Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Уголовно-правовая характеристика убийства по российскому уголовному законодательству

Уголовно-правовая характеристика убийства по российскому уголовному законодательству

А. Андреевой, заблуждение лица относительно факта беременности потерпевшей следует толковать в его пользу. И правильной в подобных случаях будет квалификация действий виновного по ч. 1 ст. 105 УК РФ.

При подобном подходе игнорируется направленность умысла виновного на совершение более опасного преступления квалифицированного вида убийства.

В уголовно-правовой литературе отмечается, что основанием выделения убийства беременной женщины в квалифицированный состав является то, что виновный посягает не только на жизнь матери, но и на жизнь плода. Обращает на себя внимание некоторая нелогичность подобного законодательного решения, поскольку, как правильно подчеркивают некоторые исследователи, при квалификации посягательства на жизнь беременной женщины не имеет значения, погиб или нет плод, находящийся в утробе потерпевшей.1 В редких случаях, в результате преступного посягательства на жизнь беременной женщины погибает только не родившийся ребенок, а жизнь женщины удается спасти. Так же, практике известны случаи, когда удавалось спасти жизнь ребенка, а мать, находящаяся на поздних сроках беременности, погибала в результате преступного посягательства на ее жизнь. К сожалению, конструкция п. «г» ч. 2 ст. 105 УК РФ такова, что подобные последствия никак не повлияют на квалификацию действий виновного лица. Независимо от того, погиб ребенок или нет, его жизнь уголовно-правовой охране не подлежит. Содеянное виновным, независимо от происшедшего с ребенком, будет квалифицироваться по последствиям, которые наступили в отношении его матери. Это законодательное упущение, требующее исправления.


3.5 Убийство, совершенное с особой жестокостью


В уголовно-правовой литературе по вопросу об определении понятия «особая жестокость» высказываются различные суждения.

Особая жестокость в уголовном праве выступает в двух ипостасях - в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, и в качестве квалифицирующего признака некоторых составов преступлений. Так, в п. «и» ч. 1 ст. 63 Общей части УК РФ предусмотрено, что отягчающим обстоятельством преступления является совершение его с особой жестокостью, садизмом, издевательством, а также мучениями для потерпевшего.

В Особенной части Уголовный кодекс РФ содержит целый ряд статей предусматривающих повышенную ответственность за преступления против личности, совершенные с особой жестокостью. В частности, к ним относятся п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство, совершенное с особой жестокостью).

Жестокость включает в себя и мучения, и истязания, и пытки, и издевательства, и садизм, потому что все эти определения раскрывают разные грани одного явления причинения физических и (или) нравственных (психических) страданий. Особая жестокость при убийстве заключается в причинении потерпевшему особых физических и (или) нравственных страданий, т. е. сильных, достаточно продолжительных, многократных или однократных страданий.

Об особых физических или психических страданиях потерпевшего чаще всего свидетельствуют объективные признаки содеянного, в частности, способ совершенного преступления. Например, связанного за руки и за ноги потерпевшего посадили на кол, в результате чего он умер медленной мучительной смертью. В этом случае смерть потерпевшего наступила в результате особо жестокого способа убийства, при котором потерпевший испытывал сильнейшие физические и нравственные страдания.

Большое влияние на формирование судебной практики оказывают постановления Пленума Верховного Суда РФ. Не являются исключением и рекомендации высшей судебной инстанции по применению закона об ответственности за убийство с особой жестокостью.

Анализ уголовно-правовой литературы показывает, что среди теоретиков нет единства мнений относительно субъективного отношения виновного при совершении убийства с особой жестокость.

Так, Н.И. Загородников сделал вывод о том, что убийство с особой жестокостью совершается с умыслом, как в отношении причинения смерти, так отношении особо жестокого способа преступления. Однако, по его мнению, специальная цель причинения особых мучений не является обязательным признаком рассматриваемого вида убийства. И в обоснование сказанного приводит следующий пример. Одно лицо дает другому с целью убийства яд, вызывающий особые мучения. При этом такой способ избирается не потому, что виновный стремится к причинению особых мучений своей жертве, а потому, что он надеется ссылкой на якобы естественную смерть потерпевшего избежать уголовной ответственности. Тем не менее, такое убийство, по мнению Н.И. Загородникова, является убийством, совершенным с особой жестокостью.1

С. В. Бородин высказал мысль о том, что виды умысла виновного на лишение жизни и его отношение к особой жестокости могут не совпадать. Возможны случаи совершения убийства с прямым умыслом и безразличного отношения к особой жестокости, свидетельствующего о косвенном умысле. С точки зрения С. В. Бородина, виновный тогда действует с особой жестокостью, когда осознает характер действия, желает или сознательно допускает наступивший результат, которым является особая жестокость.1

Квалифицируя действия виновного по п. «д» ч. 2 ст. 105 УК РФ органы следствия и суд обязаны установить как то, что потерпевшему объективно причинялись особые мучения и страдания, так и то, что эти мучения и страдания охватывались целью и умыслом виновного, заведомо причинялись им, и что именно данный способ лишения жизни избран с той целью, чтобы причинить потерпевшему особые мучения или страдания. Этот способ действия должен быть избран виновным специально с целью причинения особых мучений либо страданий. Если же виновный не знал, что своими действиями причиняет потерпевшему в процессе лишения жизни особые страдания и мучения, то такое убийство вряд ли можно признать совершенным с особой жестокостью.

Л.А. Андреева также утверждает, что для квалификации содеянного виновным как убийства с особой жестокостью, необходимо доказать, что субъект осознавал причинение жертве особых страданий.2

Если виновный не желал совершить убийство с особой жестокостью, но допуская это, совершал действия, которые могли причинить потерпевшему или его близким особые (дополнительные) физические и (или) нравственные страдания, то в этом случае содеянное, на наш взгляд, должно квалифицироваться в зависимости от того, совершил он в действительности убийство с особой жестокостью или нет исходя из реальных обстоятельств содеянного.

О проявлении виновным особой жестокости, прежде всего, должны свидетельствовать внешние данные. Только основываясь на них можно доказать что имело место проявление виновным особой жестокости которыми являются:

- способ убийства, приводящий к тому, что потерпевший испытывает длительные, сильные физические боли и страдания;

- обстановка убийства, свидетельствующая о причинении потерпевшему или его близким особых нравственных страданий;

Субъективными признаками убийства с особой жестокостью являются:

- прямой или косвенный умысел виновного на совершение убийство с особой жестокостью, при котором стремится совершить убийство с особой жестокостью или безразлично относится к тому, что причиняет потерпевшему сильные, длительные физические (нравственные) страдания, или сознательно их допускает как неизбежный (возможный) результат своих действий.

При этом обязательно необходимо учитывать, что причинение дополнительных страданий должно охватываться умыслом виновного лица, он должен осознавать, что совершает убийство с особой жестокостью, предвидеть причинение не только смерти, но и излишних физических страданий, желать, сознательно допускать или безразлично относиться как к смерти, так и к дополнительным, то есть сильным и длительным страданиям потерпевшего.

Так приговором областного суда ЕАО от 8 августа 2002 г. Якимчук был осуждён по пп. «д,з» ч. 2 ст. 105 УК РФ за совершение убийства с особой жестокостью при следующих обстоятельствах: 14.02.2002 года в период с 22 часов до 24 часов в доме по ул. 33 г. Биробиджана Комраков, Якимчук и Переверзев распивали спиртные напитки с хозяином Казаковым. Когда Комраков уснул, Якимчук полагая, что у Казакова имеются при себе и в доме денежные средства с целью завладение ими напал на того, требуя их выдачи. Получив отказ, Якимчук нанес Казакову удары по голове двумя пустыми бутылками и банкой. Затем, с целью причинения особых страданий, нанес множество ударов молотком и тупой частью топора в жизненно важные органы голове и другим частям тела, все время требуя деньги. С этой же целью умышленно причиняя дополнительные страдания, он стал капать расплавленный парафин свечи на глаза и лоб Казакову, подвергая Казакова пыткам, продолжая требовать выдачи денег. После чего с целью убийства и завладения деньгами Казакова и мотоциклом «Урал», продолжил наносить удары молотком по голове, причиняя мучения и страдания. В результате его действий от множества ударов, Казакову была причинены открытая черепно-мозговая травма с переломом свода и основания черепа и разрушением вещества головного мозга, от чего он скончался на месте.1

При квалификации содеянного как убийства с особой жестокостью в основание оценки необходимо класть наличие близких на месте происшествия, испытания ими особых страданий от происходящего и субъективное отношение виновного лица к возможным страданиям близких потерпевшего.

Следует отметить, что в практике следственных органов встречаются убийства, совершенные с особой жестокостью путем причинения особых страданий близким потерпевшего при совершения его убийства в их присутствии, где решение вопроса о наличии этого квалифицирующего признака в конкретном убийстве представляет некоторую сложность, поскольку проблема критериев особой жестокости разработана в уголовно-правовой теории недостаточно.

В рассматриваемой проблеме нужно установить, что следует понимать под «особыми страданиями» близких потерпевшего. В законе и его толкованиях содержание этого понятия не раскрывается. Отсутствуют попытки раскрыть его и в юридической литературе.

Убийство потерпевшего всегда причиняет его близким тяжкие страдания. Чем же отличаются от них «особые» страдания?

Специфика содержания особых страданий близких потерпевшего обусловливается тем, что эти лица наряду с тяжкими переживаниями самого факта смерти потерпевшего переживают еще и процесс ее причинения. Как очевидцы, они вначале переживают ужас грозящей близкому им лицу смерти, затем отдельные элементы механизма лишения его жизни и только после этого — сам факт его смерти. Причем тяжесть их страданий усугубляется тем, что на первых этапах они либо бессильны защитить жизнь потерпевшего, либо пытаются сделать это, но безуспешно. Эти из ряда вон выходящие как по характеру, так и по силе переживания, страдания, дополняющие «обычные» тяжкие, и делают весь комплекс страданий близких потерпевшего необычайно, исключительно тяжким, а потому и особым. То есть сам процесс лишения жизни может вызвать сильный психотравмирующий шок и даже психическое заболевание у близкого потерпевшему лицу. Убийствами в подобных случаях признаются убийства детей в присутствии родителей и наоборот, либо других близких родственников, когда те, кто за этим наблюдают, лишены по какой-либо причине возможности оказать им эффективную помощь. Здесь об особой жестокости свидетельствует характер действий виновного, выражающийся в надругательстве над чувствами близких потерпевшему лиц. Важно только, чтобы виновный знал и сознавал, что близкие видят процесс убийства и это им причиняет особые страдания.


3.6 Убийство совершенное общеопасным способом


Квалификация содеянного по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, предполагает уяснение «общественной опасности » способа преступления.

Понятие «способ, опасный для жизни многих людей» имеет давнюю историю. Так, например, А.А. Жижиленко следующим образом раскрыл данное понятие: «Под способом, опасным для жизни многих, разумеется такой, который по самому своему существу в состоянии вызвать смерть многих лиц, хотя бы в действительности в конкретном случае последовало убийство лишь одного человека. Таковы, например, случаи поджога дома, порчи полотна железной дороги, бросание снаряда, отравление колодца и т. п.».1

По мнению Н.И. Загородникова, в законе имеются в виду как случаи, когда создается опасность для жизни определенного, большого числа людей, так и неопределенного числа лиц. Например, при выстреле в толпу, при стрельбе в людном месте виновный создает опасность для неопределенного числа лиц.2

В настоящее время самым распространенным в учебной литературе является подход, что для признания способа опасным для жизни многих людей достаточно того, чтобы существовала опасность не только для одного человека. Способ убийства общеопасен тогда, когда в результате действий виновного лица одновременно подвергалось опасности жизнь не менее двух человек.

С.В. Бородин обратил внимание на то, что в соответствии с новой формулировкой закона речь идет не об убийстве способом, опасным для жизни многих людей, а об убийстве общеопасным способом: «Это означает, что имеется в виду не только опасность данного способа для жизни многих людей, но и опасность наступления других вредных последствий, например разрушение домов, транспортных средств или средств связи и т. п. при убийстве путем взрыва, либо заражение местности или источников воды и др., когда убийство совершается с применением вредных химических веществ или средств».3

Суть общеопасного способа убийства заключается в том, что действия виновного одинаково опасны как для погибшего (или того, на жизнь которого виновный покушался), так и для хотя бы еще одного лица, оказавшегося по воле виновного на краю гибели.

Общеопасный способ убийства зависит, прежде всего, от используемых виновным средств преступления, ибо очевидно, что если виновный взорвал потерпевшего гранатой на людной улице, то опасности для иных людей не может не быть. Поражающие свойства гранаты таковы, что на расстоянии нескольких десятков, а может быть и сотен метров, в зависимости от типа гранаты, может пострадать множество людей, оказавшихся в радиусе взрыва. Поэтому раскрытие признаков убийства, совершенного общеопасным способом следует начать именно со средств, используемых виновным при совершении преступления. В целом следует сделать вывод о том, что если средство преступления объективно может причинить смерть только одному человеку в момент его применения, пусть даже любому из подвергающихся опасности, то, на наш взгляд, данное орудие не может быть признано опасным для жизни и здоровья многих людей.

Анализ судебно-следственной практики позволяет сделать вывод о том, что наиболее часто способ убийства признается общеопасным в тех случаях, когда виновный использовал огнестрельное оружие. Как правило, выстрел в потерпевшего из огнестрельного оружия на близком расстоянии, например, в упор, не создает опасности для иных лиц, если они не находятся в зоне выстрела. Совершенно иное дело, если иные лица оказываются в зоне поражения и при выстреле с близкого расстояния в потерпевшего.

В литературе даются рекомендации, по оценке реальности опасности для других, кроме потерпевшего, лиц при стрельбе из огнестрельного оружия.

В частности, В. Г. Беляев и Н. М. Свидлов отмечают, что она определяется на основании имеющейся совокупности обстоятельств:

а) поражающими свойствами орудия (автомат, ружье, заряженное дробью и т. д.); б) расстоянием от виновного до потерпевшего; в) наличием других граждан и их местонахождением по отношению к потерпевшему; г) особенностями производства выстрела (прицельный, не прицельный) или совершения других действий, направленных на убийство; д) другими обстоятельствами, характеризующими обстановку совершения преступления1.

Так приговором областного суда ЕАО Сидоров К.В. приговорен к 13 годам лишения свободы за совершение убийства общественно опасным способом при следующих обстоятельствах: Сидоров К.В. в период с 23 часов до 24 часов 12 февраля 2003г. в с. Ленинском ЕАО умышленно способом, опасным для жизни многих людей, причинил смерть Стаднику и одновременно покушался на убийство общеопасным способом Сорокина Е.А., Бобкова А., Погодина С.В. и Горбачева С.В. при следующих обстоятельствах. Сидоров К.В. узнал от своего знакомого Буйских В.М. о том, что трое неизвестных лиц, проживающих в гостинице «Амур», его избили. В связи с этим Сидоров К.В. из мести решил убить участвовавших в избиении. Осуществляя свой умысел, Сидоров К.В.взяв, хранящееся в тайнике пятизарядное охотничье ружье «Браунинге 12 калибра», заведомо заряженное патронами с картечью, направился к гостинице «Амур», распложенной по ул. Ленина, 4 в с. Ленинском ЕАО. Со стороны двора соседнего дома № 6 на этой же улице, Сидоров К.В. увидел стоящую на крыльце гостиницы группу из пяти человек, похожих на тех, кто избил Буйских В М, а именно Стадника К.В., Сорокина Е.А., Бобкова С.А., Погодина С.В. и Горбачева С.В. Осознавая, что картечь при выстреле имеет большую площадь рассеивания и это позволит убить нескольких человек, а также создаст опасность для жизни других лиц, и, желая этого, Сидоров К.В. произвел прицельный выстрел в стоящих на крыльце гостиницы людей. В результате действий Сидорова К.В. Стаднику К.В. причинены огнестрельные ранения головы с размозжением жизненно важных структур головного мозга, от чего потерпевший скончался на месте; Сорокину Е.А. причинено огнестрельное ранение грудной клетки по околопозвоночной линии с частичным повреждением спинного мозга в виде размозжения, что создавало опасность для жизни в момент причинения; Бобкову С.А. причинены проникающие огнестрельные ранения грудной клетки с ранением верхушки правого желудочка сердца и левого легкого, что создавало опасность для жизни в момент причинения. Смерть Сорокина Е.А. и Бобкова С.А. не наступила ввиду своевременного оказания медицинской помощи, т.е. по независящим от Сидорова К.В. причинам. Погодин С.В. и Горбачев С.В. остались невредимыми, т.к. в момент выстрела изменили положение и дробовой снаряд попал в колонну1.

Использование виновным средств, опасных для многих людей при убийстве лица, не может квалифицироваться по п. «е» ч. 2 ст. 105 УК РФ, если использованные средства не создавали реальной опасности для иных лиц. Опасность определяется поражающими свойствами выбранного виновным средства, наличием на месте происшествия иных, кроме потерпевшего, лиц, их взаиморасположение, величиной зоны поражения и другими обстоятельствами.

Несколько иная ситуация со средствами, использование которых опасно для жизни неопределенного круга лиц длительное время с момента их применения (долговременно опасных). Использование виновным подобных средств должно признаваться общеопасным способом убийства независимо от присутствия иных лиц непосредственно на месте происшествия, потому что данные средства создают реальную опасность для жизни многих людей, и после гибели потерпевшего. Любой человек, воспользовавшийся водой отравленного колодца, может стать жертвой преступления.

Однако обстановку происшествия, т. е. условия совершения преступления их совокупности, необходимо обязательно учитывать и в случае использования долговременно опасных средств. Например, если виновный насыпал яд в кастрюлю с компотом в санатории дома отдыха, то в этом случае убийство должно признаваться совершенным общеопасным способом. Отравленный компот из кастрюли может выпить не только жертва. В то же время, если виновный тот же яд насыпал в стакан с компотом потерпевшего, то убийство не может быть признано совершенным общеопасным способом, если конечно, виновный не допускал, что компот из этого стакана могут употребить и иные лица.


3.7 Убийство по мотиву кровной мести


Российский уголовный закон, устанавливая ответственность за убийство, включает в число отягчающих это преступление обстоятельств, кровную месть. Но, что понимается под этим термином, не поясняет, ни сам текст УК РФ, ни комментарии к нему. Понятие кровной мести раскрывается опосредованно либо через причину, либо через цель. Определение же понятия как такового остается вне поля зрения исследователей. Чтобы ответить на вопрос, необходимо обратиться к истории.

Кровная месть известна с древнейших времен. В основе ее лежали общественные отношения родового строя, то есть кровная месть была неотъемлемой чертой дохристианского и доисламского общества. Обычай мстить за убийство кровью сохранился не у всех народов. Сегодня это скорее пережиток, чем правило, но не считаться с его присутствием в жизни нельзя.

Дела по статье убийство из кровной мести вообще очень редки в судебной практике. Зачастую нераскрытые преступления на территории России в отдельных местностях Северного Кавказа (например, в Дагестане, Чечне, Ингушетии)— результат верности старым горским обычаям. В первую очередь, это касается Чечни. Многие убийства в республике совершаются на почве кровной мести, которая за годы беспредела стала для местного населения единственным способом восстановления справедливости. Не случайно в Чеченской республике даже создана комиссия по примирению враждующих кланов. И у нее немало возможностей это сделать, если учесть, что и в стародавние времена в Чечне стремились не допустить распространения вражды между кровниками. Примирение сторон происходило путем простого рукопожатия и произнесения фразы: «Мы вас перед людьми прощаем».

Анализируя вышеизложенное приходим к мнению, что обычай кровной мести означает убийство обидчика (его родственника) в случае убийства или признанного местными обычаями тяжкого оскорбления представителя другого рода (тейпа). В отличие от простого убийства из мести, при убийстве на почве кровной мести виновный руководствуется не столько чувством личной неприязни к потерпевшему, сколько стремлением соблюсти обычай, не подвергнуть позору себя и свой род. Кровная месть обычно объявляется лицу, совершившему убийство родственников виновного. При этом жертвами кровной мести могут быть как само это лицо или его родственники, так и иные лица, кому эта кровная месть объявлена.

Субъектом этого преступления может быть только лицо, принадлежащее к этнической группе, где кровная месть является обычаем. Место совершения преступления значения для квалификации не имеет. Правоприменительная практика и наука уголовного права распространяют признак убийства по мотиву кровной мести только на представителей тех народностей, которые еще сохранили этот обычай.

Так, выросший в Москве русский по национальности В., начитавшись книг о кровной мести, задумал истребить семейство К., так как его сокурсник К. -младший все время грубо над ним насмехался при девушках. В. реализовал свое намерение, в результате погибли трое мужчин из семьи К.1

Несмотря на объяснения В., осужден он был по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство двух или более лиц), так как лицом, относящимся к той национальной группе, где распространен обычай кровной мести, он не был.

Судебная практика показывает, что в некоторых случаях допускается квалификация действий виновного по п. «е1» ч.2 ст. 105 УК РФ, когда убийство совершено не по мотиву кровной мести, а в связи с грозящей кровной местью.

Рассматривая дело по обвинению А. в убийстве М. Верховный суд Дагестана установил, что родственник А.совершил убийство родственника М. опасаясь кровной мести со стороны М., А. стал ходить с охотничьем ружьем. Работая в поле и имея с собой ружье А. увидел подходившего к нему М., возвращавшегося с охоты. Опасаясь мести, А. убил М. суд, сославшись на то, что между А. и М. существовали неприязненные отношения в связи с убийством родственником А. родственника М., признал, что убийство подпадает под признаки п. «е1» ч.2 ст. 105 УК РФ. Президиум Верховного суда отменил приговор и предложил выяснить ряд обстоятельств, указав при этом, что убийство на почве кровной мести может быть признано убийство по мотиву мести, если эта месть является пережитком местных обычаев. Следует добавить, что, как видно из обстоятельств предшествующих убийству, наоборот А. опасался кровной мести со стороны М., значит, это убийство было совершено в связи с кровной местью, а не по мотивам кровной мести. При новом рассмотрении действия А. были квалифицированны по ч.1 ст. 105 УК РФ.1


3.8 Убийство, совершенное группой лиц, группой лиц по предварительному сговору или организованной группой


В Обзоре судебной практики Верховного Суда РФ за четвертый квартал 2000г. имеется следующее разъяснение Президиума Верховного Суда РФ: «Преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном его совершении, независимо от того, что некоторые из участвовавших не были привлечены к уголовной ответственности в силу недостижения возраста уголовной ответственности или ввиду невменяемости»1.

Квалификации подлежат действия субъекта уголовного права, а не лиц, не подпадающих под уголовную ответственность в силу законных оснований. Однако деяние субъекта преступления необходимо оценивать с учетом всех имеющихся обстоятельств дел и того, что он действовал в составе группы лиц.

