Правящий класс в России
РЕГИОНАЛЬНЫЕ ЭЛИТЫ В ПРЦЕССЕ ФОРМИРОВАНИЯ ФЕДЕРАТИВНОГО УСТРОЙСТВА.
Региональные элиты сформировались в бывшем СССР в результате трансформации советского общества. В унитарном советском государстве вся власть была сосредоточена в руках центрального партийного руководства, которое принимало основные решения, касающиеся жизни регионов, назначало местных руководителей и контролировало их деятельность. Зарождение региональных элит относится к периоду правления Н. Хрущева и связано с его попыткой перенести центр тяжести управления экономикой на совнархозы. Позже с развитием региональных индустриальных комплексов и проведением хозяйственной реформы середины 60-х годов местные элиты приобрели определенный политический вес. Начатые в экономике преобразования нашли продолжение в политической сфере: права республиканских и областных руководителей расширились, а сами они превратились в могущественных управляющих подведомственными территориями.
В 70-80-е годы в советском обществе появились и окрепли корпоративные группы, организованные по территориальному принципу. Они начали осознавать собственные интересы и учились отстаивать их. Однако носителем общегосударственного начала в СССР оставалось однопартийное государство, а основные решения по-прежнему принимались в Москве. В этом контексте положение региональных лидеров было двойственным. В своем регионе первый секретарь республиканского или областного комитета партии обладал огромными властными полномочиями, именно на его плечах лежал весь груз обеспечения жизнедеятельности территории. Но при этом он был обязан выполнять принятые в Центре решения и находился в личной зависимости от московского партийного руководства.
В те годы в отношениях между федеральными и региональными властями на смену приказу пришла сложная система согласования интересов. В ходе этой процедуры каждый участник переговоров не только выдвигал и отстаивал свои предложения, но и брал на себя обязательства по их выполнению. Каждый местный руководитель видел свою основную задачу в том, чтобы получить для своего региона дополнительные ресурсы и средства. В этом соревновании побеждал сильнейший, тот, кто пользовался наибольшим влиянием в московских коридорах власти. К российским регионам, обладавшим в советское время наибольшим политическим весом, относилась Москва и Ленинград, крупнейший индустриальный центр – Свердловская область, а также курортные зоны Крыма и Северного Кавказа, куда ежегодно выезжали на отдых руководители партии и государства.
Расширение властных полномочий и активная роль региональных элит в процессе перераспределения материальных потоков усилили их позиции, но не смогли сформировать сплоченный корпус «местных начальников». Руководителей регионов объединяло многое: статус и должностное положение в обществе, социальный опыт, характер деятельности, профессиональные интересы. Однако единство корпуса подрывалось стремлением каждого из членов обеспечить благоприятные условия развития прежде всего своему региону.
Перестройка и начавшиеся в бывшем Советском Союзе реформы привели к ослаблению власти Центра и усилению позиций региональных элит. Лидеры, возглавлявшие борьбу за суверенитет национальных республик, своей политикой способствовали распаду СССР. Однако процесс суверенизации на этом этапе не завершился. Вслед за республиками бывшего СССР в борьбу за национальный суверенитет включились республики в составе Российской Федерации. В борьбе за власть победу региональным элитам обеспечила поддержка широких слоев населения, поддержавших требование государственного суверенитета и национально-культурного возрождения своих народов.
В 1992-1993 гг. в отношениях Центра и регионов преобладал хаос: регионы укрепили свои позиции, их требования к Центру возросли, а федеральная власть была слишком слаба, чтобы противостоять давлению периферии. Успехов в борьбе за ресурсы и власть удалось добиться прежде всего элитам тех регионов, которые использовали наиболее эффективные способы давления на Центр, а основной формой их взаимодействия с федеральной властью в этот период стали неформальные договоренности.
Новый этап в отношениях между федеральным Центром и регионами начался в 1993 г. После событий в Москве осенью 1993 г. был проведен референдум и принята новая конституция. Она провозглашала равенство всех субъектов Федерации. Документ предусматривал разграничение предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти ее субъектов. Конституция допускала заключение договоров между Центром и субъектами Федерации. Это положение было внесено в российскую Конституцию под давлением региональных элит и по сути явилось платой за их политическую лояльность Центру.
Несмотря на то, что Конституция закрепляла равенство «национально-территориальных» и «административно-территориальных» субъектов Федерации, первоначально (1994-1995) договоры о разграничении полномочий были подписаны центральной властью лишь с «привилегированными» субъектами – национальными республиками, давно начавшими борьбу за свою самостоятельность. Задача этих договоров состояла в удовлетворении основных политических и экономических притязаний национальных элит. Заключение политического договора сопровождалось подписанием серии соглашений по конкретным проблемам управления. В них устанавливались права собственности субъекта Федерации на природные ресурсы, средства производства, производимую продукцию, фиксировалась доля доходов от регионального производства, остающаяся в республике и идущая в федеральный бюджет. Позже федеральный Центр приступил к подписанию аналогичных договоров с «русскими» территориями. Эти соглашения должны были выровнять неравенство, возникшее между национальными республиками, с одной стороны, краями и областями, с другой. С политической точки зрения подписание договоров явилось признанием федеральной властью возросшего влияния регионов.
СУБЪЕКТЫ РЕГИОНАЛЬНОЙ ВЛАСТИ: ГРУППЫ ВЛИЯНИЯ В РЕГИОНЕ.
Становление региональной власти происходило в условиях ослабления власти федеральной и не контролировалось в полной мере Центром. В силу этого в различных регионах России стали возникать не схожие между собой властные модели. Особенно отчетливо это проявилось на уровне национальных Республик. Обладающие наибольшей политической самостоятельностью, они первыми включились в процесс государственного строительства и сумели сформировать на своей территории специфические формы правления. В одних за основу была принята модель президентской республики (Калмыкия, Татарстан, Башкортостан, Якутия). В других президентский пост был ликвидирован, и установилось некое подобие парламентской республики (Удмуртия и до недавних пор Мордовия). В многонациональном Дагестане конституцией закреплен не имеющий аналогов институт «коллективного президента» - республику возглавляет избираемый на два года председатель Государственного совета.
В «русских» регионах модель власти в большей степени унифицирована. Здесь можно выделить пять групп влияния или фигур власти. Формально власть в регионе представлена губернатором, губернской администрацией, включающей в себя систему местной исполнительной власти, региональными отделениями федеральных структур, органами представительной власти. Реальное влияние этих органов далеко не всегда соответствует тому месту, которое каждый из них занимает в формальной структуре власти. Однако их представители в большинстве своем могут быть отнесены к местной элите.
Первая группа влияния представлена губернатором и его ближайшим окружением. Губернатор лично отвечает за поддержание жизнедеятельности региона, социальную и экономическую стабильность в нем; разрабатывает структуру региональной администрации, схему управления региональной экономикой и социальной сферой. Для решения поставленных задач в его распоряжении имеются большие ресурсы власти: контроль над местным бюджетом и расходованием финансовых средств, установление или отмена местных налогов, предоставление льгот, лицензий, дотаций. По закону все эти решения утверждаются представительным органом . Но на практике выборный орган лишь оформляет решения, предложенные губернатором. Кроме этого губернатор активно влияет на проведение приватизации в регионе, организацию конкурсов и аукционов, а также основные направления экономической политики: регулирование цен, ограничение уровня рентабельности предприятий. В ряде регионов уставы закрепили за администрацией право единолично распоряжаться региональной государственной собственностью.
Должностные полномочия определяют административное влияние руководителя региона, его экономические ресурсы влияния предоставляют власти дополнительный «козырь» в диалоге с экономическими актерами. Однако для их полноценной реализации требуется действие дополнительных факторов. Важным условием формирования сильной губернаторской власти в регионе является наличие авторитетной, пользующейся популярностью личности. Сильному губернатору удается в полной мере использовать власть, которая дана ему законом, контролировать экономические и политические процессы в регионе.
С расширением властных полномочий и ответственности губернатора на смену личной преданности при комплектовании команды пришел принцип профессионализма. Кроме этого все большую роль начинают играть политические связи руководителя. За последние годы персональный состав команд стал более сложным: все чаще они формируются с учетом политической поддержки, полученной губернатором в ходе избирательной кампании. В 1996-1998 гг. по такому принципу были сформированы команды губернаторов Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Иногда состав команды отражает политические связи местного руководителя. Так, в конце 1998г. на ответственные посты в Республике Калмыкия были назначены московские управленцы. Есть регионы, где подбор команды губернатором происходит в соответствии с рекомендациями руководящих партийных органов. Такая практика сложилась в регионах, где к власти пришли коммунисты.
Сильная губернаторская власть не только создает собственную опору в лице преданных ей людей, но умеет работать со специалистами-советниками, не боится консультироваться с ними по различным вопросам. Эта способность придает действиям лидера взвешенность, позволяет принимать продуманные решения. Однако далеко не всем руководителям регионов такое сотрудничество удается.
Еще одним условием сильной губернаторской власти является укорененность руководителя в регионе. В прошлом региональные лидеры с подведомственной территорией связей практически не имели. Они были представителями партийно-советской номенклатуры и переводились на руководящие должности из одной области в другую. При этом признаком успешной карьеры, как правило, было назначение в Москву. Современные региональные лидеры имеют корни в своих регионах. Чаще всего они там родились, учились и работали, имеют обширные социальные связи, которые уже на этапе борьбы за власть превращаются в серьезный политический капитал.
В 1996-1998 гг. в России прошли выборы губернаторов. Изменение механизма формирования корпуса местных руководителей заложило основы новой модели властных отношений в регионе. Выборы закрепили независимость губернатора по отношению к Центру, «освобождая» его от личной преданности Президенту. Теперь судьба руководителя региона зависит от его собственного умения вести открытую борьбу за голоса избирателей. Выборы превратили губернатора из кулуарного политика в политика публичного. В новых условиях он должен быть не только предприимчивым лоббистом, способным «выбить» для своей области кредиты, льготы, привилегии. В ходе избирательной кампании кандидату на губернаторский пост уже было необходимо увлечь население региона своим видением будущего и перспективными для региона проектами. Чтобы сохранить доверие населения, избранный руководитель должен теперь доказать свою способность на практике решать острые социальные и экономические вопросы.
Во вторую группу влияния в регионах входят представители местной бюрократической элиты – руководители функциональных подразделений исполнительной власти. Исполнительная власть в регионах образуется по- разному. В большинстве русских областей существует областная администрация, в других администрация преобразована в правительство. При этом структура правительства либо предполагает должность премьера, либо предоставляет функции премьера губернатору.
Руководители структур региональной исполнительной власти выполняют не столько политические, сколько административно-организационные функции. Только заручившись поддержкой этой части местной бюрократии, губернатор может осуществлять свои полномочия в полном масштабе. Руководители департаментов областной администрации назначаются губернатором и, как правило, демонстрируют преданность своему руководителю. Что же касается всего аппарата областной администрации, то его преданность губернатору имеет свои пределы: бюрократия политически нейтральна, а следовательно, при смене руководства она будет поддерживать того, кто придет к власти.
Исполнительная власть, как показывают социалогические исследования, пользуется в регионах достаточно высоким авторитетом. Все большее число россиян полагают, что основные решения сегодня принимаются на уровне провинции, а не в Центре. В 1994 г. это мнение высказали 60% опрошенных в 11 регионах Российской Федерации. Два года спустя схожие результаты были получены в Новгороде, а также в Красноярском крае, Ненецком и Таймырском автономных округах, где 60 и 58% опрошенных, соответственно, полагали, что региональная администрация оказывает наибольшее влияние на жизнь области. Отношения с региональными и местными властями представляются россиянам более важными, чем отношения с далекой и абстрактной федеральной властью.
Третья группа влияния включает представителей региональных отделений федеральных структур, таких как Министерство обороны, Министерство по налогам и сборам, Налоговая полиция и т. д. При назначении руководителей региональных отделений федеральных структур их кандидатуры согласовываются с губернатором. Это положение, зафиксированное в законе и подтвержденное в ряде договоров о разграничении полномочий между субъектами Федерации и Центром, позволяет избегать напряженности в отношениях между ними. Сами руководители также предпочитают процедуру согласования решений конфликту.
Представители силовых структур входят в состав местной элиты. Однако прямого отношения к выработке политических решений (не считая тех, которые находятся в их непосредственной компетенции) они не имеют и самостоятельной политической роли не играют. Более тесно с региональной администрацией взаимодействуют структуры Налоговой полиции и Министерства по налогам и сборам, деятельность которых затрагивает экономическую жизнь региона. Весьма часто эти структуры выполняют «деликатные поручения» региональных руководителей, усмиряя не в меру «самостоятельных» предпринимателей через систему налогообложения. Тесно сотрудничают с администрацией руководители региональных отделений Центрального банка, принимающие непосредственное участие в разработке программ регионального развития и потому также входящие в региональную элиту. Новым явлением в общественной жизни России стала поддержка местными властями воинских подразделений, расквартированных на подведомственных им территориях. В условиях глубокого кризиса, постоянных задержек денежного довольствия офицерам и недостаточного обеспечения армии необходимыми жизненными ресурсами, и в частности продовольствием, губернаторы регионов часто вынуждены брать на себя функции федерального Центра по поддержанию жизнеспособности армии.
До недавнего времени было принято считать, что региональным структурам федеральных органов исполнительной власти не всегда удается сохранять автономию по отношению к местному руководству. Однако проведенное социологическое исследование выявило более сложную систему взаимодействия. В ряде случаев активную политику на местах проводил Государственный антимонопольный комитет. В субъектах Федерации, где местная власть в нарушение федеральных законов запрещала к вызову за пределы региона сельскохозяйственную продукцию, этот институт вступал в конфликт с администрациями, вынуждая их отменять незаконные постановления. В последнее время местные суды и прокуратуры все чаще заводят судебные дела на бывших и ныне действующих представителей власти. Все это свидетельствует о меняющейся расстановке сил внутри региона и растущей самостоятельности региональных подразделений федеральных структур.
К четвертой группе влияния относятся дружественные руководству региона экономические структуры. Они группируются вокруг центра власти, образованного губернатором, его ближайшим окружением, руководством исполнительных органов и примыкающей к ним бюрократической верхушкой. Поддержка местной власти директорским корпусом является важным фактором социально-политической стабильности в регионе.
В круг поддержки губернатора входят разные по масштабам и формам собственности предприятия. Однако центральное место в альянсе принадлежит крупнейшим предприятиям области, многие из которых в прошлом представляли «гордость и славу» советской индустрии. Каждый руководитель стремится заручиться их поддержкой, а также найти способ установить контроль над ними. Союз губернатора с руководством крупнейших предприятий области, естественен и необходим обеим сторонам. Для руководства предприятия поддержка местной власти является важнейшим условием выживания. При спаде производства и отсутствии оборотных средств крупные предприятия самостоятельно выжить не могут. Губернатор нужен им для «пробивания» средств из федерального бюджета, получения кредитов, налаживания международных связей.
Помощь гигантам местной индустрии имеет для администрации большое экономическое и политическое значение. Региональные лидеры отчетливо понимают, что крах крупного предприятия может обернуться для их территории подлинной катастрофой – снижением поступлений в местный бюджет, ростом безработицы, обострением социальной ситуации.
Особенность взаимодействия бизнеса и власти в постсоветском обществе состоит в том, что в основе его лежит не институциональное представительство интересов бизнеса, но индивидуальные, личностные контакты отдельных руководителей предприятий с представителями властных структур. Власть поощряет такого рода отношения, предпочитая иметь дело с партнерами, которые не объединены в рамках единой организации. Региональная администрация общается с руководителями дружеских коммерческих структур один на один, а ее стратегия сводится к расширению круга поддержки, что позволяет сохранять собственную независимость. В более сложном положении оказываются местные руководители, которым приходится вести диалог с консолидированной бизнес-элитой, стремящейся диктовать администрации свои условия.
В пятую группу влияния входят представительные органы власти. В разных регионах они именуются по-разному: Законодательное собрание, Дума, Совет и т.д. Различаются они по числу депутатов и по способу формирования. В некоторых регионах действует «смешанная» избирательная система, когда одна половина депутатского корпуса избирается по партийным спискам, а другая – по одномандатным округам. Однако в большинстве субъектов Федерации выборы в представительные органы проходят на основе мажоритарной системы.
В соответствии с концепцией государственного строительства, принятой за основу федеральными властями, полномочия представительных органов остаются ограниченными. Как правило, они утверждают бюджет и отчет о его исполнении, устанавливают местные налоги и сборы, принимают программы развития региона. Но большинство из этих решений принимается выборными органами по представлению губернатора. Другим ограничением деятельности представительных органов власти является то, что большинство депутатов работают на непостоянной основе. Это положение дало местной бюрократии и руководителям предприятий возможность совмещать свою профессиональную деятельность с законотворчеством.
Отношения между администрацией и представительной властью в регионах складываются по-разному. Однако повсеместно исполнительная власть стремится оказать влияние на состав представительных органов. Руководители регионов, как отмечают многие эксперты, уделяли большое внимание избирательной кампании в местные законодательные собрания. Они занимались подбором кандидатов, обсуждали возможность их победы на выборах. В тех российских провинциях, где губернатор контролирует политическую ситуацию, исход голосования чаще всего был благоприятен для местной «партии власти». Иная ситуация складывается в регионах, где губернатор не обладает достаточным политическим влиянием, чтобы консолидировать местную элиту. К этому фактору часто добавляется отсутствие каких-либо позитивных сдвигов в социально-экономической жизни, что усиливает шансы политической оппозиции.
До недавних пор в ходе выборов в региональные представительные органы особую активность проявляли те экономические и социальные группы, которые не были представлены в исполнительной власти – не вошедшие в альянс с администрацией предпринимательские структуры или бюджетные организации. Для них участие в работе представительного органа являлось единственной возможностью отстоять собственные интересы. Однако выборы, прошедшие в 1997-1998 гг., выявили новую тенденцию. В составе региональных законодательных собраний нового созыва значительно повысилось представительство хозяйственников и бизнес-элиты. Одновременно с этим в регионах произошло объединение новой и старой элит бизнеса.
Наряду с группами влияния, имеющими формальный статус и определенный общественно-политический вес, в регионах существуют фигуры или группы с неопределившимся пока пространством влияния. К ним, в первую очередь, относятся представители президента в регионах. Этот институт был создан в 1991 г. в целях укрепления президентской вертикали. На должность представителя президента, как правило, назначались выходцы из регионов, проявившие себя в период подъема демократического движения в стране. Однако с самого начала полномочия представителя президента не были четко определены. Считалось, что представитель президента – это «государево око». Он наблюдает за происходящим в регионе и регулярно направляет отчеты в президентскую администрацию, но реальных возможностей оказывать влияние на принятие решений лишен. Другая слабость института – отсутствие самостоятельной организационной и технической базы. В своей повседневной деятельности представители президента находятся в прямой зависимости от губернатора: располагаются в зданиях администрации, ездят на предоставляемых им машинах. В силу этих обстоятельств позиции представителя президента в регионе прежде всего зависят от отношений, которые у него сложились с местной властью. Либо представитель живет в согласии с губернатором, входит в его команду и в этом случае пользуется определенным влиянием, либо конфликтует с местным руководством, обрекая себя тем самым на положение «политического маргинала».
Институт представителей президента, по мнению экспертов, оказался крайне неэффективным. Не помогли представителям президента утвердиться ни прямой «выход» на Москву, ни связи в президентской администрации. Региональные власти даже не пытаются лоббировать интересы региона в Центре через представителей президента, предпочитая свои собственные, более надежные каналы. До сих пор представители президента, предпочитая свои собственные, более надежные каналы. До сих пор представители президента в большинстве регионов не смогли превратиться в популярных политиков. Тем не менее сам институт представительства своих возможностей не исчерпал и при разумной политике федерального Центра мог бы превратиться в эффективную структуру управления и координации отношений между Москвой и регионами.
В последнее время федеральной властью приняты меры, направленные на реорганизацию института представителей. В июле 1997 г. президентом был подписан указ «о полномочном представителе президента в регионе РФ». В соответствии с этим документом полномочия представителей президента значительно расширились: они должны контролировать реализацию федеральных программ, использование федерального имущества и бюджетных средств в регионе. Кроме этого представители президента курируют деятельность руководителей территориальных структур федеральных органов власти, с ними должны согласовываться назначения на эти посты.
Вопрос об обновлении этого института обсуждается в президентском окружении уже давно, но особо остро он встает всякий раз, когда федеральная власть пытается усилить контроль над региональными элитами. Однако отсутствие необходимых рычагов влияния, а главное, финансовых средств, делает все попытки проведения жесткой политики Центра по отношению к регионам весьма проблематичными.
Президентские и правительственные структуры в перспективе будут пытаться усилить полномочия представителей президента. Но не вызывает сомнений, что каждая такая попытка будет вызывать жесткий отпор со стороны региональных лидеров. Конфликты между Центром и регионами, связанные с недовольством со стороны региональных лидеров по поводу «притеснения федеральных властей», стали нормой российской политической жизни. Противостояние становится для региональных лидеров одним из наиболее эффективных способов заставить федеральную власть задуматься об интересах территорий.
Другую группу с неопределенным пространством влияния образуют партии, профсоюзы и иные общественные организации. Выделяя этот субъект политической жизни, следует отметить, что сегодня большой роли в политической жизни регионов они не играют. Конечно, в каждом областном центре существует немало политических организаций. Но чаще всего речь идет о микроскопических образованиях с небольшим числом членов. Большинству политических партий не удалось создать разветвленной структуры на местах. В ходе выборов как в Федеральное Собрание (1993,1995), так и в местные органы власти они не смогли выдвинуть авторитетных публичных политиков. О слабости политических партий в регионах свидетельствует и тот факт, что представительные органы, как правило, представлены экономические, а не политические интересы, отсутствуют и фракции.
В регионах есть еще одна сила, которая оказывает серьезное влияние на местный политический и экономический пейзаж. Речь идет об организованной преступности (мафии). Представители криминального мира не могут быть отнесены к властной элите, но во многих регионах они тесно взаимодействуют с ней.
В постсоветской России в деятельности мафиозных структур прослеживается определенная логика. На первом этапе своего существования они зарабатывают деньги. На втором – пытаются легализовать накопленный капитал. А на третьем – стремятся либо установить контакты с представителями власти, либо приобрести собственную политическую легитимность. В настоящее время последняя тенденция появилась особенно отчетливо.
Начало политической активизации криминального мира приходится на выборы в Государственную думу (1993). В 1995 г. в ходе предвыборной кампании в Госдуму десятки кандидатов с криминальным прошлым были отстранены от участия в выборах. Но тем не менее отдельным личностям удалось получить депутатское звание, а вместе с ним и депутатскую неприкосновенность.
Большую опасность для современной России представляет поддержка, которой представители криминального мира пользуются в ходе выборов. Располагающие огромными финансовыми ресурсами, преступные группировки прямо или косвенно подкупают электорат. В районах, где баллотируются их кандидаты. Они строят больницы и приюты, оказывают помощь пенсионерам.
Данная модель властных отношений представляет собой некий «идеальный образ». На практике соотношение групп влияния может варьироваться. Между группами влияния в регионе складываются непростые, порой конфликтные отношения. Конфликты и способы их преодоления представляют особый интерес, поскольку напрямую связаны с проблемой социальной и политической стабильности в регионе. 7
Заключение
В данное время в нашей стране происходит смена элит. Прошедшие президентские выборы показали несостоятельность прежней элиты. Снижение доверия к ней проявилось в низкой явке избирателей что привело к невысокой легитимности власти, выбранной небольшой частью населения страны. На смену ей должны придти молодые политики из регионов, которые, в отличие от столичных коллег, лучше знают ситуацию на местах, политически не коррумпированы и готовы взять на себя ответственность за будущее своей страны.
Главная особенность в процессе формирования современной политической элиты России заключается в том, что она приобрела черты во многом аналогичные с политическими элитами демократических государств.
В подлинно демократической стране незаконные и чрезмерные привилегии должны быть отменены. Необходимо изменить нормативные акты, посвященные льготам для высших должностных лиц, включая Президента Российской Федерации, а затем и опубликовать для всеобщего сведения и контроля за их соблюдением. Кроме того, все чаще встает вопрос о тщательном контроле за имеющейся и формирующейся политической, чтобы она не превращалась в замкнутую господствующую привилегированную касту, а работала, как ей и положено, на благо общества, большинства граждан России.
По-настоящему «демократической может считаться политсистема, которая реализует верховенство народа, влияние которого на политику является решающим, тогда как влияние элиты — ограничено законом. Следовательно, если мы не можем игнорировать тезис о том, что наличие элиты — это реальная или потенциальная угроза демократии, то выход, условие сохранения демократии — в постоянном контроле народа над элитой, ограничение привилегий элиты лишь теми, которые функционально необходимы для осуществления ее полномочий, максимальная гласность, возможность неограниченной критики элиты, разделение властей и относительная автономия политической, экономической, культурной и иных элит, наличие оппозиции, борьба и соревнование элит, арбитром которой (причем не только во время выборов) выступает народ, иначе говоря, все то, что в своей совокупности и составляет современный демократический процесс».
Для России важно формировать общественное мнение таким образом, чтобы политическая элита сама начала ограничивать себя в ряде привилегий, которые с моральной точки зрения выглядят явно несоразмерными на фоне бедного большинства населения.
Для современного российского государства все острее встает проблема становления квалифицированной, высокопрофессиональной политической элиты, которой могло бы доверять население. Такую элиту необходимо российскому обществу создавать, прилагая значительные усилия для того, чтобы с помощью демократических и юридических норм и механизмов, в том числе и посредством законных и обоснованных привилегий, создавать новых политиков, имеющих государственное мышление и способных взять персональную ответственность за преобразования в стране.
Хотя потенциальный резерв правящей российской элиты достаточно устойчив, отсутствует равновесие между политической и бюрократической элитами, поскольку деятельность административных структур находится вне политического контроля, во-первых, и административная элита не выступает посредником между политической элитой и массами, во-вторых. Если советское прошлое характеризовалось чрезмерным усилением государственной власти над обществом, то сейчас обнаруживается дефицит этой власти в соединении с ослаблением контроля общества над деятельностью индивидов и групп.
Очевидна также тенденция ослабления управления из-за его “демократизации”, что в определенной степени ведет к деградации общества.. Об отсутствии настоящей элиты говорит и то, что нет общеобязательных правил воспроизводства элитарных слоев, нет четкого разделения элит по сферам деятельности, нет и элементарной стабильности в обществе. Другими словами, формально есть вроде бы все, но система управления не решает своей главной задачи, связанной с поддержанием равновесия между интересами личности и общества, общества и государства, между требованиями порядка и стремлением к свободе
Однако, несмотря на такое положение, российское государство еще сохраняет шансы на общественный прогресс и возвращение в число ведущих государств современного мира. Страна располагает огромными запасами топливно-энергетических и минеральных ресурсов, плодородными землями и другими природными богатствами.
1 Ирхин Ю. В. «Политология» 2002 год (с 152-156)
2Желтов В.В «Политология» 1997 г (с 273-281)
3 Pareto V. “Les systems socialistes” Paris 1902 p34
4 интернет monah
5Плосконосова В.П. «Вестник Московского университета» серия 18 №1 2003 г. Статья «Правящие элиты древней и средневековой Руси и траектория их движения» (с 139-146)
6 Майкл Левин «Свободная мысль» 1997 г. №4 «Номенклатура – Arcanum imperii» (с 75-80)
7 Н. Лапина, А. Чирикова . журнал «Общество и экономика» 1999 г. №5 «Региональная власть в России»