Южно-Курильская территориальная проблема
В Азии имеется территориальный конфликт вокруг островов Сиша (Парасельские острова) и Наньша (острова Спратли). Остается неурегулированным территориальный конфликт между Индией и Пакистаном вокруг Кашмира, который возник и продолжается с того времени, когда образовались эти два государства, причем часто между ними вспыхивают вооруженные столкновения177.
Существуют споры: о сухопутной государственной границе между Китаем и Вьетнамом, об одном районе — между Вьетнамом и Камбоджой, о принадлежности трех островов между Ираном и Объединенными Арабскими Эмиратами. До сих пор окончательно не разрешен территориальный вопрос, связанный с Палестиной, несмотря на то что по нему проводятся консультации178.
В 1963 году Индия с применением вооруженных сил освободила португальскую территорию Гоа. В 1982 году была предпринята попытка разрешения территориального спора о Фолклендских (Мальвинских) островах с применением вооруженных сил, которая была похожа на войну между Англией и Аргентиной. Такого рода действия представляются ни в коем случае нежелательными179.
Существуют три основных способа разрешения территориальных вопросов:
консультации между заинтересованными сторонами,
обращение в Международный суд ООН или к посредничеству третьей стороны,
применение силы оружия.
Первым способом были возвращены Гонконг, Макао и Панамский канал. В случае если территориальный конфликт затрагивал сравнительно небольшую по площади территорию, заинтересованные стороны нередко эффективно использовали решения Международного суда ООН, который упомянут в качестве второго способа решения таких споров180.
К настоящему времени Международный суд ООН разрешил конфликт вокруг принадлежности храма Преах Виехар между Таиландом и Камбоджой, конфликт вокруг принадлежности островов Менкье и Экреос между Великобританией и Францией, островов в южной части пролива Бигля между Чили и Аргентиной. Что же касается третьего способа разрешения, то совершенно необходимо, чтобы к нему не прибегали вообще181.
В сравнении с такого рода территориальными проблемами в различных районах мира, вопрос о Северных территориях в российско-японских отношениях имеет следующие характерные особенности:
он представляет собой случай, при котором право на владение территорией сопряжено с переходом территории от одного государства к другому и носит сложный характер;
этот случай не является таким, при котором территориальный вопрос окончательно разрешен в законном порядке на основе договора или соглашения;
он не является случаем, когда пределы территорий четко не определены.
Японо-советские отношения изменились, когда у власти в Советском Союзе был М.С. Горбачев. Советский Союз был многонациональным государством. Провозглашение 12 июня 1990 г. декларации о суверенитете РСФСР стало первым шагом на пути распада Советского Союза182.
Положил начало этому распаду Б.Н. Ельцин, бывший в то время Председателем Верховного Совета РСФСР. В январе 1991 года, при попытке подавления движения за независимость Литвы, президент СССР М.С. Горбачев направил туда войска Министерства внутренних дел и применил силу во время конфликта вокруг телевизионного центра в столице Литвы Вильнюсе.
Бывший в то время Председателем Верховного Совета РСФСР, Б.Н. Ельцин прилетел на самолете в Эстонию и, созвав совещание руководителей трех балтийских государств, подверг резкой критике применение Москвой силы, тем самым, открыв путь к провозглашению этими странами права на национальное самоопределение.
Следующим этапом стал путч, организованный в августе 1991 г. группой консерваторов для того, чтобы предотвратить распад Советского Союза и “силой” сохранить советскую систему. Позиция президента М.С. Горбачева была неопределенной и нетвердой. Председатель Верховного Совета РСФСР Б.Н. Ельцин, проявив смелость, оказал сопротивление путчистам и сосредоточил всю власть в стране в своих руках.
После этого, 8 декабря 1991 года высшие руководители трех славянских стран — России, Украины и Белоруссии — провозгласили роспуск Союза Советских Социалистических Республик и создание Содружества независимых государств (СНГ). В результате этого 25 декабря 1991 года Советский Союз был официально распущен и М.С. Горбачев утратил пост президента СССР. Россия (СССР), со времени основания своей империи на протяжении нескольких веков расширявшая свою территорию, потеряла 14 республик.
Площадь утраченных республик составила одну четвертую часть территории Советского Союза. Ее население уменьшилось в два раза и составило 148 млн. человек. Президент СССР М.С. Горбачев до самого последнего времени был за сохранение Советского Союза183.
Советский руководитель официально заявлял: “У Советского Союза нет лишних территорий”184. И это высказывание свидетельство того, что, очевидно, до самого последнего момента перед своей отставкой у него не было намерения возвратить Японии Северные территории.
Совершенно очевидно, что возвращение Японии Северных территорий разожжет пожар территориальных конфликтов России с другими соседними государствами. Сокращение территории государства принесет отрицательный результат.
Если вопрос о Северных территориях поставить на обсуждение за столом переговоров, то это станет началом цепной реакции территориальных притязаний со стороны других государств, с которыми территориальные вопросы после второй мировой войны уже окончательно разрешены. Это веский аргумент, который является одной из причин отказа России от переговоров с Японией185.
Одновременно с этим, на совещании “большой семерки” в Хьюстоне в 1990 г. в заявлении председателя было сказано, что он “выражает поддержку скорейшему разрешению вопроса о Северных территориях, которое является неотъемлемой частью прогресса японо-советских отношений”186.
В 1991 году в заявлении председателя совещания на высшем уровне в Лондоне было записано: “Мы надеемся, что новые формы международного сотрудничества найдут свое отражение в Азии так же, как и в Европе. Полная нормализация российско-японских отношений, включая разрешение вопроса о Северных территориях, вероятно, внесет большой вклад в это дело187”.
Кроме того, в 1992 г. в политической декларации совещания на высшем уровне в Мюнхене было записано: “Мы приветствуем обязательства России проводить внешнюю политику на основе принципов законности и справедливости. Мы верим, что это обязательство России станет основой для полной нормализации российско-японских отношений, включая территориальный вопрос”.
3-5 сентября 2000 г. состоялся официальный визит Президента Российской Федерации В.В.Путина в Японию. В ходе пребывания в Токио Президент России встретился с Императором Японии Акихито, провел переговоры с Премьер-министром Японии Ё.Мори и совместную пресс-конференцию с ним, встречу с лидерами делового мира Японии, а также беседы с рядом влиятельных японских политических деятелей.
В результате переговоров на высшем уровне удалось значительно продвинуть отношения с Японией в направлении реального партнерства. При этом было подтверждено, что отношения между Россией и Японией имеют в современных условиях важное стратегическое и геополитическое значение для каждой из сторон188.
В данном контексте по итогам визита зафиксирован целый ряд масштабных договоренностей по дальнейшему поступательному развитию российско-японских отношений во всем их комплексе. Будет активно продолжен политический диалог на высшем уровне. Президент России и Премьер-министр Японии договорились о проведении по крайней мере один раз в год официальных встреч на высшем уровне для обсуждения основных вопросов двусторонних отношений.
Состоялось обстоятельное и откровенное обсуждение проблемы мирного договора, включая аспект пограничного размежевания. По итогам подписано Заявление Президента России и Премьер-министра Японии по проблеме мирного договора.
В нем отмечается, что после Красноярской договоренности от ноября 1997 г. ("приложить максимум усилий с целью заключения мирного договора к 2000 году") был достигнут целый ряд позитивных результатов, в частности, в плане углубления связей и контактов в районе южных Курил (реализуется соглашение о японском рыболовном промысле в районе островов, выполняется договоренность о посещениях островов по максимально упрощенной процедуре японскими гражданами - их бывшими жителями и др.).
Наряду с этим признано необходимым продолжить усилия по реализации Красноярской договоренности и закреплению ее позитивных результатов. Высказано обоюдное согласие продолжить переговоры с целью выработки мирного договора "путем решения вопроса о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи", опираясь на все достигнутые до сих пор договоренности, в том числе Токийскую декларацию 1993 г. и Московскую декларацию 1998 г. Наряду с этим высказано стремление повысить эффективность переговорного процесса189.
С российской стороны было заявлено о действенности Совместной декларации СССР и Японии 1956 г., поскольку она прекратила состояние войны между двумя странами, восстановила дипломатические отношения и предусматривала продолжение переговоров по мирному договору.
С российской стороны была подчеркнута оптимальность предлагаемой нами формулы решения проблемы пограничного размежевания: продолжение переговоров в обстановке широкого поступательного развития российско-японских отношений в целом, включая связи и контакты в районе островов (по итогам визита, в частности, подписана Программа российско-японского сотрудничества по развитию совместной хозяйственной деятельности на южных Курилах).
С японской стороны была подтверждена известная официальная позиция Японии по вопросу о принадлежности островов, однако отмечено стремление решить проблему таким образом, чтобы это не разделяло, а сближало народы наших стран. Таким образом, переговоры по мирному договору закреплены в русле спокойного и откровенного диалога, не отягощающего общую политическую атмосферу и позитивную динамику российско-японских отношений190.
С 1 января 2000 года исполнять обязанности Президента России стал В. В. Путин. Выборы Президента были назначены на 26 марта того же года. В Японии не сомневались в победе В. В. Путина на президентских выборах. Поэтому с японской стороны сразу же были предприняты шаги по установлению контактов с новым главой российского государства. 28 января состоялся телефонный разговор премьер-министра К. Обути с В. В. Путиным. Оба руководителя подтвердили, что все двусторонние договоренности, достигнутые в «эпоху Б. Н. Ельцина», сохраняют свою силу. Японский премьер выразил пожелание, чтобы визит В. В. Путина в Японию состоялся как можно скорее, но, естественно, после президентских выборов191.
С российской стороны возражений относительно визита в Японию и встречи на высшем уровне не последовало. Вместе с тем было подчеркнуто, что до завершения президентских выборов вести речь о конкретных сроках реализации вышеизложенных мероприятий было бы, по очевидным причинам, преждевременно.
На следующий день после президентских выборов в России, т. е. 27 марта, К. Обута, позвонив по телефону В. В. Пугану, поздравил его с победой, избранием президентом, а также сообщил, что направляет в Москву своего специального представителя для согласования времени и места проведения встречи лидеров двух стран. В качестве специального представителя был выбран Мунэо Судзуки, который в то время занимал важный пост в либерально-демократической партии и курировал вопросы отношений с Россией.
2 апреля появились сообщения о тяжелой болезни премьер-министра К. Обути, его госпитализации.
Несмотря на болезнь премьер-министра, М. Судзуки 3 апреля вылетел в Москву 4 апреля находившемуся в Москве М. Судзуки позвонил генеральный секретарь либерально-демократической партии Ёсиро Мори и сообщил, что премьер-министр находится в бессознательном состоянии, не может исполнять свои обязанности. Он просил М. Судзуки передать Президенту В. В. Путину о своем намерении, если его изберут главой японского правительства, посетить Россию. В тот же день М. Судзуки был принят главой российского государства192.
Впоследствии М. Судзуки дал интервью, в котором сообщил, что в ходе разговора с В. В. Путиным он информировал о намерении Ё. Мори в случае его избрания премьер-министром посетить Россию. При этом добавил: «Обычно премьер-министр Японии после своего назначения на этот пост прежде всего направляется в США, а Ё. Мори избрал поездку в Россию». По словам М. Судзуки, это произвело глубокое впечатление на Путина и он сказал: «В период с 28 по 30 апреля у меня были предусмотрены другие мероприятия, но теперь я хочу изменить график и пригласить нового премьер-министра». Так была достигнута договоренность о встрече В. В. Путин-Ё. Мори, которая прошла в Санкт-Петербурге 28-29 апреле193.
На беседах в Санкт-Петербурге оба руководителя подтвердили стремление развивать в стратегическом и геополитическом планах российско-японские отношения, осуществлять широкомасштабное экономическое сотрудничество, двигаться к заключению мирного договора, руководствуясь ранее достигнутыми договоренностями. С российской стороны прозвучало важное предложение — создавать совместными усилиями базис для решения проблемы мирного договора.
Этим базисом должна стать абсолютная моральная готовность российского и японского общественного мнения воспринять те решения, которые стороны выработают в будущем.
Было согласовано, что официальный визит Президента России в Японию состоится в конце августа 2000 года. Однако визит состоялся не в августе, а 3-5 сентября. До этого в двадцатых числах июля Президент В. В. Путин уже побывал в Японии, приняв участие в саммите «восьмерки» на Окинаве.
Проведенные в Токио официальные переговоры В. В. Путина и Ё. Мори завершились весомыми результатами, свидетельствующими о последовательном движении двух стран к реальному партнерству.
Переговоры были сфокусированы на таких ключевых аспектах, как стратегическое сотрудничество в мировых делах, развитие двусторонних торгово-экономических связей и проблема мирного договора. По каждому из этих аспектов был достигнут определенный прогресс194.
Президент и премьер-министр впервые в истории двусторонних отношений подписали Совместное заявление о взаимодействии России и Японии в международных делах. Этот документ фиксирует общие подходы сторон, заключающиеся в признании необходимости совместных усилий для становления нового мироустройства с сохранением многообразия национальных, духовных и иных ценностей различных государств, осознании актуальности задачи продвижения процесса ядерного разоружения, включая сохранение и укрепление Договора по ПРО как краеугольного камня стратегической стабильности, понимании важности укрепления главной роли ООН в поддержании международного мира и безопасности195.
Показательно, что в Совместном заявлении стороны не просто суммируют совпадающие или близкие подходы, но идут дальше, к реальной взаимной поддержке в вопросах, представляющих взаимный интерес. Так, Япония заявила о важности интеграции России во Всемирную торговую организацию и о готовности сотрудничать с нашей страной в деле продвижения процесса решения вопроса об участии России в переговорном механизме Азия—Европа (АСЕАМ). Россия же пошла в Совместном заявлении на принципиально важный для Японии шаг — выразила поддержку кандидатуры Японии в постоянные члены Совета Безопасности ООН, учтя при этом, что вхождение в число постоянных членов СБ является одной из важнейших стратегических целей японской дипломатии196.
Одним из весомых итогов визита В. В. Путина в Токио стало подписание высшими руководителями России и Японии Программы углубления сотрудничества в торгово-экономической области между двумя странами. Этот документ, расширяющий «План Б. Н. Ельцина—Р. Хасимото», определяет основные направления российско-японского сотрудничества в экономической сфере: поощрение взаимной торговли и японских инвестиций в российскую экономику; взаимодействие в освоении энергоресурсов Сибири и Дальнего Востока в целях стабилизации энергоснабжения в АТР; транспорт, наука и технологии, атомная энергетика, освоение космоса, содействие интеграции российской экономики в мирохозяйственные связи, поддержка экономических реформ в России, включая подготовку кадров для рыночного хозяйства.
В качестве конкретных результатов, достигнутых после красноярской встречи, в заявлении указывается на создание совместной комиссии по вопросам заключения мирного договора, подкомиссий по пограничному размежеванию и совместной хозяйственной деятельности, заключение соглашения о японском рыболовном промысле в акватории Южных Курил, достижение договоренности о максимально облегченных поездках на острова японских граждан - их бывших жителей197.
Причем 4 сентября была подписана программа российско-японского сотрудничества о развитии совместной хозяйственной деятельности на островах, предполагающая реализацию на первом этапе проектов сотрудничества в области культивирования некоторых видов морских живых ресурсов, переработки объектов вылова. При этом было зафиксировано, что поэтапное развитие совместной хозяйственной деятельности будет направлено на укрепление взаимопонимания и доверия между Россией и Японией в данном районе, создание благоприятных условий для продвижения переговоров по мирному договору и улучшению общей атмосферы в российско-японских отношениях198.
Руководствуясь стремлением повысить эффективность переговорного процесса, стороны приняли решение разработать новые меры по ускорению работы Совместной российско-японской комиссии по вопросам заключения мирного договора, издать новый совместный сборник документов МИД России а МИД Японии по истории территориального размежевания, принять меры по разъяснению общественности двух стран важности заключения мирного договора между Россией и Японией.
Таким образом, заявление Президента России и премьер-министра Японии показало, что со времени красноярской договоренности стороны не стояли на месте, а добились достижения весьма важных, нередко уникальных в международной практике договоренностей. Заявление закрепляло стороны на позиции продолжения доверительных, заинтересованных и откровенных переговоров с целью поиска взаимоприемлемого решения.
В. В. Путин и Ё. Мори не только подписали указанное заявление, но сделали и ряд важных высказываний.
Премьер-министр озвучил важную мысль о том, что если в эпоху «холодной войны» островная проблема олицетворяла конфронтацию двух стран, то теперь данный вопрос следует решать таким образом, чтобы это не разделяло, а, наоборот, сближало народы России и Японии.
Президент России подтвердил действенность для российской стороны Совместной декларации 1956 года во всем ее объеме, включая статью девятую — «территориальную». Признание действенности Совместной декларации в столь четкой форме было сделано российской стороной впервые199.
Вместе с тем российская сторона не пошла на включение в Заявление по проблемам мирного договора этой позиции, хотя японская сторона настаивала на этом. Было лишь дано согласие придать огласке заявление Президента России о действенности Совместной декларации, что японская сторона и сделала на брифинге для японских средств массовой информации200.
Подтверждение Президентом России обязывающей юридической силы для российской стороны Совместной декларации 1956 года явилось очередным шагом к поиску компромиссного решения территориальной проблемы, посылало «сигнал» японской стороне— «теперь очередь за вами»201.
После сентябрьской встречи на высшем уровне в Японии оживились дебаты относительно того, как реагировать на заявление Президента России о действенности Совместной декларации 1956 года.
Мнения разделились. Те, кто выступал за разработку «промежуточного договора», увидели в этом дополнительную аргументацию в пользу своей позиции. Если, рассуждали они, удастся договориться о «первоочередной передаче двух островов» на основе Совместной декларации 1956 года, а также определить сроки и условия передачи двух других островов, то этот «поэтапный подход» следует использовать.
Несогласные с таким подходом утверждали, что, согласившись с «поэтапным подходом», японская сторона может попасть в ловушку - российская сторона может переиграть японских участников переговоров по мирному договору и все закончится в лучшем случае передачей только двух островов202.
Примечательно, что по итогам опроса общественного мнения, проведенного в сентябре 2000 года в Японии газетой «Нихон кэй-дзай», 32 процента опрошенных высказались за «одновременное возвращение четырех островов», а 34 процента - за «скорейшее возвращение хотя бы двух островов». По оценке газеты, данные опроса свидетельствовали «об усилении голосов тех, кто выступает за поиски реалистических путей к урегулированию»203.
Однако в конечном итоге японская позиция была сформулирована в том духе, что, поскольку в Совместной декларации зафиксировано согласие на передачу Японии островов Хабомаи и Шикотан, то предметом дальнейших переговоров должны стать острова Кунашир и Итуруп.
Аргументация же российской позиции сводилась к тому, что, согласно статье девятой Совместной декларации, острова Хабомаи и Шикотан будут переданы Японии только после заключения мирного договора. При этом об островах Кунашир и Итуруп в декларации ничего не говорится. Более того, советская сторона, выражая готовность передать Японии два острова, в то время не считала японские претензии на них законными справедливыми, а шла навстречу пожеланиям Японии и учитывала интересы японского государства, руководствуясь проявлением доброй воли.
Отсюда следовал вполне обоснованный вывод — статья девятая Совместной декларации предусматривает «окончательное решение» территориального вопроса путем передачи двух островов. Однако, поскольку японская сторона с этим не согласна» то, очевидно, требуются углубленные дискуссии по тому, как стороны толкуют «территориальную статью» Совместной Декларации.
2000 год подходил к концу, а ясности о том, как продолжать переговоры по мирному договору после установленной в Красноярске даты, не было. В целом у обеих сторон было понимание, что заключить мирный договор к обозначенной дате невозможно, но для того, чтобы не потерять достигнутое, следует принять новое Совместное заявление, которое было бы шагом вперед по сравнению с сентябрьским заявлением по итогам токийской встречи в верхах.
На беседе В. В. Путина и Ё. Мори в Брунее во время саммита АТЭС 16 ноября была достигнута договоренность провести неформальную встречу двух лидеров в Иркутске и подготовить к ней принятие нового Совместного заявления204.
Началась подготовка к иркутской встрече, которая шла в привычном режиме — переговоры министров (в середине января 2001 года Москву посетил министр иностранных дел Е. Коно), заместителей министров иностранных дел (в марте 2001 года), многочисленные беседы на рабочем уровне дипломатов двух стран205.
Японские представители, прежде всего министр Ё. Коно, подчеркивали главный тезис японской позиции - предметом переговоров являются четыре острова, и японская сторона не пойдет на заключение мирного договора, если в нем будет решен вопрос только об островах Хабомаи и Шикотан. Иными словами, Япония добивается передачи четырех островов. Российская сторона также не меняла своей позиции, в том числе по толкованию Совместной декларации 1956 года.
В Иркутске 25 марта состоялась шестая встреча лидеров двух стран за период менее чем 12 месяцев. Это был своеобразный рекорд. В ходе переговоров было подтверждено, что российско-японские отношения и впредь будут развиваться одновременно по трем генеральным, приоритетным направлениям — стратегическое взаимодействие на международной арене, сотрудничество в торгово-экономической и научно-технической сферах, переговоры по мирному договору.
Что касается переговоров по мирному договору, то российская сторона отмечала приверженность Совместной декларации 1956 года, а японская - подчеркивала свою позицию в пользу решения судьбы четырех островов. В то же время японская сторона давала понять, что не исключает возможности «параллельного» обсуждения вопроса о Хабомаи и Шикотане на основе Совместной декларации 1956 года и вопроса о принадлежности островов Кунашир и Итуруп. С российской стороны какой-либо конкретной реакции на это не последовало206.
Иркутское заявление - единственный документ, который подписали В. В. Путин и Ё. Мори 25 марта 2001 года по итогам своей встречи.
В чем его смысл.
Во-первых, после истечения "красноярского срока" необходимо было определить дальнейшее продвижение переговоров по мирному договору. Это и было сделано.
Во-вторых, дается высокая оценка работы по реализации красноярской договоренности, которая принесла весомые результаты и созидательный потенциал, который необходимо поддерживать и впредь.
В-третьих, стороны согласились ускорить дальнейшие переговоры с целью заключения мирного договора путем решения вопроса о принадлежности островов Итуруп, Кунашир, Хабо-маи и Шикотан.
В-четвертых, фиксируется договоренность вести эти переговоры на основе всех принятых документов, включая Совместную декларацию СССР и Японии 1956 года.
В Иркутском заявлении— впервые за 45 лет в совместном Двустороннем документе — упоминается Совместная декларация СССР и Японии 1956 года как базовый юридический документ, положивший начало процессу переговоров о заключении мирного Договора после восстановления дипломатических отношений между двумя странами207.
В 2001 г. вышла книга "Россия и Япония: пропущенные вехи на пути к мирному договору" (М., БИМПА). В ней есть тезис о военно-стратегическом значении для России спорных островов, при этом в тональности "холодной войны" расписывается угроза нападения на Россию с данного направления и даже рисуется конкретный план вооруженного вторжения Японии на Кунашир, фрагмент которого для большего страха дословно воспроизводится дважды, правда, с путаницей - документ называется принадлежащим то опергруппе-88, то опергруппе-77.
Чего стоит, например, такой пассаж: "...в процессе развития японо-американского военного сотрудничества на море и на суше остров Хоккайдо превратился в основной военный плацдарм для развертывания постоянно совершенствуемых вооруженных сил Японии в соответствии с их оперативными планами десантирования на Курильских островах". Или: "Что же касается того, преследует ли какие-либо военные цели развернутая в Японии кампания за возвращение ей Южных Курил, то, независимо от того, ставят ли официально ее руководители такие цели или не ставят, нет никаких сомнений, что объективно она им служит"208.
В том же году Институтом Дальнего Востока РАН была издана книга "Вызовы и угрозы национальной безопасности России в Азиатско-Тихоокеанском регионе", где соруководителем проекта выступает директор института М.Л. Титаренко.
В ней, в частности, о территориальной проблеме говорится следующее: "можно ожидать некой этапности в попытках Японии решить указанную проблему, когда вначале усилия будут сосредоточены на овладении лишь Южными Курилами или даже только островом Шикотан с группой островов Хабомаи, затем всех Курил и, возможно, Южного Сахалина, так как на японских картах и сейчас все эти территории обозначаются как спорные". Метод "овладения" становится ясен из утверждения, что "Япония уже сегодня располагает достаточными ресурсами для чисто военного решения этого вопроса"209.
И резюме: "Таким образом, в районе Курильских островов налицо усугубление военной опасности для России, которая при определенных условиях, причем в достаточно сжатые сроки, может перерасти в непосредственную угрозу территориальной целостности нашей страны"210.
В июне 2002 года министр иностранных дел Японии Йорико Кавагучи прибыла во Владивосток, где выразила заинтересованность ее страны в строительстве нефтепровода из Восточной Сибири в Азиатско-Тихоокеанский регион. Она подчеркнула, что две экономики могли бы взаимно дополнять друг друга, поскольку «растущий экспорт российских энергоносителей в Японию ведет к росту экономической взаимозависимости и доверия»211.
Что же изменилось? Почему вдруг зазвучали обнадеживающие нотки? Во-первых, как уже говорилось выше, Япония отделила экономику от политики, а во-вторых, в свете событий на Ближнем Востоке более настоятельной оказалась потребность в диверсификации источников энергии.
К 2003-му был разработан «план действий», основанный на стремлении развивать двусторонние отношения по «самому широкому спектру вопросов». Главная идея заключалась в том, чтобы выстраивать взаимоотношения на базе задач, поставленных Ельциным и Хасимото: углубление политического диалога, консультации о мирном договоре, сотрудничество в международных делах, торгово-экономическое сотрудничество, взаимодействие в военной сфере и в области безопасности. Премьер-министр Японии Дзюнъитиро Ко-идзуми назвал данный план «дорожной картой», которая позволит двум сторонам развивать и углублять отношения в рамках отдельных договоров по ключевым вопросам.
Глава российского МИДа Сергей Лавров продолжил жесткую линию по вопросу Южных Курил, настаивая на том, что Россия вернет лишь Хабомаи и Шикотан. Российские официальные лица считают эту позицию компромиссом, однако Токио выступает против любой сделки, которая не предусматривала бы возвращение всех четырех островов. С другой стороны, в экономической сфере именно Россия должна доказать Японии, что способна создать цивилизованную деловую среду для японских инвестиций на Дальнем Востоке. Как подчеркивает российский исследователь Василий Михеев, если отечественный бизнес не желает инвестировать в российский Дальний Восток, то почему этого должны хотеть японцы.
Несколько просветов на горизонте все же появились. В 2003 году Россия и Япония подписали двухмиллиардный контракт на строительство крупнейшего в мире завода по сжижению природного газа на Сахалине («Сахалин-1»). Продукция будет транспортироваться в Японию начиная с 2007-го, но потребность всего региона в сжиженном природном газе (СПГ) явно растет212. Японское правительство лоббирует сооружение еще одного предприятия по сжижению газа, которое соединит «Сахалин-1» с островом Хоккайдо. Если такое произойдет, то, как отмечает аналитик из ИМЭМО Эдуард Гребенщиков, «это первое частное предприятие газовой отрасли в истории России станет первой линией, которая свяжет Японию с другой страной, и этой страной окажется Россия». Благодаря сахалинским энергоресурсам Япония рассчитывает сократить свою зависимость от поставок арабской нефти с 90 % до 80 %, а затем — с помощью восточносибирских ресурсов — до 60 %.
Где-то в середине 2004 года возникло ощущение, что наши японские партнеры явно взяли курс на более активную и даже нажимную постановку в диалоге с Россией территориального вопроса, акцентировку необходимости ускорения переговоров с целью решения проблемы пограничного размежевания. При этом, однако, всячески подчеркивалось, что речь идет о решении в соответствии с известной крайней позицией японской стороны, то есть о "возвращении" Японии в конечном счете островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи213.
Следует отметить, что какой-либо готовности к встречному движению и компромиссу с японской стороны не просматривалось, а рамки возможной "гибкости подавались следующим образом: в случае признания суверенитета Японии над всеми "четырьмя северными островами" японская сторона могла бы гибко подойти к вопросу о форме и сроках их фактической передачи.
Обратило на себя внимание то, что, подтверждая большую важность для Японии отношений с Россией и намерение прилагать дальнейшие усилия к их поступательному развитию на основе "Плана действий", японская сторона, тем не менее, на самом высоком официальномуровне проводила мысль о том, что подлинно стремительное и масштабное продвижение российско-японских отношений вперед, предание им характера стратегического партнерства возможно только в случае решения островной проблемы на базе упомянутой выше позиции Токио.
Следует отметить, подобное усиление дипломатического давления на Россию в связи с территориальным вопросом сопровождалось целым рядом демонстративных политико-пропагандистских акций, получавших широкое освещение в японских и зарубежных СМИ. Центральной среди них стал так называемый ''визуальный осмотр" Южных Курильских островов