Фашизм как социокультурное явление
12. Фашизм у власти приводит к усилению капиталистических структур и ускоряет процесс экономической концентрации.
13. В результате, в определенных социально-экономических условиях (инфляция) особенно резко проявляются некоторые черты характера средних классов, начиная с садо-мазохистских тенденций. По мнению австрийского психолога В.Райха, фашизм представляет собой девиантную (отклоняющуюся) и садо-мазохистскую реакцию на отчуждение в современном обществе, на сексуальное и властное подавление. Интересно, что общая структура характера обычного человека, по мысли Райха и Фромма, представляет собой три «концентрических» круга. Фашизм ориентирован на средний слой, который представляет собой бессознательное (по Фрейду) – жестокие, садистские, похотливые, алчные, завистливые побуждения.1
Глава II. История фашизма.
От фашизма к нацизму.
2.1.1 Появление фашизма в Италии.
Но почему же всё-таки фашизм смог овладеть умами и душами миллионов людей, не встретив никакого сопротивления? Для того, чтобы ответить на этот вопрос, нужно обратиться к истории фашизма.
Политический режим всегда находится в самой прямой и непосредственной зависимости от социальной базы диктатуры буржуазии. Еще до наступления общего кризиса капитализма буржуазия систематически прибегала к авторитарным и террористическим методам правления. После первой мировой войны и Великой Октябрьской социалистической революции отход буржуазии от демократии приобретает практически универсальный характер. Именно в первые послевоенные годы возникает такое принципиально новое политическое явление, как фашизм, который был совершенно неизвестен капитализму в предшествующую эпоху. Фашизм мог появиться только как реакция буржуазии на уже победившую диктатуру пролетариата. Неудивительно, что на своей родине, в Италии, фашистское движение сразу же приняло антибольшевистский характер. Из этого семени в последующем развились, главное отличительное качество фашизма - воинствующий антикоммунизм, сдобренный самой разнузданной социальной и националистической демагогией. При всей пестроте и сложности классового состава фашистского движения определяющим является его антипролетарский характер. Фашизм есть непосредственная реакция всего антипролетарского фронта на надвигающуюся социалистическую революцию в условиях развала или кризиса буржуазного государства, разброда в господствующем классе, социальной истерии во всех слоях общества. По своей социальной природе фашизм есть не что иное, как превентивная контрреволюция, имеющая своей целью не только предотвратить надвигающуюся социалистическую революцию, но и увести массы в сторону от борьбы за социализм под псевдосоциалистическими и шовинистическими лозунгами. Установление фашизма представляет собой коренной переворот, приводящий к полному и окончательному уничтожению буржуазной демократии самой буржуазией, поскольку социальная база ее диктатуры распалась. «Приход фашизма к власти, - говорил Г. М. Димитров на VII конгрессе Коминтерна, - это не обыкновенная замена одного буржуазного правительства другим, а смена одной государственной формы, классового господства буржуазии - буржуазной демократии другой его формой - открытой террористической диктатурой»1.
При установлении фашизма не происходит изменения классовой сущности государственной власти, не меняется и характер общественно-экономического строя. При установлении фашизма к власти приходит самая реакционная часть буржуазии, которая устанавливает режим прямого произвола и беззакония. Будучи порождением эпохи общего кризиса капитализма, фашизм представляет собой открыто террористическую диктатуру наиболее реакционных и шовинистических элементов финансового капитала.
Социальной базой фашистских движений, по мнению ряда исследователей, является прежде всего мелкая буржуазия. К ней примыкают различного рода деклассированные элементы, а также значительная часть безработных. Но это вовсе не означает, что при установлении фашизма к власти приходит мелкая буржуазия. Эта австромарксистская теория была в свое время широко распространена. К ней часто обращаются и современные буржуазные ученые. Однако на самом деле мелкая буржуазия в силу двойственного характера своей политической психологии и ее положения в системе общественного производства не может сама осуществлять государственную власть. Мелкобуржуазное происхождение многих фашистских вождей (Муссолини - сын кузнеца, Гитлер - сын сапожника, ставшего затем таможенным чиновником), однако наличие выходцев из этой среды на важных постах в механизме фашистской диктатуры никак не меняет ее сущности.
Фактически власть находится в руках наиболее реакционных элементов монополистического капитала. Фашизм устанавливался не сразу. Прежде чем произвести замену политического режима, буржуазия проводила серию подготовительных мероприятий. Г. М. Димитров говорил на VII конгрессе Коминтерна: «До установления фашистской диктатуры буржуазные правительства обычно проходят через ряд подготовительных этапов и осуществляют ряд реакционных мероприятий, помогающих непосредственному приходу фашизма к власти». Фашизация политического режима осуществляется обычно по следующим основным направлениям: открытое нарушение и попрание буржуазно-демократических прав и свобод; преследование и запрещение коммунистических и рабочих партий, а также прогрессивных профсоюзов и общественных организаций; слияние государственного аппарата с монополиями; милитаризация государственного аппарата; упадок роли центральных и местных представительных учреждений; рост дискреционных полномочий исполнительных органов государственной власти; сращивание партий и профсоюзов с государственным аппаратом; консолидация ранее разрозненных фашистских и реакционно-экстремистских партий и организаций; возникновение различного рода правоэкстремистских движений (Национальный фронт во Франции, Итальянское социальное движение и т. д.).
В условиях общего кризиса капитализма, а особенно на современном его этапе, элементы фашизации той либо иной степени имеют место во всех буржуазных странах, достигших стадии государственно-монополистического капитализма.
Фашизм как особого рода буржуазный политический режим обладает рядом особенностей, отличающих его от иных авторитарных режимов. Фашизм не только целиком уничтожает буржуазную демократию, но и теоретически «обосновывает» необходимость установления тоталитаризма. Вместо либерально-демократической концепции индивидуализма фашизм выдвигает концепцию нации, народа, интересы которого всегда, везде и во всем превалирую над интересами отдельных личностей.
Фашизм в теории и на практике порвал со всеми политическими и правовыми принципами буржуазной демократии, такими, как народный суверенитет, верховенство парламента. разделение властей, выборность, местное самоуправление, гарантии прав личности, господство права.
Фашизм теоретически «обосновывает» отсутствие антагонистических классов в буржуазном обществе. Вместо классов он вводит понятие корпораций. Корпоративизм провозглашает «сотрудничество труда и капитала», при котором предприниматель уже не является эксплуататором, а выступает как «капитан индустрии», руководитель, осуществляющий важнейшую социальную функцию. Корпорации якобы сотрудничают друг с другом и пребывают в определенном соподчинении. Согласно фашистской идеологии, каждая корпорация, занимающая присущее ей место в иерархической системе, осуществляет свойственную ей «социальную функцию». Корпоративистские теории проповедуют единство и монолитность нации. Так, в муссолиниевской Хартии труда (апрель 1927 г.) говорилось: «Итальянская нация является организмом, цели, жизнь и средства действия которого превышают силой и длительностью цели, жизнь и средства действия составляющих этот организм отдельных лиц и групп их. Она представляет моральное, политическое и экономическое единство и целиком осуществляется в фашистском государстве». На самом деле в условиях фашистского «морально-политического единства» возрождается на империалистической основе кастовая система, при которой псе граждане распределяются по подчиненным фашистскому государству корпорациям.
Известно, что первые фашистские организации появились весной 1919 года, а в 1922 году фашисты во главе с Муссолини уже захватили власть.1,2 Думается, что было бы упрощённым увязывать итальянский фашизм только с личностью Муссолини. Однако, уделяя должное внимание осмыслению политических событий и идеологии, необходимо учитывать индивидуальный стиль политического лидера. По мнению многих исследователей, «миф» Муссолини не может не интересовать нас и сегодня, поскольку нельзя не признать, что Муссолини – колоритная и яркая фигура ХХ века.
Достоверно известно, что отец Муссолини – Алессандро – был сельским кузнецом. По своим политическим убеждениям отец был «бубожником» - полусоциалом-полуанархистом. Позже, в 1928 г., в своей автобиографии Бенито Муссолини напишет, что отец читал ему вслух Макиавелли, и после его смерти за гробом шли «тысячи товарищей». Интересную мысль по этому поводу высказывает Ц.И.Кин, подчёркивая, что «тысячи товарищей» в действительности были «десятками приятелей». Однако эти «тысячи» звучало хорошо и вполне отвечало психологии нарциссов.3 Сам Бенито Муссолини получил в «наследство» очень красивое имя. Алессандро своего сына – первенца назвал Бенито-Амелькаре-Андреа. Бенито – в честь популярного либерального мексиканского деятеля Бенито Хуареса; второе имя было дано в честь члена Первого Интернационала, итальянца Амелькаре Чиприане; а третье – в честь Андреа Косты, первого итальянского социалиста, избранного членом парламента. В 1901 году, окончив школу, Бенито получил право преподавать в начальной школе, однако он не пожелал и уехал в Швейцарию, где вёл пропаганду среди итальянских рабочих. В целом в своей биографии этот период представляет как романтически-революционный. Биографы отмечают, что к 1912 году характер Муссолини уже сформировался: это был «провинциальный бунтарь с непомерной жаждой власти, упрямый, высокомерный, категоричный в своих суждениях, однако легко их меняющий из тактических соображений; мастер фразы, человек одновременно импульсивный и холодный, циник».1 Современники Муссолини констатируют, что, выступая впервые на съезде 1912 года, Муссолини имел большой успех. «Речь его была самой резкой и импозантной и поражала чем-то небывалым».2 После съезда Муссолини избрали в состав Руководства партии, а через несколько месяцев назначили директором партийного органа «Аванти!», газеты, выходящей и по сей день.
Естественно, что Муссолини «быстро и коварно» избавился от тех, кто делал газету до него. В этой связи нетрудно вспомнить Сталина. В 1914 году «под влиянием пробудившегося национального сознания решительно рвёт с социалистами (с «Аванти!» в том числе) и приступает к выпуску собственной газеты «Пополо д’Италия» («Народ Италии»).3 По мнению ряда политологов и историков, Денито Муссолини отнюдь не принадлежал к тем, кто на протяжении десятилетий вёл мирную, почти евангельскую пропаганду. В 1917 году он напечатал статью под названием «Окопная аристократия», которая была адресована главным образом фронтовикам, из которых большинство позднее примкнуло к фашизму. В 1919 году, вскоре после возвращения из армии, в которую Муссолини во время Великой Войны пошел добровольцем, видя, по мнению Бухарина и Преображенского, неминуемую гибель своей Родины от развивающегося коммунизма, он основывает фашистскую партию.1 Исследователь Ц.И.Кин отмечает, что 23 марта 1919 г. в особняке миланского торгово-промышленного банка состоялась первая ассамблея. С этого дня и ведут свою историю, своё официальное начало итальянские фашистские боевые отряды – fasci italiani di combattimento.2 После этого по всей стране стали возникать фаши с пестрым социальным составом: много молодёжи преимущественно из среды мелкой буржуазии, безработные, люди свободных профессий, заурядные обыватели, у которых идей вообще не было, люди дна. Всё это объяснялось тем фактором, что, согласно точке зрения Муссолини, фашизм «позволяет себе роскошь быть одновременно аристократическим и демократическим, консервативным и прогрессивным, отстаивает как легальную, так и нелегальную деятельность.3 Программа Центрального комитета фаши была опубликована только 23 сентября.
На парламентских выборах 1919 года было избрано 505 депутатов, причём Муссолини не получил ни одного места. Находясь в тупиковой и кризисной ситуации, Муссолини хотел оставить политику и вернуться к журналистике. Даже «Аванти!» саркастически писала по этому поводу, что где-то нашли разлагающийся труп («кажется, это Бенито Муссолини»). Однако в январе 1921 года на съезде в Ливорко произошел раскол в рядах социалистической партии и часть депутатов съезда образовала коммунистическую. 12 ноября 1921 года фашистское движение преобразовалось в партию – крупнейшую политическую силу.
С весны 1921 года итальянские фашисты развернули подлинную гражданскую войну против организованного рабочего класса и всех демократических сил страны. В ноябре 1921 года на очередном съезде фашистских организаций была создана Фашистская национальная партия. Уже в октябре 1922 года фашистами был «инициирован» вооруженный «поход на Рим», давший правящим кругам Италии предлог для передачи основных рычагов политической власти фашистам.
Однако было принято иное решение: 31 октября 1922 года глава партии Муссолини был назначен премьер-министром Италии.
Новое правительство начало с отмены указа и праве крестьян захватывать необрабатываемые земли, с реакционных перемен в рабочем законодательстве, с установления жестокого контроля над профсоюзами, с преследования демократических организаций. Фашистские боевые отряды сделались частью репрессивного правительственного аппарата.
Не решаясь еще на разгон парламента, Муссолини и его клика провели закон, согласно которому автоматически получает две трети депутатских мандатов та партия, за которую проголосует одна четвертая часть избирателей. Этот удивительный по своему цинизму акт позволял предвидеть, чем станет Италия после выборов.
Результаты выборов (1924 года) подозрительно точно совпали с планами Муссолини: из 12 млн. голосов 4 млн. были сочтены профашистскими. Фашистская милиция - главный виновник «победы» - торжествовала.
Но демократия не была убита. В лице социалиста Матеотти, депутата, оратора, мужественного человека, она разоблачила комедию выборов и заодно продажность и подкупность деятелей нового режима, в особенности самого Муссолини.
Фашисты убили Матеотти. Страну охватила волна негодования. Трудящиеся массы были готовы смести фашизм. Нужно было воспользоваться моментом. Но позиция, имевшая влияние, - социалисты, республиканцы, «пополяри» (католическая партия) - предпочла тактически ошибочный уход из парламента, бойкот последнего.
Расправившись с оппозицией и укрепившись у власти, правительство Муссолини переходит в наступление на демократию. Январским законом 1926 года оно присваивает себе право издавания декретов помимо парламента. Вслед за этим фашистский режим развертывается во всей своей красе.
«Чрезвычайные законы» следовали один на другим. Они запретили профессиональные союзы (за исключением огосударственных фашистских) и политические партии (за исключением одной фашистской); они восстановили смертную казнь за «политические преступления»; они вводили чрезвычайную юстицию (трибуналы) и административную (внеусадебную) высылку; коммунистическая партия была объявлена вне закона; органы местного самоуправления упразднялись: на их место встали назначенные правительством чиновники (подеста).
Демократические свободы были отброшены. Оппозиционная пресса закрыта. Тысячи демократов были убиты по суду и без суда, брошены в концентрационные лагеря, где их ожидала та же смерть, только медленная и мучительная.
Всякое новое усиление террора провоцировалось обыкновенно каким-нибудь «покушением», «заговором» и т.п. В ноябре 1926 года за попытку совершить покушение на жизнь Муссолини был убит на месте 15-летний мальчик. Тотчас последовала волна арестов, смертных приговоров и т. д.
Политический режим1 итальянского фашизма определился быстрее, чем сложился его государственный строй.
Известный нам Пьемонтский статус отменен не был, но никакого соответствия между ним и тем, что стало при фашизме, не существовало. Сохранялась монархия, но в таком жалком виде, что никто не принимал ее в расчет. Считалось, Муссолини отвечает перед королем, так даже писалось в законах, но никто и не верил и меньше всего король.
Уже закон 1925 года «О полномочиях главы правительства» делал премьер-министра неответственным, не зависящим от парламента. Его коллеги по министерству, его министры превратились в простых помощников, ответственных перед своим главой; они назначались и смещались по воле последнего.
В течение многих лет (до 1936 года) Муссолини занимал 7 министерских постов одновременно. Закон 1926 года «О праве исполнительной власти издавать юридические нормы» предоставил «исполнительной власти», то есть тому же главе правительства, право на издание «декретов – законов». При этом никакой грани между «законами», оставшимися компетенцией парламента, и «декретами-законами» проведено не было.
Парламент, у которого отняли привилегию издавать законы, который лишили права контролировать действия правительства, стал ненужным. Но его сохраняли для «демонстрации единства» между «народом» и правительством (отчасти для внешнего мира).
«Должный» состав парламента обеспечивался «реформой политического правительства», осуществленной в 1928 году.
Реформа эта необычайно ярко изображала саму суть фашизма: страх перед народом и презрение к нему; приверженность к громкой фразе и непревзойденные образцы политического обмана, игра в «народность» власти и неприкрытая диктатура.
Выборы депутатов производились следующим образом: а) кандидаты в депутаты выдвигались в основном профсоюзами (на практике - руководящими центрами фашистских союзов); б) так называемый большой национальный совет фашизма (штаб партии) отбирал из общего списка, представленного профсоюзами, 400 депутатов; в) избирателям предоставлялось право одобрить это назначение.
Право голоса давалось мужчинам старше 21 года, если они отвечали одному из следующих требований:
а) платили взносы в профессиональный союз;
б) уплачивали налог в размере не менее 100 лир;.
в) держали ценные бумаги (государственные или банковские);
г) Принадлежали к церковному клиру.
Вторая быстро выявившаяся тенденция касалась фашистской партии: она стала составной частью государственного аппарата.
Партийные съезды были отменены, равно как и всякие формы партийного «самоуправления».
Большой совет фашистской партии состоял из чиновников по должности и по назначению. Председателем совета являлся глава правительства. Совет ведал конституционными вопросами, обсуждал важнейшие законопроекты, от него исходили назначения на ответственные посты.
Устав партии утверждался королевским декретом; официальный руководитель партии («секретарь») назначался королем по представлению главы правительства. Провинциальные организации партии руководились назначенными сверху секретарями: состоявшие при них директории имели совещательные функции, но даже членов этих директорий назначали указом главы правительства.
Третья тенденция может быть определена словом террор. Фашистский режим не может иначе держаться, кроме как средствами массового подавления, кровавыми расправами. Соответственно с этим определяется значение полиции, точнее тех многих полицейских служб, которые были созданы при режиме Муссолини.
Помимо общей полиции существовали: «организация охраны от антифашистских преступлений» (ОВРА), «особая служба политических расследований», «добровольная милиция национальной безопасности».
Для расправы с врагами режима были созданы особые комиссии, названные «полицейскими судами». Членами этих комиссий являлись должностные лица фашистского репрессивного аппарата: начальник полиции, прокурор, начальник фашистской милиции и др. Для осуждения не требовалось никаких иных мотивов, кроме подозрения в «политической неблагонадежности» Наиболее, важные политические дела рассматривались «особым трибуналом». Это он осудил к 20-ти годам тюрьмы Антонио Грамши, выдающегося основателя и вождя коммунистической партии Италии.
Никакой антинародный режим не может держаться одним насилием. Отсюда проистекла потребность прикрыть тоталитарную диктатуру какой-нибудь видимостью «заботы» о трудящемся человеке.
Так, по мнению Галкина и Дилигенского, уродилось «корпоративное государство», созданное законами 1926 - 1934 гг. Его официальной, напоказ выставляемой целью были «примирение» между трудом и капиталом; его действительным результатом было усиление экономического и политического господства монополий.1,2
В стране создавались 22 корпорации (по отраслям промышленности). В составе каждой из них находился представитель фашистских профсоюзов, предпринимательских союзов, фашистской партии. Председателем каждой из 22 корпораций стал «сам» Муссолини; он же возглавил министерство корпораций.
Закон предоставил корпорациям определение условий труда (рабочее время, заработная плата) и разрешение трудовых споров (забастовки запрещались и подавлялись). Но каждый раз решения принимались к неизменной выгоде предпринимателей невыгоде для рабочих. Это и понятно, если иметь в виду, что профсоюзы, предприниматели и представители партии имели равный голос в корпорациях, а руководство профсоюзов (не говоря уже о партийных чиновниках) было продажным и подкупа сверху донизу. Его никто не выбирал, оно никак не отвечало свои действия перед профсоюзной массой.
Установление корпоративного строя позволило Муссолини разделаться с парламентом, с тем, что от него осталось. Вместо него была создана «палата фашистских организаций и корпораций», члены которой назначались Муссолини.
Неотъемлемым свойством фашистской диктатуры является внешняя экспансия. Муссолини заявлял претензии на то, чтобы «возродить Римскую империю».
Фашистская Италия требовала себе некоторые французские земли (Савойя, Ницца, Корсика), претендовала на Мальту, пыталась захватить остров Корфу, надеялась установить господство над Австрией (до союза с гитлеровской Германией), готовилась к захвату Восточной Африки.
Во время осуществление этой программы, никак не соответствовавшей военной способности Италии, Муссолини удалось захватить слабую, отсталую Абиссинию (1936 г.), оккупировать Албанию (1938г.).
В июне 1940 года Италия – партнер Германии и Японии по антикоминтерновскому пакту – объявила войну Франции и Англии. Спустя некоторое время она напала на Грецию. Итальянская фашистская пресса наполнилась обещаниями скорой великой афро-европейской Римской империи. Конец был совсем не таким, как это предполагалось.
2.1.2 Предпосылки возникновения фашизма в Японии.
Правящие классы Японии в особой степени, как мы уже знаем, тяготели к военно-монархической диктатуре. Иначе и быть не могло, поскольку конкурентная способность японской промышленности обеспечивалась низким жизненным уровнем рабочего, который удавалось удерживать благодаря совсем уж нищенскому существованию японского крестьянина, соглашавшегося на любую работу и за любую плату.
В то время как 74 % крестьян владели 22% земли, кучке помещиков принадлежало 42%. Четыре млн. крестьянских хозяйств имели крошечные наделы (по 0.5 Га) или вовсе не имели земли. Понятно, почему крестьяне устремлялись в города. Экономические и политические интересы тесно связывала японские монополии с помещиками и профессиональной военщиной.
С точки зрения историков, союз этот преследовал две главные цели: обуздание рабочего класса и крестьянства, с одной стороны, завоевание внешних рынков для японской промышленности - с другой. Деревня, жившая натуральным хозяйством почти не покупала изделий промышленности. Внутренний рынок был поневоле узким. Превратить натуральное крестьянское хозяйство в товарное могла бы только земельная реформа, но ее не хотели помещики.
С помещиками, с реакционным дворянством вообще не хотели ссориться капиталисты: и те и другие имели общего врага - пролетариат и крестьянство.
Выходом из этой ситуации признавалось завоевание чужих территорий, завоевание внешних рынков. Отсюда выдвижение военной силы, агрессивная внешняя политика, отсюда указанный выше союз.
Ни одно из крупных империалистических государств не осуществляло столь робко и столь непоследовательно немногие либеральные реформы, как Япония.
В 1925 году здесь вводится «всеобщее» мужское избирательное право, при этом права голоса были лишены военнослужащие, студенты, лица, не имеющие годичного ценза оседлости, пользующиеся благотворительностью, и, наконец, главы знатных фамилий (чтобы последние на смешивались с прочими гражданами). От кандидата в депутаты был потребован крупный залог в размере 2 тыс. иен., поступавший в казну, если оказывалось, что кандидат не набрал минимума голосов. Среди других либеральных реформ отметим введение суда присяжных.
И нигде – вплоть до установления военно-монархической диктатуры - не осуществлялась в таких масштабах , как в Японии, борьба с рабочим движением.
Укажем, например, на закон «Об охране общественного спокойствия» 1925 года, установивший многолетние каторжные работы за участие в организациях, ставивших цепью уничтожение частной собственности и изменений политическое строя.
В 1928 году японское правительство запрещает все «левые» организации. Тысячи рабочих и крестьян были брошены в тюрьмы. Специальный указ устанавливал длительное тюремное заключение для рядовых коммунистов и смертную казнь для активистов компартии.
А в 1938 году японский парламент принимает пресловутый «закон о всеобщей мобилизации нации», разрешавший предпринимателям удлинять по своему усмотрению рабочий день и снижать заработную плату. Забастовки были объявлены преступлением. Конфликты между рабочими к капиталистами передавались на окончательное решение арбитражной секции «особой полиции».1
Парламент Японии играл ничтожную роль. Нижняя палата его собиралась не более чем на три месяца в год. Остальные 9 месяцев правительство (пользуясь правом издавать указы) законодательствовало само.
Конституция не устанавливала ответственности правительства перед парламентом, вследствие чего палата не располагала средством для эффективного влияния на политику. В то же время правительство, прибегнув к императорскому указу, могло в любой момент распустить палату.
Поощряемые крупным капиталом, в стране множились и крепли разного рода фашистские организации. Одна из них, объединявшая «молодое офицерство», но руководимая генералами требовала ликвидации парламента и партийных кабинетов. Она хотела установления военно-фашистской диктатуры во главе с императором.
В 1932 году «молодое офицерство» учинило настоящий военный мятеж. Вместо того чтобы усмирить его участников, правительство пошло навстречу их требованиям: партийный кабинет был устранен, а на его место пришли генералы и адмиралы.
Во всем этом была своя закономерность. Последовательное усиление роли военных в определения политики, их проникновение на все важные посты в государственном аппарате служили, хотя и своеобразно, целям подчинения японской государственной машины кучке наиболее крупных, наиболее агрессивных монополий, жаждавших войны и сохранения зверских форм эксплуатации внутри страны.
Уже в 1933 году Япония выходит из Лиги наций и вторгается в Китай, намереваясь превратить его в колонию. Она дважды делает попытку вторжения на территорию СССР: первый раз у озера Ханка, второй - у озера Хасан, но каждый раз с огромным для себя уроном. Лелея заветный план порабощения Азии и Океании, Япония вступает в союз с гитлеровской Германией. Заимствуя у последней лозунги «нового порядка», «избранной расы» и «исторической миссии», Япония готовилась к переделу мира с тем, чтобы «великая нация» получила «великую территорию».
Фашизация японского государственного строя получила своё развитие с началом второй мировой войны и в ходе неё.
В 1940 году японские правящие круги, но в особенности генералитет, сделали премьер-министром принца Коноэ, бывшего идеологом тоталитарного военно-фашистского режима. Наиболее важные посты в правительстве были поручены представителям концернов тяжелой промышленности.
Вслед за тем начинается создание так называемой новой политической структуры. В осуществление этого плана политические партии (за исключением, разумеется, коммунистической) объявили о самороспуске. Все вместе они составили «Ассоциацию помощи трону» - государственную организацию, финансируемую правительством и им же руководимую.
Органами ассоциации на местах служили так называемые соседские общины – средневековый институт, возрожденный реакцией. Каждая такая община объединяла 10-12 семей. Несколько общин составляли «ассоциацию улицы», поселка и т.д.
Ассоциация помощи трону предписывала членам общины следить за поведением соседей и доносить о всём замеченном. Одна община должна была следить за другой.
На заводах и фабриках создавались вместо запрещенных профсоюзов «общества служения отечеству через производство», куда рабочих загоняли силой. Здесь точно так же добивались взаимной слежки и слепого повиновения.
Непременным элементом «новой политической структуры» сделались унификация прессы, строжайшая цензура, шовинистическая пропаганда. Ни о каких «свободах» не могло быть и речи.
Экономическая жизнь контролировалась специальными ассоциациями промышленников и финансистов, наделённых административными полномочиями. Это называлось «новой экономической структурой». Японский парламент, вернее то, что от него осталось, потерял всякое значение. Члены его назначались правительством или (что то же самое) избирались по особым спискам, составленным правительством.
Так получили свое выявление основные признаки фашизма. Но были и некоторые отличия:
а) в Германии и Италии фашистские партии контролировали армию, в Японии именно армия играла роль главной руках правящей политической силы;
б) как и в Италии, так и в Японии фашизм не ликвидировал монархии; разница в том, что итальянский король не играл ни малейшей роли, тогда как японский император нисколько не утратил своей абсолютной власти и своего влияния (сохранились и все связанные с монархией учреждения вроде Тайного совета и пр.).
Японский фашизм выступал в специфической форме военно-монархической диктатуры.1
2.1.3 Особенности организации фашистского режима в Болгарии, Польше, Румынии, Испании и Китае.
Чтобы дать себе представление о том, чем был капитализм в период между двумя мировыми войнами, нельзя упускать из виду и те небольшие государства, где политические режимы были фашистскими, как в Германии, или близкими к нему.
Фашистским был по своему существу военный переворот 1923 года в Болгарии, устранивший правительство "земледельцев" (премьер Стамболийский был при этом зверски убит) и передавший власть палачу болгарского народа Цанкову.
Переворот был совершен главным образом «Военной лигой». Болгарская реакция поддержавшая «лигу», была раздражена теми мерами Стамболийского, которые задевали крупный капитал, в особенности прогрессивным подоходным налогом и пр., она была весьма встревожена крупным успехом компартии на выборах (более 200 тыс. голосов) и ее растущим влиянием. Перевороту способствовала антикоммунистическая (и антирабочая) политика «землевладельцев», наступление Стамболийского на компартию.
Правительство Цанкова отменило прогрессивные начинания «земледельцев», в том числе аграрный закон. Продолжительность рабочего дня была доведена до 12 часов. Фактически ликвидированным оказался воскресный и праздничный отдых. Были предприняты массовые аресты коммунистов.
В создавшейся ситуации компартия Болгарии приняла решение о создании единого фронта демократических организаций в целях свержения фашистской диктатуры вооруженным путем. Восстание было начато в сентября 1923 года, продолжалось около двух недель, но было подавлено.
Фальсифицировав «победу» на выборах в Народное собрание, режим Цанкова пытался упрочить свое существование террористическим законом «Об охране государства». Он предусматривал уголовное наказание за принадлежность к компартии и даже «за коммунистический образ мыслей». Затем были распущены профсоюзы и т. д.
Правительство Цанкова продержалось три года. В течение нескольких следующих лет болгарские буржуазные партии пытались править методами, приближавшимися к буржуазно-демократическим.
Рабочий класс получил возможность восстановить профсоюзы: компартия оставалась под запретом, но была разрешена легальная Рабочая партия, посредством которой коммунисты участвовали в выборах, вели легальную работу в профсоюзах и пр.
В 1934 году реакционное офицерство, объединенное партией «Звено», устраивает новый военный переворот. Самозванное правительство (К. Георгиева) разгоняет парламент, распускает политические партии, кроме правительственной, запрещает всякую политическую деятельность вообще.
Спустя восемь месяцев правительство военной диктатуры уступает место правительству монархической диктатуры.
Логическим следствием этих процессов явилась ориентация на фашистскую Германию. В марте 1941 года в качестве союзника Германии, Болгария отзывается втянутой во вторую мировую войну.
В 1926 году военно-фашистский переворот происходит в Польше. Причины его во многих отношениях типические: экономический развал, резкое обострение классовой борьбы в городе и деревне, нежелание правящего буржуазно-помещичьего блока поступиться хоть в