Xreferat.com » Рефераты по истории » Роль Ставки верховного главнокомандующего в годы Великой Отечественной войны

Роль Ставки верховного главнокомандующего в годы Великой Отечественной войны

разогнав свою военную машину, гитлеровское руководство израсходо­вало далеко не все, что было приготовлено для захвата Европы. Мощные резервы высвободились и полностью были брошены на СССР.

Конечно, и нам нужно было многократно напрягать свои силы, чтобы отразить натиск врага, перехватить инициа­тиву, ликвидировать его временные преимущества и, взяв верх во всех отношениях, изгнать с территории нашей Родины, а затем помочь народам Европы сбросить иго фашизма.

Итак, историческую роль в этом великом деле сыгра­ло героическое сопротивление, которое советские войска ока­зали превосходящим силам противника в первые месяцы войны, и прежде всего ожесточенные битвы в районах Перемышля, Смоленска, Ельни, на дальних и ближних подступах к Киеву. В этих сражениях не были реализованы планы и расчеты гитле­ровского командования, связанные с непосредственным ходом военных событий. Главным же было то, что экономика, идео­логия, пропаганда и политика фашизма, вся его чудовищная социальная система были поставлены перед такими проблемами, которые гитлеровской Германии так и не удалось решить в ходе всей войны с Советским Союзом...

2.2. Крупные мероприятия Ставки верховного главнокомандующего по обороне столицы

К началу наступления немецко-фашистских войск под Мо­сквой на дальних подступах к столице оборонялись три наших фронта: Западный (командующий генерал-полковник И. С. Ко­нев), Резервный (командующий Маршал Советского Союза С, М. Буденный) и Брянский (командующий генерал-лейтенант А.И.Еременко). Всего в их составе в конце сентября насчитыва­лось около 800 тысяч человек, 782 танка и 6808 орудий и мино­метов, 545 самолетов. Наибольшее количество сил и средств было в составе Западного фронта1. В связи с этим событием в командование Западным фронтом пришла директива Ставки.

«Командующему Западным фронтом2.

Распоряжением Ставки Верховного Главнокомандования в район действии Резервного фронта командирован генерал армии тов. Жуков в качестве представителя Ставки.

Ставка предлагает ознакомить тов. Жукова с обстановкой. Все решения тов. Жукова в дальнейшем, связанные с использо­ванием войск фронтов и по вопросам управления, обязательны для выполнения.

По поручению Ставки Верховного Главнокомандования начальник Генерального штаба Шапошников.

6 октября 1941 г. 19 ч. 30 м.

№ 2684.»

Противник, произведя перегруппировку своих сил на мо­сковское направление, превосходил все три наших фронта, вме­сте взятые, по численности войск—в 1,25 раза, по танкам — в 2,2, по орудиям и минометам — в 2,1 и по самолетам — в 1,7 раза.

Наступление немецких войск по плану операции под кодо­вым названием «Тайфун» началось 30 сентября ударом танковой группы Гудериана и 2-й немецкой армии по войскам Брянского фронта на участке Жуковка — Шостка. 2 октября противник нанес мощные удары по войскам Западного иРезервного фронтов. Особенно сильные удары последовали из районов севернее Духовщины и восточнее Рославля. Противнику удалось прорвать оборону наших войск. Ударные группировки врага стремитель­но продвигались вперед, охватывая с юга и с севера всю вяземскую группировку войск Западного и Резервного фронтов.

Крайне тяжелая обстановка сложилась и к югу от Брянска, где 3-я и 13-я армии Брянского фронта оказались под угрозой окружения. Не встречая серьезного сопротивления, войска Гу­дериана устремились к Орлу, где у нас не было сил для отражения наступления.

2 октября по указанию Ставки был создан усиленный 1-й гвардейский стрелковый корпус под командованием генерал-майора Д. Д. Лелюшенко. Задачей корпуса было — задержать продвижение войск противника и обеспечить отвод войск Брян­ского фронта.

Развивая наступление, части Гудериана 3 октября захватили неподготовленный к обороне г. Орел, выйдя 24-м моторизованным корпусом на тылы Брянского фронта. 1-й гвардейский стрелко­вый корпус, развернувшись в районе Мценска, вступил в бой с моторизованной и танковой группировкой противника. Враже­ские войска были здесь задержаны на несколько дней и понесли большие потери в живой силе и боевой технике. Танкисты 4-й и 11-й бригад впервые применили способ поражения враже­ских танков из засады. Используя успех 1-го гвардейского кор­пуса, войска Брянского фронта отошли на указанные им рубежи.

Вот как об этом вспоминает командующий 2-й немецкой тан­ковой армией генерал Гудериан: «2 октября... одновременно в районе действий 24-го танкового корпуса у Мценска, северо-восточнее Орла, развернулись ожесточенные бои, в которые втя­нулась 4-я танковая дивизия. В бой было брошено большое количество русских танков Т-34, причинивших большие потери нашим танкам. Превосходство материальной части наших тан­ковых сил, имевшее место до сих пор, было отныне потеряно и теперь перешло к противнику. Тем самым исчезли перспективы на быстрый и непрерывный успех.

По приказу командующего Западным фронтом генерал-полковника И. С. Конева был нанесен контрудар севернее Вязьмы по обходящей наши войска северной группировке войск про­тивника. К сожалению, успеха этот контрудар не имел. К исходу 6 октября значительная часть войск Западного и Ре­зервного фронтов была окружена западнее Вязьмы1.

Угодско-Заводский район освободила в декабре 1941 года 17-я стрелковая дивизия генерала Д. М- Селезнева.

Там, где был в 1941 году штаб Резервного фронта, а затем штаб Западного фронта, па месте деревни Пяткино (которую не­мецкие войска при отступлении тоже сожгли), после войны воз­ник город Обнинск. Теперь он известен далеко за пределами на­шей страны: здесь построена первая атомная электростанция. Город Обнинск в настоящее время является одним из крупнейших научных центров страны2.

Но вернемся к событиям того времени.

Отряд И. Г. Старчака после взрыва моста занял оборону по реке Угре. Вскоре он был поддержан отрядом курсантов по­дольских военных училищ под командованием старшего лейте­нанта Л. А. Мамчика и капитана Я. С. Россикова. Попытки вра­жеских войск форсировать реку Угру и прорваться на Медынь успешно отражались героическими действиями этих отрядов.

В результате пятидневных ожесточенных боев немногие ос­тались в живых, но своим героическим самопожертвованием они сорвали план быстрого захвата Малоярославца и помогли нашим войскам выиграть необходимое время для организации обороны на подступах к Москве. Тем временем в районе Малоярославца, на его укрепленный рубеж, вышли и развернулись артиллерийское и стрелково-пулеметное училища Подольска.

10 октября 1941 г. 17 час. В целях объединения руководства войсками западного направления Ставка Верховного Главно­командования приказывает:

1. Объединить Западный и Резервный фронты в Западный фронт.

2. Назначить командующим Западным фронтом тов. Жукова.

3. Назначить тов. Конева заместителем командующего Западным фронтом.

4. Назначить тт. Булганина, Хохлова и Круглова членами Военного совета Западного фронта.

5. Тов. Жукову вступить в командование Западным фронтом в 18.00 11 октября 1941 г.

6. Управление Резервного фронта расформировать и обра­тить на укомплектование Западного и Московского Резервного фронтов.

Летом и осенью 1941 года Центральный Комитет партии, Государственный Комитет Обороны и Верховное Главнокоман­дование предприняли ряд крупных мероприятий по укреплению обороны столицы, формированию значительных войсковых ре­зервов, пополнению Действующей армии новыми частями и сое­динениями, боевой техникой. Теперь были предприняты допол­нительные меры, чтобы приостановить противника.

7 октября началась переброска войск из резерва Ставки и с соседних фронтов на можайскую оборонительную линию. Сюда прибывали 14 стрелковых дивизий, 16 танковых бригад, более 40 артиллерийских полков и ряд других частей. Заново формировались 16, 5, 43-я и 49-я армии. В середине октября в их составе насчитывалось 90 тысяч человек. Конечно, для созда­ния сплошной надежной обороны этих сил было явно недоста­точно. Но большими возможностями Ставка тогда не распола­гала, а переброска войск с Дальнего Востока и из других отда­ленных районов в силу ряда причин задерживалась. Поэтому мы решили в первую очередь занять главнейшие направления: волоколамское, можайское, малоярославецкое, калужское. На этих же направлениях сосредоточивались и основные артил­лерийские и противотанковые средства.

На волоколамское направление Ставка направили штаб и ко­мандование 16-й армии во главе с К. К. Рокоссовским, А. А. Лобачевым и М. С. Малининым. В состав 16-й армии включались новые соединения, так как ее дивизии, переданные 20-й армии, остались в окружении западнее Вязьмы. 5-я армия под коман­дованием генерал-майора Д. Д. Лелюшенко (после его ранения в командование армией вступил генерал Л. А. Говоров) концент­рировалась на можайском направлении. В районе Наро-Фо­минска сосредоточивалась 33-я армия, командующим которой вскоре был назначен генерал-лейтенант М. Г. Ефремов. На малоярославецком направлении развертывалась 43-я армия под ко­мандованием генерал-майора К. Д. Голубева. 49-я армия под командованием генерал-лейтенанта И. Г. Захаркина занимала оборону на калужском направлении.

Таким образом, по существу заново создавался Западный фронт, на который возлагалась историческая миссия — оборона столицы нашей Родины.

Под руководством Центрального Комитета развернулась ог­ромная работа по разъяснению создавшегося положения — не­посредственной опасности, нависшей над Москвой. Партия призвала советский народ с честью выполнить свой долг и не пропустить врага к столице1.

В тылу войск противника, в районе западнее и северо-западнее Вязьмы, в это время все еще героически дрались наши ок­руженные войска, пытаясь прорваться на соединение с частями Красной Армии. Но все их попытки оказались безуспешными. Командование фронта и Ставка помогали окруженным войскам. Осуществлялась бомбардировка с воздуха немецких боевых порядков, сбрасывались с самолетов продовольствие и боепри­пасы. Но большего тогда фронт и Ставка для окруженных войск сделать не могли, так как не располагали ни силами, ни средст­вами.

Оказавшись в тылу противника, войска не сложили оружия, а продолжали мужественно драться, сковывая крупные силы врага, не позволяя ему развить наступление на Москву. Дважды — 10 и 12 октября — были переданы командар­мам окруженных войск радиограммы, в которых содержалась краткая информация о противнике, ставилась задача на прорыв, общее руководство которым поручалось командующему 19-й армией генералу М. Ф. Лукину. Ставка просила немедленно сооб­щать план выхода и группировку войск и указать участок, где можно было бы организовать помощь окруженным войскам авиа­цией фронта. Однако на обе наши радиограммы ответа не после­довало: вероятно, пришли они слишком поздно. По-видимому, управление было потеряно, и войскам удавалось прорываться из окружения лишь отдельными группами.

Благодаря упорству и стойкости, которые проявили наши войска, дравшиеся в окружении в районе Вязьмы, мы выиграли драгоценное время для организации обороны на можайской ли­нии. Пролитая кровь и жертвы, понесенные войсками окружен­ной группировки, оказались не напрасными. Подвиг героичес­ки сражавшихся под Вязьмой советских воинов, внесших великий вклад в общее дело защиты Москвы, еще ждет должной оценки.

С 13 октября разгорелись ожесточенные бои на всех глав­ных оперативных направлениях, ведущих к Москве.

Это были грозные дни.

ЦК партии и Государственный Комитет Обороны приняли решение срочно эвакуировать из Москвы в Куйбышев часть цен­тральных учреждений и весь дипломатический корпус, а также вывезти из столицы особо важные государственные ценности.

С каждым днем усиливались бомбежки Москвы. Воздушные тревоги объявлялись почти каждую ночь. Однако к этому вре­мени уже была проделана большая работа по укреплению мест­ной противовоздушной обороны. Миллионы граждан активно обучались противовоздушной защите, и «зажигалки» были уже не страшны москвичам.

Верховное Главнокомандование сконцентрировало в районе Москвы крупные группы истребительной, штурмовой и бомбар­дировочной авиации. С 20 октября в Москве и прилегающих к ней районах поста­новлением Государственного Комитета Обороны было введено осадное положение. Во всех войсках, защищавших столицу, установился строжайший порядок. Каждое серьезное наруше­ние дисциплины пресекалось решительными мерами. Жители Москвы дали достойный отпор пособникам врага — паникерам.

Мужественно встретила советская столица надвигавшуюся опасность. Призывы Центрального и Московского Комитетов пар­тии отстоять советскую столицу, разгромить врага были понят­ны каждому москвичу, каждому воину, всем советским людям. Москвичи превратили столицу и подступы к ней в неприступную крепость, а защита Москвы вылилась в героическую эпопею. То, что было достигнуто на Западном фронте в ок­тябре, а затем и в последующих сражениях, стало возможным только благодаря единству и общим усилиям войск и населения-столицы в Московской области, той действенной помощи, кото­рую оказали армии и защитникам столицы вся страна, весь со­ветский народ.

Уже в первые месяцы войны под руководством городских партийных организаций были сформированы 12 дивизий народ­ного ополчения. В них вступали специалисты самых различных мирных профессий — рабочие, инженеры, техники, ученые, работники искусства. Люди эти, конечно, не обладали военными навыками, многое пришлось познавать уже в ходе боев. Но было нечто общее, что всем им было свойственно,— высочайший патри­отизм, непоколебимая стойкость и уверенность в победе. И разве это случайность, что из добровольческих формирований после приобретения ими необходимого боевого опыта сложились великолепные боевые соединения?

Ополченцы составляли ядро многих специальных подразде­лений разведчиков, лыжников, активно действовали в партизан­ских отрядах. Западный фронт в своей борьбе опирался на эту неоценимую помощь со стороны населения Москвы1.

Сотни тысяч москвичей круглосуточно работали на строи­тельстве оборонительных рубежей, опоясывающих столицу. Только на внутреннем поясе обороны в октябре и ноябре труди­лось до 250 тысяч человек, три четверти которых составляли жен­щины и подростки. Они соорудили 72 тысячи погонных метров противотанковых рвов. около 80 тысяч метров эскарпов и контр­эскарпов, 52,5 тысячи метров надолб и много других препят­ствий, вырыли почти 128 тысяч погонных метров окопов и хо­дов сообщения. Своими руками эти люди вынули более 3 мил­лионов кубометров земли!

Фронтовики знали, что на защиту столицы встала вся страна. Эта всенародная поддержка была воодушевляющей и надежной опорой наших побед в битвах за Москву.

В ответ на призыв ЦК ВКП(б) многие тысячи коммунистов в комсомольцев Москвы и других городов пришли на фронт в качестве политбойцов, которые своим примером повышали боеспособность войск.

Приближались решающие события.

В связи с тем, что оборонительный рубеж Волоколамск — Можайск — Малоярославец — Серпухов занимали наши сла­бые силы, а местами уже был захвачен противником. Военный совет фронта основным рубежом обороны избрал новую линию— Ново-Завидовский — Клин — Истринское водохранилище — Истра — Красная Пахра — Серпухов — Алексин.

Учитывая большую растянутость фронта, а также возникшие трудности в управлении войсками калининской группировки, Военный совет Западного фронта обратился в Ставку с просьбой несколько сократить фронт и передать эти войска в другое подчинение.

Приказом Ставки от 17 октября 22, 29-я и 30-я армии были переданы во вновь формируемый Калининский фронт. Командующим Калининским фронтом был назначен генерал-полковник И. С. Конев, членом Военного совета — корпусной комиссар Д. С. Леонов, начальником штаба — гене­рал-майор И. И. Иванов. Образование Калининского фронта сократило полосу обороны Западного фронта и облегчило управ­ление войсками.

Брянский фронт, во главе которого стоял генерал-лейтенант А. И. Еременко, также находился в крайне тяжелом положе­нии. Большинство войск фронта оказалось в окружении и с тру­дом пробивалось на восток. Героическими усилиями им все же удалось 23 октября вырваться из окружения. Преследуя остат­ки войск Брянского фронта, передовые части армии Гудериана, захватив Орел, 29 октября подошли к Туле.

В октябре здесь, кроме формируемых тыловых учреждений 50-й армии, способных оборонять город, войск не было. Во вто­рой половине октября в район Тулы отходили три сильно по­страдавшие стрелковые дивизии. В этих соединениях насчиты­валось от пятисот до полутора тысяч бойцов, а в артиллерий­ском полку осталось всего лишь четыре орудия. Отошедшие ча­сти были крайне переутомлены.

Жители Тулы оказали нашим войскам большую помощь в срочном пошиве обмундирования, ремонте оружия и боевой тех­ники. Под руководством партийных организаций города дни и ночи трудились они над тем, чтобы привести наши части в бое­способное состояние.

Комитет обороны города, во главе которого стоял секретарь обкома партии Василий Гаврилович Жаворонков, сумел в ко­роткий срок сформировать и вооружить рабочие отряды. Вместе с частями 50-й армии Брянского фронта они мужественно дра­лись на ближних подступах к Туле и не пропустили противника в город.

Особое упорство и мужество здесь проявил тульский рабочий полк во главе с капитаном А. П. Горшковым и комиссаром Г. А. Агеевым. Этот полк занял вместе с отошедшими частями войск рубеж обороны в районе Косой Горы. Против немецких танков на подступах к городу командующим обороной генералом В. С. По­повым был использован зенитный полк. Все части, обороняв­шие Тулу, дрались с противником исключительно мужест­венно.

Гудериан рассчитывал захватить Тулу с ходу, а затем дви­нуться па Москву с юга. Но это ему не удалось.

30 октября наступление противника было отбито защитни­ками Тулы с большими для него потерями.

10 ноября решением Ставки Брянский фронт был расформи­рован, а оборона Тулы возложена на Западный фронт.

Как ни пытался враг в течение ноября 1941 года взять Тулу и этим открыть себе дорогу к столице, успеха он не добился. Город стоял, как неприступная крепость. Тула связала по ру­кам и ногам всю правофланговую группировку немецких войск. Тогда противник решил обойти город, но из-за этого он вынужден был растянуть свою группировку. В результате оперативно-так­тическая плотность войск армии Гудериана была потеряна.

С каждым днем наступление противника выдыхалось все больше и больше. К концу октября оно было остановлено на рубеже Тургиново — Волоколамск — Дорохове — Наро-Фо­минск, западнее Серпухова и Алексина. В районе Калинина к этому же времени стабилизировалась оборона войск Калинин­ского фронта.

На волоколамском направлении, где наступал усиленный 5-й армейский корпус врага, а затем еще два моторизованных кор­пуса, стойко оборонялись подразделения УРов и соединения вновь созданной 16-й армии. Особенно отличилась 316-я стрел­ковая дивизия под командованием генерал-майора И. В. Пан­филова.

На наиболее ответственный участок 16-й армии был направ­лен сводный стрелковый полк курсантов Московского команд­ного пехотного училища. Курсантский полк поддерживался тремя противотанковыми артиллерийскими полками.

Пройдя ускоренным маршем из Солнечногорска 85 километ­ров, полк прибыл вечером 7 октября в район Волоколамска. Командование училища не ошиблось в своих питомцах. Прези­рая опасность и смерть, они крепко держали порученный им участок обороны. Боевым соседом итого полка была 316-я стрел­ковая Панфиловская дивизия, которая за массовый героизм, проявленный в ходе борьбы за Москву, была преобразована в 8-ю гвардейскую.

Ввиду общего недостатка сил и средств батальонные районы были растянуты по фронту до 7—10 километров и в глубину до 3 километров. Сплошной обороны на всем Волоколамском рубеже тогда еще не было. Взяты были только опорные пункты, промежутки которых простреливались артиллерийским огнем, а кое-где и дальним пулеметным.

На можайском направлении против 40-го мотокорпуса вра­га, поддержанного авиацией, особенно упорно сражалась 32-я стрелковая дивизия полковника В.И.Полосухина. Спустя по­чти 130 лет после Отечественной войны 1812 года на Бородинском поле — том самом поле, которое стало бессмертным памятником русской воинской славы, — вновь разгорелся ожесточенный бой.

На малоярославецком направлении наступали части 12-го армейского и 57-го мотокорпуса противника. На подступах к Малоярославцу героически сражались части 312-й стрелковой дивизии полковника А. Ф. Наумова и курсанты подольских пехотного и артиллерийского училищ. В районе Медыпи на­смерть стояли танкисты полковника И. И. Троицкого, о котором я уже говорил. У старинного русского города Боровска просла­вили свои боевые знамена солдаты и командиры 110-й стрелко­вой дивизии и 151-й мотострелковой бригады. Плечом к плечу с ними стойко отражали натиск врага танкисты 127-го танково­го батальона. Ценой больших потерь противник оттеснил наши части к реке Протве, а затем к реке Наре, но прорваться дальше не смог.

33-я армия заняла оборону в районе Наро-Фоминска, в про­межутке между 5-й и 43-й армиями. Южнее Наро-Фоминска, до восточному берегу реки Нары, заняла оборону 43-я армия, На рубеже западнее Серпухова — восточнее Тарусы, Алексина—49-я армия.

Укрепившись на этом рубеже, войска фронта были полны решимости встретить и отразить вражеские атаки.

За три недели октябрьских сражений воины нашего фронта многому научились. В частях проводилась большая воспитатель­ная партийно-политическая работа, основой которой была по­пуляризация лучших способов уничтожения врага, индивиду­ального и массового героизма и боевой доблести частей и под­разделений.

Тем временем на угрожаемых участках строилась глубоко эталонированная противотанковая оборона, создавались про­тивотанковые опорные пункты и районы. Войска пополнялись личным составом, вооружением, боеприпасами, имуществом свя­зи, инженерными и материально-техническими средствами. С 1 по 15 ноября Западный фронт получил в качестве пополнения 100 тысяч бойцов и офицеров, 300 танков, 2 тысячи орудий,

Эти резервы, сформированные Ставкой из переброшенных сюда из глубины страны дополнительных соединений стрелко­вых и танковых войск, сосредоточивались на наиболее опасных направлениях. Большая часть войск концентрировалась на волоколамско-клинском и истринском направлениях, где последовал главный удар бронетанковых группи­ровок противника.

Для продолжения наступления на Москву гитлеровское ко­мандование подтянуло новые силы и к 15 ноября сосредоточило против войск Западного фронта 51 дивизию, в том числе 31 пе­хотную, 13 танковых и 7 моторизованных, хорошо укомплекто­ванных личным составом, танками, артиллерией и боевой тех­никой.

На волоколамско-клинском и истринском направлениях против армии К.К.Рокоссовского были сосредоточены 3-я и 4-я танковые группы противника в составе семи танковых, трех мо­торизованных и трех пехотных дивизий при поддержке почти двух тысяч орудий и мощной авиационной группы.

На тульско-каширском направлении против 50-й армии со­средоточена ударная группа вражеских войск в составе 24-го и 47-го моторизованных корпусов, 53-го и 43-го армейских кор­пусов общей численностью в девять дивизий (в том числе четыре танковые и моторизованная дивизия «Великая Германия»). Их поддерживала мощная авиагруппа.

4-я полевая армия противника в составе шести армейских корпусов развернулась на звенигородском, кубинкском, наро-фо­минском, подольском и серпуховском направлениях. Этой армии было приказано фронтальными ударами сковать войска обороны Западного фронта, ослабить их, а затем нанести удар в центре нашего фронта в направлении на Москву1.

Второй этап наступления на Москву немецкое командование начало 15 ноября ударом по 30-й армии Калининского фронта. Южнее Волжского водохранилища эта армия имела весьма сла­бую оборону. Одновременно противник нанес удар и по войскам Западного фронта, а именно по правому флангу армии К. К. Ро­коссовского, южнее реки Шоши. Вспомогательный удар был на­несен в полосе этой армии в районе Теряевой Слободы.

Против 30-й армии Калининского фронта противник бросил более 300 танков, которым противостояло всего лишь 56 наших легких танков со слабым вооружением. Оборона не выдержала и была здесь быстро прорвана.

С утра 16 ноября вражеские войска начали стремительно развивать наступление из района Волоколамска на Клин. Ре­зервов в этом районеунас не оказалось, так как они, по прика­зу Ставки, были брошены в район Волоколамска для нанесения контрудара, где и были скованы противником.

В тот же день немецко-фашистские войска нанесли мощный удар в районе Волоколамска. На истринском направлении на­ступали две танковые и две пехотные немецкие дивизии. Против наших 150 легких танков немцы бросили 400 средних танков. Развернулись ожесточенные сражения. Особенно упорно дра­лись стрелковые дивизии16-й армии: 316-я генерала И. В. Пан­филова, 78-я полковника А. П. Белобородова и 18-я генерала П. Н. Чернышева, отдельный курсантский полк С. И. Младенцева,1-я гвардейская, 23,27, 28-я отдельные танковые брига­ды и кавалерийская группа генерал-майора Л. М. Доватора.

В 23 часа 17 ноября 30-я армия Калининского фронта была передана Ставкой Западному фронту, вследствие чего оборона За­падного фронта вновь еще больше расширилась на север (до Волжского водохранилища). Командующим 30-й армией был на­значен генерал-майор Д. Д. Лелюшенко.

С беспримерной храбростью действовала переданная в состав 16-й армии 1-я гвардейская танковая бригада. В октябре эта бригада (тогда 4-я танковая) геройски сражалась под Орлом и Мценском, за что и была удостоена высокой чести именоваться 1-й гвардейской танковой бригадой. Теперь, в ноябре, защищая подступы к Москве, гвардейцы-танкисты новыми подвигами еще выше подняли свою славную боевую репутацию.

Государственный Комитет Обороны, часть руководящего со­става ЦК партии и Совнаркома по-прежнему оставались в Мо­скве. Рабочие Москвы трудились по 12—18 часов в сутки, обе­спечивая оборонявшие столицу войска оружием, боевой техни­кой, боеприпасами. Однако угроза столице не миновала: враг хотя и медленно, но приближался к Москве.

На тульско-московском операционном направлении против­ник перешел в наступление 18 ноября. На венёвском направле­нии, где оборонялись 413-я и 299-я стрелковые дивизии 50-й ар­мии, наступали 3, 4-я и 17-я танковые дивизии противника. Прорвав оборону, эта группа захватила район Болохово — Де-дилово. Для противодействия в район Узловой нами были спеш­но брошены 239-я стрелковая и 41-я кавалерийская дивизии. Ожесточенные сражения, отличавшиеся массовым героизмом наших войск, не прекращались здесь ни днем, ни ночью. Особенно упорно дрались части 413-й стрелковой дивизии. Однако 21 ноября Узловая и Сталиногорск были заняты главными сила­ми танковой армии Гудериана. В направлении Михайлова насту­пал 47-й моторизованный корпус противника. В результате в районе Тулы создалась довольно сложная обстановка1.

В этих условиях Военный совет фронта принял решение уси­лить каширский боевой участок 112-й танковой дивизией, кото­рой командовал полковник А. Л. Гетман (ныне генерал армии); рязанский боевой участок — танковой бригадой и другими ча­стями; зарайский участок — 9-й танковой бригадой, 35-м и 127-м отдельными танковыми батальонами; лаптевский учас­ток —510-м стрелковым полком с ротой танков.

26 ноября 3-й танковой дивизии противника удалось потес­нить наши части и перерезать железную дорогу и шоссе Тула — Москва в районе севернее Тулы. Однако 1-й гвардейский кава­лерийский корпус генерала П. А. Белова, 112-я танковая диви­зия и ряд других частей фронта в районе Каширы не дали против­нику продвинуться дальше на этом участке. На помощь сражаю­щимся там частям были дополнительно переброшены 173-я стрелковая дивизия и 45-й гвардейский минометный полк.

До 30 ноября шли напряженные бои в этом районе к югу от Мордвеса. Враг не смог здесь добиться успеха. Командующий 2-й танковой армией убедился в невозможности сло­мить упорное сопротивление советских войск в районе Ка­шира — Тула и пробиться отсюда в сторону Москвы. Гитле­ровцы вынуждены были перейти на этом участке к обороне.

Советские войска, сражавшиеся в этом районе, отразили все удары врага, нанесли ему большие потери и не пропустили к Москве1.

Еще более тяжелая обстановка сложилась на правом крыле фронта, в районе Истра — Клин — Солнечногорск, где упорно оборонялась 16-я армия.

23 ноября танки противника ворвались в Клин. Чтобы не подвергать наши войска угрозе окружения, в ночь на 24 ноября их пришлось отвести на следующий тыловой рубеж. После тя­желых сражений 16-я армия отошла от Клина. В связи с потерей Клина образовался разрыв между 16-й и 30-и армиями, который прикрывался лишь слабой группой наших войск.

25 ноября 16-я армия отошла и от Солнечногорска. Здесь создалось катастрофическое положение. Военный совет фронта перебрасывал сюда все, что мог, с других участков фронта; От­дельные группы танков, группы солдат с противотанковыми ружьями, артиллерийские батареи и зенитные дивизионы, взя­тые у командующего ПВО генерала М. С. Громадина, были пе­реброшены в этот район. Необходимо было во что бы то ни стало задержать противника на этом опасном участке до прибытия сюда 7-и гвардейской стрелковой дивизии из района Серпухо­ва, двух танковых бригад и двух противотанковых артилле­рийских полков из резерва Ставки.

Фронт нашей обороны выгибался дугой образовывались очень слабые места. Казалось, вот-вот случится непоправимое. Но нет, Войска стояли насмерть, а получив подкрепление, вновь создавали непреодолимый фронт обороны.

Вечером 29

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: