Создание фотографии и развитие фотоаппаратуры
Другим мужественным фотографом, первым снявшим военные действия, был Роджер Фентон, который фотографировал Крымскую войну в 1855 году. В его распоряжении был фургон, служивший проявочной, на котором было написано «Фотографический фургон», и он снимал укрепления, корабли и склады, военные сооружения, поля сражений, офицеров и рядовых и самых привлекательных работниц кухни в тылу, выступавших на войне еще и в роли сестер милосердия. Жара, стоявшая на Крымском полуострове на Черном море, а также необходимость долгих экспозиций — все это создавало трудности в подготовке коллодионных стеклянных пластин. Они не могли долго храниться, и в самые жаркие дневные часы Фентон съемок не производил. И, все же, несмотря на все неудобства, невзирая на эпидемии болезней в этом районе, Фентон за четыре месяца сделал более 300 негативов.
В 1860-х годах Уильям Нотмэн стал известен во всем мире своими снимками первых канадских поселенцев. Он сделал серию снимков охотников на лосей и бизонов возле палатки «в зарослях», капканщиков и проводников в унтах и песцовых шубах на снегу, сделанном из соли, индейского мальчика с нагруженным тобоганом — все были сфотографированы в очень суровых и сложных позах в его студии в Монреале. Он искусно создавал обстановку, считавшуюся более реалистичной, чем могла создать природа. Сравнительно быстрый мокроколлодионный процесс раскрепостил мастерство и воображение фотографов, которые оставили изумительные свидетельства тех дней.
Александр Хеслер, первый фотограф Чикаго, считался в 1850-х годах «одним из величайших дагеротипистов Америки». В 1851 году он фотографировал границу в верховьях Миссисипи, где сделал большие дагеротипные снимки водопада Святого Антония, форта Снеллинга и водопада Миннегага. Снимок водопада Миннегага, который он демонстрировал в своей чикагской студии два года спустя, утвердил по всей стране его репутацию думающего фотографа. Генри Вадсворт Лонгфелло в письме, а также в первом издании «Гайаваты», которое он с автографом послал Хеслеру, признал, что дагеротип водопада Миннегага вдохновил его на написание поэмы «Гайавата»
Родился Хеслер в Монреале, но еще мальчиком вместе с родителями переехал в город Рейсин, штат Висконсин, и в последующие годы (он умер в 1895 году) стал фотографом среднего Запада, имевшим студии в разных районах Чикаго. Свою первую студию он открыл в 1853 году. Успех сопутствовал ему. Он открыл еще одну студию и пригласил для работы художника по миниатюрам. Хеслер освоил фотографию на негативах из бумаги, мокроколлодионный процесс, стереограф, и это позволило ему утверждать в рекламе, что он может выполнить любой фотографический заказ — от миниатюрных портретов до портретов самых больших размеров.
В 1857 году он сделал портрет Авраама Линкольна. Две фотографии Линкольна, которые Хеслер сделал с мокрых пластин в 1860 году и на которых Линкольн запечатлен хорошо одетым, причесанным и без бороды, были серьезно повреждены в 1933 году при пересылке по почте. Разбитые стеклянные пластины были помещены на хранение в Смитсоновский институт. В 1958 году были обнаружены две копии негативов, которые Хеслер сделал с лучших отпечатков и сохранил у себя. Эти копии приобретены Чикагским историческим обществом.
Лучшие фото для иллюстрации этой страницы:
Неизвестный фотограф. Портрет Фредерика Скотт Арчера, изобретателя мокроколлодионного процесса, революционизировавшего фотографию. 1855 год. Амбротип.
Набор фотографа, весивший от 70 до 120 фунтов, необходимый для мокроколлодионной фотографии.
Амбротип с темным задним фоном на одной половине, чтобы показать его негативно-позитивный характер.
Фрэнсис Фрит. Зал с колоннами в Луксоре, Египет. Фотография на мокрой пластине.
Фрэнсис Фрит. Пирамида Хеопса и Сфинкс, Гиза, Египет. Фотография на мокрой пластине.
Братья Биссон. На полпути, Альпы. 1860 год. Фотография на мокрой пластине. Снимок сделан братьями Биссон во время восхождения на Монблан.
Роджер Фентон. Маркитантка времен Крымской воины. Она помогала также Флоренс Найтингейт в качестве медсестры. 1855 год. Фотография на мокрой пластине.
Роджер Фентон. Бухта Балаклавы во время Крымской воины. 1855 год. Фотография на мокрой пластине.
Уильям Нотмэн. Охота на лосей, Монреаль, Канада. Начало 1860-х годов. Фотография.
Александр Хеслер. Портрет Авраама Линкольна, Спрингфильд, Иллинойс. 1860-е годы.
Александр Хеслер. Почтовый пароход "Бен Кэмпбелл" на Миссисипи, Галена, Иллинойс". 1852 год. Дагеротип. Напечатан зеркально, чтобы можно было прочитать надпись.
Стереоскоп: парные фото
В 1849 году сэр Дэвид Брюстер изобрел стереоскоп с двумя увеличительными линзами, расположенными на расстоянии 2,5 дюйма одна от другой, то есть на обычном расстоянии между глазами человека. Высоту он ограничил тремя дюймами, и стереоскопом можно было очень легко пользоваться.
На выставке в «Кристал Пэлес» в Лондоне в 1851 году демонстрировался стереоскоп Дюбоска и Солейя с отличным набором дагеротипных стереоскопических изображений. В начале 1853 года в Филадельфии Ж.Ф. Машер получил патент на простой складной стереоскоп, состоявший из кожаного ящика, в котором были два изображения и две линзы. В 1856 году только в Англии было продано более миллиона призменных стереоскопов Брюстера. Лондонская компания по производству стереоскопов, которая предлагала большой выбор стереоскопических пластин, развернула рекламную кампанию под лозунгом «ни одного дома без стереоскопа» и продавала их дешевле одного доллара.
До 1853 года стереоскопические снимки делали либо одной камерой, которую устанавливали в паз и по нему сдвигали в сторону, чтобы сделать еще одну экспозицию, либо снимали двумя обычными камерами. Двухлинзовая камера, с расстоянием в 2,5 дюйма между линзами, делавшая два небольших снимка одновременно, была сконструирована в 1853 году английским оптиком, и многие европейские производители немедленно последовали его примеру. К 1860 году рекламный лозунг лондонской компании по производству стереоскопов стал практической реальностью: в немногих домах не было стереоскопа и набора пластин. Сотни тысяч стереографических пластин с видами практически всех уголков земного шара можно было приобрести в лавках или заказать по цене сегодняшних цветных открыток.
Оливер Уэнделл Холмс восторгался фотографиями о путешествиях. Детали, создающие иллюзию действительности, говорил он, позволяли «быть зрителем всего лучшего, что мог предложить мир».
За два года он написал три статьи для журнала «Атлантик Мансли», и первая (в 1859 году) была озаглавлена «Стереоскоп и стереография» — последнее слово было употреблено для описания стереоскопической фотографии. Холмс призывал своих читателей с помощью стереоскопа и воображения отправиться в путешествие в самые удаленные районы земного шара, чтобы «видеть чудеса Нила, руины Баальбека, домик Энн Хатауэй, самое непритязательное поселение на Западе и лачуги на горе Пайк». Холмс привлекал далее внимание к обычной бельевой веревке, фотографию которой можно было видеть во всем мире, и писал, что «те самые вещи, которые художник либо не замечает, либо изображает кое-как, фотограф запечатлевает с большим вниманием, и именно это делает изображения совершенными».
Лучшие фото для иллюстрации этой страницы:
Стереоскоп типа Брюстера с орнаментами, изготовленный в Англии около 1850 года. Крышка открывалась, чтобы видеть стереоскопическое изображение на металлических пластинах. Нижняя крышка открывалась, а верхняя закрывалась, чтобы видеть стереоскопические диапозитивы на стекле. Стереоскоп устанавливался против света.
Дагеротипное приспособление с линзами для просмотра стереоскопической пары дагеротипов. Запатентовано Сталлом, Филадельфия. 1855 год.
Складной карманный стереоскоп, изготовленный в Англии в 1853 году У.Е. Килбурном. Ж.Ф. Масхер из Филадельфии запатентовал идентичную конструкцию в начале 1853 года.
Стереоскоп Холмса, изготовленный Джозефом Л. Бэйтсом из Бостона в 1865 году.
Неизвестный фотограф. Оливер Уэнделл Холмс. 1863 год. Фотография на мокрой пластине.
Надар - Тициан фотографии
Многие художники, издатели и скульпторы во Франции яростно выступали против фотографии и ее невероятной популярности. Проклятьями по ее адресу были наполнены газетные статьи и карикатуры. Для художников фотография являла собой угрозу не только с экономической точки зрения: отвергались и ее попытки утвердиться в качестве вида искусства.
Лишь немногие хорошие художники стали заниматься фотографией и творчески ее использовать. Они остались в памяти как художники с камерой. Надар (псевдоним Гаспара Феликса Турнашона) являлся как раз таким художником. Домье на своих литографиях карикатурно представлял фотографию, считая ее бездушной, и в то же время едко высмеивал буржуазию за ее отношение к этому новому изобретению. Надара, тем не менее, он уважал как человека и художника, который, не увлекаясь техническими достоинствами камеры, основное внимание уделял лицу и жестам, подчеркивая психологические характеристики своих субъектов. Он снимал так, чтобы поза выражала характер человека, как это выражает его лицо, делал заметной каждую скрытую черточку лица или тела, не позволяя бутафории или заднему плану помешать созданию характера личности.
Необыкновенной репутации Надара как фотографа способствовало то, что по просьбе великого французского художника-классициста Энгра он снимал каждого, чью фотографию хотел иметь художник. По свидетельству его биографа, Е. де Мирекура, Энгр рисовал свои замечательные портреты по этим фотографиям, не испытывая необходимости в том, чтобы ему позировали. Художники называли Надара «Тицианом фотографии».
Надар обратился к фото камере благодаря театру — он был театральным драматургом. Как художник, он был весьма уважаемым портретистом. Как журналист, он работал с Домье в качестве карикатуриста в журнале «Шаривари». В 1850 году в возрасте тридцати лет Надар был любимцем бульваров, известным своим остроумием, но ни театр, ни художественный салон, ни журнал не давали ему достаточно средств к жизни. Хотя и настроенный против фотографии, как и большинство других художников, он, тем не менее, стал совладельцем фотостудии своего брата Адриена в 1852 году, но это партнерство вскоре окончилось судебным разбирательством. В 1854 году Надар выпустил в свет «Пантеон Надар», огромную литографию, составленную из 240 карикатур, первую из запланированных четырех подборок. Он пришел к той же мысли, что и Дэвид Октавиус Хилл в свое время, — сначала сфотографировать своих клиентов, а уж потом рисовать карикатуры. Но в солидных томах «Галереи современников» появились не карикатуры, а великолепные репродукции портретов литераторов и других известных людей, сделанные с отличных репродукций оригинальных фотографий Надара.
Надар открыл свою фото студию на бульваре Капуцинов. Известные писатели, художники и композиторы нашли в этой студии такую сердечную атмосферу, что стали встречаться там регулярно. Надар фотографировал их всех: Мане, Коро, Дюма, Моне, Бодлера, Жорж Санд, Делакруа, Сару Бернар, Домье, Доре, Берлиоза, Вагнера и многих, многих других. Он каждый раз подписывал свои отпечатки, как художники подписывали свои гравюры или литографии.
Надар в 1874 году предоставил свою студию для проведения первой выставки импрессионистов. Нужны были мужество и смелость, чтобы противостоять официальному Салону и прессе, но это было типично для радикального республиканца Надара, который за пятнадцать лет до этого отказался следовать за Наполеоном III, так как не поддерживал кампанию императора против Австрии.
Надар был первый фотограф, успешно делавший снимки с воздушного шара в 1856 году. Его первая попытка окончилась неудачей, так как газ, выходивший из шара, повредил коллодий на его пластинах. Поднимаясь на воздушном шаре, проявляя мокроколлодионные пластины, сжавшись в маленькой проявочной, оборудованной в качавшейся и кренившейся корзине, Надар снял с высоты больше десятка видов Парижа.
Осада Парижа предоставила Надару идеальную возможность показать важность воздушной фотосъемки. 18 сентября 1870 года столица оказалась без всяких средств связи с внешним миром. По предложению Надара менее чем за неделю был подготовлен и запущен в небо воздушный шар «Нептун». Прусские ружья не могли достичь той высоты, на которой летел воздушный шар. За время 131-дневной осады 55 воздушных шаров покинули Париж, имея на борту пассажиров, почту и почтовых голубей. Птицы возвращались с донесениями, сфотографированными на тонкой коллодионной пленке (специальный процесс был разработан М. Дагроном), которую сворачивали в миниатюрные трубочки и укрепляли на хвосте птиц. Когда голуби возвращались на свои парижские голубятни, то миниатюрные цилиндры открывали, пленку помещали между двумя кусками стекла и проецировали на экран. Этот процесс увеличения фотографий был основан на принципе действия «волшебного фонаря» восемнадцатого века. Почтовая служба воздушных шаров и голубей связывала Париж с остальным миром в течение всей осады.
Надар был также одним из первых фотографов, делавших снимки при искусственном свете. Еще в 1860 году при электрическом свете с экспозицией примерно в 20 минут он снимал в Париже катакомбы и канализационные трубы. Организовав интервью с фотографиями (снимал его сын) со 100-летним ученым Мишелем Эженом Шеврелем, он положил начало фотожурналистике. Надар дожил до девяноста лет и умер в 1910 году.
Лучшие фото для иллюстрации этой страницы:
Альфред Гревен. Великий Надар. Около 1870 года. Гравюра на дереве. Друг художников, известный многим, кто заходил в его студию фотографироваться, Надар был объектом для смешных рисунков и карикатур в прессе своего времени.
Надар. Портрет Сары Бернар. 1859 год. Настоящее имя Надара было Гаспар Феликс Турнашон. Один из друзей сказал ему "Твое имя не Турнашон, а "Тур-Надар" (юла) Нажимаешь на ручку и прокручиваешь ее" Турнашону понравилось это слово, и последнюю его часть он взял в качестве своего псевдонима.
Надар. Портрет Александра Дюма. 1870 год. Репродукция типа Вудбери с фотографии, сделанной на мокрой пластине.
Надар. Портрет Оноре Домье. 1877 год. Репродукция типа Вудбери с фотографии, сделанной на мокрой пластине.
Оноре Домье. Надар, поднимающий фотографию до высоты искусства. Май 1862 года. Литография. Домье изображает Надара в качестве воздушного фотографа и этим показывает, что Надар свободен от забот наземных фотографических студий, разбросанных по всему Парижу. Надар не делал свои снимки со штатива, как изображено. Он укреплял свою камеру на краю корзины или просовывал объектив сквозь днище.
Визитные карточки
Деятельность Этьена Каржа (1828 — 1906) была удивительно схожа с деятельностью Надара. Каржа тоже был художником, карикатуристом и одновременно являлся редактором журнала «Лё Бульвар», популярного издания 1860-х годов. В 1862 году карикатура Домье на Надара, делающего снимки Парижа с воздушного шара, появилась в этом издании Каржа.
Каржа в качестве хобби имел фотостудию, отвлекался от других своих занятий, фотографируя известных людей, с которыми он встречался в качестве редактора, а также своих друзей, среди которых были выдающиеся личности. Подобно Надару, он привлекал к себе людей из самых разных сфер жизни, привлекал своей душевной теплотой. Но в отличие от Надара он не имел в студии помощников. Поэтому сделал меньше портретов, но многие из них отличаются очень тонкой передачей характеров сидевших перед камерой людей.
Фотографы-портретисты, чтобы успешно конкурировать с литографами и граверами, стремились делать фотографии большего размера и более импозантные. В 1854 году Адольф-Эжен Диздери (1819—1890?) запатентовал в Париже «карт де визит» — камеру с четырьмя объективами, которая делала восемь небольших фотографий размером 3,25 на 1,125 дюйма на полной пластине размером 6,5 на 8,5 дюйма. Эти восемь фотографий, каждая из которых представляла собой визитную карточку размером 4 на 2,5 дюйма, продавались примерно за 4 доллара, более чем вдвое дешевле того, что обычно запрашивали портретные фотографы за один полноразмерный отпечаток.
Диздери был ярким, уверенным в себе предпринимателем, тонко чувствовал популярность новизны и, хотя он не был образованным человеком, проделывал дела с таким блеском, что покорял воображение не только обывателей, но и королей. Император Наполеон III, направляясь в Италию во главе своих войск во время одной из «престижных войн» с Австрией, остановил свою армию и, пока она ждала на улице, вошел со своим штабом в студию Диздери и позировал, чтобы получить портреты на «визитных карточках». Эта история разнеслась повсюду. И все в Париже немедленно пожелали иметь фотографии «карт де визит», сделанные Диздери. Вот это ловкач! Диздери, естественно, вознесся. Экстравагантно одевался. Распускал свою большую широкую бороду поверх невероятного цвета сатиновых рубах, которые он затягивал огромными поясами, и надевал короткие гусарские брюки. Одетый в свой нелепый костюм, Диздери делал снимки, сопровождая свои деяния драматическими, властными жестами. Толпе это нравилось. Клиенты валом повалили в его студию. Он открыл вторую студию на юге Франции, а также в Лондоне и Мадриде. Император Наполеон III и императрица назначили его официальным придворным фотографом.
Диздери зарабатывал и тратил миллионы. В 1866 году ненасытный спрос на «карт де визит» так же неожиданно прекратился, как и начался. Диздери выдумывал различные новшества, чтобы вернуть к жизни свой угасающий бизнес, либо насаждал трюкачество на уже существующие фотографии вроде фотографии на шелке, на керамике. Ничто не помогало. Он не смог победить ту дешевизну, которую сам породил, — цена «карт де визит» упала до одного доллара за дюжину.
Нужно было найти способ как-то хранить несметные тысячи карточек, полученные от родственников или друзей, которые оставляли их после визитов или обменивались ими в дни рождений и праздников. И выход был найден — альбом для визитных карточек. Некоторые альбомы продавались по обычной цене, но были и искусно сделанные, переплетенные хорошо обработанной и дорогой кожей. Такой альбом стал обязательной принадлежностью, незаменимым предметом беседы в каждом салоне и художественной мастерской того времени.
Лучшие фото для иллюстрации этой страницы:
Этьен Каржа. Портрет Шарля Бодлера. 1863 год. Репродукция типа Вудбери с фотографии, сделанной с мокрой пластины.
Камера для визитных карточек, запатентованная Адольфом-Эженом Диздери в 1854 году. Делались восемь экспозиций на пластине размером 6,5 на 8,5 дюймов. Отпечаток затем разрезался и наклеивался на карточки размером визитной карточки - 4 на 2,5 дюймов.
Адольф-Эжен Диздери. Марта Муравьева. Лист неразрезанных фотографий - визитных карточек.
Страница из редкого альбома визитных карточек различных французских фотографов конца 1850-х и начала 1860-х годов. Фотографии Эжена Делакруа (верхняя левая) и Густава Курбе (нижняя правая) сделаны Пьером Пети. Фотографии Жана Огюста Доменика Энгра (верхняя правая) и Горация Берне (нижняя левая) сделаны Адольфом-Эженом Диздери.
Портреты не в фокусе
Джулия Маргарет Камерон (1815—1876) была наделена эксцентричностью, энергией и вдохновением, которые побудили ее фотографировать великих людей викторианской эпохи, и позволили ей выразить их духовность, силу и характер лучше, чем любому другому портретисту. Она уделяла основное внимание головам великих людей, стремясь показать глубину их ума и в то же время продемонстрировать всю силу своих собственных чувств к этим людям. Они были титанами своего времени, и среди них — Теннисон, Дарвин, Браунинг, Лонгфелло, сэр Джон Гершель, Джордж Фредерик Уотте, Энтони Троллоп и Томас Карлейль.
Она всегда стремилась отыскать душу в том, кого фотографировала. В ее руках камера оказалась идеальным инструментом для регистрации характерных выражений на лицах ее интеллектуальных героев. Ее студия была ее галереей святых: она создавала иконы для поклонения. Фотографии же обычных людей были сравнительно неинтересными, это были просто регистрационные карточки, на которых не было ничего, кроме не совсем четких портретов людей, которых она явно не боготворила.
Д.М. Камерон никогда не фотографировала пейзажи. Очертания земли и того, что растет на ней, не удовлетворяли ее в той мере, в какой герои ее будущих портретов, через образы которых она могла выразить свои чувства. Тем не менее, ее иллюстрации ранних романтических поэм Теннисона и собственных сложных аллегорий удовлетворяли ее художественные воззрения. Она училась искусству иллюстрирования у своего учителя, Джорджа Фредерика Уоттса, и ее аллегорические фотографии, подобно аллегорическим картинам Уоттса, были безвкусными и сентиментальными.
Она была убежденным художником с камерой, который работал примитивно, но в хорошей художественной манере. Ее фотографии не в фокусе, не намеренно мягкие (это позднее станет очень модным в фотографии), а буквально не резкие, так как она пользовалась объективами, которыми невозможно было четко сфотографировать детали. Если бы она пошла на компромисс и поменяла свою камеру на другую, меньшего размера, если бы она отходила подальше назад от своего объекта с тем, чтобы не каждое его движение и трепет были зафиксированы, или если бы она концентрировала весь имевшийся свет на объекте съемки, а не рассчитывала лишь на слабый верхний свет, проникавший в ее маленькую стеклянную студию, то тогда фотографии были бы гораздо резче, а снимаемые были бы избавлены от неудобств столь продолжительных экспозиций. Но если бы она заботилась об этих людях или о себе, она не была бы Джулией Маргарет Камерон.
Альфред Теннисон и его поэмы вдохновили ее на создание аллегорических и иллюстративных фотографий. Первый том, в котором были опубликованы двенадцать фотографий Д.М. Камерон, иллюстрирующих книгу Теннисона «Королевские идиллии и другие поэмы», появился в 1875 году, а чуть позднее вышел в свет второй том, где были опубликованы еще двенадцать фотографий.
Лучшие фото для иллюстрации этой страницы (портреты не в фокусе):
Генри Гершель Гэй Камерон. Портрет Джулии Маргарет Камерон. 1870 год. Снимок сделан ее сыном.
Джулия Маргарет Камерон. Портрет Томаса Карлейля. Около 1867 года. Очень характерно для техники Д.М. Камерон - фотографии не в фокусе, а пластина треснула и в пятнах.
Джулия Маргарет Камерон. Портрет Чарльза Дарвина. 1869 год.
Джулия Маргарет Камерон. Портрет Альфреда Теннисона. 3 июня 1868 года.
Художественная фотография
Искусство сентиментального викторианского периода — это либо картины на идеализированные сказочные темы, либо аллегорические картины, которые любили как в академиях Европейского континента, так и в Англии.
Очень уверенно чувствовал себя в этой литературной атмосфере искусства швед Оскар Г. Рейландер (1813—1875), учившийся рисованию и скульптуре в Академии в Риме. Последующее пребывание в Париже утвердило подход Рейландера к изобразительному искусству: его портреты были чрезмерным восхвалением позировавших, а его сложные аллегории становились все более и более запутанными.
Женившись на англичанке, он отправился в Англию и решил заняться фотографией, чтобы иметь средства к жизни. Тем не менее, он продолжал иногда рисовать портреты, и некоторые из них в течение ряда лет выставлялись в Королевской академии.
Рассказывая о своем переходе к фотографии, Рейландер пишет, что он взял все пять уроков в течение одного дня — изучил калотипный процесс, процесс с использованием вощеной бумаги, а всего за полчаса освоил коллодионный процесс. Далее он пишет: «Я избавился бы от всех бед и расходов более чем на год, если бы внимательно изучал основы этого искусства хотя бы месяц».
Несмотря на свою слабую техническую подготовку, Рейландер открыл студию. Его знание искусства и развитое умение увидеть в человеке уникальные аспекты его характера очень помогали ему в фотографии, особенно когда он с помощью камеры стремился создать более масштабные произведения тех театральных и литературных аллегорий, которые он уже создавал кистью.
В 1856 году он сделал комбинированный отпечаток, размером 31 на 16 дюймов, с тридцати различных негативов. Это стало мгновенной сенсацией. Аллегорическая фотография «Две дороги жизни» представляет собой древнюю сагу о вступлении двух молодых людей в жизнь. Один из них, светлый и мудрый, обращается к религии, милосердию, ремеслам и другим добродетелям, в то время как другой молодой человек с безрассудством бросается к прелестям жизни, которые типизированы фигурами, представляющими «Азартные игры, Вино, Безнравственность и другие Грехи, которые приводят к Самоубийству, Сумасшествию и Смерти». В центре переднего плана фотографии помещена фигура «Раскаяния с эмблемой Надежды». Вот так эта аллегория описывалась, когда была впервые продемонстрирована.
Отпечаток был удостоен всяческих похвал, хотя в Шотландии его запретили демонстрировать на выставке, так как на нем были обнаженные фигуры. Когда в том же году фотографию показали на выставке «Художественные ценности» в Манчестере, ее приобрела королева Виктория.
Комбинированные фотографии Рейландера, на которых были сняты сочиненные сцены и надуманные позы, делались с ретушированных негативов, причем на негативах дорисовывались необходимые детали, а ненужные — удалялись. В свое время этими фотографиями восхищались, они и сегодня волнуют фото художников.
Спустя пять лет он продолжал создавать картины с помощью «высокохудожественной» фотографии. Будучи по натуре экспериментатором, Рейландер разработал двойную экспозицию и фотомонтаж, и путем наложения одного негатива на другой он создал многоэкспозиционную фотографию «Тяжелые времена», которая выглядит очень по-современному. Своими экспериментами он заслужил признание, но заработки у него были скромные. Основным источником доходов до конца его жизни были портреты, а также этюды одетых и обнаженных взрослых и детей, которые он поставлял художникам. Эти фотографии детей, убедительно воспроизводивших задуманные им позы и движения, вызвали похвалу преподобного Чарльза Л. Доджсона — Льюиса Кэрролла, который приходил учиться у Рейландера. Автор «Алисы в стране чудес» сделал несколько незабываемых снимков художников, своих коллег-профессоров, среди которых особо выделяются снимки детей.
Много времени прошло до той поры, когда фотография перестала идти на поводу у живописи. Генри Пич Робинсон (1830—1901), талантливый художник, ставший фотографом в 1858 году, поддержал Рейландера в яростном споре о комбинированных отпечатках и продемонстрировал фотографию «Уходящая», сделанную с пяти негативов. На ней возле умирающей в кресле девочки печально стоят сестра и мать, а отец глядит в открытое окно.
Этот «художественный снимок», как Робинсон называл намеренно комбинированные фотографии, подвергся резкой критике за искажение правды, но королевский двор приобрел фотографию «Уходящая». Наследный принц, на которого комбинированные снимки произвели большое впечатление, дал Робинсону постоянный заказ на один отпечаток любой подобной фотографии. Робинсон стал не только ведущим представителем пикторальной картинной светописи в Англии, но и автором многих наставлений и учебников по фотографии. Его первая книга «Живописные эффекты в фотографии» была опубликована в 1869 году, а к концу жизни он выпустил «Создание картин с помощью фотографии» и «Художественная фотография» — все три книги переводились на многие языки и неоднократно переиздавались.
Лучшие фото для иллюстрации этой страницы:
Оскар Г. Рейландер. Две дороги жизни. 1856 год. Монтажная фотография, сделанная из тридцати негативов, 31x16 дюймов.
Оскар Г. Рейландер. Голова святого Иоанна Богослова. Около 1860 года. Монтажная фотография, сделанная из двух негативов.
Оскар Г. Рейландер. Портрет преподобного Чарльза Л. Доджсона (Льюис Кэрролл). 1863 год.
Льюис Кэрролл. Портрет Мэри Миллэ. 1865 год.
Генри Пич Робинсон. Уходящая. 1858 год. Монтажная фотография, сделанная из пяти негативов, места их соединений хорошо заделаны.
Фотограф гражданской войны
Часто забывают, что Мэтью Б. Брэди, самый представительный фотограф своего времени, который с таким чувством и художественным вкусом снимал портреты великих и прославленных людей, вначале овладел этим мастерством, создавая картины кистью. Его учитель Уильям Пэйдж был на двенадцать лет старше. Брэди только что покинул родной дом в местечке Лейк Джордж