Xreferat.com » Рефераты по социологии » Социология семьи, брака и пути их укрепления

Социология семьи, брака и пути их укрепления

основные функции. Но и этот анализ показывает, что она удовлетворяет и многообраз­ные индивидуальные потребности личности (материаль­ные, духовные, физиологические и др.), и групповые (общесемейные) потребности, и важнейшие потребности об­щества. Как общество влияет на семью, создавая опреде­ленный ее тип, так и семья оказывает немалое влияние на развитие и образ жизни общества. Семье принадлежит важная роль в ускорении экономического и социального развития общества, в воспитании подрастающего поколе­ния, в достижении счастья каждым человеком. Словом, преувеличить важность этой социальной и экономической ячейки общества невозможно—необходимость семьи обус­ловлена потребностью человеческого общества в духовном и физическом воспроизводстве самого человека.

Глава 2. Брак и семья сегодня.


Семья — древнейший институт человеческого общества — прошла сложный путь развития. От родоплеменных форм общежития, когда человек «без роду, без племени» вообще не мог существовать, через «большую семью», вмещавшую под одной крышей несколько поколе­ний живших в тесном контакте с «родьнёй», включавшей братьев-сватьев и других многочисленных родственников, к нуклеарной, «ядерной» семье, состоящей только из ро­дителей и детей. Таков пройденный путь.

Современное состояние семьи не внушает особого опти­мизма. Ее проблемы кажутся порой трудноразрешимыми. Еще несколько лет назад в нашей литературе много писали о кризисе буржуазной семьи. Наша советская семья опреде­лилась как семья образцовая с бесконфликтным настоящим и блистательным будущим. Сейчас в нашей печати иначе как о кризисе семьи не говорят. Встречаются даже утверж­дения о катастрофе семейной жизни, которую переживает наше общество.

В чем проявляются кризисные явления в семье? Прежде всего, в ее нестабильности. В крупных городах распадается свыше 50% браков (в некоторых местах уровень разводов достигает 70%). Причем у более чем трети распадающихся семей совместная жизнь продолжалась от несколь­ких недель до 4 лет, т. е. совсем недолго. Нестабильность семьи приводит к росту неполных семей, снижает родительский авторитет, отражается на возможностях формирова­ния новых семей, на здоровье взрослых и детей.

К нестабильности семьи следует добавить ее дезорганизацию, т.е. увеличение числа так называемых конфликтных семей, где муж и жена живут как «кошка с собакой», а воспитание детей в обстановке ссор и скандалов оставляет же­лать лучшего. Это самым плачевным образом сказывается как на взрослых, так и на детях. Именно в недрах такой семьи скрываются источники алкоголизма, наркомании, неврозов и правонарушений. В результате страдают взрослые, страдают дети, страдает общество. По данным ежене­дельника «Семья», 1 млн. 100 тыс. детей остаются без семьи, 1 млн. 185 тыс. страдают психическими заболеваниями, 900 тыс. подростков ежегодно задерживается за правона­рушения и бродяжничество, 1904 ребенка в 1997 г. покончи­ли жизнь самоубийством.

Кто виноват в этом? Конечно, взрослые, обрекающие детей на одиночество, страдания и даже смерть. Но в чем причины такой ситуации? Только ли злая воля негодяев и безответственных людей? Конечно, человек отвечает за свое поведение. Но часто он не ведает, что творит, либо не умеет найти правильный путь. Нужно искать более глубо­кие причины. Главные из них — серьезные сдвиги в жизни общества. Что происходит?

Происходит рост отчуждения. Отчуждение — социаль­ный феномен, суть которого состоит в том, что человек те­ряет контроль над результатами своей деятельности, кото­рые становятся чужими, враждебными ему. Анализируя раз­личные аспекты отчуждения, Маркс в 1844 г. отмечал, что этот социальный порок не затрагивает животных функций человека — еду, питье, половой акт. Ныне действие от­чуждения проникло и сюда.

Прогресс противоречив. Любое достижение цивилизации может обернуться бедой для человека. Рост производства уничтожает среду обитания. Химикалии, повышающие про­дуктивность сельского хозяйства, делают пищу непригодной для употребления. Научно-техническая революция упро­щает бытовую сторону жизни, но, с другой стороны, создает недопустимые перегрузки, губительно сказывающиеся на здоровье людей. А в перспективе возникает и угроза лично­стному и моральному миру человека, идущая от «успехов» генной инженерии, искусственного оплодотворения женщин и реальных возможностей выращивать человека в «про­бирке». По сути, речь идет о клонировании людей, страшную картину которого нарисовал Олдос Хаксли в своей антиуто­пии «О дивный новый мир».

Среди факторов, фатально влияющих на семью, следует указать и на культ потребления, в основе своей призванный заменить истинный смысл жизни и подлинные ее ценности, прежде всего человеческую близость, погоней за иллюзорными престижными вещами, чувственным удовольствием, за иллюзорным статусом, когда самые близкие люди стано­вятся жертвой потребительского отношения друг к другу. Потребительская установка на успех, канон которой опреде­ляется модой и средствами массовой информации, усили­вает феномен отчуждения.

В нашей стране к этому добавляется постыднейший дефицит самых необходимых средств жизни — продовольствия, одежды, жилья, медикаментов. Растет детская смертность, сокращается продолжительность жизни. Растет пре­ступность, растет социальная нестабильность, пагубно влияющая на жизнь семьи.

И все же в условиях тотального отчуждения семья остается главным прибежищем духовной безопасности, чело­веческого самоутверждения и эмоциональной защищенно­сти. Поэтому сегодня, как никогда прежде, к семье предъ­являются высокие требования. Семья разрушается, но на - нее возлагают надежды, в нее продолжают верить. Общим местом стало утверждение о том, что новое общественное положение женщины стало великим завоеванием, положившим конец моногамному браку, основанному на ее экономической зависимости и главенстве мужчины. Экономическая и социальная самостоятельность женщины, как и ее равенство в правах с мужчинами, бесспорно, являет­ся положительным фактором современного общественного развития. Но эти завоевания имеют оборотную сторону, и это равенство подчас выливается в чудовищную несправед­ливость. В России 93% женщин работают, но при этом 270 тыс. трудятся на тяжелых ручных и полуме­ханизированных работах, 65 тыс. заняты на тяжелых путейных работах; 4 млн. женщин работают в ночные смены; в торговле, где в основном работают женщины, 80% состав­ляет тяжелый немеханизированный труд. Грустный список можно было бы продолжить. Это — мнимое равенство, ког­да женщина заменяет мужчину, когда она становится как бы мужчиной, но довольно часто с более низким статусом. Не случайно в американской литературе (в США, кстати, защита женского труда осуществляется значительно строже) бы­тует образ женщины, которая подвергается дискриминации наравне с неграми — ее «черными братьями».

Экономическая самостоятельность женщины привела к тому, что мужчина перестал быть единственным кормиль­цем семьи, и это сказалось на семье не лучшим образом. Здесь — другой парадокс современной ситуации, касающей­ся семьи.

В свое время американский ученый Т. Парсонс утверждал, что в семье отец играет инструментальную роль (он — кормилец и защита семьи от давления внешних обстоя­тельств), а мать—экспрессивную (она—хранительница очага и мира в семье, ее эмоциональный центр, создающий возможность для спасения отца и детей от стрессов и пере­грузок внешнего мира). Ныне работающая мать также ока­зывается способной выполнять инструментальную роль в семье, и достаточность инструментальной роли отца оказы­вается под вопросом либо отец вовсе устраняется. Глубо­кое нарушение взаимодействия между супругами приводит, в конце концов, к тому, что одна только женщина имеет власть над домочадцами. В такой семье бытует вариант домашнего поведения («игры») «Я одна везу этот воз» или «Чуткий коготь» (заглавие одной из статей в «Литературной газете» О.Чайковской), когда жена и мать «вкалывает, как лошадь», и на производстве, и дома. И хозяйство, и воспита­ние детей, и школа, и общественные поручения — все на ней. Муж у такой женщины — «порочный»: все время про­водит у телевизора, в курении на лестничной площадке, за выпивкой; дети по углам не смеют пикнуть. Ссоры, попре­ки, несчастна жена, несчастен муж, несчастны дети — инфантилы со сломленной волей.

Между тем для нормального существования супружест­ва и оптимальной социализации детей необходимо наличие, совместное участие и ответственность обоих супругов. Зна­чение отца в воспитании детей имеет тем большее значение, что без него подготовка ребенка к роли супруга и родителя оказывается неполноценной. В этом плане влияние родите­лей (не только их подход к ребенку, но и то, как они сами выполняют свою половую роль, каковы их супружеские от­ношения и т. п.) оказывает прочное воздействие на после­дующую жизнь человека. В дальнейшем возможны сущест­венные изменения, но они никогда не бывают тотальными.

Особенно велика роль отца для самоидентификации мальчика в процессе становления того уровня его личности, который связан с развитием его роли как мужчины. Не­вовлеченность отца (или мужчины-воспитателя) в этот про­цесс приводит к формированию замещающих мужествен­ность проявлений, т. е. к псевдомужественности, требую­щей постоянного подтверждения в актах агрессии и других видах отклоняющегося поведения.

А как обстоит дело с эмоциональной функцией женщины, воплощающейся в материнстве? Материалы, представ­ленные в нашей книге, красноречиво свидетельствуют о ма­теринстве как древнейшем, более древнем, чем семья, инсти­туте человеческого общества. Но ныне все чаще говорят о |кризисе материнства. Вовлеченная в работу мать, сдвинувшая отца на периферию семьи, одна не может справиться с ответственной ролью главной кормилицы и единственной воспитательницы детей.

В чем конкретно выражается нарушение здоровою взаимодействия между матерью и детьми? Источник авто­ритарности в семье, основанной на мелочном контроле и подчинении ребенка жестким правилам и ведущей к кон­формности личности, переместился ныне от отца к матери, контролирующей буквально каждый шаг детей, причем отец всегда оказывается на ее стороне. Так формируется в детях пассивность, крайним проявлением которой является глу­бокая депрессия, уход в болезнь или в мир фантазии и грез.

Зачастую лишенная интимной гармонии со своим супру­гом, мать уходит в «рабство» к детям. Она требует от ребен­ка, чтобы тот заполнил пустоту ее жизни, и превращает его в свои постоянный придаток. Мальчик становится любимчи­ком матери, в то время как отец пассивно содействует дан­ному положению дел, либо вообще исключается из их отно­шений, подчас получающих эротическую окраску. Для нор­мального развития ребенка в первые годы жизни велико значение автономности в ходе его контактов с матерью. Ес­ли ребенок никогда не остается сам по себе в присутствии матери, он лишен свободы, но также и поддержки. В школе такой ребенок всегда испытывает большие трудности в об­щении со сверстниками, он пасует перед школьными тре­бованиями самодисциплины. Навязывая ребенку отношения господства и рабства, мать не только подчинена ему, но свя­зывает его огромной зависимостью, превращая и его по сути дела в раба.

Что касается «маминой» дочки, «хорошей девочки», то разобщенность родителей в скрытом или открытом кон­фликте, исключительные претензии матери на ее послуша­ние, на выявление ее талантов и способностей, нападки на привязанность к отцу и т. п. также приводят к психиче­ским срывам, к глубокой деформации ее женской половой роли, к возникновению стойкого негативизма в отношении интимной жизни.

Таким образом, естественные потребности детей в авто­номности и в то же время в близости матери подвергаются большому испытанию благодаря новой роли женщины-мате­ри в семье, получившей единоличную ответственность за заботу о детях и о доме.

Рассмотрению отношения мать — ребенок и воздейст­вию на это отношение общества уделяется все больше вни­мания не только в социально-философских, педагогических и психологических трудах. Эта проблема привлекает и психиатров, видящих в особой интенсивности этих отноше­ний один из источников шизофрении Нарушения в диффе­ренциации родительских ролей, заполняемые претензиями к детям, исключающими пути их спокойного социального развития в семье, называют «семейным гомеостазом», кото­рый трудно поддается изменениям, где истинная враждебность и истинная близость мистифицированы, где наблюдается спутанность ролей, где ребенка либо буквально заби­вают чрезмерными упованиями, контролем, заигрыванием; либо обесценивают мир его эмоций и его личности, оставляя, по сути дела, на произвол судьбы.

От вседозволенности через жесткий контроль к полной заброшенности — таков путь подрастающего человека к не­врозам, психозам, отклоняющемуся поведению в детстве и отрочестве, к социальному инфантилизму и преступности взрослых.

Кризис отцовства и материнства теснейшим образом связан с другой сферой эмоциональной жизни семьи — с интимными отношениями супругов. В нашу эпоху изме­нилась роль женщины в половой жизни и роль половой жиз­ни в жизни женщины. Речь идет о так называемой сек­суальной революции.

Если отвлечься от внешней, порой скандальной стороны дела, от уродливых напластований, то в основе сексуальной революции можно обнаружить весьма простой, исторически необходимый и прогрессивный процесс, имя которому — раскрепощение женщины.

Ф. Энгельс назвал установление моногамных отноше­ний, существовавших для мужчин лишь номинально, всемирно-историческим поражением женщины. Мужчина пре­вратил женщину в служанку, в рабу своей похоти, «в про­стое орудие деторождения». Теперь женщина пытается взять реванш: тайная пружина ломки традиционных поло­вых отношений — стремление женщины к равному сек­суальному партнерству. Речь идет не о равенстве ролей (разница их установлена природой), а о равном праве на наслаждение, о снятии сексуальных запретов, которые на­кладывал на женщину языческий и христианский патриар­хат. В условиях дисгармоничного строя этот процесс принял уродливую форму. Форму, однако, не следует путать с содер­жанием.

Вспомним прочитанное в юности — Мопассан, Толстой. Достоевский.

Реалистическое искусство сорвало маски с буржуазной половой морали и предало ее проклятью. Брак по расчету, двойной стандарт полового поведения (один для мужчин, другой для женщин), взгляд на жену как на собствен­ность мужа. Все это столь же уродливо, как и сексуальное неистовство современности. Это потери, о которых не при­дется жалеть.

Более чем полтора века тому назад И. Г. Фихте попытал­ся философски обосновать принцип: два пола — две морали. «...То, что первый пол ставит целью удовлетворение своего полового влечения, вовсе не противно разуму, ибо оно может быть удовлетворено посредством деятельности; а то, что вто­рой пол ставил бы целью удовлетворение своего полового влечения, совершенно противно разуму, ибо здесь целью сделалось бы чистое страдание... Для женщины вовсе не отрицается возможность ни опуститься ниже своей приро­ды, ни, благодаря свободе, возвыситься над ней; такое воз­вышение не многим лучше падения. Ниже своей природы опускается женщина, если унижается до неразумности. Тогда половое влечение... может стать сознательной и обдуманной целью действий». Испанский психолог Мараньон-и-Посадильо рассматривал либидо как чисто мужское качество, нефригидных женщин он называл «мужеподобны­ми». Даже Фрейд, впервые серьезно занявшийся сексуаль­ной проблемой, ограничил свое рассмотрение мужским полом. «Любовная жизнь женщины, — писал он, — ...погру­жена еще в непроницаемую мглу». К середине XX в., одна­ко, многое прояснилось.

XX век вообще проявил повышенный интерес к жизни личности. Социальные сдвиги, политические катаклизмы, экономический и научно-технический прогресс по-новому поставили проблему человека. Оказалось, что общество по­лучает от человека больше, если рассматривает его как лич­ность. А первое, в чем проявляется неповторимость лично­сти,— потребности. Вовлечение женщин в процесс труда и политическую жизнь не могло не отразиться на характере отношений между полами. Женщина обрела желанную не­зависимость. Весь вопрос в том, привела ли эта независи­мость к свободе?

Еще одна важная деталь. Распространение противоза­чаточных средств устранило то «беспокойство о «послед­ствиях», которое, по словам Энгельса, мешало «девушке, не задумываясь, отдаться любимому мужчине». Как будто открылся путь к устранению существовавшей веками дисгармонии. Но не тут-то было.

Существует мнение (которое находит подтверждение в специальной литературе), что женская сексуальность, ес­ли ее расковать, превосходит мужскую (в прямом количе­ственном смысле). И это грозит бедой. В свое время Монтень предупреждал мужчин об этой особенности женщин: они ненасытней и пламенней в любовных утехах — тут и сравнивать нечего.

Подавленная женская сексуальность ведет к неврозам. Но к ним ведет и сексуальность, ничем не сдерживаемая. За­пад уже с этим столкнулся. Американская журналистка Бетти Фридэн обнаружила «проблему без названия» — чреватый нервным расстройством «синдром домохозяй­ки» — разрыв между реальной ситуацией и нереальными запросами. В то время как американские женщины устремляют свое внимание на то, чтобы наиболее полным, вырази­тельным и агрессивным образом удовлетворить свои сексуальные потребности, увеличилось сексуальное равно­душие американских мужчин, их враждебность по отноше­нию к женщине.

Подавленный в условиях современного общества расту­щей дороговизной, неспособностью содержать семью, оглу­шенный нервными перегрузками (не только на работе, но и в так называемое «свободное время»: автомобиль, спиртные напитки, телевизор, — за все это расплачиваются не только деньгами, но и нервами), растерянный под натиском сек­суальных раздражителей, мужчина пасует перед новыми ус­тремлениями женщины и выбирает облегченный, пассивный вариант сексуального поведения. Женщина, становясь под­час фактически главой семьи, получает в дополнение к ре­продуктивной функции целый ряд новых обязанностей. Ее стремление к равному сексуальному партнерству, наталки­ваясь на пассивность мужчины, остается неудовлетворен­ным. Происходит своеобразная феминизация мужчины и обратный процесс — маскулинизация женщины. Прямое следствие — склонность к перверзиям. Итак, реванш не удался: женщина снова терпит поражение. На этот раз сов­местно с мужчиной. В браке и за его пределами.

В прошлом веке брак не рассматривался в качестве ин­ститута, призванного удовлетворять сексуальную потреб­ность. Одной из любимых острот Фрейда была следующая: «Жена, как зонтик: все равно придется нанимать экипаж». Комментируя смысл этого изречения, венский психиатр пи­сал: «Жениться, чтобы обезопасить себя от приступов чув­ственности, но потом все же выяснится, что брак не дает удовлетворения развитой потребности, подобно тому, как берешь зонтик, чтобы спастись от дождя, и все равно про­мокаешь. В обоих случаях приходится прибегать к более на­дежной защите — общественному транспорту или, соответ­ственно, к доступной за деньги женщине».

Сексуальная революция изменила ситуацию, привела к эротизации брака, но одновременно и обесценила его; причем дело заключается не только в увеличении разводов. Из американской литературы мы узнаем, что за океаном распространен «обмен женами». Муж А вступает в связь с женой Б, в то время как жена А сожительствует с мужем Б, и все это происходит с ведома и согласия всех заинтере­сованных лиц; знакомства завязываются с помощью прес­сы. «Свое» становится «чужим». Сексуальная революция оборачивается сексуальным отчуждением.

Половые контакты превратились в своего рода спорт, ли­шенный личностной вовлеченности. Но снятие запретов, культ секса влечет за собой утрату остроты переживания. То, что общедоступно, не может стать предметом страсти. Ломка традиционных норм сексуального поведения в усло­виях культа потребления обесценивает близость. Расцвет порнографии, рост сексуального натурализма в беллетри­стике довершают картину: воздействие на воображение ока­зывается таким, что реальное поведение кажется бледным и непривлекательным. В результате происходит чисто внеш­няя сексуализация современного человека, сопровождаю­щаяся вялостью фантазии и инстинктивного порыва.

Где же выход? На Западе 15—20 лет назад превозноси­лись новые формы семьи — так называемый открытый (т. е. временный) брак, совместные супружеские внебрачные свя­зи («обмен женами»), групповой секс в коммунах с общим ведением хозяйства и совместным воспитанием детей. Ради­кальные феминистки носились с лозунгом: «Смерть муж­чинам!» И даже серьезные ученые высказывали предполо­жение о возможной гинеконцентристской картине мира, где именно женщина будет играть главную роль. Такой взгляд базируется на признании:

  1. большей универсально­сти женщины, в силу чего она способна успешно войти в лю­бую роль и соответственно обучаться искусству учиться, что требуется особенно теперь в связи с развитием научно-тех­нической революции;

  2. природного атавизма, благодаря которому она более гибка и устойчива перед давлением отчуждающих факторов и тем самым способна обладать бо­лее высокой степенью человеческой свободы.

Однако жизнь опровергла все эти упования. Новые фор­мы брака оказались не просто недолговечными, они привели к крушению супружества, к деградации личности у тех, кто имел подобную практику. Чума XX века — СПИД — тоже внесла свое веское суждение. Воинственные клики феминис­ток приумолкли. Ныне литература о семье все чаще апел­лирует к тем достижениям естественнонаучного знания, которые свидетельствуют о значении прочного союза муж­чины и женщины как составных структурных частей единой системы, в которой традиционные различия мужской и женской роли коренятся в биологических основах половой диф­ференциации и т. д.

Но главное состоит в том, что подавляющее большинство мужчин и женщин как на Западе, так и у нас в стране ориен­тированы на прочную, стабильную и счастливую семью. Ус­тановку на любовь, доверие и взаимопонимание обнаружи­вают не только молодые люди, но и все, кто переживает в своем браке те или иные проблемы.

На Западе четко выражен «спад» сексуальной револю­ции. Ныне явно обозначился поворот к традиционным семейным ценностям — к любви, верности и преданности, к уважению в разделении супружеских и родительских функ­ций и т. д., но с сохранением позитивных завоеваний сексу­альной революции — в первую очередь права женщины на радостный союз с мужчиной.

В оздоровлении семьи призвано сыграть свою роль поло­вое воспитание. Именно в эпоху сексуальной революции по­лучили быстрое развитие те отрасли знания, которые изу­чают проблемы брака и семьи; стало быстро развиваться комплексное изучение полового поведения, возникла новая наука — сексология, изначально включающая в себя не только медицинский, но и социокультурный аспект. Наука вторглась в сферу полового просвещения и воспитания, развились методы психотерапевтической помощи семье.

Каким должно быть половое воспитание?

На Западе, где уже много лет существуют специальные курсы, речь идет в первую очередь о половом просвещении, о знании фактической стороны дела. В Швеции, например, с середины 50-х годов создана единая государственная про­грамма полового просвещения в школе, где детям 5—10 лет рассказывают, откуда берутся дети, о различиях между по­лами, о внутриутробном развитии и родах; в 11—12 лет — о строении и функциях гениталий, о сексуальных отправле­ниях, их норме и патологии, их границах; в 14—16 лет ребя­та более подробно узнают о половой жизни, венерических болезнях, предупреждении беременности, внебрачных детях и т. д. В 17—20 лет речь идет об этических и социальных проблемах половой жизни, о задачах воспитания детей, о принципах создания семьи, причинах отклоняющегося пове­дения, о трудностях интимной жизни и т. д. Швеция была первой страной, вступившей в сексуальную революцию, ког­да в б0-е годы были сняты запреты на информацию в этой области, взрывообразно нарастали добрачные и внебрачные связи. Каков был результат? Известный кинорежиссер Ингмар Бергман уже в конце 70-х гг. в многосерийном теле­фильме «Сцены из супружеской жизни» (сценарий издан у нас) показал, как «просвещенные» муж и жена, вырос­шие на новых стандартах, оказались удивительно неграмот­ными в интимной жизни, и им потребовались драматиче­ские разрывы и скандалы, прежде чем они поняли, что созданы друг для друга, и обрели способность вести себя со­ответствующим образом.

Знакомство с фактической стороной дела, с физиоло­гией и техникой полового поведения необходимо, но недо­статочно. Оно необходимо потому, что способно предотвра­тить катастрофические неудачи, связанные с элементарной неосведомленностью. Оно может способствовать также вы­работке привычки обсуждать возникающие проблемы с партнером, что само по себе очень важно, потому что эти проблемы всегда касаются двоих и только вдвоем, сообща, при полной откровенности можно решить их. И квалифици­рованный врач-сексолог имеет дело не с одним пациентом, а всегда с парой, лечит и учит пару.

Но знание — это полдела. Многознание уму не научает, говорили в древности. «Мы много знаем,— признавался один из западных сексологов,— но ничего не понимаем». Интимную жизнь нельзя рассматривать только как физио­логическую проблему, отвлекаясь от целостного облика человека, от образа его жизни, от более широкого круга его взаимоотношений и взаимозависимостей. Поведение мужчины и женщины в обыденных, житейских, семейных ситуациях — это тоже половое поведение, оказывающее вли­яние на всю жизнь семьи. Здесь наше невежество безгранично.

Среди мотивов разводов, как известно, преобладают ар­гументы — «не сошлись характерами». Социологи указы­вают на психологическую гармонию в повседневной жизни как на базис или предпосылку брачной, в том числе интим­ной, гармонии. Много пишут и говорят об этом, но что это означает на деле, знает далеко не каждый. Люди неодина­ковы не только по своим физическим (сексуальным), но и психологическим характеристикам; поэтому просто необхо­димо считаться с особенностями партнера и не стремиться подгонять его под свою мерку. Далее, люди в той или иной степени сохраняют в себе реликты собственного детства. Это — прекрасная черта, когда она не подавлена еще в роди­тельском доме либо в созданной человеком семье. Но и опасная, если она превалирует во взрослом человеке. Следует знать, что грубое искоренение идущих из детства импульсов к радости, творчеству, к эмоциональной раскованности не только обедняет жизнь семьи, но и ведет к отчуждению мужа от жены, детей от родителей. Чувство вины, возникаю­щее в таких ситуациях,— источник отклоняющегося пове­дения. Другая сторона медали состоит в подчас чрезмерном грузе привычек, взглядов и правил, привнесенных в новую жизнь из родительского дома. Эти правила, неизбежно раз­ные и часто противоречивые, мешают по-настоящему сбли­зиться двум птенцам, вылетевшим из родительского гнезда. Конечно, воспроизводство правил родительского дома — это и воспроизводство традиции, играющей важную роль в смене поколений для стабильности культуры. Человек крепко укоренен в своем родительском доме. Поэтому нельзя бесцеремонно разрушать идущие из детства любовь и преданность партнера образу родителей. Выяснение изъ­янов и взаимные попреки по их адресу бесперспективны, способны завести брак в тупик. Но и некритическое следо­вание родительскому примеру одного из супругов вызывает напряженность в их отношениях. Следует стремиться к вза­имной терпимости и терпению, к выработке совместной дистанции по отношению к родительским образцам и, что греха таить, к многочисленным родительским попыткам осуществлять скрупулезное руководство своими взрослыми детьми.

Как разделить авторитет и власть — еще один вопрос. И кто будет делить? Указы бессмысленны, повеления и за­преты ушли в прошлое. Осознание проблемы — предпосыл­ка ее решения. А позитивное ее решение возможно лишь тогда, когда в мужчине и женщине будет воспитана твердая моральная установка на необходимость сохранения равен­ства и взаимного уважения в браке, а также понимание того, что чувства и потребности других людей (в том числе детей) не менее важны, чем наши собственные. Пришло время для сознательного устроения семейно-брачных отношений, пора отрешиться от дурных правил общения между полами на основе господства и подчинения. И в этом трудном процессе особую роль призваны играть женщины-матери. Воспита­ние разумного материнства — так стоит задача.

Дорогие женщины! Возможно, вы будете возмущаться, но мы повторим слова известного советского демографа Б. Урланиса: «Берегите мужчин!» Именно вы! Берегите ваших мальчиков-сыновей от чрезмерной, исключительно женской опеки и власти; воспитывайте его только вместе с отцом или другим мужчиной либо, на худой конец, культи­вируйте автономность и самостоятельность растущего в ва­шем доме будущего мужчины, ибо забота о том, как он обут, одет, как накормлен и каким наукам обучен, бледнеет перед тем, будет ли он счастлив во взрослой жизни со своей женой и детьми; или он вообще будет лишен возможности их иметь (к сожалению, таких случаев становится все боль­ше). Ведь даже приматы, взращенные в изоляции, не спо­собны к брачному поведению. Не изолируйте ваших детей от семейного очага, непременным условием которого яв­ляются теплые отношения мужа и жены.

Поэтому берегите также ваших мужей! Парадоксально, но факт: сильный пол значительно уязвимее; он нуждается в поощрении и поддержке, чтобы быть на высоте, в том чис­ле и в интимных отношениях. А сексуальный неудачник, вы­тесненный на периферию семьи муж и отец — потенциаль­ный пьяница. Чтобы искоренить алкоголизм, нужно не только ограничить продажу спиртного и наказывать тех, кто в состоянии опьянения нарушает общественный поря­док. Нужно устранить стимулы к пьянству, среди которых семейные неурядицы играют значительную роль.

Самый сильный удар по мужскому достоинству — не­способность содержать семью. И если мы хотим видеть мужчину мужественным, мы должны предоставить ему та­кую возможность. На Западе (и в социалистических, и в капиталистических странах) предусмотрены надбавки (и не мизерные, а весьма солидные) за каждого ребенка к окладу кормильца. Только при отсутствии такового надбавку за детей получает мать. Не секрет, что растет число внебрач­ных и рожденных в незарегистрированном браке детей — они должны иметь равные права с детьми, рожденными в формальном браке.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: