Xreferat.com » Рефераты по истории » Репрессии среди крестьян на территории Западной Сибири в 1930-е годы

Репрессии среди крестьян на территории Западной Сибири в 1930-е годы

условиях тоталитарного режима

Само применение термина «кулак» было искажением истины с самого начала существования советского режима. Многие кулаки совершенно обеднели. Лишь небольшая часть кулаков владела 2-3 лошадьми и 3-4 коровами.

Один из активистов так рассказывал о типичном кулаке: «У него больная жена, пятеро детей и ни крошки хлеба в доме.

А мы называем его кулаком! Дети ходят в отрепьях, все оборванные, похожи на призраков. Я заглянул в горшок, стоявший на печи: вода да несколько картофелин - ужин на всю семью»1.

Цель сталинского удара по крестьянству состояла в устранении естественных лидеров деревни в ее борьбе против подчинения коммунистам.

С целью придания процессу раскулачивания правовой основы ЦИК и СНК СССР приняли 1 февраля 1931 года постановление «О предоставлении краевым (областным) исполкомом и производствам автономных республик права выселения кулаков из пределов районов сплошной коллективизации сельского хозяйства». Например, в докладе «Об экономическом положении Березкинского сельсовета и о подготовке к посевной кампании»2 Шегурова сообщается, что «здесь было до 30 года 3 кулацких хозяйства, которые имели 2 водяных мельницы и один постоялый двор. Все трое раскулачены в прошлом году и сосланы вместе с семьями... Больше кулаков не обнаружено... Одна жена кулака Иванова оставила у родственников 2-х детей 4 и 5 лет, которая приезжает из Томска иногда в гости и конечно, ведет злостную агитацию. Мы обязали ее пока подпиской о невыезде, а дальше направили в распоряжение ОГПУ, вместе с детьми. Имущества никакого при ней нет».3

Кулаки были разделены на три категории: кулаки, активно противодействующие созданию колхозов; 2-я - наиболее богатые кулаки, местные кулацкие авторитеты; 3-я - остальные кулаки.

На практике выселению подвергались также подкулачники (середняки и даже бедняки, уличенные в прокулацких действиях). Официальные документы гласили, что кулак является носителем определенных политических тенденций, которые очень часто прослеживаются у «подкулачников» Таким образом, любой крестьянин мог подлежать раскулачиванию.

Иногда утверждают, будто выселение кулаков имело экономическое обоснование. Они пополняли резервы рабочей силы: в Сибири значительная часть кулаков третьей категории отправлена на строительство новых промышленных предприятий и на заготовку леса. Если кулакам удавалось уйти в город и влиться в пролетариат, то это происходило вопреки запретам властей. А введение 27 декабря 1932 года паспортов открыто трактовалось, как мера по очистке городов от кулаков и преступников.

На местах, в деревне, органы ГПУ опирались на так называемых активистов. Вот, к примеру, отчет под грифом «совершенно секретно» особо уполномоченного Томского Горсовета по Ущербскому сельсовету Булаева И.И. Работа по выселению кулаков велась следующими методами: расспрашивали «активистов-бедняков» о кулаках; таким образом, было выявлено 7 кулаков в деревне Ущерб и 3 кулака в деревне Тюнярь.

Все имущество кулаков было конфисковано и организовано 2 колхоза: в д. Ущерб - «Победим», в д. Тюнярь — «Перестройка».

Активисты, помогавшие ГПУ в проведении арестов и депортаций, были все же свои люди, но не было в них жалости, «...они не люди, а не разберешь что, твари»1

Василий Гроссман пишет о том, как легко можно было причислить к кулакам: «А погубить легко - напишешь на него, и подписи не надо, что на него батрачили, или имел трех коров - и готов кулак»1.

Кулаков гнали колонной, по грязи. Всех - стариков, детей, инвалидов. Около поездов - толпа. Обычно в вагоне находилось от 40 до 60 человек. Вагоны запирались снаружи, в них было душно и почти не проникал свет. На десятерых обычно выдавали буханку хлеба (примерно 300 грамм на человека) и полведра чая или жидкой похлебки в сутки (хотя и не каждый день). В некоторые дни вместо чая приносили воду. До 15 и даже 20% пассажиров умирало по дороге, особенно маленькие дети.

Если по пути попадалась деревня в Сибирской тайге - расселяли по домам, а бывало и прямо в снег сгружали - кто посильнее - строили без отдыха балаганы, а слабые — замерзали.

В Сибири, за Надеждинском, колонна кулаков за 4 суток прошла 70 км до своего места назначения. Подойдя, они увидели сидящего на пне офицера ГНУ, который кричал: «Вот тут и будет ваша Украина».2

За 1930 - 31 годы в районе Красноярска поселились 24,2 тысячи кулаков. Крупные партии направлялись в Нарым - около 47 тысяч семей.

Процесс выселения оформился так: составлялся список людей, подлежавших выселению; затем составлялся акт и опись кулацкого имущества. Акт: «21 мая 1931 года мы, нижеподписавшиеся члены Песочинского сельсовета Сыркин Иван Семенович в присутствии понятых Сайковскаго Н.Ф. производили опись экспроприированного имущества кулака... Кольмаева Ивана Арсеньевича Томского района передаваемого на сохранение песочинскому сельсовету. При сем прилагается опись имущества»3. Опись представляет собой список из 61 наименования имущественных единиц общей стоимостью 850 рублей, из которых самый дорогой - дом (400 рублей).

Один из исследователей сообщает (Ивницкий Н.А.)4, что кулаки составляли основную рабочую силу вновь созданных совхозов и что многие из них остались на земледельческих работах. Кулаки, распределенные на сельскохозяйственные работы, подчас добивались успеха, благодаря сноровке к тяжкому труду.

Вернемся к трем категориям, на которые были поделены кулаки. Главы кулацких семей 1-й категории арестовывались, а дела об их действиях передавались на рассмотрение спецтроек. Кулаки, отнесенные в 3-й категории, переселялись внутри области или края, то есть не направлялись на спецпоселения.

Раскулаченные крестьяне 1-2 категории, а также семьи кулаков 1-й категории выселялись в отдаленные районы страны на спецпоселение. До 1934 г. крестьяне, направленные в «кулацкую ссылку» назывались спецпереселениями, в 1934-44 г.г. - трудпоселенцами.

В момент прибытия на спецпоселение, сотрудники органов ОГПУ - НКВД нередко производили сортировку кулаков.

Одни из них освобождались, другие направлялись в лагеря ГУЛАГа, но большинство оставалось на спецпоселении.

На поселение не отправлялись семьи, не имеющие трудоспособных мужчин. Однако, на практике такие указания не выполнялись. В рапорте зам. начальника ГУЛАГА Плинера от 26 июля 1933 года на имя Г.Г.Ягоды отмечалось: «Вопреки Вашим категорическим указаниям о ненаправлении в трудпоселки семей, не имеющих в своем составе трудоспособных, по сообщению начальника СИБЛАГа, в эшелонах..., прибывших в Томск с Северного Кавказа, имеется 930 человек совершенно нетрудоспособных...»1.

Согласно постановлениям СНК СССР от 20 апреля 1933 года и более раннего 16 августа 1931 года, на ГУЛАГ была возложена ответственность за надзор, устройство, хозяйственно-бытовое обслуживание и трудоиспользование выселенных кулаков.

Аппарат отдела трудовых поселений ГУЛАГа НКВД СССР, отделений трудовых поселений ОМЗ УНКВД, районных и поселковых комендатур содержался за счет 5% отчислений с заработной платы трудпоселенцев, занятых в хозорганизациях.

По постановлению СНК СССР № 174 от 16 августа 1931 г. на расходы по переселению и устройству спецпереселенцев государством выделялось 40 млн. рублей. Судя по жалкому существованию переселенцев, этого было не достаточно. Например, в «Инструкции по организационному построению выселения кулацких хозяйств в Северные районы Западно-Сибирского края» оговорены нормы продуктов и скота, которым нужно их обеспечить по выселении. Эти нормы следующие: мука - 7,3 кг в месяц, крупа - 5 кг, соль - 3,5 кг. В отношении скота цифры вообще смехотворные: 1 лошадь - на 2 хозяйства, 1 корова - на 35 хозяйств (!), 1 овца - на 15 хозяйств.

По состоянию на 1 июля 1938 года на учете Отдела трудовых поселений ГУЛАГа состояло 997 329 трудпоселенцев, которые проживали в 1741 трудпоселке. Большинство трудпоселенцев были крестьянами, раскулаченными и отправленными в ссылку во время коллективизации сельского хозяйства в 1929-33 годах. Сюда же входили десятки тысяч «неблагонадежных элементов», выселенных в 1933-37 годах из крупных городов и из погранзон.

Трудпоселенцы облагались налогом, как и остальные граждане, к тому же они должны были погасить все ссуды, выделявшиеся на них государством. Из заработной платы трудпоселенцев вычиталось 5% на вышеуказанные цели.

В первые годы жизни в кулацкой ссылке положение было очень тяжелым. За 1932 год в ссылке умерло больше, чем родилось в 5 раз (в Западной Сибири - в 3,9 раза). У вновь прибывающих показатели рождаемости и смертности всегда были значительно выше, чем у «старожилов». Если у «старожилов» в течение 1933 года умерло больше, чем родилось в 7,8 раз, то у новоселов - в 40 раз.Имела место детская беспризорность — в трудпоселках «Западлеса» в конце 1934 года установлено 2850 беспризорных.

К 1935 году раскулаченные крестьяне относительно обжились в местах высылки, большинство имело дома, рождаемость стала выше смертности. В трудпоселках к сентябрю 1938 года имелось 1 106 школ, 370 неполных средних и 136 средних школ. По постановлению СНК СССР и ЦИК ВКП (б) от 15 декабря 1935 года «О школах в трудпоселках» разрешалось детей трудпоселенцев, окончивших среднюю школу, принимать в ВУЗы.

Органы НКВД не в силах были предотвратить «размывание кулацкой ссылки»: многие люди уезжали из трудпоселков, устраивались на оборонные заводы, электростанции в других городах, а вернуть их было трудно, так как они не только приобретали квалификацию, но и сумели получить паспорта, вступить в брак и обзавестись домом. Уместно будет привести документ, в котором Абакумов А.П., бывший военнослужащий РККА, а теперь - вахтер на конобозе ВТК, возмущенно пишет, «что кулак, сбежавший из деревни, или высланный и по какой-нибудь нечаянности попавший в город, находит здесь приют и даже покровительство руководящих работников»1. Конобозом заведует «кулак, да еще сужденый и высланный с приличным окладом равным 400 рублей». Абакумов говорит, что со стороны кулаков различные вредительства, а «виновных нет и не будет потому, что заведующий обозом кулак, а кулак хитрый, чтобы оставлять свои следы вредительства». Также интересны его суждения такого порядка: «А что вы кулака высылаете, он еще лучше нас живет, да еще нами же распоряжается». Написано это 27 декабря 1935 года. То есть, мы видим, что «кулаки» приспосабливались на новом месте, но все же предвзятое мнение о них все еще имело место2.

В спецпоселках росло также число свободных людей, которые приезжали к своим родным. В 30-х годах трудпоселенцы в Красную армию не призывались, а также принимались меры, чтобы они самостоятельно не овладевали военными знаниями.

В повседневной жизни спецпереселенцы подвергались дискриминации. Ударников труда рекомендовалось поощрять, но выдавать им путевки в Крым и на Кавказ - не стоит, чтобы они не уезжали за пределы поселков.

В качестве наказания к спецпереселенцам (саботаж хлебозаготовок, хлебосдачи) применялось их переселение из обжитых в необжитые районы. В начальный период все выселенные кулаки были лишены избирательных прав. С 1933 года стали восстанавливаться в этих правах дети, достигшие совершеннолетия. Об этом сказано в постановлении Президиума ЦИК СССР от 17 марта 1933 года.

Что касается взрослых, до 1935 года избирательные права давались в индивидуальном порядке при наличии хорошей характеристики. Постановление ЦИК СССР от 25 января 1935 года и объявило о восстановлении в избирательных правах бывших кулаков наравне с другими гражданами СССР.

5 декабря 1936 года в соответствии со ст. 135 Конституции СССР трудопоселенцы были объявлены полноправными гражданами. На рубеже 1936-37 годов наметился эмоциональный подъем в трудпоселках: многие надеялись вскоре вернуться домой, но их ждало разочарование - они хотя и имели статус гражданина, но без права покинуть установленное место жительства.

Концу 30-х годов подавляющее большинство трудпоселенцев оставалось без паспортов. Лишь лица, вступающие в брак с нетрудпоселенцем, обычно получали право на выезд в избранные ими места жительства с выдачей им паспортов.

Важнейшим компонентом спецколонизации являлось сельскохозяйственное освоение ранее необжитых районов. Поэтому правительство снабжало трудпоселенцев семенами. Об этом говорится в постановлении Совета труда и Обороны от 23 января 1932 года «О семенах для спецпереселенцев Западной Сибири».

Всего под сенокосы, посевы и пастбища к началу 1938 года было освоено 2 202066 га земель. За 1930-37 годы в «кулацкой ссылке» было раскорчевано 183 416 га и расчищено от мелкого леса 58 800 га. В 1937 году трудпоселенцы посеяли яровых на территории 377 352 га, озимых - 83 248 га, был снят неплохой урожай.

Сотрудников Отдела трудпоселений ГУЛАГа серьезно беспокоило слишком быстрое по их мнению обогащение переселенцев. В связи в этим репрессии 1937-38 годов коснулись и ряда видных сотрудников НКВД (Коган, Молчанов, Берман, Плинер) за то, что они допустили новое «окулачивание» спецпоселенцев за счет государства.

Первым правовым актом, реализация которого стала впоследствии одним из главных каналов ликвидации «кулацкой ссылки», было постановление СНК СССР от 22 октября 1938 года «О выдаче паспортов детям с/переселенцев и ссыльных». По достижении 16-летнего возраста люди получали паспорта и не ставились на персональный учет Отдела трудового поселений ГУЛАГа НКВД СССР. 3 июня 1939 года вышло распоряжение НКВД СССР «Об освобождении трудпоселенцев - инвалидов».

Таким образом, резюмируя вышесказанное, можно выразиться словами Ильи Эренбурга из его романа «День второй». Оценивая все содеянное с кулаками он обосновывает так: «Ни один из них не был виноват ни в чем, он они принадлежали к классу, который был виноват во всем».1

1.4. Масштабы и последствия осуществляемых под руководством государственных и партийных органов террористических акций

В январе 1930 года было принято партийное постановление о "сплошной коллективизации и ликвидации кулачеств как класса". Секретным партийным постановлением предусматривалось раскулачивания до 5% крестьянских дворов. У "кулаков" без суда конфисковывалось имущество, их со всей семьей в страшный мороз отправляли в отдаленные районы страны в вагонах для перевозки скота.

Многомиллионный поток раскулаченных не имел ничего сравнимого с собой во всей истории России. Семьи переселенцев без имущества, голыми, выбрасывались в северное безлюдье, в тундру, тайгу.

Раскулаченных размещали в спецпоселениях, больше похожих на концлагеря - разница в том, что там жили семьями. Они жестоко страдали от холода и каторжного труда. Магнитка, КМК и другие индустриальные гиганты сталинских пятилеток в значительной мере возведены на костях репрессированных.

На территории Сибири возникла настоящая империя рабства - систем лагерей и спецпоселений. Управлял этой империей - СИБЛАГ являющийся подразделением ГУЛАГа. Массы репрессированных ежедневно находились между жизнью и смертью. Подвозчики, перевозившие поселенцев рассказывают: что дорога усыпана брошенными трупами лошадей и людей (особенно много детей)1.

Если к сведениям о количестве заключенных из отчетов об основной деятельности добавить данные из сводного отчета по капитальным вложениям, то общее количество заключенных в системе ГУЛАГа составит 1 049 463 человека.2

В лагерях чекистско-оперативных подразделений НКВД СССР, а также его тюремного управления находилось не менее 161 тысячи, в лагерях ж/д строительства - 282 441, а в лагерях Дальстроя - около 122 тысяч человек. А всего в 1939 году числилось 1615 400 заключенных.1

По мнению С. Коэна, «... к концу 1939 года число заключенных в тюрьмах и отдельных концентрационных лагерях выросло до 9 миллионов человек (по сравнению с 30 тысячами в 1928 году и 5 миллионами в 1933 – 1935 годах)»2.

В.А. Чаликова пишет: «Основанные на различных данных расчеты показывают, что в 1937 —1950 годах в лагерях... находилось 8-12 миллионов человек».3

В.Н. Земсков приводит данные Н.С.Хрущева, который написал в своих мемуарах, что когда умер Сталин, в лагерях находилось до 10 миллионов человек. Земсков считает, что Хрущев был информирован об истинном числе заключенных, но преднамеренно преувеличил в 4 раза, чтобы представить свою роль освободителя жертв сталинских репрессий помасштабнее.

Р.А. Медведев приводит следующие данные: «В 1937-1938 годах по моим подсчетам было репрессировано от 5 до 7 миллионов человек...»4

В феврале 1954 года на имя Н.С.Хрущева была подготовлена справка, подписанная Генеральным прокурором СССР Р.Руденко, Министром внутренних дел С.Кругловым и Министром юстиции СССР Воршенниковым, в котором называлось число осужденных за контрреволюционные преступления за периоде 1921 года по 1 февраля 1954 года.

Всего за этот период Коллегией ОПТУ, «тройками» НКВД, Особым совещанием, Военной Коллегией, судами и военными трибуналами 3 777 387 человек, в том числе к высшей мере наказания 642 980, к содержанию в лагерях и тюрьмах на срок от 25 лет и ниже - 2 369 220 человек, в ссылку и высылку - 765 180 человек.

В этом же документе говорилось, что созданным на основании постановления ЦИК и СНК СССР от 5 ноября 1934 года Особым совещанием при НКВД СССР, которое просуществовало до 1 сентября 1953 года, было осуждено 442 531 человек, в том числе приговорено к высшей мере наказания - 10 101, к лишению свободы 360 921, к ссылке и высылке - 67 539 человек. В первоначальном варианте справки приводилась география размещения 4296 заключенных, из них: в Красноярском крае - 33 233, Кемеровской области -8 403, Иркутской области - 47 053 человека.

Из приведенного выше документа вытекает, что за период с 1921 по 1953 годы к высшей мере были приговорены около 700 тысяч из числа арестованных по политическим мотивам. В этой связи Земсков В.Н. опровергает заявление бывшего члена Комитета партийного контроля при ЦК КПСС и Комиссии по расследованию убийства С.М.Кирова и политических судебных процессов 30-х годов О.Г.Шатуновской, которая, ссылаясь на некоторый документ КГБ СССР, якобы таинственно исчезнувший, пишет: «...с 1 января 1935 года по 29 июня 1941 года было арестовано 19 840 «врагов народа». Из них 7 миллионов было расстреляно, большинство остальных погибло в лагерях».1

Земсков же приводит следующие цифры: за период с 1 января 1934 года по 31 декабря 1947 года в ИТЛ ГУЛАГа умерло 963 766 заключенных, при чем в это число входило не только «враги народа», но и уголовники2.

В период с 1930 по 1953 год в Западно-Сибирском крае было репрессировано около 250 тысяч человек. По данным УГКБ СССР по Новосибирской, Кемеровской и Томской областям за период с 1930 по 1953 годы на территории бывшего Западно-Сибирского края было репрессировано около 105 тысяч человек, в том числе по Новосибирской области - 45 тысяч, Кемеровской - 40 тысяч, Томской - около 20 тысяч человек3.

В течение 20-х - начале 50-х годов репрессивная политика никогда не прекращалась; она имела тенденцию то к затуханию, то к взлетам (как в 1937-38 годах). Это свидетельствует о том, что тогдашнее руководство рассматривало репрессивность как закономерность (!) социалистического строительства.

В заключении отметим, что различные авторы дают различные цифры репрессированных в Западно-Сибирском регионе. Приводятся данные довольно отличные друг от друга. Это объясняется, надо полагать, тем, что авторы, пользуясь разными источниками с разной степенью достоверности. Кузнецов И.Н. полагает, что за период с 1930 по 1953 год в Западно-Сибирском крае было репрессировано около 250 тысяч человек, а по другим данным - 105 тысяч человек. И, тем не менее, это огромные цифры, за каждой из которых стоят судьбы людей, чьих-то отцов, матерей, детей.

Подытоживая вышесказанное, можно отметить, что, возникнув как инструмент и место изоляции контрреволюционных элементов, ГУЛАГ быстро превратился в самостоятельную отрасль народного хозяйства, обеспечивающую дешевую рабочую силу в лице заключенных. Этим и объясняется постоянный характер репрессий.

Таким образом, массовые репрессии на территории Западно-Сибирского региона носили явно выраженные плановый характер и были осуществлены под непосредственным руководством ВКП(б).


Глава 2. Роль и место партийных органов западно-сибирского региона в репрессивной системе

2.1. Политотделы: карательная функция в деревне.

Первая волна ликвидации кулачества как класса прошла по регионам с конца 1929 и до середины 1930 года. В целом по Сибири из раскулаченных крестьян к первой категории были отнесены и репрессированы около 10,5 тысяч человек, выселено в отдаленные необжитые районы 16 025 семей кулаков 2 категории (82,9 тысячи человек)1.

В отдельные крайне напряженные периоды истории обычные институты политической системы (Советы, партийные организации, комсомол, профсоюзы) оказывались не в состоянии по тем или иным причинам обеспечивать контроль, нужный руководству ВКП (б) - КПСС. Тогда создавались чрезвычайные (специальные) органы управления - политические отделы.

Впервые они были созданы в сельском хозяйстве. В январе 1933 года объединенный пленум ЦК и ЦКК ВКП (б) принял решение о формировании названных органов в машинно-тракторных станциях и совхозах страны. В МТС политотделы действовали до ноября 1934 года, а в совхозах — до марта 1940 года.

Второй этап ликвидации кулачества охватил весну-лето 1931 года. В Западно-Сибирском крае экспроприации имущества и выселению подверглось около 40 тысяч семей, при этом разделение на категории не проводилось.

Всего в 1930-31 годах депортации в Северные районы Западной Сибири (Нарым) подверглось около 42,5 тысяч крестьянских семей (примерно 193 тысячи человек). Судьба репрессированных глубоко трагична. 1 Записка заместителя председателя ОГПУ СССР Г. Ягоды Сталину, в которой цитируется выступление члена Славгородской парторганизации (Западной Сибири) «Мы... забираем у кулака не только скот, мясо и инвентарь, но и семена, продовольствие и остальное имущество. Оставляем их в чем мать родила»1.

Третий и заключительный этап ликвидации кулачества как класса был еще впереди и связан с карательной деятельностью в деревне политотделов МТС и совхозов.

Строительство колхозов Западной Сибири, как и в целом по стране осуществлялось стремительными темпами. В 1929 году в крае было коллективизировано 2,04% крестьянских хозяйств. В 1930 - 20,3%, в 1931 - 46,4%, к 1933 году - 63,2%. Между тем, план первой пятилетки предусматривал коллективизировать лишь 14,5%.

Создаваемые наспех колхозы не умели и не могли результативно работать. Организация труда, учета и планирования находились на крайне примитивном уровне. Скоропалительное создание тысяч колхозов при отсутствии опыта их ведения, материальных стимулов, нехватки квалифицированных кадров сельских руководителей, специалистов, техники только усилили дезорганизацию деревни. Началось сопротивление не только кулаков, но и колхозного крестьянства.

В годы первой пятилетки в Западной Сибири, как и во всей стране, развернулось строительство МТС.

Первые 9 МТС вступили в действие в регионе в 1930 году, а к зиме 1932-33 годов их насчитывалось уже 148. Они обслуживали 3,068 колхозов (около 28%). В 1932 году МТС имели 5400 тракторов, 347 комбайнов и 91 автомашину.2

Сначала МТС были акционерными предприятиями с собственностью на паях с государством. Около 25% акций обязано было вносить крестьянство, а потом, после выплаты их стоимости в течение 3 лет, МТС должны были перейти к колхозам. Но потом эта линия была отменена, и МТС превратились в государственные предприятия и стали рассматриваться как главный рычаг «...переустройства сельского хозяйства на социалистический лад и непрерывного советского влияния на колхозы...»1

Государственные МТС, проводившие в деревне линию ВКП(б) на коллективизацию, вызывали к себе противоречивое отношение крестьянства.

Колхозники видели усилия МТС по организации сельскохозяйственного производства, налаживанию сети школ, изб-читален и положительно их оценивали. Но командование и администрирование со стороны МТС, неравноправные договоры с колхозами вызывали негативную оценку: «... тракторами обслуживали плохо, а за работу - плати, трактористы съедают много продуктов, а толку с них нет»2.

На январском объединенном пленуме ЦК и НКК ВКП (б) 1933 года были созданы в сельском хозяйстве чрезвычайные органы управления - политотделы МТС и совхозы. Критическая ситуация в деревне определила несколько причин организации этих органов.

Во-первых, политотделы были призваны окончательно подавить сопротивление крестьянства вступлению в колхозы, подчинить сельскую массу к воле партии.

Во-вторых, ВКП(б) всерьез полагало, что преодоление экономических трудностей в деревне лежит в плоскости организационно-политических мер. Поэтому политотделы должны были преодолеть кризис и поднять сельское хозяйство.

В-третьих, выше отмечалось наличие недовольства определенной части партаппарата методами коллективизации и изъятия хлеба из деревни. Политотделы должны были во что бы то ни стало проводить линию ЦК ВКП (б) на местах, даже минуя райкомы.

В-четвертых, создание политотделов вписывалось в сталинскую концепцию партии в период построения социализма. Чрезвычайные органы управления, соединив в себе партийные и государственные функции, были нацелены на руководство всеми сферами жизни колхозной деревни.

В январе 1933 года на объединенном пленуме ЦК и ЦКК ВКП(б) Сталин указал адрес врагов, что они «...сидят в самом колхозе и занимают там должности кладовщиков, завхозов, счетоводов, секретарей и т.д...»1.

В конце января ЦИК СССР в Постановлении «Об укреплении колхозов» решил: «В течение 1933 года должна быть проведена общественная проверка и чистка колхозных счетоводов, заведующих хозяйством и кладовщиков колхозов».2 Следовательно, чистка колхозов от классово враждебных элементов приобрела государственный масштаб и возлагалась прежде всего на политотделы. В первую очередь политотделы производили чистку руководящего состава и кадров самих совхозов и МТС.

Это масштабная чистка привела к оголению целых производственных участков. На освободившиеся вакансии выдвигались слабо подготовленные кадры. В 1933-34 годах чистке подверглись не только председатели, но и весь управленческий аппарат колхозов. В зонах деятельности 46 МТС Западной Сибири к концу 1933 года по сведениям начальника политсектора крайзу К.М.Сергеева, были отстранены от работы как классово чуждые элементы: завхозы - 91 человек, бухгалтеры - 138, кладовщики - 114.3

Нужно различать «вычищенные и уволенные»: первые - «классово чуждые элементы», а вторые - сняты за неспособность к работе.

Таким образом, в ходе чистки 1933 года политотделы 63 МТС сняли 49% завхозов, 13,9% членов правлений, 33,2% бухгалтеров и счетоводов, 29% бригадиров, 26% учетчиков в бригадах и 18,4% конюхов. Тотальную чистку кадров, колхозов, МТС, совхозов политотделы провели по всей стране. Крестьянство надолго запомнило «полиотделовскую весну 1933 года».

Одним из инициаторов массовых репрессий на местах в Сибири и фанатичным исполнителем воли Сталина был секретарь райкома партии, кандидат в члены Политбюро ЦКВКП(б) Р.И. Эйхе. В январе 1937 года Р.И. Эйхе организовал своего рода карателльный поход по

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: