География в жизни и творчестве А.С. Пушкина
Усадьба на месте деревни Зуево (Устье) стала центром владения Ганнибалов - Михайловской губы (т. е. «округа», «волости»). Административная единица и через нее усадьба Михайловское ведут свое название от монастыря архангела Михаила (монастырь существовал здесь до XVII века). Принцип называния усадеб и округов по соседним церквам и монастырям типичен для окрестностей Михайловского. Например, наименование одной из усадеб Ганнибалов в Михайловской губе Воскресенское связано с названием приходской церкви Воскресения Господня на Воронине, Егорьевская губа - владение соседей Пушкина Осиповых-Вульфов - обязана своим именем Егорьеву монастырю, некогда здесь располагавшемуся.
Интересующий нас Михайловский монастырь упоминается в писцовой книге 1585 года с указанием его местоположения: «Михайловский монастырь с Городища». Подобные названия-ориентиры часто встречаются в псковских и новогородских писцовых книгах XV—XVI веков: деревня у Погоста, деревня на. Белом Лугу. В нашем случае обращает на себя внимание выбранный ориентир — городище «остатки древнего поселения». В славянских языках суффикс -ище оформлял первоначально слова со значением «место, где что-либо происходило, находилось», то есть городище — это место, где располагался город. О каком же городе здесь идет речь? Об одном из укреплений средневекового «пригорода» Пскова - Воронича. В летописных источниках и актах начиная с XV века приводятся различные варианты его названия: Воронин, Воронач, наконец, Воронеч/Воронич.
В первоначальном заглавии трагедии «Борис Годунов», написанной Пушкиным в годы Михайловской ссылки, мы читаем: Комедия о настоящей беде Московскому государству, о царе Борисе и о Гришке Отрепьеве писал раб божий Александр сын Сергеев Пушкин в лето 7333, на городище Ворониче».
Известен рисунок Пушкина, изображающий характерный пейзаж Тригорского, поместья соседей и друзей поэта Осиповых-Вульфов; городище Воронин в ряду трех близлежащих холмов, которые в местном говоре, да и по всей Центральной России зовутся горами. Отсюда и название усадьбы: Тригорское — усадьба, расположенная на трех горах.
В годы ссылки поэт часто упоминал Тригорское в письмах:
«Адрес мой: в Опочку, в село Тригорское...». Указанный здесь город Опочка известен с XV века как псковский «пригород», в пушкинское время был центром уезда. Название происходит от слова опопа — др.-русск., ст.-слав. «скала, обломок скалы»; «известняк, глина»
Пребывание Пушкина в Псковской губернии связано, в основном, с Михайловской ссылкой. После ее окончания в 1826 году начинаются годы странствий Пушкина, когда он часто посещал тверские земли, лежащие по дороге из Петербурга в Москву. В таких древних городах, как Тверь, Торжок, Старица, Пушкин бывал проездом, но названия их упоминаются в его переписке, а в поэтических произведениях становятся символом путешествий его и его героев, входят в образ «государевой дороги» из Петербурга в Москву:
Тоска, тоска! спешит Евгении
Скорее далее: теперь
Мелькают мельком, будто тени,
Пред ним Валдай, Торжок и Тверь.
На верхней Волге есть места, где Пушкин не только бывал проездом, но и останавливался подолгу, где он много и плодотворно работал. Это тверские имения его соседей по Михайловскому Осиповых-Вульфов — Малинники, Павловское, Берново.
В пушкинских местах идет естественный процесс появления «вторичных» названий, связанных с поэтом. Так, в окрестностях Михайловского появилось название Три Сосны. Оно восходит к стихотворению Пушкина «Вновь я посетил...» (1885 г.). Действительно, на границе Михайловского стояли рядом две сосны, а одна «поодаль», впервые их объединил Пушкин в поэтическом образе, и теперь не только это место, но и близлежащая стоянка автобусов носят название Три Сосны.
С образами пушкинской поэзии связано и наименование горки Парнас в парке Бернова, а старинный дуб в соседнем Павловском местные жители называют Пушкинским дубом.
Так имя Пушкина и образы его поэзии переходят в названия пушкинских мест, знаменуя собой сохранение в народе памяти о нашем великом поэте.
Мы познакомились с географией самых известных пушкинских мест и убедились, что все эти места воспеты звонкой пушкинской строкой.
А.С. Пушкин открыл и по-настоящему воспел Россию.
Таковы некоторые штрихи, показывающие, насколько близка была поэту география, ее различные аспекты.
Дом Пушкина
Бездомность Пушкина извечна и
горька,
Жилья родного с детства он не помнит.
Лицейский дортуар без потолка,
Сырые потолки наёмных комнат.
Угар вина и карточной игры,
Летит кибитка меж полей и леса,
Дома — как постоялые дворы,
Коломна. Кишинёв или Одесса.
Весь скарб нехитрый возит он
с собой:
Дорожный плащ, перо и пистолеты.
Имущество опального поэта,
Гонимого стремительной судьбой.
Пристанищам случайным нет конца,
Покоя нет от чужаков суровых,
Михайловское? — Но надзор отца.
Москва, Арбат?—
Но скупость Гончаровых.
Убожество снимаемых квартир:
Всё не своё, всё временно,
всё плохо,
Чужой, не по летам его, мундир,
Чужая, неприятная эпоха.
Последний дом, потравленный врагом,
Где тонкие у гроба свечи,
Он тоже снят ненадолго, внаём,
Который и оплачивать-то нечем.
Дрожащие огни по сторонам.
Февральский снег восходит словно тесто.
Несётся гроб, привязанный к саням.—
И мёртвому ему не сыщут места!
Как призрачен любой его приют?
Их уберечь потомкам не под силу.—
Дом мужики в Михайловском сожгут,
А немцы заминируют могилу.
Мучение застыло на челе—
Ни света, ни пристанища, ни крыши.
Нет для поэта места на земле.
Но, вероятно, «нет его и выше».
Клянусь честию,
что ни за что на свете
я не хотел бы переменить