Xreferat.com » Рефераты по зарубежной литературе » Система оппозиций в романе Замятина "Мы" как отражение диалектичности сознания героя

Система оппозиций в романе Замятина "Мы" как отражение диалектичности сознания героя

жизни, отсюда множество аналогий, сравнений, помогающих лучше описать это состояние: «я – аэро без руля»; «я один – выхлестнут бурей на необитаемый остров», «я подвешен за ноги». С этим жить нельзя, поэтому и бросается на лезвия – приговор: «Плохо ваше дело! По-видимому, у вас образовалась душа» (365). Не случайно, следуя авторскому приему выделения в каждом одной яркой детали, в докторе отмечены ножницы – губы. Они изрекают приговор, отрезая путь назад, в конечную, рациональную организацию жизни.

Но что такое душа? Сам термин непонятен Д – 503. Чтобы его разъяснить, доктор обращается к логическому (математическому) началу героя, объясняя ему через сравнения с понятными явлениями значение понятия «душа»: «Плоскость стала объемом, телом, миром, и это внутри зеркала – внутри вас – солнце, и вихрь от винта аэро, и ваши дрожащие губы, и ещё чьи-то» (366).

Мы видим, что душа – соединение некоего стихийного, природного начала (солнце) и разумного, научного (вихрь от винта аэро). Получается: душа не принадлежит ни к миру Единого государства, ни к Лесу – она в соединении двух начал. Но где возможно это единение? Оно есть в Древнем Доме, где сочетается разум, наука в виде книг и где есть хаотичность, стихийность, свойственная природе. Это примирение разума и инстинкта, науки и леса автор дает в очень интересном сравнении: «Кто они (дикие люди)? Половина, которую мы потеряли, Н2 и О – а чтобы получилось Н 2О – ручьи, моря, водопады, волны, бури, - нужно, чтобы половинки соединились…» (416). Явна полемика Е. Замятина с концепцией В. Хлебникова, который пытался обосновать соединение природного начала и науки. Будущее возможно в результате тотального разрушения культурного прошлого и возвращение к изначальной природе. Только тогда возможно рождение новой культуры, как слияние истинно природного и научных достижений. Добавим, что В. Хлебников не отрицал достижений прошлого в науке, технический прогресс. Е. Замятин, развивая концепцию В. Хлебникова, показывает невозможность соединения стихийного природного начала и числа без объединяющей силы истинной культуры. Автор «Мы» рисует два полюса: Единое Государство – мир числа и Лес – стихийное, природное начало. Их единение не происходит в сознании Д – 503 , так как нет культурной созидающей силы, вечные ценности утрачены. Е. Замятин показывает, что следование концепции В. Хлебникова даст две «разновидности» людей: нумер и зверь. Рождение «числозверя» не произойдет, так как В. Хлебников, как и все футуристы, отрицает культуру, где только и возможно было это единение.

Но вернемся к роману «Мы». Почему же происходит рождение души? Этот вопрос очень занимает Д – 503. «Почему? А почему у нас нет перьев, нет крыльев – одни только лопаточные кости – фундамент для крыльев? Да потому что крылья уже не нужны – есть аэро, крылья только мешали бы. Крылья – чтобы летать, а нам уже некуда: мы – прилетели, мы – нашли. Не так ли?» - говорит доктор (366). Действительно, Единое Государство – реализовавшаяся мечта об идеальном жизнеустройстве, а крылья – символ мечтаний. Но зачем они, если мечта реализована. Самая ужасная перспектива реализации утопии – остановка в развитии, отсутствие поиска, мечтаний, терзаний. И заметим, произошла подмена мечты (крылья заменили аэро). Если крылья могут поднять на любую высоту, в любом направлении, причем крылья принадлежность живого существа, не скованного никакими рамками, то аэро движется в соответствии с управлением пилота, это уже не самостоятельный полет, это движение под чьим-то руководством в строго заданном направлении. Самое время обратиться к образу того, кто руководит этим полетом.

Образ Благодетеля впервые возникает на страницах рукописи во время казни, когда он выполняет свою важнейшую функцию: обеспечивает сохранность всеобщего счастья. Фигура Благодетеля явно восходит к образу Великого Инквизитора. Он, как и Великий Инквизитор, дарует человечеству счастье, но какое? В назидательной беседе со взбунтовавшимся строителем «Интеграла» - через тысячелетия – Благодетель вещает о том же счастье, насильственно привитом человечеству: «Вспомните: синий холм, крест, толпа. Одни – вверху, обрызганные кровью, прибивают тело к кресту, другие внизу, обрызганные слезами, смотрят. Не кажется ли вам, что роль тех, верхних – самая трудная, самая важная…» (449). Сравним: «И все будут счастливы, кроме сотни тысяч управляющих ими… Будут тысячи миллионов счастливых младенцев и сто тысяч страдальцев, взявших на себя проклятие добра и зла»5. Власть Великого Инквизитора, как и власть Благодетеля, основывается на даровании материального достатка за свободу. Великий Инквизитор берет меч кесаря, а Благодетель – Газовый колокол, и тем самым они восполняют все, что ищет человек: «перед кем преклониться, кому вручить совесть и каким образом соединиться наконец всем в общий и согласный муравейник»6. Власть Благодетеля, как и Великого Инквизитора, опирается на чудо, тайну, авторитет. Чудо Благодетеля является во время казни: «это всякий раз было – как чудо, это было – как знамение нечеловеческой мощи Благодетеля» (339). Авторитет – следствие страха перед наказанием. А тайна…, её откроет чуть позже, в своем романе «1984» Д. Оруэлл: «Партия стремилась к власти исключительно ради неё самой. Нас не занимает чужое благо, нас занимает только власть. Ни богатство, ни роскошь, ни долгая жизнь, ни счастье – только власть, чистая власть… Мы знаем, что власть никогда не захватывают для того, чтобы от неё отказаться. Власть – не средство, она - цель»7. Именно поэтому свобода за хлеб – обмен нереальный. Оруэлл отмечает, что научный прогресс способен обеспечить человека пищей (это мы видим у Е. Замятина – нефтяная пища), но с удовлетворением всех потребностей наступит равенство; не будет того, ради чего люди отдадут свободу нескольким избранным, поэтому люди, стремящиеся сохранить за собой власть, сознательно будут препятствовать удовлетворению материальных потребностей. И здесь на «помощь» приходит война. Человек отказывается от свободы ради счастья, но получает голод и войну, считал Оруэлл.

В связи с образом Благодетеля возникает в сознании героя ряд сопоставлений: Благодетель – первосвященник, шпионы – мученики, Единое Государство – бог;, Скрижаль – школа, лица – лампады, хранители – архангелы, казнь – богослужение, жертвоприношение. Перед нами еще одна оппозиция: идеология Единого Государства и христианство. Д – 503 считает своими предшественниками христиан: «Христиане, единственные наши (хотя и очень несовершенные) предшественники: смирение – добродетель, гордыня – порок, а что – «мы» - от бога, а «Я» - от диавола» (392)8.

«Тем двум в раю – был предоставлен выбор: или счастье без свободы – или свобода без счастья, третьего не дано. Они, олухи, выбрали свободу – и что же: понятно – потом века тосковали об оковах… И только мы снова догадались, как вернуть счастье… Древний Бог и мы рядом, за одним столом… Мы помогли Богу окончательно одолеть диавола – это ведь он толкнул людей нарушить запрет и вкусить пагубной свободы… А мы сапожищем на голову ему… И готово: опять рай. Никакой путаницы о добре и зле…?» (347). Новая трактовка Библии в соответствии с идеологией Единого Государства. Адам и Ева не знали добра и зла до того, как вкусили запретный плод. Именно с этого момента начинаются мучения рода людского. А вернуться в Эдем можно только через духовное совершенствование, через создание Рая внутри себя. Единое Государство трактует иначе: человек свободен, значит обладает правом выбора между добром и злом. Но это лишает человека спокойствия, блаженного счастья. Если же человек отдает свободу, то взамен он получает счастье несвободы, так как вместе со свободой он отдает и совесть (об этом говорил Великий Инквизитор), ему нет нужды выбирать между добром и злом, он точно знает, что есть добро, а что есть зло со слов Благодетеля, Великого Инквизитора, Старшего Брата.

Самое страшное в новой трактовке – это стремление взять на себя функцию Бога, Творца, но именно это и делают жители Единого Государства. Они пытаются создать Рай не внутри себя, а здесь на земле. Перенести его из небесных сфер в земные пределы, на что обращает внимание I-330: «… вы так вдохновенно все озирали – как некий мифический бог в седьмой день творения. Мне кажется, вы уверены, что и меня сотворили вы, а не кто иной…» (310). Единое Государство – воплощение рая на земле усилиями людей, возомнивших себя богами. И получили они новую религию – идеологию Единого Государства, которая оправдывает приношение на алтарь нового Бога родных, друзей, близких (хотя, может быть, и нет дружбы, любви друг к другу, потому что есть любовь к Единому Государству); которая возводит в ранг архангелов людей, занимающихся доносительством, слежкой; которая в качестве объекта поклонения выбирает скрижаль – распорядок дня; которая выбирает первосвященником человека, чьи руки в крови.

Ужасающая трактовка христианства, считающего высшей ценностью человека. Пастырем человечества может быть Бог, но не человек, возомнивший себя Богом и решивший переустроить мир по своему желанию (хотя вполне вероятно, что в образе Благодетеля Е. Замятин пытался оспорить христианскую традицию надежды на «настоящего» царя, воплощения воли Божьей на земле, но у него Благодетель – первосвященник все-таки нового Бога, новых, не являющихся христианскими ценностей). Когда человек принимает на себя обязанности Творца, это никогда не приводит ни к чему хорошему. Поэтому не случайно на последних страницах утопии возникает образ: «На краю блюдечка – какие-то желтые, костяные развалины, грозит желтый, высохший палец – должно быть, чудом уцелевшая башня древней церкви» (441). Христианская церковь – предупреждающая, остерегающая.

Но вернемся к отношениям I-330 и Д – 503. Это любовь? Вероятнее всего. С её появлением становятся невозможными отношения по розовоталонной системе с О-90, возникает чувство ревности. Но самое главное, чувство любви дарит Д – 503 небывалое мироощущение: из осознания себя частичкой, винтиком он приходит к ощущению вселенной внутри себя. Ему открывается взаимосвязь всего живого, из которой до этого момента он себя выключал.

Любовь – стихия иррациональная, её появление выбивает у Д – 503 почву из-под ног. Была вера в научность, в разум, в конечную истину: «Знание, абсолютно уверенное в том, что оно безошибочно – это вера. У меня была твердая вера в себя, я верил, что знаю в себе все. И вот -…» (320). Оказалось, что в нем есть что-то неподвластное разуму, и это уже не инстинкты, это другое – внутренний мир. Меняется и двойник Д – 503. Это уже не дикарь, рвущийся на свободу. Это другое: «Вот я – он: черные, прочерченные по прямой брови; и между ними – как шрам – вертикальная морщинка (не знаю: была ли она раньше). Стальные, серые глаза, обведенные тенью бессонной ночи; и за этой сталью… оказывается, я никогда не знал, что там. И из «там» (это «там» одновременно и здесь и бесконечно далеко) – и из «там» я гляжу на себя – на него, и твердо знаю: он – с прочерченными по прямой бровями – посторонний, чужой мне, я встретился с ним первый раз в жизни. а я настоящий, я – не он» (346).

Но отметим, что это не перерождение Д – 503, это лишь его двойник, его духовное начало, отражение его внутреннего мира. В связи с этим необходимо заметить, что наконец решается вопрос с «числовым выражением» корня из -1. Читаем: «Мне чудилось – сквозь какое-то толстое стекло – я вижу: бесконечно огромное и одновременно бесконечно малое, скорпионообразное, со спрятанным и все время чувствуемым минусом – жалом: корень из – 1… А может быть, это – не что иное, как моя «душа», подобно легендарному скорпиону древних, добровольно жалящая себя всем тем, что…» (374). Теперь нам становится понятным, почему именно засевший внутри корень из -1 помешал Д – 503 зайти в Бюро хранителей: душа мешала совершить предательство.

С зарождением души, внутреннего мира связано пробудившееся внимание Д – 503 к семейным ценностям. Как мы уже отмечали, Единое Государство не признает любви, привязанности к кому-то ещё, кроме себя. Именно поэтому здесь отсутствует институт семьи, материнства, брака. Семьи и брака не может быть без любви, когда действует система розовых талонов. Если деторождение – это производство, то материнство и отцовство не существуют. И до определенного времени Д – 503 не нужны семейные ценности, но с рождением души у него возникают странные ассоциации и ощущения. Так триумвират, включающий Д – 503, R-13, О-90, уподобляется в его сознании семье, причем О-90 вызывает в нем братские чувства. А это странное желание быть всегда рядом с I-330 – что как ни основа брака? И вершина: «Если бы у меня была мать – как у древних: моя – вот именно – мать. И чтобы для неё – я не Строитель «Интеграла», и не нумер Д – 503, и не молекула Единого Государства, а простой человеческий кусок – кусок её же самой – истоптанный, раздавленный, выброшенный… И пусть я прибиваю или меня прибивают – может быть, это одинаково – чтобы она услышала то, чего никто не услышит, чтобы её старушечьи, заросшие морщинами губы - …» (451). У Д – 503 возникает острое желание любви близкого, родного человека не за что-то, а просто потому, что он есть. И перед этим чувством отступает все. Должен быть кто-то, кто понимает именно тебя, твои чувства; не надо всех, которым до тебя нет никакого дела, кроме шпионства, прикрывающегося любовью к Единому Государству. Нужна любовь конкретного человека, любовь кровная, понимающая, поддерживающая.

Противостояние Единого государства и семьи оканчивается временной победой семейных ценностей. И прыжок вниз головой, поступок, направленный против идеологии Единого Государства – зачатие ребенка. Но после этого наступает временное выздоровление. Вместе с ним приходит вера в незыблемость и вечность только четырех правил арифметики. Нужно мыслить философски – математически, тогда отпадает необходимость оценивать с точки зрения добра и зла, так как все определяет разумность. Эта мораль временно уступает место этике древности, но в принципе она неискоренима из сознания Д – 503, где происходит постоянное столкновение этих двух систем ценностей.

Но изменения происходят не только в душе Д – 503, изменился и R-13, вероятно, также в результате общения с I-330, хотя в нем всегда была некая иррациональность, он хоть и поэт идеологии, но все-таки поэт. Изменилась и О-90, её желание иметь ребенка наконец получило свое воплощение в реальности. В размеренной жизни Единого Государства начинают происходить непредвиденные стихийные события. Так, например, самое первое: защита женщиной юноши, что приравнивается к бунту против воли Единого Государства. Это событие вызывает опасения у Д – 503: «Что если сегодняшнее, в сущности, маловажное происшествие – что если все это только начало, только первый метеорит из целого ряда грохочущих горящих камней, высыпанных бесконечностью на стеклянный рай?» (392). Иррациональное, понимаемое как бесконечность, отраженное в душе человека, начинает разрушать мертвую организацию под стеклянным куполом смерти.

Вторым метеоритом, упавшим на этот стеклянный рай, было голосование против Благодетеля в День Единогласия. Именно в этот момент в голове Д – 503 начинается полная неразбериха: «Неужели обвалились спасительные, вековые стены Единого государства? Неужели мы опять без крова, в диком состоянии свободы – как наши далекие предки? Неужели нет Благодетеля? Против… В День Единогласия – против? Мне за низ стыдно, больно, страшно. А впрочем – кто «они»? И кто я сам: «они» или «мы» - разве я знаю» (404). Возникает новая оппозиция в сознании героя: «мы» – «они». «Они» - проголосовавшие против, олицетворяющие личностное начало в человеке; «мы» - механизм Единого государства. Есть «Я», которое пока соединяет себя с машиной Единого государства, противопоставляя её восставших. Но куда отнесет себя Д – 503 потом? После голосования он ощутил себя точкой, в которой больше всего неизвестностей: «Мне страшно шевельнуться: во что я обращусь?» (405).

Очередной удар по Единому Государству – Мефи, они болезнь, сыпь на теле здорового некогда общества. Единому государству наносятся удары, какова же ответная реакция? Она запрограммирована уже на первых страницах романа. Единое Государство активизировало эмоциональную сторону людей, пробудив в них частичку иррационального, но оно же уничтожит все иррациональное в человеке окончательно и бесповоротно. Оказалось, что любое проявление чувств вредно для системы Единого Государства, поэтому трехкратное прижигание и перед нами нумер – идеальная машина, лишенная всего человеческого, кроме способности мыслить. Но и это ещё не все, борьба продолжается, восставшие Мефи сопротивляются, пытаются захватить «Интеграл», однако, затея провалилась, так как система доносительства в Едином Государстве действует идеально.

Но именно само ожидание захвата «Интеграла» демонстрирует противоречивость сознания Д – 503. Он не может отказаться от разумной механичности Единого Государства, но он не может придать I-330. Она предлагает ему отказаться от захвата, сделать операцию, но процесс необратим, весь ужас для Д – 503 заключен в осознании одной фразы, вопроса, заданного I-330: «Не хочешь счастья?» (430). Он не может найти ответ: «… два логических поезда столкнулись, лезли друг на друга, крушили, трещали», но ответ дан: «Не могу без тебя…» (430). Обратим внимание, Д – 503 не может без I-330, но ему вовсе не нужны перемены существующего строя, достаточно I-330, находящейся рядом. Но так или иначе, выбирая I-330, он отступает от Единого Государства, поэтому, когда I-330, усомнившись в нем, отказывается от Д – 503, он идет на самоубийство. Для него это конец всего, конец любви, конец мучительных терзаний, противоречий, раздиравших его до этого идеальную натуру.

Когда не удается интеллектуальный бунт, Мефи взрывают Стену, надеясь, что стихия жизни возродит к жизни новое государство, но стражи Единого Государства не дремлют.

В этой атмосфере неразберихи, когда Д – 503 узнает, что был нужен I-330 лишь как строитель «Интеграла», он испытывает душевные муки и, устав от терзаний, решает получить право на счастье. Д – 503 идет на предательство, но, ирония судьбы, исповедь предназначалась одному из участников заговора. Его жертва на алтарь Единого Государства обернулась предательством любви, совести, души. Не случайно здесь сопоставление с жертвой Авраама. И в том, и в другом случае пред нами испытание на силу веры. Но если Авраам не отступил от веры, то Д – 503 предает то новое, что открылось ему, губит человеческое в себе и, как оказалось, напрасно. Д – 503 боится того стихийного, неорганизованного, грядущего на смену рациональной организации. Метания Д – 503 напоминают усилия Кая из «Снежной королевы» Г. Х. Андерсена, стремящегося сложить из льдинок слово «вечность», расписать бесконечность по параграфам, но то, что не удается Каю, не получается и у Д – 503. Вечность разворачивается перед ним во всей своей иррациональности, стихийности, а ему жаль потерянной разумной организации. Но у него есть надежда. Его сосед, с описания которого начинается роман, сообщает Д – 503 о своих расчетах, подтверждающих конечность вселенной. Однако, пробудившееся сознание жаждет знать, что за конечной вселенной. Но ответа нет. Операция обрывает движение вопрошающей мысли героя.

Итак, все оппозиционные противоречия в сознании Д – 503 можно свести к одной главной: Единое Государство – Лес. Составим парадигмы.

Единое Государство: разум, организация, техника, стеклянная клетка.

Лес: инстинкты, стихия, природа, племя.

По сути, это два пути возможного выхода из двойственного положения Д – 503. Что выберет Д – 503? Лес, несомненно, - движение деградирующее, здесь происходит уподобление человека животному тогда, когда пробуждаются инстинкты. Однако, именно этой жизненной силы не хватает жителям Единого Государства. Не случайно пробуждение инстинктов ассоциируется у Д – 503 с появлением его двойника с волосатыми руками из разламывающейся скорлупы. Яйцо - символ зарождающейся жизни. Инстинкты дают эту жизненную силу Д – 503, но без разума инстинкты приравнивают человека и зверя.

Обратимся к анализу второго пути – движения с Единым Государством. Этот путь также тупиковый, поскольку грозит гибелью человеческого в человеке. Вспомним историю о трех отпущенниках, перед нами не люди, а элементы механизма, это очень близко финалу романа «1984» Д. Оруэлла: и здесь, и там перед нами смерть человека, его деградация, мутация. В первом случае – часть машины, во втором – некая белковая субстанция. Человека нет. Единое Государство ограничивает широкие возможности человека, ему оставили одно: возможность быть механической частью огромного целого. Именно поэтому Д – 503 боится, что если он распрямится, то стукнется головой о стеклянный потолок. В Едином Государстве человек не может реализовать себя полностью, он ограничен определенным «потолком» идеологии Единого Государства. И самое страшное деяние машинного рая – операция по удалению фантазии. На страницах романа живут люди – тракторы. Что может быть ужаснее? Люди решили, что они мудрее Бога, но, как и раньше (вспомним вавилонскую башню), это оборачивается разрушением, гибелью.

Оппозиция Леса и Единого Государства неразрешима. Докажем это. Совершенно ясно, что невозможно существование либо только мыслящего человека, либо существа, наделенного только инстинктами. Необходимо единение мыслей и природного начала, в результате которого происходит рождение души. Е. Замятин не отрицает культуру, напротив, именно культура способна объединить истинную природу человека и разум. Другой вопрос: возможно ли сохранение культурных ценностей в мире разума либо в мире инстинктов? Е. Замятин считает, что нет. Если отделить разум от природы, то культура умирает, оставляя лишь осколки некогда единого целого (Древний Дом, старая церковь, корабль…): «Я шел под какими-то каменными арками, где шаги, ударившись о сырые своды, падали позади меня… Калитка в заборе и пустырь – памятник Великой Двухсотлетней войны: из земли – голые каменные ребра, желтые оскаленные челюсти стен, древняя печь с вертикалью трубы – навеки окаменевший корабль среди каменных желтых и красных кирпичных всплесков» (386). Аналогия: ценности Древнего Дома, культура – окаменевший корабль., отметим, что автор употребляет наречие навеки. Двухсотлетняя война уничтожила культуру, которая сохранилась лишь в каких-то осколках, и восстановить её невозможно. Тем более, что восставшее меньшинство – Мефи – обречено на поражение (захват «Интеграла оканчивается полным провалом»). Вспомним символ на камне. Мефи изображен следующим образом: «Крылатый юноша, прозрачное тело, и там, где должно быть сердце – ослепительный, малиново-тлеющий уголь» (412). Сердце – уголь, мотив из «Пророка» А. С. Пушкина.

Мефи – пророки, люди, видящие несправедливость, ошибки, несущие людям правду, жертвующие собой ради них. Мотив жертвенности усиливается в результате уподобления этих крылатых людей птицам над стеной, которые «с карканьем бросаются на приступ – грудью о прочную ограду из электрических волн – и назад, и снова над Стеною» (412). Но в этом образе явно чувствуется авторская ирония, оценка этого пути преодоления тоталитарного государства: юноша прозрачный – знак бесплодности идеи; птицы, бросающиеся на стену, - вороны – снижение романтичности жертвы Мефи,. И ещё одна деталь: камень, на котором изображен юноша, «желтый, как череп». Это сравнение не случайно. Это некое вырождение, смерть культурных ценностей прошлого. И, наконец, завершается все повторным уподоблением кораблю, но в ином аспекте: «Камень, и она сама на камне, и за нею толпа, и поляна – неслышно скользят, как корабль, и легкая – уплывает земля под ногами» (411). Вот в этом вся беда: романтический дух, жажда подвига далеко увела их от грешной земли. Кроме этого культура, которую несут Мефи, имеет стихийное начало в своей основе (это и музыка Скрябина, и желтые глаза I-330, которые Д-503 сравнивает с глазами, увиденными им через стеклянную стену). Схожие глаза культуры и стихии. Добавим к этому тот факт, что камень Мефи лежит за Зеленой Стеной и из Древнего дома есть выход за Стену. Но при всей стихийности культуры I-330 не уходит жить в Лес, она понимает невозможность существования за Стеной, в стихии инстинктов. Для неё пути за Стену нет, есть дорога вперед, к распространению культурных ценностей. Но и этот путь в сложившихся условиях тупиковый.

Бесплодность усилий Мефи мы видим на примере Д-503 . Да. Он

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: