Xreferat.com » Рефераты по уголовному праву и процессу » Убийство при отягчающих обстоятельствах

Убийство при отягчающих обстоятельствах

по обвинению М. в покушении на убийство, признал его совершенным с особой жестокостью. При этом в приговоре подчеркнуто, что М. перед убийством более года пьянствовал и избивал потерпевшую. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ, указав, что М. при покушении на убийство не проявил особой жестокости, переквалифицировала его действия на ст. 15 и 103 УК, признав, таким образом, что истязания хотя и предшество­вали убийству, но непосредственно не были связаны с ним

В тех случаях, когда умышленное убийство совершается в присутствии лиц, близких потерпевшему, оно должно квалифи­цироваться по п. "г" ст. 102 УК. На данное обстоятельство обратил внимание Пленум Верховное суда РФ в постановлении от 22 декабря 1992 г подчеркнув в нем, что должно быть установлено причинение таким лицам особых страдании. Чаще всего особо жестокими признаются убийства, совершенные на почве семейных скандалов в присутствии детей. Магаданский областной суд осудил по п. "г" ст. 102 УК И. за убийство сожительницы А. в присутствии ее четырехлетней дочери. Суд сослался на то, что дочь потерпевшей осознавала убийство матери, тяжело переживала случившееся, ей были причинены особые страдания.

Убийствами с особой жестокостью в подобных случаях признаются убийства детей в присутствии родителей и других лиц, близких потерпевшему и лишенных по какой-либо причине возможности оказать им эффективную помощь. Здесь об особой жестокости свидетельствует характер действий виновного, выражающийся в надругательстве над чувствами близких потерпевшему лиц, в присутствии кото­рых совершается преступление.

Вполне обоснованно, по нашему мнению, признаются совер­шенными с особой жестокостью убийства и в тех случаях, когда виновный для осуществления своего намерения использовал беспомощное состояние потерпевшего, который сознавал, что его лишают жизни, но по возрасту или в силу других причин не мог оказать сопротивления. Так, А. осужден за убийство с особой жестокостью своей матери, которая была парализована и находилась в беспомощном состоянии. А. нанес потерпевшей удар топором в груда. Верховный суд РФ признал приговор обоснованным. В этом и в ряде других аналогичных случаев особая жестокость проявляется в безжалостности и в заведомых для виновного особых страданиях потерпевшего. Возражать против такой практики нет никаких оснований. Однако М.К. Аниянц в своей книге утверждает, что беспомощное состояние потерпевшего не может служить основанием для признания убийства особо жестоким в связи с тем, что, хотя по ранее действовавшему УК 1926 года беспомощное состояние потерпев­шего было отягчающим обстоятельством, в действующем УК оно к таковым не отнесено . Эти соображения неубедительны. м.к.аниянц был бы прав только при том условии, если бы в действующем УК формулировки прежнего УК остались без изменения. Между тем автор и сам несколько ранее вполне правильно повторяет общепризнанное положение о том, что содержание понятия "особая жестокость" шире понятия "особая мучительность". Поэтому в принципе нельзя исключить, что действующий УК в обобщенной формулировке одного отягчаю­щего обстоятельства может схватывать несколько отягчающих обстоятельств, содержащееся в различных частях или пунктах ранee действовавшего закона. Кроме того, было бы нелогично признавать особые страдания других лиц, близких потерпевшему. в присутствии которых совершается убийство, свидетельством особой жестокости, а особые страдания самого потерпевшего (ребенка, престарелого, больного), которого лишают жизни и который не может защитить себя, не признавать таковым. Вместе с тем, очевидно, что неправильно квалифицировать по п. "г" ст. 102 УК такие убийства, при которых вывод об особой жестокости; основывался бы только на том, что смерть потерпевшему причиняется во время сна. Здесь хотя и налицо беспомощность потерпевшего, но особые страдания ему не причиняются самим фактом убийства при этих условиях.

О безжалостности как об одном из признаков особой жесто­кости свидетельствует убийство нескольких лиц — одного за другим. Челябинским областным судом был осужден Б. за убий­ство своей жены и ее подруги К. с особой жестокостью. Было установлено, что Б. сначала нанес несколько ударов топором К по голове, а затем душил ее до тех пор, пока она не перестала подавать признаков жизни. Затем он связал находившуюся тут же свою жену, заткнул ей рот, изнасиловал и несколькими ударами ножа убил. Суд подчеркнул, что исключительная безжалостность осужденного по отношению к жертвам — характерная особен­ность поведения лица, совершающего преступление с особой жестокостью.

В таких случаях об особой жестокости свидетельствует не только то, что убийство совершается в присутствии других лиц, жизнь которых находится под угрозой, но и то, что она проявляется в совокупности всех действий виновного.

4. В литературе было высказано мнение о том, что расчле­нение трупа потерпевшего следует считать проявлением осо­бой жестокости. Для всех случаев такое решение было бы ошибочным не только по приведенным выше соображениям. Изучение судебной практики показывает, что расчленение трупа чаще всего совершается с целью уничтожения или сокрытия следов преступления. Московский областной суд переквалифицировал действия Ч., совершившего убийство Б. и расчленившего ее труп, с п. "г" ст. 102 на ст. 103 УК, сославшись на то, что расчленение трупа с целью сокрытия преступления не является убийством с особой жестокостью. Иного решения вопроса в таких случаях и не может быть, поскольку действующий УК не предусматривает уголовной ответственности виновного за сокрытие следов преступления. Эти действия, следовательно, находятся за пределами состава преступления. Расчленение, как и уничтожение трупа, нельзя рассматривать как обстоятельство, свидетельствующее об осо­бой жестокости. К такому же выводу пришел Пленум Верхов­ного суда РФ в и. 8 постановления от 22 декабря 1992г.

11. Убийство, совершенное способом, опасным для жизни многих людей (п "е" ст. 105 УК РФ)

Совершение преступления общеопасным способом признано обстоятельством, отягчающим ответственность для любого преступления (п. 9 ст. 39 УК). Пункт "д" ст. 102 УК является конкретизацией этого общего положения при совершении умышленных убийств.

Для правильной квалификации убийства по п. "д" ст. 102 УК имеет значение выяснение способа совершения убийства. Зачастую опасность способа для жизни многих людей вызывает сомнения. Это относится, например, к тем случаям, когда убийство совершается путем взрыва. М с целью убийства жены во время поездки на автобусе подложил ей в хозяйственную сумку сконструированное им взрывное устройство. От взрыва в автобусе погибли три человека и шесть человек были ранены. В другом случае Л., поссорившись с Г., вскочил на стоявший трактор, завел и направил его на большой скорости на группу из пяти. человек, среди которых был Г. В результате наезда один человек был убит, двое получили телесные повреждения. Правильность применения п. "д" ст. 102 УК в этих случаях сомнений не вызывает. Однако опасность способа должна о цениваться не абстрактно, а в конкретной обстановке свершения преступления. То же применение взрывного устройства или наезд транспортным средством, например, в безлюдном месте, где находится только один потерпевший, нельзя квалифицировать по п. "д" ст. 102 УК. Президиум Верховного суда РФ

признал неправильной квалификацию по п. "д" ст. 102 УК действий , который тремя выстрелами из пистолета на одной из улиц г. Калуги убил Ш. Суд мотивировал указанную квалификацию тем, что направлении выстрелов, произведенных К, как правило, происходит большое движение пешеходов и транспорта. Этот довод президиум признал неубедительным и указал, что основанием для признания убийства совершенным способом, опасным для жизни многих людей, в данном случае мог бы быть лишь факт пребывания других людей в месте, в направлении которого велась стрельба.

В судебной практике возникает вопрос о том, как следует понимать указание закона об опасности способа убийства для жизни многих людей, т.е. для какого числа лиц способ убийства создает опасность и влечет применение п. "д" ст. 102 УК. Этот вопрос, в частности, возник Верховном суде РФ при рассмотрении дела по обвинению Ж., осужденного по п. "д" ст. 102 УК Ж., общественный инспектор охотохозяйства, обнаружив двух браконьеров, несколько раз вы­стрелил из ружья. Один из них 3. был убит.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ переквалифицировала действия осужденного на ст. 103 УК, сославшись на отсутствие квалифицирующего признака п. "д" ст. 102 УК. По мнению Судебной коллегии, стрельба в двух человек не свидетельствовала об опасности убийства для многих людей.

Такое решение вопроса вряд ли можно признать правильным. По нашему мнению, в данном случае необходимо учитывать, что закон направлен на усиление уголовной ответственности за убийство, при котором создается опасность лишения жизни более чем одного человека. Убедительные соображения по этому вопросу содержатся в п. 9 постановления Пленума Верховного суда РФ от 22 декабря 1992 г., где говорится, что для признания убийства совершенным способом, опасным для жизни многих людей, необходимо установить, что, осуществляя умысел на убийство определенного лица, виновный сознавал, что он применяет такой способ причинения смерти, который опасен для жизни не только одного человека. Следовательно, п. "д" ст. 102 УК подлежит применению во всех тех случаях, когда способ убийства создает опасность лишения жизни другого лица или других лиц наряду с потерпевшим.

2. Правильная квалификация убийства по п. "д" ст. 102 УК зависит также от выяснения признаков субъективной стороны этого преступления. Установлению подлежит характер умысла виновного как в отношении потерпевшего, так и в отношении лиц, для жизни которых способ опасен. Чаще всего виновный при таком убийстве преследует цель лишения жизни какого-то определенного лица и безразлично относится к тому, что он ставит в опасность жизнь других людей, т.е. в отношении потерпевшего действует с прямым, а в отношении других лиц — с косвенным умыслом.

Однако встречаются и такие убийства, когда виновный дейст-вует с косвенным умыслом без цели убийства какого-либо лица. В этом отношении характерно дело по обвинению Д., рассмот­ренное Верховным судом РФ. Д., имея при себе малокалиберную винтовку, будучи в нетрезвом состоянии, в полевом стане открыл беспорядочную стрельбу, в результате которой убил С., а жизнь людей, находившихся вместе с потерпевшим, подверглась опас­ности. Как в отношении потерпевшего С., так и в отношении других лиц Д. действовал с косвенным умыслом.

Исходя из этого можно сделать вывод о том, что при совершении убийства способом, опасным для жизни многих людей, умысел виновного по отношению к наступившему последствию — смерти потерпевшего и смерти других лиц, которым угрожает опасность, может совпадать (соответственно: прямой — прямой либо косвенный — косвенный), но может и не совпадать (соответ­ственно: прямой — косвенный либо косвенный — прямой). Это обязывает в каждом случае детально разобраться в субъективной стороне совершенного убийства. Между тем на практике данному вопросу не всегда уделяется внимание. Очень часто, установив умышленный характер действий в отношении потерпевшего, суды не выясняют отношение виновного к возможности причинения смерти другим лицам. Встречаются такие случаи, когда вывод о наличии или отсутствии отягчающего обстоятельства, предусмотрен­ного п. "д" ст. 102 УК, делается на основании по­следствий, которые, как известно, не всегда точ­но и полно отражают субъективную сторону преступления. Так, Президиум Верховного суда РФ, отменяя определение Судебной коллегии по уголовным делам, в котором содержалось указание о квалификации действий П. по п. "д" ст. 102 УК, сослался на то, что, по заключению судебно-медицинского эксперта, выстрел в С. был произведен в упор на расстоянии 20 см, весь заряд остался в теле убитой. С нашей точки зрения, доводы Президиума неубедительны. Даже, если весь заряд дроби и остался в теле С., не исключается возможность признания убийства совершенным способом, опасным для жизни многих людей. Именно об этом свидетельствуют действия виновного, которые при оценке отношения его к возможности причинения смерти другим лицам, находившимся вместе с С. в коридоре, были оставлены без внимания.

3. В судебной практике возник вопрос о том, как квалифици­ровать действия виновного, который, не имея цели причинить смерть какому-то определенному лицу, совершает с косвенным умыслом действия, создающие опасность для жизни многих людей, в результате которых наступает смерть человека.

По приговору суда Ф. был осужден по п. "д" ст. 102 УК за умышленное убийство 3. Проживая в деревне, Ф. в целях охраны сада опутал изгородь проволокой и подключил ее к электрической сети 220 вольт. Жители деревни требовали снять проводку, но Ф. этого не сделал. Днем семилетний Володя 3., а также несовер­шеннолетние С. и Ц проникли в сад, чтобы нарвать яблок. При выходе из сада 3. прикоснулся к проводам и был убит. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ не согласилась с указанной юридической оценкой, так как по делу не собраны данные, свидетельствующие о том, что Ф., пропуская через проволоку на изгороди сада электроток, имел умысел на убийство определенного лица способом, опасным для жизни многих людей. Однако, предупрежденный односельчанами о необходимости от­ключения от элекросети расположенных на изгороди проводов, Ф. этого не сделал, следовательно, сознавал опасный характер своих действий и допускал наступление тяжких последствий. Такие действия свидетельствуют об убийстве, совершенном без отягча­ющих обстоятельств, указанных в ст. 102 УК, и их необходимо квалифицировать по ст. 103 УК

По существу решение Судебной коллегии является правиль­ным, следует лишь добавить, что дело не только в том, что Ф. действовал с косвенным умыслом, а в том, что умысел в данном случае был неконкретизированным. Ответственность при таком виде умысла наступает за причиненный результат по последст­виям. Поэтому действия Ф. и наступившие последствия могут быть квалифицированы в данном случае по ст. 103 УК.

4. Спорным также оказался вопрос о квалификации последст­вий (помимо убийства) по п. "д" ст. 102 УК При рассмотрении дела в отношении П., который, покушаясь на убийство жены, причинил менее тяжкие повреждения другим лицам, Военная коллегия Верховного суда СССР признала, что квалификация преступления по одной лишь ст. 102 УК неполностью отражает содержание действий П. и степень их общественной опасности, так как п. "д" этой статьи, предусматривая ответственность за убийство, совершенное способом, опасным для жизни многих людей, не охватывает всех последствий, которые предвидел осужденный. Такую же позицию по данному вопросу занял М.Д. Шаргородский, который поддержал определение Коллегии. Он писал, что при квалификации по п. "д" ст. 102 УК убийства, которое сопровождалось причинением телесных повреждений другим ли­цам, телесные повреждения требуют дополнительной квалифика­ции . По этому же пути пошел Пленум Верховного суда РФ, который в п. 9 постановления от 22 декабря 1992 г. разъяснил, что в случае причинения телесных повреждений другим лицам дейст­вия виновного надлежит квалифицировать, помимо п. "д" ст. 102 УК, также по статьям УК предусматривающим ответственность за умышленное причинение телесных повреждений.

Правильность этого разъяснения вызывает сомнение. Дело в том, что дополнительная квалификация причиненных телесных повреждений ничего не добавляет, например не порождает повторности при совершении нового телесного повреждения. Такая квалификация, кроме того, в случаях причинения телесных по­вреждений различной тяжести нескольким лицам (а такие дела

есть) приведет к применению ряда статей Уголовного кодекса, осложнит расследование и судебное разбира­тельство необходимостью определения степени тяжести телесных повреждений и по существу ничего не даст.

Необходимо учитывать точный смысл п. "д" ст. 102 УК, из которого вытекает, что в данном пункте речь идет о способе, опасном для жизни многих людей, а не о способе, который может наряду с убийством представ­лять опасность причинения телесных повреждений. Логичнее нее говорить о дополнительной квали­фикации как о покушении на убийство, поскольку в законе говорится об опасности для жизни.

В самом деле, если дальше разбирать упомянутую позицию, то необходимо выяснять характер умысла виновного по отношению к возможности причинения смерти "другим" лицам. Например, при установлении умысла на убийство трех лиц, из которых убит один, а двоим причинены телесные повреждения, действия виновного в отношении двух лиц в соответствии с указанным разьяснением Пленума должны быть квалифицированы по последствиям, и, следо­вательно, применению подлежит закон о телесных повреж­дениях. Вряд ли это верно, так как при прямом умысле в действительности имеет место покушение на убийство, которое, по нашему мнению, в дополнительной квалифика­ции не нуждается.

Сказанное позволяет сделать вывод о том, что при косвенном умысле положение виновного отягчается допол­нительной квалификацией. При таком положении нам пред­ставляется все же более убедительной позиция, занятая Пленумом Верховного суда СССР по конкретному уголовно­му делу, когда он признал, что по смыслу п. "д" ст. 102 УК квалификация убийства, совершенного способом, опасным для жизни многих людей, не ставится в зависимость от реального причинения вреда жизни или здоровью третьих лиц. Признавая указанный способ действий виновного отяг­чающим обстоятельством и устанавливая за такое преступ­ление повышенное наказание, закон тем самым допускает возможность причинения вреда здоровью третьих лиц. Ре­альное причинение такого вреда, хотя и является преступле­нием, однако в данном случае представляет собой один из возможных элементов объективной стороны состава другого, более тяжкого преступления в связи с чем утрачивает значение самостоятель­ного преступления, и, следовательно, не требует и самостоятельной квалификации .Если, совершая убийство способом, опасным для жизни других людей, виновный причинил по неосторожности тяжкие телесные повреждения вследствие отклонения действия, их следует квали­фицировать самостоятельно по ст. 114 УК в связи с различными формами вины убийства и телесного повреждения.

5. Среди убийств, которые квалифицируются по п. "д" ст. 102 УК, встречаются и такие, когда виновный, устроив засаду с целью убийства, допускает ошибку в личности потерпевшего и убивает лицо, появившееся там, где, по его расчетам, должно было оказаться лицо, намеченное для убийства. Так, Б., чтобы убить жену, спрятался в подъезде дома с ружьем и, полагая, что она вошла в дверь, произвел выстрел, которым был убит сосед 3. Признав квалификацию убийства по п. "д" ст. 102 Ж правильной, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ сослалась на то, что такой способ убийства был безусловно опасен для жизни многих людей, которые могли войти в подъезд дома и которые в данном случае входили по узкому коридору вслед за 3. Судебная коллегия вполне обоснованно признала, что ошибка в личности потерпевшего не влияет на квалификацию данного убийства. Вместе с тем представ­ляется, что при отсутствии других обстоятельств, свидетельствую­щих об общеопасном способе, ошибка в личности потерпевшего не влечет применения п. "д" ст. 102 УК Хотя в таком случае опасности лишения жизни подвергаются другие лица, которые могут быть приняты за жертву, намеченную для убийства, совершается убийство одного лица, а ошибка в личности потерпевшего в момент убийства сама по себе не делает его опасным для жизни многих людей.

12. Убийство женщины, заведомо для виновного находившейся в состоянии беременности (п. "г" ст. 105 УК РФ)

1. Это убийство отнесено к числу совершенных при отягчающих обстоятельствах в связи с тем, что виновный, причиняя смерть беременной женщине, посягает фактически на две жизни — на жизнь потерпевшей и на жизнь будущего человека. Учитывая данное обстоятельство, закон ставит под усиленную охрану жизнь беременной женщины.

Убийство, предусмотренное п. "ж" ст. 102 УК, может быть совершено любым лицом как мужского, так и женского пола. Субъект преступления в связи с особой общественной опасностью такого убийства характеризуется крайне отрицательно.

Устанавливая повышенную ответственность за убийство бере­менной женщины, закон выдвигает в качестве обязательного усло­вия, необходимого для квалификации действий виновного по п. "ж" упомянутой статьи, его заведомую осведомленность о беременности потерпевшей.

Заведомость предполагает осведомленность виновного о том, что он посягает на жизнь беременной женщины. В связи с этим представляется спорным указание Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда РФ по делу Б., осужденного Тюменским областным судом по п. "ж" ст. 102 УК, о том, что для такой квалификации убийства необходимо, чтобы виновный дос­товерно знал о беременности потерпевшей. В судебном заседании Б. показал, что жена сообщила ему о своей беременности предположительно. "Следовательно, — указала коллегия, — Б. заведомо не знал о том, что жена находилась в состоянии беремен­ности" . Как мы уже отмечали, при заведомости несомненность знания субъекта об отягчающем обстоятельстве следует относить не к тому, имеется ли оно в действительности, а к тому, что он знает о нем. При этом несомненность знания об отягчающем обстоятель­стве не изменяется от того, что у субъекта нет полной уверенности в его фактическом наличии. В таких случаях отношение виновного к отягчающему обстоятельству характеризуется косвенным умыслом (он безразлично относится к его наличию) и, следовательно, квалификация убийства по п. "ж" ст. 102 УК не исключается.

Чаще всего такие затруднения в применении п. "ж" ст. 102 УК возникают в тех случаях, когда потерпевшая оказывается убитой в первые месяцы беременности.

Изучение дел этой категории показывает, что такие убийства совершаются в большинстве случаев на почве ревности, а подчас сопровождаются и особой жестокостью. В этом отношении характерно дело по обвинению В., осужденного за убийство жены. Было установ­лено, что В. подозревал жену в супружеской неверности. Считая, что жена изменяет ему, он стал встречаться с другими женщинами, не приходил домой ночевать. Эго еще больше обострило их отношения. Во время одной из ссор он нанес потерпевшей множество ранений ножом в различные части тела, совершив убийство. В. признал, что ему было известно о беременности жены. Суд квалифицировал его действия по пп. "г" и "ж" ст. 102 УК Ревность не имеет значения для квалификации убийства по п. "ж" ст. 102 УК, поскольку она как мотив лого преступления не относится к отягчающим обстоятельствам.

2. В судебной практике возник вопрос о том, подлежит ли применению п. "ж" ст. 102 УК, когда виновный, совершая убийство, ошибочно полагает, что потерпевшая находится в состоянии беременности. Верховным судом РФ в кассационном порядке было рассмотрено дело по обвинению Л., совершившего убийство III, с которой он состоял в интимной связи. Ш., желая, чтобы Л. ушел от жены, однажды заявила ему, что она беременна Л, опасаясь "неприят- ностей" дома и на работе, решил совершить убийство. С этой целью он пригласил Ш. в лес за ягодами и убил. Вскрытие показало, что беременной потерпевшая не была. Суд квалифицировал действия виновного по п. "ж" ст. 102 Ж.

По нашему мнению, с таким решением вопроса можно согла­ситься, но при этом необходимо иметь в виду следующее. Судя по обстоятельствам убийства, Л. допустил фактическую ошибку, которая состояла в предположе­нии наличия обстоятельства, квалифицирующего убийство. Он заблуждался, полагая, что личность потерпевшей обладает теми качествами, которые влекут для него повышенную ответственность за убийство. По мнению А.А. Пионтковского, "совершение преступ­ления при ошибочном предположении лица о наличии квалифици­рующих преступление обстоятельств следует рассматривать как покушение за совершение квалифицированного преступления" . Исходя из этого, действия Л. следовало бы квалифицировать как покушение на убийство при отягчающих обстоятельствах по ст. 15 и п. "ж" ст. 102 УК Но в данном случае с таким предложением согласиться нельзя, поскольку потерпевшей причинена смерть и налицо - оконченное преступление.

В.Ф. Кириченко полагал, что в подобных случаях действия виновного должны квалифицироваться как оконченное преступле­ние без отягчающих обстоятельств и как покушение на аналогичное преступление при отягчающих обстоятельствах, поскольку такая квалификация позволяет непосредственно установить фактически совершенное привлекаемым к ответственности лицом. Свое предло­жение он мотивирует тем, что "совершая покушение на квалифи­цированное преступление, лицо может и не достигнуть стадии, на которой простое преступление считается законченным" .

Для некоторых преступлений такое решение вопроса и аргу­ментация приемлемы. При убийстве же, подлежащем квалифика­ции по п. "ж" ст. 102 УК не может быть стадий в указанном смысле. Покушение на такое убийство всегда является покушением на убийство при отягчающих обстоятельствах. Оно ни в какой стадии не может быть квалифицировано по ст. 103 УК. Кроме того, квалификация убийства по ст. 15, п. "ж" ст. 102 и по ст. 103 УК даст основание для утверждения, что виновный совершил два преступления, хотя в действительности он совершил одно. При таком положении, как нам кажется, меньшей неточностью будет признание убийства при указанных обстоятельствах оконченным и применение п. "ж" ст. 102 УК.

3. При фактической ошибке, когда виновный предполагает об отсутствии данного обстоятельства, отягчающего убийство, он не должен нести ответственность по п. "ж" ст. 102 УК, поскольку

нет его заведомой осведомленности о беременности потерпев­шей. На это обстоятельство указал Президиум Верховного суда РФ по делу П., который был осужден по ст. 15 и п. "ж" ст. 102 УК за то, что он на почве неприязненных отношений покушался на убийство жены, зная, что она беременна. Президиум указал, что в материалах дела нет данных о том, что П. знал о беременности жены. Из справки больницы видно, что на день совершения преступления беременность потерпевшей была ме­нее двух недель. В женскую консультацию она обратилась через полтора месяца после совершения преступления, где и была установлена беременность. Осужденный утверждал, что он не шал о беременности жены. Исходя из установленных по делу данных, Президиум переквалифицировал действия П. на ст.ст. 15 и 103 УК. Здесь налицо фактическая ошибка, исключающая применение п. "ж" ст. 102 УК.

13. Убийство двух или более лиц (п. "а" ст 105 УК РФ)

1. Отнесение убийства двух или более лиц к обстоятельствам, отягчающим это преступление, объясняется тяжестью наступив-шиx последствий и в связи с этим опасностью личности виновного, лишающего жизни нескольких человек.

Как разъяснил Пленум Верховного суда РФ в п. 11 постанов­ления от 22 декабря 1992 г., при квалификации преступлений, предусмотренных п. "з" ст. 102 УК, необходимо исходить из того, что действия виновного при умышленном убийстве охватывались единством умысла и совершены, как правило, од­новременно.

О единстве преступного намерения свидетельствуют умысел

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: