Xreferat.com » Рефераты по зарубежной литературе » Система оппозиций в романе Замятина "Мы" как отражение диалектичности сознания героя

Система оппозиций в романе Замятина "Мы" как отражение диалектичности сознания героя

Введение


Начало 20 века воспринимается многими, как время реализации в жизни утопических моделей. Одним из первых, увидевших опасность осуществления мечты о всеобщем равенстве, техническом совершенстве общества будущего, всеобщем счастье, был Е. Замятин. Его роман «Мы» - первое произведение, в котором черты жанра, пародирующего утопию, воплотились со всей определенностью. «Мы» - становление антиутопии. Если назначение утопии состоит прежде всего в том, чтобы указать миру путь к совершенству, то задача антиутопии – предупредить мир об опасностях, которые ждут его на этом пути.

Роман Е. Замятина «Мы», написанный в 20-е годы, пришел к читателю в последние годы. Это обусловлено особенностями тематики антиутопии, в которой многие советские критики увидели памфлет на социалистическую реальность. Судьба романа была осложнена отъездом Е. Замятина в 1931 году на лечение за границу, где он и умер в нищете, так и не сумев вернуться домой.

В последние десятилетия появляются издания избранных произведений Замятина, видны результаты современного литературоведения: появление многочисленных статей, посвященных его творчеству. Но необходимо отметить малочисленность работ, касающихся жанровой специфики романа, его символики, его места в контексте русской и зарубежной литературных традиций.

В связи с этим нами определена цель данного исследования: изучение принципов художественной трансформации утопической модели, которые обнаруживают её несостоятельность и обусловливают перерождение утопии антиутопию.

Для достижения поставленной цели нам необходимо решить следующие задачи:

- определить особенности утопического мышления, получившего выражение в литературном жанре утопии;

- проанализировать особенности взаимоотношений утопии и антиутопии, определить жанровые границы;

- вывить художественные приемы и способы построения текста, служащие цели обнаружения невозможности реализации утопии.

В нашей работе мы опирались на общую теорию жанра М. Бахтина; концепции жанровой характеристики утопии и антиутопии в работах Г. Морсона, Г. Гюнтера; теорию оппозиций Ю. Лотмана; учитывали особенности утопического мышления и контридеологии, выявленные Е. Шацким. При анализе утопического мифа 20 века мы обращались к работам Н. Хрящевой, Р. Дуганова, Г. Белой, А. Воронского. В разработке проблематики романа «Мы» были использованы статьи В. Акимова, Г. Мурикова, И. Шайтанова, Л. Григорьевой, И. Делекторской, М. Нянковского, Л. Айзермана, В. Шкловского. Были проанализированы философские труды Н. Бердяева, С. Булгакова.

Целью и задачами обусловлен выбор методов исследования (анализ литературы по проблеме исследования, метод оппозиций, метод сравнения) и путь исследования. Работа состоит из введения, двух глав, заключения и библиографии.


Система оппозиций в романе «Мы» как отражение диалогичности сознания героя


Не возникает сомнений в том, что роман Е. Замятина «Мы» - антиутопия. «Мы» - это и есть название жанра (о воссоздаваемых антиутопистами мирах нельзя сказать в 3-ем лице – «они»). Утопия всегда социометрична, антиутопия – персоналистична. Утопия всегда рисует идеальное общество глазами случайного наблюдателя, не принадлежащего к этому миру, поэтому вполне обоснованно употребление местоимения «они», показывающего дистанцию между наблюдателем и сплоченным целым жителей страны мечты.

Антиутопия рисует «идеальный» мир изнутри, с позиции человека, принадлежащего к этому миру, поэтому так частотно употребление местоимения 1-го лица множественного числа в антиутопии. Мы уже увидели, что Замятин ставит его в название своей утопии. Утопическая модель дана через восприятие жителя Единого Государства, и именно в его сознании происходит разрушение утопии. Внутренний мир Д-503, его душа, сознание становятся полем битвы утопических и антиутопических идей.

Перед нами откровения в виде дневниковых записей жителя Единого государства. Почему была выбрана форма дневника? Как мы уже отмечали, антиутопия не просто показывает «идеальный» мир глазами его жителя – она разрушает это счастливое общество, делая человека мерой познания и оценки «идеальности», и дневниковые записи здесь очень уместны. В этом исповедальном жанре возможно наиболее полное раскрытие терзаний, мечтаний пробуждающейся души, признание собственных заблуждений, отражение мятежных мыслей? Что самое главное, здесь герой имеет возможность просто быть самим собой. И если антиутопия делает человеческую душу полем битвы идей утопического идеального государства и истинными человеческими ценностями, человеческой природой, то именно форма дневника идеальна для отражения баталий в душе его автора. Его конспекты – тончайший сейсмограф душевных изменений, потрясений. Отметим и тот факт, что герою не всегда понятны происшествия в его внутреннем мире, некоторые события внешнего мира – все то, что не согласуется с идеологией Единого государства. Д-503 живет определенной системой ценностей, и категории, не принадлежащие а ней, не всегда ему понятны, и здесь дневник необходим. Записи – это рефлексия Д-503, попытка понять новое, происходящее в нем самом.

Отметим, что «Мы» - это роман в романе: произведение Е. Замятина включает в себя дневниковые записи Д-503, поэтому необходимо четко разграничить автора и повествователя. Судьба Д-503 перекликается с судьбой самого писателя и его окружения. Неслучайно в одном из писем того времени Замятин упоминает, что слушатели романа воспринимают его Д-503 кое в чем, как голос самого писателя. Но нельзя отождествлять позицию автора и позицию Д-503 (например, как это делали некоторые критики, отождествляя героев Зощенко с ним самим). Выбор Д-503 не совпадает с точкой зрения автора. Если герой так или иначе делает выбор в пользу Единого государства, то автор, несомненно, делает иной выбор. Он проверяет Д-503, ставит некий эксперимент: подвергается ли природа человека необратимой порче в условиях Единого Государства? Или ещё прямее: согласится ли человек отдать свою свободу в обмен не чечевичную похлёбку гарантированного «среднеарифметического» счастья? Чтобы понять результаты такого эксперимента обратимся к анализу романа.

«Мы» - произведение, построенное на оппозициях. Д-503 – человек, воспитанный идеологией Единого Государства, но именно ему приходится столкнуться с чем-то необъяснимым, заставляющим его усомниться в идеальности существующего строя.

Первоначально Д-503 «и душой, и телом» принадлежит Единому Государству. Но вот в его жизни начинают происходить события, вызывающие особые, не подвластные контролю разума чувства.

Первым толчком скажется сообщение «Государственной газеты» о готовящемся комическом полете «Интеграла». Единое Государство допустило ошибку, чрезмерно активизируя эмоциональность верноподданнических волнений, вызвало цепь последствий, нарушило сбалансированное существование, привело в незапланированное движение внутренний мир Д-503. Как тонко спародирована модель утопического жанра! получается, что утопию разрушает то, что является её неотъемлемым атрибутом – пафос. Восхищение объектом убивает сам объект восхищения!

Волнения в душе усиливаются ещё и весной. «Весна. Из-за Зеленой Стены, с диких невидимых равнин, ветер несет желтую медовую пыль каких-то цветов. От этой сладкой пыли сохнут губы – ежеминутно проводишь по ним языком – и, должно быть, сладкие губы у всех встречных жителей (и мужчин тоже, конечно). Это несколько мешает логически мыслить…»(308)1. Природу изолировали, но она есть, и частичка её в каждом из нас. Природное в человеке неуничтожимо. Возможно подавление, но рано или поздно происходит пробуждение природного начала в человеке.

До определенного момента в Д-503 все было в определенной пропорции: разум, разум и ещё раз разум, который подавлял чувства. Но вот Единое Государство во временном единстве с природой обращается к этой подавляемой стороне Д-503. восхищение, преклонение, вызванные к жизни Единым государством, плюс некое возбуждение, радость, вызванные силами природы – чаша весов, на которой покоятся чувства, начинает перевешивать чашу весов с разумным началом.

В своем первом конспекте Д-503 многократно повторил фразу: «Я пишу это – и чувствую: у меня горят щеки…» (307). Собственно антиутопия начинается именно с этого момента: горящие щеки – отражение силы чувств, которые рано или поздно разрушат иго разума, разрушат утопию. Некое равновесие нарушено, чувства выходят из-под контроля разума. Но логическое, разумное начало Д-503 подстерегает ещё один удар – встреча с I-330: «Но не знаю – в глазах или бровях – какой-то странный раздражающий икс, и я никак не могу его поймать, дать ему цифровое выражение» (311). Наверное, самое страшное для ученого, математика – икс, которому нельзя найти значение. Оказывается, есть что-то, неподвластное силе разума. С этой встречи для Д-503 начинается знакомство с иным миром, который недоступен разумному познанию. «Ведь я теперь живу… в древнем, бредовом, в мире корней из минус-единицы…» (387). Героя с самого начала раздражает корень из минус-единицы тем, что находится вне ratio. «… в школьные годы, когда со мной случилось корень из -1… Однажды Пляпа рассказал об иррациональных числах - и, помню, я плакал, бил кулаками об стол и вопил: «Не хочу корень из -1! Выньте из меня корень из -1». Этот иррациональный корень врос в меня, как что-то чужое, инородное, страшное, он пожирал меня – его нельзя было осмыслить, обезвредить, потому что он был вне ratio» (322). Перед нами одна из основных оппозиций в сознании Д-503: рациональное, идущее от Единого Государства, столкнулось с иррациональным, которое было всегда, но подавлялось, а с появлением I-330 активизировалось. С её появлением Д-503 начинает всё чаще беспокоить призрак - корень из -1. Заметим, что уже с самого начала герой досадует по поводу носов, которые при всей одинаковости номеров имеют разные формы; по поводу личных часов, которые каждый проводит по-своему. Все это мешает организованности, упорядоченности в жизни, но более всего его пугает мир за Зеленой Стеной. За ней царит стихия природы, и солнце там совсем другое: «Солнце.. не было наше, равномерно распределенное по зеркальной поверхности мостовых солнце: это были какие-то живые осколки, непрестанно прыгающие пятна, от которых слепли глаза, голова шла кругом…» (409).

Но не только солнце пугает Д-503: «… из необозримого зеленого океана за Стеной катился на меня дикий вал из корней, цветов, сучьев, листьев – встал на дыбы – сейчас захлестнет меня, и из человека – тончайшего и точнейшего из механизмов – я превращусь… Но, к счастью, между мной и диким человеком – стекло Стены… Человек перестал быть диким человеком только тогда, когда мы построили Зеленую Стену, когда мы этой стеной изолировали свой машинный, совершенный мир – от неразумного, безобразного мира деревьев, птиц, животных…» (368). Но отметим тот факт, что у Д-503 волосатые руки – важная деталь, знак того, что и в нем течет капля лесной крови. Итак, заявлена ещё одна оппозиция: организованность, упорядоченность, идущие от Единого Государства, и стихийность, буйство, ассоциирующиеся с миром за Зеленой Стеной.

Следующее столкновение в сознании Д-503 связано со знакомством с музыкой Скрябина. Скрябин был для Замятина символом духовности, что подтверждает его более ранний рассказ «Пещера». В рассказе есть противопоставление: «тот, давний, со Скрябиным, какой знал: нельзя, - и новый, пещерный, какой знал: нужно».2 Пещерный идет на воровство, убивая внутри себя прежнего, который любил Скрябина. Здесь Скрябин – символ некой духовности, культуры. Нам кажется, эта символика уместна и в отношении романа «Мы». I-330 знакомит Д-503 с миром культуры, которой не было места в мире единого государства. В Едином Государстве особая культура – культура разума, где нет места стихийности, вдохновению. Здесь всё чётко, логично, разумно. Это культура четырех действий арифметики, красота геометрической правильности. I-330 через музыку Скрябина знакомит Д-503 с миром духовности, которой лишена культура Единого государства, признающая только разум.

В романе музыка Скрябина – не только духовность, но и символ иррациональности, непознаваемости, воплощение гармонии, не проверяемой алгеброй. «Села, заиграла. Дикое, судорожное, пестрое… и, конечно, они, кругом меня, правы: все смеются. Только немногие… но почему же и я-я? Да, эпилепсия – душевная болезнь – боль.. Медленная, сладкая боль, укус – и чтобы ещё глубже, ещё больнее. И вот, медленно – солнце. Не наше, не это голубовато-хрустальное и равномерное сквозь стеклянные кирпичи – нет: дикое, несущееся, палящее солнце – долой всё с себя – все в мелкие клочья…» (318).

С момента, когда Д-503 услышал музыку Скрябина, происходят изменения, которые он не может понять и называет болезнью. Мотив болезни пронизывает весь путь терзаний Д-503. но пока это только временное недомогание, к осознанию своего состояния, как болезни, Д-503 придет несколько позднее.

Ощущение утраты равновесия ещё более усугубляется в герое романа после посещения Древнего Дома. И облако на небесной глади, и непрозрачные двери, и хаос внутри дома, который герой едва переносит, - всё это приводит его в смятение. Что же составляет внутреннее убранство Древнего Дома? Это музыкальные инструменты, древние книги, статуя Будды – символ религии (причем одной из самых древних мировых религий), бюст А. С. Пушкина – всё то, что мы называем культурой. Знакомство с Древним Домом – приобщение Д-503 к культуре, но культура пугает его своей стихийностью.

Именно в Древнем Доме происходит разговор о роли искусства в прошлом и в идеологии Единого государства. Великие художники были властителями умов лучшем смысле этого слова. «Это были владыки посильнее их коронованных». I-330 продолжает фразу: «отчего они не изолировали, не истребили их? У нас…» (326). Многоточие. В Едином государстве поэзия не является отражением эпохи. Она отражение идеологии. Осознав силу воздействия искусства на массы, единое государство ограничило его определенными рамками, исключив свободомыслие. Но нельзя и пускать такое средство овладения умами людей, поэтому поэты творят исключительно для государства и ради него. Неслучайно в тексте Манифеста, объявлявшего о предстоящей плане ной экспансии, первым средством захвата названо именно оно: «Прежде оружия мы испытаем слово» (307). В романе есть сцена казни ослушника, преступление которого состоит в написании стихов: «Неслыханное преступление: кощунственные стихи, где Благодетель именовался… нет, у меня не поднимается рука повторить» (338). Полемика о свободомыслии и выражении идеологии в искусстве.

Но в отношении нового искусства и искусства древних важно отметить ещё один момент. Культ разума не миновал и поэзию. Искусство Единого Государства – сочетание формул, функций, уравнений, приручена стихия, ранее носившая название вдохновения, творческого полёта. Д-503 видит в новом искусстве гармонию, четкость, ясность, правильность, но дело в том, что здесь понятие гармонии подменяется числом, формулой. И вполне резонно возникает вопрос: является ли подобное искусство искусством? Таким образом, герой знакомится с новой культурой; в его сознаний происходит столкновение культуры разума и культуры Древнего Дома. Выбор героя в пользу разумности.

Но Дом в произведении – не только символ культурного начала. В антиутопии возникает оппозиция Дом-Антидом. При анализе данной оппозиции мы будем обращаться к статье Ю. М. Лотмана, которая посвящена изучению данной оппозиции в романе М. Булгакова «Мастер и Маргарита». Автор статьи отмечает противопоставление Дома (своего, безопасного) Антидому, «лесному дому» (дьявольскому пространству, месту временной смерти, попадание в которое равносильно путешествию в загробный мир). Ю. М. Лотман отмечает некоторые составляющие пространства Дома: «Книги – обязательный признак Дома, они подразумевают не только духовность, но и особую атмосферу интеллектуального уюта»3, им также отмечается, что постоянным признаком Дома являются звуки рояля. Все эти составляющие присутствуют в Древнем Доме. В тексте в связи с понятием Дома часто возникает образ камина. Камин, как мы думаем, является символом некоего единения, семейного начала, домашнего уюта. Но «дома» в принятом понимании у Замятина нет. Это категория прошлого, ставшая именем нарицательным – «Древний Дом».

Современное жилище Д-503 именует прозрачными клетками. Человек здесь никогда не остается наедине с самим собой, хотя живет один. Семья в Едином государстве отсутствует, семейные ценности уничтожены. Клетки эти лишены различных мелочей, в которых выражается внутренний мир обитателей. Вспомним. Что Антидом – место временной смерти, путешествие в загробный мир, стеклянные клетки – гробы (вспомним «сказку о мертвой царевне и о семи богатырях» А. С. Пушкина, где упоминается стеклянный гроб, в котором была похоронена царевна). Тот же ю. М. Лотман отмечает, что город – это скопление антидомов. Таким образом, Единое Государство – это собрание множества гробов, заключенных в одном большом.

Это предположение подкрепляет идея о потере единым государством энергии, которое звучит из уст I-330: «… две силы в мире – энтропия и энергия. Одна – к счастливому равенству; другая – к разрушению равновесия, к мучительно-бесконечному движению. Энтропии – наши, или вернее, ваши предки… поклонялись, как Богу. А мы…» (417). Энтропия – угасание энергии, которое рано или поздно приведет к угасанию жизни.

Для Замятина вопрос об энтропии и энергии был очень важным. Для него энергия в тесной связи с явлением революции. Революция – отнюдь не вопрос о счастье, нет продукта более условного, чем счастье. Революция для Замятина – это громадный вопрос о правах жизни, её свободном самодвижении. Энтропия – угасание потенциала жизни, её вырождение, тупиковая ситуация в принципе. Она не знает способа преодолеть кризис своими силами, её движение только в сторону абсолютного нуля. Революций, катаклизмов, непредвиденных случайностей, которые могли бы стать источником энергии, в Едином Государстве не предвидится. Герой утверждает, что революция, создавшая их общество, была последней и больше никаких революций не может быть, потому что «все уже счастливы». Но героиня возражает: «Положим… Ну хорошо: пусть будет так. А что дальше? Смешно! Совершенно ребяческий вопрос. Расскажи что-нибудь детям – все до конца, а они все-таки непременно спросят: а дальше, а зачем? Дети – единственно смелые философы. И смелые философы – непременно дети. Так, как дети, всегда и надо: а что дальше?» (423). Человек и общество остановились в своем развитии, перестав задавать вопрос: «А что дальше?» И наступает смерть, поэтому все вокруг в стеклянных оковах смерти. Перед нами ещё одна оппозиция: энергия и энтропия.

Но вернемся к оппозиции дом – Антидом. Если в произведении есть только стеклянные клетки и некий Древний дом – памятник прошлого, то где же истинный, настоящий дом? Есть ли он? Цитата: «… ведь человек устроен так же дико, как эти нелепые «квартиры», - человеческие головы непрозрачны; и только крошечные окна внутри: глаза» (325). Перед нами описание настоящего, своего дома. «В своем доме» - здесь значит в себе. Е. Замятин сужает пространство дома до нуля, превращая его из категории пространственной, материальной в категорию энергетическую, в некую субстанцию человеческого сознания, и эта категория высшая. «Передо мной два жутко-темные окна, и внутри… неведомая, чужая жизнь. Я видел только огонь – пылает там какой-то свой «камин» - какие-то фигуры» (325).

Д – 503 пугает эта атмосфера собственного дома, которого он лишен; Древний Дом, как воплощение «древних» культурных ценностей. Он чувствует страх, когда видит свое отражение в глазах I-330, которые есть путь в её внутренний мир, её дом. Но это необычное чувство страха: «Я увидел там отраженным себя. Но было неестественно и непохоже на меня (очевидно, это было удручающее действие обстановки) – я определенно почувствовал страх, почувствовал себя пойманным, посаженным в эту дикую клетку, почувствовал себя захваченным в дикий вихрь древней жизни» (326). Он боится, пытается бежать, но он уже пойман, его захватила стихия жизни.

Изменение в восприятии мира героем происходит с ужасающей быстротой. Если в начале своих дневниковых записей он испытывает восторг по отношению к Единому государству, от которого у него лишь горят щеки, то сейчас ему открываются скрытые в нем самом стихийные силы. В результате чего происходят физические изменения: от горящих щек он приходит к сдавленному ребрами сердцу: «Странное ощущение: я почувствовал ребра – то какие-то железные прутья и мешают сердцу, тесно, не хватает места» (341). Что это?

Он рисует следующую картину: «… раньше мне это как-то никогда не приходило в голову – но ведь это именно так: мы, на земле, все время ходим над клокочущим, багровым морем огня, скрытого там – в чреве земли. Но никогда не думаем об этом. Вот вдруг бы тонкая скорлупа у нас под ногами стала стеклянной, вдруг бы мы увидели…» (344). Эти стихийные силы природы есть и в человеке. Д – 503 представляет себя стеклянным и видит в себе другого. Мотив двойничества показывает неоднозначность человеческой природы. «Было два меня. Один я – прежний, Д – 503, нумер Д 503, а другой… Раньше он только чуть высовывал свои лохматые лапы из скорлупы, а теперь вылезал весь, скорлупа трещала, вот сейчас разлетится в куски и … и что тогда?» (344)

Этот образ – отражение двух начал: разумного и природного, стихийного, инстинктивного в человеке. Со времени встречи с I-330 в нем происходят изменения, в результате которых он уже не может полностью принадлежать Единому Государству, но и то, что пробуждается в нем, принадлежащее миру за Зеленой Стеной, не становится определяющим в герое, так как еще очень сильно рациональное начало Д – 503. Таким образом, в Д – 503 происходит столкновение рационального и инстинктивного, в нем живут два человека: нумер Единого Государстава и житель Леса. Отметим, что в моменты пробуждения инстинктов Д – 503 уподобляется зверю: «… лохматыми лапами он грубо схватил её… впился зубами – я точно помню: именно зубами» (344). Почему именно инстинкты пробуждаются в Д – 503 первыми? Так как духовное начало контролирует Единое Государство, то I-330 не остается ничего другого, кроме пробуждения природы человека, которая должна восстать против организованности, разумности. Инстинкты – толчок его сознанию, которое пытается дать им обоснование, но не может, так как разум здесь бессилен. Но важен сам факт пробуждения рефлексии сознания. Пока Д – 503 продолжает идеализировать Единое Государство, но что-то явно не устраивает его в рационалистичном мире. Чего только стоит вопрос, заданный самому себе: «А вдруг он, желтоглазый – в своей нелепой, грязной куче листьев, в своей неисчислимой жизни – счастливее нас?» (368). Да, герой признает эту мысль абсурдной, оставаясь верным идеологии Единого Государства, но сам факт постановки подобного вопроса очень значим, как признак внутренних изменений.

Но противостояние с Единым государством усугубляется, когда он не доносит на I-330? Как того требует закон, хотя он, со свойственной ему логикой, пытается оправдать свой поступок объективными обстоятельствами болезнью. Отметим расширение значения понятия «болезнь». Сначала герой просто ищет повод, чтобы не доносить на I-330, но постепенно Д – 503 приходит к мысли, что он действительно болен. Все признаки налицо: сны, туман в восприятии жизни, потеря цифроощущения, но обо всем подробнее.

Во-первых, Д – 503 начинает видеть сны! Добавим к этому, что до определенного момента он их вообще не видел (жителям Единого Государства сны незнакомы). П Карасев в статье «Метафизика сна» пишет о том, что главный изъян спящего сознания состоит в лишении интеллектуального зеркала, благодаря которому человек способен оценивать свои действия так, как если бы смотрел на них со стороны. «Иначе говоря, днем мы способны не только видеть что-то или думать о чем-либо, но и одновременно (незаметно для себя) оценивать свои мысли и чувства с позиции «второго я», представляющего собой неразрывное соединение интеллекта и этики».4 По мысли автора этой статьи, для сна характерен «дефицит рефлексии», бездействие «сторожа ума». Именно во сне «отключается» интеллект Д – 503, «засыпают» этические нормы, вытекающие из идеологии Единого Государства, и он остается один на один с тем, что не поддается разумному истолкованию, что тщательно подавляется во время бодрствования – инстинктами. Как объясняет сам Д – 503 эту возможность увидеть сон, изобилующий такими яркими цветовыми вспышками? «И я знаю: до сих пор мой мозг был хронометрически-выверенным, сверкающим, без единой соринки механизмом, а теперь… Да, теперь именно так: я чувствую там, в мозгу – какое-то инородное тело – как тончайший ресничный волосок в глазу: всего себя чувствуешь, а вот этот глаз с волоском – нельзя о нем забыть ни на секунду» (328).

Следующая стадия «болезни» - потеря цифроощущения. «Моя математика – до сих пор единственный прочный и незыблемый остров во всей моей свихнувшейся жизни – тоже оторвалась, поплыла, закрутилась» (374). Возникает образ иррационального корня из -1. Оон становится явью, и то ли во сне, то ли наяву «иррациональный величины прорастают сквозь все прочное, привычное, трехмерное, и вместо твердых, шлифованных плоскостей – кругом что-то корявое, лохматое…» (373). Но это уже не инстинкты. Оппозиция рационального и иррационального приходит на мену оппозиции разума и инстинктов. «Для формул иррациональных, для моего корня из -1, мы не знаем соответствующих тел, мы никогда не видели их… Но в том-то и ужас, что эти тела – невидимые – есть, они непременно, неминуемо должны быть: потому что в математике, как на экране, проходят перед нами их причудливые, колючие тени – иррациональные формулы; математика и смерть – никогда не ошибаются, и если этих тел мы не видим в нашем мире, на поверхности, для них есть – неизбежно должен быть – целый огромный мир там, за поверхностью…» (373). Перед Д – 503 открывается реальность внутреннего мира, того самого камина, теней в глазах I-330. И ещё одно, Д – 503 начинают посещать воспоминания, а вот это совсем не подходит жителю Единого Государства, граждане которого лишены исторических связей с прошлым, будущим (нет предков, нет детей).

Д – 503 чувствует себя выбитым из привычного течения

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: