Поэзия декабристов

Не жди меня отец с невестой,

Снимай венчальное кольцо;

Застынь мое навеки место;

Не быть мне мужем и отцом!


Сосватал я себе неволю,

Мой жребий – слезы и тоска!

Но я молчу, - такую долю

Взяла сама моя рука». <...>


«Изо всех наших поэтов Ф.Н.Глинка, может быть, самый оригинальный, - писал А.С.Пушкин, - Он не исповедует ни древнего, ни французского классицизма, он не следует ни готическому, ни новейшему романтизму; слог его не напоминает ни величавой плавности Ломоносова, ни яркой и неровной живописи Державина, ни гармонической точности, отличительной черты школы, основанной Жуковским и Батюшковым <...> Небрежность рифм и слога, обороты то смелые, то прозаические, простота, соединенная с изысканностью, какая-то вялость и в то же время энергическая пылкость, поэтическое добродушие, теплота чувств, однообразие мыслей и свежесть живописи, иногда мелочной, - все это дает особую печать его произведениям».

Декабрист Гаврила Степанович Батеньков (1793-1863) не был профессиональным поэтом, но двадцать с лишним лет одиночного заключения в Алексеевском равелине Петропавловской крепости сделали его поэтом. Стихотворение «Одичалый» - потрясающий по драматизму переживаний монолог одинокого узника:


<...>Скажите: светит ли луна?

И есть ли птички хоть на воле?

И дышат ли зефиры в поле?

По-старому ль цветет весна? <...>


Вон там, весной,

Земли пустой

Кусок вода струей отмыла.

Там глушь: полынь и мох густой –

И будет там моя могила!

Ничьей слезой

Прах бедный мой

В гробу гнилом не оросится

И на покой

Чужой рукой

Ресниц чета соединится <...>


Батеньков принес пессимистичную ноту, необходимую для полнозвучия в «аккорде» декабристской поэзии.


Поэзия К.Ф.Рылеева

Наиболее полно своеобразие декабристской поэзии проявилось в творчестве Кондратия Федоровича Рылеева (1795-1826). Он создал «поэзию действенную, поэзию высочайшего накала, героического пафоса».

Среди лирических произведений Рылеева самым известным было и, пожалуй, до сих пор остается стихотворение «Гражданин» (1824), запрещенное в свое время, но нелегально распространявшееся, хорошо известное читателям. Это произведение – принципиальная удача Рылеева-поэта, может быть, даже вершина декабристской лирики вообще. В стихотворении создан образ нового лирического героя:


Я ль буду в роковое время

Позорить гражданина сан

И подражать тебе, изнеженное племя,

Переродившихся славян?

Нет, не способен я в объятьях сладострастья,

В постыдной праздности влачить свой век младой

И изнывать кипящею душой

Под тяжким игом самовластья.

Пусть юноши, своей не разгадав судьбы,

Постигнуть не хотят предназначенья века

И не готовятся для будущей борьбы

За угнетенную свободу человека.

Пусть с хладною душой бросают хладный взор

На бедствия своей отчизны

И не читают в них грядущий свой позор

И справедливые потомков укоризны.

Они раскроются, когда народ восстав,

Застанет их в объятьях праздной неги

И, в бурном мятеже ища свободных прав,

В них не найдет ни Брута, ни Риеги.


Рылеев создал образ гражданина в декабристском понимании этого слова. Он воплощает в себе высокие добродетели: любовь к отчизне, смелость, целеустремленность, готовность жертвовать собой. Однако Рылеев отходит от обычной для гражданской поэзии начала 19 века ситуации – столкновения героя с тиранами или столкновения возвышенного поэта с продажными льстецами. «Гражданин» Рылеева «не столько борется со своими врагами, сколько убеждает возможных союзников». «Изнеженное племя переродившихся славян» - это не «тираны», не «льстецы», не «рабы» и даже не «глупцы». Это юноши с «хладной душой», равнодушные, эгоистичные. С точки зрения декабристов с их идеалами человека поступка, действия, подвига такие безучастные юноши аморальны (и в каком-то смысле хуже врагов). Особенно обращает на себя внимание фраза «Племя переродившихся славян». Для Рылеева «славянин» не просто условный предок, а определенный национальный характер – доблестный, мужественный, суровый, высоконравственный, свободолюбивый человек. Современное «изнеженное племя» потому такое безучастное, праздное, пассивное, что оно утратило свою национальную самобытность, это славяне, но переродившиеся.

Интересно, что в стихотворении отсутствуют традиционные мотивы сомнений, грусти и разочарования, а также мотив обреченности героя. Герой взволнованно убеждает их, а не становится в горделивые позы в молчаливом одиночестве. Рылеев избегает стереотипного конфликта добра со злом, у него, скорее, конфликт веры с безверием, убежденности с равнодушием. Едва намеченная Рылеевым тема стала ведущей в классической русской литературе.

Изображению различных (высоких и низких) образцов национального характера посвящены «Думы» Рылеева. Жанр думы самим Рылеевым объяснялся как «элегии о героях», которые пелись в память о них у древних славян. Правда, в предисловии к «Думам» (они вышли отдельной книгой в 1825 году), Рылеев указал на то, что идею жанра он воспринял у польского поэта Немцевича. Однако в отличие от «Исторических спевов» Немцевича, к которым были приложены ноты, Рылеев создал произведения не для пения, а для чтения. Тем не менее в критике разгорелся спор о природе жанра думы; в ходе дискуссии высказывалось мнение о синтезе элегии и героиды в думе (Ф.Булгарин), но затем были обнаружены более реальные жанровые источники – стихотворная трагедия 18 века и жанр исторической элегии, созданный в начале 19 века К.Н.Батюшковым. Жанр думы совмещает элегическую лиричность, пейзажи романтической элегии (вечер или ночь, блеск луны, вой ветра, молнии и т.п.) и бурные катастрофические страсти героев трагедий.

Такая жанровая форма позволила Рылееву изобразить яркие характеры национальных героев, причем и положительные образцы – Димитрий Донской, Борис Годунов и др., и отрицательные – Святополк Окаянный. А.С.Пушкин высказал критические замечания по поводу того, что все герои говорят одинаковым языком. Верно подмеченную особенность стиля рылеевских «Дум» объяснить можно тем, что декабристы имели собственное понимание историзма – для них сущность народа всегда остается неизменной, поэтому Рылеев не заботится о раскрытии индивидуальных черт своих героев, унифицирует их, создавая обобщенный образ русского человека. Таким образом, «Думы», несмотря на разнообразие изображенных в них лиц, объединены в художественное целое образом единого героя.

Поиски способов активного воздействия на общество привели Рылеева к жанру поэмы. Первой поэмой Рылеева стала поэма «Войнаровский» (1823-1824). У поэмы много общего с «Думами», но есть и принципиальная новизна: в «Войнаровском» Рылеев стремится к достоверному историческому колориту, правдивости психологических характеристик. Рылеев создал нового героя: разочарованный, но не в житейских и светских утехах, не в любви или славе, рылеевский герой – жертва судьбы, не позволившей ему реализовать свой могучий жизненный потенциал. Обида на судьбу, на идеал героической жизни, которая не состоялась, отчуждает рылеевского героя от окружающих, превращая его в фигуру трагическую. Трагедия неполноты жизни, нереализованности ее в реальных поступках и событиях станет важным открытием не только в декабристской поэзии, но и в русской литературе в целом.

«Войнаровский» - единственная законченная поэма Рылеева, хотя кроме нее им были начаты еще несколько: «Наливайко», «Гайдамак», «Палей». «Так получилось, - пишут исследователи, - что поэмы Рылеева явились не только пропагандой декабризма в литературе, но и поэтической биографией самих декабристов, включая декабрьское поражение и годы каторги. Читая поэму о Войнаровском, декабристы невольно думали о себе <...> Поэма Рылеева воспринималась и как поэма героического дела, и как поэма трагических предчувствий. Судьба политического ссыльного, заброшенного в далекую Сибирь, встреча с женой-гражданкой – все это почти предсказание». Особенно поразило читателей Рылеева его предсказание в «Исповеди Наливайки» из поэмы «Наливайко»:


<...>Известно мне: погибель ждет

Того, кто первым восстает

На утеснителей народа, -

Судьба меня уж обрекла.

Но где, скажи, когда была

Без жертв искуплена свобода?

Погибну я за край родной, -

Я это чувствую, я знаю…

И радостно, отец святой,

Свой жребий я благославляю! <...>


Сбывшиеся пророчества поэзии Рылеева еще раз доказывают плодотворность романтического принципа «жизнь и поэзия - одно».


Заключение

Декабризм и порожденный им революционный романтизм является важным этапом

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: