Xreferat.com » Рефераты по педагогике » Влияние средств массовой информации на развитие агрессивности школьников

Влияние средств массовой информации на развитие агрессивности школьников

него отсутствует атмосфера любви и заботы, его стремление к зависимости развивается слабо.

Другой фактор, который может повлиять на уровень, на котором ребенок проявляет зависимое поведение, это степень фрустрации или наказания, которому он подверга­ется за проявление зависимых отношений. Коль скоро мо­тивация зависимости возникла, любое неприятие или иг­норирование ребенка, видимо, будет увеличивать его потребность в зависимости и мотивировать его попытки по­лучить вознаграждение за проявления зависимости. Бандура установил, что некоторые лишенные родительской заботы дети проявляли непрерывную тягу к близости и чрезвычайно высокую потребность во внимании и заботе, в то время как другие были апатичны и не прояв­ляли зависимого поведения.24 Эти на первый взгляд противо­речивые факты можно было бы легко объяснить, если бы были свидетельства того, что лишенные родительской за­боты дети, для которых было в значительной мере харак­терно зависимое поведение, изначально получали больше заботы, чем апатичные дети. Можно предположить, что это начальное воспитание создало мотивацию зависимости, а последующая утрата постоянного эмоционального контак­та в детском учреждении интенсифицировала у этих детей потребность в зависимости и, таким образом, усилила их стремление получить вознаграждение от зависимости. Ко­нечно, если бы их усилия оставались без вознаграждения, зависимое поведение несомненно бы угасло. Таким образом, для того, чтобы объяснить результаты по детям из дет­ских учреждений, нужно знать, воспитывались ли они ро­дителями, особенно в первые месяцы жизни, а также в какой мере усилия получить вознаграждение от зависимости, ос­тавались без вознаграждения или наказывались.

В то время как фрустрация и наказание за проявление зависимого поведения могут интенсифицировать, хотя и вре­менно, попытки ребенка получить вознаграждение за зави­симое поведение, они также могут вызвать состояние тре­воги по поводу зависимости и, таким образом, в этом плане конфликтную ситуацию. Степень проявления у ребенка на данный момент времени зависимого поведения является, следовательно, функцией как силы мотивации зависимости и привычек, так и уровня тревожности по поводу зави­симости. Действительно, при условии строгого наказания тревожность может быть так сильна, что будет в состоянии затормозить почти все открытые проявления зависимости.

Таким образом, хотя в детстве и имеет место положительный перенос зависимости, во многих важных вопросах большинство под­ростков обычно остаются зависимыми от родителей, обра­щаясь к ним за советом, помощью и моральной поддерж­кой. Если подросток сохраняет зависимость в отношениях с родителями и другими взрослыми, к которым он всегда мо­жет обратиться в случае нужды, он с большей увереннос­тью может проявить инициативу в делах, в которых у него нет опыта и, таким образом, обретает большую уверенность к себе и самостоятельность. С другой стороны, если он не может рассчитывать на поддержку, это может помешать ему установить зависимые отношения даже со сверстниками.

Глава 2. Агрессия в сфере массовой информации.


§1. Роль Масс – медиа в жизни подростка.


В свободное от школьных занятий время подростки реализуют различные возможности спонтанного усвоения социального опыта, черпая информацию из наиболее привлекательных для них коммуникационных каналов. Ранжированный ряд видов их времяпрепровождения мы попытались выстроить на основе выводов социологов25, а также наших собственных исследований.

Так, смотреть телевизор в среднем предпочитают 76,6% учащихся старших классов, слушать магнитофон, плеер – 69,6%, проводить время с друзьями – 67,4%, смотреть видеозаписи – 51,7%, читать книги 45,1%, общаться в кружке, секции, в другом молодежном объединении – 39,2%, читать газеты и журналы – 37,1%, общаться по телефону – 34,8%, общаться со своей девочкой или своим мальчиком – 27,4%, играть в компьютерные игры – 21,3%, проводить время с родителями и другими взрослыми – 19,4%, ходить в театры, на концерты, в музеи - 8,2%, обмениваться информацией по компьютерной сети – 4,7%, путешествовать по компьютерной сети – 3,1%.26

Приоритеты в выборе той или иной формы досуга не совпадают у жителей мегаполиса, небольшого города или села, но телевидение – почти у всех на первом месте. Являясь доминирующим досуговым компонентом, оно заслуживает особого внимания при анализе его роли в освоении различной информации подростками и юношеством, ведь для этого возрастного периода характерны интенсивное формирование мировоззрения, становление духовно-нравственных основ и ценностных ориентаций личности, ее социализация.

Оценки роли телевидения в обществе, его влияния на духовное развитие человечества порой бывают совершенно противоположными. Телевидение называют «окном в мир» и «ящиком для дураков», средством стать культурным человеком и способом превратиться в обывателя , источником просвещения и одновременно отупления.

Действительно, функции телевидения далеко неоднозначны. С одной стороны, оно расширяет общую информированность граждан, углубляет их знания. Способствует духовному росту, обеспечивает причастность к культуре, искусству, литературе. Праву, формирует нравственные оценки. С другой – обладает возможностью манипулировать сознанием, создавать пространство для пустого времяпрепровождения, исключающего духовно – личностное развитие, зачастую распространяет ложную информацию, лишает человека способности к самостоятельному размышлению или волевому действию, критическому суждению или свободному выбору.

Чем же оно является для современных подростков – добрым или злым, развивающим или подавляющим началом? Какие факторы могут способствовать позитивному взаимодействию формирующейся личности со столь сложным феноменом в современной жизни общества?

Обратимся, прежде всего, к психологическому аспекту поставленной проблемы: механизмам выбора, восприятия и освоения личностью информации. Выбор информации производится в соответствии с предпочтениями, потребностями человека, а говоря обобщенно – его личностными установками. В самом общем виде положение было сформулировано более 20 лет назад Д. и М. Райли, которые ут­верждали, что в условиях свободного вы­бора человек, сознает он это или нет, предпочитает обычно то, что ему хочется услышать или увидеть, в чем он надеется найти подтверждение своих ожидании.27 Кроме такого "резонансного" вос­приятия срабатывает некий барьер, обу­словленный сложившимися убеждениями человека, уровнем его духовности, который гасит интерес к информации, "не дотягивающей" до этой планки. Аналогичным образом он и воспринимает, интерпретиру­ет полученные сведения, преобразовывая, "перекраивая" их под себя.

Вопрос об избирательном отношении подростков к информации в силу несформированности их убеждений несколько иной и может рассматриваться в двух плоскостях. С одной стороны, многое зависит от степени привлекательности формы подачи материала, способов организации воздействия на зрителя ( и в этом смысле очень преуспело американское телевидение, широко и интенсивно использующее все приемы манипулирования сознанием и поведением своей аудитории). С другой – от группового (семья, сверстники) опосредования личностного восприятия или диктата моды. Кроме того, механизм восприятия и освоения телеинформации подростками сопоставим с тем, что мы называем эффектом ненаправленного воспитания: скажем, в семье ребенок воспринимает не вербализованные воспитательные формулы родителя, а модель его реального поведения.

Указанный способ воздействия ТВ представляет собой явление глубоко неоднозначное: его положительные стороны связаны с процессами социализации индиви­да, эффективными способами передачи социального опыта; отрицательные касаются же возможностей манипулирования сознанием, навязывания тех или иных сте­реотипов мышления и поведения. Здесь возникает проблема поиска своего рода «противоядия» против подобного манипули­рования. Основой такого «противоядия» является воспитание и духовное развитие личности.

Специфика восприятия и освоения школьником информации в огромной сте­пени зависит or той среды, того круга общения и того социально-культурного и духовного контекста, в которых происходит его взаимодействие с информационным каналом. Кроме того, сам акт восприятия нередко сопровождается интенсивным межличностным общением по поводу воспри­нимаемою материала, чем в значительной мере определяется механизм его усвоения.

Социальное окружение индивида, воспринявшее поведенческие образцы и определенные стереотипы мышления, содержащиеся в массовой информации, становятся для него как бы дополнительным, «вторичным» источником этой информации. При этом в данном случае многие ее компоненты поступают к индивиду уже в виде своеобразных культурных норм. Они могут восприниматься либо как неотъемлемые свойства социальной среды и вообще не осознаваться актуально в каждом конкретном случае, либо осмысляться в качестве культурных образцов – эталонов, подкрепленных тем или иным авторитетом.

Широкая общественность сомневается, что увиденное на экране действует не только на психически больных людей, но все же счита­ет, что следует ограничить возможное вредное влияние телевидения и кино для одной категории зрителей — детей.28 Высказываются опа­сения, что кино и телевидение учат детей тому, что агрессия выгодна, а применение насилия — прекрасный способ добиться цели.

В 80-е гг. началась острая полемика по вопросу о том, насколько велико влияние экранной жестокости на среднего телезрителя. С экранов телевизоров на нас обрушивается ничуть не меньше стрельбы, драк и убийств, чем трид­цать лет назад. В этом параграфе мы покажем, что иногда воспроизведение сцен наси­лия в средствах массовой информации действительно увеличивает вероятность последующего проявления агрессии как со стороны де­тей и сравнительно нормальных взрослых людей, так и со стороны тех, кто эмоционально неуравновешен. Вы также увидите, что это вероятное усиление агрессии может быть обусловлено как времен­ным влиянием, так и более постоянным научением. Хотя со време­нем принцип составления ТВ-программ не изменился, а большинство исследований медиа-эффектов подверглось критике, исследователям человеческого поведения удалось немало узнать о возможных по­следствиях демонстрации жестокости в кино и по телевидению.

Весь обзор можно условно разделить на две части. Первая часть будет посвящена немедленным или относительно кратковременным эффектам от изображения изнасилований и убийств в средствах массовой инфор­мации, начиная с преступлений-имитаций. Этой начальной теме мы уделяем много внимания, чтобы подчеркнуть два главных момента: во-первых, СМИ, просто сообщая новости или стремясь развлечь, могут иметь более обширное влияние на социальную агрессию, чем принято думать. Во-вторых, некоторые из психологических процес­сов, усиливающих агрессивные реакции на художественные фильмы, имеют место в случаях преступлений-имитаций. Основное внимание фокусируется на вопросе, при каких условиях сце­ны насилия на телевидении с большей вероятностью могут усили­вать агрессию. Во второй части будут рассматриваться долгосроч­ные последствия частых просмотров сцен насилия, которыми нас перекармливает телевидение.

В фильме «Таксист» главный герой, выйдя из себя, заявляет ма­лолетней проститутке, что, если она откажет ему, он убьет одного из политиков. Эта сцена может побудить какого-нибудь легковозбуди­мого человека на самом деле застрелить известного политика. В марте 1981 года, вскоре после просмотра этого фильма, Джон Хинкли покушался на убийство президента Рональда Рейгана и ранил его — так он пытался завоевать любовь женщины. Позже следова­тели обнаружили в гостиничном номере Хинкли письмо, адресован­ное актрисе Джоди Фостер, сыгравшей в фильме проститутку. По­тенциальный убийца, очевидно безумно влюбленный в мисс Фостер, писал, что ради нее готов убить президента Рейгана. Средства мас­совой информации и специалисты-психиатры высказали предполо­жение, что Хинкли действовал в соответствии с фантазией, навеян­ной этим фильмом.29

Может ли насилие, показанное на кино- или телеэкранах, дей­ствительно провоцировать агрессию? Допустим, Джон Хинкли под­ражал герою из фильма «Таксист». Тогда возникает другой вопрос: подобные фильмы влияют только на психически неуравновешенных людей и лиц с крайне агрессивным характером или вид драки может побудить даже сравнительно нормальных людей становиться агрес­сивнее, чем обычно?

Дело Джона Хинкли — наглядный пример того, как изощренно и глубоко средства массовой информации могут влиять на уровень агрессивности современного общества. Не только его попытка убить президента Рейгана была явно спровоцирована фильмом, но и само это покушение, которое широко освещалось в прессе, по радио и те­левидению, вероятно, побудило других людей копировать его агрес­сию.

Именно такой рост имел место шестью годами ранее, в сентябре 1975 года, после того как Линетт Фромме пыталась застрелить пре­зидента Джеральда Форда. Согласно статистике, представленной секретной службой, в первые три недели после покушения в адрес президента Форда пришло 320 угроз в сравнении с обычными 100 угрозами за такой же период времени. Естественно, каждое подоб­ное угрожающее послание требует проверки, поскольку всегда мо­жет найтись тот, кто способен реализовать свои слова. И действи­тельно, примерно через две недели после попытки Линетт Фромме в президента Форда стреляла Сара Джейн Мур. Очевидно, что по­кушения являются источником опасности для всех видных поли­тических деятелей. Хьюберт Хамфри, вице-президент во времена Линдона Джонсона и сам трижды кандидат в президенты, так про­комментировал второе покушение на жизнь президента Форда: «Встречаются люди, которые в ту минуту, когда видят такую попыт­ку или слышат о ней, по той или иной причине... хотят совершить то же самое».30

Мы много слышим о преступлениях-имитациях, и социологи уже давно знают о подобном феномене. Еще в 1890 году французский социолог Габриэль Тард (Gabriel Tarde) писал о «суггесто-подражательных-нападениях», говоря, что с распространением сообщений о жестоких преступлениях (в то время по телеграфу) у восприимчи­вых людей рождаются агрессивные идеи, а некоторые из них даже прямо копируют описанное в сообщениях поведение. Тард утверж­дал, что такой эффект имели убийства, совершенные знаменитым Джеком-Потрошителем в Лондоне в 1888 году: «…Менее чем через год в этом огромном городе было совершено целых восемь абсолютно идентичных преступлений. И это еще не все; за­тем последовало повторение этих преступлений за пределами... сто­лицы (и за границей). Инфекционная эпидемия распространяется по воздуху или ветру; эпидемия преступлений идет по линиям телегра­фа…».31

Факты говорят о том, что преступления-имитации не относятся к разряду крайне редких. Они случаются с определенной регулярно­стью, хотя нельзя говорить и об их неизбежности.

Мы высказали предположение, что новости о насильственных собы­тиях могут разбудить жестокость в некоторых зрителях, слушателях и читателях этих новостей. То же самое можно сказать о воздействии кино, которое призвано развлекать, а не нести информацию. Изображение дерущихся и убивающих друг друга людей может уси­лить в зрителях их агрессивные наклонности. Однако немало пси­хологов сомневаются в существовании такого влияния. Например, Джонатан Фридман (Jonathan Freedman) настаивает, что имеющие­ся «свидетельства не подтверждают мысль, что просмотр фильмов со сценами насилия вызывает агрессию». Другие скептики утверж­дают, что наблюдение за агрессивными действиями киногероев ока­зывает в лучшем случае лишь незначительное влияние на поведение наблюдателя.32

Мы же, в свою очередь, присоединяемся к тем, кто полагает, что значительная часть экспери­ментальных исследований со всей очевидностью доказывает: фильмы с жестокими, кровавыми сценами способны повысить вероятность аг­рессивного поведения зрителей. Это влияние варьируется в диапа­зоне от «слабого» до «среднего».

Опыт, проведенный Жаком-Фи­липпом Лейенсом и Леонсио Камино (Jacques-Philippe Leyens & Leoncio Camino) в бельгийском университете— это исследование в ключе работы психологов из Техасского университета.33 В эксперимен­те участвовали подростки, обитатели детских исправительных заведений. На время эксперимента всех их поселили в четырех коттед­жах. Сначала инструкторы-наблюдатели измерили исходный уровень агрессивности каждого мальчика. Через неделю после этого, на вто­рой стадии эксперимента (которая длилась пять дней), в коттеджах каждый вечер показывали художественные фильмы. При этом в одних коттеджах демонстрировались «агрессивные» фильмы, а в других — неагрессивные. Всю неделю наблюдатели анализировали поведение мальчиков. Наконец в течение следующей недели подросткам не пока­зывали никаких фильмов, но ежедневные наблюдения за их поведением продолжались. Следует рассказать только об агрессии подростков, зафик­сированной в те пять вечеров второй недели, когда демонстрирова­лись фильмы, поскольку Вуд и ее коллеги также основное внимание уделяли поведению испытуемых сразу после просмотра фильма. Для краткости ограничимся физическими нападками мальчиков друг на друга. Просмотр «агрессивных» фильмов привел к тому, что подростки стали более агрессивными по отношению к со­седям по коттеджу, независимо от того, насколько часто происходи­ли ссоры между ними в первую неделю. Для сравнения: у мальчиков, смотревших нейтральные фильмы, частота нападок друг на друга либо снизилась, либо осталась прежней. Лейенс также обнаружил (и это важно отметить), что повышенная агрессивность, наблюдаемая в коттеджах, где показывали фильмы со сценами насилия, не была вызвана просто увеличением уровня активности; мальчиков намерен­но провоцировали на агрессию. Эти фильмы определенно стимулиро­вали агрессивность подростков.

Нужно предостеречь от неправильного понимания слов «от слабого до среднего», что свойственно отдельным критикам исследо­ваний средств массовой информации. Исследователь Вуд отмечает, что даже слабое влияние не обязательно является незначительным. По ее оценкам, основанным на статистическом анализе, пусть малая часть молодых людей, смотревших фильмы со сценами насилия, могут стать более агрессивными, но тем не менее эта малая часть значимая и ее следу­ет воспринимать всерьез, памятуя об огромном размере медиа-аудитории.34

Поскольку средства телевещания показывают фильмы многим миллионам телезрителей, по всей стране в течение любой недели может произойти на несколько сот серьезных актов насилия боль­шее, чем их было бы в том случае, если бы такие фильмы не демонст­рировались.

Итак, перед большей частью исследователей уже не стоит вопрос о том, повышают ли сообщения в СМИ, содержащие информацию о насилии, вероятность того, что в дальнейшем уровень агрессии воз­растет. Но возникает другой вопрос: когда и почему этот эффект имеет место. К нему мы и обратимся, увидев, что все «агрес­сивные» фильмы одинаковы и что только отдельные агрессивные сцены способны иметь последействие. Фактически некоторые изоб­ражения насилия могут даже ослабить порыв зрителей напасть на своих врагов. Ниже мы выделим условия, ограничивающие вредные влияния сцен насилия, а также представим теоретический анализ медиа-эффектов, который одновременно является попыткой объяснить исключения и поможет понять как природу преступлений-имитаций, так и воздействия сцен насилия в художественном кино. Ввиду не­достатка места мы не сможем познакомить вас со многими интерес­ными и важными экспериментами, поэтому наш обзор исследований будет очень выборочным. Прежде чем продолжить, необходимо напомнить, что разговор идет сейчас только об относительно непосредственном и скоротечном воздей­ствии изображения насилия на телевидении и в кино или чтения о нем, но не о долговременных последствиях частого просмотра сцен насилия. Даже кратковременные эффекты могут быть довольно сложными: несомненно, они находятся под влиянием разнообраз­ных психологических процессов. Будет полезно объяснить это последействие с точки зрения понятия «прайминга». Понятие «прайминга». Центральная идея понятия «прайминга» (от англ. prime — заряжать, воспламенять) такова: когда люди стал­киваются с неким стимулом (или событием), имеющим частное зна­чение, им в голову приходят другие идеи с точно таким же значени­ем. Эти мысли в свою очередь могут активизировать и другие семантически родственные им идеи и даже склонить к действию.35

Понятие прайминга применительно к сценам насилия в масс-медиа. явления подобного рода спо­собствуют агрессивному поведению, которое является результатом просмотра теле- или кинопрограмм со сценами насилия или знаком­ства с газетными новостями о человеческой жестокости. Люди зара­жаются агрессивными идеями. Этот эффект знаком многим. Не­сколько лет назад один журналист спросил вожака нью-йоркской банды подростков, какие телепрограммы больше всего нравятся мо­лодежи. Парень перечислил программы, изобилующие стрельбой и убийствами, но добавил, что не любит, когда по телевизору показыва­ют изнасилования. По его мнению, подобные сцены «внушают пар­ням ненужные идеи... Они выходят из дому и делают то же самое — просто так».36

Возможно, парень прав. Трудно сказать, делают они это «просто так» или по какой-то причине. Но многие люди, угрожавшие прези­денту Рейгану после покушения на него, или те, кто совершал наси­лие под впечатлением от убийства президента Кеннеди или после широко освещавшегося чемпионата по боксу, вероятно, получили аг­рессивную зарядку от ставших отправными агрессивных историй в СМИ и воплотили свои мысли о насилии в насильственные дей­ствия.

Эксперимент, проведенный Чарльзом Тернером и Джоном Лейтоном (Charles Turner & John Layton) в университете Солт-Лейк-Сити, штат Юта, помогает понять психологические аспекты этого процесса. Иссле­дователи дали студентам списки слов на запоминание, а затем поручили каждому «наказать» другого студента за ошибки в ходе «проверки» выу­ченного. В этом задании самыми строгими учителями оказались те, кому достались легко визуализируемые слова, обладающие четкой агрессив­ной коннотацией (например, «пистолет», «нокаут», «столкновение»). Ис­пытуемые, запомнившие агрессивные, но менее легко визуализируемые слова (например, «гнев», «враг», наказание») или выучившие только нейтральные слова (какова бы ни была их образная ценность), налагали менее суровые наказания.37

Теперь давайте через призму этого результата рассмотрим обык­новенные жизненные ситуации. Допустим, мы слышим, что два человека напали на третьего и ранили его. Такое нетрудно себе представить. Легковизуализируемые события, подобные этому, впос­ледствии так же легко вспоминаются. (Тернер и Лейтон и другие исследователи доказали этот эффект.) Если, на наш взгляд, в этом происшествии преобладает агрессивный смысл, то есть событие вы­зывает у нас беспокойство или мы считаем его достойным порица­ния, то мы не только довольно быстро его запомним; также велика вероятность, что наша память активизирует другие связанные с аг­рессией идеи, чувства и желание действовать. Схожим образом мо­гут воздействовать сцены насилия в кино. Обычно они легко вспо­минаются благодаря своей визуальности, яркости и концептуальной простоте. Когда мы вспоминаем эти сцены, их агрессивное содержа­ние может вызвать у нас связанные с агрессией мысли, чувства и моторные реакции. В таком случае мы вполне способны сделать не­что в русле этих спровоцированных реакций, особенно если на тот момент будут ослаблены наши внутренние запреты на агрессию.

Обсуждая эксперимент Тернера— Лейтона, мы затронули серьезную проблему, которую следует сфор­мулировать точнее: у людей, наблюдающих сцены насилия, не возникнут агрессивные мысли и склонности, если они не интер­претируют увиденные действия как агрессивные. Иными словами, агрессия активизируется, если зрители изначально думают, что видят людей, намеренно пытающихся ранить или убить друг друга.

Наказуема ли увиденная агрессия? Даже считая наблюдаемое собы­тие агрессивным, зрители тем не менее могут не получить посыла к агрессии, если им четко дали понять, что агрессия наказуема. Допу­стим, мы видим, как некто избил человека, а потом видим, как драчун расплачивается за свой поступок. Как подчеркивал Альберт Банду­ра (Albert Bandura), маловероятно, чтобы в этом случае мы стали подражать поведению преступника, и едва ли у нас возникнут мыс­ли, одобряющие агрессию. То же относится и к криминальным сооб­щениям.

Является ли наблюдаемая агрессия «плохой»? Мы получим тот же результат, если будем думать, что увиденная агрессия заслуживает морального осуждения. Возьмем тот же гипотетический пример. Допустим, мы узнали, что человек, которого на наших глазах избили, позже умер от полученных травм. Это напоминание, что агрессия зачастую имеет чрезвычайно печальные или даже трагические по­следствия, может активизировать наши запреты в отношении агрес­сии и даже уберечь нас от столкновения с тем, кто только что рассер­дил нас.

Определенно то же самое относится и к демонстрации насилия в кино. Чрезвычайно агрессивный фильм не спровоцирует усиливаю­щие агрессию мысли и моторные реакции, если зрители расценива­ют экранные драки, стрельбу и убийства как злодеяния. Но в боль­шинстве подобных фильмов изображаемая агрессия не осуждается. В этом отношении показательны добрые старые вестерны. В этих фильмах никогда не показывают, что кто-то серьезно пострадал в драке или от пули. Персонажи просто падают, но публика не полу­чает напоминания о смерти и уничтожении, которые несет с собой оружие.

Конечно, в современном жестоком фильме нам почти наверняка покажут тела с кровоточащими рваными ранами от пуль и ножей, но даже в этом случае к концу картины зрители все же приходят к выводу, что для изображенного насилия по большей части имелись достаточные основания. Сколь бы кровожадным ни был фильм, в конечном счете в нем заложена идея о том, что жестокость можно полностью оправдать.

Иногда зрители отожде­ствляют себя с теле- и киногероями, что также влияет на силу их впечатлений от увиденного на экране. Отождествляя себя с одним из персонажей, они, по сути, воображают себя этим человеком. Как следствие, люди эмоционально реагируют на все, что бы ни случи­лось с «их» персонажем. Если герой — мужчина, который вступает и борьбу, они думают, что вместе с ним дерутся и стреляют в экран­ных врагов. Поскольку они представляют себя агрессивными, в них легко активизируется широкий спектр агрессивных идей и склонно­стей. Эксперимент Жака-Филиппа Лейенса и Стива Пикуса (Jacques-Philippe & Steve Picus) продемонстрировал, что агрессия усилива­ется, когда зрители отождествляют себя с киноагрессором. Испыту­емых, студентов университета Мэдисона, штат Висконсин, попросили представить себя одним из двух боксеров в короткой схватке за приз (персонажем, который в итоге побеждает). После того как ис­пытуемые видели, что их герой в фильме избивает соперника, они сами наказывали ранее провоцировавшего их человека более строго, чем наказали бы его в иной ситуации.38

Итак, наблюдаемая агрессия — в голове самого очевидца. Только если люди толкуют увиденное как агрессию, данное событие активи­зирует связанные с агрессией идеи и стимулирует их к проявлению агрессии.

§2. Опасность СМИ для школьников


Совместный просмотр видеофильмов ужасов и насилия явля­ется в настоящее время одним из наиболее типичных способов времяпрепровождения подростков. Что скрывается за притяга­тельностью кровожадности и зверского насилия для детей, и ка­кие мотивы объединяют их в группу, сидящую у телеэкрана? Мы подойдем к рассмотрению этих вопросов с учетом психических процессов, важных для перехода из детского во взрослое состоя­ние. При этом мы сделаем особый акцент на насилии и садизме в отношении женщин, стоящих на переднем плане в большинстве фильмов подобного жанра.

По сюжетам видеофильмов ужасов и насилия в банды и дру­гие группировки обычно объединяются только мужчины. Жен­щины, будучи героическими персонажами, выступают лишь в роли борцов-одиночек, имея при этом за своей спиной поддерж­ку мужчины – супергероя (например, фильмы «Скромная Блэз», «Лилиана — девушка из дикого леса», «Три ангела на острове смерти» и т. д.) Одним из редких исключений является фильм ужасов «День матери», в котором доминирующую роль играет насилие со стороны группы молодых девушек. Эта картина по результатам опроса популярности видеофильмов ужасов и наси­лия оказалась единственной лентой, названной девушками.

Еще в 1956 году в книге «Юность в опасности» американский социолог Роберт Гендриксон писал: «Же­стокость и садизм, небывалый рост преступлений с применением насилия, юный возраст преступников — все это говорит, что мы стоим перед сложнейшей проблемой нашего времени. Все эти кричащие факты преступности несовершеннолетних требуют, чтобы мы хоть сейчас направили все наши усилия на ее искоре­нение, иначе этот «девятый вал» захлестнет наших сы­новей и дочерей».39

Характерен и такой эпизод: в последние годы на телевизионных экранах стал весьма популярным сюжет «киднэппинга» т. е. кражи детей с последующим требованием выкупа. Вскоре заработала линия «связи»: телевидение — правонарушения несовершеннолетних. Участились случаи, когда старшие подростки крали де­тей и требовали выкупа у родителей. Нередко такие случаи заканчивались трагически.

Однажды полиции удалось напасть на след убийцы ше­стилетнего школьника Иокомидзо Масатоси. Преступ­ником оказался 16-летний парень без определенных за­нятий. При допросе он заявил, что насмотрелся телеви­зионных постановок и фильмов о похищении детей и решил сам похитить мальчика, чтобы потребовать за­тем за него выкуп. Однако мальчик сопротивлялся и плакал. Тогда похититель убил его.40

По мнению Фредерика Уэртхэма и всех, кто разделяет его взгляды, средства массовой коммуникации не явля­ются, конечно, главной причиной резкого подъема на­силия среди несовершеннолетних. «Однако без учета этого фактора, — пишет он, — мы не поймем природы данного социального и психологического явления. Пра­вильный анализ влияния современных средств массо­вой коммуникации (и в первую очередь кино и телеви­дения) на психологию человека может помочь нам справиться с теми взрывами насилия, которые в своей совокупности представляют «эпидемию чумы» в миро­вом масштабе».41

В результате клинического изучения 200 детей Ф. Уэртхэм пришел к выводу, что пока насилия, жесто­кости и садизма оказывают самое губительное влияние на молодых людей, которые в процессе «социализации» становятся все более и более «теленаправленными» (teledirected), т. е. характеризуются враждебностью к окружающим, жестокостью и бесчувственностью. Американский психиатр утверждает, что снижение сопро­тивляемости ко всему этому у детей прямо пропорцио­нально количеству передач с насилием, которые смот­рят дети.

Таким образом, средства массовой коммуникации «по­могают сформировать и закрепить в сознании подрост­ка уверенность в том, что жестокость, агрессивность и сила являются самыми действенными регуляторами в межличностных отношениях. А это в свою очередь не мо­жет не увеличивать числа тех молодых людей, которые не только восхищаются насилием, но и даже обожеств­ляют его.

Однако некоторые исследователи42 утверждают, что по­каз насилия на экранах телевизоров действует благо­приятно на психику ребенка, так как безвредным путем дает выход скопившейся у него агрессивности, ослабля­ет его агрессивные инстинкты, выполняя функции сво­еобразных «предохранительных клапанов».

С целью проверки этой теории проводился такой экспе­римент: группа студентов, доведенная предварительно до агрессивного состояния, была разделена на две час­ти. Одной половине был показан фильм, рассказывающий о матче боксеров-профессионалов, другая полови­на смотрела видовой фильм без единой сцены насилия. После этого все участники эксперимента подверглись проверке с помощью тестов. Оказалось, что первая группа стала настроена менее агрессивно, чем вторая.43

Американский психолог Сеймор Фешбах, проводивший данный опыт, объяснил это явление своеобразным «выходом» агрессивности, «переносом» ее на другой объ­ект. Несмотря на то, что другие подобные эксперимен­ты (в частности, с детьми) опровергают гипотезу С. Фешбаха, у последнего немало сторонников.

По

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: