Социолингвистические и психологические аспекты анализа эмотивного лексикона
Д. С. Лихачёв характеризовал арго (в широком понимании) в том числе и в плане отношения социального диалекта к эмоциональной сфере человека: "Мы не ошибёмся, если в центр определения того, что такое арготическое слово, положим момент специфической однотонной окраски отдельных арготических слов. Основной общий признак, отличающий язык арготирующего от языка инженера или рабочего, заключается в эмоциональной насыщенности первого" (Лихачёв 1993, 115).
Таково в самом общем виде словарное измерение социального диалекта. Кроме этого, в социолингвистических концепциях конца ХХ -начала XXI вв. рассматриваются такие аспекты, как носители социолекта (молодёжный сленг, воровское арго, военный жаргон), а также среда и сфера общения. В свете новых исследований по теории языка данные параметры могут быть отнесены к дискурсивному измерению социального диалекта.
Термин дискурс относится к числу неоднозначных в различных разделах языкознания и литературоведения. Например, П. Серио говорит о восьми его значениях (Серио 1999). Подробный обзор различных точек зрения на термин дискурс даётся в работах В.И. Карасика (Карасик 2000а; 2000б). Он выделяет такие измерения дискурса, как прагмалингвистическое, психолингвистическое, лингвостилистическое, лингвокультурное, когнитивно-семантическое и социолингвистическое. Естественно, что для нашего исследования интерес представляют последние три измерения. "Лингвокультурное изучение дискурса, - полагает В.И Карасик, - имеет целью установить специфику общения в рамках определённого этноса, определить формульные модели этикета и речевого поведения в целом, охарактеризовать культурные доминанты соответствующего сообщества в виде концептов как единиц ментальной сферы, выявить способы обращения к прецедентным текстам для данной лингвокультуры. Дискурс как когнитивно-семантическое явление изучается в виде фреймов, сценариев, ментальных схем, когниотипов, т.е. различных моделей репрезентации общения в сознании. Социолингвистический подход к изучению дискурса предполагает анализ участников общения как представителей той или иной социальной группы и обстоятельств общения в широком социокультурном контексте" (Карасик 2000, 5).
В последнее время учёные делают попытки представить интегрированную дефиницию дискурса, которая была бы в целом выдержана в рамках новых парадигмальных рамок в лингвистике. Так, Н.Ф. Алефиренко, например, пишет, что "дискурс - это речемыслительное образование событийного характера в совокупности с прагматическими, социокультурными, психическими и паралингвистическими факторами" (Алефиренко 2002, 17). Мы видим, что названные факторы имеют дискурсивную природу и могут найти своё преломление в изучении социального диалекта. Дискурс в понимании Г. Н. Манаенко, предстаёт как "общепринятый тип речевого поведения субъекта в какой-либо сфере человеческой деятельности, детерминированный социально-историческими условиями, а также утвердившимися стереотипами организации и интерпретации тестов как компонентов, составляющих и отображающих его специфику" (Манаенко 2003, 92).
В свете дискурсивной модели анализа социолекта по-иному предстают и рассмотренные выше составляющие словарного измерения социолекта, такие как основные функции (корпоративно-профессиональная и субкультурная), экспрессивно-поэтический потенциал, основные риторические стратегии. Особое место в арго занимает эмотивная арготическая лексика как выразитель в том числе и дискурсивных потенций арготирующего. Следует отметить, что описание социального диалекта в терминах дискурса, понимаемого таким образом, - перспективное направление социолингвистики и общего языкознания, поскольку до настоящего времени исследования в данном ракурсе не проводились.
1.2 Психология эмоций в аспекте их языковой манифестации
Л. Г. Бабенко в своей работе "Лексические средства обозначения эмоций в русском языке" отмечает, что эмоции - одна из форм отражения, познания, оценки объективной действительности. Эта дефиниция эмоций является общей у представителей разных наук, прежде всего у психологов и философов. Кроме того, данное исходное определение эмоций у разных исследователей имеет следующее уточнение: эмоции - особая, своеобразная форма познания и отражения действительности, так как в них человек выступает одновременно и объектом, и субъектом познания, то есть эмоции связаны с потребностями человека, лежащими в основе мотивов его деятельности (Бабенко 1989).
Психологическая и психолингвистическая науки нацелены прежде всего на исследования функций эмоций в деятельности человека. Состояние изучения психологии эмоций, по мнению самих психологов, остается крайне неудовлетворительным. До сих пор не решена задача построения целостной, многоуровневой психологической теории эмоций. Подобное положение, отмеченное Л.Г. Бабенко в 80-е гг. ХХ в., остаётся актуальным и на сегодняшний день (Изард 2003; Измайлов, Черноризов 2004). Что касается психолингвистики, то в данной предметной области, на наш взгляд, сложилась парадоксальная ситуация: ни в одной из известных работ по психолингвистике эмоции не являются предметом отдельного рассмотрения (Белянин 1999; Залевская 2000; Леонтьев 2003; Лурия 1998; Слобин, Грин 2003; Фрумкина 2001).
Это создает определенные трудности для лингвистов, обращающихся к проблеме языковой манифестации эмоций. Одна из них - разнообразие классификаций эмоций и отсутствие общепризнанной классификации. Сам перечень основных эмоций не установлен окончательно ни в психологии, ни в физиологии (психологи насчитывают более 500 различных эмоций).
Достаточно сложными оказываются и процессы обозначения эмоций. Так, по наблюдениям Додонова "в разговорной практике мы часто пользуемся одним и тем же словом для обозначения разных переживаний, так что их действительный характер становится ясным только из контекста. В то же время одна и та же эмоция может обозначаться разными словами" (Додонов 1975, 23).
Завершая психологический обзор проблемы эмотивности, Л.Г. Бабенко резюмирует: "Учитывая все трудные и нерешенные вопросы психологической теории эмоций, лингвист в первую очередь должен исследовать собственно языковые механизмы обозначения и выражения эмоций, тем более что "чувства только тогда приобретают значение для лингвиста, когда они выражены языковыми средствами" (Вандриес 1937, 36)" (Бабенко 1989, 7). В итоге учёный говорит о том, что путь "от мира эмоций - к их языковому обозначению" пока не возможен, поэтому логичнее избрать иной путь: от языка - к набору эмоций.
По существу, речь идёт о выборе между ономасиологическим и семасиологическим аспектами анализа такого феномена, как эмоции. Под ономасиологией в лингвистике понимается "один из двух разделов семантики, семасиологии по направлению исследования от вещи или явления к мысли об этой вещи, явлении и к их обозначению языковыми средствами" (Кубрякова 1990, 345), тогда как под семасиологией - раздел языкознания, занимающийся лексической семантикой. Е.С. Кубрякова замечает, что "противопоставление ономасиологии и семасиологии носит гносеологический характер, ибо выбор того или другого аспекта в анализе явления обусловлен конкретными задачами исследования, но это противопоставление имеет и онтологические корни: переход от значения или смысла к формам его выражения соответствует деятельности говорящего, а переход от формы к значению - деятельности слушающего" (там же, 346). И далее Е.С. Кубрякова делает вывод, весьма важный для существа проводимого нами исследования: "Жёсткое противопоставление ономасиологии и семасиологии нецелесообразно, и в анализе ряда явлений правильнее совмещать ономасиологический подход с семантическим" (там же).
Мы полностью разделяем приведённую выше точку зрения и считаем, что исследование эмотивного лексикона социального диалекта должно совмещать ономасиологический подход с семантическим. Именно по этой причине мы полагаем, что необходим небольшой экскурс в проблематику психологии эмоций для того, чтобы обеспечить ономасиологическую составляющую проводимого анализа.
Психологи, рассматривая эмоции как сложный психический феномен, выделяют в нём, по меньшей мере, три составляющих:
"1) переживаемое и (или) осознаваемое чувство (состояние) - иными словами, феноменологию эмоций;
2) висцеральные процессы, происходящие в нервной, эндокринной, дыхательной и других системах организма и сопровождающие эмоции;
3) выразительные характеристики эмоций (экспрессия лица, интонация, жесты и поза)" (Измайлов, Черноризов 2004, 3).
Естественно, что лингвиста интересуют прежде всего первая и частично третья составляющая феномена эмоций, однако необходимо учитывать все аспекты в целом для непротиворечивой интерпретации собственно языковых фактов.
Рассмотрим основные положения феноменологии эмоций на материале дефиниций. Электронная энциклопедия "Кирилл и Мефодий" даёт краткую и в то же время ёмкую дефиницию исследуемому феномену: "ЭМОЦИИ (франц. emotion — волнение, от лат. emoveo — потрясаю, волную), реакции человека и животных на воздействие внутренних и внешних раздражителей, имеющие ярко выраженную субъективную окраску и охватывающие все виды чувствительности и переживаний. Связаны с удовлетворением (положительные эмоции) или неудовлетворением (отрицательные эмоции) различных потребностей организма.
Дифференцированные и устойчивые эмоции, возникающие на основе высших социальных потребностей человека, обычно называются чувствами (интеллектуальными, эстетическими, нравственными) (Кирилл и Мефодий 2003).
"Большой Российский энциклопедический словарь" слово в слово повторяет приведённую выше дефиницию (БРЭС 2003).
В статье, написанной известным психологом А.Н. Леонтьевым в соавторстве с К.В. Судаковым для "Большой Советской энциклопедии" эмоции и потребности объединяются на основе такой категории, как значимость (смысл) и рассматриваются в деятельностном аспекте: "Эмоции (франц. emotion, от лат. emoveo — потрясаю, волную), субъективные реакции человека и животных на воздействие внутренних и внешних раздражителей, проявляющиеся в виде удовольствия или неудовольствия, радости, страха и т. д. Сопровождая практически любые проявления жизнедеятельности организма, Э. отражают в форме непосредственного переживания значимость (смысл) явлений и ситуаций и служат одним из главных механизмов внутренней регуляции психической деятельности и поведения, направленных на удовлетворение актуальных потребностей (мотивации)" (Леонтьев, Судаков 1976).
Д. А. Леонтьев, развивая теорию смысла в психологии, отмечает "зависимость эмоционального переживания некоторого события от целостной иерархической системы жизненных ценностей, в которую это событие включено, от его психологического контекста" (Леонтьев 2003б, 164) и делает вывод: "Понятие смысла, выводя анализ за пределы сознания, в плоскость жизненного мира, позволяет преодолеть бинарную оппозицию аффекта и интеллекта, познания и чувства" (там же, 165).
Специальные энциклопедические словари в целом продолжают линию общих энциклопедий и в то же время усиливают антропологическую составляющую понятия эмоций: "ЭМОЦИИ - психическое отражение в форме непосредственного пристрастного переживания жизненного смысла явлений и ситуаций, обусловленного отношением их объективных свойств к потребностям субъекта. В процессе эволюции эмоции возникли как средство, позволяющее живым существам определять биологическую значимость состояний организма и внешних воздействий" (Психология 1990, 461). В данном определении акцентируется тот факт, что связь эмоций с животным миром носит прежде всего эволюционный характер.
Считаем уместным выявление феноменологической редукции (Степанов 2001, 31) понимания эмоций на основе сопоставления дефиниции энциклопедических и толковых словарей: "ЭМОЦИЯ, -и, ж. [фр. emotion] (псих.). Душевное переживание, волнение, чувство (часто сопровождаемое какими-н. инстинктивными выразительными движениями). Э. гнева, печали, радости. Он упрекнул себя в утрате способности управлять своими эмоциями. М. Горький" (Словарь Ушакова). Представленная дефиниция свидетельствует, что в языковом сознании эмоции понимаются только как человеческое качество. Словарь Ожегова и Шведовой даёт самое лапидарное определение эмоций: "ЭМОЦИЯ, -и, ж. Душевное переживание, чувство. Положительные, отрицательные эмоции. Э. радости. прил. эмоциональный, -ая, -ое. Эмоциональное воздействие" (СОШ).
Кроме словарных дефиниций, мы использовали описания эмоций в работах психологов, также носящие характер дефиниций. Так, крупнейший специалист в области психологии эмоций К. Изард пишет: "На сегодняшний день выработаны общие подходы к некоторым центральным вопросам теории эмоций. Так, например, достигнуто общее согласие по четырём важнейшим теоретическим предпосылкам. Во-первых, общепризнанно, что эмоциональная экспрессия выполняет коммуникативные функции, что особенно очевидно проявляется в раннем детстве. Во-вторых, все учёные согласны с тем, что эмоциональные переживания влияют на восприятие, мышление и поведение. В-третьих, эмоции лежат в основе социальных связей и являются интегральными составляющими теории темперамента, и личности. В-четвёртых, исследование эмоций и их функций в различных возрастных группах необходимо не только для понимания нормального развития личности, но также для диагностики и лечения психических нарушений" (Изард 2003, 426).
Приведённые дефиниции позволяют выделить параметры эмоциональных явлений:
это реакции на внешнее или внутренне воздействие;
связаны с удовлетворением или неудовлетворением потребностей;
бывают положительные (удовлетворение) и отрицательные (неудовлетворение);
отражают значимость явлений или ситуаций для организма;
возникли в ходе эволюции;
в языковом сознании свойственны только человеку.
Таковы основные итоги дефиниционного анализа эмоций. Далее рассмотрим основные теории эмоций, опираясь на работы Г.М. Бреслава (Бреслав 2004), Ч. А. Измайлова и А.М. Черноризова (Измайлов, Черноризов 2004), а также на материалы Интернет-сайта www.azps.
В 1872 г. Ч. Дарвин опубликовал книгу "Выражение эмоций у человека и животных", в которой он сформулировал принципы выражения эмоций. В ней было доказано, что эволюционное понимание применимо не только к биофизическому, но и психолого-поведенческому развитию живого, что между поведением животного и человека непроходимой пропасти не существует (Дарвин 1940). Эти положения легли в основу теории эмоций, которая получила название эволюционной. Эмоции, согласно этой теории, появились в процессе эволюции живых существ как приспособительные механизмы, способствующие адаптации организма к условиям и ситуациям его жизни. Телесные изменения, сопровождающие различные эмоциональные состояния, по Дарвину, есть не что иное, как рудименты приспособительных реакций организма. "Хотя Дарвин и не дал сколь-нибудь связного представления о природе эмоций, его указания на роль специфических форм мимики и пантомимики, а также на участие нервной системы в порождении эмоций оказали заметное влияние на последующих исследователей эмоций как в конце XIX, так и в XX веке", -отмечает Г. М. Бреслав (Бреслав 2004, 14-15).
Ряд психологов (Г. Спенсер, Т. Рибо, немецкая биологически ориентированная психология) развивали идеи о биологическом происхождении человеческих эмоций из аффективных и инстинктивных реакций животных. Отсюда берёт начало рудиментная теория эмоций. С точки зрения этой теории выразительные движения, сопровождающие страх, рассматриваются как рудиментные остатки животных реакций при бегстве и обороне, а выразительные движения, сопровождающие гнев, рассматриваются как рудиментные остатки движений, сопровождающих некогда у наших животных предков реакцию нападения. Страх стал рассматриваться как заторможенное бегство, а гнев - как заторможенная драка. Иначе говоря, все выразительные движения стали рассматриваться ретроспективно.
Американский философ и психолог У. Джемс (1884 г.) и датский невропатолог-физиолог К. Ланге (1885 г.) поставили себе задачу найти источник живучести эмоций в самом организме человека и тем самым освободиться от ретроспективного подхода. У. Джемс считал, что определенные физические состояния характерны для разных эмоций -любопытства, восторга, страха, гнева и волнения. Соответствующие телесные изменения были названы органическими проявлениями эмоций. Именно органические изменения, по теории Джемса - Ланге, являются первопричинами эмоций. Отражаясь в голове человека через систему обратных связей, они порождают эмоциональное переживание соответствующей модальности (модальность в психологии понимается как основной способ, с помощью которого человек воспринимает окружающий мир). Сначала под действием внешних стимулов происходят характерные для эмоций изменения в организме и только затем, как их следствие, возникает сама эмоция.
Существенным является то, что органическое происхождение имеют только низшие эмоции, унаследованные человеком от животных предков: страх, гнев, отчаяние, ярость, но это неприменимо к таким "субтильным", по выражению Джемса, эмоциям, как религиозное чувство, любовь мужчины к женщине, эстетическое переживание.
Если концепция Джемса - Ланге (Джемс 1984) объясняла эмоции с позиции периферических нервных процессов, то теория Кэннона - Барда пыталась объяснить эмоции, отталкиваясь от процессов в центральной нервной системе.
В динамике эмоциональных процессов и состояний у человека не меньшую роль, чем органические и физические воздействия, играют когнитивно-психологические факторы. В связи с этим были предложены новые концепции, объясняющие эмоции динамическими особенностями когнитивных процессов.
Одной из первых подобных теорий явилась теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера (Фестингер 1999). Согласно ей, положительное эмоциональное переживание возникает у человека тогда, когда его ожидания подтверждаются, а когнитивные представления воплощаются в жизнь, т. е. когда реальные результаты деятельности соответствуют намеченным, согласуются с ними, или, что то же самое, находятся в консонансе. Отрицательные эмоции возникают и усиливаются в тех случаях, когда между ожидаемыми и действительными результатами деятельности имеется расхождение, несоответствие или диссонанс.
Субъективно состояние когнитивного диссонанса обычно переживается человеком как дискомфорт, и он стремится как можно скорее от него избавиться. Выход из состояния когнитивного диссонанса может быть двояким: или изменить когнитивные ожидания и планы таким образом, чтобы они соответствовали реально полученному результату, или попытаться получить новый результат, который бы согласовывался с прежними ожиданиями.
В современной психологии теория когнитивного диссонанса нередко используется для того, чтобы объяснить поступки человека, его действия в различных социальных ситуациях. Эмоции же рассматриваются в качестве основного мотива соответствующих действий и поступков. Когнитивным факторам, лежащим в их основе, придается в детерминации поведения человека гораздо большая роль, чем органическим изменениям.
Доминирующая когнитивистская ориентация современных психологических исследований привела к тому, что в качестве эмоциогенных факторов стали рассматривать также и сознательные оценки, которые человек дает ситуации. Полагают, что такие оценки непосредственно влияют на характер эмоционального переживания.
Согласно теории отечественного физиолога П.В.Симонова (Симонов 1998), возникновение эмоции обусловлено дефицитом прагматической информации; именно это вызывает эмоции отрицательного характера: отвращение, страх, гнев и другие. Положительные эмоции, такие как радость и интерес, появляются в ситуации, когда полученная информация увеличивает вероятность удовлетворения потребности по сравнению с уже существующим прогнозом. Эта теория позволяет понять, что отрицательные эмоции возникают, когда субъект располагает недостаточным количеством информации, а положительные - когда информация оказывается в избытке. Следовательно, отрицательные эмоции возникают чаще всего из-за неприятной информации и особенно при недостаточной информации; что касается положительных эмоций, то они возникают при получении достаточной информации, особенно тогда, когда она оказалась лучше ожидаемой.
Вслед за теориями, объясняющими взаимосвязь эмоциональных и органических процессов, появились теории, описывающие влияние эмоций на психику и поведение человека. Эмоции, как оказалось, регулируют деятельность, обнаруживая вполне определенное на нее влияние в зависимости от характера и интенсивности эмоционального переживания. Д.О. Хеббу (Hebb 1969) удалось экспериментальным путем получить кривую, выражающую зависимость между уровнем эмоционального возбуждения человека и успешностью его практической деятельности.
Между эмоциональным возбуждением и эффективностью деятельности человека существует криволинейная, "колоколообразная" зависимость. Для достижения наивысшего результата в деятельности нежелательны как слишком слабые, так и очень сильные эмоциональные возбуждения. Для каждого человека (а в целом и для всех людей) имеется оптимум эмоциональной возбудимости, обеспечивающий максимум эффективности в работе. Оптимальный уровень эмоционального возбуждения, в свою очередь, зависит от многих факторов: от особенностей выполняемой деятельности, от условий, в которых она протекает, от индивидуальности включенного в нее человека и от многого другого. Слишком слабая эмоциональная возбужденность не обеспечивает должной мотивации деятельности, а слишком сильная разрушает ее, дезорганизует и делает практически неуправляемой.
К тому, что было сказано об условиях и факторах возникновения эмоций и их динамики У. Джемсом, К. Ланге, У. Кенноном, П. Бардом, Д. Хеббом и Л. Фестингером, свою лепту внес С. Шехтер (Shachter, Singer 1962). Он и его соавторы предположили, что эмоции возникают на основе физиологического возбуждения и когнитивной оценки. Некоторое событие или ситуация вызывают физиологическое возбуждение, и у индивида возникает необходимость оценить содержание ситуации, которая это возбуждение вызвала. Тип или качество эмоции, испытываемой индивидом, зависит не от ощущения, возникающего при физиологическом возбуждении, а от того, как индивид оценивает ситуацию, в которой это происходит. Оценка ситуации дает возможность индивиду назвать испытываемое ощущение возбуждения радостью или гневом, страхом или отвращением или любой другой подходящей к ситуации эмоцией. По Шехтеру, то же самое физиологическое возбуждение может испытываться, как радость или как гнев (или любая другая эмоция) в зависимости от трактовки ситуации. Он показал, что немалый вклад в эмоциональные процессы вносят память и мотивация человека. Концепция, предложенная С. Шехтером, получила название когнитивно-физиологической.
К познавательной детерминации эмоций может быть отнесены исследования феномена стресса Ричардом Лазарусом. Лазарус отметил опосредующую роль психологических процессов в возникновении стресса и процессов оценки как стрессового стимула, так и ситуации в целом. Также были рассмотрены процессы психологической защиты, которые предполагают переработку угрожающей информации с точки зрения защиты (Лазарус 1970). "Угроза по Лазарусу, - отмечает Г.М. Бреслав, -представляет предвосхищение человеком некоторого будущего столкновения с какой-то опасной для него ситуацией, то есть определяется на основе процесса оценки" (Бреслав 2004, 32). Лазарус попытался подвергнуть экспериментальному изучению роль процессов оценки в порождении эмоциональных явлений. В своих более поздних работах он обращал внимание на тот факт, что теория эмоций должна не только определять эмоциональные явления и классифицировать их, но и интегрировать биологические универсалии и социокультурные факторы.
Описанные выше теории (начиная с теории Джемса - Ланге) Г.М. Бреслав объединяет в детерминистские теории, поскольку они акцентируют внимание на механизме детерминации. Теория эмоций Ф. Крюгера, активационная теория, мотивационная теория, а также теория базовых эмоций переносят акцент с механизма детерминации на проявление или функцию эмоций.
Термин "базовые" эмоции используется в значении "фундаментальные" и понимается в психологии по-разному. Базовые эмоции могут быть представлены в качестве определённых оппозиций.
Чтобы выявить эти минимальные пары, можно обратиться к различным моделям эмоционального пространства: горизонтальная плоскость трёхмерного пространства Вундта, круг Шлосссберга, цилиндрическая модель Вудвортса - Шлоссберга, круговая траектория Экмана, трёхмерная модель Плачика (Измайлов, Черноризов 2004). Несмотря на геометрическую сложность пространственной организации в названных моделях, все они оперируют примерно одним списком эмоций. Так, Р. Плачик выделяет 8 основных прототипов эмоционального поведения и 8 соответствующих типов базовых эмоций. Поведенческие типы могут быть объединены в противопоставленные пары, и соответственно в пары объединяются базовые эмоции: 1) разрушение (гнев) - защита (страх); 2) инкорпорация (принятие, одобрение) - отвержение (отвращение); 3) репродукция (радость) -депривация (горе, уныние); 4) исследование (любопытство, предвосхищение) - ориентировка (удивление). Каждое из этих измерений расширяется и включает в себя спектр схожих эмоций. Отвержение включает скуку, нежелание, антипатию, отвращение, омерзение, ненависть; депривация включает задумчивость, меланхолию, печаль и скорбь.
Р. Плачик также предлагает язык описания эмоций, который состоит из трёх "подъязыков": субъективный язык (с помощью которого мы называем эмоции, например страх, ужас), язык поведения (в котором характеризуются стратегии поведения индивидуума, например избегание или атака) и язык функций (в котором характеризуются функции организма, например защита) (Plutchik 1970).
Наиболее развёрнутое описание термина "базовые эмоции" даёт К. Изард, который выделяет такие характеристики:
Базовые эмоции имеют отчётливые нервные субстраты.
Они проявляются при помощи специфической мимики.
Они влекут за собой отчётливое переживание, осознаваемое человеком.
Базовые эмоции возникли в результате эволюционных процессов.
Базовые эмоции оказывают организующее влияние на человека и служат его адаптации (Изард 2003).
Данный обзор теорий эмоций, не претендует на полноту, однако даёт возможность существенно расширить дефиниционные характеристики эмоций.
Обобщим представления об эмоциях, которые получили отражение в той или иной форме в описанных выше теориях. Во-первых, эмоции, в отличие от познавательных процессов, выражают отношение между индивидом и окружающей средой: потребностями и возможностями их удовлетворения, целями и реальностью их достижения. Во-вторых, наиболее типичные и значимые виды подобных ситуативных отношений называются эмоциями (гнев, радость, страх и подобные), тогда как виды внеситуативных отношений называют чувствами (любовь, уважение, ненависть, презрение и подобные). В-третьих, эмоциональные явления предполагают включённость всех систем организма в процессы обеспечения поведения и сознания, причём характер данной включённости не привязан к конкретным эмоциям и может варьировать в широком диапазоне. В-четвёртых, эмоции могут проявляться в качестве механизма как конструктивного, так и деструктивного поведения, но в любом случае являются необходимым, а значит, постоянным компонентом регуляции (Бреслав 2004).
Дадим более подробную характеристику чувствам как особым эмоциям, возникающим на основе высших социальных потребностей человека. Многогранность чувств, их проявление на различных уровнях отражения и деятельности, способность к слиянию и сочетанию, их приспособительный характер исключают возможность простой линейной их классификации. Чувства различаются по модальности, по интенсивности, продолжительности, глубине, осознанности, генезису, сложности, условиям возникновения, выполняемым функциям, воздействию на организм, форме своего развития, по уровням проявления в строении психического (высшие -низшие), по психическим процессам, с которыми они связаны, по потребностям, по предметному содержанию и направленности, по особенностям их выражения, нервному субстрату.
Существующие классификационные схемы чувств различаются соотношением своей теоретической и эмпирической обоснованности. Наиболее распространенная классификация чувств выделяет отдельные их подвиды по видам деятельности, в которых они проявляются. Особую группу составляют высшие чувства, в которых заключено все богатство эмоциональных отношений человека к социальной действительности. К области нравственных чувств относится все то, что определяет отношение человека к социальным учреждениям, к государству, к определенному классу, к другим людям, к самому себе.
Познавательная деятельность порождает у человека познавательные, или интеллектуальные чувства. Их предметом является как сам процесс приобретения знаний, так и его результат; вершиной интеллектуальных чувств является обобщённое чувство любви к истине. Среди высших чувств важное место занимают практические чувства, связанные с деятельностью: трудом, учением, спортом. К высшим чувствам относятся также эстетические чувства, предполагающие осознанную или неосознанную способность при восприятии явлений окружающей действительности руководствоваться понятиями прекрасного. Интеллектуальные, практические, эстетические чувства возникают в единстве с нравственными чувствами и обогащаются в связи с ними.
По степени обобщенности предметного содержания чувства подразделяются на конкретные (например, чувство к ребенку, произведению искусства), обобщенные (чувства к детям вообще, к музыке) и абстрактные (чувство справедливости, трагического).
Эмоциональные явления можно классифицировать в зависимости от субъективной ценности возникающих переживаний. Б.И. Додоновым выделены такие виды подобных "ценных" эмоций, как альтруистические, коммуникативные, романтические, гностические, эстетические, гедонистические и другие (Додонов 1975).
Эмпирически на основе формы непосредственного переживания выделены такие чувства: счастье, самоуважение, любовь, стыд, чувство комического, юмор, ирония, чувство трагического, смятение, раскаяние, страх, обида.
Отсутствие исчерпывающей классификации чувств объясняется их большим разнообразием, а также исторической изменчивостью.
Кроме того, следует учитывать иерархию эмоций, в которой выделяются высшие чувства, детерминированные социальными, нравственными, эстетическими и иными условиями.
Завершим описание психологии эмоций характеристикой основных функций эмоций.
Наиболее древней является подкрепляющая функция, которая служит для решения универсальной поведенческой задачи максимизации или минимизации возникшего эмоционального состояния: приближения или избегания.
Переключающая функция состоит в выборе мотивации, которая соответствует не только той или иной потребности, но и внешним условиям её удовлетворения в данной ситуации и в данный момент.
Компенсаторная (замещающая недостаток информации) функция проявляется, во-первых, в мобилизации вегетативных сдвигов (учащение сердцебиения, повышение кровяного давления, выброс в кровяное русло гормонов), как правило, превышающее реальные нужды организма.
4. Коммуникативная функция - это порождение и восприятие эмоций в мимике, голосе, физических характеристиках речи. По мнению ряда исследователей, около 90% эмоционального общения происходит на неречевом уровне (Измайлов, Черноризов 2004). Таковы основы психологии эмоций, игнорировать которые не может исследователь, даже если он идёт от языкового выражения – к эмоциям, а не наоборот.
1.3 Эмотивность и эмотивные единицы в арго
Лингвистическое описание эмоций имеет определённую традицию. Как отмечает Л.Г. Бабенко, "благодаря фундаментальным исследованиям Н.Д. Арутюновой, Е.М. Вольф, Е.С. Кубряковой, В.Н. Телия, мы имеем достаточно полное представление о системе оценочных значений, в том числе и о структуре оценки эмотивной лексики" (Бабенко 1989, 10). Кроме этих работ, следует добавить монографии самой Л.Г. Бабенко, В.И. Шаховского, работы Ю.Д. Апресяна, В. Ю. Апресян, А. В целом лингвисты отмечают два возможных направления исследования данного феномена - от эмоций к языковым средствам, их выражающих, и от языковых средств к эмоциям. Второй путь признаётся более эффективным и реальным, поскольку единой нелингвистической теории эмотивности не существует.
В одной из своих работ с весьма широким названием "Русский язык" А. Вежбицкая говорит о признаках, семантических свойствах, которые отчётливо выступают в русском самосознании. К таким признакам она относит (1) эмоциональность, (2) иррациональность, (3) неагентивность и (4) любовь к морали (Вежбицкая 1996б). Характерно, что на первое место в данном перечне поставлена эмоциональность - "ярко выраженный акцент на чувствах и на их свободном изъявлении, высокий эмоциональный накал русской речи, богатство языковых средств для выражения эмоций и эмоциональных оттенков" (там же, 33-34). Таким образом, задача исследования эмоциональности как свойства, характерного для русского языка в целом, на материале его социальной разновидности представляется вполне оправданной.
Можно отметить, что, несмотря на длительную традицию описания эмоций в языке, эмотивные параметры социолекта практически не исследовались. Исследование эмотивного арготического лексикона связано с решением нескольких задач: 1) определением состава языковых единиц, вербализующих эмоции в арго; 2) выработкой теоретико-методологической позиции по проблеме содержания и структуры эмотивной языковой единицы в арго; 3) определением лингвистической базы, являющейся материалом исследования арго; 4) разработкой процедур, связанных с изучением содержания языковых единиц, вербализующих эмоции в лингвокультурном пространстве арго.
Обозначим свою позицию по названной проблематике. Выявление состава языковых единиц, вербализующих эмоции в арго, тесно связано с определением позиции по проблемам эмотивности в языке и сущностных характеристик эмотивного компонента значения языковой единицы, поэтому наше рассуждение мы начнём с описания понятия "эмотивность".
Под эмотивностью мы понимаем свойство языковых единиц "быть одним из средств выражения чувств и эмоций" (Слюсарева 1990, 564). Приведённая цитата раскрывает сущность эмоциональной функции языка, а средства, манифестирующие данную функцию, характеризуются таким свойством, как эмотивность. Функция языка быть средством выражения эмоций имеет разное название - эмотивная, экспрессивная, эмотивно-волюнтативная. На лексико-семантическом уровне данная функция проявляется в наличии единиц особого рода, которые в своей семантике содержат эмотивную информацию. Эмотивность неразрывно связана с экспрессивностью и оценочностью, однако они не идентичны. Их объединяет принадлежность к эмотивной сфере языка, которая противопоставляется интеллектуальной (информационной, рациональной, логической) сфере. Под экспрессивностью понимается способность языковых единиц к усилению воздействия в акте коммуникации. Так, Е.М. Галкина-Федорук экспрессией называет усиление выразительности, увеличение воздействующей силы речи. Относительно соотношения эмоциональности и экспрессивности она отмечает: "выражение эмоций в языке всегда экспрессивно, но экспрессия в языке не всегда эмоциональна" (Галкина-Федорук 1958, 121). Таким образом, понятие экспрессивности оказывается шире эмоциональности, тогда как понятие эмотивности содержательнее экспрессии, поскольку эмоциональность многообразна в своих проявлениях, а экспрессивность сводится в основном к усилению.
Соотношение эмотивности и оценки также характеризуется тесной связью. Как отмечалось в предыдущем параграфе, эмоциональные явления выражают отношения между индивидом и окружающей средой, что с неизбежностью ведёт к оценке возможности/невозможности удовлетворения потребностей, достижения целей. Неслучайно эмоции делятся на положительные и отрицательные. Однако широта проявления эмоций однозначно говорит о том, что эмотивность шире оценочности; эмоции, хотя и выстраиваются в оппозиционные пары, насчитывают множество подобных оппозиций. В этой связи очень тонким и точным представляется замечание С.Л. Рубинштейна: "Эмоции можно предварительно в чисто феноменологическом плане охарактеризовать несколькими особенно показательными признаками. Во-первых, в отличие, например, от восприятий, которые отражают содержание объекта, эмоции выражают состояние субъекта и его отношение к объекту. Эмоции, во-вторых, обычно отличаются полярностью, то есть обладают положительным или отрицательным знаком: удовольствие - неудовольствие, веселье - грусть, радость - печаль т. п. Оба полюса не являются обязательно внеположными. В сложных человеческих чувствах они часто образуют противоречивое единство: в ревности страстная любовь уживается с жгучей ненавистью" (Рубинштейн 2003, 551).
Таким образом, эмотивность оказывается уже экспрессивности, но информативнее её. Связь эмотивности с оценочностью облигаторна, эмотивность не укладывается в триаду положительная - нейтральная -отрицательная оценка. Кроме того, информационный потенциал эмотивности намного богаче двух полюсов оценки.
Под эмотивными арготическими единицами в работе понимаются такие единицы словаря