказках, пословицах, загадках, народном языке: Очерки – М.: Дет. лит., 1982.
Гора самоцветов: Сказки народов СССР в пересказе М. Булатова / М.: Дет. лит., 1989.
Горшков А.И. Русская словесность: От слова к словесности: Учеб. Пособие для учащихся 10–11 кл. общеобразоват. учреждений – 2-е изд. – М.: Просвещение, 1996
Детская литература: Учеб. Пособие для учащихся пед. училищ по спец. №2010 «Воспитание в дошк. учреждениях» и №2002 «Дошк. воспитание» / В.П. Аникин, В.В. Агеносов, Э.З. Ганкина и др.; Под ред. Е.Е. Зубаревой. – М.: Просвещение, 1985
Есенин Сергей Стихотворения. Поэмы/ Сост., вступ. ст. В. Леденева – Ташкент: Укитувчи, 1985
Есенин Сергей Стихотворения и поэмы – Сыктывкар: Коми книжное издательство, 1979
Коми народные сказки / Сост. Ф.В. Плесовский – Сыктывкар: Коми книжное издательство, 1975.
Круглов Ю.Г. Русские обрядовые песни: Учеб. Пособие. – М.: Высш. школа, 1982.
Литературный энциклопедический словарь / Под общ. Ред. В.М. Кожевникова, П.А. Николаева. Редкол.: Л.Г. Андреев, Н.И. Балашов, А.Г. Бочаров и др. – М.: Сов. энциклопедия, 1987.
10. Пера-богатырь. Сказки финно-угорских народов – Сыктывкар:
Коми книжное издательство, 1985.
Пушкин А.С. Поэмы. Вступит. Статья С. Фомичева – Л.: Худож. лит., 1976.
Пушкин А.С. Стихи и сказки – М.: Дет. лит., 1978.
Пушкин А.С. Стихотворения и поэмы. – М.: Машиностроение, 1975.
Раевский Николай Портреты заговорили: Историко-литературные исследования. – Алма-Ата: Жазушы, 1986.
Ройзман М.Д. Все, что помню о Есенине. М.: Советская Россия, 1973.
Русские пословицы и поговорки / Под ред. В. Аникина – М.: Худож. лит., 1988.
Русские писатели: в 2 т./ Под ред. П.А. Николаева – М.: Просвещение, 1990.
Русская бытовая повесть XV–XVII веков / Сост., вступ. статья, коммент. А.Н. Ужанкова – М.: Сов. Россия, 1991.
Русская поэзия XIX – начала XX в./ Редкол.: Г. Беленький, П. Николаев, А. Овчаренко и др.; Сост., вступ. статья, примеч. Н. Якушина. – М.: Худож. лит., 1987.
Русские сказки: Из сборника А.Н. Афанасьева / Сост., послесл. и словарь малоупотреб. и обл. слов В.П. Аникина. – М.: Худож. лит., 1987.
21. Светлова Г. Друг Пушкина Антоний Погорельский //
Дошкольное воспитание – 2003 – №2 – с. 60–65.
22. Сказки русских писателей. – Мн.: Юнацтва, 1984.
23. Советская поэзия / Сост. Н. Старшинов. – М.: Худож. лит., 1986.
24. Тысяча и одна ночь. Сказки народов мира/ Сост. В.П. Аникин,
Н.И. Никулин, Б.Н. Путилов, р. А. Кушерович. – М.: Дет. лит., 1985.
25. Юности честное зерцало. – М.: Азбука, 2007.
26. www.nonаme
27. www.liter