Религия и социокультурные трансформации
Благодаря представлению о мире как целом человек достигает возможности признать свое сущностное тождество с окружающей действительностью и реально устранить противостоящее ему многообразие вещей, чтобы почувствовать себя свободным. Представление о мире как о целом наиболее рационально человек выражает в рамках философского понятия бытия. Однако, как мы считаем, религиозное представление о Боге является той ступенью человеческого познания, которая подготавливает идею бытия. Представление о Боге как о единственной причине вселенной, которая задает смысл и направление развития мира, по своему содержанию совпадает с идеей бытия. Но между ними есть и существенное различие, которое также четко необходимо видеть. Действительно, понятие бытия вполне рационально, не противостоит научному знанию и обыденному опыту человека, но представление о Боге нарушает привычный человеку ход вещей, нередко отвергает все познанные им рациональным образом закономерности. Особенности этого представления тем не менее могут быть вполне объяснены рациональным способом.
Представление о Боге устраняет внеположенность мира человеку, с помощью этого представления человек достигает своей осуществленности, свободы. Бог как податель благ реализует потребности человека в вещах и внутренней устойчивости. Однако способ действия божественной сущности, как он представляется в религии, нарушает обычный ритм человеческой деятельности и обычный, естественный ход вещей. Почему человек допускает возможность такого нарушения? Отвечая на этот вопрос, отметим, прежде всего, что возможность такого допущения основывается на том, что принимается неразрывность связи внешней действительности и самого человека, благодаря которой человек и может выставлять требование быть свободным, не связанным принуждением со стороны внешней действительности.
Вторжение Бога в человеческую действительность с целью сделать человека свободным рассматривается религиозным сознанием как нарушение обычного хода вещей. Рационально признать такое представление можно только тогда, когда мы допустим, что оно описывает вполне реальный и достоверный факт, но использует для этого описания неадекватные средства. Иначе мы должны считать, что это представление фантастично и допустить реальность, которую научное мышление не может прояснить.
Какую реальность может описывать представление о сверхъестественном, так чтобы она была достоверной для человека? На наш взгляд, такой реальностью может быть внутреннее состояние сознания, которое пришло к представлению о целостности действительности. Мы не можем согласиться с Е. Торчиновым [8], что религиозное сознание воспроизводит сферу бессознательного. Такой подход не принимает во внимание абстрагирующую природу сознания.
Обыденное сознание замкнуто различными фрагментами реальности. Наталкиваясь, на границы фрагмента реальности, сознание испытывает ощущение несвободы, которое оно пытается преодолеть. В представлении о мире как целом сознание выходит за границы всякой фрагментированной действительности, усматривает свою тождественность с этой действительностью и получает достоверное ощущение своей независимости от фрагментированной действительности, которое переживается как чувство свободы. Этот прорыв за границы фрагментированного мира человек описывает с помощью представления о Боге, которое предстает как тождественность и целостность. Сформировав представление о Боге, человек находит, что оно противоречит многообразию его внутренних и внешних восприятий. На этой точке его познания мир многообразных восприятий, а не мир научных понятий, остается существенным содержанием его сознания. Поэтому действенность данного представления он может усмотреть только в его воздействии на многообразное содержание его восприятий. Однако фрагментированный мир восприятий и понятие целостности оказываются принципиально иномерными. Вынужденный наполнять представление о сверхъестественном тем содержанием, которое человеку в наибольшей степени доступно и обычно, он и продуцирует представления, которые искажают обычный ход вещей. Так возникает представление о солнце, которое останавливает свое движение. Рациональный смысл данного представления заключается в том, что посредством него человек утверждает свое совпадение с внешней действительностью и свою свободу. Но поскольку это совпадение утверждается на фрагментированном материале его представлений, оно и принимает вид, противоречащий обыденному сознанию.
Таким образом, представление о сверхъестественном – это наложение представления о целостности действительности на материал обыденного сознания, наложение, которое достигается непосредственно, без необходимых познавательных процедур, устраняющих иномерность, несоизмеримость этих представлений. В силу данных обстоятельств, представление о сверхъестественном описывает внутренний мир сознания человека, но поскольку основывается на объективном понятии о целостности объективного мира, проецируется религиозным сознанием во вне, объективируется. Таковы когнитивные корни представления о сверхъестественном.
Для демонстрации действия сверхъестественного религия избирает вполне конкретные наглядные представления, как, например, в одном эпизоде Библии говорится об остановке солнца. Что этим обстоятельством говорит религиозное сознание? Если обратиться к религиозным чудесам, то легко видеть, что речь идет о противоречии наиболее обыденным каждодневным рутинным взаимосвязям вещей. Остановка солнца, осушение моря, всплытие топора, воскрешение мертвого – это события, которые переворачивают точку зрения обычного сознания, показывают ему возможность устранения необходимости, которая стала для него привычной. Беря эти чудеса, наиболее зримо отрицающие привычный мир обыденного сознания, религия показывает, что мир необходимости преодолим в принципе, что человек может достичь действительной свободы от него. Эта свобода достигается обращением сознания на целостность действительности, на ее всеобщее содержание. Что реально сознание получает, когда обращается к этому представлению целостности бытия? Оно опознает свою рефлексивную природу, которая позволяет рассматривать себя за границами внешней необходимости. Такая концентрация сознания помогает человеку осознать себя независимым от конкретных обстоятельств, осмыслить их объективно и овладеть условиями своего существования.
Усмотрение своей внутренней свободы представлено в данном эпизоде Библии в факте остановки солнца. Поскольку никто никогда не был свидетелем этого факта, следует сделать вывод, что данный факт описывает не внешнюю действительность, а внутренний мир человека. Это означает, что религиозное представление по своей форме не совпадает со своим содержанием. По своему содержанию оно представляет человека как внутренне свободное существо, но форма этого представления такова, что описывает нарушение необходимой связи вещей объективного мира. То, что внутренняя свобода человека демонстрируется на вещах объективного мира, означает, что эта свобода рассматривается как объективная характеристика человека. Но то, что речь идет о светиле, которое останавливает свой ход, говорит о дальнейших характеристиках внутреннего мира человека.
Введение представления о Боге вызывается фрагментированностью сознания человека, которое вынуждено переходить от одного ограниченного состояния (замыкающегося на конкретное эмпирическое явление) к другому и испытывать при этом негативные чувства, поскольку данный переход происходит для него принудительно. Смена фрагментированных моментов сознания человека устраняет его тождественность и устойчивость и является источником негативных эмоций. Для устранения этой смены человек использует представление о Боге.
Таким образом, фрагментированные состояния сознания – это те негативные его элементы, которые делают человека несвободным и которые человек пытается связать в одно целое. Поиск целостного представления, которое станет основанием для всех моментов сознания, в библейском рассказе выражено как уничтожение врагов Израиля, то есть уничтожение отдельности моментов сознания, которая (отдельность) не позволяет управлять ими и быть человеку свободным. Отдельность моментов опыта человека описывается как враг Израиля, а победа над ними достигается с помощью остановки солнца, в котором следует видеть достижение самого целостного представления о бытии. Речь, следовательно, идет не о связывании отдельных моментов опыта человека в целостность, которое бесконечно продолжается и никогда не достигает результата. Нет, здесь действие человека достигает своей цели как основания целостности этих моментов, как свободы, которая и символизируется в представлении об остановке солнца.
Таким образом, анализ конкретного религиозного представления о чуде, проявлении сверхъестественного показывает, что оно утверждает только достижение во внутреннем мире человека основания целостности его восприятий, целостности его сознания, которая одновременно является и характеристикой внешней действительности. Подлинное содержание представления о сверхъестественном – это не реальное нарушение природной необходимости, а достижение в мире сознания человека представления о целостности внутреннего и внешнего мира. Особенность религиозного сознания, как отмечалось выше, состоит как раз в неадекватном выражении процесса сознания человека, которое и приводит к появлению того, что называют чудом. Содержание чуда – это достижение сознанием достоверности представления о целостности действительности, которое выражается не с помощью понятий, а с помощью чувственных представлений. Последнее обстоятельство и приводит к тому, что чудо оказывается противостоящим естественному ходу вещей.
Здесь следует отметить, что собственно для религиозного сознания факт его определенной неадекватности остается скрытым. В чуде остановки хода солнца оно усматривает именно остановку солнца на небесном своде, а не что-либо иное. Это обстоятельство говорит о том, что религиозное сознание, которое не знает себя, не является адекватным познанием. Эта неадекватность познания в религии имеет определенный смысл. Разделяя мир на две части – самобытие и преходящее бытие – религиозное сознание рассматривает самобытие как сущность мира вообще и цель своих действий. Следовательно, выдвигается цель человеческой деятельности как достижение сбалансированности всех фрагментов его опыта, а сама фрагментированность рассматривается как преодолимая. Разделение мира на два мира указывает на двойственность бытия человека и необходимость преодоления этой двойственности не только в одном конкретном случае, но во всем содержании опыта человека. При этом целостность принимается как смыслосодержащее и целеполагающее бытие, противостоящее хаосу фрагментов опыта человека.
Особенность религиозного сознания состоит в том, что оно принимает в качестве цели человеческой деятельности осуществление свободы человека посредством овладения внешней и внутренней действительностью. Средство достижения этой свободы – идея Бога как бытие, которое содержит в себе внешний и внутренний мир в их целостности. Это целостное бытие является целью человеческих устремлений, которым противостоит реальная фрагментированность его опыта, подлежащая упорядочиванию. Целостность и фрагментарность – это противоположности, которые религиозное сознание воспроизводит как противоположность божественной сущности и мира, преодолеваемой в чуде. Последнее является синтезом двух реальностей, вхождением целостности в мир фрагментарности. В представлении чуда религиозное сознание выражает реальную противоположность целого, не сводимого к частям, и частичного, а также преодоление этой противоположности через выявление опосредствующих моментов.
Проведенное нами рассмотрение природы религиозного сознания показывает, что оно является осуществлением собственной природы сознания, а не каким-то фантастическим отражением реальности. Понятие фантастического отражения искажает понимание религиозного сознания и препятствует его научному исследованию. Религиозное сознание постигает мир как целое в представлении о Боге. И это представление является вполне рациональным по своей сути. Но это рациональное представление выражено в особенной форме, которая противоречит обыденному восприятию и научному мышлению. В границах религии представление о целостности действительности как основании свободы человека непосредственно распространяется на вполне конкретно эмпирические обстоятельства, что подрывает обыденное сознание. Это распространение имеет свой смысл, оно указывает, что фрагментарность опыта человека должна быть устранена, и он должен быть приведен в систему. Таким образом задается цель действия. Но средства действия еще в полной мере не осознаны, поэтому признается возможность непосредственного проявления целостности в данном фрагменте человеческого опыта. Это обстоятельство указывает на незавершенность познавательного процесса в рамках религиозного сознания. Поскольку эта незавершенность не осмысливается, принимается за завершенность, она и приводит к искажению обыденного опыта, к представлению о чуде.
В заключении отметим, что предмет религиозного сознания – это мир как целое. Он является и предметом философии, которая постигает его в категории бытия. Религия использует для этого представление о Боге. Однако религия, имея вполне рациональное содержание, не находит ему адекватной формы, закрывая его эмпирическими фрагментарными представлениями.
Особенности религиозного сознания позволяют предварительно отметить его роль в общественной жизни человека. Идея бога ориентирует человека на достижение состояния свободы, устранение всех противоречий его внутреннего и внешнего мира, а поэтому и на достижение социальной гармонии. Поскольку эта идея непосредственно применяется к фрагментированной, противоречивой реальности, она может порождать фанатизм, стремление изменить реальные отношения чуждыми им средствами. Таким образом, религия может выполнять и роль социального примирителя, и роль провокатора социальных разделений и борьбы.
Следует также указать, что понимание религии как фактора социокультурных изменений невозможно без исследования ее природы. Специфика религии как особой формы мировоззрения проявляется в идее сверхъестественного. Как мы показали, сверхъестественное – максимальная всеобщность, максимальная универсальность, которая формируется человеком в сознании в виде представлений и понятий. Поскольку само сознание – это форма бытия действительности, то всеобщность следует понимать и как внутреннее качество предмета, существующего независимо от человека, воссозданное человеком путем абстрагирования и не имеющее чувственного единичного существования. Всеобщность объективна, но постигается только через деятельность сознания. Всеобщность не есть отражение единичных качеств предмета. Она формируется сознанием, поскольку сознание изначально всеобще как таковое.
1.2 Религиозный комплекс и его компоненты
Религия в обществе существует в совокупности своих элементов как религиозный комплекс. Различные подходы к пониманию религиозного комплекса мы находим у Гегеля, Г. Зиммеля, М. Вебера, И.Н. Яблокова, В.И. Гараджи. В качестве его элементов выделяют идею Абсолюта, религиозное сознание, культ, общину, по-разному трактуя их соотношение и функции.
Основываясь на социологии религии Т. Парсонса, В.И. Гараджа выделяет следующие элементы религиозного комплекса: общность верующих, верования и мифы, ритуальное поведение, общие символы [23, c. 48].
Религия как особая подсистема общества (религиозный комплекс) имеет свою специфику в отношении других подсистем и системы в целом. Эта специфика определяется тем, что религия стремится к реализации полноты бытия человека и устранению всех конфликтов – мира и человека, человека и общества, человека и предельной ценности. Общество и религия – это мирское и сакральное, будни и праздник, обыденное и полнота осуществленности. Религиозный комплекс характеризуется стремлением создать параллельную социальную систему – церковь как универсальное общество. Такой подход и реалистичен, и утопичен одновременно.
Как специфический социальный комплекс религия стала предметом изучения у Маркса, Дюркгейма, Вебера, Парсонса (23, 29 сл., 71 сл.). Религия воздействует на многие общественные сферы (23, 145 сл.): культуру, политику, экономику, социальную мобильность, семью и т.д. Религия влияет на общество через социальные институты. Для того чтобы воздействовать на них, она сама должна выступать как социальный институт. Поэтому нашей дальнейшей задачей является изучение религии как особой социальной системы и особого института. Для этого нам необходимо выявить все составляющие элементы религиозного комплекса, а затем рассмотреть те, которые непосредственно влияют на социальные институты.
Проводя исследование религии, мы отталкивались от предпосылки, что спецификой религии является определенная форма осмысления мира. Но осмысление мира предполагает и практическое отношение к нему. Поэтому религиозный комплекс включает не только религиозное сознание, но и особое действие, особый образ жизни. Как отмечает Томпсон, религия «…включает в себя представления о мире, конкретные ценности, связанные с ними установки, реакции и образ жизни, отражающий данные представления и ценности» [81, c. 21]. В этом определении подчеркиваются два компонента религиозного комплекса – теоретический и практический, верования и действия. Следовательно, религия – это определенные представления и соответствующий им образ жизни, это религиозное сознание и религиозное действие. Знания и действия – эти два компонента с наибольшей полнотой раскрывают содержание религиозного комплекса. Однако есть смысл конкретизировать их, указывая на цель действия. Содержанием религиозного действия является специфическое знание, но что составляет цель этого действия?
Целью религиозного действия является спасение, достижение единства с трансцендентной сущностью действительности. Подлинное содержание религии, отмечает М. Томпсон, это духовная цель, спасение, «обретение нового центра в трансцендентной реальности, которую мы именуем Богом» [81, c. 11], (автор цитирует Дж. Хика). Синонимы Бога – Абсолют или Трансцендентное. Таким образом, цель религии – спасение, достижение единства с трансцендентным началом. Эта цель выступает мотивом деятельности верующего и определяет содержание этой деятельности. Поскольку деятельность верующего – это не только внутреннее самоуглубление, но и стремление объективировать свое духовное состояние, она обязательно раскрывается в его отношениях к другим людям. Деятельность верующего реализуется в системе социальных отношений, которые важны для понимания смысла и целей его деятельности. Эту систему отношений к другим индивидам, которая возникает в результате реализации цели деятельности верующего, имеет смысл рассматривать в качестве особого элемента религиозного комплекса. На первый взгляд кажется, что действие верующего ничего не добавляет нового в содержание его мироосмысления, будучи только осуществлением этого мироосмысления. Но мы должны обратить внимание на то обстоятельство, что осуществление вероучения в действии верующего не совпадает с самим вероучением, не определяется им безусловно. Осуществляя вероучение, верующий вступает в отношения с другими людьми, которые не являются сторонниками этого вероучения или иначе его понимают. Здесь возникают коллизии, которые однозначно не могут быть решены на базе имеющегося вероучения. Поэтому отношения верующего с другими людьми существенным образом характеризуют весь религиозный комплекс.
Есть и другое обстоятельство, которое приводит к необходимости выделения в качестве особого элемента отношение верующего к другим индивидам. Это обстоятельство определяется природой человеческой деятельности вообще. Смысл деятельности человека – воспроизводство человека. Человек как родовое существо имеет характеристики общие для других людей. Но он является и индивидуальностью, которая характеризует только его. Воспроизвести себя – это и означает воссоздать свою индивидуальность как являющуюся достоянием всего сообщества, то есть обладающую всеобщими характеристиками. При этом ценность человеческой личности определяется уровнем всеобщности, которую человек использует для выражения своей индивидуальности. Поэтому самый значительный человек – это тот, результаты (артефакты) самовыражения индивидуальности которого необходимы максимальному количеству людей для осуществления своего процесса самореализации.
Смысл человеческого общения в процессе взаимодействия, сопровождающего самовыражение человеческой индивидуальности, состоит в том, что оно является стимулом для самовыражения, обеспечивает среду этого самовыражения и делает результаты этого самовыражения достоянием других, то есть составной частью совокупной культуры данного сообщества. Другими словами, без взаимодействия индивидов практически неразрешима задача самореализации человека. Это взаимодействие не только создает среду для самореализации человека, но оно и позволяет решить другую задачу самореализации – вхождение в мир культуры. Первая задача воспроизводства человека – это создание артефакта, который выражает человеческую индивидуальность. Вторая задача – это объективация этого артефакта, инкорпорация его в тело культуры. Обе эти задачи неразрешимы вне социального взаимодействия. Поскольку это взаимодействие существенным образом влияет на характер религиозного действия, мы считаем необходимым рассматривать его как элемент религиозного комплекса. Социальное взаимодействие в границах религиозного комплекса может быть определено как религиозная организация. Поэтому тремя определенными нами элементами религиозного комплекса являются религиозное сознание, религиозное действие и религиозная организация.
Следует отметить, что имеющиеся в религиоведении подходы в выделении элементов религиозного комплекса не имеют существенных различий. Разработанная конструкция религиозного комплекса представлена в философии религии Гегеля. Анализируя ее, необходимо учитывать методологию подхода мыслителя к анализу религии. Рассматривая любое явление, Гегель начинает с его понятия, то есть с существенных характеристик этого явления. Для того чтобы выявить существенные характеристики предмета, необходимо уже иметь понятие, то есть принципиальное знание о том, что есть существенное вообще. Это знание человек не имеет изначально, он приходит к нему, начиная с эмпирической реальности. Таким образом, здесь работает другой метод движения – от эмпирически конкретного к существенно абстрактному. Путь восхождения Гегель изучает в феноменологии. Искажение позиции Гегеля часто связано с тем, что на место первого метода ставят второй. Имея в виду данное обстоятельство, можно обратиться к гегелевскому пониманию религиозного комплекса. Гегель в качестве его элементов выделяет идею Бога, религиозное сознание, культ (религиозное действие). Идея Бога представляет содержание религии, религиозное сознание воспроизводит это содержание в конкретном индивидууме, а культ является способом достижения их единства, единства трансцендентного и имманентного. Гегель предлагает различать объект веры и процесс его интериоризации, усвоения субъектом. Культ же выступает способом выражения достигнутого ими примирения.
Следует отметить, что используемое Гегелем деление религиозного комплекса на идею Бога, религиозное сознание и культ предполагает уточнение содержания отдельных элементов. Например, очевидно, что религиозное сознание как интериоризация объекта веры есть религиозное действие, поэтому данный элемент (религиозное сознание) отчасти совпадает с культом.
В целом можно сказать, что выделение любых компонентов религиозного комплекса будет условным, ибо каждый в той или иной мере будет воспроизводить качества другого. Поэтому проводя такое разделение, следует отмечать только существенные характеристики каждого элемента комплекса. Использование гегелевской схемы осложняют и трудности, возникающие при попытке разделения двух первых его элементов. Действительно, и идея Бога, и само религиозное сознание представлены как части религиозного учения (учение о Боге и учение о человеке), которые достаточно трудно расчленить в религиозных текстах. Кроме того, данное разделение делает неочевидным ту характеристику религии, которая нас прежде всего интересует, а именно социальное бытие религии. Религиозное сознание как элемент гегелевской схемы, скорее, выражает внутреннее самоуглубление индивида с целью достижения примирения с божественной сущностью за рамками социального взаимодействия, а культ – выражение этого примирения. При этом и культовое действие больше понимается индивидуально-личностно, нежели чем социально. Правда, используя свою схему религиозного комплекса при изложении христианского учения, Гегель конкретизирует ее в понятиях царства отца, царства сына и царства духа. При этом царство духа понимается им как община. Следовательно, культ, религиозная деятельность может рассматриваться как социальное взаимодействие, как общение верующих. Однако этот момент интересующего нас социального действия в элементах религиозного комплекса явно не выражен.
В современном отечественном религиоведении проблемой элементов религиозного комплекса специально занимались И.Н. Яблоков и В.И. Га-раджа. И.Н. Яблоков, выделяет следующие элементы религиозного комплекса: религиозное сознание, религиозная деятельность, религиозное отношение и религиозная организация [64а, 49 сл.]. Сущностным, интегративным свойством религиозного сознания является религиозная вера [64а, 50]. Религиозное сознание также отличается чувственной наглядностью, наличием воображаемых образов, соединением действительного и иллюзорного содержания, символичностью, диалогичностью, эмоциональной насыщенностью и религиозным языком [64а, 49]. Религиозная деятельность рассматривается как внекультовая (создание религиозного учения, миссионерство, преподавание религии, пропаганда религии, управление религиозными организациями) и культовая («драматизация религиозного мифа») [64а, 54, 55]. Религиозные отношения есть отношения между человеком и трансцендентными существами, а также отношения между людьми по поводу объектов веры [64а, 57]. Наконец, религиозные организации – это упорядочивающие религиозную деятельность и религиозные отношения институты и организации, которые подразделяются на внекультовые (управляющие внекультовой деятельностью) и культовые (имеющие отношения непосредственно с культовой деятельностью) [64а, 59].
В предложенном Яблоковым выделении элементов религиозного комплекса выделяется тот компонент религии, который нас наиболее интересует – социальная организация. В то же время очевидно, что выделение данных компонентов наталкивается на проблему их четкого разделения, ибо фактически все они в той или иной степени включают моменты других. Для решения этой задачи, на наш взгляд, необходимо дать ясные определения каждого компонента. В предлагаемой схеме религиозного комплекса трудно определить методологию, которая привела автора к выделению именно этих элементов. Видимо, автор отталкивался от непосредственного представления функционирования всего религиозного комплекса. Как нам представляется, разумно для определения структуры и элементов религиозного комплекса учитывать и позитивные моменты гегелевской схемы, и позитивные моменты схемы, предложенной И.Н. Яблоковым. Однако методологической базой формулировки такой схемы должно стать, на наш взгляд, представление о природе человеческой деятельности вообще.
Структуре человеческой деятельности большое внимание уделялось в концепциях Вебера и Парсонса. Мы обратимся к их содержательному анализу в последующем изложении. Сейчас же схематично изложим наш подход. Мы исходим из того, что целью деятельности человека является его воспроизводство. Содержанием процесса воспроизводства является создание артефакта. Форма этого процесса характеризуется рациональностью, которая осуществляется благодаря языку. Природа человека осуществляется благодаря языку. Процесс воспроизводства человека заключается в том, что он свою всеобщую природу, выступающую для него как усвоенная им культура, воспроизводит в артефакте, воспроизводящем его индивидуальность. Другими словами, цель человека – воспроизвести себя как именно это индивидуальное существо. Цикл воспроизводства начинается от воспринятой человеком через свою индивидуальность культуры и идет к выражению в этой культуре индивидуальности человека (создание артефакта), а завершается объективацией артефакта, инкорпорацией его в систему наличной культуры. Следовательно, стадиями воспроизводства человека являются следующие. Первая стадия – наличная объективная культура, усвоенная человеком. Вторая стадия – выражение в материале этой культуры человеческой индивидуальности (создание артефакта). Третья стадия – приобретение артефактом качества элемента объективной культуры. На первой стадии мы имеем дело с совокупностью знаний, которые усвоены человеком. Это образ действительности, который поддерживается и воспроизводится той социальной общностью, в которую входит человек. На второй стадии совершается процесс выражения человеческой индивидуальности посредством данной совокупности знаний, который завершается созданием артефакта как выразителя индивидуальности человека. На третьей стадии артефакт приобретает объективный характер, становится достоянием наличной культуры.
Сущностными характеристиками этих стадий человеческой деятельности могут быть следующие категории. Первая стадия – когнитивная деятельность, формирование системы знания как образа действительности. Вторая стадия – креативная деятельность, формирование индивидуального артефакта и устранение его несовпадения с наличным знанием. Третья стадия – коммуникативная деятельность, введение индивидуального артефакта в пласт объективной культуры посредством имеющихся институтов. На первой стадии имеет главенствующее значение познавательная активность индивида. На второй стадии на первый план выходит его созидательная деятельность, направленная на выражение его индивидуальности. На третьей стадии на первый план выходит деятельность по достижению понимания человеческой индивидуальности другими индивидами, без которой невозможно решить задачу введения артефакта в мир наличной культуры. Достижение понимания совершается в процессе коммуникативного взаимодействия. Вполне очевидно, что мы понимаем воспроизводство человека только в наиболее выраженной, адекватной форме. Артефакты массовой человеческой деятельности по существу не несут на себе отпечаток индивидуальности личности их создателей. Такие артефакты как религиозные чувства формируются и в среде религии, однако понять их настоящую роль в жизни религиозного комплекса можно лишь исследовав стадии реализации человека в их полном объеме. Следует также подчеркнуть, что любая из характеристик деятельности человека содержится и в других стадиях, поэтому их разделение имеет только тот смысл, что одна из характеристик может иметь преобладающее значение по отношению к другим.
Исходя из проведенного рассмотрения схемы человеческого действия вообще, можно выделить следующие элементы религиозного комплекса. Первый элемент – религиозное знание – образ действительности, который дает религия, религиозное мировоззрение. Второй элемент – религиозное действие, культ как выражение индивидуальности человека в наличном образе мира, как вхождение человека в религиозный образ мира на уровне отдельного человека, индивидуальное воспроизводство образа мира. Третий элемент – вхождение индивидуального религиозного образа мира в наличное мировоззрение и механизм его трансляции.
Подводя итог рассмотрению схемы религиозного комплекса, мы отметим, что элементы этого комплекса выражают три аспекта деятельности человека (когнитивный, креативный и коммуникативный) и представлены такими компонентами, как религиозное сознание, религиозная деятельность и религиозная организация.
Религиозное сознание – это религиозное мировоззрение как религиозный образ мира. Религиозная деятельность, культ – это индивидуальная трансформация религиозного образа мира посредством устранения различия между объективным образом и его индивидуальным восприятием. Религиозная организация – система коммуникативных отношений, обеспечивающих воспроизводство религиозного образа мира и включение в него его индивидуализированных трансформаций.
Проблема соотношения различных элементов религиозного комплекса получала различные решения. Э. Дюркгейм исходил из того, что культ первичен [см. 44, c. 433]. Однако проблема соотношения знания и культа – эта проблема аналогичная вопросу о том, что первично, яйцо или курица. Все три элемента религиозного комплекса не существуют отлично друг от друга, речь может лишь идти о наибольшей проявленности каждого из них в данный момент. По отношению к данному индивиду можно говорить о первичности знания к его деятельности, но в целом религиозный комплекс живет посредством своей индивидуализации (которая по сути является процессом отрицания наличного культурного багажа отдельным индивидуумом с целью определения характеристик своей индивидуальности), поэтому знание невозможно без культа.
Три выявленных компонента религиозного комплекса являются неотъемлемыми характеристиками религии вообще. Чисто теоретически можно представить религию в границах только религиозного сознания, но фактически религия как исторический факт есть также культ и особая система организации. Рассматривая три компонента религиозного комплекса с позиции исследуемой проблемы, можно утверждать, что наибольшее внимание должен привлекать третий компонент – религиозная организация. Однако тесная взаимосвязь всех элементов комплекса делает необходимым проведение анализа каждого компонента. Поэтому нашей дальнейшей задачей будет характеристика всех элементов религиозного комплекса: религиозного сознания, религиозного действия и религиозной организации.
Как выше отмечалось, религиозное сознание суть религиозное мировоззрение, совокупность знаний, которые описывают человека, окружающую его природную и социальную действительность. Важнейшим элементом религиозного мировоззрения является идея Бога.
Выше (в первом параграфе данной главы) мы привели описание этой идеи изнутри религиозного мировоззрения и показали, что Бог в религии – это причина действительности, полнота благ, которая обладает возможностью устранять противоречия, возникающие между этой причиной и самой действительностью (в том числе человеком). В частности, божественная сущность позволяет преодолевать разрыв между человеком и теми благами, которые образуют богатство этой сущности. Религия непосредственно не занимается рационализацией идеи Бога, такая задача возникает в условиях межконфессионального соперничества и нарастания влияния философского мышления. Задачей настоящего исследования является научное изучение этой идеи, ее рациональное постижение.
Идея Бога, как мы показали, описывает действительность как целостное бытие.
В этом отношении мы вполне согласны с философско-теистической характеристикой понятия Бога, которую формулирует Ю.А. Кимелев. Он определяет идею Бога как субсистирующее бытие, праоснову мира как многообразного сущего, бытие вообще, чистое бытие, трансцендентное по отношению к сущему [41, c. 225-226]. Мы понимаем такую идею как закономерный и необходимый продукт развивающегося познания человека. Мы также исходим из того, что эта идея в силу своей необходимости должна рассматриваться в отношении к конкретному бытию отдельного человека, а не как безразличный предмет для познания или предмет познания других. Следует отметить важное значение для понимания сущности идеи Бога процесс-теологию А. Уайтхеда (1861-1947) и Ч. Хартсхорна, которые стремились понять характер включенности Бога в процесс действительности, а также допускали возможность приписывать Богу противоположенные метафизические категории [41, c. 237-238].
Абсолют – философская экспликация идеи Бога, целостность, полнота мира, тождественная человеку и доступная ему. Рациональный смысл этого понятия – возможность для индивида устранить все противоречия его бытия, которые есть в его сознании, потому что они есть противоречия его сознания (полагаются самим сознанием, ибо только в сознании адекватно проявляет себя природа человека). Понятие чуда в религии по своему содержанию – это внутренняя свобода личности, перенесенная на предметы внешнего бытия. Несовпадение всеобщности и чувственно существующей единичности является гносеологической предпосылкой религиозного чуда. Рациональное объяснение идеи Абсолюта предполагает, что мир как целое адекватно воспроизводит себя в сознании, сознание – деятельная всеобщность. Рациональное понимание идеи Бога вводит содержание религии в границы светского мировоззрения и позволяет использовать потенциал религии для устранения социальных диспропорций.
Рационализация идеи Бога показывает ее как идею, обозначающую Вселенную в виде некоторой целостности, всеобщности. Такое постижение действительности характерно для философского познания.