Xreferat.com » Рефераты по политологии » Участие политических партий в формировании органов государственной власти

Участие политических партий в формировании органов государственной власти

артикулировать и агрегировать разнообразные политические интересы, в российской политической системе «приватизируются» Властью.

Через свою «партию» Власть пытается реализовать идею нового «общественного договора», достичь базового социального консенсуса, но не по западному сценарию, а со своих собственных позиций.

Но на «партию власти» надо посмотреть и с другой стороны иначе анализ получится не полный. И здесь ярким примером в донесении идеологических тезисов, является заместитель руководителя президентской администрации Владислав Сурков. Он в 2003 году выступил перед партийцами «Единой России», где изложил идеологию партии власти, которую в дальнейшем назвали «Кремлевской доктриной». Сурков считает, что как раз то у «Единой России» есть своя идеология, а у других партий обвиняющих ее, с идеологией проблема - ее и нет.

Было ясно сказано, что одновременно с обеспечением конституционного принципа единства исполнительной власти процедура наделения полномочиями губернаторов предусматривает согласование их кандидатур с законодательным органом. Таким образом, роль парламентской части демократического механизма, роль политических партий радикально возрастает. Сурков уверен, что инициативы партий в формировании местной исполнительной власти будут нарастать, разных партий, естественно, тех, кто будет побеждать на выборах, поскольку по новому закону эта привилегия партиям дана.

Есть также переход на смешанную систему выборов в регионах, на пропорциональную систему выборов в Государственную Думу, что тоже радикально повышает роль партий в политической системе.

В политическом спектре Сурков выделил два основных течения, которые оппонируют «партии власти» с которыми будет бороться «Единая Россия». Это политическая сила, которая предлагает сделать шаг назад, так называемая, партия олигархического реванша. Это те, кто в 90-е годы при всем том беспорядке, который существовал - та масса политиков, которых мы наблюдаем и сейчас в активной политической жизни, жили на самом деле очень хорошо. Те, кто называл себя либералами, что-то бесконечно там делили. А те, кто называли себя державниками, сидели в парламенте, имея большинство, и тоже себя неплохо чувствовали.

Был такой удивительный симбиоз. Между ними вроде было много противоречий, но при этом все они были как бы в доле, потому, потому что оппозиция получала свою статусную ренту со всего происходящего, а правящей, но почему-то находившейся в меньшинстве отряд революционеров имел что-то своё. Естественно, у этих людей дикая ностальгия по тем временам. Поэтому «партия власти» не может допустить реставрации олигархического режима. Считает этот путь в никуда, ведущий к мгновенной утрате суверенитета и демократии.

Второе направление реставрации Сурков называет - партия двух шагов назад. И называет их изоляционистами. Это те люди, которые массируют дешевый тезис, что и Запад- это страшно, он угрожает, и китайцы наступают, и мусульманский мир нас подпирает, Россия для русских. Татария, видимо, для татар, Якутия для якутов и т.д. Идеологи «Единой России» считают, что если придут к власти национал - изоляционисты то возникнет ухудшенная копия советского недостроенного, бюрократического государства, причем даже без советского величия.

Вот два основных направления противостоящих «партии власти» политические силы. Они могут оформляться в разные партии, коалиции и т.д. Все знают о Веймарских ротозеях, которые допустили к власти Гитлера, демократическим способом. Поэтому идеолог Кремля предлагает рот не разевать и не зевать. Задача перед «партией власти» ставится серьезная. Не просто победить в 2007 году, а думать о том и делать все, чтобы обеспечить доминирование партии в течение минимум 10-15 предстоящих лет. Именно для того, чтобы те силы, о которых сказано выше, не сбили Россию с того пути, по которому ей предначертано идти сегодня.

Глава 3 Роль политических партий в избирательном процессе в РФ (федеральные и региональные аспекты)


3.1 Общая характеристика парламентских выборов 2003 года


Выборы 1999г. Дали предельно четкую картину представительства традиционных партийных сегментов. Число партий- соискателей по сравнению с предыдущими выборами снизилось в полтора раза (с 43 до 26); четко выделились шесть победителей, из которых четыре были «старыми знакомыми» (две реальные партии - КПРФ и «Яблоко», «партия бюрократов»-ОВР и «вождистская» ЛДПР), а две - эффективными пиаровскими проектами («Единство» и СПС). В итоге «эффективное голосование» за партии-победительницы оказалось весьма высоким (81,4% от всех голосовавших), малые партии далеко отстали, и система обрела логическую завершенность.

С избранием в 2000 г. нового Президента РФ позиция федеральных властей по отношению к закону о политических партиях существенным образом изменилась. Реализация принятой В.В. Путиным линии на укрепление исполнительской вертикали, реформирование системы органов государственной власти, включая и законодательные, с необходимостью поставила вопрос о пересмотре места и роли политических партий в структуре государственных и общественных институтов.

На этот раз инициативной стороной выступил сам Президент. По его поручению Центральная избирательная комиссия подготовила новый вариант закона о партиях, который и по содержанию, и по общей направленности значительно отличается от своего аналога образца 1995 г. В нем, в частности, предполагалось законодательно закрепить:

- исключительное право политических партий на участие в выборах органов законодательной (представительной) власти всех уровней;

- обязательное участие партий в избирательных кампаниях как условие признания их правового статуса;

- ограничение круга политических партий только федеральным уровнем;

- порядок образования политических партий на учредительном съезде либо путем преобразования в политическую партию общероссийской общественной организации;

- государственное финансирование политических партий.

Выборы 2003г. В Государственную Думу РФ, безусловно, носили свободный характер, раскрыв реальную картину политических предпочтений россиян. Предвыборная кампания, по мнению многих экспертов, была смертельно скучна, а вот результаты скучными не назовешь (за исключением, пожалуй, результата «Единой России», который подтверждает бердяевскую мысль о России как о самой государственной и бюрократической стране в мире, где все превращается в орудие политики). Что отражает эта картина, ошеломившая не только западный мир, но и саму Россию (по крайней мере, отчасти), о чем говорят успех ЛДПР и блока «Родина» и провал СПС и «Яблока»? Выяснилось, что для российского избирателя важны не столько ход избирательной кампании и даже не столько лидеры-личности, сколько ценностные системы, представленные партиями.

Думается, что Запад уже осознал тщетность своих усилий по превращению России в демократию, а итоги выборов 2003г., в очередной раз показали, что экономический рост и модернизация далеко не обязательно ведут к повышению демократических качеств политической системы.

На парламентских выборах 2003 г. беспрецедентное использование административного и медийного ресурсов (отмеченное как отечественными, так и зарубежными наблюдателями). Это позволило партии "Единая Россия", сформировавшейся на базе "Единства" и ОВР, существенно превысить достижение прошлых выборов и получить по федеральному избирательному округу в три раза больше голосов по сравнению с КП РФ, занявшей второе место в этой гонке (120 мандатов у партии "Единая Россия" против 40 мандатов у КПРФ). В этих условиях бывшие партнеры по договору оказались не нужны, и сейчас им срочно подыскивается более управляемая замена (говорят, объявлен тендер на новую парламентскую оппозицию).

Однако победители хорошо понимают, что им нельзя почивать на лаврах. Их задача на ближайшие пять лет - пока срабатывает фактор общественной поддержки президента - обеспечить так называемую "преемственность власти", т.е. передачу президентской власти своему выдвиженцу. Их явно не устраивает даже нынешняя, очень благоприятная для них, ситуация, поскольку еще сохраняется возможность политической конкуренции. Возможность слабая, но рисковать они не хотят, поэтому и проявили такую заинтересованность в обеспечении конституционного большинства для фракции "Единая Россия" в Государственной Думе, максимально использовав недостатки Регламента Государственной Думы и беззастенчиво меняя этот Регламент под свои интересы. Затем дело дойдет и до избирательного законодательства. Им мала даже 7%-ная планка при выборах по партийным спискам в Государственную Думу, и уже обсуждаются варианты с 10 и даже 12% (хотя в нашей ситуации, когда процесс реального политического структурирования еле теплится, и 5% -это очень много), высказываются предложения о запрете на создание избирательных блоков и т.д. Далее они будут формировать контролируемую квазиоппозицию, чтобы создать видимость двухпартийной системы американского образца вопреки всем особенностям и реалиям нынешней российской социально-политической жизни. И особое внимание уделят тому, чтобы "партизировать" госаппарат, подчинить его влиянию партии власти и обеспечить, таким образом, нерушимую смычку исполнительной и законодательной власти.

«После парламентских выборов 2003 г. можно с уверенностью сказать, что в стране на сегодняшний день нет политических сил, способных противостоять монопольной поступи "партии власти". Левая оппозиция, которая при всех своих недостатках до недавнего времени создавала противовес проправительственным партиям, не позволяя политическому процессу выходить слишком уж далеко за рамки правового пространства, утратила (полагаю, временно) рычаги влияния на ситуацию. Что же касается представителей правого фланга политического спектра, то они сейчас группируются на уровне комитетов и клубов (очень напоминающих клубные "партии знати", распространенные в Англии в XVIII в.), из которых в лучшем случае вырастет несколько небольших партий, конкурирующих друг с другом за общий электорат»1. Однако ситуация не безнадежна. Да, мы переживаем сейчас кризис многопартийности, который чреват уничтожением реального парламентаризма и утратой самостоятельности законодательной власти. Но за последние десять лет в основание пирамиды формирующейся правовой государственности России удалось заложить судебную ветвь власти, включив ее "в систему сдержек и противовесов, препятствующих узурпации всей государственной власти одной из ее ветвей". И это позволяет рассчитывать на то, что правовая конструкция власти (при всех ее перекосах) сможет удержать равновесие.

Наблюдателей последних выборов в Государственную Думу очень интересовал* вопрос о том, сможет ли "Единая Россия" получить конституционное большинство в нижней палате парламента. По результатам выборов эта планка партией не была достигнута. Более того, "Единая Россия" немного не дотянула и до простого большинства. В федеральном избирательном округе партия провела 120 депутатов по списку, и еще 105 кандидатов, выдвинутых и поддержанных "Единой Россией", победили в одномандатных округах. Таким образом, в общей сложности партия получила 223 мандата, т.е. менее половины от общей численности депутатского корпуса. Однако после выборов к фракции "Единая Россия" присоединилось большинство депутатов, избранных в одномандатных округах без поддержки какого-либо избирательного объединения либо выдвинутых и поддержанных другими избирательными объединениями. В числе последних оказались 24 депутата, выдвинутые другими политическими партиями, а также один депутат, выходить слишком уж далеко за рамки правового пространства, утратила (полагаю, временно) рычаги влияния на ситуацию. Что же касается представителей правого фланга политического спектра, то они сейчас группируются на уровне комитетов и клубов (очень напоминающих клубные "партии знати", распространенные в Англии в XVIII в.), из которых в лучшем случае вырастет несколько небольших партий, конкурирующих друг с другом за общий электорат»1. Однако ситуация не безнадежна. Да, мы переживаем сейчас кризис многопартийности, который чреват уничтожением реального парламентаризма и утратой самостоятельности законодательной власти. Но за последние десять лет в основание пирамиды формирующейся правовой государственности России удалось заложить судебную ветвь власти, включив ее "в систему сдержек и противовесов, препятствующих узурпации всей государственной власти одной из ее ветвей". И это позволяет рассчитывать на то, что правовая конструкция власти (при всех ее перекосах) сможет удержать равновесие.

Наблюдателей последних выборов в Государственную Думу очень интересовал* вопрос о том, сможет ли "Единая Россия" получить конституционное большинство в нижней палате парламента. По результатам выборов эта планка партией не была достигнута. Более того, "Единая Россия" немного не дотянула и до простого большинства. В федеральном избирательном округе партия провела 120 депутатов по списку, и еще 105 кандидатов, выдвинутых и поддержанных "Единой Россией", победили в одномандатных округах. Таким образом, в общей сложности партия получила 223 мандата, т.е. менее половины от общей численности депутатского корпуса. Однако после выборов к фракции "Единая Россия" присоединилось большинство депутатов, избранных в одномандатных округах без поддержки какого-либо избирательного объединения либо выдвинутых и поддержанных другими избирательными объединениями. В числе последних оказались 24 депутата, выдвинутые другими политическими партиями, а также один депутат, прошедший по федеральному списку избирательного блока "Родина". В результате по подсчетам Независимого института выборов (на основе соответствующих протоколов ЦИК России) численность данной фракции достигла 306 человек, что составляет более двух третей от общей численности депутатского корпуса.

Применительно к конкретной ситуации последних выборов в Государственную Думу подобное нарушение волеизъявления избирателей усугубляется еще и тем обстоятельством, что народ проголосовал за депутатов, выдвинутых другими партиями (избирательными блоками), именно потому, что каждая из этих партий (блоков) в той или иной мере противопоставляла себя "Единой России", выступавшей в качестве безусловного фаворита избирательной гонки. На таком противопоставлении строилась электоральная стратегия практически всех остальных избирательных объединений не только в федеральном округе, но и в одномандатных избирательных округах. Голосуя за выдвиженцев данных объединений, избиратели учитывали их партийную позицию и рассчитывали, что они будут проводить политику, отличную (в тех или иных значимых для граждан аспектах) от политики партии "Единая Россия".

Ожидаемое избирателями подтверждение "партийными" депутатами-одномандатниками в ходе парламентской деятельности заявленной ими на выборах политической позиции могло быть обеспечено либо путем создания депутатской группы на основе соответствующей политической платформы, либо независимым голосованием депутатов, если им не удалось сформировать депутатскую группу. В связи с этим следует отметить, что создание такой депутатской группы существенно затруднялось тем, что необходимая численность была предусмотрительно повышена решением думского большинства с 35 до 55 человек практически сразу же после избрания нового состава Думы (соответствующие изменения в Регламент были внесены уже 29 декабря 2003 г.). И, тем не менее, у этих депутатов оставалась возможность независимого (от давления какой-либо фракции или депутатской группы) голосования в соответствии с той партийной позицией, с которой они шли на выборы. Отказавшись от этой возможности и вступив во фракцию "Единая Россия", депутаты произвольно распорядились полученными от народа мандатами в своих личных интересах, нарушив волеизъявление избирателей, которые голосовали за них как за представителей других политических партий и избирательных блоков.

«Кроме того, использовав многопартийность как средство прихода к власти, они по существу отказались от принципа многопартийности, когда дело дошло до осуществления властных полномочий. Между тем, в условиях демократического государства, многопартийность является не только важнейшим средством выявления воли народа в ходе выборов, но и способом осуществления этой воли в процессе формирования структуры представительного органа власти и реализации его функций» . Данное обстоятельство нашло отражение не только в ст. 13 Конституции Российской Федерации, гарантирующей политическое многообразие и многопартийность, но и в ст. 3 самого Регламента, согласно которой "деятельность Государственной Думы основывается на принципах политического многообразия и многопартийности, свободного обсуждения и коллективного решения вопросов".

Таким образом, можно сказать, что депутаты, поменявшие свою партийно-политическую ориентацию, проигнорировали волю народа, который избрал их с учетом их партийной позиции, и не оправдали его доверие, отказавшись от следования этой воле в процессе своей парламентской деятельности.


3.2 Критерии оценки выборов


Выборы сегодня - не просто факт голосования, но долгая и кропотливая работа по воплощению того или иного политического проекта. Кроме этого, это мощная индустрия, в которой задействовано большое количество самых разнообразных ресурсов: людских, организационно-технических, инновационных, технологических, финансовых и пр. Именно в предвыборный период становится особенно очевидной расстановка политических сил, определяются и соотносятся друг с другом различные политические интересы, выявляются предпочтения электората и иные параметры политического процесса, позволяющие судить о тенденциях политического развития.

Поэтому характер избирательной кампании составляет предмет особого интереса не только у политологов, но и у рядовых избирателей. Для политологов изучение выборов представляет собой направление политического анализа, концептуально-методологическая база, которого и исследовательский инструментарий еще далеко не в полной мере разработаны. Слабость и эклектичность научных подходов, по мнению ученых, связаны здесь со значительным разнообразием изучаемого материала, а также с многочисленностью имеющихся методик, как заимствованных из других сфер гуманитарного знания, так и собственно политологических. При этом практически во всех случаях применяется эмпирический и нормативный инструментарий.

Однако до сих пор, не выработано каких бы то ни было стандартных критериев, с помощью которых можно было бы типологизировать, классифицировать и оценивать выборы. Оценка рассматриваемого явления -необходимая часть политического анализа, но она не сводится к сравнению с некими определенными ценностями. В качестве научной категории она может и должна означать, прежде всего, отнесение изучаемого явления к тому или иному разряду.

Главными политологическими характеристиками выборов (по мажоритарной системе) являются их предсказуемость и конкурентность.

Конкурентность и предсказуемость выборов не должны измеряться исключительно на основании результата. К одному и тому же итогу могут приводить разные по своей сути процессы. Например, большой отрыв победителя от его основного соперника может свидетельствовать как о неравенстве находившихся в их распоряжении ресурсов, так и о степени эффективности их использования. К тому же определение предсказуемости выборов и их конкурентности - два совершенно разных вида оценок, причем ни тот, ни другой не тождествен демократичности и не является ее безусловным атрибутом.

Выборы как политический процесс имеют «объективную» и «субъективную» составляющие. С одной стороны, результат выборов зависит от соотношения сил между участниками (кандидатами). Каждый из них обладает определенным набором ресурсов: финансовых, организационных, информационных, статусных, интеллектуальных и пр. Общеизвестно, что, определяя стратегию избирательной кампании, кандидаты и их штабы в значительной степени исходят именно из оценки возможностей, как своих, так и противников. Хрестоматийный пример - кандидат-инкумбент, для которого наиболее выгодно как можно позднее вступить в избирательную кампанию, что позволяет ему использовать преимущества, объективно вытекающие из его политического статуса. В частности, деятельность действующего депутата или губернатора постоянно освещается в СМИ, и до тех пор, пока он не выдвинут в качестве кандидата, это не рассматривается как предвыборная агитация и не требует оплаты из избирательного фонда.

Очевидно, что различные виды ресурсов распределены между кандидатами несимметрично, поэтому «объективное» соотношение сил можно оценить, только рассматривая ресурсный потенциал в совокупности. Вполне возможно, что один кандидат значительно превосходит другого по финансовым ресурсам, но намного уступает ему по другим показателям. Кроме того, в разных ситуациях тот или иной вид ресурсов может иметь далеко не одинаковое значение. В одних случаях, например, финансовый ресурс кандидата компенсируется его антирейтингом: сколько бы денег ни было потрачено на избирательную кампанию, у кандидата все равно нет шансов на победу; но в другой ситуации «большие деньги» способны стать решающим аргументом. Следовательно, для корректного определения соотношения сил между кандидатами требуется довольно тонкая работа по измерению взаимовлияния ресурсов разного рода, которые могут, как усиливать, так и элиминировать друг друга.

Таким образом, допустима ситуация, когда результат выборов «просчитывается» заранее, т.е. независимо от хода избирательной кампании, действий кандидатов и их штабов итоги предопределены объективным соотношением сил. Подобные выборы называют «предсказуемыми». Наоборот, если анализ возможностей кандидатов не позволяет заранее определить результат, выборы относятся к категории «непредсказуемых».

Что касается «субъективной» составляющей выборов, то ее измеряют таким показателем, как «конкурентность». Если степень предсказуемости выборов оценивается, исходя из изначальной расстановки сил, то степень конкурентности - это оценка процесса избирательной кампании: ее напряженности, активности участников, остроты борьбы, масштабов использования ресурсов. Окончательный результат здесь также не является адекватным показателем: избирательная кампания может быть очень острой, соперники задействуют все свои ресурсы, но одна из сторон делает это крайне неэффективно; в итоге разрыв между голосами, поданными за кандидатов, оказывается весьма значительным. Наоборот, небольшой разрыв не всегда является полноценным свидетельством конкурентных выборов. Выборы в жестко фрагментированном обществе, где кандидаты вообще могут не вести никакой кампании, зная, что каждый сегмент «гарантированно» проголосует за конкретного претендента; при этом разрыв может быть очень небольшим.

Итак, конечный результат выборов важен именно как результат и мало что дает для характеристики в целом. Более того, современные выборы - настолько сложный политический процесс, что вообще не представляется возможным использовать какой-то один совокупный показатель для их оценки. В результате чего получается следующая матрица.

Предсказуемые - неконкурентные. Исход таких выборов предопределен очевидным неравенством ресурсов, находящихся в распоряжении лидера кампании и остальных ее участников. Присутствие в кампании большинства соперников фаворита является чисто формальным. Кто-то создает видимость борьбы, кто-то открыто выступает в поддержку фаворита, решая при этом собственные политические задачи, но фактически никто не может повлиять не только на основной результат выборов, но и на окончательный расклад голосов.

Непредсказуемые - конкурентные. В данном случае ресурсы, которыми обладают несколько (по меньшей мере, двое) кандидатов на выборах, вполне сопоставимы между собой. Следовательно, между ними будет идти острая борьба за победу.

Предсказуемые - конкурентные. Победителя таких выборов можно назвать на старте кампании. Это, однако, не снижает накала борьбы, поскольку соперники фаворита в ходе кампании стремятся нанести максимальный урон его политическим позициям и упрочить собственные. Основное значение приобретает вопрос о цене победы- какие потери понесет фаворит на пути к ней, на какие вынужден будет пойти уступки, и какие приобретения смогут сделать противостоящие ему силы. Вокруг этого в кампании данного типа выстраивается мотивация действий основных участников, включая лидера гонки. Борьба ведется не за избрание как таковое, а за тот расклад сил, который сложится после него.

Непредсказуемые - неконкурентные. Победитель на таких выборах не может быть вычислен заранее, исходя из соотношения ресурсов кандидатов. Однако те или иные причины субъективного характера заставляют одного либо нескольких соперников отказаться от активной борьбы. Степень предсказуемости при этом будет возрастать по мере развертывания кампании, если потенциально сильные конкуренты, которые должны были «нагонять» лидера гонки, поведут себя пассивно. Если же, напротив, пассивную позицию займет сам лидер, исход выборов предсказывать станет труднее. Резюмируя выше сказанное, надо заметить, что характер выборов, в конечном счете, определяется составом кандидатов. При этом действуют как объективные, так и субъективные факторы. К первым относятся ресурсы, которыми располагают кандидаты, их электабилити, ко вторым - стремления, намерения, действия кандидатов. В условиях демократии, учитывая, что ключевой ее принцип- «неопределенность результатов при определенности правил игры», выборы, напротив, должны быть конкурентными и непредсказуемыми, хотя вероятны и другие варианты. Демократия совместима с отдельными случаями предсказуемых и неконкурентных выборов, но соотношение числа предсказуемых и непредсказуемых, конкурентных и неконкурентных выборов, безусловно, может рассматриваться как один из индексов демократичности политического режима.


3.3 Сравнительный анализ политических партий в итогах выборов в государственные представительные органы с 1993-2003годы


Думские выборы в декабре 1993года проводились что называется, на скорую руку, к тому же на фоне пепелища Белого дома. Ельцинский Кремль на них вывел две партии (юридически два избирательных блока)- «Выбор России» (ВР) Гайдара и Партию российского единства и согласия (ПРЕС) Шахрая. Разумеется, в выборах участвовали и многочисленные оппозиционные партии, в том числе КПРФ. Первое место тогда заняла считавшаяся маргинальной ЛДПР- 22,9%, ВР- получила 14,3%, КПРФ - 12,4%, ПРЕС - 6,7%. Так же прошли 5-ти процентный барьер Аграрная партия России (АПР) - 7,9%, «Женщины России» - 7,7%, «Яблоко» - 7,2% и Демократическая партия России (ДПР) - 5,5%. Таким образом, власть те выборы проиграла. Впрочем, её утешало принятие новой Конституции- выборы были совмещены с референдумом.

К выборам 1995 года все уже готовились заранее. Кремль опять двинулся двумя колонками, организовав «Наш дом- Россия» (НДР) во главе с Черномырдиным B.C. и Блок Ивана Рыбкина (БИР). Нужно заметить, что в то время «демократами» стали именовать лишь либералов (а ведь исторически либералы составляли только часть той же «Демократической России»), а Кремль от них дистанцировался, памятуя об итогах кампании 1993 года. НДР позиционировался как лояльная власти центристская партия, а БИР - как левоцентристская. Остатки ВР образовали «Демократический выбор России» (ДВР), он вышел на выборы отдельным блоком. При этом самостоятельно участвовали и ПРЕС, и всякие карлики вроде движения «Общее дело» Хакамады и пр. В итоге из всех кремлевских и «постдемократических» партий в Думу прошли только НДР с 10,1% голосов и «Яблоко» с 6,8%. ЛДПР собрала 11,1%, а КПРФ - 22,3%. Последнее в сочетании с победами кандидатов, выдвинутых или поддержанных коммунистами на многих губернаторских выборах, заетавило говорить об угрозе «красного реванша».

Перед выборами 1993 года и особенно 1995-го партии уже искали инвесторов, старались обзаводиться аппаратами, отстраивать сети региональных организаций, привлекли политконсультантов и т.д. За два года работы первой Думы были отработаны лоббистские и спонсорские механизмы. «Бизнесовая» и чиновничья часть олигархата оценила необходимость сотрудничества с партиями и фракциями. На системную основу стал становится такой бизнес партийных боссов, как торговля местами в списках и партийной поддержкой в одномандатных округах. Обычно принято «клеймить» за политическую коммерцию ЛДПР и лично Жириновского, но на самом деле уже в те времена ее стали заниматься все, причем как на федеральном, так и на региональном и местном уровне.

Думская кампания 1999 года впервые принесла победу Кремлю, хотя уже не вполне ельцинскому. И причем в схватке не только с коммунистами и их союзниками в олигархате, но и над олигархической коалицией Лужкова -Примакова, выдвинувшей блок «Отечество- Вся Россия» (ОВР). Кремляне с союзниками тогда слепили буквально из всего, что оказалось под ногами, блок «Единство», собравший, в том числе много голосов левых протестников. Фактически в нуле с ним действовал либеральный Союз правых сил (СПС), публично присягнувший примьеру - наследнику Путину (к Лужкову или Примакову они пойти никак не могли). Блоки взяли соответственно 23,3% и 8,5% голосов. ОВР досталось лишь 13,3%, ЛДПР (Блок Жириновского) - 5,9%, «Яблоко» - 5,9%. КПРФ, правда собрала 24,2%, но с учетом прохождения в парламент не четырех избирательных объединений и блоков, как 1995-м, а шести коммунистам досталось меньше мандатов.

Следует обратить внимание на то, что после выборов 1999года в России было уже три партии (КПРФ, ЛДПР и «Яблоко»), каждая из которых трижды проходила барьер и накопила изрядный опыт парламентской работы и политического бизнеса.

Избрание Путина президентом России в 2000 году открыло путь к постепенной* трансформации соревновательной олигархии 1990-х годов в консенсуальный режим.

Практически сразу после выборов началось формирование парламентского большинства из фракции «Единство» и «Отечество» и депутатских групп «Регионы России» и «Народный депутат» (они включали как депутатов, избранных от ОВР, но потом отколовшихся, так и независимых одномандатников). В 2001 году «Единство» фактически присоединило к себе «Отечество» и «Всю Россию», и была учреждена партия «Единая Россия», что стало одним из видимых проявлений сложившегося консенсуса.

Выборы в Государственную Думу 7 декабря 2003 года - юбилейные, подводящие итог пятнадцати годам с начала трансформации советской избирательной системы, и десяти - со времени введения действующей российской системы. С 1989-2003годы страна прошла через десятки голосований, общероссийских, региональных и местных, выборы вошли в привычку.

Немаловажно и то, что подсчет голосов в декабре 2003 года был, как представляется, едва ли не самым точным за всю историю думских выборов. Именно об этом, в частности, свидетельствуют как результаты опросов на выходе с участков в день голосования, так и масштабный параллельный подсчет голосов, осуществленный КПРФ. В первом случае агентство «РОМИР Мониторинг» провело опрос 42,8 тысяч избирателей в 40 регионах страны (без Северного Кавказа), во втором были суммированы данные по 42,6 тысячи избирательным участкам из 94,1 тысячи (45,3%) с 56,4млн. избирателями из 108,8млн. по стране в целом (Приложение 1).

Представляется, что некоторые отклонения от официальных итогов, незначительные, но весьма важные в отношении СПС и «Яблока», связаны, прежде всего, с недоучетом отдельных сельских и так называемых «закрытых» участков - в воинских частях, исправительных учреждениях и др. Полученная в результате картина волеизъявления, таким образом, минимально искажена и позволяет • делать обоснованные выводы о реальных электоральных предпочтениях граждан. Ряд базовых параметров голосования 7 декабря 2003 года (Приложение 2

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: