Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » Романтизм в биографической новелистике Паустовского

Романтизм в биографической новелистике Паустовского

лежал на груди у Вирджинии и согревал ее своей теплотой.” (Паустовский 1969:7:379)

Вирджиния умирает, а с ней обрывается и последняя нить, связывавшая Аллана с жизнью. Столь же неприкаянным и часто беспомощным перед жестокими реалиями жизни оказывается и Андерсен.

Подобный герой в романтизме часто становился борцом за правду и искателем справедливости. А стремление к художественной убедительности образа обуславливало реалистичность мировидения даже самых романтичных персонажей.


Индивидуализированное изображение героев - еще одна характерная черта художественных биографий. Это отличает их от портретного жанра с его тяготением к созданию неких обобщенно-символических образов.Они возникают, на первый взгляд, даже вопреки самому характеру сюжета произведения. Так, Мария, пригласив незнакомца в дом, не могла не бросить на него хотя бы мимолетного взора. Однако приводимый автором портрет незнакомца глазами Марии, хотя и содержит некоторое описание деталей его костюма, не идет дальше этого:


При свече Мария увидела худого маленького человека. Он был одет с изяществом и простотой - огонь свечи поблескивал на его черном камзоле, хрустальных пуговицах и кружевном жабо. Он был еще очень молод, этот незнакомец. Совсем по-мальчишески он тряхнул головой, поправил напудренный парик, быстро придвинул к кровати табурет, сел... (Паустовский 1969:6:536)


В данном случае, напудренный парик красноречиво указывает на принадлежность миру искусства. А молодость героя, его благородство заставляют ожидать чего-то необыкновенного. Потому так пунктуально и подчеркивает автор эту черту своих героев:


“ Он ( Моцарт - ВП ) был еще очень молод...” (Паустовский 1969:6:536)


В таких портретах традиция романтизма берет вверх над биографичностью образа.


7. “Лирические кульминации” Паустовского


7.1 Роль кульминационного момента в структуре романтической новеллы


Неизбывная тоска по прекрасному, стремление к идеалу лежали в основе развития характера романтического героя. Постепенной его эволюции, однако, романтизм предпочитал моментальное преображение, “озарение”, “абсолютную мгновенную результативность духовного начала.” (Царик 1979:41) Трансформация характера героя происходила в результате пережитого им душевного потрясения, духовного порыва, круто изменившего казавшиеся незыблемыми устои жизни. Подобную метаморфозу в судьбе героев новелл Паустовского Д. К. Царик называет “лирической кульминацией”, “насыщенным мгновением <...> обладающим способностью преображать внутренний мир героя”. (Царик 1979:41) Она наступает не благодаря созерцанию шедевра искусства вообще, а в результате определенных, близких отношений личности с творцом. Признание таланта мастера - только отправная точка этих отношений. Характер же их развития зависит от того, какого рода персонаж предстает перед мастером в роли зрителя и слушателя. В портретной биографии с ее идеализированностью сюжета это, как правило, благородная личность, незаурядность которой раскрывается, однако, только под воздействием великих творений гения. Характерна в этом плане новелла “Корзина с еловыми шишками”. Автор устами Нильса описывает вероятные варианты судьбы Дагни:


“скуповатый и скучный муж”, “работа продавщицы в деревенской лавке”, “служба в одной из многочисленных пароходных контор в Бергене”. (Паустовский 1969:7:470)


Тут же обосновывается и вескость подобного рода доводов: ведь Дагни была из бедной семьи и, скорей всего, ей был уготован путь идти по стопам своих родителей, повторить их судьбу. Природные задатки Дагни, как и у тысяч ее сверстников из простых семей норвежской провинции, так и остались бы в этом случае нераскрытыми. Самое большее, что могли позволить себе их родители, так это отправить детей погостить на несколько дней в Христианию, жизнь которой казалась им преисполненной таинственной притягательной силы, олицетворением некого сокровенного смысла, постичь который в провинции не удавалось.

Пускай <...> посмотрит, как устроен свет, как живут люди и немного повеселится (Паустовский 1969:7:470) - так испокон веков рассуждали простые норвежцы в провинции, отправляя своих детей в столицу.

Но в жизни Дагни случилось чудо. Потрясение, испытанное от музыки великого Грига, изменило всю ее жизнь. Личностная направленность шедевра искусства сыграла при этом решающую роль. Ведь характер восприятия Дагни изменила уже короткая аннотация дирижером музыкальной пьесы:


Звучавшая симфоническая музыка “ вызывала у Дагни множество картин, похожих на сны. “(Паустовский 1969:7:472)


Но вот зазвучали звуки музыкальной пьесы, написанной Григом к ее восемнадцатилетию:


Сначала она ничего не слышала. Внутри у нее шумела буря. Потом она услышала, как поет ранним утром пастуший рожок ... Мелодия росла, подымалась, бушевала, как ветер... Дагни почувствовала порыв воздуха, исходивший от музыки, и заставила себя успокоиться... Дагни плакала, не скрываясь, слезами благодарности... ( Паустовский 1969:7:473)


Подобное потрясение она испытала еще и потому, что перед ее глазами стоял образ Эдварда Грига, ее мимолетная встреча с ним и его обещание ей, исполненное столько лет спустя.

Художественная биография, не исключая подобного рода трактовки влияния произведения искусства на души людей (вспомним хотя бы случайных попутчиц Андерсена в “Ночном дилижансе”), вместе с тем углубляет ее, утверждая, что произведение искусства выполняет в данном случае лишь роль лакмусовой бумажки, выявляя порой подспудные черты характера личности. Волшебная сказка Аллана лишь усиливает корыстолюбие и алчность Грегори. (”Равнина под снегом”) Раздражительность священника еще более нарастает по ходу рассказа Андерсена. Подобные различия в жанровой природе произведений обуславливают особенности формирования “лирических кульминаций”. В портретной биографии лирическая кульминация создается целиком под воздействием желания, затаенной надежды людей пережить в своей, часто не баловавшей радостями жизни, небольшое чудо. Дымка рассеивается, и перед глазами слепого старика оживают незабываемые мгновения его далекой молодости, а изумленной Дагни открывается неведомый ей прежде, но такой прекрасный мир. “Лирические кульминации” в портретной биографии становятся символом осуществления извечного идеала романтизма: жар пламени человеческой души иссушает в них вязкое болото реальности:


“Слушай, жизнь, - тихо сказала Дагни, - я люблю тебя.” (Паустовский 1969:7:474)


Столь яркий, осязаемый почти телесно (“Дагни почувствовала порыв воздуха, исходивший от музыки...”(Паустовский 1969:7:473)) мир прекрасного отсутствует в художественно-биографическом жанре. Из окна своей избушки Аллан видит канувшие в лету события, он гасит свечу, вглядываясь в темноту. Но то всего лишь символизирующий кровавую историю Америки пират Блейк, оживленный воображением кудесника слова на потребу страждущего богатства Грегори:


Кого он преследует? Дым застилал волны. Да, конечно, это был Блейк, гость из прошлого века. Но почему же он идет от берега к дому Аллана, увязая в песке, и ветер треплет кружевные обшлага его камзола? Толстоносый Блейк с обожженым лицом. Разбойник и шутник, придумавший изобразить человеческую руку на флаге. “Мне будет легко сговориться с ним”, - сказал Аллан, закрыл глаза и положил голову на стол. (Паустовский 1969:7:386)


А священник и возница в ночном дилижансе, катящимся по дорогам Италии, ни на миг не дают героям целиком погрузиться в волшебный мир грез.


Толчком к событиям, составившим “лирическую кульминацию” художественно-биографических новелл, и явилось стремление героев доказать всю несостоятельность чуждого им мировоззрения. Так, например, Аллана к сочинению легенды подтолкнула следующая тирада Грегори:


”Все равно у вас нет выбора собеседников. Чему я помешал? Изобретению философского камня? Или элексира молодости?” (Паустовский 1969:7:382)


Под чарами Аллана листок из школьной тетради с нерешенным уравнением превращается в исторический документ - завещание пирата Блейка, своего рода столь желанный для Грегори философский камень. И Андерсен своим рассказом всего лишь принимает вызов возницы, давшего ему емкую и не во всем несправедливую характеристику. Андерсен принимает в целом ее первую часть:

“Благодарите мадонну, что вам попался этот иностранный принц,который привык сорить деньгами“ (Паустовский 1973:55) и чуть позднее сам признается: “Пожалуй, я своего рода бедный принц из той страны, где некогда жил Гамлет.”(Паустовский 1973:56)

Он,однако, стремится всеми силами опровергнуть вторую, видимо, глубоко уязвившую его:


“Он просто не хочет задерживать из-за вас дилижанс. А вы-то сами ему нужны, как прошлогодние макароны.” (Паустовский 1973:55)


“Лирическая кульминация”, как видим, глубоко различна по характеру своего проявления в портретно-биографическом и художественно-биографическом жанрах. Отсюда и их неодинаковое место в структуре произведения. В портретной биографии новелла и написана лишь для того, чтобы поведать нам о событии, лежащем в основе “лирической кульминации”. Иное дело в художественной биографии. Жизненный материал здесь не стягивается в узел одного события, а драматизм действия держит читателя в напряжении до последних строчек произведения. Так, например в новелле “Равнина под снегом” перед читателем проходит целая вереница событий из трагичной жизни Аллана: встреча с лесорубом, его быстротечная любовь к Вирджинии, визит Грегори, смерть Аллана, месть Грегори. Каждое из вышеперечисленных событий по-своему драматично. Только необыкновенный лиризм повествования придает особую значимость эпизоду с визитом к Аллану доктора Грегори. Последний дает себя убедить в существовании мифического клада и тем самым невольно подтверждает правоту Аллана. Роль этого эпизода еще более призвана оттенить эпилог новеллы, в котором событие, бывшее в центре “лирической кульминации”, обретает и свою смысловую завершенность:


Через год после его смерти, в бурную и холодную ночь, к могиле подъехал на старом верховом коне доктор Грегори. Он соскочил с коня, оглянулся, подошел к могиле, быстро вынул из-под плаща тяжелый молоток и со всего размаху ударил им по могильной плите. Плита раскололась на несколько частей... Весной из трещин могильной плиты потянулись ростки троицына цвета, и вскоре вся плита покрылась тесной толпой этих легких цветов. (Паустовский 1969:7:387)


“Троицыным цветом” когда-то ласково звали саму Вирджинию и подобная концовка призвана подчеркнуть неподвластность времени извечных романтических ценностей и идеалов.


7.2 Напряженный лиризм романтического образа

Лиризм - одна из важнейших отличительных черт романтической кульминации с ее неизменным стремлением к воплощению мечты, какой бы грандиозной, трепетной и миражной она ни была. Новеллы об искусстве служат ярким примером этого. Ведь искусство в романтической трактовке - сила могучая, вдохновляющая и преобразующая мир.Только в искусстве, думали романтики, полностью раскрываются творческие способности человека. И потому они проповедовали абсолютную свободу художника, горячо отстаивали его независимость от власти, от невежественного суда презренной толпы. Романтики были убеждены, что вдохновение и творчество не укладываются в заранее установленные рамки, не могут быть ничем ограничены, а всякий настоящий художник создает свои собственные правила. Произведение искусства как никакое другое творение человеческих рук одновременно и создает эмоциональное ощущение красоты и в то же время показывает ее неосуществленность в реальной жизни, ставя тем самым цель, к которой нужно стремиться. М. Щеглов считал, что повышенную лиричность повествованию в очень большой степени придает “своеобразие художественной детали, <...> вкрапление в сюжетику персонажей, предметов, имеющих отношение к искусству (стеклянный рояль, стихотворение гениального поэта или легенды о великих артистах) - вообще обилие искусства, культ его.”(Алексанян 1969:133) Аура искусства полна загадки и таинственности, отчего все происходящее вокруг обретает полусказочный характер, создается ощущение столь любимой романтиками близкой дали. Это чувство усиливают давность происходивших событий, необычность ситуации, гиперболичность образов, исключительность героя. В новелле “Старый повар” перед нами убогое жилище умирающего повара. Простая сторожка в саду, в ней простой грубый стол, простая фаянсовая посуда. Все обыкновенно в бедной сторожке. Однако новелла построена на особо подчеркнутом, специально акцентируемом контрастном сочетании простоты и необыкновенности:


Все убранство сторожки составляли кровать, хромые скамейки, грубый стол, фаянсовая посуда, покрытая трещинами, и, наконец, клавесин - единственное богатство Марии. (Паустовский 1969:6:535)


Клавесин, символ красоты, придает повествованию атмосферу необычности. Случайный уличный незнакомец заходит в сторожку и садится за клавесин. В столь же простой лесной избушке, сев за рояль, приступает к сочинению музыки для Дагни Педерсен Григ. Подобное совпадение места и характера действий героев глубоко символично. Таким путем в портретной биографии типизируется идеал облагораживающего и очаровывающего воздействия искусства, связанного с простой жизнью, на человеческую душу. Единство земного и духовного, простого и возвышенного. То, что так характерно для легенды. Легендарность проявляется здесь как характерная черта портретной биографии, ее дымка окутывает происходящее в новелле. Простой старый повар, всегда не любивший священников, выражает вдруг желание исповедаться любому прохожему. Как сказочный принц, появляется в сторожке молодой незнакомец в своем изысканном простом костюме. Необычная просьба старика не вызывает у него ни малейшего удивления:


“Хорошо, - сказал человек спокойно, - хотя я не священник, но это все равно. Пойдемте.” (Паустовский 1969:6:536)


Сюжет повествования делает поворот в сторону ассоциативности, обретающей в романтическом произведении черты гиперболы и фантасмогории. Ее природа, однако, в романтической новелле в значительной мере определяется жанровыми особенностями произведения.

В новелле “Равнина под снегом”, построенной на ассоциативном развитии сюжета, возвышенные романтические картины и образы Аллан соотносит с окружающей суровой реальностью. Мерцающий в сумраке огонек свечи наводит его на тягостные размышления о призрачности даже самых незыблемых понятий:


Холодный снег и черные стекла с отражением свечи. Должно быть, эту свечу было видно с океана, где волны мотали тяжелую рыбачью барку. И рыбаки, глядя на слабый огонь, думали о кипящем котелке и сухой постели. Аллан усмехнулся. Вечный самообман, вечная наивность человеческих надежд и мечтаний! Хороши бы они были,эти рыбаки, если бы им удалось пристать к берегу и они прошли бы через равнину к его дому! Что бы они увидели здесь? Пустую комнату, свечу, солдатскую койку и холодную золу в камине. И его, Аллана, закутанного в рваный шарф,озябшего и до того печального, что он даже не мог говорить. (Паустовский 1969:7:375)


Отсюда рассуждения: в чем счастье. Так движется нить размышлений писателя над пролетевшей жизнью, не принесшей ничего, кроме разочарований себе и невзгод близким.


Отсутствие трагического по тональности материала решительно меняет характер романтической ассоциативности: увлекая в мир прекрасного, она и сама обретает невиданную доселе возвышенность. В портретной биографии жизнь нежданно для героев обретает сказочный облик, и авторский идеал единения искусства и человечности воплощается здесь со всей полнотой. Глубоко символично, что именно музыкант становится олицетворением чудотворной роли искусства. Музыку, наряду с природой и любовью, романтики считали основными источниками гармонии, а заложенная в этих силах ассоциативность роднила их между собой:


“На старых ветках <...> распускаются белые цветы, По-моему, это цветы яблони, хотя отсюда, из комнаты, они похожи на большие тюльпаны. Вы видите: первый луч упал на каменную ограду, нагрел ее,и от нее подымается пар.Это, должно быть,высыхает мох,наполненный расстаявшим снегом. А небо делается все выше, все синей, все великолепнее, и стаи птиц уже летят на север над нашей старой Веной. -Нет, сударь,-сказала Мария незнакомцу, - эти цветы совсем не похожи на тюльпаны. Это яблони распустились за одну только ночь. - Да,- ответил незнакомец, - это яблони, но у них очень крупные лепестки.” (Паустовский 1969:6:538)


Так благодаря ассоциативности новелла обретает характер волшебной сказки: ведь цветы распустились не как всегда, а за одну только ночь. У них необычайно крупные лепестки.

Мистику происходящего усиливает контраст между окружающей героев реальностью и тем, что они видят в грезах под влиянием музыки: старая сторожка, старый пес, мокрый снег на улице, а герои видят небо,

“прозрачное, как синее стекло”.(Паустовский 1969:6:537)

К волшебной сказке отсылает нас и само собой появляющееся вдруг слово “заколдованный”:


незнакомец сидел у клавесина не двигаясь, как будто заколдованный собственной музыкой. (Паустовский 1969:6:538)


Глубоко символично и место подобной идиллии. “Сад является воплощением одной из граней романтического идеала. Он привлекает романтических писателей своей способностью откликаться на различные состояния человеческой души.” (Корзина 1994:39) Заброшенный, или наоборот, буйно разросшийся сад, городской парк - любимые образы романтизма. Потому основное действие в “Корзине с еловыми шишками” протекает в городском парке, а местом действия новеллы “Старый повар” становится сторожка в саду на окраине Вены. Оккультивированные сады и парки олицетворяли собой свершившийся синтез природы и искусства. Сад обособлял вместе с тем зону, в которой суровые законы реального мира утрачивали свою силу. Выход Дагни из городского парка символизирует одновременно конец магического чудодейства. Мотивы ностальгии, свойственные атмосфере садов и парков, также призваны были противопоставить их дикой природе. Потому-то детство Дагни проходит в лесах под Бергеном, а возвратившая ее в далекое прошлое музыка Грига звучит в городском парке Христиании. Воспоминания молодости сад навевает и на старика-повара. То, что центром действия становится ветхая сторожка посреди сада, еще более подчеркивает необычайность происходящего. Ведь образ невысокого старого дома в романтизме неизменно носит символический оттенок: “Что значат низкие потолки? Фантазия взлетает ввысь и воздвигает высокие, радостные своды, поднимающиеся до голубых сияющих небес. “(Ванслов 1966:131) Характерно и другое: исполняя желание старика, Моцарт наполняет ночной зимний сад весенним теплом и светом. Сад, самой своей сущностью подчеркивая безграничные возможности человека в деле преобразования природы, способствует подобному повороту сюжета. “Человек романтизма ощущает себя важной частью природы, наделенный такими же творческими возможностями, как и она, он вступает с ней в творческое соревнование.” (Корзина 1994:44)


Окончательную завершенность картине придает возникающий вдруг мотив любви. Со всей полнотой проявляется в таких новеллах характерная для романтизма гармония: высокому искусству соответствует сказочная природа и возвышенная любовь. Она простирается до сферы бесконечного, и старик-повар на всю жизнь сохраняет верность этому чувству. Им было продиктовано и его последнее желание, обращенное к ночному посетителю ветхой сторожки:


“ Я хотел бы еще раз увидеть Марту такой, какой я встретил ее в молодости. Увидеть солнце и этот старый сад, когда он зацветет весной.”(Паустовский 1969:6:537)


Любовь в романтизме “обладает космическим оттенком, делающим предметом восхищения не столько объект чувствования, сколько само чувство, его поэтическую силу, многогранность и неисчерпаемость.” (Хрулев 1985:32). Музыка Моцарта романтически трансформирует первоначальное желание старика увидеть визуальный образ Марты:


“Я вижу, сударь! - сказал старик и приподнялся на кровати. - Я вижу день, когда я встретился с Мартой и она от смущения разбила кувшин с молоком...”


Так чувственное начало в романтизме побеждает статичность образа.


8. Роль условности и ее использование в романтической новелле


8.1 Символика в романтическом тексте


Мифологизация сюжета, широкое использование символики придавали романтическому произведению значительную степень условности, Формы ходожественной изобразительности в таком случае обретали значительную емкость, заключали в себе огромное обобщение и позволяли художнику вместить в них гораздо большее содержание, нежели образы, создаваемые на бытовой, исторически конкретной основе. Новеллы об искусстве К. Паустовского со всей убедительностью доказывают нам это.


Ярко выраженная символика роднит текст рассматриваемых групп новелл. “Природные стихии и явления (буря, ветер, заря, солнце звезды, свет, мрак и др.) символизируют космические, социальные и душевные состояния и перемены. Определенное символическое значение имеют различные оттенки цвета и т.п.” (Гуляев Карташова 1991:80) Чем более суровым становится тон автора, тем выше наполненность текста символически значимыми природными явлениями. Мир природы передает напряженное душевное состояние героя, безмятежность и покой , недоступные ему в жизни, становятся аномалией и в природе:


Снег начал идти с вечера и к ночи запорошил всю равнину. Океан катил н а песок длинные волны. Они шумели без устали - месяцы, годы - и Аллан так привык к этому шуму что перестал его замечать. Наоборот, Аллана поражала окрестная тишина. Ему казалось, что она выпала на землю вместе со снегом. (Паустовский 1969:7:375)


Лишь в грезах видится Аллану другая равнина с “фиалками от края до края. Цветы испускали тонкий звук, будто в каждом была заложена маленькая струна.”(Паустовский 1969:7:386)

Проявляющаяся здесь гиперболизация текста призвана акцентировать остроту раскола мечты и жизни.


Отсутствие трагизма в романтическом конфликте лишь повышает роль условности текста. И тогда незначительная на первый взгляд деталь обретает лиричность, становится символом по мере развертывания романтического сюжета. Такова, например, корзина с еловыми шишками из одноименной новеллы. Вначале читатель и не догадывается, что тяжелая корзина (”В еловых шишках много смолы и потому они весят гораздо больше сосновых” (Паустовский 1969:7:467)), которую несет Григ, приобретет к концу повествования глубокую символичность. Маленькой Дагни Григ помог донести до дому тяжелую корзину, взрослой Дагни он помогает нести тяжкое бремя жизни, поддерживая в ней стремление пробиваться навстречу светлому будущему. Условность таким путем придает необходимую контрастность тексту, романтические пейзажи в повествовании становятся частью мира прекрасного. Потому так богат гиперболами и поэтическими метафорами текст в “Корзине с еловыми шишками”:


Если бы можно было собрать все золото и медь, какие есть на земле, и выковать из них тысячи тысяч тоненьких листьев, то они составили бы ничтожную часть того осеннего наряда, что лежал в горах. К тому же, кованые листья показались бы грубыми в сравнении с настоящими. (Паустовский 1969:7:466)


Метафоры, обладающие элементами мистики, загадки романтизм усиливал приданием определенного символического значения различным оттенкам цвета. Субъективно окрашенный индивидуальный образ предмета, явления служил средством выражения эмоциональной оценки. Новеллы с ярко выраженным романтическим конфликтом и передать его стремились однотипностью цветовой гаммы.

В новелле “Равнина под снегом” основную мысль произведения выражает доминирование черного цвета. Он символизирует мрак, забвение, горе, оплакивание(Еремина 1980:39; Rihlama 1997:110), он чужд жизни ( Steiner 1983:17; Brusatin 1966:44). Лишь изредка встречающиеся в тексте иные цвета неизменно носят холодный тон:


стремительная заря окрасила волны в мрачный цвет меди.(Паустовский 1969:7:385)

Художественный интерес портретно-биографических новелл обуславливает яркость и красочность романтических картин, переливы и переходы цветов друг в друга.

Смена цветов ночного неба в новелле “Старый повар”: “ночь из черной сделалась синей, а потом голубой” (Паустовский 1969:6:538) призвана показать умирающему старику, что его жизнь не прошла напрасно, она была по-своему прекрасна и о нем будут помнить. Стремительная смена цвета, холодных его тонов на более мягкие отражает душевное потрясение, испытанное персонажами новеллы. Синий цвет и его разновидность-голубой символизируют возвышенность чувств (1996:46), благородность помыслов героев произведения. Показательно и то, что любимый цвет романтиков - синий- сменяет символический для христианской религии черный цвет. Искусство тем самым опровергает религию в толковании греховности поступков и помыслов умирающего старика.

Символ чистоты, белый цвет, тесно связан с возникающим на страницах новеллы “Корзина с еловыми шишками” мотивом детства. Отсюда “белый цветок” на сердце Дагни, и ее отождествление с белой ночью, и ее белое платье. “Символическая сила цветов, относящихся, помимо всего прочего, к одежде или изображениям, имела большое значение. Так, белый цвет означал радость или великолепие...” (Беллингэр 1993:462) Желтый цвет в произведениях Паустовского вытеснен золотым, который вообще характерен для эмоционально-высоких текстов. “Все положительные оттенки желтого объединяются в рамках золото/золотой.” (Еремина 1980:39) Отсюда позолота северного рассвета и золото осени в “Корзине с еловыми шишками”. Отметим также, что позолота многозначительно указывает на начало процесса становления цвета. У Дагни, как бы хочет сказать нам автор, впереди большая и сполна насыщенная событиями жизнь. Окрашивая в романтическую тональность финал новеллы, символика передает эту уверенность автора и читателю.


8.2 Достоверность и условность в биографии героя

Биографическое произведение в романтизме отличает тонкое сочетание элементов правды и вымысла в воссоздании картин прошлого. Свою роль в образовании подобного рода синтеза играла и природа жанра. Портретная биография с присущей ей высокой долей условности нейтрализовала ее подчеркнутой достоверностью материала, тогда как художественная биография, правдиво отражая в целом перипетии жизненного пути героя, сознательно романтизировала его личность, вводила в ее трактовку элементы обобщенности, художественный образ благодаря этому обретал большую емкость и включал “гораздо большее содержание, нежели образы, создаваемые на бытовой, исторически конкретной основе, художник таким путем обретал возможность покорять пространство и время.” (Гуляев; Карташова 1991:80)


В ткань художественного произведения широко вводились вымышленные эпизоды, и порой это обуславливало модификацию личных имен героев. Так, в художественно-биографической новелле “Равнина под снегом” Эдгар По предстает под своим вторым именем – Аллан; несколько изменяется и имя его жены (Вирджиния, в литературном портрете Эдгара По Паустовский именует ее Виргинией; полное имя Виргиния Клемм; Е. А. Алексанян также считает,что в новелле “Равнина под снегом” речь идет о жизни и судьбе Эдгара По. (Алексаням 1969:132)). Подобная трансформация повышала свободу автора в трактовке биографического материала героя. Поэтому именно в новелле “Равнина под снегом” мы сталкиваемся с наиболее вольным изложением судьбы писателя Эдгара По в целом. Гений Моцарта и Грига действительно был признан уже их современниками, стал известен при жизни и Андерсен, хотя путь его к славе был труден и тернист. Трагичная судьба Аллана, представляемая автором, в этом плане более всего расходится с действительной судьбой Эдгара По. Однако авторский вымысел помогает придать характеру героя необходимую для романтизма цельность. Художественно-биографический жанр был столь убедительным по своей природе, что это позволяло романтикам порой обходиться без хронологической и территориальной точности в изложении биографии героев. Романтизм ограничивался лишь национальной идентификацией личности. Аллан - “великий и никому не нужный поэт Америки”, Андерсен “своего рода бедный принц из той страны, где некогда жил Гамлет”. Национальные черты нашли яркое проявление и в образах Грига и Моцарта. Точное место и время действия в художественно-биографических новеллах ни разу не названы. В одном случае это берег океана (“Равнина под снегом”), в другом и вовсе центральное действие разворачивается в катящемся по дорогам Италии ночном дилижансе где-то по пути из Венеции в Верону. В обеих случаях читатель так до конца и не осознает, что же занесло Андерсена в далекую Италию и каким образом Аллан оказался в избушке на берегу океана.


Пунктуальность важна там, где создаваемый образ и картина происходящего от начала до конца недостоверны, художественно неубедительны для читателя, именно пунктуальность в таких случаях призвана создать иллюзию подлинности описываемых событий. Действие при этом имеет биографически верные координаты пространства, а порой и времени ( “В один из зимних вечеров 1786 года на окраине Вены...”). Вена и Берген - города, где жили и творили великие композиторы. В новелле “Корзина с еловыми шишками” писатель идет даже дальше этого, пунктуально воссоздавая действительный образ великого Грига. Композитор действительно всю жизнь отличался простотой и скромностью. Он легко сходился с простыми людьми, любил уединенные прогулки. Музыка Грига, в которой Дагни слышит то пение пастушьего рожка, то шум ветра и перезвон лесных колокольчиков, носила глубоко романтический характер, изобиловала вставками в духе народных наигрышей. Восприятие ее слушателем было примерно таким, как это и изображено писателем. (Левашева 1962:328)

Сравнение художественной и портретной биографий показывает, таким образом, что первая, опираясь на биографический материал, тяготела к созданию художественно убедительного для читателя образа. Вымысел,используемый ею, призван был усилить драматизм судьбы героя, сделать его образ более цельным и потому понятным для читателя. Эти качества роднили художественную биографию с литературным портретом,что позволило Паустовскому позднее написать на основе новелл “Ночной дилижанс” и “Равнина под снегом” произведения в жанре литературного портрета. Напротив, высокая степень условности портретной биографии сближала ее с художественным произведением, обуславливая порой и их композиционное единство. Так, новелла “Старый повар”,

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: