Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Фантастический роман о дьяволе
Фантастический роман о дьяволе
Велик читательский интерес к творчеству Михаила Булгакова. Хотясенсационных открытий, связанных с его жизнью и творчеством, становится всеменьше и меньше, но зато исследователи и читатели стали более внимательноизучать тексты опубликованных сочинений писателя. И произошло поразительноеявление: мысли великого художника обрели реальную силу, поскольку их сталииспользовать и эксплуатировать в самых различных целях, в том числе и вполитических. В чем секрет непреходящей актуальности его творчества, всевозрастающегопризнания? Думается, одна из причин состоит в том, что Булгаков, писательтонкий и проницательный, удивительно остро чувствовал время, и не только то,в котором жил, но и то, которое наступит, и эта устремленность, обращенностьв будущее делает его произведения на редкость современными нам и нашейэпохе, открывающей двери в XXI век. Несомненно и то, что наиболее пристальное внимание читающего мираприковано к главному булгаковскому роману (не все, правда, считают егоглавным), получившему в конце 1937 года название "Мастер и Маргарита". Ибо вэтом "закатном" романе с пронзительной проникновенностью показаны порокичеловеческие, от которых проистекают неисчислимые беды и трагедии. Среди нихтрусость и предательство писатель полагает первыми. К сожалению, не сохранились точные сведения о времени начала работы надроманом (из материалов ОГПУ видно, что Булгаков уже в 1926 году осмысливалосновные идеи романа, собирал материал и делал черновые наброски), нопримерные сроки написания сочинения известны - это вторая половина 1928года, то есть то время, когда в прессе и в бюрократических учрежденияхразгорелись споры о "Беге" (любимой пьесе писателя) и когда травля писателяприобрела характер чудовищного издевательства и глумления. Именно этатравля, а также допросы в ОГПУ (унизительнейшие допросы с предварительнымизъятием у писателя дневников, рукописей "Собачьего сердца" и другихматериалов) и стали дополнительным стимулом к созданию "Фантастическогоромана" (еще одно авторское название этого произведения). Разумеется, задуман был роман значительно раньше - сразу же послебратоубийственной войны в родном отечестве (вспомним о желании Булгакованаписать роман о Николае II и Распутине). Внимание Булгакова привлекалимногие проблемы, но более всего его интересовало состояние человеческогодуха в новой социальной среде. К великому своему огорчению, он подмечал, чтозначительная часть населения прежней России слишком быстро сумелаосвободиться от традиционного уклада жизни. Культивирование низменныхинстинктов на ниве невежества приобретало все более массовый характер игрозило духовному вырождению народа, утрате своего национального облика (онациональном самосознании уже мечтать не приходилось). Говоря о первоначальных замыслах и мотивах создания романа (до 1937года писатель называет его романом о дьяволе), необходимо привестисвидетельство самого Булгакова. В беседе со своим биографом и другом П. С.Поповым в начале 1929 года он сказал (цитируем по записи Попова): "Если матьмне служила стимулом для создания романа "Белая гвардия", то, по моимзамыслам, образ отца должен быть отправным пунктам (выделено мною. - В. Л.)для другого замышляемого мною произведения". Это, на наш взгляд,исключительно важное признание автора. Оно приобретает реальные очертанияпри осмыслении творческого наследия Афанасия Ивановича Булгакова, отцаписателя, занимавшегося исследованием западноевропейских вероисповеданий имасонства (о последнем "явлении" А. И. Булгаков предполагал написать крупноесочинение, но смерть помешала реализовать этот замысел). Первоначальный замысел романа, судя по сохранившимся чудом черновикампервых его редакций, включал много острейших тем, среди которых назовем хотябы две: разгул уродливого и наглого богоборчества (по сути, исключительнопримитивного и в силу этого очень эффективного) и подавление свободноготворчества в "новой" России. К богоборчеству в "пролетарской" России Булгаков относился с великимвниманием, удивлением, а чаще всего с содроганием (достаточно, например,изучить собранную писателем коллекцию газетных вырезок с гнуснейшимисочинениями Демьяна Бедного, чтобы убедиться в этом). Ибо ничего подобногоон представить себе не мог. Об этом свидетельствует и выразительнейшая егозапись в дневнике 5 января 1925 года: "Сегодня специально ходил в редакцию"Безбожника"... В редакции сидит неимоверная сволочь... На столе, на сцене,лежит какая-то священная книга, возможно Библия, над ней склонились какие-тодве головы. - Как в синагоге, - сказал МКогда я бегло проглядел у себя дома вечеромномера "Безбожника", был потрясен. Соль не в кощунстве, хотя оно, конечно,безмерно, если говорить о внешней стороне. Соль в идее, ее можно доказатьдокументально: Иисуса Христа изображают в виде негодяя и мошенника, именноего. Не трудно понять, чья это работа. Этому преступлению нет цены". Об этом подлейшем явлении в русской жизни особенно проникновенно писалА. И. Куприн. В статье "Христоборцы" он указывал: "Что русский человек вэпоху кровопролития отворачивается от лица Бога, мне это еще понятно. Таккаторжник, прежде чем вырезать спящую семью, завешивает полотенцем икону. Ноя не в силах представить себе, что чувствует и думает русский костромскоймужичонка, когда перед ним попирают и валяют в грязи кроткий образ ИисусаХриста, того самого Христа, близкого и родного, которого он носит "запазушкой", у сердца. "..." Ужас и отвращение возбуждают во мне пролетарскиенародные поэты. Василий Князев печатает кощунственное "Красное Евангелие".Маяковский - единственный талантливый из красных поэтов - бешено хулитХриста. Другие виршеплеты в хромых, дергающихся, эпилептических стихахиздеваются над телом Христовым, над фигурой Распятого, над Его муками, надневинной Его кровью. "И кровь, кровь Твою Выплескиваем из рукомойника". Пилат умыл руки, предавая Христа суду Синедриона. Эти палачи умывают втазу руки, совершившие вторично Его казнь... Какое подлое рабство! Какая низкая трусость! На что способен в своемпадении "гордый" человек!" Не меньший протест у Булгакова вызывала таглумливая травля, которой подвергались "реакционные" и "консервативные"писатели и драматурги со стороны официальной прессы и сыскных учреждений.Пожалуй, никого не травили так изощренно и ритуально, как Булгакова.Особенно поразили его допросы, учиненные ему в ГПУ. Именно после вызовов вэто заведение у него зародилась, казалось бы, дикая мысль: "Москва ли это? ВРоссии ли я пребываю? Не стала ли "красная столица" своеобразным Ершалаимом,отрекшейся от Бога и царя и избивающая своих лучших сыновей?" А дальше...дальше уже работала богатейшая фантазия писателя, соединявшая в себе далекоеи великое прошлое с реальной действительностью. За несколько месяцев романбыл написан, причем в двух редакциях. Конечно, это была еще не задуманная"эпопея", а остросюжетное повествование о пребывании в "красной столице"маэстро Воланда и его "странные" рассказы о Иешуа, Каиафе и Пилате. При этомкак-то по-особому зазвучала новая для писателя тема - тема судьбыодареннейшей, честнейшей и национально мыслящей личности в условиях тираниии лицемерия. Повторим: в величайших событиях истории Булгаков заметилсходство с московскими реалиями. А сходство это прежде всего заключалось втом, что правдолюбец всегда подвергается гонениям - в любые времена. ИБулгаков принял ответственнейшее решение: он позволил себе сопоставитьсудьбу Величайшего Правдолюбца с судьбою правдивого писателя в "красномЕршалаиме". А позволив себе такое, он пошел и дальше - стал вноситькоррективы в евангельское повествование в соответствии со своимихудожественными замыслами: так появилось "евангелие" от Воланда, то есть отБулгакова. И Пилат в первых редакциях прозрачен... В нем улавливаются чертысоветского прокуратора... "Единственный вид шума толпы, который признавалПилат, это крики: "Да здравствует император!" Это был серьезный мужчина,уверяю вас", - рассказывает Воланд о Пилате. О некоторых иллюзиях писателя в отношении московского прокуратора (аможет быть, о понимании его хитрейшей политики) свидетельствует и такоевысказывание Пилата: - Слушай, Иешуа Га-Ноцри, ты, кажется, себя убил сегодня... Слушай,можно вылечить от мигрени, я понимаю: в Египте учат и не таким вещам. Носделай сейчас другую вещь, покажи, как ты выберешься из петли, потому чтосколько бы я ни тянул тебя за ноги из нее - такого идиота, - я не сумеюэтого сделать, потому что объем моей власти ограничен. Ограничен, как все насвете... Ограничен!" Весьма любопытно, что, даже объявив Иешуа смертныйприговор, Пилат желает остаться в глазах Праведника человеком, сделавшим вседля Его спасения (сравните с ситуацией, возникшей с Булгаковым в 1929 годупосле принятия в январе сего года постановления Политбюро ВКП(б) озапрещении пьесы "Бег", когда Сталин неоднократно давал понять, что он личноне имеет ничего против пьес Булгакова, но на него давят агрессивныекоммунисты и комсомольцы). Он посылает центуриона на Лысую Гору, чтобыпрекратить мучения Иешуа. "И в эту минуту центурион, ловко сбросив губку, молвил страстнымшепотом: - Славь великодушного игемона, - нежно кольнул Иешуа в бок, куда-то подмышку левой стороны... Иешуа же вымолвил, обвисая на растянутых сухожилиях: - Спасибо, Пилат... Я же говорил, что ты добр..." Иешуа прощает Пилата.Он по-настоящему добр. Но не добр главный герой романа Вельяр ВельяровичВоланд, который появляется в "красной столице" для осуществления рядадействий (по первоначальному замыслу - для предания ее огню (за великиегрехи ее "народонаселения"!). К сожалению, первые редакции романа писатель уничтожил. Сохранилисьлишь отдельные главы или фрагменты текста. Подробностей этого трагическогособытия мы не знаем. Ни Л. Е. Белозерская-Булгакова, ни Е. С. Булгакова неоставили нам разъясняющих сведений по данному вопросу, так как не былисвидетелями этого зрелища. Вероятно, не было и других очевидцев, иначекакая-то информация наверняка просочилась бы сквозь толщу времени.Единственным источником сведений о случившемся пока могут быть лишьсвидетель-Фантастический роман о дьяволе ства самого автора, оставленные имв своих письмах и в романе. В знаменитом обращении к "Правительству СССР" от28 марта 1930 года есть такие его слова: "Ныне я уничтожен... Погибли нетолько мои прошлые произведения, но и настоящие и все будущие. И лично я,своими руками, бросил в печку черновик романа о дьяволе..." Следуетотметить, что и в последующие годы писатель, работая над романом,периодически уничтожал большие куски текста, причем именно самого острогосодержания. И все же по сохранившимся текстам разных редакций можнопроследить, как трансформировались те или иные замыслы и идеи автора в ходеработы над романом. Например, как развивалась идея о месте добра и зла, оиерархии мироздания. Вопрос этот принципиальнейший, и он в значительнойстепени определяет отношение писателя к христианству, к православию. В этомсмысле последняя глава третьей редакции заканчивается в высшей степенисимволично: "- Понимаю, я мертв, как мертва и Маргарита, - заговорил поэтвозбужденно. - Но скажите мне... - Мессир... - подсказал кто-то. - Да, что будет со мною, мессир? - Я получил распоряжение относительно вас. Преблагоприятное. Вообщемогу вас поздравить - вы имели успех. Так вот, мне было ведено... - Разве вам можно велеть? - О, да. Ведено унести вас..." Этими "получил распоряжение" и "мневедено" Булгаков четко выстраивает зависимость сил зла от Создателя, ихподчиненное положение. Примерно такой же позиции писатель придерживается и в четвертойредакции романа. В главе "Последний полет" мастер вопрошает: - Куда ты влечешь меня, о великий Сатана? На это Воланд отвечает: - Ты награжден. Благодари бродившего по песку Ешуа, которого тысочинил... Хотя "распоряжений" и "повелений" Воланд уже не получает, но все жеподчиненность его Создателю очевидна. Этой же теме посвящены и другие эпизоды в романе. Наиболее характерны вэтом смысле диалоги Воланда с ангелами не его "ведомства". Например, изглавы "Гонец" третьей редакции романа: "Но не успели всадники тронуться с места, как пятая лошадь грузнообрушилась на холм, и фиолетовый всадник соскочил со спины. Он подошел кВоланду, и тот, прищурившись, наклонился к нему с лошади. Коровьев и Бегемот сняли картузики. Азазелло поднял в виде приветствияруку, хмуро скосился на прилетевшего гонца. Лицо того, печальное и темное,было неподвижно, шевелились только губы. Он шептал Воланду. Тут мощный бас Воланда разлетелся по всему холму. - Очень хорошо, - говорил Воланд, - я с особенным удовольствием исполнюволю пославшего. Исполню". И Воланд тут же отдает распоряжение Азазелло устроить дело так, как емуведено свыше. И через несколько лет, в 1938 году, в седьмой редакции романа, Булгаковпридерживается той же линии: "Через некоторое время послышался шорох как бы летящих крыльев и натеррасу высадился неизвестный вестник в темном, и беззвучно подошел кВоланду. Азазелло отступил. Вестник что-то сказал Воланду, на что тотответил, улыбнувшись: - Передай, что я с удовольствием это исполню. Вестник после этогоисчез, а Воланд позвал к себе Азазелло и приказал ему: - Лети к ним и все устрой". И лишь в последней редакции романа Булгаков, к великому сожалению,отходит от своей главной линии, стремясь "уравновесить" силы добра и зла. Но вернемся к сохранившимся рукописям романа и попробуем кратко описатьего редакции и варианты. К счастью, все же уцелели две тетради с черновым текстом уничтоженногоромана и кусочки отдельных листов из третьей тетради (1928 - 1929 гг.).Кроме того, остались нетронутыми две тетради с черновыми набросками текстов(1929 - 1931 гг.). Тетради 1928 - 1929 годов не имеют следов огня, нобольшая часть листов с текстом оборвана. Причем заметно (по первой тетради),что, обрывая текст, Булгаков захватывал сразу значительную часть листов.Если он их сжигал "порциями", то следов огня и не должно на тетрадях быть.Но совершенно очевидно, что текст в тетрадях уничтожался и иным способом -вырезался ножницами под корешок, обрезался также на две трети ширины листа,некоторые листы обрывались под линейку... Первая сохранившаяся тетрадь имеет авторский заголовок на обложке:"Черновики романа. Тетрадь I". В ней можно насчитать пятнадцать глав, изкоторых первые одиннадцать, наиболее важные по содержанию, уничтожены, апоследние четыре сохранены. Четко видно, что листы захватывались пучками,причем довольно большими, вырывались рывками, в спешке и неровно. Врезультате у корешка сохранилась часть текста. Видимо, именно эти вырванныелисты и были сожжены. А затем, в более позднее время, подрезаласьсохранившаяся часть вырезанных листов, иногда оборванные листы подрезалисьпод корешок, а иногда оставалась лишь узкая полоска с текстом. Чем это можнообъяснить? Если последующую "обработку" наполовину уничтоженного текстаосуществлял сам автор, то только с единственной целью - ликвидироватьнаиболее острые по содержанию куски текста, за которые он мог в те годысурово поплатиться. Но нельзя исключить, что остатки текста уничтожались несамим автором, и в более поздние времена. Во всяком случае, если большуючасть текста, оставшуюся после первой его "обработки" еще можнореконструировать, то вырезанные куски
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.),
обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus.
Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.