Обучение культуре речи школьников старших классов
-Reading.
Эти неполные предложения, свойственные диалогическому общению, входят в группу неавтономных предложений.
Особенности контактного (непосредственного) общения с партнером/партнерами коммуникации проявляются в возможности использования паралингвистических средств, а также в общности ситуации, что приводит к большей или меньшей имплицитности, редукции сообщения.
Так, например, русский речевой узус позволяет (и предписывает) говорящему использовать такое максимально редуцированное высказывание, как «Один, пожалуйста». Искусственно развернутым высказыванием при этом могла бы быть фраза «Прошу вас передать деньги, опустить их в кассу и оторвать для меня билет», которая является нарушением речевого узуса (Пример из: Верещагин, Костомаров).
В английском языке контактность общения приводит к использованию коммуникантами таких неполных предложений, как, например:
Two, please.
Two, Charing Cross.
One of these, please.
Интересно заметить, что почти любая из подобных фраз может употребляться в разных ситуациях. Например, фраза «Two, please» может быть использована в автобусе, в кафе, магазине и т.д., и в каждом конкретном случае именно общность ситуации, контактность общения будет позволять коммуникантам безошибочно интерпретировать ее значение. Конечно, в указанных случаях также имеет место диалогическое общение, однако, отмеченные неполные предложения в данном случае вызываются именно контактностью общения, а не диалогической формой. Это становится особенно очевидным при диалогическом, но дистантном общении (например, по телефону): фраза «Two, please» будет заменена более развернутым высказыванием, например: «I would like to reserve two tickets for Flight 132 to New York, please».
Признак неофициальности несут, в основном, такие компоненты ситуации, как ролевые отношения, обстановка и тема. Среди неполных предложений, свойственных неофициальному общению, четко выделяются некоторые структурные типы:
1) Неполные предложения с опущенным подлежащим, например:
Thought you wouldn't have time for all this.
2) Неполные предложения с опущенным подлежащим и сказуемым (или его частью), например:
Know anything about it?
Going to join us?
Исследователи данного вопроса отмечают, что весьма распространенным является тип эллиптического вопросительного предложения, состоящего из одного причастия настоящего времени или инфинитива, например:
Remember?
Understand?
See?
3) Неполные предложения с опущенным сказуемым (или его частью), например:
You going there?
Следует заметить, что неполные предложения, вызываемые неофициальностью общения, могут использоваться как в диалогической, так и монологической речи, причем как в устной, так и в письменной форме (в письмах неофициального характера), например:
Dearest mother,
Lots of funny things I could tell you only I mustn't. We're putting up a good show, I think. Five German planes before breakfast is today's market quotation. Bit of a mess at the moment and all that, but we'll get there all right in the end.
Don't worry about me. I'm all right. Wouldn't have missed this show for the world. Love to old Carrot Top...
Yours ever,
Derek.
(A. Christie)
Из изложенного видно, что неполные предложения, используемые при неофициальном общении, с одной стороны, и при контактном общении, с другой, объединяются лингвистами в группу автономных неполносоставных предложений.
Таким образом, при функциональном подходе, характерном для современной методики преподавания иностранного языка, классификацию неполных предложений можно представить в следующем виде:
I. Неполные предложения, характерные для диалогической формы общения.
П. Неполные предложения, характерные для контактного общения.
III. Неполные предложения, свойственные неофициальному общению.
Следовательно, для более эффективного обучения стилистически правильной речи необходимо разграничивать типы неполных предложений: 1) используемых коммуникантами в диалоге (он может быть официальным по характеру, и тогда в нем будут отсутствовать неполные предложения, свойственные неофициальному общению), 2) при контактном общении и 3) в неофициальной ситуации (причем если в последнем случае имеет место монологическое высказывание, то в речи говорящего будут отсутствовать неполные предложения, характерные для диалогических реплик).
2.3. Лингвистический аспект логичности
Несмотря на то, что в методике преподавания иностранного языка необходимость развития логичной речи является аксиомой, при исследовании проблемы обучения культуре иноязычного общения само понятие логичности нуждается в уточнении.
Чаще всего под логичностью речи понимают последовательность выражения мысли, что обеспечивается, в частности, соблюдением говорящим/пишущим лингвистических законов построения текста.
Как известно, смысловая целостность высказывания (когерентность) должна подкрепляться структурной целостностью (когезией). Предложения, входящие в состав текста, связаны между собой «разнообразными внешними сигналами, указывающими на то, что они представляют собой части одного целого и образуют в своей совокупности структурное единство» [21, с. 26]. В лингвистической литературе описываются средства осуществления структурно-грамматической и лексической связи, среди которых вычленяются такие группы, как референция, субституция, эллипсис, конъюнкция и др.
Не раскрывая содержания каждого из перечисленных понятий, рассмотрим в качестве примера референцию как наиболее простой и распространенный вид когезии, а также конъюнкцию как также весьма употребительную и объемную с точки зрения количества единиц и разнообразия выражаемых ими смысловых отношений категорию когезии.
Под референцией понимается замена в тексте наименования, свойства или действия определенными детерминантами, к которым относятся, например, местоимения, слова с количественным или сравнительным значением (например, the first в таком контексте: There were two men. The first was...), артикль the и др.
Конъюнкция объединяет отдельные слова (например, союзы and, but), словосочетания (on the contrary, in such an event, etc.), целые предложения (I mean, etc.), служащие для обозначения добавления к ранее изложенной информации, вывода, следствия, противопоставления, порядка следования, аргументации и т.д.
Заметим, что именно языковые средства, которые входят в эту категорию, обычно выступают в качестве «логических скреп» (например: следовательно, с одной стороны - с другой стороны, в дополнение, перейдем к следующему факту и т.д.).
Помимо указанных пяти категорий когезии, выделяются также и другие средства связи между предложениями: порядок слов в предложении, распределение временных, залоговых форм, чередование артиклей и т.д..
Структурная связь между предложениями осуществляется не одним каким-либо средством, а совокупностью средств, которые взаимно дополняют друг друга. Эти языковые средства являются внешним выражением смыслового единства текста, и, следовательно, неверное их использование может разрушить это единство и тем самым привести к нарушению общей логичности высказывания. Например, неправильное, не соответствующее характеру смысловых отношений между предложениями использование таких коннекторов, как союзы, приводит к нарушению логичности текста, затрудняет следование за ходом авторской мысли.
Законы композиции текста определяются прежде всего его жанром, но вместе с тем, по утверждению многих исследователей, практически универсальным законом построения нехудожественного текста является трехчастная композиция, в наибольшей степени отвечающая логике выражения мысли. В соответствии с этим, в тексте должны присутствовать вступление, или вводная часть, основная часть и заключение.
Необходимо подчеркнуть, что говорящий обязан владеть языковыми средствами, обозначающими переход от одной мысли к другой, что также является необходимым условием логичного в целом высказывания. Естественно, что это особенно важно при построении текста большой протяженности. Языковые средства, выполняющие функцию так называемых «логических скреп», или «логических мостиков», от одной мысли к другой играют чрезвычайно важную роль.
Речь идет в основном о монологическом высказывании, как письменном, так и устном, при порождении которого изучающие иностранный язык встречаются со значительными трудностями, заключающимися прежде всего в необходимости обеспечить его логическую стройность. Вместе с тем, умение последовательно выражать мысли, правильно пользуясь лексическими и грамматическими средствами, обеспечивающими структурную целостность высказывания, не исчерпывает логической культуры индивида.
Не менее важным, чем соблюдение логики всего высказывания в целом, является недопущение алогичности в рамках одного предложения, например:
«Хочу выразить большую благодарность врачу санаторно-лесной школы. Человек этот с всегда улыбающимся лицом и вместе с тем с большим опытом». (Пример из: Головин, с. 149).
«Вскоре после окончания военных действий вступили в строй школы, больницы, учебные заведения». (Пример из: Свинцов, с. 58).
В обоих случаях говорящими не были учтены отношения, существующие между понятиями, а также правила выполнения операций с ними, изучаемые логикой.
Обобщением, как известно, называется «логическая операция, посредством которой через сокращение содержания понятия расширяется его объем. Путем обобщения видовое понятие теряет свой отличительный признак и превращается в родовое понятие» [31, с. 45], например: письменный стол - стол - предмет мебели - вещь (пример В.И.Свинцова). Процесс, обратный обобщению, называется ограничением понятий, например: журналист - русский журналист - русский журналист XVIII века - Н.И. Новиков (пример В.И.Свинцова). Важно отметить, что нередко в речевой практике встречаются псевдоограничения («вводится мнимый добавочный признак, ничего не изменяющий в содержании понятия и потому не ведущий к выделению нового класса объектов» [25, с. 42], например: неожиданный сюрприз, моя автобиография, являющиеся нарушениями речевой культуры.
Логичность речи обеспечивается также порядком слов. Даже на родном языке порядок слов нередко нарушается, допускаются ошибки типа:
Почти каждый пятый студент у нас учится на «хорошо» и «отлично». Казалось бы, кому, как не этим студентам, оказать помощь тем, кто только пришел на студенческую скамью, поделиться личным опытом». (Пример из: Головин, с. 151.)
Б.Н. Головин отмечает, что здесь «неверное расположение слов приводит к логической нечеткости выраженной мысли. Выделенное сочетание слов стоит явно не на месте, нарушая и затемняя семантические связи частей этого высказывания» (там же).
Ошибки в порядке слов чаще всего характерны для письменной формы общения, поскольку в устной речи подобные сбои в известной мере снимаются при помощи ударения.
Как известно, изучающие иностранный язык часто допускают неточности в выражении мысли, которые проистекают из-за различий в способах актуального членения предложения в родном и изучаемом языках. Так, например, в русском языке чаще всего является порядок слов, а в английском с этой целью используются как специальные конструкции (Tliere is/are; It was John who did it и др.), так и артикли.
Следует отметить, что между рассматриваемыми компонентами культуры речи (уместностью и логичностью) существует тесная взаимосвязь. Так, с повышением степени официальности ситуации возрастают и требования к логичности речи, будь то диалогическое или монологическое, устное или письменное общение. На лингвистическом уровне это выражается, например, в следующем: если в официальном стиле требования к правильному структурному оформлению текста (устного и письменного), к разнообразию средств связи весьма высоки, то в неофициальном стиле, как отмечалось, из всех существующих в английском языке возможностей соединения фраз в высказывании (средств, обеспечивающих его структурную целостность) чаще всего используется союз and.
Выводы к разделу II
Умение стилистически правильно строить высказывание подразумевает владение конкретными нейтральными и стилистически окрашенными языковыми средствами, принципом, в соответствии с которым происходит выбор и сочетание языковых единиц, знакомство с «внутренними приметами» стилей, их стилевыми чертами, которые и осуществляются в речи посредством определенных лексико-грамматических средств. Свободное владение средствами, обеспечивающими стилистическую правильность и логичность, может способствовать также повышению выразительности высказывания, в частности, путем преднамеренного нарушения логических законов или эпизодического использования стилистически чужеродных элементов.
Таким образом, стилистическую уместность и логичность высказывания обуславливают стилевые черты и языковые особенности официального и неофициального стилей (эллиптические предложения как характерная особенность последнего) и лингвистический аспект логичности.
Раздел III
КУЛЬТУРА РЕЧЕВОГО ОБЩЕНИЯ КАК ЦЕЛЕВАЯ УСТАНОВКА В КУРСЕ ИНОСТРАННОГО ЯЗЫКА
3.1. Методическая кодификация разговорной речи как объекта овладения изучающими иностранный язык
Прежде всего, необходимо уточнить понятие «разговорная речь» в связи с тем, что, с одной стороны, в курсе иностранного языка она часто выступает как объект изучения, а с другой, ее определение и описание (и в теоретических работах, и в практических пособиях) отличаются известной нечеткостью.
Касаясь вопросов обучения разговорной речи В.Д.Девкин отмечает, что «обиходная речь иностранца не должна быть ни чрезмерно книжной, ни слишком небрежной. Допустимое для носителей родною языка непозволительно для иностранца» [11, с. 3]. Он также утверждает, что часто встречающийся неверный подход к отбору активного фонда иностранной разговорной речи заключается в «максимализме, в недоучете того, что крен в направлении излишней небрежности и раскованности речи ведет к смешению стилей и делает речь карикатурно смешной» [11, с. 139]. Понятия «чрезмерно книжная» и «слишком небрежная» речь, несомненно, нуждаются в конкретизации.
В центре нашего внимания находится английская разговорная речь (ситуативная прикрепленность разговорной речи в разных языковых коллективах неодинакова). Так, носителям английского языка свойственно стремление к большей (по сравнению с говорящими, например, на русском или немецком языках) разговорности, неофициальности общения даже в таких, казалось бы, cyгубо официальных ситуациях, как научные конференции. В этом плане наблюдаются также различия между британским и американским вариантами английского языка.
Как известно, понятие «разговорная речь» далеко не всегда трактуется однозначно. Суммируя существующие точки зрения, Е.А.Земская замечает, что к основным объектам, которые обозначаются этим термином, относятся следующие: 1) любая речь, проявляющаяся в устной форме (научный доклад, лекция, бытовая речь, городское просторечие, территориальные диалекты); 2) устная речь городского населения (те же виды речи, что в 1-м пункте, исключая территориальные диалекты); 3) устная бытовая речь городского и сельского населения; 4) непринужденная речь носителей литературного языка.
Подобная многозначность приводила в течение длительного времени к неоправданно широкому толкованию разговорной речи. В последнее время в теоретическом плане фактически изжито смешение понятий устная речь, с одной стороны, разговорная, с другой, обиходная (бытовая), с третьей, и диалогическая, с четвертой, необходимость чего аргументировали многие авторы (например, Н.И. Поройкова). Появилось значительное число сторонников трактовки разговорной речи как речи, проявляющейся только в условиях непосредственного непринужденного неофициального общения. Несмотря на то, что усилия ряда методистов были также направлены на дифференциацию указанных понятий, в практических пособиях это все еще не находит должного отражения.
Отсутствие разграничений между устной речью, речью разговорной, обиходной и диалогической, каждая из которых представляет особый лингвистический феномен, в методике обучения языку имеет весьма серьезные последствия. Размытость границ объекта изучения приводит к неадекватному отбору содержания обучения и, в конечном итоге, к недостаточно высокому уровню развития стилистически правильной речи. Следующий образец языкового материала показывает его несоответствие тем экстралингвистическим условиям, в которых находит свое воплощение английская разговорная речь, а именно, условиям непринужденности, неофициальности:
- Being pressed for time as I am, I'd like to ask you for a piece of
advice, George. What must I see in your city in the first place?
- Oh, it isn't an easy question. Our city is known for its numerous memorials and points of interest, some of which are unique in the world. [39, c. 166,168.]
Сейчас наибольшим признанием пользуется трактовка разговорной речи как языковой разновидности, которой носители литературного языка пользуются в разнообразных условиях устного непосредственного непринужденного общения. Среди условий коммуникации, детерминирующих выбор говорящим разговорной речи, называются: непринужденность речевого акта, его неподготовленность и непосредственное участие партнеров коммуникации в речевом акте. В других терминах, это реализация неофициального стиля в устном непосредственном общении. Разговорной речи противопоставляют кодифицированный литературный язык, который может рассматриваться как аналог официальному стилю.
По мнению М.О.Фаеновой, первое, что необходимо иметь в виду, выдвигая разговорную речь в качестве объекта изучения в курсе иностранного языка, это ее функционирование только в неофициальных ситуациях. Неофициальность, главным образом, и определяет выбор говорящим языковых средств.
Второе. Степень непринужденности, неофициальности общения в реальных условиях коммуникации может значительно варьироваться, что сказывается на используемых в каждом конкретном случае языковых средствах. Иными словами, сама разговорная речь в определенной степени модифицируется в разных условиях общения.
Современная коммуникативно-ориентированная методика преподавания иностранных языков в качестве основы обучения принимает ситуацию общения, в связи с чем большое значение, особенно при развитии умений уместного использования языковых средств, приобретает подробное описание предлагаемых учащимся ситуаций. Оно непременно должно включать указание на степень официальности их основных компонентов: ролевых отношений, обстановки, темы и т.д.
Однако в методической литературе, где затрагиваются проблемы английской разговорной речи, рассмотрение вопроса, касающегося экстралингвистических условий ее функционирования, отличается некоторой нечеткостью.
М.О.Фаенова отмечает, что, во-первых, зачастую неточно определяется сфера функционирования разговорной речи. Например, нередки утверждения, что она функционирует в «повседневном общении», что является, по меньшей мере, недостаточным, так как не позволяет разграничить область применения разговорной речи, с одной стороны, и кодифицированного литературного языка, с другой, который также может обслуживать «повседневное общение».
Во-вторых, то, что носители языка пользуются разговорной речью в ситуациях с весьма широким диапазоном неофициальности, учитывается не в полной мере. С одной стороны, именно этот факт лежит в основе достаточно широко распространенного в лингвистике и используемого методистами вычленения в рамках разговорного стиля двух разновидностей: литературно-разговорной и фамильярно-разговорной. Но, с другой стороны, методисты чаще всего отказываются от фамильярно-разговорного стиля как объекта овладения изучающими иностранный язык. В качестве единственно приемлемой языковой разновидности при обучении устной речи (даже в языковом вузе) утверждается литературно-разговорный стиль.
Разговорная речь изучающих иностранный язык должна отличаться от разговорной речи носителей языка тем, что область ее применения является более ограниченной в силу того, что диапазон ситуаций, в которых может иметь место коммуникативная деятельность иностранца, как правило, значительно уже существующего в естественной коммуникации. Вместе с тем, в рамках ситуаций, значимых для коммуникативной деятельности лиц, говорящих на иностранном языке, их разговорная речь должна по всем параметрам приближаться к разговорной речи носителей языка.
Как было указано выше, ситуативная прикрепленность разговорной речи в разных языках различна. Как следствие, неофициальность, непринужденность общения носителями разных языков воспринимается и оценивается неодинаково, что необходимо иметь в виду в процессе формирования культуры иноязычного общения: изучающие иностранный язык должны знать национально-культурные особенности речевого поведения его носителей.
3.2. Овладение формулами речевого этикета как необходимая предпосылка развития культуры общения
Речевой этикет, как известно, предписывает говорящим использование определенных формул в зависимости от ситуации общения. Носители языка, овладевшие правилами речевого узуса в процессе социализации, интуитивно осуществляют выбор требуемых единиц, ориентируясь на экстралингвистические условия, среди которых особое значение имеет степень официальности обстановки и отношений между коммуникантами.
Микросистема единиц речевого этикета отражает национально-культурную специфику общения в данном социуме, так как она не-посредственно связана с принятыми в обществе правилами невербального поведения, обычаями, привычками носителей языка.
В системе речевого этикета есть зоны, как коррелирующие с соответствующей системой родного языка, так и резко расходящиеся с ней. Для построения системы работы по обучению речевому этикету эти участки расхождений и сходства должны быть предварительно четко определены. С.А.Корзина полагает, что в методических целях не менее важным является создание на базе сопоставительного анализа типологии формул речевого этикета, которая затем будет положена в основу упражнений. Проиллюстрируем необходимость таких исследований на примере проведенного М.О.Фаеновой краткого анализа прагматического аспекта формул, относящихся к тематической группе «Обращение».
Так, анализу были подвергнуты структурные типы обращений, а также условия коммуникации, определяющие использование тех или иных форм.
Прежде всего, обращают на себя внимание некоторые группы обращений, в которых коннотативный компонент значения ярко выражен. Это, во-первых, так называемые «оценочные обращения» (love, sugar, brute, ape); во-вторых, обращения, эмоциональность которых обусловлена морфологической производностью (Charlie, daddy, auntie, Johnny-lad и т.д.). Можно выделить еще целый ряд обращений, выражающих определенное эмоциональное отношение говорящего и являющихся весьма частотными.
В рамках группировки обращений можно отметить следующие случаи.
1) Имена собственные. В английском языке употребление имени и фамилии в функции обращения характеризуется ярко выраженной эмоциональностью и, как правило, передает различные оттенки негативного в целом отношения (раздражение, негодование, неприятное удивление и др.) Например:
a) The suspence was too much for Catherine, who shouted: « Riley
Henderson, don't you dare shoot us!» (T. Capote)
b) You attacked me, Dolly Talbo, don't deny it, everyone here is a witness, everyone saw you aim that mason jar at my head. Junius, arrest her!
(T. Capote)
Употребление фамилии при обращении к женщине, не сопровождающееся традиционными формами вежливости (Mrs. или Miss), также имеет негативную эмоциональную окраску. Например:
"Water not boiling again, Somers!" And Miss Somers' worried meek face went pink and she said, "Oh, dear! I did think it was boiling this time."
(A. Christie)
Специфичным для английского речевого употребления является использование в качестве обращения одной буквы имени адресата (сопровождающейся традиционными формами вежливости, типа Mr., Mrs. или без них), что имеет ярко выраженные положительные коннотации: так обычно обращаются к человеку, с которым говорящий не связан узами родства, но к которому он испытывает теплые, сердечные, дружеские чувства. Например:
She had been with him so long, that their relationship was very informal. All the family called her simply P. She... supposed she was «half-nanny» as well as secretary. (J. Fowles).
2) Окказиональные обращения. Указанные обращения имеют весьма определенно выраженные эмоциональные (чаще негативные) коннотации, причем это является нормой современного английского языка. Например: «Well, speak up, girl, speak up,» said old Mr. Crackenthorpe irritably.
(A. Christie)
Определяемые прилагательными и/или местоимениями, они, как правило, приобретают окказиональные коннотации, которые могут варьироваться и выражать как дружелюбное, ласковое отношение говорящего (old girl, old boy, (my) dear fellow), так и в определенных контекстах покровительственное и даже негодующее (young man, my dear man, dear fellow).
a) He raised his free hand and pointed down the room toward the Mouse. «Have a drink, dear boy». (J. Fowles)
b) When I told him the news, he said at once: «You don't think he meant to shoot her, do you Hastings?»
«My dear man!»
«Sorry, sorry. I shouldn't have said that.» (A. Christie).
3) Термины родства. Помимо указанных выше обращений с морфологически выраженными эмоциональными коннотациями (daddy, auntie), экспрессивными являются обращения типа Pron poss + N (mу son, my mother), которые часто употребляются в поэтической речи. Слова father, mother в определенных контекстах могут приобретать негативные коннотации, например, в ситуациях, где ожидается использование более неофициальных и ласковых форм обращения, таких, как dad, daddy, mum, mummy.
Наличие в языке обращений с разнообразными эмоционально-экспрессивными коннотациями обязательно должно учитываться в процессе обучения говорению. Необходимо также предусмотреть овладение ими в рецептивном плане, так как понимание читаемого или воспринимаемого устно текста в значительной мере может зависеть от того, насколько точно читающий или слушающий воспринимает общую тональность общения. В целом, для успешного овладения культурой речевого общения, изучающие иностранный язык должны знать национально-культурные особенности речевого поведения его носителей, владеть типологией формул речевого этикета.
Выводы к разделу III
Поскольку микросистема единиц речевого этикета отражает национально-культурную специфику общения в данном социуме, изучающие иностранный язык должны знать национально-культурные особенности речевого поведения его носителей, условия коммуникации, определяющие использование тех или иных форм.
Для построения системы работы по обучению речевому этикету должны быть предварительно четко определены зоны, как коррелирующие с соответствующей системой родного языка, так и резко расходящиеся с ней.
Культура вербального общения предполагает не только умение продуцировать логически правильные высказывания, но также способность, восприняв сообщение, оценить его с точки зрения логики и, в значительной мере руководствуясь этим, осуществлять свое дальнейшее поведение.
Глава IV
НЕКОТОРЫЕ ПРОБЛЕМЫ ОТБОРА ЯЗЫКОВОГО МИНИМУМА С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ РАЗВИТИЯ КУЛЬТУРЫ ОБЩЕНИЯ
Значение отбора четко ограниченного языкового минимума при обучении иностранному языку трудно переоценить. Именно на усвоение этого ядра, имеющего обязательный характер для обучаемых, должны быть направлены основные усилия.
Поскольку в качестве целевой установки, определяющей решение многих вопросов, рассматривается развитие культуры общения, к проблеме отбора также необходимо подойти с этой точки зрения.
Известно, что проблема отбора языкового минимума включает целый ряд частных вопросов, таких, как принципы, единица, источники отбора, количественный состав минимума и т.д. Сосредоточим свое внимание на принципах, а также на источниках отбора.
Следует заметить, что в методической литературе последних лет предлагается разграничивать понятия «принцип» и «критерий» отбора, которые до недавнего времени использовались недифференцированно. Как пишет М.О.Фаенова, «назначение критериев состоит в том, чтобы быть инструментом отбора, маркером, по которому устанавливается необходимость включения данной языковой единицы в учебный материал. Константой, указывающей, какой из этих инструментов и в каком направлении должен использоваться, являются принципы отбора» [29, c. 39]. Сведение различных критериев отбора в систему на базе основополагающих принципов представляется чрезвычайно важным. Однако анализ работ, в которых обосновывается необходимость разграничения указанных понятий, показывает, что этот вопрос еще нуждается в дальнейшем исследовании, поскольку в трактовке разных авторов одно и то же явление рассматривается и как принцип, и как критерий. Например, О-Л.М. Мисюнайте пишет о «принципе нейтральности» и «критерии исключения синонимов», а З.Н. Иевлева - о «принципе исключения синонимов» и «критерии стилистической нейтральности».
В большинстве случаев при отборе лексического и грамматического минимумов фактически используются принципы, разработанные для средней школы. Так, авторы лексического минимума по английскому языку С.С. Хидекель и др. пишут, что в основу отбора слов были положены принципы, выработанные советской методикой и изложенные в «Словаре наиболее употребительных слов английского, немецкого и французского языков» под ред. проф. И.В. Рахманова.
М.М. Фалькович для отбора лексического минимума предлагает следующие принципы: частотность, соответствие тематике, а при распределении словаря - сочетаемость, стилистический критерий (в соответствии с которым сначала в минимум включается нейтральная лексика), зависимость от грамматического материала. Что касается отбора грамматического минимума, то используются следующие принципы: употребительность (частотность), стилистическая нейтральность, образцовость, исключение синонимов, учет лексики.
Обратимся к требованию стилистической нейтральности лексики и грамматики. Известно, что применение этого принципа позволяет предохранить минимум от проникновения стилистически маркированных, т.е. относящихся к разным стилям, языковых единиц (лексических и грамматических) и выделить некоторый общий для всех стилей слой.
В методической литературе можно обнаружить комментарии к применению этого принципа. При их анализе обнаруживаются некоторые различия в подходах разных авторов. Одни из них предлагают вообще исключить стилистически маркированные единицы из минимума (в частности, грамматические), полностью принимая принцип стилистической нейтральности, используемый при отборе языкового минимума в средней школе. Они полагают, что грамматические особенности полярных стилей (т.е. разговорных, с одной стороны, и книжных, с другой) не должны войти в грамматический минимум при изучении нормативной грамматики. Достаточно, если обучаемые научатся понимать их при чтении и на слух и смогут объяснить в случае необходимости другим. М.М.Фалькович и другие отстаивают необходимость исключения стилистически окрашенных единиц только на начальном этапе, при этом изучается стилистически неограниченная лексика, а позже и стилистически окрашенная.
Ни первая, ни вторая точка зрения не представляется достаточно убедительной.
Во-первых, если учащийся при оформлении своих высказываний в разных ситуациях общения пользуется только нейтральными единицами, входящими в языковой минимум, то его речь не является стилистически уместной. Этого и не требуется в условиях средней школы, т.к. обучение иностранному языку строится, как известно, по принципу апроксимации, и от учащихся не ожидается активного владения разными стилями. Важным в этой связи представляется следующее замечание В.А.Бухбиндера в отношении отбора лексического минимума для средней школы, которое заключается в том, что принцип стилистической неограниченности помогает сразу же разгрузить первоначальный список от заведомо неупотребительных (с точки зрения школьного курса обучения) лексических единиц.
Необходимость наличия в минимуме нейтральных и стилистически окрашенных единиц объясняется тем, что любое речевое произведение (текст) состоит как из первых, так и из вторых, причем соотношение между ними может меняться в зависимости от уменьшения (или, наоборот, увеличения) степени официальности ситуации и, соответственно, всего высказывания. Как отмечают Д. Кристал и Д. Дейви, «an otherwise «neutral» kind of English may be made slightly informal by an occasional introduction of colloquial vocabulary, adding some informal syntax would make the overall speech more informal and so on» (Crystal, Davy).
Мы отмечали, что, осознавая искусственность устных высказываний обучаемых, в которых отсутствуют стилистически окрашенные элементы, некоторые авторы предлагают вводить их на разной ступени обучения. М.О. Фаенова полагает, что это должно осуществляться не путем введения отдельных слов или конструкций, а системно, для чего необходимо, прежде всего, провести специальный отбор стилистически окрашенного языкового материала.
В основе как коммуникативной, так и риторической компетенции лежит способность осуществлять выбор. Социолингвисты, представляя язык