Правила возмещения вреда, причиненного должностными лицами при осуществлении уголовного судопроизводства
Судебные ошибки при определении состава заработка связаны с тем, что правоохранительные органы и суды основываются исключительно на нормах Положения о возмещении ущерба и Инструкции по применению этого Положения без учета нового российского законодательства. В этой связи, представляется целесообразным при разработке федерального законодательного акта ввести понятие "законные доходы граждан".
Пункты 2 и 3 Положения предусматривают возмещение имущества (в т. ч. деньги, денежные вклады и проценты на них, выигрыши, иные ценности), конфискованные или обращенные в доход государства судом, либо изъятые органами дознания или предварительного следствия, а также имущество, на которое наложен арест.
Согласно действующему гражданскому законодательству граждане могут иметь в собственности любое имущество, за исключением отдельных видов имущества, которое в соответствии с законом не может принадлежать гражданам и юридическим лицам (ст. 213 ГК). Согласно ст. 171 УПК могут изыматься документы, имеющие отношение к делу. Документы по своему характеру различны. Документы, составляющие личные архивы отдельных граждан, семьи, в т. ч. имеющие историческую или культурную ценность для общества, следует рассматривать как объекты собственности, принадлежащие гражданам, семье, юридическим лицам и др.
Принудительное отчуждение имущества собственника допускается в случаях, предусмотренных законом. В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства могут быть изъяты:
а) предметы, признанные в установленном порядке вещественными доказательствами;
б) предметы и документы, запрещенные к обращению (если у владельца отсутствует разрешение на их приобретение и хранение);
в) удостоверяющие личность документы, награды и документы к ним, арестованных (обвиняемых, подозреваемых, подсудимых); деньги и иные ценности, обнаруженные при наложении ареста на имущество обвиняемого (подсудимого), на которые может быть обращено взыскание в целях возмещения причиненного материального ущерба или исполнении приговора в части конфискованного имущества.
Применение конфискации имущества ограничено законом. Не подлежит конфискации имущество, необходимое осужденному или лицам, находящимся на его иждивении, согласно перечню, предусмотренному уголовного-исполнительным законом Российской Федерации (ч. 3 ст. 52 УК РФ). Конфискация может распространяться на имущество, приобретенное правомерным и неправомерным путем. Так, например, транспортные средства или оружие, приобретенные гражданином в установленном законом порядке и находящиеся у него в собственности могут быть конфискованы как орудия преступления, признанные согласно ст.ст. 83, 84 УПК вещественными доказательствами и подлежащие конфискации в порядке п. 1 ст. 86 УПК. И это же имущество может быть конфисковано и обращено в доход государства как "иные ценности, добытые преступным путем" согласно п. 4 ст. 86 УПК. В составе конфискованного имущества может быть включено имущество осужденного, приобретенного преступным путем или на средства, добытые преступным путем, однако в целях сокрытия от конфискации, оформленные по фиктивным сделкам. Представляется, что понятие "иные ценности", подлежит расширительному толкованию (движимое и недвижимое имущество, ценные бумаги), главное, чтобы в судебном порядке было доказано, что представленные вещественные доказательства были объектами преступных посягательств либо приобретены на деньги, полученные в результате совершения преступления или за счет реализации имущества, добытого преступлением. В процессе производства обыска также могут изыматься предметы, запрещенные законом к обращению. К числу изъятых из свободного обращения относятся предметы, приобретаемые только по особым разрешениям, а также все иные предметы, изготовление, приобретение, хранение, сбыт и распространение которых запрещены законом. В настоящее время перечень предметов, приобретаемых по специальным разрешениям расширен.
Согласно ст. 175 УПК в целях обеспечения гражданского иска и возможной конфискации имущества следователь обязан наложить арест на имущество обвиняемого, подозреваемого или лиц, несущих за него материальную ответственность. Арест имущества предполагает запрет распоряжаться имуществом.
Таким образом, в результате незаконных уголовно-процессуальных действий, предусмотренных п. 1 ст. 1070 ГК, вред может быть причинен движимому и недвижимому имуществу, а также иным объектам права частной собственности граждан путем конфискации или ареста.
Возмещение денежных сумм, взысканных по исполнении приговора суда, не вызывает у судебных органов затруднений. При этом следует отметить, что такой вид возмещения ущерба нечасто встречается в судебной практике. Согласно ст. 105 УПК судебные издержки состоят:
1) из сумм, выплачиваемых свидетелям, потерпевшим, экспертам, специалистам, переводчикам, понятым;
2) из сумм, израсходованных на хранение, пересылку, исследование вещественных доказательств;
3) из сумм, выплачиваемых за оказание защитником юридической помощи, в случае освобождения подозреваемого, обвиняемого или подсудимого от ее оплаты либо участия адвоката в производстве дознания, предварительного следствия или в суде по назначению, без заключения с клиентом соглашения;
4) из иных расходов, понесенных при производстве по данному делу. Под иными расходами, относящимися к судебным издержкам, следует понимать расходы органов дознания, следствия и суда, понесенные при производство по делу, непосредственно связанные с собиранием и исследованием доказательств виновности осужденного, не перечисленные в п.п. 1, 2, 3 ст. 105 УПК. В частности, к ним могут быть отнесены: возмещение стоимости вещей, подвергшихся порче или уничтожению при производстве следственного эксперимента или экспертиз, затраты на возмещение расходов лицам, предъявляемым для опознания и т. п.
К числу "иных сумм", подлежащих возмещению в соответствии с п. 4 ст. 2 Положения, могут быть отнесены суммы, взысканные с незаконно осужденного по гражданскому иску, а также внесенные им в возмещение материального ущерба. Однако граждане требуют возмещения денежных сумм, не подлежащих возмещению в соответствии с действующим Положением. Так, например, в числе требований гр. Р. указал суммы, состоящие из "затрат на поездки в различные инстанции с целью добиться отмены приговора; или гр. В. в частной жалобе просил возместить расходы по проезду его бывшей жены гр. Г. в СИЗО; в частной жалобе А. просил освободить его от государственной пошлины по гражданскому иску в связи с расторжением брака. В приведенных выше примерах правоохранительные органы обоснованно отказывают в возмещении. Этот вид возмещения (п. 2.4. Положения) практически указывается в каждом исследованном заявлении граждан.
Положением ст. 1 предусмотрено возмещение "иного ущерба". В Положении и Инструкции по применению этого Положения не дается исчерпывающего перечня видов вреда в имущественной сфере потерпевшего. В литературе высказывались соображения о толковании понятия "иной ущерб".
В имущественной сфере потерпевшего за пределами возмещения остается вред, причиненный повреждением здоровья в период незаконного осуждения и нахождения под стражей. Пребывание в местах лишения свободы и в СИЗО в период незаконного осуждения и незаконного применения меры пресечения в виде заключения под стражу нередко приводит к расстройству здоровья потерпевшего, получению травмы; появлению или обострению хронических заболеваний. У потерпевшего понижается общая и профессиональная трудоспособность.
До принятия нормативных актов, регулирующих возмещение в порядке ст. 447 ГК 1964 г., в юридической литературе неоднократно высказывались предложения о возмещении материального вреда при повреждении здоровья в период незаконного привлечения к уголовной ответственности и незаконного задержания. Однако нормативного закрепления в Положении от 18 мая 1981 г. они не по лучили. Изучение следственно-судебной практики показало, что потерпевшие выдвигают требования о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья в основном за период пребывания в местах лишения свободы, а в некоторых случаях - за период нахождения под стражей. Граждане требуют возмещения затрат, связанных с расстройством здоровья: на стационарное лечение, на оплату путевки в санаторий для курортного лечения, на протезирование. В подтверждение своих требований они предъявляют медицинское заключение и другие документы, свидетельствующие об ухудшении здоровья, появлении или обострении хронических заболеваний в период совершения незаконных действий. Суд, орган дознания, следователь, прокурор отказывают в возмещении этого вида вреда, так как они руководствуются нормами Положения к Инструкции по применению этого Положения, где этот вид вреда возмещению не подлежит.
Полагаем, что законодательные акты, регламентирующие возмещения вреда в государственно-властной сфере, какой является уголовное судопроизводство, должны охватывать защиту всех благ гражданина, здоровье и свобода среди которых являются наиболее ценными.
Следует ввести самостоятельный вид возмещения, образуемый в период незаконного осуждения, незаконного применения меры пресечения заключение под стражу - затраты, связанные с восстановлением здоровья.
В сфере уголовного судопроизводства гражданину может быть причинен вред в неимущественной сфере. Прежде всего это относится к области трудовых прав. В процессе предварительного расследования следователь своим постановлением с санкции прокурора вправе отстранить обвиняемого от должности (ст. 153 УПК, а администрация предприятия на этом основании выносит приказ об отстранении от работы (должности) (ст. 38 КЗоТ РСФСР). При наличии достаточных оснований в отношении подозреваемого или обвиняемого лицо, производящее дознание, или следователь вправе применить одну из мер пресечения. И в том, и в другом случае помимо вреда в имущественной сфере (приостановки выплаты заработной платы или уменьшения других законных доходов) гражданину причиняется вред в неимущественной сфере, который выражается в прерывании общего и специального трудового стажа. После вступления в законную силу обвинительного приговора, с осужденным в отношении которого вынесен обвинительный приговор расторгается трудовой договор (контракт) (ст. 29 п.7 КЗоТ РСФСР).
В случае увольнения по иным основаниям требования о восстановлении на работе и включении этого времени в общий трудовой стаж удовлетворению не подлежат. Так, определением Верховного Суда РСФСР от 21 августа 1989 г. обоснованно удовлетворен протест заместителя прокурора об излишне выплаченной денежной компенсации гр. Ш. на том основании, что суд и президиум Оренбургского областного суда сделали вывод об увольнении Ш. от должности по устному представлению инспектора Новосергиевского РОВД X. о совершении ею должностного преступления и возбуждении в связи с этим уголовного дела правлению Новосергиевского райпо Оренбургской области. А между тем из материалов дела установлено, что гр. Ш. была освобождена от должности на заседании правления райпо без постановления органа дознания и следственных органов и до возбуждения уголовного дела по п. 1 ст. 254 КЗоТ РСФСР.
Такое положение справедливо, если учесть, что оно распространяется на лиц, работающих по трудовому договору (контракту) на предприятиях независимо от форм собственности. Иначе обстоит дело с лицами, работающими по гражданско-правовым договорам, и тем более с работающими собственниками. К лицам, работающим по гражданско-правовому договору, применение традиционных институтов трудового права, в частности, отстранение от работы, должности или увольнение от должности невозможно, поскольку подрядчик и заказчик, как правило, находятся в юридически равном положении, и их отношения регулируются нормами гражданского законодательства. В этом случае возможно расторжение гражданско-правового договора.
В силу неурегулированности трудовых отношении работающих собственников возникает вопрос: имеет ли преюдициальное значение обвинительный приговор для расторжения не только трудовых отношений, но и учредительного договора? Мы полагаем, что на этот вопрос следует ответить отрицательно, если иное не предусмотрено учредительными документами. Таким "иным основанием" может быть следующее: если учредитель причинил имущественный или моральный вред предприятию, действия которого подпадают под п. 2 ст. 254 КЗоТ РСФСР.
Однако следователь (как и лицо, производящее дознание) вправе своим постановлением согласно ст. 153 УПК отстранить данное лицо от должности. В то же время ст. 38 КЗоТ РСФСР неприменима, так как постановление будет исполняться по месту работы обвиняемого путем принятия решения общего собрания правления или соучредителей: работающий собственник-учредитель не находится в трудовых правоотношениях со своим предприятием.
В ходе предварительного расследования, когда к обвиняемому (подозреваемому) применяется мера пресечения - заключение под стражу, а также при помещении лица, подозреваемого в совершении преступления, в места содержания задержанных, находящиеся при них ордена, медали и документы к ним, нагрудные знаки и документы о присвоении почетных званий подлежат изъятию.
При вынесении обвинительного приговора в соответствии со ст. 48 УК Российской Федерации суд решает вопрос о целесообразности внесения представления в соответствующие государственные органы о лишении подсудимого ордена, медали, либо почетного, воинского или другого звания. Решение суда о внесении такого представления излагается в резолютивной части приговора (ч. 6 ст. 315УПК).
Незаконное уголовное преследование может причинить моральный вред. Он заключается в нравственных и физических страданиях. Сам факт подозрения в совершении уголовного преступления, применения мер уголовно-процессуального принуждения, осуждение вызывает у окружающих негативное отношение к гражданину. В результате незаконных уголовно-процессуальных действий он может утратить деловую репутацию, понизить свой общественный статус. В такой ситуации гражданин чувствует себя униженным, обесчещенным. Моральный вред, причиненный нравственными страданиями, вследствие бесчестья, т. е. лишения или умаления чести (доброго имени, положительной репутации), наступившие в связи с обвинением в преступлении либо осуждении за него. Причинение морального вреда бесчестием, утратой доброго имени, деловой репутации; возникновением физических страданий, в случае незаконного совершения уголовно-процессуальных действий в отношении невиновного гражданина является частным случаем морального вреда, причиненного деликтом.
"Возмещение морального вреда, а точнее его оценка судом всегда была и, наверное, будет самым сложным моментом в судопроизводстве. Действительно, как можно оценить в денежном исчислении те страдания, которые испытывает гражданин при нанесении ему вреда".
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. (Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Действие этой статьи требует доказательства наличия вины причинителя вреда.
В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 октября 1996 года № 10) прямо указано, что "одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда:
вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;
вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию (все эти исключения перечислены в статье 1100 части второй Гражданского кодекса Российской Федерации, введенной в действие с 1 марта 1996 г.).
Таким образом, представляется, что для правильной оценки судом обстоятельств, с которыми истец связывает свое право на обращение в суд, необходимо, в соответствии с требованиями статьи 50 Гражданского процессуального кодекса РСФСР, доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований. А поскольку одним из принципов гражданского процесса является правило "доказывает говорящий", то ему же следует представить суду различные медицинские документы, заключения экспертов-медиков по поводу того, что в результате неправомерных действий должностных лиц у истца возникло либо обострилось заболевание, или, к примеру, наступила нетрудоспособность.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Судом также учитывается степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
Важным принципом определения размера компенсации морального вреда является принцип разумности и справедливости.
Суды, при рассмотрении дел, конечно, руководствуются требованиями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", в частности, - необходимость выяснения, чем подтверждается факт причинения истцу нравственных и физических страданий, при каких обстоятельствах, какими действиями (бездействием) ответчика они были нанесены, степень вины ответчика. При этом должны учитываться фактические обстоятельства причинения морального вреда, особенности потерпевшего и другие конкретные обстоятельства, свидетельствующие о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 Постановления).
Далее, характер нравственных страданий потерпевшего должен оцениваться судом с учетом индивидуальных особенностей человека (часть вторая статьи 151, пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса). Все эти сведения также должны устанавливаться судом на основании показаний свидетелей, медицинских документов о состоянии здоровья потерпевшего и других доказательств, которые представляются заинтересованным лицом либо собираются судом по его просьбе (глава 6 "Доказательства" Гражданского процессуального кодекса РСФСР). Такие правила предусмотрены действующим законодательством и подлежат исполнению всеми судами Российской Федерации.
Необходимо иметь в виду, что статьи 1099-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающие порядок возмещения вреда, введены в действие с 1 марта 1996 года. На это хотелось бы обратить особое внимание. Дело в том, что в пункте 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" указано, что "если моральный вред причинен до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случаях, когда истец после вступления этого акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий, не может иметь обратной силы (пункт 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации). То есть, это положение не имеет обратной силы и не распространяется во времени на правоотношения, возникшие до введения в действие этой нормы. До введения в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение морального вреда, причиненного гражданину незаконными действиями государственных органов предусмотрено не было.
Так, в соответствии с пунктом 2 статьи 127 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик, было установлено, что вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу должен был возмещаться государством независимо от вины должностных лиц, органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законодательными актами. Однако в данной статье Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик речь шла лишь о возможности компенсации имущественного вреда и не предусматривалась возможность компенсации морального вреда. Статьей 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик допускалась компенсация морального вреда гражданину, которому он причинен неправомерными действиями, но лишь при наличии вины причинителя.
В качестве примера рассмотрим следующее дело. Г-н Б. обратился в суд с иском о взыскании морального вреда в размере 500 миллионов неденоминированных рублей за незаконное привлечение его к уголовной ответственности и незаконное применение в качестве меры пресечения заключения под стражу.
Свои требования истец мотивировал тем, что 16 сентября 1992 года он был арестован и содержался под стражей до 1 апреля 1993 года.
Суд принял решение отказать г-ну Б. в исковых требованиях о возмещении морального вреда за незаконное привлечение его к уголовной ответственности по следующим обстоятельствам.
В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконное наложение административного взыскания в виде ареста или исправительных работ. Компенсация морального вреда производится в порядке, определенном пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ.
По делу установлено, что Б. был привлечен к уголовной ответственности по части 2 статьи 191-1 УК РСФСР, находился в розыске и ему была избрана мера пресечения - содержание под стражей. С 16 сентября 1992 года по 1 апреля 1993 года он содержался в следственном изоляторе. Освобожден он был по п. 2 статьи 208 УПК РСФСР за недоказанностью участия в совершении преступления.
Статья 1100 ГК РФ не подлежит применению при разбирательстве данного дела, так как была введена в действие 1 марта 1996 года, а действия органов, причинивших, по утверждению истца, моральный вред, происходили в период с 16 сентября 1992 года по 1 апреля 1993 года и, следовательно, подпадали под действие Основ гражданского законодательства.
Согласно пункта 2 статьи 127 Основ гражданского законодательства СССР и союзных республик вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу, должен возмещаться государством независимо от вины должностных лиц, органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законодательными актами.
Данная статья предусматривает возмещение материального, но не морального вреда.
Статья 131 Основ допускает компенсацию морального вреда гражданину, которому он причинен неправомерными действиями, но лишь при наличии вины причинителя.
В связи с вышеизложенным, следует в федеральном законодательном акте о порядке возмещения вреда, причиненного должностными лицами при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности, предусмотреть норму, закрепляющую возмещение морального вреда в денежной или иной материальной форме по основаниям, предусмотренным в п. 1 ст. 1070 ГК при отсутствии вины причинителя вреда.
Причинение морального вреда бесчестием, утрата доброго имени, физические страдания - это категории свойственны человеку, но не юридическому лицу. Однако в сфере уголовного судопроизводства может быть причинен моральный вред юридическому лицу. Моральный вред, причиненный юридическому лицу, в сфере уголовного судопроизводства, выражается в утрате деловой репутации, имиджа организации, что может сказаться на ее уставной деятельности. Прав В. Т. Смирнов, когда утверждает, что под моральным вредом, причиняемым юридическому лицу, следует понимать "всякие отрицательные последствия нарушения личных неимущественных прав организации, потенциально связанных с умалением ее имущественной сферы". В ходе предварительного расследования следственным работникам нередко приходится совершать уголовно-процессуальные действия в отношении юридического лица (наложение ареста на банковские счета, на имущество и документацию юридического лица, изъятие Финансово-отчетной документации и т. п.); вследствие чего оно несет убытки, падает его деловая репутация, имидж, что отражается на дальнейшей деятельности.
Подводя итог вышеизложенному, можно сказать, что моральный вред, причиненный в сфере уголовного судопроизводства, подлежит возмещению гражданину или юридическому лицу. Возмещение морального вреда, причиненного гражданину, согласно п. 1 ст. 1070 ГК не должно строиться на принципе вины, а согласно п. 2 ст. 1070 ГК, напротив - на принципе вины. Такое различное построение гражданско-правовой ответственности за причинение морального вреда гражданину зависит от характера незаконных уголовно-процессуальных действий.
Вред в имущественной сфере, причиненный юридическому лицу, может выражаться в утрате, порче, повреждении имущества; получении убытков от ненадлежащего исполнения договорных обязательств, в утрате приоритета в производстве и реализации продукции. В следственной практике нередки случаи, когда длящееся, продолжительное время следствие приводит к увеличению убытков. Так, в связи с возбуждением уголовного дела в отношении председателя научно-производственного кооператива "Идея", у кооператива было изъято 2 млн. руб. Следственным управлением г. Москвы уголовное дело было прекращено по п. 2 ст. 5 УПК, и вынесено постановление о возврате 2 млн. руб. Однако органом прокуратуры г. Москвы постановление отменено. Прошло более 14 месяцев, но никаких следственных действий не производилось, а за это время задерживались расчеты с поставщиками за поставку материалов и комплектации, из-за чего кооператив вынужден платить штрафные санкции, а работники кооператива длительное время не получали заработную плату. Представляется, что в случае вынесения постановления о прекращении уголовного дела в соответствии с п. 2 ст. 5 УПК убытки составят не только 2 млн. руб., но и выплаченные суммы штрафных санкций за просрочку расчетов с поставщиками.
В ходе предварительного следствия могут изыматься документы юридического лица. Вопрос о проверке и изъятии документов, содержащих сведения, являющиеся коммерческой тайной, имеет практический интерес. В случае утечки коммерческой или конфиденциальной информации правомерно говорить о причинении вреда, в имущественной сфере юридического лица. Он может выразиться в убытках от неисполнения или ненадлежащего исполнения договорных обязательств, уменьшении прибыли от произведенной и нереализованной в силу утраты приоритета на рынке производства и сбыта аналогичной продукции, утрате доверия партнеров к такому предприятию, подрыве его деловой репутации, что непосредственно отразится на уставной деятельности. В целях защиты прав и законных интересов граждан и предприятий в сфере предпринимательской деятельности, с одной стороны, и соблюдение законности правоохранительными органами, с другой стороны, предлагается изложить ч. 2 ст. 167 УПК в следующей редакции: "Выемка документов, содержащих сведения, являющиеся государственной и коммерческой тайной, производится только с санкции прокурора или его заместителя".
Следующим условием ответственности за вред, причиненный должностными лицами в сфере уголовного судопроизводства, является противоправное поведение.
В п. 1 ст. 1070 ГК, в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. противоправное поведение представлено в виде строго определенного перечня противоправных уголовно-процессуальных актов. Особенностью этих актов является то, что противоправное поведение устанавливается нормами уголовно-процессуального, а не гражданского законодательства. В части 2 ст. 2 названного Указа говорится, что право на возмещение ущерба возникает при условии постановления оправдательного приговора, прекращения уголовного дела... Из содержания рассматриваемых нормативных актов следует, что юридическое значение для возникновения гражданско-правовой ответственности за вред, причиненный должностными лицами следственно-судебных органов в процессе уголовного преследования, имеют значение такие уголовно-процессуальные действия, в результате которых гражданин был арестован в качестве подозреваемого, обвинен в совершении преступления, к нему применялись меры уголовно-процессуального принуждения, судом был осужден, а впоследствии оправдан за отсутствием события преступления, состава преступления или за недоказанностью участия в совершении преступления. Другая особенность этих актов заключается в протяженности во времени незаконных уголовно-процессуальных действий, причиняющих вред. Например, при незаконном осуждении - с момента вынесения неправосудного приговора до освобождения от отбытия наказания, при незаконном заключении под стражу - с момента вынесения постановления о применении этой меры пресечения до освобождения из-под стражи. Обязательства по возмещению вреда в порядке п. 1 ст. 1070 ГК возникают в случае освобождения полностью от обвинения. Если же при пересмотре уголовного дела была изменена квалификация содеянного на статью закона, предусматривающую менее тяжкое преступление с назначением по ней нового, более мягкого наказания, либо снижение меры наказания без изменения квалификации, то обязательства по возмещению вреда не возникают. Так, гр. Г. обратился в суд с иском к Ленинградскому объединенному авиаотряду о выдаче дубликата трудовой книжки с изъятием из нее порочащих его записей. В исковом заявлении гр. Т. указал, что в порядке надзора приговор в части осуждения по ч. 1 ст. 93 УК РСФСР был отменен и дело по этому обвинению производством прекращено за отсутствием состава преступления, а по ч. 3 ст. 195 УК РСФСР определено наказание в виде штрафа. Администрация авиаотряда отказалась выдать ему дубликат трудовой книжки и восстановить его на работе на этом основании. Народный суд в иске гр. Т. отказал, придя к правильному выводу, так как приговор в отношении гр. Т. отменен и дело производством прекращено лишь в части, а не полностью. Перечень оснований прекращения дела не совпадает с основаниями прекращения уголовного дела, дающего право на возмещение ущерба. Только отсутствие события преступления, отсутствие в деянии состава преступления и недоказанность участия в совершении преступления (п. 1.2 ч. 1 ст. 5; п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК) являются основанием для возникновения обязательства по возмещению вреда. В случаях, предусмотренных п. 1.2 ч. 1 ст. 5; п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК: установлено отсутствие факта совершения лицом общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом, а в силу п. 3.10 ч. 1 ст. 5, ст.ст. 6-9, ч. 1 ст. 402, ч. 1 ст. 410 УПК, наоборот, факт этого установлен. Поэтому основания прекращения уголовного дела, предусмотренные п. 3.10 ч. 1 ст.