Анализ демографического развития в мире
Рисунок 2. Рост мирового населения между 1750 и 2000 годами, млн. человек
Другой тип воспроизводства населения характеризуется очень высокой рождаемостью, снижением смертности и соответственно высокими темпами прироста населения ("демографическая весна"). Второй тип воспроизводства характеризует понятие демографический взрыв в таком случае государством принимаются меры по уменьшению роста населения, т.е. проводится политика планирования семьи в целях снижения рождаемости.
На третьем рисунке представлен прогноз населения мира до середины нынешнего века. Такой прогноз эксперты ООН делают каждые два года, на графике представлена его последняя версия, выполненную в 2006 г. Прогноз сделан в трех вариантах. «Верхний» вариант предусматривает продолжение роста и повышение численности населения к середине века примерно до 10,5-11 млрд. человек. ( Население мира к началу ХХ в., когда демографический взрыв стал набирать силу, составляло всего 1,6 млрд. человек. В середине века было уже 2,5 млрд. К концу века население мира достигло 6,5 млрд., и рост продолжается. Таким образом, всего за сто лет на Земле прибавилось 5 млрд. человек, тогда как демографический итог человеческой истории к началу ХХ в. составлял всего 1,5-1,6 млрд. человек ).
Рисунок 3. Численность населения мира до 2050 г. по трем вариантам прогноза ООН 2006 года, млн. человек
Верхний вариант прогноза предусматривает непрерывный рост: к середине века население мира превысит 10,5 млрд. человек и будет продолжаться увеличиваться с прежней скоростью. По среднему варианту к середине века будет больше 9 млрд. человек, рост также не прекратится, но все же заметно замедлится. И лишь нижний вариант предусматривает не только замедление роста до середины века, но его прекращение, а затем и начало сокращения мирового населения.
Несколько лет назад эксперты ООН разработали сверхдолгосрочный прогноз — на 300 лет (рис. 4). Здесь тоже есть три варианта, один из которых, как и в предыдущем случае, предусматривает непрерывный рост, и этот рост приведет к тому, что население планеты через 300 лет достигнет 35 млрд. человек. Есть средний вариант, который предполагает стабилизацию численности населения примерно на уровне 7-8 млрд. человек. И есть нижний вариант, согласно которому в середине нынешнего века должно начаться сокращение мирового населения, котоое через 300 лет возвратится, примерно, к уровню середины ХХ в., т.е. к численности в 2-3 млрд. человек.
Рисунок 4. Численность населения мира до 2300 г. по трем вариантам прогноза ООН 2006 года, млрд. человек
Помимо самого факта роста население Земли в целом, очень важно и то, что оно растет неравномерно. Увеличивается, в основном, население так называемого развивающегося мира, стран Азии, Африки и Латинской Америки. А население развитых стран, пресловутый «золотой миллиард», к которому относится и Россия, сейчас уже почти не растет, а в некоторых странах даже сокращается. В результате на планете возникла очень большая демографическая асимметрия, которая будет нарастать. Особо быстро будут расти население Азии и Африки, соответственно будет увеличиваться и их доля в населении планеты (рис. 5).
На рис. 6 показано, как меняется отношение развитого и развивающегося мира. Доля стран развитого мира и в начале ХХ в. была не очень высокой, примерно 30% населения Земли. Но, как известно, эти страны превосходили остальной мир по экономической и военной мощи. Это и сейчас так, но ситуация начинает меняться, а одновременно падает и демографический вес развитых стран, доля их населения быстро сокращается. В 2000 г. они (или, может быть, лучше сказать мы) «весили» меньше 20%, а к 2050 г. эта доля опустится ниже 15%.
Рисунок 5. Численность населения мира, развитых и развивающихся стран до 2050 г. по трем вариантам прогноза ООН 2006 года, млн. человек
Рисунок 6. Доля населения нынешних развитых и развивающихся стран в 1900, 1950, 2000 и 2050 годах
На рис. 7 видно еще одно проявление неравномерности размещения и роста населения Земли. В 2050 г. свыше 5 млрд. человек — еще совсем недавно столько людей жило на всей планете — будут жить в Азии. Это — 60% мирового населения 2050 года.
Рисунок 7. 60% мирового населения будет жить в Азии
Так обстоит дело с мировым контекстом, на фоне которого мы должны понять, как происходит демографическое развитие в России.
2.2 Анализ демографического развития России на мировом фоне
Население России на протяжении всего ХХ в. росло. На рис. 8 показаны темпы роста населения в 20 веке. Если бы все было благополучно, то темпы роста населения России должны были бы плавно снижаться, в соответствии с красной кривой на графике, потому что рождаемость должна была снизиться, как это происходило в других ростах, сообразуясь со снижением смертности. Высокие темпы роста населения России в начале века указывали на то, что смертность начала снижаться, а рождаемость оставалась еще очень высокой.
Рисунок 8. Фактические и гипотетические темпы роста населения России, 1900-2000
Но, к сожалению, никакой плавности в динамике темпов роста населения России на протяжении века не было. Страну потрясали социальные и военные катастрофы, они вызывали резкое падения темпов роста населения России, несколько раз в течение столетия ее население сокращалось — в периоды первой Мировой войны, революции и Гражданской войны, голода 30-х гг., Второй Мировой войны. Все эти пертурбации отражают резкие колебания зеленой кривой на рис. 8.
Абсолютная численность населения России изменялась так, как показано на рис. 9. Верхние красные кривые — это как могло бы расти население России, если бы не было всех социальных и военных катастроф ХХ в. Но так как они были, население реально росло в соответствии с нижней зеленой кривой. По сути, если бы не было катастроф, и реализовалась та красная кривая темпов, которая была представлена на предыдущем слайде, то нынешнее население России могло бы быть вдвое большим, чем оно есть на самом деле, т.е. оно было бы сопоставимо с населением США.
Все же в целом, несмотря на все трудности и катастрофы, население России в ХХ в. росло, хотя этот рост четырежды прерывался. Первые три раза это было связано с периодами катастроф, которые уже были названы. Четвертое падение численности населения началось в 1990-е годы, и оно очень сильно отличается от всех предыдущих, имеет совершенно иную природу. Предыдущие периоды убыли населения заканчивались вместе с катастрофами, затем рост населения возобновлялся. Падение, начавшееся в 1990-е годы, глубоко укоренено в демографических процессах предыдущих десятилетий, Россия вошла в такой этап своего демографического развития (в большей или меньшей мере характерный для всех развитых стран, хотя в России он имеет свою специфику), когда нет больших надежд на то, что рост вообще когда-либо возобновится.
Рисунок 9. Фактическая и гипотетическая численность населения России, 1900-2000
Имеются разные демографические прогнозы для России на ближайшие 50 лет. Их делают ООН, Росстат, различные исследовательские центры, Бюро цензов США. Некоторые из этих прогнозов представлены на рис. 10. Хотя конкретные траектории будущей динамики численности населения различаются, все прогнозы — и более оптимистически, и менее оптимистические — предсказывают более или менее быстрое сокращение численности населения до 2050 г.
Рисунок 10. Численность населения России до 2050 года по различным прогнозам, млн. человек
Единственно исключение представляет собой прогноз, названный «нормативным». Недавно было утверждена Концепция демографической политики России до 2025 года, и там были названы некоторые цифры. В частности, говорится, что к 2015 г. население России достигнет 142 млн. человек, а к 2025 г. — 145 млн. человек. Если принять эти реперные точки и провести через них кривую (это — верхняя кривая на графике), то и получится «нормативный» прогноз, который предсказывает рост населения. Единственное, что можно сказать по поводу этого прогноза, это то, что он не соответствует ни одному из имеющихся.
Так как население России уменьшается, а население развивающихся стран быстро растет, то неизбежно понижается место России в мировой демографической иерархии. В 1950 г. Россия в ее нынешних границах по численности населения занимала четвертое место в мире после Китая, Индии и США. В 2007 г. она уже откатилась на девятое место, пропустив вперед Индонезию, Бразилию, Пакистан, Бангладеш и Нигерию. Если верить прогнозу ООН, место России будет понижаться и в дальнейшем, и к 2050 г. она отодвигается на 15 место. К этому времени доля России в мировом населении, которая в середине ХХ в. превышала 4%, а сейчас составляет порядка 2%, приблизится к 1%. При этом Россия располагает 13% мировой суши.
На следующем рис. 11 показано, как выглядит и будет выглядеть Россия на фоне стран «золотого миллиарда» (на самом деле, это примерно 1,2 млрд.). На графике представлены Россия, СНГ (включая Россию), Европейский Союз, США и Япония. Хотя численность населения России сократится и ее доля в «золотом миллиарде» понизится, все-таки здесь больших подвижек не будет, в 2050 г. соотношения будут примерно теми же, что и сейчас.
Рисунок 11. Население стран «золотого миллиарда» в 2007 и 2050 году, млн. человек
Сравнение России с ее азиатскими соседями гораздо менее выигрышно — и речь идет не только о таких гигантах, как Китай или Индия, которая обгонит Китай к 2050 г., но и о странах поменьше, но тоже достаточно многолюдных, таких как Индонезия, Пакистан и Бангладеш (рис. 12).
Рисунок 12. Россия и «азиатские гиганты» в 2007 и 2050 году, млн. человек
2.3 Изменения мирового демографического контекста, выгодные для России и анализ возможностей изменения демографической ситуации в России
Поскольку мы сейчас все рассматриваем с позиции России, естественно, возникает вопрос: можно ли как-то изменить мировой контекст, чтобы он стал более благоприятным для нее? Ведь столь стремительный рост мирового населения, в том числе — и особенно — рост населения в странах азиатского континента ничего хорошего России не сулит. Впрочем, он не сулит много хорошего и самим этим странам. Не случайно большинство развивающихся стран пытаются как-то замедлить, прекратить рост своего населения. Наиболее яркий пример — Китай, но все или практически все развивающиеся страны стремятся к тому же.
Обратимся еще раз к рис. 3 и зададимся вопросом, какую из трех показанных там траекторий динамики мирового населения мы считали бы более подходящей с точки зрения России: быстрый рост, медленный рост с некоторым замедлением или сокращение населения. Тут, вероятно, могут быть разные мнения, но я полагаю, что для нас и для всего земного шара было бы лучше, если бы мировой демографический взрыв поскорее закончился, и население начало бы сокращаться, постепенно возвращаясь к уровню середины ХХ в.
Есть разные способы сокращения населения. Например, можно себе представить какую-то глобальную катастрофу, ядерную, бактериологическую войну и т.д., которые, конечно, могут довольно успешно уполовинить население Земли, а может быть, и вовсе уничтожить человеческую цивилизацию. Считать, что такой вариант абсолютно нереален, конечно, нельзя. Но обычно демографы стараются рассуждать в конструктивном плане, ищут путей прекращения демографического взрыва не за счет катастрофических подъемов смертности. И тогда оказывается, что можно сделать только одно — снизить рождаемость.
Движения именно по этому спасительному пути многие демографы и политики добиваются не первый десяток лет, и по нему реально движутся уже многие страны. В результате разного рода усилий, в первую очередь, самих этих стран, их правительств, в результате социальных изменений, урбанизации, развития образования и т.д. рождаемость в них снижается и сейчас она намного ниже, чем была в середине ХХ в. (рис. 13).
Рисунок 13. Коэффициент суммарной рождаемости в крупных регионах мира: 1950-2050. Средний вариант прогноза ООН
Уже сейчас примерно у половины населения Земли рождаемость опустилась ниже уровня простого воспроизводства населения, то есть ниже 2,2 ребенка на 1 женщину. Но для того, чтобы население мира пошло по нижней кривой на рис. 3, этого снижения недостаточно, нужно, чтобы рождаемость опустилась ниже планки простого воспроизводства у всего населения мира. Пока этого нет, но движение идет именно в этом направлении. Как следует из рис. 13, даже согласно среднему варианту прогноза ООН, к 2050 г. коэффициент суммарной рождаемости будет ниже 2 во всех крупных регионах мира, кроме Африки, среднемировой показатель составит 2,02. А по нижнему варианту прогноза, пусть и менее вероятному, рождаемость в Африке снизится до 1,97, а в мире в целом — до 1,54.
Таким образом, можно сказать, что, изменения мировой ситуации идут в желательном направлении, правда, все-таки очень медленно. 9 млрд. человек, предсказываемые на середину века средним вариантом прогноза ООН, достаточно правдоподобным, — это тоже очень много для нашей планеты. С быстрым ростом населения связаны огромные антропогенные нагрузки на окружающую среду, проблемы изменения климата, исчерпания природных ресурсов, нехватки продовольствия и т.д. Все эти проблемы вызваны не только ростом населения, но рост населения их усугубляет, и, конечно, их разрешение было бы облегчено, если бы число жителей планеты сейчас сокращалось, а не росло.
Можно ли изменить ситуацию в России так, чтобы эти изменения способствовали улучшению положения России на мировом демографическом фоне? Можно ли добиться того, чтобы сокращение численности населения страны приостановилось, замедлилось, а, может быть, и прекратилось? Это больной вопрос, и, к сожалению, имеющиеся прогнозы не дают оснований для большого оптимизма. Рассмотрим нынешнюю и будущую ситуацию несколько более подробно.
Прежде всего, постараемся понять, можно ли все-таки обеспечить стабилизацию или рост числа россиян за счет естественного прироста. Сейчас разница между числом родившихся и числом умерших — не в пользу родившихся. Умирают больше, чем рождаются, и за счет этого возникает так называемая естественная убыль населения. Обратимся к следующему рисунку (рис. 14).
Рисунок 14. Компоненты изменения численности населения России, 1927-2006, тыс. человек
В 1926 г. состоялась первая всеобщая перепись населения советского времени, и с тех пор есть информация о компонентах изменения численности населения России, хотя и с некоторыми перерывами. Зеленые столбики на графике — это естественный прирост населения. Если не считать 1933 г., когда естественный прирост был отрицательным и население сокращалось, и периода войны, за который нет данных, хотя известно, что население в это время убывало, то естественный прирост всегда был положительным и довольно большим, и так продолжалось до начала 90-х гг., когда естественный прирост исчерпался и стал отрицательным, т.е. сменился естественной убылью населения: зеленые столбики пошли вниз.
Желтые столбики — это миграция. На протяжении длительного времени Россия отдавала часть своего населения, жители России выезжали в другие республики Советского Союза, поэтому столбики шли вниз. Этот период закончился в середине 1970-х гг., и с тех пор из России выезжало меньше, чем въезжало в нее из этих республик. По сути, уже тогда началось возвращение жителей России или их потомков, некогда выехавших из России в эти республики. С этого времени и до начала 1990-х гг. и естественный, и миграционный прирост был положительным, население России росло довольно быстро. А после 1992 г. естественный прирост стал отрицательным, и хотя миграционный прирост сохранялся и сохраняется, а в некоторые годы, особенно в 1993-1994 гг., сразу после распада СССР, был очень большим, в целом он не в состоянии компенсировать естественную убыль, и поэтому население России сокращается.
Отрицательный естественный прирост — отнюдь не специфическая российская проблема, он отмечается во многих европейских странах (рис. 15).
Рисунок 15. Развитые страны с отрицательным естественным приростом в 2004 году, прирост в %
В других европейских странах он еще положительный, но часто очень маленький, близкий к тому, чтобы превратиться в отрицательный (рис. 16), и это, по-видимому, скоро произойдет. Имеющиеся прогнозы предсказывают, что практически все европейские страны перейдут к состоянию естественной убыли населения.
Рисунок 16. Развитые страны с положительным естественным приростом населения в 2004 году, прирост в %
В России естественная убыль населения очень велика, 800-900 тыс. человек в год, но в последнее время она снижается. Некоторым людям это дает основания для оптимизма, они экстраполируют тенденцию снижения на будущее и говорят: «снижение будет продолжаться, в конце концов, естественная убыль сойдет на нет, а затем уступит место естественному приросту». На самом деле — это совершенно необоснованные надежды. Сокращение естественной убыли примерно с начала ХХ в. предсказывалось всеми прогнозами, которые и сейчас говорят о том, что это снижение будет продолжаться еще несколько лет. Но потом начнется новый рост (рис. 17). Меры демографической политики могут в большей или меньшей степени повлиять на крутизну кривых на графике, но не на их направление.
Рисунок 17. Естественная убыль населения России — фактическая и согласно некоторым прогнозам, тыс. человек в год
В чем же причина наблюдаемого сейчас снижения естественной убыли? На рис. 18 виден пресловутый «русский крест». Около 1992 г. число рождений и число смертей пересеклись. Если раньше число рождений (зеленая линия) было больше числа смертей (коричневая линия), то теперь оно опустилось ниже, и соответственно естественный прирост стал отрицательным, то есть превратился в убыль. Естественная убыль — это расстояние между двумя кривыми. Если коричневая кривая ниже зеленой, то естественный прирост положительный, если она выше, — отрицательный.
Рисунок 18. Почему сокращается естественная убыль?
Если посмотреть на правую часть этого графика, то можно заметить, что после 2000 г. кривые начали чуть-чуть сближаться, смертей стало становиться меньше, а рождений — больше, за счет чего и стала сокращаться естественная убыль. Но рост абсолютного числа рождений, так же, как и сокращение абсолютного числа смертей сам по себе еще ни о чем не говорит, их динамика зависит не только от уровня рождаемости и смертности, но и от возрастного состава населения.
Какой вклад может внести рост рождаемости?
Остановимся сначала на числе рождений. Могут ли оно вырасти за счет повышения рождаемости в расчете на 1 женщину?
На следующем слайде (рис. 19) показан коэффициент суммарной рождаемости в 40 развитых странах. Красная кривая — это Россия. Видно, что уже очень давно никакой разницы между Россией и большинством этих стран нет, мы давно движемся с ними по общей траектории, хотя, особенно в последнее время, наша кривая находится в самом низу общего пучка кривых, у нас наименее благоприятный показатель рождаемости. Но в целом мы не слишком выделяемся на общем фоне.
Далее, (рис. 20) стран меньше, но данные относятся к более длительному периоду. Когда-то, в середине 20-х годов, когда кончились Первая мировая, Гражданская войны, и наступило какое-то успокоение, восстановилась и высокая дореволюционная рождаемость. Население России в то время было в подавляющем большинстве крестьянским, в семьях рождалось около 7 детей на одну женщину, гораздо больше, чем в европейских странах. Но это продолжалось очень недолго, последующие события нашей истории, включая Вторую мировую войну, привели к падению рождаемости, и былой уровень рождаемости уже никогда не восстановился. Начиная с 40-х годов, мы оказались в общем ряду, уровень рождаемости в России был то выше, то ниже, чем в основных европейских странах.
Рисунок 19. Коэффициент суммарной рождаемости в 40 промышленных странах мира, 1950-2004
Рисунок 20. Коэффициент суммарной рождаемости в некоторых странах, 1925-2005
На рис. 21 показана ситуация 2006 г. Россия — примерно в середине списка из 29 стран, но различия, как правило, непринципиальные. Есть страны, в которых рождаемость заметно выше, чем у нас: в США, во Франции, в некоторых скандинавских странах. Но практически нигде показатель не достигает заветного уровня, необходимого для простого воспроизводства населения, 2,1-2,2 рождения на 1 женщину.
Рисунок 21. Коэффициент суммарной рождаемости в некоторых странах в 2006 году
Сейчас у нас много надежд связывается с активизацией демографической политики, с увеличением денежных выплат семьям и т.д. Наверно, все это нужно, но ведь мы не единственные, кто пытался или пытается воздействовать на рождаемость с помощью подобных мер, а успех приходит далеко не всегда. График на рис. 22 показывает, что прямой зависимости между затратами на проведение государственной семейной политики и уровнем рождаемости, нет.
Рисунок 22. Слабая связь между затратами на семейную политику (1991-2001) и уровнем рождаемости (2001-2003)
Есть разные прогнозы динамики рождаемости в России, и российские, и зарубежные, они обычно делаются в нескольких вариантах, но даже если взять только оптимистические сценарии, как это сделано на рис. 23, то все они предполагают достаточно умеренное повышение рождаемости до 2025 г. И самые оптимистические ожидания не предполагают достижения современного уровня рождаемости США — единственной развитой страны, где он близок к уровню простого замещения поколений. Это относится и к цели, поставленной в недавно принятой Концепции демографической политики, там тое не предполагается достижения американского уровня. Для того же, чтобы естественный прирост из отрицательного превратился в положительный или хотя бы в нулевой, даже американского уровня сейчас было бы недостаточно, учитывая особенности возрастной структуры российского населения. А ведь полной уверенности в том, что реализуются самые оптимистические сценарии роста рождаемости нет.
Рисунок 23. Предполагаемые значения коэффициента суммарной рождаемости в 2025 г. согласно различным прогнозам и фактические значения в России (2006 г.), Европейском Союзе и США (2004 г.)
Чем же тогда объяснить то, что сейчас действительно наблюдается повышение числа рождений, и зеленая кривая на рис. 18 явно идет вверх? Дело в том, что сейчас идет временный подъем числа женщин в наиболее плодовитых возрастах — от 18 до 30 лет, на которые обычно приходится 75-80% всех рождений (нижняя кривая на рис. 24). То же относится и к верхней кривой — здесь добавлена еще одна пятилетняя группа: на женщин в возрасте от 18 до 35 лет обычно приходится до 95% всех рождений. Число женщин в этих возрастах сильно колеблется — по разным причинам: это связано с эхом войны и т.д. И все последние годы кривые шли вверх, число женщин увеличивалось на миллионы. Поэтому естественно, что даже если рождаемость в расчете на одну женщину не повышалась, более того, даже если она снижалась, абсолютное число рождений могло расти — за счет увеличения числа потенциальных матерей.
Рисунок 24. Число женщин в возрасте 18-29 лет и 18-34 года, 1970-2007, млн.
К этому надо добавить, что в тот же период произошел некоторый сдвиг в «календаре» рождений, часть из них, которые были отложены в 1990-е гг. — как в связи с трудностями тогдашней жизни, так и потому, что стала меняться возрастная модель рождаемости, приближаясь к европейской, для которой характерна более поздняя рождаемость. «Постарение» рождаемости имеет эволюционную природу, оно происходит повсеместно, и его нельзя связывать только с кризисом 90-х годов. Эффект увеличение числа потенциальных матерей, усиленный сдвигом «календаря» рождений, сказался в абсолютном приросте числа рождений. Но беда подстерегает нас впереди. Период роста числа женщин в детородных возрастах заканчивается, потому что заканчивается вхождение в эти возраста относительно многочисленных поколений, родившихся во второй половине 1980-х годов. Теперь ряды потенциальных матерей будут пополняться малочисленными поколениями, родившимися в 1990-е годы. Все девочки, которые будут входить в когорты рожающих женщин до середины 2020-х годов, уже родились, мы знаем, сколько их, и знаем, что их очень мало. Как следует из рис. 25, нам предстоит пережить резкий спад числа женщин в возрасте наибольшей плодовитости.
Рисунок 25. Число женщин в возрасте 18-30 лет, млн.
В этих условиях даже при довольно заметном повышении рождаемости, если его удастся добиться, само число потенциальных матерей не позволит родить столько детей, сколько нужно, чтобы число рождений превысило число смертей, тем более, что число смертей тоже будет вести себя не так, как нам хотелось бы.
Что может дать снижение смертности?
Второй процесс, от которого зависит естественный прирост населения, — это смертность. Можно ли повлиять на смертность? Здесь ситуация в каком-то смысле еще замысловатее. Если в плане рождаемости мы не сильно отличаемся от других стран: где-то положение лучше, где-то хуже, мы посередине, принципиальных отличий нет, то в плане смертности отличия есть и очень большие. Посмотрите на слайд (рис. 26). На нем показана динамика ожидаемой продолжительности жизни при рождении в России (красная кривая) и в нескольких других странах: США, Франции, Швеции и Японии. До середины 60-х гг. мы двигались в одном с ними направлении, затем наши пути разошлись. До этого времени смертность у нас снижалась. После войны в лечебную практику вошли антибиотики, которые позволили очень резко снизить детскую смертность, и за счет этого мы очень сильно выиграли и сблизились с передовыми странами того времени. А начиная с середине 60-х гг., т.е. уже больше 40 лет, мы идем в разные стороны, у них продолжительность жизни непрерывно растет, а у нас она либо стагнирует, либо снижается.
Рисунок 26. Продолжительность жизни в России и некоторых промышленно развитых странах, 1946-2006, в годах
Сейчас разница очень большая. Если она сохранится, это будет означать, что родившийся сегодня в России мальчик проживет, в среднем, на 15 лет меньше, чем его европейский, американский или японский сверстник. У женщин ситуация немного лучше, но качественно — те же самые «ножницы», просто их раствор не такой большой.
К сожалению, сейчас мы отстаем уже не только от развитых, но и от многих развивающихся стран, которым когда-то было далеко до нас. Сравнение с некоторыми из этих стран представлено на следующем слайде (рис. 27). На графике показаны самые разные страны: Мексика, Аргентина, Сирия, Малайзия, Тунис, Вьетнам, Индонезия, Таиланд, Иран — везде смертность ниже, чем у нас. По продолжительности жизни Россия — в самом низу списка, ожидаемая продолжительность жизни для обоих полов в России (в среднем за 2000-2005 гг.) — около 65 лет. А в самом верху — Мексика, в которой этот показатель составляет 75 лет. Достижение этого уровня намечено нашей Концепцией демографической политики на 2025 г.
Рисунок 27. Продолжительность жизни при рождении для обоих полов в России и некоторых развивающихся странах, 2000-2005 гг.
На российских кривых ясно видны колебания, которые возникли во второй половине 1980-х годов, когда во время антиалкогольной кампании резко, но на короткое время снизилась смертность. Поэтому продолжительность жизни в этот период выросла на 2-3 года. Антиалкогольная кампания не искоренила пьянства, она лишь позволила кое-кому чуть-чуть продлить жизнь. Когда же кампания сошла на нет, эти люди, относящиеся к группе риска, вернулись к своим привычкам и быстро «добрали» свое. Это привело к новому подъему смертности и, соответственно, к снижению продолжительности жизни.
Начало 90-х ознаменовалось спадом продолжительности жизни, но следует иметь в виду, что это был спад с нехарактерного, необычно высокого уровня периода антиалкогольной кампании. На рис. 28 пунктирные линии указывают предположительное развитие событий в случае, если бы колебания не было и сохранялись тенденции 1964 — 1984 гг. Мы видим, что фактические колебания идут вокруг экстраполированной гипотетической прямой, отражающей тенденцию прошлых лет. И только в самое последнее время наметился поворот кривой вверх, но пока трудно сказать, свидетельствует ли он о новой устойчивой положительной тенденции или снова речь идет об очередном колебании.
Вообще конъюнктурные колебания менее важны, чем долговременный тренд. Наша беда в том, что мы никак не можем сойти со сложившейся в советский период неблагоприятной траектории. Если у нас в то время и были успехи, то они касались детской смертности. А смертность взрослого населения, особенно мужского, практически не менялась, оставалась и остается поныне очень высокой. Первая непосредственная причина (за которой, конечно, стоят другие, социальные и прочие) — это пьянство, и пока не будет найден способ побороть этот недуг, россияне будут жить меньше, чем их сверстники в очень многих странах мира.
Рисунок 28. Продолжительность жизни мужчин и женщин и линейные тренды 1964-1984 годов (женщины — красные линии, мужчины — синие), лет
Что ожидает нас в обозримом будущем? Есть разные прогнозы ожидаемой продолжительности жизни россиян до 2025 г. Обычно они делаются в разных вариантах, на рис. 29 представлены самые оптимистические из них (за исключением прогнозов Росстата, ООН, и Бюро цензов США, по которым опубликован только один сценарий) не рискуют предсказать рост продолжительности жизни в России даже до нынешнего усредненного уровня стран Европейского Союза, который также показан на графике.
Рисунок 29. Предполагаемые значения ожидаемой продолжительности жизни в России в 2025 г. по наиболее оптимистическим вариантам существующих прогнозов и уровень, достигнутый Европейским Союзом, лет
Сейчас у прогнозистов нет оснований для большего оптимизма, и они не вправе делать предположения, не подкрепленные реальными тенденциями. Но значит ли это, что мы не можем прийти к 2025 году с лучшими результатами? Думаю, все же не значит. В какой-то мере обнадеживает недавний опыт многих наших соседей.
На рис. 30 нем показаны изменения продолжительности жизни в некоторых бывших республиках СССР и некоторых бывших «социалистических» странах Восточной Европы. До начала 90-х годов, при всех существовавших различиях, тенденции динамики ожидаемой продолжительности жизни были одинаковыми, их можно было охарактеризовать одним словом: стагнация. Мы видели ранее, как рос этот показатель в Америке, во Франции, в Швеции, в Японии. В Восточной Европе роста практически не было, показатель топтался на месте. Уровень был разный — в Чехословакии, в Польше, даже в Прибалтике смертность была существенно ниже, чем в России, но динамика — сходная. А уже с начала 90-х годов появляются и нарастают различия и в динамике, и здесь тоже возникают «ножницы», которые мы уже видели при сравнении России с западными странами. Сходство с нашей динамикой сохраняют только Украина и Белоруссия.
Рисунок 30. Продолжительность жизни мужчин и женщин в странах Восточной Европы, лет (1970 - 2006г)
Есть такое понятие — эпидемиологический, или санитарный переход. Это именно тот процесс, который приводит к снижению смертности. Он распадается на два этапа. На первом этапе не требуется больших индивидуальных усилий от человека. Государство способно при помощи внедрения эффективных медикаментов, оздоровления населенных мест и пр. справиться со многими причинами смерти: эпидемиями, инфекционными болезнями, простудными, желудочными заболеваниями и т.д. А вот на следующем этапе, когда ресурсы первого этапа исчерпаны, на первое место выходят особенности индивидуального поведения человека. Первый, патерналистский этап мы более или менее успешно прошли с помощью советской системы здравоохранения, которая до поры до времени отвечала требованиям этого этапа. Но чего нам не удалось пока сделать и без чего нельзя двигаться дальше, — это перейти ко второму этапу эпидемиологического перехода, т.е. изменить тип поведения большинства наших граждан. А для этого надо повысить место здоровья и здоровой жизни на шкале ценностей российского общества.
Конечно, мы мало тратим на охрану нашего здоровья, это видно на рис. 31
Рисунок 31. Общие расходы на здравоохранение в долларах по паритету покупательной способности, на душу населения, 2002 г.
Высокая смертность — это большая социальная проблема, которую необходимо решать. Но если говорить о влиянии смертности на динамику численности населения, то, хотя снижение смертности может снизить темпы его естественной убыли, оно не способно совсем избавить от нее, если рождаемость остается ниже уровня простого замещения поколений. А, как мы видели, достижения этого уровня в обозримой перспективе никто не ожидает. Поэтому естественная убыль населения России будет наблюдаться еще долго.
2.5 Новая роль миграции, как фактора демографического развития в мире и в России
Если нельзя добиться перехода к положительному естественному приросту или к смене естественной убыли естественным приростом, то единственный ресурс, который остается — иммиграционный. Можно пополнить население за счет притока мигрантов.
Есть страны типа США, которые образовались, как страны иммигрантов, и продолжают жить, привлекая большое количество приезжих. Выше мы видели, как понизится к середине века место России в мировой демографической иерархии. С США этого, видимо, не произойдет, судя по прогнозам, они как были на третьем месте в мире в 1950 г., так и останутся на том же третьем месте в 2050. В значительной степени это будет обеспечено, благодаря тому, что США продолжают принимать большое количество иммигрантов и собираются делать это и дальше. Значительное количество мигрантов принимают и европейские страны, и они также понимают, что не могут обойтись без иммиграции.
Как видно из рис. 32, мы принимаем меньше иммигрантов, чем США или страны Европейского Союза, а главное, у нас число иммигрантов быстро уменьшается, по крайней мере, если говорить о регистрируемой миграции, достоверных данных о количестве нерегистрируемых мигрантов у нас нет.
В России за весь период сокращения населения с начала 1990-х годов миграция компенсировала около половины его естественной убыли. Но этот сравнительно высокий вклад миграции достигнут в значительной мере за счет ее всплеска в первой половине 1990-х годов, потом этот вклад резко сократился. В 2003 г. миграционный прирост населения России упал ниже 100 тыс. человек, а естественная убыль находилась на уровне 800-900 тысяч в год. В 2005-2006 гг. наметился некоторое увеличение миграционного прироста, но далеко не такое, какое нужно, чтобы покрыть естественную убыль населения, пусть даже и несколько сократившуюся.
Рисунок 32. Среднегодовое сальдо миграции в России, США и Европейском Союзе, 1980-2005 годы
Иммиграция — больной для нас вопрос, потому что крупномасштабная миграция, даже и внутренняя, например массовая миграция сельских жителей в города, порождает множество социальных и культурных проблем. Когда же речь идет о международных миграциях, о приеме выходцев из других стран, представителей других культур и т.п., острота этих проблем неизбежно усиливается. Поэтому во всех странах, принимающих мигрантов, возникают антииммигрантские, даже мигрантофобские настроения, они оказывают влияние на политический климат в стране и существенно ограничивают возможности приема иммигрантов.
Демографический взрыв в развивающихся странах, глобальная демографическая асимметрия как его следствие, помноженная на хорошо известную экономическую асимметрию, естественным образом порождают миграционное давление на богатые развитые страны. В поисках работы, источников дохода, жители «третьего мира», во всяком случае, наиболее мобильная, динамичная их часть, пытаются мигрировать в развитые страны. А здесь развиваются депопуляционные процессы и возникает потребность в рабочей силе, да и просто в населении. Создается ситуация взаимной дополнительности, связанности развитого и развивающегося миров, в этой ситуации миграционные взаимодействия не зависят только от одной стороны. Допустим, политики решили, что стране не нужна иммиграции и надо ее остановить. Но мировой опыт показывает, что все не так просто. Закрыть границы на замок никому не удается, система миграционных разрешений и запретов обрастает коррупцией и т.д., но поток иммигрантов не снижается.
По оценкам экспертов ООН, сейчас в мире насчитывается примерно 200 млн. мигрантов, и их число продолжает расти. На рис. 33 представлено среднегодовое сальдо миграции по основным регионам мира за 2000-2005 гг. Развивающиеся страны отдают население, развитые принимают. Северная Америка принимала 1,4 млн. человек в год, Европа — 1,1 млн. Для развивающегося мира, в котором сейчас живет 5 млрд. человек, — это крохи, но Северной Америки или Европы — достаточно большие цифры.
Рисунок 33. Среднегодовое сальдо миграции по основным регионам мира, 2001-2006 годы
Крупномасштабные миграции из бедных в богатые страны, чего прежде не было, становятся неотменимой частью глобальной реальности XXI века. Не удастся их избежать и России. Ведь и на нас будут давить те же обстоятельства, которые давят на другие промышленно-городские страны с низкой рождаемостью.
Нельзя недооценивать законов глобальной экономики, в которую современные трудовые миграции встраиваются как весьма важное звено, вносящее вклад в преодоление огромного разрыва между бедными и богатыми странами.
Наверно, все слышали о трансфертах, денежных переводах, которые гастарбайтеры шлют на родину своим семьям, родственникам. У нас нет недостатка в политиках, чиновниках и журналистах, которые пытаются представить эти переводы части заработанных денег как некое ограбление России. На самом деле, это, конечно, не так. Современную ситуацию с международными трансфертами можно уподобить той, которая когда-то была в России в XIX в., когда получили развитие крестьянские отхожие промыслы. Крестьяне, оставляя семьи в деревне, работали в городах и посылали домой деньги, которые они зарабатывали. По меркам тех стран, где работают мигранты, их заработки, в среднем, невелики. Но на их родине — это немалое экономическое подспорье и их семьям и всей экономике этих стран (рис. 34). А так как трудовых мигрантов очень много, то складываются денежные потоки, сопоставимые с самыми крупными мировыми финансовыми потоками. Это очень крупные деньги, их общая сумма перевалила за сотню миллиардов долларов ежегодно, и для некоторых стран, которые отправляют много мигрантов, это огромный вклад в их национальный доход. Таким образом, сложился экономический механизм, который побуждает людей ехать в другие страны, побуждает правительства бедных стран это поощрять. Не удивительно, что, соглашаясь работать в России, в Америке, во Франции или где-то еще за маленькие, по нашим критериям, но за большие по их представлениям деньги, мигранты тем самым создают ситуацию конкуренции местной рабочей силе, которая часто не нравится в странах приема иммигрантов. Но конкуренция в экономике — вещь полезная. К тому же, на самом деле, мигранты в большинстве случаев занимают те ниши на рынке труда, которые местное население, как правило, занимать не спешит, служат важным структурным дополнением, необходимым на рынке рабочей силы.
Рисунок 34. Денежные переводы мигрантов в 2004 г.
В трудовой миграции заинтересованы страны выхода мигрантов, но не в меньшей мере она бывает нужна и странам, их принимающим. Это относится, в частности, и к России.
Мы сейчас стоим на пороге очень неприятного этапа давно разворачивающегося в России демографического кризиса. Хотя население страны уже почти 15 лет сокращается, в силу особенностей российской возрастной пирамиды, число лиц в трудоспособном возрасте росло, а нагрузка на одного трудоспособного иждивенцами — детьми и пожилыми — сокращалась и была необычайно низкой. Так что в каком-то смысле мы были в выигрыше, получали