Мнения ученых, отрицающих возможность квалификации действии субъекта как совершенных в составе группы лиц в случае, когда только один из участников преступления является его субъектом, как правило, строятся на следующем, что невменяемые (малолетние и т. д.) не являются субъектами уголовного права, поэтому они не могут совершать преступления. Субъект преступления, действуя совместно с не субъектами, не совершает преступления в составе группы, поскольку иные лица преступления не совершают. Нельзя совершить совместного преступления с тем, кто преступление не совершает.

Субъект, совершающий убийство совместно с лицами, не подлежащими уголовной ответственности, тем не менее, значительно увеличивает свои возможности для достижения преступного результата. Такие лица облегчают субъекту уголовного права совершение преступления, а может быть, и еще успешнее манипулировать, например, группой малолетних значительно проще, чем группой взрослых людей, а физически они могут оказаться даже более развитыми, чем иные взрослые.

Важно обратить внимание и на то, что потерпевшему безразлично, являются ли субъектами уголовного права или нет, лица, причиняющие ему смерть. Увеличение количества посягающих, значительно уменьшает его возможности на сопротивление.

Таким образом, можно утверждать, что имеются все объективные и субъективные основания для квалификации убийства, совершенного виновным совместно с лицами, которые по каким-либо причинам не были признаны субъектами уголовного права, по п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Для квалификации содеянного как убийства, совершенного группой лиц по предварительному сговору, необходимо установление предварительного сговора между соисполнителями на убийство потерпевшего.

Сговор можно определить как соглашение на объединение усилий с целью убийства потерпевшего. Предварительность сговора означает, что участвующие в преступлении лица договорились об убийстве потерпевшего до того момента, как они приступили к непосредственному лишению его жизни, т.е. на стадии приготовления, до начала стадии покушения. На стадии покушения возможно лишь присоединение к уже совершаемому преступлению.

На стадии приготовления к убийству виновные умышленно создают благоприятные условия для достижения преступного результата, подыскивают соучастников, орудия убийства, намечают мероприятия по сокрытию следов преступления и т. д. На стадии покушения производятся умышленные действия, непосредственно направленные на лишение потерпевшего жизни.

Поэтому, если один субъект уже начал выполнять объективную сторону преступления, т. е. лишать потерпевшего жизни, а второй присоединился к нему в этот момент, то убийство не может быть квалифицировано как совершенное по предварительному сговору. Однако если будет установлено, что между соисполнителями была достигнута договоренность об убийстве потерпевшего ранее, то содеянное может быть квалифицировано и в этом случае как совершенное по предварительному сговору группой лиц.

Сам сговор на убийство может состояться как задолго до совершения преступления, так и непосредственно перед лишением потерпевшего жизни. С точки зрения закона безразлично, когда именно лица договорились о совершении убийства, главное, что это произошло до начала выполнения объективной стороны. В обзорах Верховных Судов СССР, РСФСР, РФ не раз отмечалось, что наиболее распространенной ошибкой, влекущей за собой неверную квалификацию преступления, является неточное установление признаков соисполнительства и соучастия при убийстве потерпевшего.

Применительно к понятию группы лиц в ст. 35 УК РФ обращено внимание на то, что преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора. В то же время относительно преступления, совершенного группой лиц по предварительному сговору, указывается, что преступление признается таковым, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном его совершении. И ничего не говорится о виде соучастников, образующих группу лиц по предварительному сговору.

Убийство по предварительному сговору может быть совершено в результате объединения как нескольких лиц, из которых только один был непосредственным исполнителем, так и нескольких соисполнителей. Иначе говоря, необходимо различать понятия «соучастие в убийстве» и «соисполнительство в убийстве».

Кроме того, может быть и соучастие в убийстве, совершенном по предварительному сговору группой лиц. Понятие «соучастие» включает в себя все случаи совместного совершения преступления несколькими лицами, но это не означает, что нет необходимости на законодательном и правоприменительном уровнях дифференцировать формы соучастия в преступлении. Если следовать логике авторов критикуемой нами точки зрения, выделение видов и форм соучастия оказывается вообще излишним. Например, В. Иванов предлагает следующую редакцию

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: