Xreferat.com » Рефераты по зарубежной литературе » Концептосфера слова "любовь" в творчестве А.А. Ахматовой

Концептосфера слова "любовь" в творчестве А.А. Ахматовой

что самым значащим вопросом в области поэтического стиля является вопрос о значении и смысле поэтического слова.

Под поэтическим словом понимается видовая разновидность художественного слова как составляющего элемента языка литературного поэтического произведения обладающая как общими с ними, так и специфическими свойствами. Исследую поэтическое слово современные лингвисты выделяют ещё две его важные особенности: полифункциональность и многоуровневый характер. Полифункциональность поэтического слова выражается в том, что оно в одно и то же время выполняет несколько функций по отношению к художественному целому: синтаксическую ритмической организации стиха и др.(Старцева, 1991). Многоуровневый характер поэтического слова выражается в его способности быть компонентом «различных и вместе с тем взаимосвязанных уровней: идейно-эстетического, жанрово-композиционного и собственно языкового (Новиков, 1988).

Определенный интерес для нашего исследования представляет также отражательная теория значения слова, разработанная в современной семасиологии. Согласно данной теории семантика языкового знака (его значение) представляет собой результат отражения действительности в сознании закрепленный за определенной языковой оболочкой.

Как показывают семасиологические исследования, в значении словесных знаков могут закрепляться результаты не только абстрактного понятийного отражения мира, но и отражение образного, чувственно-конкретного, а также эмоционально-оценочное отношение познающего субъекта. Действительность, находящая отражение в лексическом значении слова, может быть не только внеязыковой, но и языковой. Семантика словесного знака необходимо включает в себя информацию, связанную с особенностями конкретной, языковой системы и условиями её речевой реализации. В соответствии с этим, каждое лексическое значение предстает, как совокупность ряда семантических макрокомпонентов предметно-логического (денотативного), эмотивного или эмоционально-оценочного; собственно языкового и эмпирического. Совокупность данных макрокомпонентов лексического значения отдельного ЛСВ и составляет структуру значения слова. При этом каждый из семантических макрокомпонентов может подразделяться на микрокомпоненты и семы, то есть элементарные составляющие плана содержания.

Проблемы лексической семантики имеют принципиальное значение для решения вопроса о семантической трансформации словесного знака в художественном тексте. Здесь необходимо рассмотреть понятие: «актуальный смысл слова согласно мнению Стернина, представляет собой контекстуально обусловленное семное варьирование значения, которое заключается в выдвижении на первый план релевалентных компонентов системного значения слова (Стернин, 1985).

И.А. Стернин предлагает следующую классификацию актуальных смыслов слова, основанную на комбинации семантических процессов при семном варьировании значений. Такими процессами являются:

1.актуализация семы (выделение семы в структуре значения, подчеркивающее её релевантность);

2.усиление семы (изменение яркости семы в сторону её повышения);

3.ослабление семы;

4.расщепление семы (актуализация лишь части семы при переносном её употреблении);

5.наведенность семы (процесс коммуникативного внесения оказзиональности семы в значении) (Стернин, 1985).

Стоит подчеркнуть, что процессы семного варьирования значения слова, происходящее при лексической актуализации, позволяют проследить образование различных типов художественного значения: от минимальных сдвигов в семантической структуре до возникновения индивидуального символического значения, преобразующего общенародное слово в художественный образ.

Следует сказать о понимании термина «художественный образ». В самом общем значении художественный образ – это особый, присущий только искусству способ освоения и преобразования действительности. В художественном образе объединены объективно-познавательное и субъективно-творческое начала. Образ в лирическом произведении придает читателю, особое, авторское видение мира, заключенное в тексте. «Художественная специфика образа определяется не только тем, что он отражает и осмысливает существующую действительность, но и тем, что он творит новый, вымышленный мир» (Литературный энциклопедический словарь).

Поскольку существуют различные классификации художественных образов, представляется необходимым выбрать ту из них, которая является наиболее оптимальной. В данной работе за основу берется следующая классификация образов:

В зависимости от характера языковой формы различаются образы, выраженные словом (слова-образы) и образы, рождающиеся из текста в целом (метафоры);

В зависимости от частоты употребления выделяются единичные образы и образы-интерференты;

В зависимости от смысловой наполненности различаются обычные и символические образы;

По отношению к поэтическому языку в целом выделяются индивидуально-авторские и традиционные образы.

Говоря о традиционных образах, мы имеем в виду, что семантическая основа образа может восходить к общепоэтической, фольклорной или мифологической традиции.

Обратимся к более подробному описанию перечисленных выше образов.

Собственно слово-образ, как правило единичен, образ-интерферент переходит из одного стихотворения в другое, обогащая свою семантику приращениями смысла.

Символический образ имеет в филологии самую обширную теорию, причем в его определении нет единодушия. Среди ученых, дававших то или иное определение символа можно назвать В.М.Жирмундского, В.П.Григорьева, В.В.Виноградова, А.Д.Григорьеву и многих других.

Теоретические суждения выше перечисленных авторов дают основание трактовать символ, как художественный образ, семантика которого достигла высшей степени обобщения.

Как правило, образы возникают как индивидуально-авторские образования, характеризующие идиостиль данного автора. Индивидуально-авторский символ можно определить, как элемент поэтической речи, который характеризуется многозначностью, а также идейной и эстетической значимостью в структуре произведения. Наряду с этим понятием употребляется также термин «ключевое слово», под которым понимается слова, наиболее характерные для словоупотребления данного автора.

Символические образы нередко оказываются не только индивидуально-авторскими образованиями. Существуют традиционные образы, восходящие к общелитературной, фольклорной или мифологической традиции.

Существуют также метаобразы. Определение метаобраза принадлежит Ю.С.Степанову: «Неизреченный и в одном слове неизрекаемый образ и есть метаобраз…» (Степанов, 1985).

Наблюдения над метаобразами показывают, что они, как и словесные, неоднородны по своей семантике, характеру развития и значимости в тексте. Образы способны перевоплощаться в макротексте и формировать концептуальноек значение картины мира художника.

Мы будем рассматривать художественный концепт, как проявление индивидуально-авторской картины мира, которая в свою очередь выражается в художественной структуре произведения и взаимодействии всех его элементов.

Не только язык в целом является системой – словоупотребление подлинных мастеров словесного искусства предопределено семантико-стилистической системой их произведений, в которой каждый элемент подчинен общей эстетической задаче. Ю.М.Лотман неоднократно отмечал, что структура художественного произведения носит системный характер, а соотношение элементов в ней таково, что изменение какого-либо из них обязательно влечет за собой изменение всех остальных (Лотман, 1994).

В последнее время возрос интерес ученых к исследованию литературного произведения, как особым образом организованной системы, проявляется в выявлении и изучении смысловой стороны художественного текста.

В лингвистике все больше утверждается положение, что принципом системности обладает не только отдельный текст, но и определенный индивидуальный стиль (идиостиль) поэта. Этому вопросу посвящены работы В.Б.Григорьева, А.Д.Григорьевой, К.А.Войловой и других.

Анализ существующей научной литературы об индивидуальном стиле писателя позволяет увидеть, что идиостиль является духовной системой, включающей в себя две структуры – концептуальную и знаковую.

Концептуальная структура индивидуального стиля – это интеллектуально-эстетическое содержание, основанное на законах логики художественного мышления.

Языковая, знаковая структура идиостиля отражает способы организации знаковых, языковых средств, с помощью которых формируется и транслируется концептуальная информация. Последнее особенно важно для понимания теоритической основы данной работы.

Д.М.Потебня подчеркивает, что только в системе эстетических словесных средств поэта слова «оживают , наполняются новым поэтическим содержанием стершиеся метафоры; обнаруживается авторское своеобразие привычных на первый взгляд употреблений, так как проясняет отношение слова к художественному целому, к творческому замыслу…» (Потебня, 1976).

Итак, на современном этапе развития лингвопоэтики нет никаких сомнений в том, что поэтический идиостиль представляет собой импликативно организованную систему и вместе с тех динамическую структуру. При этом следует признать мысль о том, что индивидуально-авторский стиль писателя представляет собой воплощение индивидуально-авторской картины мира.

Традиционно различаются концептуальная и языковая картины мира.

В последнее время наметилась тенденция к выделению важного компонента концептуальной системы мира – концепт смысла. В содержание этого понятия входят и психологическое понимание, и личностный аспект. Концепт смысла выступает как совокупность того, что «индивид думает, воображает, предполагает, знает об объектах мира»(Павиленис, 1983).

В лингвостилистической науке широко исследуется вопрос об индивидуально-авторской картины мира. Особенности картины мира художественного произведения кроются в специфике поэтического мировосприятия, в котором действительность отражается через художественное мышление и таким образом возникает художественное произведение. Индивидуальная картина мира автора представляет содой способ и результат художественного мировосприятия.

Интересный взгляд на картину мира писателя представлении в монографии Л.Н.Синельниковой (1993). Синельникова вводит понятие «трансцендентность» как один из характерных признаков лирического жанра. Трансцендентность предполагает погруженность слова в дополнительное измерение, «в открытый, не закрепленный временем и пространством мир» (Синельникова, 1993). По мнению исследователя, картина мира писателя представляет собой не только отражение особенностей окружающего мира, но и особую духовную сущность, подчиненную иным, надматериальным законам.

В данной работе не может быть оставлен без внимания и вопрос о языковой личности который важен для изучения языка писателя как целостной системы. Как считают многие исследователи, именно языковая личность обеспечивает диалог с читателем, порождающий феномен художественного произведения.

В связи с изучение вопроса о языковой личности появляется необходимость в рассмотрении таких понятий, как категория модальности. Наряду с терминами «объективная модальность» и «субъективная модальность» в современной лингвистике используется такое понятие, как «текстовая модальность», предпосылкой которого стало пристальное внимание к образу автора. По определению академика В.В.Виноградова, образ автора – это «индивидуальная словесно-речевая структура, пронизывающая строй художественного произведения и определяющая взаимосвязь и взаимодействие всех его элементов» (Виноградов, 1959). Понятие «текстовая модальность» вводиться Гальпериным И.Р. По мнению ученого, явление модальности «в основном наблюдается в тех произведениях, где более или менее отчетливо просвечивает личность автора, его мироощущение…» (Гальперин, 1981).

В последние годы в лингвистике широко используется понятие «авторская модальность» (направление Лыкова, 1990). Многие исследователи признают необходимость и обязательность авторской модальности для любого художественного текста. Именно авторская модальность является отличительным признаком любого текста. Художественное содержание передает своим содержанием нечто большее, чем любой другой текст. Авторская модальность, являясь одни из проявления языковой картины мира служит системообразующим фактором художественного текста в целом.

Понятия «языковая личность», «индивидуально-авторская картина мира» и «авторская модальность» следует признать необходимыми для изучения языка писателя и поэтического идиостиля, как целостной, особым образом организованной системы.

В число принципиально важных для лингвопоэтике понятий вошел и термин «концепт». Это понятие как уже было отмечено является важнейшим составляющим концептуальной картины мира.

В настоящее время термин «концепт» широко используется в лингвистической науке и является одним из ключевых понятий.

Рассматривая различные определения концепта, можно увидеть, что это понятие разными исследователями трактуется по разному.

Думается, что наиболее приемлемым является следущее определение концепта, данное З.Д.Поповой и И.А.Стерниным: «глобальная мыслительная единица, представляющая собой квант структурированного знания» (Попова, Стернин, 1999).

Следует отметить, что исследование концептов особенно важно в связи с понятием «языковая личность», поскольку связано с антропоцентрическим подходом к языку, с ориентацией на смысл, который важен для человека.

По мнению академика Д.С.Лихачева, «концепт непосредственно возникает из столкновения значения слова с личным и народным опытом человека» (Лихачев, 1993).

Поскольку концепты характерны для всех носителей языка, можно выделить общенациональные, групповые и индивидуальные концепты. Концепты существуют не сами по себе, а в определенной человеческой идиосфере. Каждый носитель языка, реализуя в сознании тот или иной концепт вносит в его объективное содержание элемент субъективности. Однако, не все люди в равной мере обладают способностью обогащать концептосферу национально языка.

Особое значение в создании концептосферы, по мнению Д.С.Лихачева, принадлежит писателям и особенно поэтам (Лихачев, 1993). Впервые в качестве важнейшего компонента структуры языка художника термин «концепт» был употреблен С.ААскольдовым-Алексеевым (1928). Автор отмечал: «Самое существенное отличие художественных концептов от познавательных заключается все же именно в неопределенности возможностей. <…> связь моментов художественно концепта зиждеться на совершенно чуждой логике и реальной прагматике художественной ассоциативности (Аскольдов-Алексеев, 1928).

О.В.Кондрашова в своем исследовании выделяет «концепт», «образ», «образное поле», «поэтическую парадигму» в их отношении к художественному слову, причем все эти понятия представляются взаимосвязанными и взаимозависимыми. При этом устойчивость образа, опирающего на языковое значение и форму слова, и возможность множественных его реализаций обеспечивает ведущую роль образной единицы в порождении художественно содержания. Сумма таких прочтений создает некоторую «смысловую ауру» слова-образа, вызываемую «смысловым полем», а возможность множественных словесно-образных реализаций художественного концепта порождает ряды концептуально-связанных лексем – поэтические парадигмы (Кондрашова, 1998).

Наряду с понимает концепта, как одной из ведущих составляющих индивидуально-авторской картины мира и индивидуально-авторского стиля важен вопрос о представлении концептов в языке художника слова, поскольку если концепты общенародного языка могут быть представлены готовыми лексемами или другими языковыми средствами, то для языкового представления индивидуально-авторский концептов нередко оказываются нужны целые тексты (Попова, Стернин, 1999). Следовательно, для раскрытия поэтических концептов, необходим анализ всех произведений.

При этом важно отметить, что концепт не может быть полностью выражен через языковые средства. Языковой знак способен лишь передать несколько концептуальных признаков, релевантных для сообщения.

Невозможность полного выражения концепта через языковые средства объясняется, прежде всего, образной природой концепта, а также особенностями его структуры. У концепта нет четкой структуры, его структура зависит от условий формирования концепта у каждой личности (Попова, Стернин, 1999). Исходя из изложенного, можно сделать вывод о том, что концепт представляет собой некую мыслительную сущность, которая формируется в сознании человека и может быть представлена языковыми средствами. Содержание концепта, свойственного тому или иному писателю определяется особенностями его авторской модальности, художественно-образного мировосприятия и индивидуально-авторской картины мира, таким образом конкретное смысловое наполнение художественного концепта может быть выявлено в результате лексико-семантического анализа идиостиля художника слова.


ВЫВОДЫ ПО 1 ГЛАВЕ


Особенности языка поэта является то, что он обладает эстетической функцией. Эстетическая функция языка связана с особой ролью поэтического слова в составе художественно целого. Основными свойствами поэтического слова является семантическая осложненность, многоуровневый характер, а также особая эстетическая значимость, которую приобретают все элементы в составе художественного целого. Любые словесные единицы, даже употребленные в прямом значении, имеют определенное «приращение смысла», так как создают художественные образы, обладающие собственной семантикой. В основе образования типов художественной значимости лежит процесс семного варьирования значения слова. В художественном тексте происходит трансформация словесного знака, которая характеризуется как сдвигами в семантической структуре слова, так и возникновением индивидуального символического значения, преобразуещего слово в художественный образ.

Художественные образы различаются по смысловому наполнению, по способу вырвжения, по своим функциям в тексте, а также по отношению к поэтической традиции. В соответствии с этим выделяются лексические образы, метаобразы, образы-интерференты и единичные образы, символическое образы, индивидуально-авторские образы, традиционные образы.

Язык поэта представляет собой эстетически организованную целостную систему. Принцип системности характерен как для отдельного поэтического текста, так и для всего индивидуально-авторского стиля.

Поэтический идиостиль представляет собой импликативно организованную систему, каждый элемент которой подчинен общей эстетической задаче.

В системе идиостиля находит отражение языковая картина мира поэтов. В индивидуально-авторской картине мира проявляются особенности его мировоззрения, ценностные установки и мотивы. Картина мира писателя представляет собой отображение в сознании поэта, которое объективирует внутренний мир, создавая его внешнее выражение, которое принято называть поэтическим миром.

С индивидуально-авторской картиной мира непосредственно связаны понятия «языковая личность автора» и «авторская модальность». Авторская модальность как одно из проявлений языковой личности обеспечивает единство художественной системы и служит системобразующим фактором всего идиостиля в целом.

Важнейшей составляющей художественной картины мира является художественный концепт, который представляет собою некую мыслительную сущность, формирующуюся в сознании поэта, на основе его опыта, знаний о действительности, чувств и представлений, которая выражается языковыми средствами. Художественный (поэтический) концепт выражается как в конкретном тексте, так и в совокупности текстов всего идиостиля автора.

Глава II


2.1 становление смысловой структуры слова «любовь» в истории русского литературного языка


Поскольку концепт представляет собой некую мыслительную сущность, представленную через языковые единицы, то необходимым видится небольшой экскурс в историю развития и формирования семантической структуры слова «любовь» в русском литературном языке. Раскрывая данный вопрос, мы будем опираться на работы Ивановой И.А., Войловой К.А., Ивановой-Алленовой Т.Ю., представленные в сборнике научных трудов «Русский язык в системе славянских языков. История и современность» выпуск 1, Москва, МГОУ, 2006 год, а также материалы диссертации Ивановой И.А. «Концепт «любовь» и его концептосфера в истории русского литературного языка». Прежде всего, надо отметить, что понятие «любовь» концептуально для любой языковой картины мира, потому мы можем говорить о присутствии концептосферы слова «любовь» в языковой картине русского языка.

«Любовь» - это категория, составляющая основу любого языкового сознания, «она есть эмоциональная универсалия, которая обусловлена внеязыковой действительностью, общими закономерностями отражения в сознании людей и основополагающими принципами бытия» (Иванова, 2006).

Материалы памятников письменности позволяют говорить о целой системе ценностей, построенной на глобальном противопоставлении добра и зла, нашедшей свое отражении в осмыслении понятия «любовь».

В сознании средневекового человека это понятие было многозначным.

Любовь в старославянском языке делилась на «истинную любовь» или любовь к Богу, которая определяла идеала средневекового человека и его отношение к ближним, и «любовь ложную», греховную, ведущую к пороку. Тут уместно будет привести утверждение Т.Ю.Ивановой-Алленовой о том, что «для русской языковой картины чрезвычайно существенно противопоставления «горнего» и «дольного» (Иванова-Аленова, 2006).

«Истинная любовь» являлась источником высокой, духовной любви, она воссоединяла человека с Богом, через любовь человек приближался к Богу, стремился походить на него. Поэтому в старославянском языке мы находим такие слова, как БОГОЛЮБЬЦЬ, НИЖЕЛЮБИЕ, БРАТОЛЮБИЕ, ЧАДОЛЮБЬ и другие. Это связано с тем, что в Средние века в человека прежде всего ценилась личность духовная и социальная. В тоже время, как замечает Иванова, старославянский язык говорит и другой любви человека –любви плотской, связанной со страстью, влечением, «являющимся на самом деле не любовью, но её образом или скорее отпадением от истинной любви. Любовь ко всему земному, плотскому не находила одобрения в языковом сознании, воспринималась, как порок. (ср. СКВРЬНОЛЮБИЕ, СЬРЕБРОЛЮБЬЦЪ).

Древнерусский язык не только воспринимал это философское и эстетическое осмысление любви в старославянском языке, но и развил его по-своему. Любовь по-прежнему продолжает восприниматься как некая сакральная сущность. Анализируя данные старославянского и древнерусского языка следует признать очевидным, что в представлении древнерусского человека мир человеческих отношений осмысляется с позиции христианских ценностей, которые составляли ее основу, так как древнерусскую культуру можно назвать «культурой-верой».

И.А.Иванова отмечает также, что в древнерусском языке наличествует большое число глаголов, обозначающих волю человека в процессе творения любви (ВЪЗЛЮБИТИ, ВЪЛЮБИТИ, ИЗЛЮБИТИ).

В современно русском языке утрачено религиозное осмысление слова «любовь», она стала категорией сугубо антропоцентрической. По наблюдениям Т.Ю.Ивановой-Алленовой «изменение семантики русского понятия по сравнению с древнерусским и церковнославянским связано с различными путями развития двух культур: сакральной и светской, - обусловленными в первую очередь секуляризацией русского общества, что и отразило общественная языковая память (Иванова-Алленова, 2006).

Языковое сознание современного человека воспринимает, прежде всего, межличностные отношения. «Любовь 1) чувство глубокой привязанности к чему-либо или кому-либо; 2)чувство горячей сердечной склонности, влечение к лицу другого пола; 3) внутренне стремление, влечение, склонность, тяготение к чему-либо; (СРЯ II).

В понимании современного русского языка любовь – это, прежде всего, дружеское расположение к ближнему, обходительность, учтивость (см. такие слова, как ДРУЖЕЛЮБИЕ, ЛЮБЕЗНОСТЬ, ЛЮБЕЗНИЧАТЬ)

Также любовь по-прежнему ассоциируется с благом, благим деянием (ТРУДОЛЮБИЕ), со знанием (КНИГОЛЮБ, ЛЮБОЗНАТЕЛЬНЫЙ).

Существенным изменением подверглось и осмысление слова «любовь» как страсти и желания человека. В отличии от старославянского и древнерусского, в современном русском языке утрачена связь слова «любовь» с такими понятиями, как «неправедный», «безбожный», «переступающий закон», то есть сфера сакрально в осмыслении любви полностью утрачена, хотя некоторая отрицательная семантика все же сохранилась; «ВЛАСТОЛЮБИВЫЙ», «КОРЫСТОЛЮБИЕ», «ПРЕЛЮБОДЕЯНИЕ».

В современном русском языке любовь стала осмысляться, как процессуальная категория. Для современного человека на первый план выдвигаются его склонности, желания, увлечения. В семантической структуре лексемы «любовь» появляется дополнительный элемент – понятие любви распространяется не только на мир человека, но и на мир природы (СВЕТОЛЮБИВЫЙ, ТЕПЛОЛЮБИВЫЙ).

Несмотря на все эти трансформации в осмыслении категории любви современным русским языком нельзя не отметить, что духовно-христианская установка этого понятия частично сохранилась, ибо по-прежнему в основе осмысления слова «любовь» лежит этический смысл. В современном русском языке увеличилось количество слов, обозначающих отсутствие любви, а в старославянском было только одно – НЕЛЮБЬСТВО (нелюбовь). Теперь же появились такие, как НЕЛЮБИМЫЙ, НЕЛЮБОВЬ, НЕЛЮБЕЗНЫЙ.

Связано это с тем, что в старославянском языке чувство любви являлось сакральным понятием, мыслилось как нечто постоянное и вечное.

В современном же русском языке подобные представления о любви утрачены.

2.2Семантическая структура слова «любовь» на современном этапе развития русского языка.

Чтобы определить семантическую структуру слова «любовь» в современном русском языке более детально по сравнению с предыдущим параграфом, обратимся к данным нескольких словарей, как непосредственно лингвистических, так и других гуманитарных наук.

Так в словаре Д.С.Ушакова Читаем следующее определение:

ЛЮБОВЬ, любви, твор. любовью, ж.

1. только ед. чувство привязанности, основанное на общности интересов, идеалов, на готовности отдать свои силы общему делу. Любовь к родине. || Такое же чувство, основанное на взаимном расположении, симпатии, близости. Братская любовь. Любовь к людям. ||Такое же чувство, основанное на инстинкте. Материнская любовь.

2. только ед. Такое же чувство, основанное на половом влечении; отношения двух лиц, взаимно связанных этим чувством. Несчастная любовь. Счастливая любовь. Неразделенная любовь. Платоническая любовь. (см. платонический). Чувственная любовь. Пылать любовью. Страдать от любви.

3. перен. Человек, внушающий это чувство (разг.). Она была моей первой любовью.

4. только ед. Склонность, расположения или влечение к чему-н. Любовь к искусству. Любовь к работе.

Таким образом, толковый словарь Ушакова выделяет четыре основных ЛСВ лексемы любовь.

Наши представления о любви и её концептосфере в русском языке дополняются информацией Словаря русских синонимов:

Любовь (горячая, беззаветная, бескорыстная, страстная), влечение, увлечение, привязанность, склонность, наклонность, слабость (к чему), страсть, пристрастие, преданность, тяготение, мания, симпатия, верность, благоволение, благорасположение, благо-склонность, доброжелательство, предрасположение; амур. А у меня к тебе влеченье, род недуга. Гриб. Гореть любовью к чему. Любовь остыла, не встретив взаимности. Страсть слепая, безумная.

Ориентируясь на данный синонимический ряд, мы можем представить себе семантическую структуру слова «любовь». Интересным представляется привлечь к нашему исследованию данные Толкового словаря живого великорусского языка Владимира Даля:

ЛЮБИТЬ, любливать кого, что, чувствовать любовь, сильную к кому привязанность, начиная от склонности до страсти; сильное желанье, хотенье; избранье и предпочтенье кого или чего по воле, волею (не рассудком), иногда и вовсе безотчетно и безрассудно. Парень любит девку; говор. о страсти половой; и она любит, влюблена. Родители любят детей своих, желают им добра, болеют за них сердцем. Я люблю сахар, а меду не люблю. Мотылек любит солнышко. Не люблю я брюзгачей, не терплю, ненавижу. Кто любит попа, кто попадью, кто попову дочку. Она любит вино, да оно его не любит, он пьяный бурлив. Любящих Бог любит. Кого люблю, того и бью. Так бы тебя Бог любил, как ты меня любишь! Тошно тому, кто любит кого; а тошнее того, кто не любит никого. Люби, не влюбляйся, пей, не напивайся, играй, не отыгрывайся. Когда меня любишь, и мою собачку люби. Кого любишь, того сам даришь; а не любишь, и от него не примешь. Ешь с голоду, а люби смолоду. Мать дитя любит, а волк овцу любит. Люби нас, ходи мимо. Любит, как волк овцу. Люблю, как черта в углу. Любит и кошка мышку. Я любить не люблю, отказать не могу (не хочу). Все любят добро, да не всех любит оно. Любить себя - любить друга. Любишь чужую бороду драть, люби и свою, подставлять. Люблю тебя, когда я у тебя: постыла ты мне, когда ты у меня! Люблю тебя (люблю шабра), да не как себя. Жена, а жена, любишь ли меня? - "А?" - Аль не любишь? - "Да." - Что да? - "Ничего". Люблю, как клопа в углу: где увижу, тут задавлю. Кого не любят, того и не слушаются. Чего в другом не любишь, того и сам не делай. || В арх. говор. любить, о снадобье, начать действовать: Вино любит в жилах, начинает горячить. Банный пар любит в костье, производить чувство неги.

Отсюда мы можем видеть, что в лексеме «любовь» выделяются гипосемы «безотчетности» и «безрассудности», а также «избранности» и «свободного выбора».

Обращаясь к Библейской энциклопедии, мы узнаем следующие:

Любовь (I Кор. XIII, Мф. XXII, 36-40). Десять заповедей Господних были разделены на две скрижали, так как в заповедях заключаются два вида любви, то есть любовь к Богу и любовь к ближнему, и посему предписывается два рода должностей. Когда один из фарисеев, законник, искушая Господа, спросил Его: Учитель! какая наибольшая заповедь в законе? Иисус сказал ему: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею, и всем разумением твоим. Сия есть первая и наибольшая заповедь. Вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя. На сих двух, заповедях утверждается весь закон и пророки. Ближними нашими должно почитать всех, потому что все - созданья единого Бога и произошли от одного человека. Но и которые одной веры с нами должны быть особенно близки нам, как дети одного Отца небесного по вере Иисуса Христа. Любовь к себе самому свойственна всякому по закону естественному: ибо никто никогда не имел ненависти к своей плоти, но питает и греет ее. Но любить себя должно только для Бога, и частью для ближних; любить ближних должно для Бога; а любить Бога должно для Него самого, и больше всего. Любовь к себе должно приносить в жертву любви к ближним; а любовь к себе и ближним должно приносить в жертву любви к Богу. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих, сказал Господь (Иоан. XV, 13). Он же в напутственном наставлении на проповедь Евангелия двенадцати ученикам Своим между прочим сказал: Кто любит отца или мать более нежели Меня, не достоин Меня, и кто любит сына или дочь более нежели Меня, не достоин Меня (Мф. X, 37).

Таким образом в лексеме «любовь» в данном определении актуализированы следующие составляющие: «чувство, направленное на других», «Чувство, направленное к Богу» и «чувство, направленное на себя». Причем Библейская энциклопедия на основании приведенных примеров, подчеркивает, что «любить себя должно только для Бога, и частью для ближних, любить ближних должно для Бога; а любить Бога должно для него самого, и более всего. Если учесть, что в современной русской языковой культуре все более внимания уделяется религиозной «наполняемости лексем «вера», «надежда», «любовь», то это наблюдение представляется весьма интересным.

Наконец, интересно познакомиться с некоторыми статьями из энциклопедических изданий, также расширяющими представление о составляющих понятия «любовь», энциклопедия «символы, знаки, эмблемы»:

ЛЮБОВЬ - символ единства космоса, силы, объединяющей разнородные и нередко противоположные его элементы. Согласно древнегреческому мифу, любовь появилась из первобытного Хаоса как главная сила, связывавшая воедино всю Вселенную. Любовь выступает творческой силой, дающей человеку возможность прикоснуться к Вечности.

Согласно учению катаров, любовь представляет собой мистическое таинство, передающееся через образы розы, цветка лотоса, сердца, светящейся точки. Все это символы скрытого, не существующего в пространстве центра, означающего состояние, которое достигается посредством уничтожения разделения через любовь.

Традиционные символы любви амбивалентны - инь-ян, крест. Это прежде всего символы преодоления двойственности и разъединенности, символы соединения и объединения в мистическом центре или в некой "неизменной середине". Согласно Книге Баруха, история является "работой любви", в которой Майя противопоставляется Лилит, а иллюзия уравновешивается змеем.

Любовь в искусстве имеет несколько аспектов. Если в произведениях Ренессанса персонификациями любви выступают Купидон и Венера, то в религиозном искусстве христианский идеал любви олицетворяется фигурой Милосердия, а страсти, наоборот, персонифицируются Распутством. Рыцарская литература связана с расцветом куртуазной любви, отголоски которой можно встретить в искусстве позднего Средневековья и Раннего Возрождения.

В русской традиции любовь являет собой своеобразное сочетание рая, ада и земного чувства, пронизанного космическим эросом. Русская любовь - это и страдание, и наслаждение, что нашло отражение в русской классике.

Опираясь на данные представления о любви, как на общеязыковом, так и на общефилософском уровне, можно более полно раскрыть составляющие концептосферы слова любовь в поэзии А.А.Ахматовой.


2.3 Любовь в философском осмыслении в поэзии А.Ахматовой


Если спросить человека, знакомого с лирикой А.Ахматовой лишь поверхностно, о чем написаны её стихи, он, конечно, скажет: «о любви». Действительно именно стихи А.Ахматовой, посвященные любви стали самыми популярными в её творчестве. Однако её лирика отличается странной немногословностью, в которой страсть походит на тишину предгрозья и выражает себя обычно двумя-тремя словами.

Поэзию А.Ахматовой А.Коллонтай назвала «книгой женской души», подчеркивая тем самым, что в её стихах отразились все сокровенные тонкости и нюансы любовных переживаний женщины.

В стихах «Вечер», «Четки», «Белая стая» особенно много места уделяется изображению непосредственных любовных взаимоотношений мужчины и женщины. Все переходы чувства – от нежной влюбленности до пламенной, опаляющей страсти можно найти в поэзии Анны Ахматовой.

Именно по этой причине любовная лирика А.Ахматовой с течением времени завоевывает всё новые и новые читательские круги и поколения.

В её поэзии есть центр, который как бы сводит к себе весь остальной мир её поэзии, оказывается её основной идеей. Это любовь. Новый взгляд на неё позволяет говорить о поэзии А.Ахматовой как о новом явлении в развитии русской лирики ХХ века. В её поэзии есть и «божество», и «вдохновенье». Сохраняя высокое значение идеи любви, Ахматова возвращает ей живой реальный характер. Душа оживает «не для страсти, не для забавы, для великой земной любви».

«Великая земная любовь» - вот движущее начало всей лирики Анны Ахматовой. Именно она заставила по-иному, не символистки и акмеистки, а реалистически – увидеть мир.


То пятое время года,

Только его славословь.

Дыши последней свободой,

Оттого что – это любовь.


В этом стихотворении «любовь» названа «пятым временем года». Из этого необычного, пятого времени увидены ею остальные четыре, обычные. В состоянии любви мир видится заново. Обострены и обнажены все чувства. И открывается необычность обычного. Мир открывается в дополнительной реальности, вещам возвращается первозданный смысл. Только женщина с её умением не просто чувствовать, но и предчувствовать, не просто мыслить, но и ощущать, не просто страдать самой, но и воплотить в собственных муках

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: