Xreferat.com » Рефераты по истории » Историко-правовой анализ реформирования вооруженных сил Российской империи в период буржуазных реформ второй половины XIX в.

Историко-правовой анализ реформирования вооруженных сил Российской империи в период буржуазных реформ второй половины XIX в.

управлении военным департаментом» и «О правилах, по коим должны главнокомандующие управлять армиями в мирное время» - система центрального военного управления была изменена3. В соответствии с указами высшим органом военного управления стал Главный штаб Его Императорского Величества, которому военный министр непосредственно был подчинен. Начальник Главного штаба имел свою собственную канцелярию и «…был единственным докладчиком по всем военным делам при государе императоре, он непосредственно ведал «фронтовыми» делами, а министр ведал лишь хозяйственной частью»4. Несмотря на то, что Главный штаб объявлялся средоточием, «в котором соединяются все части военного управления в высшем их отношении»5, на практике единовластие в военном ведомстве оказалось абсолютно нарушенным.

Нарушение единства в руководстве сухопутными силами осложнялось и тем, что право личного доклада императору имели генерал-фельдцейхмейстер и генерал-инспектор по инженерной части. С введением этих двух высших должностей дела по управлению артиллерией и инженерной службой были разделены между лицами, возглавлявшими эти должности, и начальником Главного штаба и военным министром. С 1817 г. совершенно независимо от общего военного управления стали развиваться две структуры – Управление военно-учебными заведениями и Главный штаб е.и.в. по военным поселениям1.

Такая система военного управления просуществовала до 30-х гг. XIX в.2 В 1832 г. в соответствии с проектом, предложенным князем А.И. Чернышевым, Главный штаб е.и.в. и Департамент военных поселений были включены в состав Военного министерства3. В результате преобразований «…было достигнуто значительное упрощение в устройстве военного управления; дела «фронтовые» и хозяйственные сосредоточились все в Военном министерстве, и прежняя двойственность сохранилась лишь в управлении артиллерией и инженерными войсками; …военно-учебные заведения по-прежнему остались вовсе изъяты из ведения Военного министерства»4.

Новым принципом функционирования системы центрального военного управления явилось сочетание единоначалия и коллегиальности. В соответствии с этим принципом все дела, рассматриваемые в Военном министерстве, разделились на два рода. К первому относились вопросы исполнительной части военного ведомства, находившиеся в компетенции Генерального штаба и департаментов - инспекторского, медицинского, военных поселений и Военно-ученого комитета. Управление этими учреждениями осуществлялось исключительно по принципу единоначалия и лично военным министром.

Военный совет, будучи достаточно самостоятельным органом, рассматривал наиболее важные дела. Он обладал «…правом постановлять окончательное решение по разным вопросам, затрагивающим лишь интересы одного военного ведомства»1. Военный министр, будучи председателем Военного совета, не только не имел права аннулировать его решение, но и не мог обращаться в вышестоящие органы с просьбой об их отмене2. Наряду с Военным советом, Генеральным штабом и департаментами в состав центрального военного управления входили генерал-аудиторат – высший военно-судебный орган и единая канцелярия военного министра.

В 1836 г. императором были утверждены новые правовые акты по руководству военным ведомством: «Учреждения Военного министерства» и «Положение о порядке производства дел в Военном министерстве»3. В основу деятельности Военного министерства был положен принцип крайней централизации. Это нашло отражение в отношении не только к местным органам, но даже и к структурным частям министерства.

В дореформенный период законодательство об управлении военно-сухопутными силами Российской империи представляло собой совокупность нормативных актов в виде утверждавшихся императором приказов по военному ведомству и положений, кодифицированных в Своде военных постановлений 1838 г. Так, в Своде военных постановлений военному управлению была посвящена книга первая.

Положение о Военном министерстве 1836 г. действовало без всяких изменений до 1855 г. В соответствии с ним центральное военное управление состояло из Главного штаба е.и.в., Военного совета, генерал-аудитора, канцелярии министерства, 9 департаментов.

Главный штаб е.и.в., упраздненный в 1832 г., фактически не существовал в мирное время и числился в составе Военного министерства номинально до 1865 г.4 Он состоял из: военного министра, инспекторов по инженерной части и артиллерии, начальника Военно-походной канцелярии е.и.в., генерал-квартирмейстера, дежурного генерала, командующего Императорской главной квартирой, генерал-адъютанта, генералов свиты Его Величества, флигель-адъютанта, коменданта Императорской главной квартиры, генерал-вагенмейстера, капитана над вожатыми, обер-священника и военно-походного шталмейстера.

Военный совет предназначался «…для дел военного законодательства и военного казначейства…»1. По делам законодательным решения Совета представлялись непосредственно на утверждение императору, минуя Государственный совет. Этот орган непосредственно подчинялся верховной власти. Указывалось, что «…никакое правительственное место или лицо Совету предписаний не дает и отчета от него требовать не может»2. Председателем его являлся военный министр. Помимо него в состав совета входили шесть членов, назначаемых «по особым повелениям».

Генерал-аудиторат возглавлялся генерал-аудитором, являвшимся главным военным прокурором. Данный орган состоял из шести членов и был высшей судебной инстанцией, а также инстанцией надзора. На него возлагались обязанности разработки законоположений по военно-судной части3.

Канцелярия военного министра осуществляла переписку и производство дел Военного совета, а также выполняла роль связующего звена между министром и составными частями министерства4. Канцелярия была учреждена 1 мая 1832 г., а «Положение о Военном министерстве» от 29 марта 1836 г. окончательно закрепило ее в составе Военного министерства и установило ее организацию: 3 отделения, особая экспедиция, общая регистратура и экзекуторская часть, а также архив5. К концу 50-х гг. XIX в. канцелярия претерпела некоторые изменения, что нашло отражение в Своде военных постановлений. В соответствии со статьей 123 Свода военных постановлений (1859 г.) в обязанности данного учреждения входили «…все дела и распоряжения по военно-сухопутному управлению в высшем их отношении и отчетность во всех вообще капиталах, обращающихся в ведении Военного министерства, в высших видах, сосредоточиваются в канцелярии Военного министерства. К ее обязанностям принадлежит и производство дел Военного совета»1.

Кроме перечисленных центральных органов военного управления к Военному министерству относились и девять департаментов.

Департаменту Генерального штаба были подведомственны дела, относившиеся «…к общему расположению, квартированию, передвижению и действию военно-сухопутных сил…»2. В его ведении находились Императорская военная академия и военно-топографическое депо.

Инспекторский департамент ведал комплектованием личным составом и внутренним устройством войск, за исключением инженерных и артиллерийских частей, не подчинявшихся военному министру3. Во главе этого департамента стояло лицо, именовавшееся дежурным генералом Главного штаба е.и.в. Инспекторский департамент был создан 27 января 1812 г. и состоял первоначально из четырех отделений, подразделявшихся на столы4. К началу военных реформ департамент имел пять отделений: 1-е – по личному составу войск; 2-е – по внутреннему устройству войск; 3-е – по наградам, пенсиям, пособиям; 4-е – по укомплектованию войск «нижними чинами»; 5-е – по бессрочно отпускным и отставным чинам, а также канцелярию, обер-аудитора, часть старших адъютантов и архив.

Артиллерийский и инженерный департаменты ведали лишь хозяйственными вопросами всех видов, включая и обеспечение вооружением всех родов войск5. В ведении артиллерийского департамента находились оружейные и пороховые заводы, капсюльные и ракетные заведения, лаборатории и арсеналы. Инженерный департамент ведал содержанием и подготовкой к обороне крепостей. Общее руководство артиллерией сосредоточивалось в руках генерал-фельдцейхмейстера и его штаба. Генерал-фельдцейхмейстер имел право непосредственного докладывать императору и не подчинялся военному министру. Такими же правами пользовался и генерал-инспектор по инженерной части со своим штабом, возглавлявший инженерные войска. Обе должности замещались лицами императорской фамилии и, естественно, эти лица имели полную самостоятельность.

Провиантский департамент ведал вопросами снабжения продовольствием войск, не входивших в Действующую армию1. Снабжение продовольствием Действующей армии находилось в ведении генерал-провиантмейстера армии. Комиссариатский департамент ведал вопросами денежного и вещевого довольствия, а также устройством и снабжением госпиталей на территории всей империи, включая и Действующую армию2. Комиссариатские органы в России были созданы еще в начале XVIII в., а местные органы (комиссариатские комиссии) - в 1764 г. Перед Крымской войной на территории России находилось 16 комиссариатских комиссий. Каждый округ войска имел комиссию, которая его обслуживала. Обязанностями комиссий были заготовление, прием, хранение и отпуск вещевого и денежного довольствия войскам, снаряжение кавалерии лошадьми, войск - обозом, управление и снабжение госпиталей. Сосредоточение в комиссариатских комиссиях административных, финансовых и контрольных функций, несмотря на крайнюю централизацию комиссариатского ведомства, приводило к произволу чиновников и нарушению законов.

Провиантский и комиссариатский департаменты были средоточием невиданных злоупотреблений. «Именно эти два ведомства, - писал Д.А. Милютин, - более всех других требовали полной переработки, чтобы сколько-нибудь исправить заслуженную ими невыгодную репутацию»3.

Медицинский департамент1 ведал вопросами медицинско-ветеринарного обслуживания.

В ведении аудиторского департамента находились все военно-судные дела и личный состав аудиторского ведомства. Этот департамент подчинялся непосредственно генерал - аудитору2.

Департамент военных поселений руководил «…иррегулярными войсками, военными поселениями и округами пахотных солдат, военно-учебными заведениями (2-го разряда), всеми казенными зданиями, вне крепостей расположенными, гидротехническими работами по военному ведомству и довольствием войск квартирными деньгами по особым назначениям»3. В 1857 г. вместо упраздненного департамента военных поселений были созданы управление иррегулярных войск и управление училищ военного ведомства4.

Наряду с указанными департаментами к Военному министерству причислялись: военно-походная канцелярия е.и.в., военно-ученый комитет, инспектор военных госпиталей и юрисконсультант5.

Необходимо отметить, что хозяйственные департаменты: артиллерийский, инженерный, провиантский, медицинский и военных поселений - подчинялись не военному министру, а Военному совету.

По мнению автора диссертации «Военно-окружная реформа (1862-1864 гг.) Н.П. Ершова, «…чрезмерная централизация военного ведомства вела к тому, что департаменты Военного министерства сосредоточивали в своих руках не только распорядительную власть, но и большинство исполнительных дел. Несмотря на крайнюю централизацию, надзор за этими учреждениями носил чаще всего характер формальной письменной отчетности. Это давало простор для крупных хищений и прочих злоупотреблений со стороны чиновников местных военно-хозяйственных органов»1.

При Николае I отсутствовала единая, стройная система центральных органов военного управления, что отрицательно сказывалось на организации и управлении войсками. Военное министерство стояло в стороне от управления войсками как в мирное, так и в военное время. Так, главнокомандующий Действующей армией, расположенной в Царстве Польском, подчинялся непосредственно императору. Эта армия в мирное время сохраняла все органы полевого управления и находилась в состоянии постоянной боевой готовности. По мнению Д.А. Милютина, она представляла собой «…странную аномалию среди глубокого мира»2. Правами самостоятельности пользовались также командиры Кавказского, Оренбургского и Сибирского корпусов. «Военному министру подчинялись корпуса, не входившие в состав Действующей армии»3. Отдельные корпуса были крупными воинскими соединениями, они выступали своеобразными «военными округами», по количеству войск и организации напоминавшими скорее армии, имевшие постоянное территориальное расположение. Не подчинялись военному министру гвардейский и гренадерский корпуса, которые представляли собой привилегированные воинские соединения с большим и самостоятельным аппаратом управления. Они были подчинены наследнику престола великому князю Александру Николаевичу.

Почти самостоятельную роль играли главы артиллерийского и инженерного ведомств, ведавшие строевой частью артиллерийских и инженерных частей (генерал-фельдцейхмейстер и генерал-инспектор по инженерной части). Эти ведомства имели свои управления и штабы. Главный начальник военно-учебных заведений также был независим от военного министра и имел право докладывать непосредственно императору. В таком виде высшее военное управление оставалось до начала 60–х гг. Крымская война показала, что система центрального военного управления требует своего совершенствования.

Наряду с реорганизацией центральной системы военного управления сразу же после Крымской войны было «…признано совершенно необходимым иметь в различных частях империи для постоянного фактического надзора за благосостоянием всех частей войск и законностью действий всех членов в них особые местные управления, которые бы были свободны от прямой начальственной ответственности за состояние войск»1.

В первой половине XIX в. в военно-сухопутных силах не было стройной, целостной и взаимосвязанной системы местного военного управления. Большинство ее органов не имели «…никакой связи, и связующим звеном между ними служило только одно Военное министерство, которое поэтому и было завалено массою мелочных дел…»2.

Отсутствие связи и единообразия органов местного военного управления было обусловлено разрозненностью в системе центрального военного управления. Так, самостоятельность глав артиллерийского и инженерного ведомств обусловила подчинение только им управления артиллерийскими и инженерными округами. Наряду с этими округами на местах действовали напрямую подчиняющиеся Военному министерству провиантские и комиссариатские округа. Все они имели самостоятельные границы, что затрудняло снабжение войск. В то же время в Сибири, Оренбургском крае и на Кавказе были свои органы снабжения, почти не связанные с министерством, поэтому оно даже не имело точных данных о положении дел со снабжением войск, расположенных на этих территориях3.

К причинам отсутствия единства в системе местного военного управления можно отнести также «…неравномерное распределение войск и необходимых им средств на всей территории империи…»4. Так, главная масса полевых войск была расположена на западе. Источники же пополнения этих войск, а именно: людские ресурсы, промышленность, производящая вооружение, продовольствие и вещевое довольствие - располагались в центральных и восточных губерниях, что требовало иметь в этих регионах местные хозяйственные органы. Поэтому разрозненность различных отраслей управления - строевой, местной и хозяйственной, - объединяемых одним лишь Военным министерством, представляла все большие неудобства по мере укрепления и совершенствования армии мирного времени и увеличения значения местного военного управления, на которое стали возлагаться задачи по учету и призыву чинов запаса армии.

В целях совершенствования системы территориального военного управления необходимо было учредить высшие органы местного управления для непосредственного за ними надзора и руководства1. Такими органами в начале XIX в. стали инспекции2. Их насчитывалось 14, во главе каждой стоял инспектор пехоты. Инспекторы кавалерии были или в каждой инспекции, или по одному на две инспекции. Артиллерия имела одного инспектора3. Инспекции состояли из полевых и гарнизонных войск. Там, где не было инспекции, местное военное управление осуществлялось военным губернатором. Военных губернаторств, как и инспекций, было 14. Зачастую должность военного губернатора совмещалась с должностью инспектора.

Такая система территориального управления просуществовала до 1806 г. Продолжительные войны с Наполеоном побудили к установлению в мирное время высших строевых соединений из полевых войск. Уже в 1806 г. инспекция была заменена дивизией во всех родах войск. Одновременно встал вопрос о выведении из подчинения командира дивизии местных войск. С этой целью в 1811 г. на базе внутренних губернских батальонов была сформирована Внутренняя стража во главе с инспектором. Внутренняя стража была разделена на 8 округов, которые, в свою очередь, делились на бригады, состоявшие из губернских батальонов1.

Еще в 1809 г. в соответствии с высочайше утвержденным планом по преобразованию инженерного и артиллерийского департаментов в системе территориального военного управления появились новые органы по руководству местными воинскими частями – управления артиллерийскими и инженерными округами. В соответствии с этим планом было образовано 10 инженерных округов, объединивших в своем составе 62 крепости и 12 артиллерийских округов. Во главе округа стоял командир, при котором было окружное управление, являвшееся органом местного военного управления2.

В послевоенные годы реорганизация центральных органов военного управления внесла изменения и в систему территориального военного управления. Наряду с существующими органами местного военного управления были созданы новые территориальные управленческие единицы. Так, в 1815 г. в соответствии с разделением военно-сухопутных сил на две армии и отдельные корпуса управление ими осуществляло строевое местное военное управление в районе расположения войск3.

12 декабря 1815 г. был издан высочайший Указ, в соответствии с которым центральное военное управление было преобразовано. Император Александр I принял решение сохранить созданный в годы войны с Наполеоном Главный штаб е.и.в.4 Новое Положение разделило строевую и хозяйственную части управления армии. Двойственность власти в органах центрального управления повлекла за собой и двойственность подчинения. Так, главнокомандующие армиями вынуждены были обращаться по фронтовым делам к начальнику Главного штаба, а по хозяйственным – к военному министру. Так было положено начало созданию хозяйственных местных органов. Уже 23 марта 1816 г. Положением «О провиантском управлении» это управление было разделено на полевое и внутреннее1. Полевое провиантское управление стало распределительным органом в армиях и корпусах, а внутреннее - действовало по указаниям военного министра и при посредстве местных органов – провиантского депо.

Положениями «Об управлении артиллерией, при войсках состоящего» от 15 августа 1817 г.2 и «Об инженерном корпусе» от 1 января 1819 г.3 были внесены некоторые изменения в деятельность инженерного и артиллерийского округов.

В 1816 г. Внутренняя стража была преобразована в Отдельный корпус внутренней стражи, а к концу правления Александра I войска этого корпуса находились на всей территории4.

В первой половине XIX в. существовали учреждения, принадлежавшие военному ведомству, но не подчинявшиеся органам центрального военного управления. Одним из таких учреждений было военное поселение, которое подчинялось в первой четверти XIX в. графу Аракчееву. К центральным органам военного поселения относился штаб военных поселений и экономический комитет. Местное управление военными поселениями было устроено не единообразно: «…в Новгородской губернии его органами являлись дивизионные штабы, в Могилевской губернии – штаб начальника отряда, а все южные поселения были подчинены генерал-лейтенанту Витту»5. В 1826 г. штаб военных поселений и экономический комитет были присоединены к Главному штабу е.и.в. и из них образовался Главный штаб е.и.в. по воинским поселениям6.

Таким образом, к концу царствования Александра I в системе территориального военного управления существовали следующие органы:

Управление Отдельным корпусом внутренней стражи;

Управление военных генерал-губернаторов (в столицах), генерал-губернаторов, военных губернаторов и комендантов;

Управление артиллерийскими и инженерными округами, а также провиантскими комиссиями;

Управление корпуса жандармов;

Управление армий и отдельных корпусов, исполнявших некоторые обязанности по местному военному управлению в районах своего расположения1.

Данная система местного военного управления с некоторыми изменениями просуществовала до начала военных реформ.

В период царствования Николая I были приняты новые правовые документы, определившие положение и штаты органов местного военного управления. Так, 5 декабря 1836 г. вышло Положение по провиантским частям. В соответствии с ним к местным органам провиантского управления были отнесены провиантские комиссии, комиссариатства и дистанции2. В 1832 г. в целях улучшения деятельности комиссариатского департамента издано новое Положение, а в 1836 г. с принятием Положений «Об отчетности» и «О комиссариатских комиссиях» закончилось преобразование комиссариатских частей3. В соответствии с Положениями к местным органам военного управления были отнесены комиссариатские комиссии, которых к концу царствования Николая I насчитывалось 16.

В 1838 г. принимаются Положения «Об управлении генерал-фельдцейхмейстера» и «О генерал-инспекторе по инженерной части»4.

Были внесены также изменения в состояние военных поселений. На основании нового Указа 1831 г. «О некоторых изменениях в образовании округов военного поселения гренадерского корпуса» улучшены условия быта, округа военных поселений переименованы в округа пахотных солдат. В 1857 г. военные поселения исключаются из ведения Военного министерства1.

В 1836 г. было принято Положение «О корпусе жандармов». В соответствии с ними корпус разделялся на 8 округов, а управление корпусами подразделялось на главное, окружное и губернское. Окружное управление осуществлялось начальником округа, а губернское - жандармским штаб-офицером2.

При Николае I принимаются меры по реорганизации управления иррегулярными войсками. Так, в период с 1835 по 1846 год были приняты положения по девяти казачьим войскам. Местное управление иррегулярными войсками осуществлялось наказными атаманами и особыми командирами3.

В декабре 1846 г. был принят Устав «Для управления армиями и корпусами в мирное и военное время»4. По отношению к местным органам военного управления устав закрепил ранее существовавшие правила. Он оставил за высшими органами строевого управления обязанности и по местному управлению. Некоторые органы местного управления продолжали исполнять обязанности строевых органов, и в таких случаях их начальникам присваивалось звание «командующий войсками»5. Этим правом обладали «…военные генерал-губернаторы в столицах и в губерниях, к столицам принадлежащих, генерал-губернаторы в одной или нескольких губерниях или отдельных областях, военные губернаторы двух родов: некоторые управляли одной губернией, а другие одним городом или крепостью, а также коменданты в городах и вверенных им ордонанс-гаузах»6.

Таким образом, к концу царствования Николая I к местным органам управления относились:

Управление Корпуса внутренней стражи;

Управление артиллерийскими и инженерными округами;

военные генерал-губернаторы, генерал-губернаторы, военные губернаторы, губернаторы и коменданты;

Управление корпуса жандармов;

местные управления на Кавказе;

управления военными поселениями;

Управление военных кантонистов;

Управление армий и отдельных корпусов, исполнявших некоторые обязанности по местному военному управлению в районах своего расположения;

Управление населением казачьих войск1.

Основными мероприятиями в области реорганизации военного управления, проведенными военным министром Д.А. Милютиным, стали систематизация центральных органов управления военно-сухопутными силами и военно-окружная реформа. «Главнейшим недостатком структуры центрального военного управления являлись крайняя сложность и нечеткость иерархического подчинения, отсутствие единоначалия, а также и крайняя централизация при фактическом отсутствии местных органов управления»2.

Проходившая в течение восьми лет реорганизация Военного министерства в основном была закончена в 1869 г. В том же году было издано «Положение о Военном министерстве», определившее новую систему военного управления вооруженными силами России3.

Центральное военное управление сосредоточивалось в Военном министерстве. К его компетенции относились наиболее важные общие вопросы руководства армией4.

Руководство Военным министерством осуществлял военный министр, который являлся «…главным начальником всех отраслей военно-сухопутного управления»1, он подчинялся непосредственно императору. Военный министр назначался на должность и увольнялся с нее распоряжением императора и был единственным докладчиком по военным вопросам2. Военному министру также было предоставлено право издавать подзаконные акты в виде инструкций, осуществлять контроль за точным исполнением последних и осматривать лично или через доверенных лиц все войсковые части, учреждения и военно-учебные заведения3.

В деятельности военного министра различались две стороны - политическая и административно-хозяйственная. Политическая сторона деятельности военного министра выражалась в том, что он нес ответственность целиком за состояние вверенного ему министерства перед главой государства и представительными органами, обязан был подписывать приказы императора, издаваемые последним в порядке осуществления им полномочий главнокомандующего. Административно-хозяйственная сторона деятельности военного министра в основном заключалась в руководстве Военным советом при решении вопросов данной категории. Наряду с этим военный министр осуществлял административные распоряжения в виде права издания приказов по военному ведомству. Также военному министру была дана власть по управлению и надзору за военными судами, непосредственное руководство которыми осуществлялось Главным военно-судным управлением.

В непосредственном подчинении военному министру находился военный прокурор. Существовала должность помощника военного министра, который исполнял обязанности министра в случае отсутствия последнего или по приказам императора.

Деятельность Военного министерства в исследуемый период определялась «Положением о Военном министерстве». В структурном отношении это министерство состояло из: 1) Военного совета; 2) канцелярии военного министра; 3) Главного штаба; 4) Императорской Главной квартиры; 5) Главного военного суда; 6) семи главных управлений; 7)двух инспекций и пяти главных комитетов1.

Военный совет был высшим совещательным органом при императоре и состоял из постоянных членов, назначаемых императором на четыре года. Такой орган в России был создан впервые и раньше, чем в европейских странах2. «Образование в составе центрального военного управления Военного совета дало возможность децентрализовать деятельность военного управления без нарушения его единства»3.

Военный совет значительно упрощал работу главнокомандующего и военного министра. В процессе реформы он претерпел некоторые изменения: были расширены его функции и состав. Наряду с решением законодательных и хозяйственных вопросов Военный совет занимался инспектированием войск. Ему был подведомствен ряд комитетов. Главный военно-кодификационный комитет осуществлял подготовку Свода военных постановлений и занимался предварительным рассмотрением законодательных проектов. Главный комитет по устройству и образованию войск ведал вопросами внутреннего управления, строевого обучения и образования, обеспечением войск снаряжением и вооружением. Главный военно-учебный комитет решал педагогические вопросы, связанные с деятельностью военно-учебных заведений. Главный военно-госпитальный комитет ведал вопросами, относящимся к устройству и усовершенствованию военно-лечебных заведений и военно-врачебной администрации. Главный военно-тюремный комитет осуществлял контроль за местами заключения по военному ведомству.

Непосредственно подчиняясь императору, Военный совет обладал широкими полномочиями. Так, в области военного законодательства он представлял императору на утверждение все дополнения, изменения к законам и предложения по совершенствованию законодательства1. В области хозяйственной деятельности за ним было право перераспределять статьи расходов внутри оборонного бюджета, окончательно утверждать все планы постоянных заготовок, устанавливать условия на торги2.

Канцелярия военного министра решала вопросы делопроизводства по делам Военного совета и непосредственно военного министра3.

Главный штаб был образован на основании объединения Главного управления Генерального штаба и инспекторского департамента4. «Учреждение это, - писал Д.А. Милютин, - в составе Военного министерства получило значение, вполне соответствующее общему понятию о штабах армий, округов, корпусов и т. д., т. е. о таких учреждениях, которые ведут все вообще дела по составу войск, устройству их и службе»5.

Вопросы, касающиеся управления войсками, концентрировались в Главном штабе. В положении о Военном министерстве указывалось, что в Главном штабе сосредоточивались «…1) полные сведения о войсках... 2) дела по личному составу и комплектованию войск... 3) дела по устройству, службе, размещению, образованию и хозяйству войск»6. Наряду с этим данный орган составлял дислокацию войск, ведал всеми геодезическими работами военного ведомства и сбором разведывательной информации.

В структурном отношении Главный штаб состоял из: 1) отдела пенсионного и по службе нижних чинов, который занимался вопросами пенсий и льгот, прохождения службы нижними чинами, их призывом; 2) управления дежурного генерала, которое ведало вопросами прохождения службы офицерами и гражданскими лицами по найму, назначения на должности; 3) казачьего отдела; 4) азиатской части, представлявшей собой своеобразный азиатский департамент Военного министерства, где концентрировалась переписка по дипломатическим вопросам с Министерством иностранных дел, касающаяся азиатских стран; 5) судной части, занимавшейся перепиской по происшествиям, по различным денежным претензиям и другими вопросам1.

При Главном штабе также находился Военно-топографический отдел, заведовавший всеми астрономическими, геодезическими, топографическими и картографическими работами военного ведомства, а также Военно-учебный комитет, в задачу которого входило направление ученой деятельности Генерального штаба и корпуса топографов по всем отраслям, составлявшим их специальность, а равно содействие развитию военного образования в армии и грамотности в войсках2. Главному штабу также была подчинена Николаевская академия Генерального штаба.

В связи с созданием Главного штаба был упразднен Главный штаб е.и.в., а Императорская Главная квартира получила самостоятельное значение, сохранившись в составе Военного министерства. Императорская Главная квартира состояла из военно-походной канцелярии императора, императорского конвоя, являлась особым придворным учреждением, функционировавшим во время различных поездок царя и во время пребывания его на театре военных действий3. Военно-походная канцелярия занималась решением вопросов во время пребывания императора при Действующей армии4.

Главный военный суд рассматривал законодательные проекты в области уголовной ответственности военнослужащих и был высшей инстанцией для нижестоящих военных судов. При нем находилось Главное военно-судное управление, которое ведало вопросами делопроизводства Главного военного суда5.

Верховный военно-уголовный суд занимался рассмотрением по первой инстанции всех дел о преступлениях членов Военного совета, командующих войсками военных округов и им равных1.

Наибольшую тенденцию к обособлению от остальных структурных подразделений Военного министерства проявлял Генеральный штаб. Это объяснялось тем, что деятельность Генерального штаба не имела в своем составе элементов административно-хозяйственной работы, которой занимались другие органы военного управления, а также и тем, что предусматривалось: в случае начала войны начальник Генерального штаба должен был стать главнокомандующим2.

В обязанности Генерального штаба входили: руководство разработкой планов подготовки к войне, военно-научными исследованиями; осуществление контроля за развитием и усовершенствованием всех отраслей военного дела и распространением этих знаний в войсках; перевозка войск и военных грузов для мирного и военного времени и др.3

Вошедшее в состав Генерального штаба Главное управление состояло из трех управлений: генерал-квартирмейстера Генерального штаба, мобилизационного, военно-топографического и воздухоплавательной части4. При Генеральном штабе числился совещательный орган - Комитет Генерального штаба, в состав которого помимо начальника Генерального штаба были включены начальники управлений Военного министерства, Главного штаба и некоторые другие высшие военные должностные лица5. Начальник Генерального штаба подчинялся непосредственно императору и имел право личного доклада ему.

Переходя к характеристике главных управлений, необходимо сказать, что по сравнению с директорами департаментов права начальников управлений были несколько расширены.

Главное интендантское управление обеспечивало войска и военные учреждения всеми видами денежного, вещевого и провиантского довольствия1. В составе управления находились Технический комитет и «Музеум». Технический комитет ведал вопросами разработки правил приема, хранения вещей и продовольствия, технической оценкой и экспертизой их качества. В «Музеуме» были сосредоточены все образцы обмундирования и снаряжения как русской армии, так и иностранных войск2.

Главным артиллерийскому и инженерному управлениям были подведомственны инспекторская, техническая, ученая, учебная и хозяйственная части, специальные военно-учебные заведения: Артиллерийская и Инженерная академии и соответствующие военные училища. Личным составом артиллерийских и инженерных частей, а также их размещением и подготовкой ведал непосредственно Главный штаб3.

В подчинении главных управлений также находились артиллерийский и инженерный комитеты. Артиллерийский комитет ведал обсуждением вопросов, касавшихся теории, техники и практики артиллерии и ручного оружия, новых изобретений в этой области, а также распространением научных знаний среди офицеров артиллерии. Инженерный комитет обладал функциями, аналогичными артиллерийскому4.

Начальником Главного артиллерийского управления являлся генерал-фельдцейхмейстер - наместник Кавказа великий князь Михаил Николаевич, а инженерного - генерал-инспектор по инженерной части великий князь Николай Николаевич, командовавший войсками Петербургского военного округа. Но фактически указанные управления возглавлялись товарищами генерал-фельдцейхмейстера и генерал-инспектора по инженерной части, избиравшимися своими шефами по согласованию с военным министром.

Главное военно-медицинское управление занималось вопросами санитарного обслуживания во всех частях военного ведомства, обеспечением госпиталей медикаментами, медицинским персоналом, ветеринарным персоналом, фармацевтами.

В подчинении Главного военно-медицинского управления находились Медико-хирургическая академия и Военно-медицинский ученый комитет. Комитет являлся высшим совещательным учреждением «для обсуждения и окончательного заключения по всем важнейшим делам, относящимся к военно-медицинской части, во врачебно-ученом, медико-полицейском и судебно-медицинском отношении»1.

Главному управлению военно-учебных заведений подчинялись все военно-учебные заведения, за исключением специальных. Руководство юнкерскими училищами осуществлялось лишь в учебном отношении, непосредственное руководство ими возлагалось на командующих военными округами. При управлении находился Педагогический комитет, который занимался всеми учебно-методическими и педагогическими вопросами2.

Главное управление иррегулярных войск ведало делами, касавшимися военного и гражданского устройства казачьих войск и обеспечения их оружием, а также предметами интендантского довольствия3. В составе управления находился Комитет иррегулярных войск, занимавшийся рассмотрением всех законодательных и хозяйственных вопросов, которые касались «военного и гражданского быта казачьих войск»4.

Главное военно-судное управление решало вопросы военно-судного законодательства, ведало всем делопроизводством Главного военного суда, личным составом военно-судебного ведомства и военно-юридическими учебными заведениями. Во главе этого управления стоял главный военный прокурор, подчинявшийся военному министру5.

Кроме перечисленных основных частей Военного министерства в его состав входили: Управление генерал-инспектора кавалерии, Управление инспектора стрелковых батальонов и Комитет о раненых6. Целью создания двух указанных управлений было обеспечение единообразия боевой подготовки кавалерии и стрелковых батальонов. «Однако назначение на эти должности лиц императорской фамилии отнюдь не обеспечивало задач, стоящих перед генерал-инспекторами, а наоборот, лишь осложняло работу Военного министерства. Назначенный на должность генерал-инспектора кавалерии великий князь Николай Николаевич принес немало хлопот военному министру, стремясь осуществлять не инспектирование, а командование кавалерийскими частями»1.

«Великий князь, - писал Д.А. Милютин, - по своему характеру и привычкам не держался строго в рамках Положения и вместо роли инспектора стал действовать как начальник: отдавал «приказы» по кавалерии, забрал в свои руки все назначения, часто распоряжался даже помимо прямого, т.е. военно-окружного, начальства. Сдерживать генерал-инспектора в пределах, указанных Положением, было делом весьма щекотливым»2.

Обе названные должности, занимаемые лицами императорской фамилии, доставляли Военному министерству только одни хлопоты.

Александровский комитет о раненых ведал вопросами пенсионного обеспечения военнослужащих, потерявших здоровье при исполнении обязанностей военной службы, а в случае их смерти – обеспечения -

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: