Xreferat.com » Рефераты по философии » Творчество и любовь как фундаментальные аспекты экологии человеческого духа

Творчество и любовь как фундаментальные аспекты экологии человеческого духа

и наоборот. Все взаимосвязано,все обнимается.

- Ой,мне как-то не по себе стало. "Колыбель к гробу"...Жуть.

- Не "жуть", а особенность любви в ее ярких проявлениях. "Даль­ность" и "расстояние" - непременные побудители любви,а что может быть далее,чем "смерть" и "рождение"?! Поэтому в редчайших случаях,когда загадочным мистическим путем они устремляются навстречу друг дру­гу,почти ничто не в силах их остановить,не разрушив их хрупкого су­щества. Ничего нельзя представить глубже всепоглощающей нежности,како­вую испытывает старший к юному. "Старость" служит прекрасному. Здесь чувство и никакой "физиологии". Физиология осторожна,смешного боится. А любовь - нет! Такая любовь - это победа "завтра" над "вчера",будуще­го над прошлым.

И еще: сберегай чистоту своей души как можно дольше,лучше всего - навсегда. Это величайшее твое достояние,эквивалентом которого не пос­лужит никакой наряд,никакой шарм. Поэтому,если тебя "кольнут" когда по поводу одеяния и прочей житейской мишуры - не бери в голову,это мело-

чи. Но убойся "потерять себя".

Да,потом Галатея уехала. И потекла для Пигмалиона река земного времени без нее. Однако,спустя годы вдруг раздался телефонный звонок и далекий-далекий голос Галатеи вымолвил:"Спасибо вам за все-все. Дни,проведенные с вами,оказались лучшими в моей жизни..." - Может ли любящий смертный желать большей награды?!

Ну,а мы,уважаемый читатель,обратимся к теперь уже трезвым размыш­лениям и воспоминаниям Ешки. - Есть глубокое,трагическое несоответс­твие между любовью женской и любовью мужской. Между ними странное не­понимание и драматическая отчужденность. Женщина - существо совсем иного порядка,чем мужчина. Она гораздо менее человек,а гораздо более - проявление природы. По своей сущности она - носительница половой сти­хии. Половая жизнь захватывает женщину целиком. Анюта с гривой черных волос и омутом синих глаз тому живое свидетельство. "Вьется алая лента игриво в волосах твоих темных,как ночь..."- непроизвольно напел Ешка и смущенная улыбка коснулась его губ,разгладив глубокие складки у рта.

- Женщина - это не совсем человек. Животные инстинкты переполняют ее,иногда являясь основой сущности. И сколь бы ни была она прелестна, последствия этого могут быть ужасающи. О,Леда... Солнечное сущест­во,пленившее детскую душу - сколь удручающ твой образ...

Женщина всегда живет одним,не вмещая в себя многого. Она с трудом воспринимает способность мужчины овладевать полнотой бытия. Женщина гораздо более способна отдаваться чему-то одному,тому,что ее сейчас захватило: например,переживанию,вытеснившему всю остальную жизнь,весь мир,или делу (значительно реже). У женщины одно становится всем,в од­ном она видит все,в одно все вкладывает. Светлые образы Татьяны и Люд­милы убеждают меня в этом.

Все бытие отождествляется женщиной с тем состоянием,которое в данное время ею обладает. С этой особенностью женской природы связано сравнительно слабое чувство личности и большая зависимость от време­ни,от сменяющихся переживаний.

В мужской природе сильнее чувство личности и большая независи­мость от сменяющихся во времени состояний,большая способность совме­щать всю полноту духовного бытия. Мужчина не склонен безраздельно от­даваться радости любви или страданию - у него всегда еще есть его творчество,его дело,вся полнота его сил. - Неуемный поклонник Ее Вели­чества Звездной Ночи,неистовый Онурез де Бульбак - свидетельство тому.

Личность женщины подвержена распадению на отдельные переживания и

она готова к жертвенному закланию себя во имя этого переживания. Имен­но поэтому женская природа так склонна к гипнозу и к одержанию. Женс­кая истерия имеет связь с этой особенностью и корни ее метафизические. С этим связано и все высокое в женщине и низкое в ней. Прелестные де­вушки - Лорка и Маринка,Леда,сокрытые покровом тихих печалей,сотканная из света Валя,Людмила - это ведь все о вас. Но Татьяна,Эльвира Федо­ровна и Эля тому весомое возражение.

Женщина часто бывает гениальна в любви,она вкладывает в любовь всю полноту своей природы и все упования свои связывает с любовью. Мужчина же не вкладывает в любовь всего себя. В стихии женской любви есть что-то грозное и поглощающее,как океан. Притязания женской любви так безмерны,что никогда не могут быть выполнены мужчиной. На этой почве вырастает безысходная трагедия любви. Раздельность мужского и женского - этот знак падения человека делает трагедию любви беспрос­ветной. - О,Галатея и Татьяна - вы снова предо мной...

А если приподняться чуток над поверхностью бушующего моря житейс­кого,то половая любовь связана с самим существом личности,с утерей че­ловеком образа и подобия Божьего,с падением андрогина,в котором женс­твенность была не чуждой ему стихией,внешне притягивающей,а внутренним началом человека. И религиозный смысл любви половой,эротики в том,что она является тогда источником движения личности ввысь,творческого ее восхождения. В подлинной любви есть творческий прорыв в иной мир,прео­доление необходимости. Любовь - явление горное,а не равнинное. Любовь

- полет,сокрушающий любое любое "равнинное" устроение. Именно любовь побуждает продираться через энергетические барьеры параллельных ми­ров,дабы попасть в объятия очаровательных "Валь" подлунного мира.

В любви-дружбе нет той отчужденности и в то же время притягатель­ности,какая есть в любви половой. В дружбе нет той полярности,притяги­вающей противоположные стихии,и нет такого сочетания любви с враждой. Дружба наполняет жизнь личности положительным содержанием,но не затра­гивает первооснов личности. Пол разлит по всему человеку. Дружба лишь часть его,лишь душевная функция. Но в подлинной,глубокой дружбе есть элемент эротический - есть если не прямая,то косвенная связь с полом. Энергия пола,энергия жажды соединения может быть направлена и на друж­бу. И та лишь дружба полна высокого смысла,в которой есть напряжение половой энергии. - Эля и Иванко,"Идущие Млечным Путем" - это же о вас.

Любовь половая знает тайну двух и она коренится в полярности рас­павшихся стихий. В христианской любви есть отблеск небесной эроти-

ки,есть направление на все человечество и на весь мир энергии пола.

Любовь половая преодолевает греховное распадение мужского и женского в нездешнем соединении двух. Падение и распад человека были связаны с полом. С ним будет связано и окончательное воссоединение. Только в не­бесной эротике нет скуки всего земного,смертельной скуки приспособле­ния к необходимости. - О служитель и почитатель Звездной Ночи! - о те­бе ведь все это (см.приложение).

Но путь к всеобщему людскому примирению в любви пролегает только через духовный андрогинизм (от чего ушли - к тому и возвратитесь). Андрогинизм и есть окончательное соединение мужского и женского начал в высшем богоподобном бытии,окончательное преодоление распада и раздо­ра,восстановление образа и подобия Божьего в человеке. - Мудры земные религиозные философы,пришедшие к таким воззрениям.

В андрогинизме разгадка той тайны,что в Абсолютном Человеке - Ии­сусе Христе не было видимой людям жизни пола,поскольку в лике его не было распадения,рождающего земную жизнь пола. Через любовь отчужденная женская природа воссоединяется с природой мужской,восстанавливая це­лостный образ человека. Поэтому любовь - путь восхождения падшего че­ловека к богоподобию. В эротике есть искупление полового греха челове­ка. В андрогинизме осуществляется взаимопроникновение всех клеток мужской и женской природы,предельное их слияние. Связь любви эротичес­кой с андрогинизмом и есть ее связь с личностью. Всякая личность по-своему андрогинична. В любви должна открыться не только тайна женс­твенности и не тайна мужественности,а тайна человека. Эротическое пот­рясение - путь выявления красоты в мире.

С чувством исполненного долга Ешка-Пигмалион заснул на жестком холостяцком топчане."

Диссонансом довольно трезвым рассуждениям о любви Ешки-Пигмалиона звучит чувственная история Людмилы из той же "Пентаграммы" [39]. Быв­ший ее ученик Иванко и его возлюбленная - Лорка (воспитанница Людмилы) поклялись друг другу "в вечной любви". Однако,Лорка не дождалась Иван­ко из армии,"загуляла" и уехала в Москву [36]. По возвращению из Афга­на,Иванко обнаруживает у Людмилы трактаты "Ветка Персика" и подозрева­ет,что она способствовала развращению Лорки. Будучи в гостях у Людми­лы,Иванко напивается "до потери сознания" и насилует бывшую учительни­цу из мести за предполагаемое растление возлюбленной. Следует отме­тить,что до этой драмы Иванко мечтал,чтобы Лорка с годами стала именно такой,как любимая учительница - Людмила. И вот после безумной ночи

наступает утро,а с ним и пробуждение Иванко,крепко спавшего на полу в

квартире учительницы.

"Иванко проснулся от того,что луч солнца,словно соломинка,щекотал ему нос. Громко чихнув,приподнялся и диковато осмотрел незнакомую обс­тановку. - Где я? - вырвалось у него.

С торжественным визитом в гостях у бывшей учительницы,- как гром средь ясного неба прозвучал знакомый,но непривычно издевательски-иро­ничный женский голос.

Иванко рванулся было вскочить,но обнаружил,что под простыней он "в чем мама родила". Его взгляд лихорадочно заметался в поисках одежды и споткнулся,натолкнувшись на взор серо-стальных суровых глаз. Людмила Александровна сидела босая в кресле,одетая в тот же халатик. Суровость в ее глазах постепенно сменялась нескрываемым любопытством.

- Людмила Александровна,как я оказался здесь на полу,в таком ви­де? Где моя одежда? Какой кошмар,- залепетал Иванко.

- Во-первых,не Людмила Александровна,а Людмила,еще лучше - Ми­ла,поскольку вчера изволили-с настоятельно со мной пить-с на брудер­шафт. Чтя восточные традиции,я редчайшему гостю отказать не смогла. Так вот,дражайший Вася-Василек: мы теперь только на ты-с (женщина си­дя,комично изобразила реверанс). Кроме того,в традициях брудершафта так меня лобзали,что до сих пор больно притронуться к губам.

Во-вторых,Вася-Василек,ты проявил не лучшие рыцарские и братские качества,поэтому и лежишь нагишом под простынкой. Облачение твое,то есть одежда,в надлежащем виде и полной сохранности. Так что не изволь беспокоиться. Сейчас ты все получишь,потерпи минутку - я же вынесла адскую ночь.

А теперь ответь-ка мне дражайший младший брат мой,Василек,как это тебя армия или Афган превратили из милейшего юноши в жестокого,беспо­щадного насильника?

- Какого насильника? - наконец выговорил Иванко.

- Самого натурального,полюбуйся: она мгновенно распахнула халатик и пред Иванко предстало красивое женское тело в пляжном купальни­ке,покрытое огромными и небольшими синяками и кровоподтеками. Инстинк­тивно взметнулась рука Иванко и прикрыла его глаза.

- Что,не изволите взирать на плоды хмельной любовной страсти?! Нехорошо,Вася-Василек.

- Неужели я мог это сделать? - Обомлел Иванко.

- Во хмелю и в великом праведном гневе,Вася. Неуж-то совсем не

помнишь что творил? Тогда я пойду подогрею чай - традиция есть тради­ция,а ты,пока будешь его пить,постарайся все вспомнить до конца.

Болезненно поморщившись,Людмила поднялась и босыми ногами прошле­пала на кухню. Иванко же,прикрывшись простыней,поспешно оделся (все было аккуратно сложено на стуле в изголовье) и заглянул на кухню.

- Надо бы и умыться. Разрешаю воспользоваться одной из моих зуб­ных щеток. Там даже есть безопасная бритва - продолжала ерничать хо­зяйка.

Приведя себя в порядок,Иванко понуро вошел на кухню. Все более кошмарные эпизоды его поведения выплывали в памяти. Он был готов про­валиться сквозь землю.

Ароматный чай,разжаренные манты взбодрили и подкрепили его. Пред­ложено и опохмелиться,но он отказался,что было встречено с одобрением. Когда завтрак завершился,мучительный разговор продолжился.

- Как себя чувствуешь мой новый братик во любви,Василек?

- Людмила,ну что ты меня терзаешь. Твое слово - и я с разбега в пропасть. Или вызывай милицию - я сдамся без сопротивления и каждое твое слово - будет моим словом,я все подтвержу. Нет мне прощения ино­го,кроме как от тебя.

- Спасибо и на этом. Так,как ты меня в эту ночь изнасиловал - мо­жет только сексуальный маньяк или безумец. Первому - нет прощения,вто­рому - сострадание.

Василий,ты веришь теперь,что не могла я обучать Ларису по той книге? И мне она что ли как учебник для познания одной из самых зага­дочных сторон жизни людей,а не для сексуальных утех?

- Верю,Люда.

- Спасибо,искреннее спасибо: ты сбросил тягчайший камень с моей души. Сброшу и я с твоей: этой ночью у нас с тобой не было ничего! По­нятно,ничего?!

- Как это - ничего?

- Я все тебе прощаю,ты не виновен предо мной и тебя не за что ка­рать! Пусть злая энергия,накопленная в тебе тяготами жизни и неспра­ведливостями,уйдет от тебя через меня. Навсегда уйдет: будь добр,Васи­лек,сотри из памяти невзгоды и продолжи жизнь с чистого листа.

- Люда,ты святая...Я для тебя жизнь отдам! - Иванко пал с табуре­та на колени,прополз так к женщине и положил ей голову на колени. Прохладная нежная ладонь охватила разгоряченный лоб.

- Вот даже как?! Однако,жизнь за жизнь: ты требовал от меня сына

- я тебе его действительно подарю.

- Ты возьмешь меня в мужья!? - всей душой рванулся к ней Иванко.

- О нет,Вася-Василек: это может превратиться для меня в божью ка­ру. О твоем сыне будем знать только ты да я. Для остальных - это тайна из тайн. Поклянись,что навсегда сохранишь ее!

- Клянусь,Мила...- прошептал Иванко.

- А теперь пора тебе домой. Скажи,что с сослуживцем проезжим за­гулял. Ко мне прийди через два дня. Помни: через два дня и без спирт­ного. Не забудь,будь мужчиной,ну и не пей в эти дни - порозовев поту­пилась Людмила.

Губы Иванко впились в руку Людмилы и долго не могла она оторвать его от своих колен. Когда,наконец,его выпроводила,увидела в кресле за­писку:"Тебе". Под ней лежал яркий пакет. Развернула. Засверкали под лучами солнца камни,волнами света переливалась ткань и масса прочих столь милых женщинам безделушек...

Задумавшись Людмила постояла над этими дарами. Потом,решив­шись,хмыкнула и,набросив ткань на левое плече,подошла к трюмо. О жен­щины,сколько в вас прелести!

Иванко пришел в обусловленный срок и была ночь,переполнившаяся нежностью и любовью. Так повторилось еще однажды. После этого Людмила строго сказала: Все,Василий,поверь - будет тебе сын. А пока уезжай - нет тебе доброго места в этом городке: поищи-ка его за тридевять зе­мель! И ко мне больше ни-ни: пока не будет сына - прощай!

Минули быстролетные месяцы. Поселок "Юбилейный",привыкший жить размеренной жизнью и в котором,казалось,все знают все обо всех,вдруг всполошился волной слухов и слушков. А как же! Предмет пристального внимания местного женского сообщества - одинокая учительница Людмила Александровна,чье обаяние не давало покоя завистницам,внезапно оформи­ла отпуск без содержания "по семейным обстоятельствам" и отбыла в не­известном направлении. Потом заговорили:"Наша-то принцесса,оказывает­ся,забеременела! Кто же это сподобился так? Какой-такой королевич?!" Однако,время - воистину лучший из лекарей: новые местные события зату­шевали остроту сенсации,имя милой женщины поминалось все реже и реже. Лишь Степка (см.[36]) от к случая к случаю напивался и,буяня,орал что-то невразумительное в ее адрес. Никак ведьмак не мог порешить: от него ли понесла Людмила иль действительно загадочный удалец сумел пре­успеть?

А в далекой прохладной России,Людмила Александровна,Людмила,Мила

тихо и незаметно проживала с мамой,готовясь встретить свое столь же-

ланное чадо. Интимные отношения со Степаном,о которых никто,даже ма-

ма,не ведал,огорчали ее тем,что не решалось робкое женское сердце по-

родить на свет потомство столь необузданной и суровой натуры. И вот

внезапное вторжение Иванко. Василий,милый мой мальчик и такой безжа­лостный насильник. Но его она вполне смогла понять и простить,а он от­ветил столь искренним чувством...

Под низким,пасмурным,однако до боли родным небом свершилось: громкий детский крик огласил белую палату и губы,надиво легко разро­дившейся Людмилы,беззвучно прошептали:"Здравствуй,Василий Васильевич Иванко! Нет,ты будешь все-таки Вася Крылов"...

Такая вот любовь. Такие вот страсти. Мы же,уважаемый терпеливый читатель,обратимся еще к одному эпизоду "Пентаграммы". Эта любовь сов­сем иная...

"Испытатель - поседевший исследователь-профессионал,завершил про­верку ответственной разработки в сложных полевых условиях. Ему не спа­лось и,лежа на спине,он смотрел на черную небесную высь,испещренную яркими звездами. - Та-а-ак,"поехали": побежал пред закрытыми очами круговой узор черно-белого орнамента - значит началось вхождение в транс. Сейчас явится ему Татьяна - наваждение студенческих лет,маги­чески сотрясшее всю его судьбу...

Добра и щедра была она,когда "пребывала в уме": многим хорошим оделила соседей. Но ужасающей бездной разверзались огромные,черные,яв­но нерусские глаза,когда гнев охватывал ее разум и душу. Исходившее из этих глаз неземное мерцание обволакивало огневавшего ее и,цепенея,пос­пешал он ретироваться не выдержав молчаливого отпора. Но в то же время руки Татьяны могли снять дикую головную боль,когда не брали никакие таблетки. Малец,то метавшийся в горячечном бреду,то заходившийся кри­ком,успокаивался и засыпал,если вибрировали над ним тонкие длинные пальцы Татьяны с темно-красными острыми ногтями,а затем будто бы что-то невидимое собирали они с него,отводили в сторону и отряхивали налипшее и неприятное. Ведала Татьяна и то: какие молодые будут жить в добре и согласии,а каким еще до свадьбы надо бы разбежаться в разные стороны.

Многое,очень многое,то величественное,то устрашающее заставляло хорошо знакомых,да и почти незнакомых,склоняться перед нею в уважи­тельном приветствии. Лишь одно не могли понять добрые люди: почему же при такой красоте и женственности была Царица столь одинока? Если сре-

ди них не нашлось для нее достойной пары,то неуж-то не отыскался доб­рый молодец и за тридевять земель?! И если,допустим,Царица себе никого не искала,то неуж-то никто из достойных не прельстился ее прелестями? Ведь человек же она,хотя и "царица". Есть же в ней христианская ду­ша,тянущаяся к теплу,свету и взаимопониманию? Как же можно из близких только пуделя иметь,а до него и вовсе никого в доме не было? А может,в таком случае,и не человек она? А коль не человек и не от Бога,то не сатанинского ли роду-племени?! - Так размышлял пожилой люд на скамееч­ках у подъездов. О чем думали ученые,работавшие в многочисленных лабо­раториях,отделах,станциях - не ведомо: народ это был молчаливый и скрытный,на лице - благое желание,а что в душе да разуме - Бог лишь ведает.

Но тетя Фрося авторитетно отвергла все подобные домыслы. Татьяна

- божий человек,хоть и сила в ней сверхчеловеческая. Находится,мол,у нее в потаенном месте дивная старинная икона - не иначе как чудотвор­ная: как постоишь перед нею,да перекрестишься истово - большое облег­чение в тягостях. В сумраке вроде как от Образа исходит сияние. Одна­ко,углядела все это тетя Фрося тайно от Татьяны,поэтому товаркам предъ-

явить никак не могла. Но те и так ей на слово верили - нутром,мол,чу­ем,что добрый человек Царица,да не нашего поля ягода. Что уж тут поде­лаешь.

А еще говаривала тетя Фрося,что будучи в болезни и большом душев­ном волнении,поведала ей Царица,что в студенческие годы зело была она влюблена,да плохо,- печально все завершилось. - Гордыня,гордыня моя тому виною,Фросенька,винилась Татьяна. - Но,может,все и к лучшему: да­же сейчас неведома мне моя миссия (и чего это такое?!),а тогда - тем более. Но коль сломала судьбу хорошему человеку,может статься - нет мне тогда оправдания. И все листала свой альбом-то с фото молодой по­ры. Всплакнула даже,что с Царицей почти никогда не бывает. А Диму­ля,пудель,в тот вечер в такую тоску впал,так выл,так выл - будто сата­ны его собачью душу на части рвали.

Ничего,обошлось. Поправилась Царица и Димка,леший кучерявый,уго­монился сразу. Ушла Татьяна на работу,забыла альбом тот убрать. Я глядь - все молодежь,да молодежь,Царица совсем юная,но на себя тепе­решнюю уже тогда была похожа. Глазища - страсть одна,а улыбка ангель­ская. Девушки у нее сплошь на фотках,разные девчата,парней почти нет. Ан усмотрела я одно фото - не иначе воздыхатель ее несчастный. Тож,как и Царица,не совсем русских кровей. Обличьем светел,а глаза вроде как

не в мир,а в себя,вовнутрь что ли обращены. И что-то в них ну такое

собачье-собачье - страсть прямо. А ишшо: кучерявый - ну прямо как Дим­ка-пудель! И смех,и горе! Добрый,видно,человек,но Татьяне не совсем пара. Многовато все ж в нем человеческого,а она - Царица! И ей в пару или Царь,или Ангел всемогущий нужен!

И вновь страшась гнева Татьяны ничего тетя Фрося товаркам не предъявляла,а только рассказывала,охала,да вздыхала. Те же прыскали в сморщенные старческие кулачки,когда выводила Фрося Димку погулять: а никак в нем поселился дух Царицыного воздыхателя?! Но при внеурочных появлениях Татьяны робели старушки и очень-очень чинно с нею расклани­вались. Татьяна бросала на них слегка грозный царственный взгляд,но тут же сменяла его светлая улыбка и отходили от оцепенения старческие сердца. А вслед звучало шепотом: Ну,Царица,истинная Царица. Дай ей Бог...(а уж что - каждая думала,наверное,свое).

Такова была Татьяна Анисимовна Котова,для Испытателя - просто Татьяна."

Из моря житейского,уважаемый терпеливый читатель,выйдем теперь на брега философской мысли [122].

Философия любви "открыта" в России Вл.Соловьевым. Его эротическая квинта выросла из штудий Платона и определила пять путей движения русской мысли о любви.

Первый,"адский путь",характеризует разврат и аномалии пола. Этому вопросу уделяли внимание также Бердяев и Карсавин. Саморазрушение развратного сознания описывалось Флоренским. Второй,"путь живот­ных",представляет физику Эроса. Пальма первенства на этом поприще при­надлежит фрейдизму и изучению сферы бессознательного. Вышеславцевым Б. рассмотрена "этика сублимации",а Жураковским А. - теория гениальности как сублимированной "половой энергии". Третий,"человеческий путь" - философия брака. Этот аспект,в частности,представляется Розановым

В.,Жураковским А.,Троицким С. Четвертый, аскетизм "по ангельскому чи­ну",реализован как тема Вечной Женственности. Полемическое отношение к духовному Эросу демонстрирует С.Булгаков. Пятый,"совершенный и оконча­тельный истинно перерождающей и обожествляющей любви". В эротической утопии Соловьева Вл. установлена теология восстановления целостного человека в единстве трех,разобщенных в его дольней судьбе,начал: "ис­тинного андрогинизма",духовной телесности и богочеловечности. Затем Флоренский объясняет этот процесс в терминах "восхождение" - "нисхожде-

ние",а большинство философов религиозного ренессанса - в контекстах

мирового диалога Бога и человека.

Русская мысль ХХ века повита интуициями Вл.Соловьева. Последова­тели охотно выращивали самостоятельные ментальные ответвления из вет­вей его системы,но немногие к завершению пути остались с Учителем. Происходило самоотрицание традиции: целые системы философского знания (антропология,персонализм,философия мифа и имени) образуют своды уже далеко в стороне от исходного мировоззренческого топоса.

Любовью жив человек - такова вечная сентенция. Эпатирующую цер­ковь плоти и религии семьи сотворил В.Розанов. Человек предстал как носитель эротического здоровья. Содержание Эроса выводится из глубины личного быта.

Эрос предстает "язычником" по природе,поэтому русской христианс­кой философии в сфере эротических интуиций предстояли серьезные испы­тания на верность святоотеческому преданию.

Ярким приверженцем "четвертого пути" является С.Булгаков. Так,по поводу любви одновременно к двум партнерам он пишет:"Это красивое уродство,легко переходящее в извращенность,обычно сопровождается дон­жуанской потребностью новых переживаний влюбленности. Оно свойственно натурам артистическим,художникам и поэтам,которые нередко рождают сво­их детей в мире "астральном",смешивая его с духовным. Этот духовный склад находится в связи и со своеобразным нарушением духовного и эро­тического равновесия...при особенной жажде жизни,"метафизическом эго­изме",монадности"([122],с.313).

В этом отразилась борьба двух типов эстетики жизни: романтичес­ко-символического,в котором жизнь превращается в искусство (личное от­ношение - по модели литературного сюжета,театрализация поведения,бо­гемный эстетизм,игра в ролевые маски,"демонизирование" реальности) и православно-аскетического,в соответствии с которым "не только частное произведение творчества,но и вся жизнь человеческая должна стать обре­тением гениальной темы и талантливым ее исполнением" (с.314-315).

Любопытно как Ходасевич описал жизненную безнадежность эстетизи­рованного Эроса: в бытовой манере В.Брюсова ("Огненный ангел") он отк­рыл род эстетической эротофагии,нечто вроде эротического вампиризма.

Символистскому переряживанию жизни в искусство противостоит при­ведение слова и поступка,мысли и высказывания,идеала и биографии к адекватным соответствиям. Никому это не удавалось до конца: человек жизни и человек искусства не могут обменять свои статусы без остатка. Тем напряженнее русская философия Эроса проводила поиск такой структу-

ры,которая могла бы стать универсальной и по сложности своего внутри­человеческого задания,и по ее возможности оказаться онтологической па­радигмой богочеловеческого процесса. Такая структура была найдена средствами эротического логоса. Это минимум соборности: "Бог","ты","мы" и т.п. За другим существом признается безусловное зна­чение,в действии принцип выхода за пределы эгоистического сознания. По Гипиус З.: Эрос - строитель мостов меж сердцами единственных. По Фран­ку С.: любовь есть счастье служения другому. По Бердяеву: любовь реша­ет проблему перехода одного существа к другому и всему миру.

В картине мира Флоренского используется триедичный принцип Эро­са:"двое пред лицом Третьего"(Бога). Им создается этика литургического Эроса,в жертвенных контекстах которого каждое "Я",как в зеркале,видит в образе Божьем другого "Я" свой образ Божий. - Таков иконический Эрос Флоренского.

Не обойдена и тема Танатоса в Эросе. Русская философия смерти в наиболее напряженных проблемных узлах сопрягается с философией Эроса. По Троицкому С.: брачная любовь жертвенна,это любовь мученическая. Русская социальная философия одержима идеей жертвенности,она возведена в идеальный принцип и стала сильнейшим аргументом большинства типов антропо- и космоидеи. Любовь и смерть оказались взаимно обращенными конфигурациями бытия,проецируемыми на всю глубину внутреннего человека и на всю высоту обнимающего его Космоса. Эрос стал вестником смерти,а Танатос - преизбыточествующим Эросом. Красавин Л.:"Любовь всегда есть насилие,всегда жажда смерти любимой во мне." По Бердяеву же,любовь есть творчество и воскресение.

В завершение остается согласиться с Успенским П.: История культу­ры - это история любви! На такой возвышенной ноте,уважаемый терпеливый читатель,мы окончим краткий экскурс в отечественную философию любви. "Держава любви" столь обширна и многообразна,что в ней найдется прибе­жище для всех страждущих душ "маленьких людей". Ярчайшим примером "спасения в любви"является роман М.Булгакова "Мастер и Маргарита"[123].

Одно из любимых произведений автора трактата,этот роман по содержанию весьма неоднозначен. Так,не находится что дельное возразить буйной критике произведения со стороны духовенства [124]. Действительно,чувс­твуется пристрастие М.Булгакова к могущественному Сатане-Воланду. - Что поделать: кто-то же из земных творцов,к которым несомненно принад­лежит Михаил Афанасьевич,должен погружаться и в эти загадочные "пучи­ны" Мироздания,освещая их мощью своего таланта. Нет,автор трактата не

бросит за это кажущееся "кощунство" камень в блестящего Мастера.

В "Мастере и Маргарите" Булгаков прошел по сопряжению Света и Ть­мы,обращая свой взор и туда,и сюда. Не всем дано благополучно идти по "лезвию бритвы" - Мастеру это удалось,как и незабвенному Ивану Ефремо­ву [70].Тема же любви в романе воистину чарует душу. Именно на обуст­ройстве тихого счастья Мастера и Маргариты приходят к полному согласию Иешуа (Иисус Христос) и Воланд (Антихрист,Сатана). Так пусть же и в наше беспутное время Мироздание будет благосклонно к способным любить "маленьким людям"...

Иллюстрацией безмерной значимости Любви в судьбе "маленького че­ловека" служит приложение к настоящему трактату - "Моя возлюбленная - Звездная Ночь",которое также предлагается вниманию уважаемого терпели­вого читателя.

Но как можно повествовать о Любви без поэзии?! - Посему в заклю­чение несколько прелестных строф:

Сквозь волны - навылет!

Сквозь дождь - наугад!

В свистящем гонимые мыле,

Мы рыщем на ощупь...

Навзрыд и не в лад

Храпят полотняные крылья. (Э.Багрицкий) Таков сейчас наш подлунный мир,таково бытие "маленьких людей". Но

зато... Если ты собьешься с дороги,

брошусь тропкой тебе под ноги, -

без оглядки иди по ней.

Если ты устанешь от жажды,

я ручьем обернусь однажды, -

подойди,наклонись,испей. (М.Алигер)

Такая вот Любовь...И еще:

Идти сквозь вьюгу напролом.

Ползти ползком. Бежать вслепую.

Идти и падать. Бить челом.

И все ж любить ее - такую! (Н.Майоров)

Наконец,последнее:

О,как тебя я презирала Я по дорогам зашагала,

За то,что путь у нас один! От слез и радости слепа.

За то,что по читальным залам Меня теснила и толкала

За мною следом ты ходил! Густая пестрая толпа.

За то,что поезд слишком редко Но дальше глуше год от года

Возил нас в дальние края, Воспоминанье прежних дней.

За то,что стала тесной клеткой Теперь богата я свободой.

Любовь

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: