Xreferat.com » Рефераты по педагогике » Теоретико-методологические основы и практика педагогической герменевтики

Теоретико-методологические основы и практика педагогической герменевтики

его глубину, отчётливость, полноту и обоснованность. Под полнотой понимания имеется ввиду максимальное выявление содержания сообщения, включая также его контекст и подтекст. Отчётливость -степень осмысления свойств, связей и отношений воспринимаемого объекта или сообщения. Обоснованность - осознание оснований, которые обусловливают уверенность в правильности понимания. Под глубиной подразумевается соответствие понимания всем другим, выше перечисленным, параметрам. 1 Перечисленные в общем виде свойства понимания характерны для любых видов человеческой деятельности, в том числе и для педагогической.

Вопрос поиска (определения) механизмов понимания, осмысления и интерпретации носит комплексный и междисциплинарный характер и исследуется различными науками: психологией, эстетикой, литературоведением, социологией, логикой, семиотикой. Изучение проблемы понимания осуществляется на фоне сложившихся к настоящему времени общефилософских методологических традиций: рациональной ориентация мышления, преимущественно связанной с движением от общего (понятий, категорий, законов, принципов) к частному (конкретным фактам реальности) и, так называемой, иррациональной, опирающейся на данные до- (или вне-) понятийного уровня, отраженные в мифологии, фольклоре, религиозно-мистическом и художественном сознании, в повседневном опыте, в логике здравого смысла, в бессознательном.

На наш взгляд, именно герменевтический подход в педагогике способен преодолеть незаслуженное принижение роли идеального, её недооценку в жизни и деятельности человека. Разумеется этот фактор нельзя абсолютизировать, однако он играет серьёзную роль. В гуманитарных явлениях наряду с осознаваемыми обязательно присутствуют неосознаваемые и бессознательные моменты, названные Ф. Энгельсом «идеальными побудительными силами». Несмотря на то, что данное понятие Ф. Энгельс применял по отношению к движущим силам истории, думается оно приемлемо и при рассмотрении гуманитарных процессов в целом: «... всё, что побуждает человека к деятельности, должно проходить через его голову: даже за еду и питьё человек принимается вследствие того, что в его голове отражаются ощущения голода и жажды, а перестаёт есть и пить вследствие того, что в его голове отражается ощущение сытости. Воздействия внешнего мира на человека запечатлеваются в его голове, отражаются в ней в виде чувств, мыслей, побуждений, проявлений воли, словом - в виде «идеальных стремлений», и в этом виде они становятся «идеальными силами». И если данного человека делает идеалистом только то обстоятельство, что он «следует идеальным стремлениям» и что он признаёт влияние на него «идеальных сил», то всякий мало-мальски нормально развитой человек - идеалист от природы, и непонятным остаётся одно: как вообще могут быть на свете материалисты?». 1

На наш взгляд, весьма примечательно, что в последние годы своего научного творчества А.Н. Леонтьев, создатель общепсихологической теории деятельности, разработанной на базе марксистской методологии, признал особую значимость идеальных, метафизических оснований как главных, определяющих для человека, составляющих ту самую «реальную, хотя и не всегда видимую индивидом, подлинную действительность». По воспоминаниям Б.С. Братуся, А.Н. Леонтьев «...твёрдо сказал как нечто важное и продуманное, что марксизм ошибается в утверждении, что исправил Гегеля, перевернув его с «головы на ноги». Это была ошибка, на самом деле ... Гегель стоял правильно».2

Следует подчеркнуть, что идеальные моменты не просто дополняют гуманитарное познание, но и делают его адекватным. Главное, чтобы они не привносились в готовом виде извне, а понимались как внутренние побудительные силы, действие которых обусловлено внешними причинами.

И. Блейчер подчёркивает, что именно герменевтика способна показать необоснованность универсалистских притязаний научной рациональности, которая стремится применить «технический разум» к исследованию социальной реальности. В этой связи научная рациональность при её универсализации становится новой формой догматизма, который в условиях современной технологической цивилизации способен стать регрессивной силой, подавляющей свободу человека. В отличие от позитивистской, герменевтическая парадигма признаёт не просто наличие герменевтических аспектов в субъектно-объектных отношениях, но настаивает на их фундаментальности.1

Герменевтический подход в педагогике призван выявить методологические основы воздействия идеальных (надстроечных) оснований на сферу сознания, внутреннюю мотивацию и смысловую сферу деятельность педагога. В центре внимания герменевтики -проблема смыслообразования, смыслосозидания в контексте отношений объективно-содержательных характеристик смысловых образований и конкретных форм их функционирования, то есть «отношений превращенной формы» (М.К. Мамардашвили, Д.А. Леонтьев), изучавшихся до настоящего времени лишь в рамках психолингвистики.

В конечном итоге герменевтическое направление в педагогике разрабатывается с целью определения методов и приёмов, способствующих приближению к наиболее полному и всестороннему постижению человека и педагогической реальности в целом в контексте взаимодействия аффективных и интеллектуальных начал деятельности на основе соединения рационального и иррационального в познании и понимании педагогической действител ьности.


1.2 История развития герменевтики как учения об интерпретации и понимании гуманитарных явлений


Герменевтика как учение об истолковании зародилась в Древней Греции (Hermeneutikos - разъясняющий, истолковывающий).

Согласно античным мифам, одним из «прислужников богов», вестником их воли был легендарный Гермес, который выступал «посредником» между богами и людьми. От имени этого мифологического «переводчика» непосредственно недоступных людям идей богов и произошло наименование «герменевтики» как искусства толковать непонятное или даже искажённое, объяснять смысл «чужого» языка или знака. Герменевтика, изучающая духовную деятельность человека, возникла и развивалась в неразрывной связи с истолкованием и пониманием текстов, и поэтому наибольшее применение её методы нашли в таких отраслях гуманитарного знания, как литературоведение, искусствоведение, литературная и художественная критика, теория и практика перевода. Основным объектом герменевтики является текст, который понимается достаточно широко - как любая упорядоченная знаковая система, в которой знаками являются не только языковые знаки, но и другие образы и символы.

Как философское направление, теория и искусство истолкования герменевтика прошла сложный путь развития, многими своими идеями перекликаясь с основными положениями прогрессивной гуманистической педагогики и психологии. Ею выработано множество специальных правил, приемов и методов истолкования, которые сводятся, с одной стороны, к логико-грамматическому анализу текста и высказывания, а с другой, - к психологическому исследованию мотиваций, целей и стремлений автора.

Научные основы герменевтики были заложены немецким философом В. Шлейермахером (1768-1834 г. г.), который поставил перед собой задачу создать универсальную философскую герменевтику как общую теорию понимания в отличие от специальных герменевтик, занимающихся анализом языковых форм и конструктов. По В. Шлейермахеру, пониманию подлежит не только дословный смысл сказанного или написанного, но и личность самого автора высказывания или текста. Должен быть понят и текст, и контекст, и творец-художник.

В. Шлейермахер создал учение о герменевтическом круге как об особенности процесса понимания, связанной с его циклическим характером: для понимания целого необходимо понять его части, а для понимания частей важен смысл целого. У В. Шлейермахера герменевтический круг выступает в четырех основных видах, представляющих взаимообусловленность знания и познания, познания и понимания, части и целого, понимания и объяснения.1 Вхождение в герменевтический круг является главным условием понимания. В этой связи особое значение приобретает вера как условие понимания, которой герменевтика придаёт не столько религиозные и моральные, сколько теоретико-познавательные функции. По мысли Новалиса, вера не противоположна теоретическому познанию, а является его формой, поскольку понимание осуществляется не только через разум, но посредством всех духовных сил человека.2

Необходимо отметить, что в «Компедиумном изложении 1819 г.» В. Шлейермахер сформулировал специальные правила психологического истолкования, которое он называет техническим. В соответствии с этими правилами, психологическое истолкование, так же, как и грамматическое, должно начинаться с «общего обзора» анализируемого текста, который даст возможность понять его единство и композицию. С учетом принципа герменевтического круга в психологическом истолковании важно иметь в виду взаимосвязь целого и части. По правилам В. Шлейермахера, мысль и язык постоянно переходят друг в друга, а основной предпосылкой психологического истолкования является «уравнение» позиций истолкователя и автора. Важно пользоваться не только сравнительным, но «дивинационным» методом, предполагающим проявление интуиции, творческой активности истолкователя, его «вчувствование» и «вживание» в психологию другого Я.

Таким образом, В. Шлейермахер заложил методологические основы герменевтического познания и общей теории интерпретации. Несмотря на то, что философ преимущественно делал упор на лингвистическую («грамматическую») сторону истолкования, он тесно связывал герменевтику с глубоким постижением человека и всей человеческой реальности.

В дальнейшем учение В. Шлейермахера о герменевтике было развито в трудах ряда его соотечественников. Так, В. Дильтей (1833-1911 г.г.) продолжил развитие герменевтической науки на основе «философии жизни», центральным понятием которой является «жизнь» как способ бытия человека в его, прежде всего, духовно-эмоциональном проявлении. В. Дильтей провел критику различных философских концепций, основным недостатком которых он считал монистический подход, в качестве первичного, определяющего большинство теорий считают либо природу, либо дух. По В. Дильтею, они отдалены друг от друга, а следовательно, и методы их постижения различны. Философ утверждает: законы развития природы могут быть отражены в логически обоснованном понятийном мышлении, тогда как каждое явление духа индивидуально, не имеет аналогов и потому интеллектуально, логически непостижимо. Если главным методом наук о природе является объяснение, то главный метод наук о духе - понимание.

По В. Дильтею, понимание собственного внутреннего мира может осуществляться с помощью интроспекции (самонаблюдения); понимание чужого мира возможно путем «вживания», «сопереживания», «вчувствования». Интересно, что познание, понимание психического осуществляется, как пишет В. Дильтей, посредством самых разнообразных чувственно воспринимаемых знаков: «В камне, мраморе, музыкальных звуках, в жестах, словах, почерке, поступках, в хозяйственном порядке и настроениях взывает к нам человеческий дух и требует истолкования... Если я хочу понять Леонардо, то этому одновременно сопутствует интерпретация поступков, картин, образов, сочинений слитых в единый гомогенный процесс». Автобиография и биография, по В. Дильтею, также являются особыми средствами самопознания и познания человека.

Современный психолог В.Н. Дружинин 1 отмечает, что используя метод понимания по В. Дильтею для познания психики другого человека путем вчувствования, мы конструируем «модель» психики другого в своей субъективной реальности. Классический пример такого вживания в мир другого человека представлен в уже упоминавшемся романе Ж.-Ж. Руссо «Эмиль, или о воспитании», где автор сочувственно «входит в положение» новорожденного ребенка, туго спелёнутого по «противной природе привычке». Описывая боль, муки и страдания младенца, автор приводит яркие аргументы в пользу свободного, ненасильственного воспитания. Ряд аналогичных примеров «вчувствования», «вживания» во внутренний мир воспитуемого может быть продолжен. Так, Т. Вейс в своей книге об опыте лечебной педагогики в Кэмпхилл-общинах сознательно и преднамеренно отходит от строго научного описания особенностей развития детей разных типов, используя взамен этого, как он пишет, «такой прием», как проникновение, то есть входит в переживание других людей. 1 Популярная книга В.Л. Леви «Нестандартный ребенок» содержит специальные рекомендации родителям: вникать в жизнь ребенка, «не играть, а стараться оживлять в себе мальчишку и юношу» (М.: Знание, 1989). Психолог подчеркивает, что у каждого взрослого есть огромный материал для изучения детской души -собственное детство. Как путь к «вживанию» он предлагает взрослым воспитателям отдаваться воспоминаниям детства.

Считая, что явления духовной жизни человека всегда неповторимы, иррациональны и к ним не приложимы ни логика, ни законы понятийного мышления, используемые в познании мира природы, В. Дильтей особое значение для понимания духовной жизни придает художественной литературе и особенно поэзии. Писателей и поэтов В. Дильтей называет великими мастерами истолкования. В этой связи симптоматично, что среди художников слова и публицистов много известных педагогов и психологов. Таким образом, В. Дильтей, да и многие мыслители конца XIX века, которых традиционно причисляли к иррационализму, «стараются оградить жизнь и человеческую реальность от нового порабощения возрастающей мощью естествознания, сциентизма, претендующего на применимость тех же самых интеллектуальных манипуляций различным объектам (неживой материальный субстрат, с одной стороны, и жизнь, человек - с другой)». 1

С именем В. Дильтея связан важный этап развития герменевтики, так называемая понимающая герменевтика. Французский философ, представитель герменевтики XX века П. Рикер считает, что и В. Шлейермахер, и В. Дильтей в равной мере научили нас рассматривать письменно зафиксированные выражения жизни; их истолкование проделывает путь, обратный объективации жизненных сил в психических, а затем и в исторических связях. 2

Учение В. Дильтея нашло продолжение в трудах М. Хайдеггера (1889-1976 г. г.). Герменевтику М. Хайдеггера называют онтологической, поскольку понимание, по мнению философа, носит не гносеологический, а онтологический (бытийный) характер; понимание не является методом познания, оно не обусловлено деятельностью сознания, а является основной характеристикой человеческого существования, способом бытия человека. Пониманию, которое связано с бесконечным раскрытием возможностей, потенций постигаемого явления, предшествует «предпонимание».

Освоение человеком культуры происходит в форме диалога, который осуществляется посредством языка, называемого М. Хайдеггером «домом бытия», «кровом», «явлением бытия». «Язык никогда не есть просто выражение мысли, чувства, желания. Язык -это исходное измерение, внутри которого человеческое существо вообще впервые только и оказывается в состоянии отозваться на бытие и его зов и через эту отзывчивость принадлежать бытию».

Вслед за В. Дильтеем М. Хайдеггер особый смысл видит в художественном постижении мира. Он считает, что наука и производство действуют разрушающе, а художественное творчество воздвигает мир. Комментируя мысли М. Хайдеггера, современный философ Б.В. Марков пишет, что только художественное творение раскрывает свет мира и сумрак земли; в отличие от ученого, разлагающего мир и землю на составные элементы, художник воздвигает мир и составляет землю. 2 При этом его задача - не представление действительности, как это навязывается унифицированной научной установкой, а выявление несокрытого: «Красота есть способ, каким бытийствует истина несокрытость». М. Хайдеггер доказывал, что научно-технический прогресс, интеллектуализм бессильны в постижении мира и человека: «Я, правда, могу рассматривать статую Аполлона в музее в Олимпии как объект естественнонаучного представления, могу физически рассчитать этот мрамор с точки зрения его веса, могу исследовать мрамор по его химическому составу. Но эта объективирующая мысль и речь не видит Аполлона, каким он показывает себя в своей красоте, являя себя в ней как облик бога».3 Интересно сравнить данное высказывание выдающегося философа с мыслями его современника - выдающегося педагога А.С. Макаренко: «Когда человека изучили, узнали и записали, что у него воля - А, эмоция - Б, инстинкт - В, то потом, что дальше делать с этими величинами никто не знает». 1

М. Хайдеггер в своих трудах убеждает, что бытие - не предмет познания, не предмет преобразования и не предмет власти, а священный дар, который человек может только воспринять и бережно сохранить.

Особое значение общенаучная проблема понимания приобрела благодаря трудам Х.-Г. Гадамера (1900 г. р.), главы герменевтики как одного из ведущих направлений современной философии. Х.-Г. Гадамер суммировал достижения своих предшественников и развил ряд научных положений. Прежде всего, философ доказал практическую значимость герменевтики: «Герменевтика - это практика. Кто не может почерпнуть из практики герменевтики ее универсальную широту и ее философское оправдание, тот, быть может, будет находить все новые методы, с помощью которых мыслимо достигнуть успехов в науках, однако разумному применению знания с их помощью не научиться».2

Макаренко А.С, Художественная литература о воспитании детей / / Избранные педагогические сочинения: В 2-х т. М.. Педагогика, 1977. Т.2. С. 213. 2 Гадамер X.-Г. Актуальность прекрасного. М.: Искусство. 1991. С. 8.


По Х.-Г. Г адамеру, герменевтические процессы носят всеобщий характер: повсюду, где человек постигает мир, где «происходит преодоление чуждости, где совершается усвоение, усмотрение, постижение, где устраняется незнание и незнакомство, ... совершается герменевтический процесс собирания мира в слово». В концепции Х.-Г. Гадамера нашло развитие учение М. Хайдеггера о предпонимании, предшествующем пониманию. В трудах Х.-Г. Гадамера это предварительное понимание получило название «пред-рассудка», это то, что предшествует разуму и трактуется как традиция, в которой живёт и мыслит человек и которая определяет характер его осмысления действительности. Беспредпосылочное понимание, согласно Х.-Г. Гадамеру, не более чем «фикция рационализма». Теоретическая деятельность сознания представляет собой уже вторичное понимание. Х.-Г. Гадамер вслед за М. Хайдеггером вычленяет две ступени герменевтического понимания -жизненно-имманентное (личностное) и иррационально-телеологическое, - считая «предпонимание» предпосылкой любого познания, а устранение «предпонимания» устранением познания вообще.

Знаменательно, что Х.-Г. Гадамер противопоставил герменевтику технократическим тенденциям науки и общественной практики, обнаружившим себя в 60-е годы XX века. Гуманитарные науки уже перестали считаться науками о духе, по отношению к ним можно было говорить о «смерти человека»: «психология без души», «антропология без человека», «эпистемология без познающего субъекта», «литературоведение без автора», 1 этот ряд может быть продолжен - «бездетная педагогика». В этих условиях Х.-Г. Гадамер убедительно доказывает значимость герменевтического метода даже для естествознания.

Прежняя герменевтика различала понятия: «понимание», «истолкование» (интерпретация) и «применение». Х.-Г. Гадамер утверждает тождество этих процедур. Понимание в процессе освоения человеком действительности конкретизируется философом как опыт мира, включающий в себя «опыт жизни», (непосредственные переживания), «опыт истории» и «опыт искусства». Характерно, что Х.-Г. Гадамер, вслед за В. Дильтеем, настойчиво подчеркивает роль искусства в познании мира: в произведениях искусства человеком постигается истина, недостижимая никаким иным путем.

В своем самом известном труде «Истина и метод» Х.-Г. Гадамер характеризует особенности гуманитарных наук, состоящие в том, что их предметом является не только конкретная область изучаемой действительности, но и сам познающий, на что указывает, например, обозначение гуманитарных наук в английском языке - «моральные науки». В отношении изучения психологии и педагогики это особенно актуально: познание законов становления личности закономерно связано с рефлексией и самопознанием. Как пишет в своей книге о лечебной педагогике Т. Вейс, по-настоящему помочь детям можно только изменив свое понимание и образ своего собственного бытия в мире.

В учении Х.-Г. Гадамера истина не является характеристикой познания, она не может быть освоена познающим, а лишь приоткрывает себя для понимающего осмысления. Проводя параллели с педагогикой, вспомним идеи известного итальянского педагога М. Монтессори о невозможности познать закономерности развития ребенка и невозможности управлять процессом становления его личности, педагог, учительница «должна быть скорее пассивной, чем активной в своей работе, и пассивность ее должна состоять из напряженного научного интереса и абсолютного уважения к явлениям, которые она хочет наблюдать. Необходимо, чтобы учительница сознавала и чувствовала свою роль наблюдателя, активность ее должна принадлежать явлению». 1

1 Монтессори М. Метод научной педагогики, применяемый к детскому воспитанию / / История зарубежной дошкольной педагогики: Хрестоматия / сост. Мчедлидзе Н.Б. и др. М.: Просвещение, 1986. С.381.


Итак, Х.-Г. Гадамер в своей философии суммировал и развил идеи предшественников: В. Шлейермахера, В. Дильтея и М. Хайдеггера, расширяя сферу применения герменевтического подхода. Начиная с Х.-Г. Гадамера, герменевтика стала своеобразной методологией гуманитарного познания. По оценке Б.Г. Соколова, у Х.-Г. Гадамера герменевтика - это не только понимание и интерпретация текстов, но и познание и самопознание человека и человечества. «Герменевтикой контролируется" тот массив знания - гуманитарные науки и искусство, - который не может быть постигнут и осмыслен исходя из точных наук. Эта область человеческого познания обеспечивается своей совершенно своеобразной методологией. Герменевтика есть познание и самопознание человека, его места в мироздании, его истории, его культуры, она касается наиболее значимых для человека областей его существования».1 У Х.-Г. Гадамера понимание как момент жизни человека приобретает онтологический статус, а герменевтика в связи с этим становится не только учением о истолковании, но и учением о человеческом бытии.

Особое место в развитии герменевтики занимают идеи М.М. Бахтина (1895-1975г.г.), отечественного литературоведа, философа, теоретика искусства. В своем творчестве М.М. Бахтин разрабатывал проблемы общей эстетики, методологии, философии языка, истории поэтики, поэтики литературных жанров; в противоположность герменевтике немецкого типа создал свой ее вариант диалогическую герменевтику.

1 Соколов Б.Г. Х.-Г. Гадамер: современная герменевтика и герменевтическая традиция / / История современной зарубежной философии: компаративистский подход. СПб.: 1997. С. 96.


Исследователь Н.К. Бонецкая провела сравнительный анализ идей традиционной (классической) герменевтики В. Шлейермахера,

В. Дильтея, М. Хайдеггера и Х.-Г. Гадамера и основных положений диалогической герменевтики М.М. Бахтина.1 Обычно эстетику определяют как учение о прекрасном, теорию прекрасного, считая искусство её основной сферой. Однако в традиции М.М. Бахтина, как и в немецкой традиции, понятие эстетики гораздо шире, эстетика понимается в качестве второстепенной функции внутри более обширной сферы архитектоники, - сообщения миру формы. Эстетика обращена к проблемам, восходящим к греческому корню aisthanesthai, который означает «воспринимать», и, следовательно, имеет непосредственное отношение к проблемам понимания и взаимопонимания субъектов деятельности.

В этой связи и М.М. Бахтин и классики герменевтики, признавая исключительную роль искусства в понимании действительности, очень высоко ставят художественную образность. Если Х.-Г. Гадамер утверждал, что художественное творчество делает реальность более реальной, осуществляет «прирост бытия», то М.М. Бахтин отмечает, что «Основная особенность эстетического резко отличающая его от познания и поступка, - его рецептивный, положительно - приемлющий характер», «... действительно, жизнь находится не только вне искусства, но и в нем, внутри его, во всей полноте своей ценностной весомости: социальной, политической, познавательной и иной».2

Интересно и важно для педагогики и гуманитарного знания вообще, что М.М. Бахтин подчеркивает своеобразную доброту эстетического, его благостность; эстетическое ничего не выбирает, ничего не разделяет, не отменяет, ни от чего не отталкивается и не отвлекается. Характерно и знаменательно, что мысли учёного об эстетическом по своему пафосу, содержанию и форме перекликаются со строками о любви из Нового Завета: «Любовь... милосердствует, любовь не превозносится, не гордится, ... не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; всё покрывает, всему верит...».

В учении М.М. Бахтина об эстетическом привлекает его ярко выраженный гуманистический смысл. Ценностным центром эстетического видения является человек как «любовно утвержденная конкретная действительность». По М.М. Бахтину, только бескорыстная любовь, «только любовно заинтересованное внимание может развить достаточно напряженную силу, чтобы охватить и удержать конкретное многообразие бытия, не обеднив и не схематизировав его». Философ считает очень продуктивным сочетание эстетического взгляда с любовью к миру и человеку; «безлюбость, равнодушие никогда не разовьют достаточно силы, чтобы напряженно замедлить над предметом, закрепить, вылепить каждую мельчайшую подробность и деталь его. Только любовь может быть эстетически продуктивной». 1

Как отмечалось ранее, немецкая классическая герменевтика, возникшая как методология интерпретации текста, несет в себе гносеологические функции. Большинство работ М.М. Бахтина по эстетике художественного творчества также отражают поиски путей познания личности. Кроме того в работах отечественного ученого исследуются такие традиционные для герменевтики темы, как проблема языка, красоты (как категории), историзма в герменевтическом познании. По ряду научных положений его взгляды существенно отличаются. Так, М.М. Бахтин разрабатывает идею о продуктивности в процессе познания дистанции, вводит специальную категорию вненаходимости, в то время как западная герменевтика исходит из представления о познании как о слиянии субъекта с объектом. Характерно, что в педагогической науке и практике также присутствует понятие дистанции; достаточно вспомнить следующие положения А.С. Макаренко: «Мы не хотим, чтобы каждая отдельная личность чувствовала себя объектом воспитания». «Для нас он объект воспитания, а для себя он живой человек..», «... прикасаться к личности нужно с особо сложной инструментовкой». 1

По мысли М.М. Бахтина, в гуманитарных науках познание имеет диалогический характер и обусловлено специфической структурой наук о человеке. «Точные науки - это монологическая форма знания: интеллект созерцает вещь и высказывается о ней. Здесь только один субъект - познающий (созерцающий) и говорящий (высказывающийся). Ему противостоит только безгласная вещь. Любой объект знания (в том числе человек) может быть воспринят и понят как вещь. Но субъект как таковой не может восприниматься и изучаться как вещь, ибо как субъект он не может, оставаясь субъектом, стать безгласным, следовательно, познание его может быть только диалогическим». 2 По М.М. Бахтину, помимо воли человека, без диалога с ним естественнонаучная психология может постичь лишь «заочную правду о человеке».

Макаренко А.С. Проблемы школьного советского воспитания / / Избранные педагогические сочинения. В двух томах. Т 1. M.: Педагогика, 1977. С. 313. 2 Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1986. С.383.


Трактовки роли диалога в постижении человека и действительности в традиционной герменевтике и у М.М. Бахтина различны. Так, например, по Х.-Г. Гадамеру, диалогическая встреча собеседников осуществляется в общем предмете, теме, которая является третьей экзистенциальной позицией в событии общения. Н.К. Бонецкая находит объяснение такому подходу: «Герменевтика родилась из библейской экзегезы, - вера же в богодуховность библейского текста исключает интерес к личности древних авторов: как создатели текста, они переживаются только медиумами сверхчеловеческих духовных сил, медиумами Божественной инспирации. Экзегеза направлена на надличные, объективные библейские смыслы, - и именно здесь истоки герменевтического представления о «предметном» диалоге». 1 Бахтинская же концепция диалога основана на непосредственной встрече личности с личностью.

В педагогической науке и практике понятие диалога присутствует в разных смыслах и контекстах, подразумевая в ряду других значений и «взаимодействие» воспитателя и воспитанника. Диалогическое взаимодействие субъектов педагогического процесса может быть как непосредственным (парная педагогика В.А. Сухомлинского), так и опосредованным (педагогика параллельного действия А.С. Макаренко), что определяется конкретными целями и условиями воспитания. В то же время следует признать, что проблема «надличного смысла» проявляет себя не только при толковании религиозных текстов, но и, например, в педагогической деятельности, скованной идеологическими установками.

Итак, герменевтика сегодня предстает в философии, гуманитарном знании и культуре в целом как одна из фундаментальных форм осмысления человеческого духовного опыта, способа его бытия как понимания, как наука о порождении и понимании гуманитарных смыслов и ценностей. Герменевтическое научное направление продолжает активно развиваться в трудах таких ученых, как П. Рикер (Франция), Э. Хайнтель (Австрия), Р. Бернштейн (США), М. Франк, Ю. Хабермас (Германия), Э. Бетти (Италия) и др.

Полного аналитического обзора трудов по герменевтике к настоящему времени, к сожалению, нет. Такую попытку сделал американский учёный Р. Палмер, который подчёркивает, что назрела необходимость в издании «герменевтического компедиума». Р. Палмер пишет, что герменевтика как метод и теория концентрирует своё внимание на проблематике понимания текстов вне зависимости от их происхождения: литературный текст, научное произведение, пророчество или свод законов. В настоящее время благодаря стараниям Х.-Г. Гадамера, П. Рикёра, Ж. Дерриды, Э. Бетти герменевтика из филологической дисциплины превратилась в научное направление, которое не ограничивается проблемами интерпретации текста, а стремится раскрыть природу самой интерпретации, показать её универсальное значение в человеческой деятельности.

Р. Палмер справедливо утверждает, что сегодня назрела необходимость во всестороннем исследовании всех проблем, так или иначе касающихся особенностей герменевтического истолкования. К этим проблемам относятся следующие: природа языка, значение контекста, речь как акт и артефакт, значение метафоры, проблемы субъективизма и логоцентризма.

В истории развития герменевтики Р. Палмер выделяет три различных формы, каждая из которых была господствующей в определенный исторический период: до нового времени преобладала аллегорическая герменевтика, в новое время - филологическая, в новейшее - философская. 1

Философски осмысляя проблемы современной педагогики, В.И. Андреев выделяет философско-педагогические стратегии (метапринципы) воспитания, образования и творческого саморазвития. В их ряду: аксиологический, культурологический, антропологический, гуманистический и герменевтический.2 Подчеркивая ценность для педагогики герменевтического метапринципа, автор обоснованно связывает с герменевтикой надежды на целостное понимание культурных общечеловеческих ценностей.

С учётом освещенных в данном параграфе общефилософских и собственно педагогических положений о механизмах и условиях достижения человеческого взаимопонимания мы пришли к выводу о целесообразности применения герменевтического подхода в педагогике с целью научно обоснованного истолкования и интерпретации педагогического опыта, сведений и представлений о педагогической реальности на основе наиболее полного использования достижений не только науки, но и культуры в целом.


1.3 Формы духовного постижения человека и действительности


В педагогической деятельности целесообразно выделение двух планов: рационально-логического и образно-эмоционального, субъективного. Каждый из этих аспектов имеет специфическое значение в педагогической деятельности. Очень важная роль в изучении закономерностей развития и обучения личности принадлежит научному познанию, в процессе которого изучение вещей, их свойств и отношений фиксируется в форме идеальных объектов, которые замещают объекты реального мира. Однако следует подчеркнуть одно очень важное для педагогики обстоятельство. Идеальный объект представляет в познании реальные предметы не по всем, а лишь по некоторым, жёстко фиксированным признакам. Поскольку такая фиксация осуществляется посредством замещения указанных признаков знаками, постольку идеальный объект выступает как смысл соответствующего знака. Идеальный объект представляет собой упрощающий и схематизированный образ реального предмета

Действительно, выделяемые в процессе научного познания понятия отражают общее посредством отвлечения от всех особенностей отдельных предметов данного класса; выводимые учёными законы также выражают общие отношения и связи, присущие всем явлениям данного рода (по Ф. Энгельсу, закон - это «форма всеобщности»). Вместе с тем отличительным признаком всех гуманитарных дисциплин, в том числе и педагогики, является преимущественное внимание к единичному. Наличие общих законов констатируется гуманитарными науками лишь там, где все взаимонезависимые ряды явлений демонстрируют общие свойства; действие же любого из этих законов всегда ограничивается группой, объединённой такими свойствами.1 Вот почему сведение социальных явлений к замкнутой системе законов, которые были бы действительны для каждого конкретного случая и факта педагогической действительности, не целесообразно.

Современной педагогической наукой накоплен солидный объём специальных знаний о человеке; эти знания могут быть разведены на две системы: содержательную и формализованную. В силу специфики педагогического знания полная формализация (перевод на язык символов и формул) невозможна да и нецелесообразна (Б.И. Коротяев). Между тем для упорядочения имеющихся педагогических знаний, построения их в экономные логические системы с неизбежностью проводится частичная формализация: в структуре каждой из педагогических теорий (общей теории педагогики, теории воспитания, теории обучения, теории управления и руководства школой) может быть рассмотрено ядро, включающее основные идеи, понятия, законы, принципы, а кроме того эмпирическая сторона как совокупность педагогических примеров и фактов, осмысление которых позволяет более глубоко проникнуть в сущность теории.

При всех своих достоинствах научное познание на основе логически обоснованного понятийного мышления не способно со всей полнотой освоить явления жизни, поскольку в понятийно-логическом способе постижения мира

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: