Тенденции и перспективы развития корпоративных конфликтов в России
Несмотря на ряд мер либерального характера, реализованных в начале 90-х годов, и масштабную приватизацию, роль государства в экономической и социальной сфере остается чрезмерно высокой. Государство продолжает напрямую участвовать в хозяйственной деятельности. Ключевую роль в основных секторах экономики играют государственные предприятия или компании с государственным участием. Среди них такие базовые для экономики России компании как «Газпром», «РАО ЕЭС», «ОАО РЖД», «Аэрофлот», Сбербанк, «Рособоронэкспорт» и другие гиганты. В руках государства сосредоточена подавляющая часть ВПК, по-прежнему составляющего весомую долю в промышленности России, и особенно в ее научно-техническом потенциале. При этом в декабре 2006 г. президентом было принято решение полностью сосредоточить экспортные поставки новых вооружений в руках «Рособоронэкспорта».
Наряду с прямым участием в хозяйственной деятельности государство осуществляет перераспределение все возрастающей части финансовых потоков. Через бюджеты всех уровней аккумулируется и распределяется до 40 процентов ВВП страны. «Перераспределение средств общества государством способствует их расхищению. Издержки перераспределения доходов намного превышают выгоды тех, кому предназначаются перераспределяемые средства» писали Р. Строуп, Дж. Гвартни в «Азбуке экономики».
При этом в большинстве развитых стран доля доходов консолидированного бюджета в ВВП снижается или остается стабильной, а в России в последние годы заметно растет. Так, в среднем в «зоне евро» с 2000 г. по 2005 г. доля ВВП, консолидируемой государством в бюджетах всех уровней, снизилась с 47,1 до 45,7 процента, в странах ОЭСР – с 39,6 до 37,6 процента, в США – с 39,6 до 37,6 процента, а в России она увеличилась с 31,1 до 39,1 процента. Формально современный российский показатель примерно соответствует среднему уровню стран, входящих в ОЭСР, и даже несколько ниже, чем в среднем в странах ЕС. Однако и уровень социальной защищенности граждан этих стран еще долго будет для нас недостижимым идеалом. Судя по направлениям налоговой политики на 2006-2009 годы, обсуждавшимся недавно правительством, реальный уровень налоговый нагрузки будет в ближайшие годы возрастать.
Наша внешне «приличная» по сравнению с развитыми странами налоговая нагрузка перестает выглядеть таковой, если сделать поправку на собираемость налогов и уровень теневой экономики. При расчете ВВП Росстат добавляет оценку деятельности теневой экономики примерно в 25 процентов ВВП. Налоги при этом считаются по фактическому сбору. Таким образом налоговая нагрузка на легальный сектор экономики России составляет 49-54 процента ВВП против 34-35 процентов в США и 45-46 процентов в Великобритании.
Наше правительство гордится снижением номинальных ставок ряда налогов. Однако реальный уровень налогообложения определяется не только и не столько ставками налогов, сколько правилами определения налоговой базы и комбинацией используемых налогов, затрагивающих один и тот же объект налогообложения. А вот здесь нам особенно далеко до цивилизованных стран.
В начале нынешнего этапа налоговой реформы нам обещали, что на себестоимость можно будет относить все разумные с точки зрения ведения дел доказанные расходы. Увы, жизнь как всегда оказалась богаче.
При тезисе о заинтересованности государства в развитии фондового рынка система налогообложения доходов от операций на нем свидетельствует об обратном. Так убытки от этих операций можно относить на расходы только в пределах полученных доходов. Если вы не профессиональный участник рынка ценных бумаг, то вам не удастся уменьшить свои налогооблагаемые доходы от операций с фондовыми ценностями на другие расходы вовсе.
Сохраняется и такой анахронизм советской экономики как нормы затрат, устанавливаемые Минфином. Амортизацию, рекламу, расходы на командировки, расходы по привлечению заемного финансирования и ряд других можно относить на себестоимость не в размерах необходимых и обоснованных расходов, а лишь в пределах установленных чиновниками норм.
Сущим грабежом выглядит налогообложение операций, связанных с основными средствами, особенно с недвижимостью. Так, если вы провели переоценку стоимости помещений, то она будет учтена при расчете налога на имущество, но не уменьшит налоговую базу по налогу на прибыль при продаже или мене помещений. При проведении обмена недвижимости или других основных средств по переданному собственному имуществу необходимо будет заплатить налог на прибыль, а стоимость полученного при обмене будет списываться на затраты, уменьшающие налоговую базу по прибыли, лишь через амортизацию. Зачесть входящий и исходящий НДС полностью также не удастся. Бухгалтерский и налоговый учет оказались у нас полностью оторванными друг от друга. Стало скорее правилом, чем исключением, когда, имея по бухгалтерскому балансу убытки, компания должна уплатить налог на прибыль.
По оценкам американских компаний, работающих на российском рынке, за счет различий в правилах формирования налоговой базы по налогу на прибыль между Россией и США реальная ставка российского налога должна быть увеличена по меньшей мере в полтора раза.
Возврат экспортного НДС уже стал притчей во языках. В результате неумения чиновников отделить реальный экспорт от лжеэкспорта страдают законопослушные экспортеры. Особенно обременительны процедуры возврата экспортного НДС для поставщиков высокотехнологичной продукции, испытывающих в отличии от нефтяников дефицит оборотных средств.
Зачет уплаченного НДС на практике также не прост. В частности, он разрешен только в том случае, если поставщик выставил вам счет-фактуру с указанием размера НДС. Таким образом, автоматически исключаются из зачета товары, приобретенные в розничной торговле, даже при наличии кассового чека. Компании, оказывающие услуги как облагаемые, так и не облагаемые НДС (например, большая часть финансового сектора) должны разделять уплаченный НДС, принимая к зачету лишь часть его, в пределах доли предоставленных услуг, облагаемых НДС.
По подоходному налогу уровень изъятий из налоговой базы у нас также несопоставим с другими странами. Это касается и имущественных вычетов, и расходов на образование и лечение, и благотворительности. Требуемые для представления документы сложны, а размеры вычетов крайне малы.
Однако главная проблема нашей налоговой системы даже не в «косметическом» снижении налогов и несовершенстве расчета налоговой базы. Остаются глубоко неравноправными отношения налогоплательщиков и налоговых органов. Налоговое администрирование по-прежнему имеет карательный характер. Налоговые инструкции запутаны и медленно адаптируются к меняющимся налоговым законам. Пени и штрафы за налоговые проступки несоразмерно велики. Так, сумма налоговых претензий к ЮКОСу оказалась выше выручки компании за соответствующий год.
Налоговые претензии к ряду известных компаний лишь вершина айсберга. Многие российские предприниматели действительно использовали законные и нелегальные схемы ухода от налогов. Беда в том, как эти претензии возникают и предъявляются. Презумпция невиновности забыта. Более того, претензии предъявляются и по тем эпизодам, когда налогоплательщик действовал в рамках существовавшего на тот момент законодательства. Его несовершенство – проблема государства, а не гражданина. Неравенство налоговиков и налогоплательщиков сохранилось не только де-факто, но и де-юре. Не дай Вам бог запутаться в многочисленных и противоречивых инструкциях и не доплатить налоги или даже авансовые платежи по налогам. Карающий меч фискальных органов в виде пени, штрафов, принудительного списания средств со счета, ареста имущества и банковских счетов падет на Вашу голову. Хорошо еще, если обойдется без уголовного дела. Никаких сверок расчетов и актов для этого не потребуется.
При переплате налогов получить свои деньги обратно или зачесть их в счет уплаты других налогов можно лишь пройдя мучительную сверку расчетов с налоговой инспекцией. Бремя доказывания лежит на налогоплательщике. Деньги удастся вернуть по прошествии нескольких месяцев. Никакой компенсации за пользование чужими средствами, как это предусмотрено Гражданским кодексом, Вы, вероятнее всего, не получите. Говорить о компенсации иных издержек, упущенной выгоды или морального ущерба не приходится.
Ярким примером сложности получения полагающегося по закону является возврат «экспортного НДС». Даже по официальным данным его возврат при отсутствии претензий составляет 6-7 месяцев. С 2007 г. нам обещают заявительный, а не разрешительный принцип возврата экспортного НДС. Посмотрим, как все будет выглядеть на практике.
Процедуры предъявления налоговых претензий, прописанные в нормативных документах, на практике выполняются редко. Сплошь и рядом, не получив решения налогового органа и, соответственно, права его обжаловать, предприниматель обнаруживает инкассовое поручение от налоговой инспекции к своему счету, которое законопослушный банк обязан исполнить в бесспорном порядке.
Президент некоторое время назад позволил себе резкую оценку деятельности налоговых органов, назвав ее налоговым рэкетом. Правительству было дано поручение внести поправки в Налоговый кодекс, изменяющие налоговое администрирование в пользу налогоплательщика. Под этим предлогом Минфин даже отказался в ближайшее время обсуждать снижение НДС и ЕСН. Внесенные в Думу после долгих дискуссий поправки, в основном лишь ухудшают положение налогоплательщика. Де-факто проверки, которые предполагалось упорядочить, могут растягиваться на длительный срок и повторяться неоднократно, пусть и по решению вышестоящего органа. Даже лояльные правительству депутаты высказали немало критических замечаний по проекту. Однако изменения в Налоговый кодекс должны быть полностью приняты уже в июле.
В октябре обрели силу закона предложения президента, возвращающие бесспорный порядок взыскания недоимок, штрафов и пеней (правда, при небольших размерах задолженности). Это особенно опасно созданием очередного прецедента, поскольку данная норма противоречит конституционным положениям о возможности изъятия собственности лишь в рамках судебных процедур.
Более того, ВАС занял в последнее время по вопросам налогового администрирования позицию, которая в большинстве случаев ухудшает положение налогоплательщика. Так, указанное бесспорное взыскание, по мнению ВАСа, может осуществляться не 60 дней, а три года.
Хотя налоговая система еще не устоялась, властью регулярно озвучиваются революционные идеи по ее изменению. Так, замминистра экономического развития А.Шаронов предложил вообще заменить подоходный налог налогом на имущество, а аудитор Счетной палаты В. Пансков – платить подоходный налог по месту жительства. Начальник экспертного управления администрации президента А. Дворкович предлагает заменить НДС налогом с продаж. Минфин со следующего года предлагает вновь дифференцировать НДПИ и акцизы на бензин. В каждом из этих предложений, вероятно, есть что-то рациональное, но стабильность налоговой системы - главный залог ее эффективности.
Два слова о стабильности покупательной способности национальной валюты. В конце концов экономика может адаптироваться и к снижающемуся курсу рубля, и к растущему. Смущает лишь постоянная смена приоритетов наших финансовых властей в политике валютного курса.
Что касается инфляции, то при постоянных разговорах о борьбе с ней именно государство само в первую очередь подстегивает рост цен, что легко видеть из соотношения динамики общего индекса потребительских цен и темпов роста регулируемых или контролируемых государством тарифов, в том числе на продукцию естественных монополий и услуги ЖКХ. Как следует из прогноза МЭРТ, представленного на днях в правительство, в ближайшие три года эта практика будет продолжена. Наиболее тяжелым бременем подобная структура динамики цен ложится на малообеспеченные слои населения.
Однако и конкурентоспособность российской промышленности в целом устойчиво снижается. Так, с 1999 г. по 2004 г. индекс конкурентоспособности промышленности с учетом укрепления реального курса рубля, эффекта повышения цен производителей и роста издержек снизился почти в 3,5 раза. В последние полтора года эта тенденция явно усилилась.
В целом по оценкам доклада Всемирного экономического форума по сводному индексу конкурентоспособности Россия находилась в 2006 г. на 62 месте в мире (в 2005 г. – на 53 месте).
Как указывалось выше, в целом по расчетам Fraser Institute (доклад «Экономическая свобода в мире») Россия по уровню экономической свободы, который является синонимом хорошего инвестиционного климата, находится на 120 месте в мире и в последние 5 лет его уровень почти не меняется. Как показывают исследования авторов доклада об экономической свободе в мире, именно в странах с высоким уровнем свободы лучше ключевые параметры социально-экономического развития - от темпов экономического роста и до продолжительности жизни. Замечу, что в недавнем президентском послании парламенту решение демографической проблемы было объявлено одним из главных приоритетов экономической политики.
В результате темпы роста инвестиций в основной капитал в последние два года не увеличиваются и характеризуются крайней нестабильностью. Среди иностранных инвестиций преобладают кредиты. Фактически под видом иностранных инвестиций приходит преимущественно российский капитал, ранее вывезенный за рубеж. Инвестиционный климат станет благоприятным лишь тогда, когда реально возобладает принцип «в экономике разрешено все, что не запрещено законом».
3.2 Методы противодействия корпоративным конфликтам
Поскольку в основе возникновения корпоративного конфликта лежит осознание его участниками факта потенциального или реального нарушения своих субъективных прав и законных интересов, действия, совершаемые ими при урегулировании конфликта, преимущественно направлены на реализацию возможностей, предоставляемых правовым механизмом защиты субъективных прав и законных интересов. За рамками настоящей статьи мы оставим организационные меры превентивного характера, направленные на предотвращение возникновения корпоративного конфликта.
При анализе механизма защиты гражданских прав как основные используются понятия "способ защиты" (ст. 12 Гражданского кодекса РФ, далее - ГК РФ) и "форма защиты".
Наиболее распространенной классификацией форм защиты субъективных прав является деление форм защиты на юрисдикционную и неюрисдикционную.
К юрисдикционной форме защиты прав участников акционерных отношений можно отнести деятельность государственных и иных компетентных органов (Конституционный Суд РФ, суд общей юрисдикции, арбитражный суд, третейский суд, компетентный орган исполнительной власти) по защите нарушенных прав и интересов, когда компетентный орган, не являясь стороной конфликта, обладает санкционированными государством полномочиями по применению способов защиты в отношении сторон конфликта, и исполнение решений данного органа обеспечивается принудительной силой государственного аппарата.
В рамках юрисдикционной формы защиты, в свою очередь, можно выделить общий (судебный) и специальный (административный) порядок защиты прав (ст. 11 ГК РФ).
К межотраслевым способам защиты гражданских прав можно отнести обращение в Конституционный Суд РФ (далее - КС РФ) с жалобой на нарушение конституционных прав и свобод. КС РФ наделен полномочиями по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверять конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле (ст. 125 Конституции РФ, ст. 3 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. N 1-ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации"). Решения КС РФ окончательны, не подлежат обжалованию, действуют непосредственно и не требуют подтверждения другими органами и должностными лицами (ст. 79 ФКЗ "О Конституционном Суде Российской Федерации"). Участники акционерных правоотношений используют свое право на обращение в КС РФ, решения КС РФ являются значимым источником акционерного права.
Основная масса конфликтов, возникающих в корпоративных правоотношениях, подлежит разрешению в порядке искового производства. Дела по спорам между акционером и АО, вытекающим из деятельности АО, за исключением трудовых споров, рассматривают арбитражные суды (п. 4 ст. 33 Арбитражного процессуального кодекса РФ, далее - АПК РФ). Дела по спорам между АО и членами органов управления - физическими лицами подведомственны судам общей юрисдикции (ст. 22 Гражданского процессуального кодекса РФ). Реформа процессуального законодательства в целях совершенствования процедуры разрешения корпоративных споров обоснованно предусматривает отнесение всех споров между участниками корпоративных правоотношений к компетенции арбитражных судов.
В литературе по критерию материально-правового результата воздействия на спорные правоотношения исковые способы защиты разделяются на исполнительные (результат - исполнение обязанности в принудительном порядке), установительные (результат - признание наличия либо отсутствия правоотношения) и преобразовательные (результат - прекращение или изменение правоотношения, возникшего из факта нарушения либо оспаривания права).
Взяв за основу указанную классификацию, рассмотрим основные исковые способы защиты нарушенных (оспариваемых) прав и законных интересов участников акционерных правоотношений.
В качестве примеров исполнительных способов защиты можно привести: требование о выплате объявленных дивидендов (ст. 42 Федерального закона "Об акционерных обществах", далее - ФЗ об АО); требование о внесении записи в реестр акционеров (ст. ст. 44, 45 ФЗ об АО); требование об обязательном выкупе акций АО (ст. ст. 75, 76 ФЗ об АО); требование о предоставлении информации (ст. 91 ФЗ об АО).
К установительным способам можно отнести, в частности, требование о признании сделки АО недействительной. В рамках указанного способа можно выделить требование о признании недействительной крупной сделки АО (п. 6 ст. 79 ФЗ об АО), требование о признании недействительной сделки АО с заинтересованностью (п. 1 ст. 84 ФЗ об АО).
В отдельную подгруппу в рамках установительной группы способов исковой защиты можно отнести так называемые косвенные (или производные) иски, которыми защищаются не только права акционера или группы акционеров, но и корпорации в целом. Особенностью данных способов защиты прав участников акционерных правоотношений является то, что право на защиту интересов АО законом предоставляется акционерам. К косвенным искам можно отнести требование о возмещении убытков, причиненных дочернему обществу по вине основного общества, предъявляемое акционерами дочернего общества (п. 3 ст. 105 ГК РФ, п. 3 ст. 6 ФЗ об АО); требование о возмещении убытков, причиненных АО виновными действиями (бездействием) члена совета директоров АО, единоличного или коллегиального исполнительного органа АО, а также управляющей организации или управляющего, предъявляемое акционером АО (п. 5 ст. 71 ФЗ об АО).
Основным преобразовательным и наиболее часто используемым на практике способом защиты прав участников акционерных отношений является требование о признании недействительными решений органов управления АО (п. 7 ст. 49, п. 5 ст. 68 ФЗ об АО). Преобразовательным способом защиты является также требование о переводе прав и обязанностей покупателя акций на акционера, чье преимущественное право покупки акций нарушено (п. 3 ст. 7 ФЗ об АО).
Участники корпоративных правоотношений, заинтересованные в конфиденциальности и оперативности разбирательства, для решения корпоративного спора могут обратиться в третейский суд.
В соответствии с п. 1 ст. 3 Федерального закона "О третейских судах в Российской Федерации" в РФ могут образовываться постоянно действующие третейские суды и третейские суды для разрешения конкретного спора.
Среди постоянно действующих третейских судов, в которых стороны корпоративных конфликтов могут разрешить свои противоречия, можно назвать, например, Третейский суд при Торгово-промышленной палате РФ, Третейский суд саморегулируемой организации профучастников рынка ценных бумаг "Национальная ассоциация участников фондового рынка".
Однако сегодня третейское разбирательство не получило распространения при урегулировании корпоративных конфликтов.
Использование судебного порядка защиты гражданских прав обычно требует значительных временных затрат, по сравнению с ним обращение к административно-правовым способам защиты позволяет более оперативно реагировать на допущенные нарушения. Например, при нарушении преимущественного права акционера на приобретение акций и эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции, размещаемых посредством закрытой подписки (ст. 40 ФЗ об АО), могут быть применены меры защиты, предусмотренные ст. 26 Федерального закона "О рынке ценных бумаг": отказ в государственной регистрации выпуска акций, признание выпуска акций несостоявшимся или приостановление эмиссии акций (п. 13 Постановления Пленума ВАС РФ N 19). Данные меры носят межотраслевой характер, обусловленный тесной связью акционерных отношений и отношений в сфере рынка ценных бумаг, комплексным характером акционерного законодательства.
Кроме того, недобросовестная эмиссия является основанием наступления административно-правовой ответственности в виде наложения штрафа на юридическое лицо и его должностных лиц (ст. 15.17 КоАП РФ). Органом, уполномоченным рассматривать дела о совершении административных правонарушений, в данном случае является ФСФР России (ст. 23.47 КоАП РФ).
Неюрисдикционная форма защиты охватывает собой защиту гражданских прав и законных интересов, осуществляемую физическими и юридическими лицами без обращения к специально уполномоченным на разрешение конфликта органам, имеющим возможность принятия обязательных для сторон спора решений, исполнение которых подкреплено возможностью государственного принуждения.
Как проявление процессов саморегулирования бизнеса неюрисдикционная форма защиты прав является дополнительной по отношению к юрисдикционной форме и по времени создания, и по правовому инструментарию. Но дополнительная - не значит менее действенная. Неюрисдикционная форма защиты может стать даже более эффективной, нежели юрисдикционная, исходя из возможности локального нормотворчества саморегулируемых и общественных организаций, АО, а также за счет создания более гибких процедур рассмотрения жалоб и заявлений, оперативного вмешательства при выявлении правонарушений.
В рамках неюрисдикционной формы защиты субъективных прав и законных интересов участников акционерных правоотношений по субъекту, применяющему способы защиты, и характеру процедуры урегулирования конфликта можно выделить порядок защиты прав самостоятельными действиями управомоченного лица и согласительный порядок защиты, при котором урегулирование конфликта осуществляется преимущественно путем согласования конфликтующими сторонами своих интересов.
К порядку защиты прав самостоятельными действиями управомоченного лица можно отнести самозащиту и меры оперативного воздействия.
Представляется, что в случае совершения субъектом защиты самостоятельных односторонних действий по защите своего права или законного интереса следует говорить о самозащите, а случае, если для защиты необходимы действия обязанного лица, совершения которых управомоченное лицо вправе добиваться самостоятельными действиями, следует говорить о применении мер оперативного воздействия. Применение мер оперативного воздействия в отношении обязанного лица обеспечивается закреплением соответствующей обязанности данного лица в законе. В юридический состав, являющийся основанием возникновения такой обязанности, включается событие, установленное законом (в настоящее время к числу таких фактов относятся некоторые из существенных корпоративных действий), и обращение управомоченного лица к обязанному с соответствующим требованием.
Закрепленной в законе возможностью применения самозащиты в акционерных правоотношениях является норма п. 8 ст. 55 ФЗ об АО, в соответствии с которой в случае, если в течение установленного законом срока советом директоров АО не принято решение о созыве внеочередного общего собрания акционеров или принято решение об отказе в его созыве, внеочередное общее собрание акционеров может быть созвано органами и лицами, требующими его созыва.
В качестве мер оперативного воздействия можно выделить заявление акционером требования АО о выкупе акций в случаях, предусмотренных законом (ст. 75 ФЗ об АО). Требование о выкупе является реакцией акционера на действия АО, совершение которых он полагает влекущим, например, снижение стоимости акции и тем самым нарушающим его интересы. К оперативным мерам воздействия относятся также требование акционера о выкупе лицом, которое приобрело более 95% акций открытого общества, принадлежащих ему акций (ст. 84.7 ФЗ об АО); выкуп лицом, которое приобрело более 95% акций открытого общества, ценных бумаг открытого общества (ст. 84.8 ФЗ об АО); принятие акционером обязательного предложения о приобретении акций в случае поглощения, направленного "поглотившим" АО лицом (ст. ст. 84.2, 84.3 ФЗ об АО).
К согласительному порядку в рамках неюрисдикционной формы защиты возможно отнести способы разрешения конфликтов, альтернативные судебному и третейскому разбирательству, например примирительные процедуры, и корпоративный порядок урегулирования конфликтов.
Основным условием возникновения возможности применения согласительного порядка является намерение сторон достигнуть компромисса, конструктивно преодолеть противоречия, составляющих основу возникновения конфликта. В том случае, если конфликтующие стороны настроены на конфронтацию, наиболее эффективной формой урегулирования конфликта является юрисдикционная форма.
Практикой наилучшего корпоративного поведения значительная роль в совершенствовании механизмов защиты прав и законных интересов участников корпоративных отношений отводится развитию корпоративного (локального) порядка урегулирования корпоративных конфликтов (гл. 10 ККП), процедура осуществления которого может быть включена в устав или в иные внутренние документы АО.
ККП выделяет два вида корпоративного конфликта: конфликт между органами АО и его акционерами и конфликт между акционерами, если такой конфликт затрагивает интересы общества.
Конфликт между органами АО и его акционерами подлежит непосредственному разрешению: в данном типе корпоративного конфликта стороной конфликта является само АО, которое обладает всеми полномочиями для принятия решений, направленных на его урегулирование.
Органами АО, уполномоченными разрешать корпоративные конфликты, являются единоличный исполнительный орган и совет директоров, в котором возможно создать специальный комитет. Разграничение компетенции указанных органов по урегулированию конфликтов предлагается провести в соответствии с разграничением компетенции указанных органов по решению вопросов, явившихся основанием для возникновения конфликта. На рассмотрение совета директоров или созданного им комитета по урегулированию корпоративных конфликтов также рекомендуется передавать отдельные корпоративные конфликты, относящиеся к компетенции единоличного исполнительного органа АО (если конфликт затрагивает или может затронуть его интересы, например, в случае, если предметом конфликта являются действия (бездействие) этого органа либо принятые им акты). Члены совета директоров, чьи интересы конфликт затрагивает или может затронуть, не должны участвовать в работе по разрешению этого конфликта.
В качестве основной задачи органов АО в процессе урегулирования корпоративного конфликта определяется поиск такого решения, которое, являясь законным и обоснованным, отвечало бы интересам АО (как общекорпоративному интересу).
В случае возникновения корпоративного конфликта между акционерами АО орган АО, ответственный за рассмотрение данного спора, решает вопрос о том, затрагивает ли данный спор интересы АО и будет ли его участие способствовать урегулированию такого спора.
Предлагаемой ККП формой участия АО в урегулировании конфликта между акционерами является посредничество между акционерами при урегулировании конфликта: с согласия акционеров, являющихся сторонами в корпоративном конфликте, органы АО (их члены) могут участвовать в переговорах между акционерами, предоставлять акционерам имеющиеся в их распоряжении и относящиеся к конфликту информацию и документы, разъяснять нормы акционерного законодательства и положения внутренних документов АО и т.д.
Для АО важна информация о существующих корпоративных конфликтах, отражающих, прежде всего, проблемы при согласовании интересов участников акционерных отношений. ККП рекомендует АО ведение учета корпоративных конфликтов, которое можно отнести к полномочиям корпоративного секретаря АО. При отсутствии в АО корпоративного секретаря такой учет может вести, например, секретарь совета директоров АО. Возможность АО знать и, в случае необходимости, принимать участие в корпоративных конфликтах, разрешаемых в судебном порядке, Минэкономразвития РФ обоснованно предлагает обеспечить путем закрепления в законодательстве нормы об обязательном уведомлении в досудебном порядке АО о намерении обратиться в суд с требованием, которое может привести к корпоративному конфликту.
На основе анализа норм ККП, посвященных досудебному урегулированию корпоративных конфликтов, можно выделить следующие принципы корпоративного порядка урегулирования конфликтов: 1) законность принятия решения; 2) четкое разграничение полномочий между органами общества по урегулированию конфликтов; 3) отстранение от участия в разрешении конфликта заинтересованных должностных лиц общества; 4) прозрачность принятия решения (четкое и оперативное формирование позиции общества и доведение ее до сведения заинтересованных сторон); 5) непосредственное участие акционера в работе общества по урегулированию конфликта; 6) учет корпоративных конфликтов.
В процессе урегулирования корпоративного конфликта могут принимать участие также общественные и иные некоммерческие организации.
Некоммерческие организации, образованные с целью защиты прав инвесторов, как правило, могут оказывать помощь своим членам при защите их прав и интересов, в частности, консультировать по вопросам выбора и применения способов защиты, представлять их интересы при взаимодействии с обязанным лицом или представительствовать от их имени в судебных органах.
В целях восстановления доверия населения к рынку ценных бумаг законодатель сформировал предпосылки развития общественного порядка защиты инвесторов - физических лиц (ст. 18 Федерального закона "О защите прав и законных интересов инвесторов на рынке ценных бумаг").
Общественные и иные некоммерческие организации могут оказывать сторонам корпоративного конфликта помощь (как правило, в виде оказания различного рода услуг) в его разрешении, однако правом самостоятельного применения способов защиты они не обладают. Поэтому сегодня преждевременно говорить о формировании в рамках неюрисдикционной формы защиты прав и законных интересов участников корпоративного правоотношения отдельного общественного порядка урегулирования таких конфликтов.
Арбитражные суды смогут справляться с возрастающим объемом работы только при условии, что они будут способствовать использованию таких современных и гибких способов разрешения споров, как ведение прямых переговоров между спорящими сторонами, использование посреднических примирительных процедур, в том числе на стадии предварительного судебного заседания, чтобы большая часть коммерческих споров в суде заканчивалась не вынесением судебного решения, а заключением мирового соглашения сторон.
Посредничество предполагает подключение к переговорам или конфликту взаимоприемлемой третьей стороны, обладающей ограниченными полномочиями в сфере принятия решений или не имеющей их вовсе и помогающей участникам конфликта добровольно прийти к взаимоприемлемому решению спорных вопросов, составляющих суть конфликта.
В отличие от третейского судьи, обладающего правом на вынесение решения по спору, у посредника подобные правомочия отсутствуют. Посредник представляет собой третью сторону, т.е. лицо, не участвующее в конфликте непосредственно. Этот фактор весьма позитивно используется в урегулировании конфликта, путем создания возможности для сторон по-другому взглянуть на вопросы, их разделяющие, и построить отношения на неконфликтной основе.
Привлечение посредника преследует целью оказание помощи сторонам в установлении фактических обстоятельств возникшего между ними конфликта, достижении понимания сторонами реалистичности и юридической обоснованности их позиции в конфликте, предъявляемых требований и выдвигаемых возражений, выяснении, сопоставлении и сближении их точек зрения о пути разрешения конфликта, поиска и рекомендации устраивающего обе стороны механизма разрешения конфликта.
При достижении договоренности сторонами эти положительные результаты посредничества должны быть выражены в соответствующих документах или судебных актах. Урегулирование спора может привести к заключению между сторонами договора, по уже возникшему в суде делу отзыву истцом своего искового заявления, заключению мирового соглашения и соответственно вынесению судом определения о прекращении производства по делу.
В настоящее время представляется позитивным то обстоятельство, что ряд крупных объединений предпринимателей и фирм особое внимание уделяют формированию этических критериев и принципов ведения экономической деятельности, их распространению и использованию в практической деятельности. На смену периода правового нигилизма, диктата силы и обмана идет понимание экономической выгоды нормального законопослушания в сфере предпринимательства, когда исполнение требований закона и договора является намного более выгодным для доходов и хорошей деловой репутации фирмы, чем их игнорирование, и