Эрнесто Че Гевара - Исторический портрет
Отряд один за другим теряет тайники и склады, оказывается без медикаментов (что для Че с его астмой и туберкулезом легкого, которым он заразился в Сьерра-Маэстре, – пытка). 17 апреля Че разбивает отряд на две группы: одну под своим командованием, другую (из 13 человек, в их числе 4 разжалованных боливийца) – под командованием "Хоакина" (майор Вило Акунья Нуньес, герой Сьерра-Маэстры, начальник школы коммандос в Матансасе, член ЦК КПК). Больше им встретиться не удастся.
Группу Хоакина блокируют 4-я и 8-я дивизии боливийской армии, преследует авиация. 4 июля гибнет в бою "Маркос (майор Антонио Санчес Диас), 9 августа – "Педро" (Антонио Фернандес – один из лидеров Коммунистической молодежи Боливии), а 31 августа в районе Камири, выданная местным крестьянином Онорато Рохасом, попадает в засаду и гибнет вся группа Хоакина, в том числе – Таня и Мойсес Гевара. Труп Тани под личным присмотром президента Баррьентоса увезен в неизвестном направлении. 8 октября в районе Юро в бою был ранен и взят в плен и сам Че. 9 октября – с тем, чтобы избежать суда над всемирно известным революционером – Че был убит в селении Игера. О смерти его было сообщено на весь мир.
Гибель отряда Че поставила в безвыходное положение лидеров Кубинской революции: фактически у них не осталось теперь иного пути, как следовать в фарватере советской политики – с неизбежным тупиком в перспективе. Но в то же время Че и его товарищи ценой своей жизни предостерегли многих революционеров от слепого копирования кубинского опыта, стимулировали творческий поиск в революционной теории и практике (латиноамериканская дискуссия 70-х гг. о соотношении вооруженных и невооруженных методов борьбы), спасли от ошибок партизан в других странах.[24]
3.2. Сущность партизанской войны
Победа кубинского народа над диктатурой Батисты была не только триумфом, весть о котором подхватили информационные агентства всего мира, Эта победа опрокинула устаревшие представления о народных массах Латинской Америки, наглядно продемонстрировав способность народа путем партизанской борьбы освободиться от правительства, которое его угнетает.
Три основных урока Че для революционного движения на латиноамериканском континенте:
1.Народные силы могут победить в войне против регулярной армии;
2. Не всегда нужно ждать, пока созреют все условия для революции: повстанческий центр может сам их создать;
3. В слаборазвитых странах американского континента вооруженную борьбу нужно вести главным образом в сельской местности.
Из этих трех уроков два первых разоблачают пассивную позицию тех революционеров, или, вернее, псевдореволюционеров, которые оправдывают свою бездеятельность разговорами о непобедимости регулярной армии, а также позицию тех, кто намерен ждать, пока все необходимые объективные и субъективные условия для революции создадутся сами собой, ничего не делая для того, чтобы ускорить их созревание.
Иными словами, надо ясно показать народу, что борьбу за социальные требования невозможно вести лишь мирными средствами. Ведь мир нарушается именно эксплуататорскими силами, которые незаконно удерживаются у власти.
В этих условиях недовольство народа принимает все более решительные формы и размах и выливается в сопротивление, которое в определенный момент приводит к началу борьбы, вызванной действиями властей.
Третий урок кубинской революции имеет главным образом стратегическое значение и должен привлечь внимание тех, кто намерен, руководствуясь догматической точкой зрения, сконцентрировать борьбу масс в городах, совершенно забывая об огромной роли сельского населения в жизни всех слаборазвитых стран Америки. При таком положении рабочим приходится действовать подпольно, без применения оружия, подвергаясь огромной опасности. Менее сложна обстановка в сельской местности, где жители имеют поддержку вооруженного партизанского отряда, и в местах, недоступных для карательных сил. [25]
Партизанская война, являясь основой борьбы народа за свое освобождение, имеет много особенностей, но основная ее особенность всегда одна и та же — стремление к свободе. Партизанская война как один из этапов обычной войны должна подчиняться тем же законам. Однако в силу своего специфического характера она подчиняется, кроме того, ряду своих законов, которым также необходимо следовать, чтобы действовать успешно. Естественно, что географические и социальные условия страны определяют особый характер и формы, которые примет партизанская борьба в каждом отдельном случае, но основные ее законы действуют постоянно.
Война всегда является борьбой, где каждая из двух сторон стремится уничтожить другую. При этом, кроме силы, они прибегают и ко всякого рода уловкам и маневрам, чтобы добиться результата. Военная стратегия и тактика — это выражение целей и задач рассматриваемой военной группировки, а также способов их достижения и решения, с учетом использования всех слабых сторон противника.[26]
«Укусит и убежит» — так в пренебрежительном тоне нередко отзываются о действиях партизанского отряда. Да, именно так он действует: укусит, убежит, ждет, подстерегает, снова кусает и снова бежит, не давая покоя врагу. На первый взгляд может показаться, что эта тенденция к отступлению, к уклонению от открытого боя является отрицательной. На самом же деле это просто особенность стратегии партизанской войны, конечная цель которой подобна конечной цели любой другой войны — добиться победы, уничтожить противника. Точно установлено, что партизанская война является лишь этапом обычной войны и поэтому одной партизанской борьбой нельзя добиться конечной победы. «Партизанская война является одним из начальных этапов войны, она развивается вплоть до момента, когда постоянно увеличивающаяся партизанская армия приобретает характер армии регулярной. С этого момента она готова нанести решительные удары по врагу и добиться победы. Окончательная победа всегда будет результатом действий регулярной армии, хотя зарождается она в борьбе партизанской армии».[27]
3.3. Мыслитель-марксист
Че был не только героическим герильеро и революционным руководителем, который, оставил все руководящие посты, чтобы возобновить вооруженную борьбу против империализма. Он был также мыслителем, думающим человеком, никогда не перестававшим читать и писать. Его идеи во многом содействовали обновлению марксизма в Латинской Америке.
В отличие от большинства руководителей кубинской революции Че Гевара уже был марксистом, когда присоединился к Движению 26 июля 1955г. в Мексике. Он открыл для себя марксизм не только из прочитанных книг, но и благодаря опыту приобретенному в Гватемале, где правительство Арбенса пало жертвой ЦРУ, «Юнайтед Фрут» и предательства армии. Он первый оценил историческое и социальное значение кубинской революции, заявив в июле 1960г., что она «своими собственными методами открыла путь, начертанный Марксом». Уже с апреля 1959г. он предвидел, какое направление примут процессы, происходившие на Кубе после падения диктатуры.
С 1959г. и до смерти Че его марксистские взгляды эволюционировали в сторону отказа от первоначальных иллюзий в отношении советской системы. Начиная с 1963г. заметно его стремление найти другой путь к социализму. Убийство прервало процесс обретения им политической зрелости и его самостоятельного интеллектуального развития. Работы Че не образуют стройной завершенной системы. Это относится ко многим вопросам, связанным с демократическим планированием, борьбой против бюрократии. Но его марксизм имеет отличительные черты.[28] Этика Революционная деятельность неотделима от этических ценностей. Об этом свидетельствует отношение к пленным во время герильи: «Безусловное милосердие к солдатам, которые идут в бой, выполняя или веря, что выполняют свой воинский долг… Оставшихся в живых следует отпускать на свободу. Раненые должны получать наилучший возможный уход». О личности Че говорит и эпизод, произошедший во время сражения у Санта-Клары. Товарищу, предложившему казнить взятого в плен лейтенанта, Командующий Гевара ответил: «Ты считаешь, мы должны быть такими же как они?» Построение социализма также невозможно без этических ценностей – вопреки экономическим концепциям, придающим значение лишь развитию производительных сил.[29]
Плюрализм
Че не создал законченной концепции социалистической демократии, но отстаивал принципы свободы дискуссий в революционном лагере, уважения к разнообразию точек зрения.
Революционность
В течение десятилетий марксизм в Латинской Америке служил оправданию реформистской политике подчинения рабочего движения так называемой «национальной буржуазии». В работах и выступлениях Че в период с 1959г. до гибели ставится одна центральная, конкретная и насущная цель: революционное преобразование общества.
Он сознавал, что социалистическая революция - дело не только авангарда, без которого не обойтись, но и широких народных масс: «Историю делают массы, как сознательная совокупность личностей, борющихся за одно дело, … за то, чтобы покинуть царство необходимости и войти в царство свободы».
Гуманизм
Прочтение Маркса Че Геварой глубоко отличается от структуралистской догмы о «теоретическом антигуманизме», которая была широко распространена в Латинской Америке в 1960-70 гг.
Конкретным, активным проявлением гуманизма является интернационализм. В беседе с молодыми коммунистами в 1962г. Гевара отмечает, что революционер должен «постоянно ставить перед собой проблемы человечества как личные проблемы», «страдать, когда в каком-нибудь уголке мира убивают человека, и воодушевляться, когда в каком-либо уголке мира поднимают еще одно знамя борьбы за свободу». Если оставить в стороне тактические и даже стратегические ошибки Че, то его личное участие в революциях в Кубе и Боливии, где он не щадил своей жизни, было воплощением этих слов в действии.[30]
4. Бессмертное дело революции
Руководители кубинской революции пользовались большим авторитетом, большой любовью в массах. Кубинский народ испытывал национальную гордость оттого, что он первым в Америке, да к тому же под носом самой могущественной империалистической державы, совершил подлинную социальную революцию.
Революции делают массы политически сознательными, способными на самопожертвование и героические подвиги. Маркс назвал социальные революции подлинными локомотивами истории. И это действительно так. Одновременно с этим каждая революция имеет и свои особенности, свой, если хотите, собственный национальный колорит. Местные условия, исторический опыт народа, его традиции, психология, степень развития экономики и ее зависимость от иностранного капитала, степень сознательности рабочего класса, степень влияния ее авангарда и многие другие обстоятельства приводят к тому, что какими-то особенностями каждая революция отличается от других. В то же самое время всем революциям социалистического типа присущи общие закономерности: они осуществляются при активном участии трудящихся масс, обобществляют средства производства и землю; меняют старый правительственный аппарат, угнетавший трудящихся, на новый, действующий через трудящихся и в их интересах, претворяют в жизнь социалистические преобразования.
Ленин учил, что каждый народ придет к социализму своим собственным путем, исходя из своего собственного опыта и конкретных исторических условий. Ленин говорил, что опыт Великой Октябрьской социалистической революции имеет всемирно-историческое значение, но в то же самое время он предупреждал против механического копирования этого опыта. Да, по существу, ни одна из подлинно народных революций и не копирует слепо опыта других революций. Каждая революция действует в первую очередь, исходя из своих собственных условий. Это относится как к Великой Октябрьской социалистической революции, так и к кубинской революции, и ко многим другим революциям. Революции как дети одной семьи, у каждого из детей своя индивидуальность, свои особенности, которые отличают его от братьев и сестер. И в то же самое время между ними много общего, много сходного, много родственного — это то, что их роднит и сплачивает в единую семью. [31]
В этом сила революций. Если бы революции развивались в каждой стране по одинаковой схеме, капиталистам было бы сравнительно легко с ними бороться. Но история не только мудра, но и хитра: она облекает революцию иногда в такие одежды, что эксплуататорам требуется время, чтобы распознать ее подлинное лицо, а когда они его распознают, то уже не в силах изменить курс событий, революция уже победила, стала необратимым процессом. Бывает и так, что и самой революции необходимо некоторое время, чтобы осознать самое себя, чтобы обрести правильный путь, ведущий к победе, к социализму. Случается, что на каком-то участке мирового революционного процесса революционная практика обгоняет революционную теорию.[32] Примером такой революции можно привести Венесуэлу. Её сильного и волевого лидера Уго Чавеса.
С момента прихода к власти в 1999 г. подполковник Уго Чавес, следуя по пути, намеченному Че Геварой, ведет политику сближения с Кубой. Взлет цен на нефть, растущая нестабильность на Ближнем Востоке, вторжение американских войск в Ирак в 2003 г. - все это позволило президенту Венесуэлы сделать то, что не удалось его историческому предшественнику: сформировать региональный полюс собственными силами, а не быть марионеткой в руках более сильных игроков. С геополитической точки зрения примеров такому феномену не было. Получаемые страной нефтедоллары Чавес использует для начала программы перевооружения.
Указом Уго Чавеса в стране с 1 мая минимальная зарплата установлена на уровне 372 долларов в месяц. Приуроченное к празднику трудящихся повышение на 30% заработной платы касается более 5 миллионов рабочих и служащих. На это ежегодно из бюджета страны будет выделяться свыше 2,5 миллиарда долларов.[33] Выступая по национальному телевидению, Уго Чавес напомнил, что, когда страной руководило капиталистическое правительство, повышение зарплаты трудящимся никогда не превышало 2%.
"Они (капиталисты) всегда придерживались тезиса о том, что необходимо заморозить зарплату для борьбы с инфляцией. Мы же боремся с инфляцией не за счет народа и не обрекаем его на голодную смерть", – заявил Чавес. Согласно официальным данным, в 2007 году уровень инфляции в Венесуэле составил 22,5%. Это самый высокий показатель в Латинской Америке после Аргентины, передает РИА.
Боливийское правительство Эво Моралеса является упертым приверженцем "революционной модели Уго Чавеса", в то время как сама Венесуэла выступает главным спонсором и политическим патроном Боливии.[34]
Боливия, Куба, Никарагуа и Венесуэла договорились о создании фонда по оказанию помощи населению этих стран, страдающему от роста цен на продукты питания. Эта программа обойдется четырем латиноамериканским странам в 100 млн. долл., однако ее детали пока не сообщаются, передает Би-би-си.
На встрече лидеров указанных государств президент Венесуэлы Уго Чавес заявил, что продовольственный кризис является "самой серьезной демонстрацией исторической несостоятельности капиталистической модели". Венесуэльский лидер призвал своих коллег к созданию сети распределения продовольствия, чтобы "избежать зависимости от посредников и спекулянтов, которые оставляют без продуктов питания миллионы людей».[35]
Эти примеры, взятые из свежих новостей, показывают, что в тех государствах Латинской Америки, где на практике осуществляются идеи и мечты Че Гевары и других руководителей социалистической Кубы, реально заботятся о людях, об укреплении экономической и продовольственной независимости своих стран.
В юности доктор Гевара считал, что врач обязан посвятить себя улучшению условий жизни широких масс, мечтал облегчать страдания народа. Следуя заветам Че, кубинские врачи создали лучшую в мире медицину, производят уникальные лекарства и вакцины. Гуманитарные миссии в 68 странах мира насчитывают 25 тысяч кубинских докторов. [36]
Модель развития Кубы основывается на вложении национального богатства в человеческие ресурсы и в науку с целью создания здоровой экономики на основе системы здравоохранения. Об этом мечтал полвека назад Эрнесто Гевара, за это он воевал.
Как будто ты вместе с нами
Идешь вперед, как и прежде,
Был вождем ты и надеждой,
А теперь ты – наше знамя.
Нет, не смолкнут гитары,
Их звон летит в поднебесье –
Ты будешь жить в нашей песне, Команданте Че Гевара!
Заключение
Эрнесто Че Гевара - возможно, самая парадоксальная личность в