Александр Блок
|
Глухие тайны мне поручены, Мне чье-то солнце вручено... |
И так же, как у Блока, в его сновидении о незнакомке присутствует пошлейшая светская или чиновная чернь: подошедший к ней камергер "довольно приятно показывал ряд довольно недурных зубов и каждою остротою своею вбивал острый гвоздь в его (Пискарева. - А.Т.) сердце".
|
Среди канав гуляют с дамами Испытанные остряки. |
Однако между рыцарями незнакомок существует и большое различие. Гоголевский художник, завороженный своим видением, почувствовал отвращение к реальности: "...глаза его без всякого участия, без всякой жизни, глядели в окно, обращенное во двор, где грязный водовоз лил воду, мерзнувшую на воздухе, и козлиный голос разносчика дребезжал: старого платья продать".
У Блока же "вседневное и действительное" в эту пору, напротив, становится объектом заинтересованного грустно-сочувственного внимания.
|
Мы встретились с тобою в храме И жили в радостном саду, Но вот зловонными дворами Пошли к проклятью и труду. Мы миновали все ворота И в каждом видели окне, Как тяжело лежит работа На каждой согнутой спине... Нет! Счастье - праздная забота, Ведь молодость давно прошла. Нам скоротает век работа, Мне - молоток, тебе - игла. ("Холодный день") |
В это время Блок внимательно читал Некрасова. В книге его стихов, принадлежавшей Блоку, сохранилось много пометок.
|
Но мгла навстречу черная Навстречу бедняку... Одна открыта торная Дорога к кабаку. |
Влияние подобных стихов Некрасова и Аполлона Григорьева определенно сказалось на осеннем цикле стихов 1906 года.
Блок даже "вошел в роль" бедствующего обитателя чердака, находящегося на грани полного отчаяния и топящего горе в вине. Будто в продолжение и развитие некрасовских сюжетов о нищете и горемычной бедняцкой любви, возникает стихотворение "На чердаке":
|
Что на свете выше Светлых чердаков? Вижу трубы, крыши Дальних кабаков. Путь туда заказан, И на что - теперь? Вот-я с ней лишь связан... Вот-закрыта дверь... А она не слышит - Слышит - не глядит, Тихая - не дышит, Белая - молчит... Уж не просит кушать... Ветер свищет в щель. |
Но даже и без столь трагического завершения жизнь обитателей подобных дворов хватает за сердце своей горестной будничностью, воскресающей с каждым рассветом:
|
Одна мне осталась надежда: Смотреться в колодезь двора. Светает. Белеет одежда В рассеянном свете утра. Я слышу - старинные речи Проснулись глубоко на дне. Вон теплятся желтые свечи, Забытые в чьем-то окне, Голодная кошка прижалась У жолоба утренних крыш. ("Окна во двор") |
Впоследствии в известной статье "Интеллигенция и революция" (1918), вспоминая годы, наступившие после поражения первой русской революции, Блок писал: "В том потоке мыслей и предчувствий, который захватил меня... было смешанное чувство России: тоска, ужас, покаяние, надежда. ...Все это продолжалось немного лет; но немногие годы легли на плечи как долгая, бессочная, наполненная призраками ночь" (VI, 9).
Еще недавно - и в незавершенном цикле "Ее прибытие", и в пьесе "Король на площади", и в "Ночной Фиалке" - поэт предвещал "больших кораблей приближенье" - скорые и радостные перемены.
Теперь в цикле стихов "Снежная Маска" звучат иные ноты:
|
...в дали невозвратные Повернули корабли. Не видать ни мачт, ни паруса, Что манил от снежных мест... ("Последний путь") И за тучей снеговой Задремали корабли - Опрокинутые в твердь Станы снежных мачт. И в полях гуляет смерть - Снеговой трубач... И вздымает вьюга смерч, Строит белый, снежный крест, Заметает твердь... ("И опять снега") |
Образ героини цикла явно родствен Снежной Королеве (из знаменитой андерсеновской сказки), несущей мертвенный холод, отчуждение от людей и мира. "Снежная Королева поцеловала Кая еще раз, и он позабыл и Герду, и бабушку, и всех домашних", - напоминал один из критиков слова сказки и сопоставлял с ними строки Блока:
|
Я всех забыл, кого любил, Я сердце вьюгой закрутил, Я бросил сердце с белых гор, Оно лежит на дне! ("Сердце предано метели") |
Настроение героя "Снежной Маски" часто напоминает то "лихое веселье", которому предается в народных песнях загулявший с горя молодец, надрывное и грозящее обернуться богохульством:
|
Птица вьюги Темнокрылой, Дай мне два крыла! Чтоб с тобою, сердцу милой, В серебристом лунном круге Вся душа изнемогла! Чтоб огонь зимы палящей Сжег грозящий Дальний крест! Чтоб лететь стрелой звенящей В пропасть черных звезд! ("Тревога") |
"...со мной - моя погибель, - писал Блок Е.П. Иванову, - и я несколько ей горжусь и кокетничаю" (VIII, 165). И в пьесе "Незнакомка" он вывел поэта, который вроде бы и впрямь горюет, но слишком уж легко, как пьяные слезы, льются его горестные стихи:
|
Прекрасное имя: "Мария"! Я буду писать в стихах: "Где ты, Мария? Не вижу зари я". |
И все же (вспомним еще раз слова Блока о "смешанном чувстве"!) за Снежной Маской таятся разные лики, разные возможности, порожденные противоречивой стихией жизни, исторической действительности, хотя и по-прежнему понимаемые Блоком в смутно-романтической, мистифицированной форме (Любопытно, что в статье критика Н. Русова, которую Блок назвал "одной из самых нужных" для него, говорилось: "Россия и теперь, как и во всю свою историю, одна Великая Снежная Маска".)
"Землей в снегу" назовет Блок сборник, родившийся из этого цикла. Снег слепит глаза, сковывает землю, - но она есть.
На смену Снежной Маске, Деве Снежной приходит более реальный, при всей своей условности, вбирающий в себя определенные черты национального характера образ Фаины, героини одноименного цикла. Именно к ней в первую очередь относятся слова из предисловия к "Земле в снегу", где черты героини оказываются в очень знаменательном соседстве; "Я знаю сам страны света, звуки сердца, лесные тропинки, глухие овраги, огни в избах моей родины, яркие очи моей спутницы" (II, 373).
Так в небе, где еще недавно герой видел лишь "пропасть черных (замечательный эпитет! - А.Т.) звезд", вспыхивают новые созвездия, по которым можно держать путь.
Их явление также не лишено драматизма. Их блеск грозен, как об этом говорилось и в "Снежной Маске"; они, как комета, предвещают грозные события, смущают покой. Недаром Блок ставит эпиграфом к "Земле в снегу" стихотворение Аполлона Григорьева о комете, которая летит -
|
Недосозданная, вся полная раздора, Невзнузданных стихий неистового спора, Горя еще сама, и на пути своем Грозя иным звездам стремленьем и огнем... Да совершит путем борьбы и испытанья Цель очищения и цель самосозданья. |
Очень своеобразное место в творчестве Блока тех лет занимает цикл стихотворений, написанных белым стихом, - "Вольные мысли" (1907).
Чрезвычайная конкретность картин повседневной жизни, изображенных здесь, побуждает порой исследователей видеть в "Вольных мыслях" "стихотворные очерки" и истолковывать их с излишней буквальностью.
Однако эти, по видимости разнородные, эпизоды связаны между собой определенным образным единством не только в пределах одного стихотворения (озеро, которое, "как женщина усталая... раскинулось внизу и смотрит в небо"; "тоскующая девушка", что "задумчиво глядит в клубящийся туман"; и, наконец, в том же стихотворении "Над озером" "вся усталая, вся больная" трагическая актриса), но и внутри всего цикла. Вряд ли можно счесть простой случайностью сходство образов актрисы и томящейся в безветрии красавицы яхты:
|
На тонкой мачте - маленький фонарь, Что камень драгоценной фероньеры, Горит над матовым челом небес. ("В Северном море") И томностью пылающие буквы, Как яркий камень в черных волосах. ("Над озером") |
Может быть, стоит упомянуть о том, что и само озеро не лишено подобного "портретного" штриха: "...семафор на дальнем берегу, в нем отразивший свой огонь зеленый-как раз на самой розовой воде". II в пьесе "Песня Судьбы" у героини "в темных волосах сияет драгоценный камень, еще больше оттеняя пожар огромных глаз" (IV, 127).
Все исполнено какого-то тягостного бездействия, томительного ожидания:
|
...озеро молчит, влача туманы. ("Над озером") Над морем - штиль. Под всеми парусами Стоит красавица - морская яхта. ("В Северном море") Стояла тишина. И у платформы Готовый поезд разводил пары. И русская таможенная стража Лениво отдыхала на песчаном Обрыве, где кончалось полотно. ("В дюнах") |
Возникающий в финале последнего стихотворения образ героини, взрывающей это спокойствие, явственно перекликается с "кометными" образами соседних по времени циклов и "Песни Судьбы":
|
...И вот она пришла И встала на откосе. Были рыжи Ее глаза от солнца и песка. И волосы, смолистые, как сосны, В отливах синих падали на плечи. Пришла. Скрестила свой звериный взгляд С моим звериным взглядом. Засмеялась Высоким смехом. Бросила в меня Пучок травы и золотую горсть Песку. |
В "Песне Судьбы" Фаина поет свои "общедоступные куплеты" "голосом важным, высоким и зовущим" (IV, 127) и в своем монологе, обращенном к неведомому жениху, восклицает: "Когда пою я бесстыжую песню, разве я эту песню пою? О тебе, о тебе пою!" (IV, 145).
При всей смутности и схематичности образа Фаины в пьесе и самого этого монолога он может прояснить нам истинный смысл фигуры героини стихотворения "В дюнах". Это, конечно, отнюдь не только порождение тогдашних литературных мод, как полагают некоторые исследователи, не "гамсуновский диковатый дух лесов и полей".
Анат. Горелов справедливо отмечал, что "любовная тема в поэзии А. Блока никогда не ограничивалась Эросом, в ней бушевала вся полнота жизненной страсти"15.
Думается, и здесь речь идет о том сложном, многократно возникающем у Блока туманном образе (при всей конкретности его реалистической "оболочки" в стихотворении "В дюнах"!), который олицетворяет могучую стихию самой жизни:
|
Прискакала дикой степью На вспененном скакуне. "Долго ль будешь лязгать цепью? Выходи плясать ко мне!" Рукавом в окно мне машет16, Красным криком зажжена, Так и манит, так и пляшет, И ласкает скакуна. ("Прискакала дикой степью...") Твоя гроза меня умчала И опрокинула меня. ("Твоя гроза меня умчала...") |
Не менее дерзко врывается Фаина в жизнь Германа ("Песня Судьбы"). Ушедший из своего уединенного "белого дома" (кстати, до деталей похожего на шахматовский дом самого Блока), навстречу "синему, неизвестному, волнующему миру", Герман сначала видит в Фаине только цыганку, которая "душу - черным шлейфом замела".
|
И хор веков звучал так благородно Лишь для того, чтобы одна цыганка, Ворвавшись в хор, неистовым напевом В вас заглушила строгий голос долга! - |
гневно восклицает он.
Оскорбленная Фаина хлещет Германа бичом по лицу. На героя обрушивается удар судьбы, молния страсти, освещающая перед ним всю глубину мятущейся, жаждущей души Фаины и сквозящей за ней народной души: "Не лицо, а все сердце облилось кровью, - говорит Герман. - Сердце проснулось и словно забилось сильнее..." (IV, 146).
Он "в страшной тревоге, как перед подвигом!.." (IV, 148), ему мерещатся впереди битвы, вроде Куликовской. Он кажется Фаине долгожданным ее женихом.
Но - ненадолго. Снова сникает Герман, снова клонит его в сон, каким спал он в "белом доме". "Пусть другой отыщет дорогу", - бормочет он в бреду (IV, 163).
Герман так же не может удержать Фаину, как поэт в пьесе "Незнакомка" сошедшую на Землю женщину - Звезду.
"Встретиться нам еще не пришла пора... Живи. Люби меня. Ищи меня" (IV, 166), - говорит, расставаясь с Германом, Фаина и снова, как к заворожившему ее колдуну, возвращается к своему старому, понурому Спутнику, который "движениями, костюмом, осанкой... напоминает императора" (IV, 143).
Вокруг одинокого Германа гудит вьюга; он не знает, куда идти. Но рядом с ним вдруг вырастает прохожий Коробейник, чья песня - "Ой, полна, полна коробушка..." - уже несколько раз, все приближаясь, слышалась за сценой:
|
Коробейник Ну, двигайся, брат, двигайся: это святому так простоять нипочем, а нашему брату нельзя, занесет вьюга! Мало ли народу она укачала, убаюкала... Герман А ты дорогу знаешь? Коробейник Знаю, как не знать. - Да ты нездешний, что ли? Герман Нездешний. Коробейник Вон там огонек ты видишь? Герман Нет, не вижу. Коробейник Ну, приглядишься, увидишь. И куда тебе надо-то? Герман А я сам не знаю. Коробейник Не знаешь? Чудной человек. Бродячий, значит! Ну, иди, иди, только на месте не стой. До ближнего места я тебя доведу, а потом - сам Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.),
обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus.
Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.
Похожие рефераты: |