Xreferat.com » Рефераты по культуре и искусству » Художественные стилевые направления в искусстве

Художественные стилевые направления в искусстве

Западной Европы. Формирование западноевропейской романской культуры из-за непрерывных войн и переселения на­родов происходило позднее, чем на Восто­ке, в Византии, но протекало более дина­мично. Главная особенность романской эпохи — открытость внешним влияниям. «Византия обратила античное искусство в схемы, которые все более застывали по мере того, как падали ее силы. Между тем в Западной Европе выдвинулись народы, для которых средние века стали классиче­ским периодом их искусства... Испания и галлия были колонизованы еще в гречес­кую эпоху, вся область Рейна со времени Цезаря была, быть может, главным цент­ром римского провинциального искусства, даже Венгрия, ставшая сборным пунктом для всех племен со времени переселения народов, не могла избегнуть римского вли­яния» .

Особый импульс развитие романского искусства получило в период правления франкской династии Меровингов (486-751). Известный историк А. Тойнби отмечал, что «франкский режим Меровингов был обра­щен лицом к римскому прошлому», по­скольку в то время в общественном созна­нии «единственно возможным целостным i-iyis.pssrsSAfc.bina римская империя»2. Ин­тересно также, что первые франкские ко­роли после падения столицы Западной Рим­ской империи признавали почетное верхо­венство Константинополя, но сохраняли структуру позднеримской администрации. На территории Европы, в Галлии, Южной

Франции в изобилии остались памятники архитектуры древних римлян: дороги, ак­ведуки, крепостные стены, башни, цирки, храмы. Они были настолько прочны, что продолжали использоваться по назначе­нию. В соединении сторожевых башен рим­ских военных лагерей с греческими бази­ликами, византийским орнаментом и гот­скими шатрами возник новый «римский»— романский архитектурный стиль. Он хара­ктеризовался простотой и целесообразно­стью: вертикальные стены, горизонталь­ные перекрытия, башни и своды. Строгая тектоничность и функциональность почти полностью исключила изобразительность, праздничность и нарядность, отличавшие архитектуру греческой античности.

Орнаментика романского искусства, большей частью заимствованная на Восто­ке, основывалась на предельном обоб­щении, геометризации и схематизации изоб­разительного образа. Во всем чувство­валась простота, мощь, сила, ясность. Романская архитектура — характерный пример рационального художественного мышления. Одна из архитектурных форм раннего романского искусства — центри­ческая купольная постройка, композиция которой берет свое начало от Пантеона, построенного сирийцем в 118-125 гг. н.э. в Риме, и развитая в дальнейшем в бапти­стерии в- Равенне и дворцовой капелле Карла Великого в Аахене. Другой тип здания — базилика, также заимствованная на востоке. Базилика, удлиненное в плане здание, первоначально имела деревянное покрытие — двускатное для центрального нефа и односкатное для более низких бо­ковых.

Аркады, вошедшие в обиход в визан­тийской архитектуре, получили распростра­нение и в романской. Причем зодчие поч­ти всегда удовлетворялись тем, что ис­пользовали колонны, снятые с языческих римских памятников, вперемежку, разной высоты и ордера, с различными капителя­ми. Эта особенность чрезвычайно показательна для переходной эпохи, когда ста­рый канон уже разрушен, а новый еще не создан. В романской архитектуре пяты арок опирали непосредственно на капите­ли, что очень редко делалось в антично­сти. Именно этот прием в дальнейшем получил развитие в Классицизме Итальян­ского Возрождения, в частности у Ф. Бру-неллески. Колонна, созданная романской эпохой, потеряла свое гармонично антро­поморфное значение. В отличие от антич­ных, новые романские колонны абсолютно Цилиндричны, без курватуры, что и было позднее унаследовано Готикой. Пропор­ции колонн и капителей следовали моду-То каменной кладки. Форма капители раз­вивала византийский тип, получаемый от пересечения куба и шара. В дальнейшем она все более упрощалась вплоть до кони­ческой. Романские здания в основном по­рывались черепицей в форме «рыбьей Чешуи», известной еще римлянам и очень Удобной в местностях с дождливым клима­том. Толщина и прочность стен были глав-чым критерием красоты постройки. Суро­вая кладка из предварительно обтесанных камней и, в отличие от римской, без последующей облицовки, создавала харак­терный, несколько мрачный образ, но ук­рашалась вкраплениями кирпичей или мел­кими камнями другого цвета. С западной стороны перед романской церковью стоя­ли «римские» сторожевые башни, на вер­шине которых размещались «престолы для архангелов». Окна первоначально не осте­клялись, а забирались резными каменными решетками. Для утепления и в целях безо­пасности оконные проемы делались очень небольшими и поднимались как можно выше над землей. Поэтому внутри здание было погружено в полумрак. Широко ис­пользовались винтовые лестницы. Дере­вянные стропила крыши изнутри остава­лись открытыми и лишь в относительно поздний период стали закрываться «под­шивным» потолком. В романскую эпоху появились так называемые «перспектив­ные» порталы, находившиеся, в отличие от позднейших, готических, не с западной, а с южной стороны собора, где был глав­ный вход. Каменная резьба украшала на­ружные стены соборов. Она состояла из растительного и зооморфного орнамента, изображений сказочных чудовищ, экзоти­ческих животных, зверей и птиц, сплетаю­щихся шеями или хвостами — мотивов, также занесенных с Востока. Скульптур­ный декор концентрировался главным об­разом на капителях, тимпанах порталов и архивольтах сводов. Скульптура подчиня­лась архитектуре, что показывает один характерный пример: в одном из порталов церкви в г. Сенте вместо двадцати четы­рех старцев Апокалипсиса скульптор изоб­разил пятьдесят три, поскольку перед ним было пятьдесят три клинчатых камня, ко­торые необходимо декорировать. В подоб­ной скульптуре часто самым причудливым образом смешивались библейские, язычес­кие фольклорные и экзотические мотивы. Стены собора внутри сплошь покрывались росписями, которые, однако, почти не дош­ли до нашего времени. Исключение соста­вляют оригинальные по стилю и удиви­тельные по экспрессии «каталонские фре­ски». Использовалась также мраморная инкрустация и мозаики для украшения ап­сид и алтарей, техника которых сохрани­лась со времен античности. Типичными для романской эпохи были надгробные каменные и бронзовые плиты, вмонтированные в пол с линеарным гравированным изображением фигуры покойного-

Характерно отсутствие какой-либо оп­ределенной программы в размещении де­коративных мотивов: геометрических, «зве­риных», библейских — они перемежаются самым причудливым образом. Сфинксы, кентавры, грифоны, львы и гарпии мирно уживаются рядом. Большинство специали­стов считает, что вся эта фантасмагориче­ская фауна лишена символического смысла, который им часто приписывают, и имеет преимущественно декоративный характер.

Искусство скульптуры и росписи было тесно связано с искусством книжной ми­ниатюры, расцвет которой приходится именно на романскую эпоху. Однако и здесь мы не видим единого стиля. В ис­кусстве иллюминирования рукописей одинаково распространены и предельно геометризованные изображения, и расти­тельный орнамент, и натуралистические элементы. Особо выделяется стиль скрип-ториев монастыря Клюни, мастера кото­рых разработали декоративный мотив из прихотливо изогнутых растительных побе­гов и листьев аканта.

Было бы неверным рассматривать ро­манское искусство как «чисто западный стиль». Знатоки, как Э. Виолле-ле-Дюк, ви­дели в романском искусстве сильные ази­атские, в частности византийские и пер­сидские, влияния и даже называли его «азиатским наносом на римской основе». Сама постановка вопроса «Запад или Вос­ток» по отношению к романской эпохе была бы неверна. В подготовке общеевро­пейского средневекового искусства, нача­лом которого было раннехристианское, продолжением — романское и высшим взлетом — готическое искусство, главную роль сыграли общие греко-кельтские исто­ки, норманнские, византийские, греческие, персидские и даже славянские элементы.

Новые импульсы получило развитие ро­манского искусства в период правления Карла Великого (768-814, см. Каролинг-ское Возрождение) и в связи с основанием в 962 г. «Священной Римской империи» Оттоном I (936-973). Архитекторы, живо­писцы, скульпторы возрождали традиции древних римлян, получая образование в монастырях, где в течение столетий бере­жно сохранялись традиции античной куль­туры.

Художественное ремесло интенсивно

развивалось как в монастырских мастер. ских, так и в городах, в среде свободных ремесленников и странствующих артелей мастеров. Из стекла изготавливались сосу­ды, лампады и паечные витражи — цвет­ные и бесцветные, геометрический узор которых создавался свинцовыми перемыч­ками. Однако расцвет витражного искус­ства наступил позже, в эпоху готического стиля. Особенно популярна была резьба по слоновой кости. В этой технике испол­нялись ларцы, шкатулки, оклады рукопис­ных книг, реликварии, складни — диптихи и триптихи, навершия епископских посо- ! хов, кресты, а также олифанты (от лат. elephahtus — слон) — реликварии в форме охотничьего рога из слонового бивня, ук- I рашенные медальонами с изображением i зверей и птиц. Развивалась старая кельт- ! екая техника выемчатой эмали по меди и золоту, главным образом в долине р. Ма-ас, позднее — перегородчатой эмали. С ;

последней трети XII в. на первое место 1 выдвинулись мастерские г. Лиможа, про- :

славившегося впоследствии своими распи­сными эмалями (см. лиможские эмали). Для романского искусства характерно ши- i рокое использование железа и бронзы. Из ;

кованого железа изготавливались решетки, ограды, фигурные петли, замки, оковки сундуков с характерными стреловидными завершениями и полукруглыми завитками, i Бронза применялась для дверных молот­ков в форме голов животных или челове­ка. Из бронзы отливали и чеканили двери с рельефами — эта традиция сохранилась вплоть до эпохи Возрождения, огромные купели для баптистериев, канделябры, зоо­морфные рукомои — акваманилы (франц. aquamanile от лат. aqua — вода и manus — рука). Многие из таких изделий происхо­дят из бельгийского г. Динана, откуда их общее название — динаноерии. Чрезвычай­но простая по конструкции деревянная мебель декорировалась резьбой из геомет- , рических форм: круглых розеток, полу­круглых арок и, вероятно, расписывалась яркими красками. Мотив полукруглой ар­ки типичен именно для романского искус­ства, только в эпоху Готики он будет заменен заостренной, стрельчатой формой. Характерным примером романской орна­ментики в архитектуре являются «Большие Розы» северного и южного фасадов собо­ра Парижской Богоматери, начало строи­тельства которого относится к XII в. Ши­роко использовались керамические обли­цовочные плитки с инкрустированным цветной глиной орнаментом. С XI в. начи­нается производство тканых ковров — шпалер (см. мильфлёры). Орнаментика ро­манских тканей тесно связана с восточны­ми влияниями эпохи Крестовых походов, особенно Первого Крестового похода 1096-1099 гг. Крестоносцы, возвращаясь домой, заворачивали христианские релик­вии в дорогие восточные ткани, византий­ские, сасанидские, изобразительные моти­вы которых з «зверином стиле» восходили к художественным традициям Древней Ме­сопотамии. Отсюда излюбленные мотивы романского декора: «геральдические» ор­лы, мотивы «древа жизни» и изображения вписанных в круг грифонов.

S. В романском искусстве из-за его неод­нородности и отсутствия единого стиля всегда выделяли множество региональных художественных школ. В конце XIX сто­летия в понятие «романское искусство» включали также «ломбардское», «саксон­ское» (см. ломбардская школа; саксонское искусство) и даже византийское искусство V-XI1 вв. Основанием для такого объеди­нения, несмотря на явные различия худо­жественных форм, была общность христи­анской идеологии, использование «роман­ских» архитектурных элементов: куполов, полуциркульных арок, массивных стен и башен, базиликальных построек. Однако помимо дуализма Запада и Востока в ро­манском искусстве были сильны различия Юга и Севера. На Севере, в Ирландии, выделялась «винчестерская школа» книж­ной миниатюры с характерными кельтски­ми орнаментами из растительных побегов, выполненными яркими красками. Там же достигло чрезвычайной высоты мастерство орнаментальной резьбы по камню и дере­ву характерного плетеного и «абстракт­ного звериного орнамента». Важно, что по-

лобные мотивы, вероятно, имели более глубокие корни и беспрепятственно пере­секали границы, поскольку аналогичные орнаменты встречаются в новгородской и владимиро-суздалъской резьбе. Если роман­ское искусство Восточной Европы находи­лось под сильным влиянием Византии, то, к примеру, искусство юга Италии, Сици-лии и Калабрии в большей мере арабское, чем византийское. Начиная с VIII в., из Ирана и Сирии через Египет и Северную Африку сюда проникали, как некогда фи­никийские, влияния мусульманского искус­ства арабов: приемы купольной и ароч­ной архитектуры, керамика, торевткка. К этому же «арабскому» течению относится испано-мавританское искусство и значи­тельная часть архитектуры Южной Фран­ции. В целом искусство романской эпохи похоже на огромный котел, в котором еще только начинают приготовляться «луч­шие блюда европейской кухни» готическо­го средневековья. Поэтому романское ис­кусство лишь условно можно назвать ис­торическим типом искусства, а выражение «романский стиль» неверно по существу (см. также штауфеновский ренессанс).

РОМАНТИЗМ (франц. romantisme от лат. romanum римский от Roma — Рим) — одна из двух, наряду с Классицизмом, ос­новополагающих тенденций художествен­ного мышления. Однако исторически сло­жилось, что этим словом стали называть широкий круг самых разных явлений. В конце XVIII в. романтическим или «рома­ническим» называли все необыкновенное, фантастическое, то, что происходит «как в романах». Романтическая, возвышенная по­эзия считалась тогда единственно достой­ным видом искусства. Но существовало и другое толкование термина: романтичес­кое — это искусство романских народов, преимущественно средневековое, которое противопоставлялось классическому, анти­чному. Французское слово «roman» перво­начально означало литературные произве­дения, написанные не на классической ла­тыни, а на вульгарных, народных наречиях. Поэтому под романтическим искусством сначала понимали искусство средневековья, включая Возрождение, не выделявшееся в особую эпоху. Современное название «ро­ман» — драма для чтения, чаще любовная история, композиция и стиль которой от­клоняются от классических правил. Отсю­да же происходит и слово романс (франц. romance, ст. франц. romanz).

С происхождением слов «роман», «ро­манс» связано осознание романтики как свойства человеческой души. Понятие ро­мантики шире романтизма. Романтические чувства, мечты, романтический поступок — это всегда нечто возвышенное, благород­ное, бескорыстное, не связанное ни с ка­ким расчетом и потому восторженное, ото­рванное от реальности и устремленное к некоему туманному, несбыточному идеалу.

Хорошо известно следующее высказыва­ние В. Белинского, который в слове «ро­мантизм» видел, прежде всего романтику. «Романтизм... таинственная почва души и сердца, откуда поднимаются все неопреде­ленные устремления к лучшему и возвы­шенному... Романтизм есть ни что иное, как внутренний мир души человека, со­кровенная жизнь его сердца... и поэтому почти каждый человек романтик...» . В этом смысле романтика и романтизм су­ществовали и будут существовать всегда. Романтика — смутное ощущение бесконе­чности мира, времени и пространства. Ро­мантическое сознание — непременное свой­ство всякого духовно развитого человека. Вместе с тем это глубоко личное, субъек­тивное, религиозное, интимное пережива­ние непознанного, таинственного. На про­тяжении жизни человека романтика как определенная мечтательная тенденция умо­настроения ищет своего выражения в раз­личных действиях, в том числе и в худо­жественной деятельности.

Романтика, безусловно, является осно­вой Романтизма в искусстве. Романтичес­кое мироощущение может проявляться в самых разных художественных направле­ниях, течениях и стилях. Романтизм свой­ствен искусству вообще и является неотъ­емлемой основой художественного созна­ния. Но в различные исторические эпохи мечта об идеале прекрасного, недостижи­мого в действительности принимает разли­чные формы. Немецкий философ-романтик Ф. Шлегель говорил, что и «обращение к античности порождено бегством от удру­чающих обстоятельств века» 2.

Благодаря всепроникающему романти­ческому началу художественного творчест­ва, Романтизм не только противостоит Классицизму, но и связан с ним. Многие художники были подлинными романтика­ми Классицизма: А. Мантенья, Н. Пуссен, К. Лоррен, Дж.-Б. Пиранези, П. Гонзага и многие другие. Романтиками были Ремб­рандт и апологет академического класси­цизма Ж.-Д. Энгр. Поэтому существует да­же такой термин «романтический класси цизм». Романтизм и Классицизм все время «шли рядом» и только во Франции g начале XIX в. их пути стали расходиться Поэтому в более узком, конкретно-истори­ческом смысле, под Романтизмом часто понимают определенное художественное на­правление конца XVIII — начала XIX вв.. сторонники которого сознательно, про граммно противопоставляли свое творчест­во Классицизму XVII и второй половины XVIII вв. Многие считают, что Романтизм как художественное направление оформил­ся впервые в английской живописи еще в середине XVIII в. отчасти под влиянием эстетики Классицизма и пейзажного стиля английских садов. В 1790-х гг. новаторст­во живописной техники Т. Гейнсборо поло­жило начало течению «питтореск», или «пикчуреск» (англ. picturesque — живопис­ный). Этим термином обозначали живо­пись романистов К. Лоррена, Н. Пуссена, С. Роза, а затем и своих пейзажистов, таких как У. Тёрнер. Английский пейзаж, как и английский пейзажный стиль в пар­ковом искусстве,— типичный Романтизм, отражавший стремление к естественному, стихийному ощущению красоты в приро­де. Вслед за Англией Романтизм получил распространение в Германии, но там он сразу же приобрел более мистическую ок­раску. Великий немецкий поэт Гете выра­зил противостояние Классицизма и Роман­тизма следующим образом: «Античное — идеализированное реальное, со вкусом и величием (стиль) изображенное реальное;

романтическое — невероятное, невозмож­ное, которому лишь фантазия придает ви­димость действительного...» 3. Немецкие романтики, прежде всего Ф. Шеллинг я Новалис, возродили идеи позднеантичного мистика Плотина о вечном стремлении души к «Бесконечности, превосходящей лю­бую форму», которое они также называли «бесконечным желанием души». Под фор­мой имелась в виду художественная форма ;

Классицизма. Отсюда особый интерес не­мецкого Романтизма к национальному средневековью и традициям готического искусства, а также фольклору кельтов, скандинавов. «Поэмы Оссиана» Дж. Мак-ферсона (1760-1773) явились в этом смыс­ле «сигналом» к всеобщему увлечению Ро­мантизмом. Молодые немецкие романтики,

Bode W. Goethes Aeslhetik. Berlin, 1901, S.65-66.

до выражению Г. фон Клейста, «рвались сдернуть венок с чела Гёте». Программ­ным органом немецких романтиков был -Журнал «Атенеум» (Athenaum) под редак­цией Ф. и А. Шлегелей (1798-1800). Отсюда же романтическое увлечение католическим Барокко. Не случайно неко­торые течения Романтизма в архитектуре яачала XIX в. называли «рецидивами ба­рокко».

Идейная сущность Романтизма состоит в прямом обращении к человеческой ду-ine, минуя исторические стили и каноны академического Классицизма. Ш. Бодлер в статье «Что такое романтизм?» подчерки­вал, что Романтизм заключается «в вос­приятии мира, а вовсе не в выборе сюже­тов», и обрести его можно «не на сторо­не, а только в своем внутреннем мире» и поэтому «романтизм есть искусство совре­менности». Но вместе с тем, «Романтизм — дитя севера» склонен к экспрессивному, динамичному живописному стилю. А юг классичен, «ибо его природа столь пре­красна и ясна, что человеку там нечего больше желать... а болезненный и тревож­ный север тешит себя игрой воображения» и поэтому «Рафаэль... материалист, он хлассичен, а Рембрандт, напротив,— могу­чий идеалист», он «повествует о страдани­ях рода человеческого» . Об этом же пи­сал X. Вёльфлин 2. И. Гёте подчеркивал раз­личие искусства классиков и романтиков в субъективизме последних. «Они давали жизнь, мы же — только ее проявления. Они изображали ужасное, мы изображаем с ужасом; они — приятное, мы — прият­но» 3. Романтизм часто противопоставля­ют и реализму. Если художник реалист, а точнее позитивист, заявляет: «Я хочу изо­бражать вещи такими, каковы они есть в Действительности, независимо от моих ощу­щений, т. е. «мир без человека», то роман--тйк-идеалист стремится изображать вещи такими, какими их воспринимает именно он и стремится передать свое личное виде­ние другим.

Идеи романтизма закономерно возни­кают на почве неудовлетворенности дейст­вительностью, кризиса идеалов Классицизма и рационалистического мышления, стре­мления уйти в мир идеальных представле-, ний, утопических мечтаний о совершенст­ве мира. Как ни в каком другом "направ­лении искусства, художники-романтики убеждены, что их направление — единст­венно верный путь. Главной идеей роман­тического художественного мышления яв­ляется стремление к иррациональному, не­познанному:

В том, что известно, пользы нет Одно неведомое нужно.

Так писал Гёте.

Поэтому и эпоха Романтизма конца XVIII — начала XIX вв.— время наибо­лее действенного проявления романтичес­кого художественного мышления, лишь от­части вызванного кризисом академическо­го Классицизма, а, в более глубоком смысле,— результат периодического «ка­чания маятника» от одного полюса к Дру­гому, от материализма к идеализму, от рационального мышления к мистическому ощущению реальности. В этом значении все средневековое искусство: раннехристи­анское, византийское, романское, готичес­кое — типичный Романтизм! В опреде­ленном смысле романтическим является и искусство эллинистической эпохи как зако­номерная реакция на догматизм классици­стических норм. Христианское искусство, в отличие от языческого, в своей основе романтично. Вот почему все попытки ис­ториков искусства ограничить понятие Ро­мантизма рамками одной исторической эпохи оказываются безрезультатными.

Характерное для эстетики Романтизма смешение поэзии и реальности, «сна и бодрствования» породило и некоторые формальные качества, общие для всей ро­мантической архитектуры, живописи, де­коративного и прикладного искусства, на­пример: Готики и Барокко. Это намеренное смешение масштабов, устранение ориенти­ров в пространстве, позволявших человеку в мире классицизма более менее адекватно оценивать произведение искусства. Игра величин, обман зрения, неясность ориента­ции — это и есть формальные критерии романтики. Так в эпоху Готики и Барокко был одинаково распространен характер­ный прием использования форм архитекту­ры в уменьшенных размерах для мебели, реликвариев и напротив — архитектурные

формы, представляющие собой невероятно увеличенные элементы декора. Типично также использование света и цвета для создания пространственных иллюзий, эф­фекта беспредельности пространства — черта также общая для искусства Готики, Барокко и многих неостилей. В антично­сти и искусстве Классицизма, напротив, все меры должны быть ясно определены.

Таким образом, Романтизм в искусст­ве — чрезвычайно емкое понятие, включа­ющее различные исторические художест­венные стили: Готику и Барокко как вы­ражение романтического христианского сознания, романизм как идеализированное, романтическое изображение античности и итальянской природы, отчасти Неокласси­цизм, ведь воспоминание классики также романтично, Неоготику — парафраз сред­невековой романтики и все иные неости­ли: «неоренессанс», «русский стиль», рус­ско-византийский, мавританский, «индий­ский», «тюркри»... В русле романтической эстетики развивался Бидермайер и все ху­дожественные течения периода Модерна. флореалъное, или Ар Нуво, снова неоготи­ка, символизм, неоклассицизм.

Но у Романтизма есть и свои границы, проходящие не в области искусства, а в сфере идеологии. Так между преромантиз-мом XVIiIa., романтиками эпохи Просве­щения с их пристрастиями к «естественной живописи», «пейзажным паркам» и роман­тиками начала XIX в., по словам француз­ского историка А. Монглана, «лежит про­пасть». Эта пропасть — Великая фран­цузская революция. Она «надломила» человека, под ее влиянием возникла эсте-.тика «несчастного, обделенного жизнью, разочарованного героя» типа байронов-ского Чайлд-Гарольда, «нового Гамлета». Восхищение «общественным человеком» сменилось эстетизацией индивидуализма и тягой к уединению. Главным принципом романтической эстетики стал субъективизм и историчность художественного мышле­ния. Отсюда чрезвычайный интерес к хри­стианству з его средневековой редакции.

«Новое, современное» искусство роман­тики начала XIX в. стали называть хри­стианским, противопоставляя его Клас­сицизму XVIII в., ориентированному на языческую древность, поскольку в христи-

MonglondA. Le preromantisme franc-Paris, 1965, t.1, p. 102.

анской культуре «все ориентировано на внутреннего человека». Христианское и ро­мантическое стали синонимами. Пафосом обращения к «человеческой душе» проник­нуто программное произведение эстетики романтизма «Гений христианства» Ф. Р. Шатобриана (1800-1802).

Романтизм как художественное направ­ление начала XIX в. часто настолько про­тивопоставляют Классицизму, что вся ис­тория искусства делится на искусство классическое и романтическое, антично-языческое и христианское, рациональное и мистическое. Если для Классицизма и, осо­бенно, Ампира характерен космополитизм, то для Романтизма — национализм. Отсю­да ретроспективность мышления романти­ков, ищущих свои собственные, нацио­нальные источники творчества. «Когда ми­новали наполеоновские годы, в душе человека зашевелилось вновь то религиоз­ное чувство, которое, казалось, в корне было вырвано в дни революции. Оно про­снулось с такой силой, какой Европа не видала со времен средних веков, и отрази­лось на всех сторонах тогдашней жизни. Кончились дни господства разума над чув­ством, и настала эпоха романтизма... серд­це давно уже тосковало по молитве, и грозный двенадцатый год не одного «воль­терьянца» снова научил молиться» 2. В на­чале XIX в. возрождалось храмовое строи­тельство и религиозная живопись в нацио­нально-исторических формах и традициях, которые пытался искоренить наполеонов­ский Ампир. Естественно, что в Западной Европе это были формы Готики. В 1831г. В. Гюго написал роман «Собор Париж­ской Богоматери». Тема и сюжет романа были типично романтические. В Италии молодые архитекторы стали изучать не только римскую, но и готическую архите­ктуру Сьены и Орвьето. В. 1810г. в Риме возникла группа назарейцев, идеализиро­вавших христианское средневековое искус­ство. Романтизм начала XIX в. отражал всю сложность переходной исторической эпохи. Он провозгласил ценность отдель­ной человеческой личности и полную сво­боду художественного творчества от ско­вывающих его норм Классицизма и акаде­мизма. Своеобразным было и отношение романтиков, прежде всего немецких, к анти­чности. Их больше интересовала не под­линная культура Греции и Италии, а ими самими вымышленная. «Никто из немец-щх эллинофилов никогда не был в Гре­ции, некоторые из них намеренно избега­ли возможностей посетить страну, к кото­рой они возводили истоки своих критериев. gepa в эллинский образец походила на религиозность... Какой-нибудь Гёльдерлин так и видел себя на фоне греческого дандшафта — граница между исторически достоверной Грецией и элизиумом была не слишком четкой, а мощь воображе­ния... гигантской» (см. прусский элли­низм).

Для немецких романтиков особенно ха­рактерным было «видеть только себя и свои образы, а не реальную действитель­ность». Попадая в настоящий, а не вы­мышленный ими Рим, художники «сумрач­ного немецкого гения» часто не находили в нем своей мрачноватой фантастики, но упорно продолжали насыщать его пейзажи призрачными готическими видениями. Но-валис говорил, что «романтический гений изначально заключает в себе всю Вселен­ную... все приводит к себе самому». Так, главным эстетическим критерием искусст­ва стала не объективность канонов антич­ной красоты, а ее субъективное, экзальти­рованное переживание. Р. М. Рильке писал об одном из самых удивительных живо­писцев немецкого романтизма А. Бёклине, Wo он «как никто другой, стремившийся постигнуть природу, видел пропасть, отде­ляющую ее от человека, и он изображал ее как тайну, как Леонардо изображал .Женщину — замкнутой в себе, безучаст­ной, с улыбкой, которая ускользает от вас»2. Немецкий Романтизм начала XIX в. возглавили архитектор К.-Ф. Шинкель и дрезденские романтики»: К. Д. Фридрих, К. Карус. К. Пешель, Ф. О. Рунге.

ь- Для эстетики Романтизма характерно возникновение исторического художествен­ного мышления и значительное расшире­ние, по сравнению с Классицизмом, докт­рины «подражания древним» как в истори­ческом, так и в географическом смысле. »

Почему В. Шекспир, желая изобразить «значительное в настоящем», переносиЛТЙе-сто действия в чужие страны, где он сам никогда не бывал, в Данию, Италию? То­чно так же немецкие романтики, дабы избегнуть «близости места и времени», равносильной для них банальности, мыс­ленно переносились в Англию, Францию или Италию. Тот же смысл имеет изобра­жение античных руин в картинах художни­ков-романтиков, символизирующих беско­нечное течение времени. Иррациональное единство пространства-времени — одно из основных положений романтической эсте­тики — прекрасно выражено метафорой:

даль времен.

Романтизм живописен. Живописец-ро­мантик Э. Делакруа заметил, что «Великий Пуссен, художник-философ... придавал идее несколько большее значение, чем того тре­бует живопись... впадал в некоторую на­рочитость... Недаром подобными картина­ми восхищаются литераторы»3. У роман­тиков, напротив, важна была не столько идея, сколько сила и средства ее выраже­ния. Еще в картинах романистов античные руины исторически «углубляли» простран­ство пейзажа, но они были также порож­дены стремлением к большей живописно­сти, которая, как известно, предполагает выражение связи предмета с окружающей его средой: светом, воздухом и движением времени. А «движение времени» это и есть руины, камни, растрескавшиеся и покры­тые мхом, несущие на себе следы истории. Вот почему руины всегда живописны. Бо­лее того, в романтических парках XVIII в. специально строились «искусственные раз­валины», павильоны-руины, зримо выра­жающие идею течения времени. Анг­лийский философ Д. Юм утверждал, что «готические руины» представляют собой «победу времени над силой», а гречес­кие — «варварства над вкусом». Именно в конце XVIII — начале XIX в. стало мод­ным наводить искусственную «патину древ­ности» на бронзовую скульптуру, а у мра­морных статуй — отбивать руки, «под антики». Романтическое переживание ис­тории, исторического времени всегда гру­стно, поскольку ведет к осознанию брен­ности всего живого, безвозвратно уходя­щего настоящего, неизвестности будущего.

В этой особенной грусти — эмоциональ­ная окраска Романтизма. Часто говорят, что XIX в. открыл новую «пространствен-ность времени». Не случайно именно в эпоху романтизма XIX в. в живописи на­чинает преобладать горизонталь и получа­ет особое смысловое значение дальний план.

Вместе с тем Романтизм не есть ретро-спективизм. Красота античных руин — красота не прошлого, а настоящего, ведь в Древнем Риме руин не было. Романтика это эстетизация прошлого в настоящем, художественное осмысление истории в ее актуальности.

Романтизм — искусство более проти­воречивое, чем Классицизм. С одной сто­роны, он демонстрирует ностальгию по давно ушедшим временам, его характер­ной чертой является мемориальность — памятники прошлому, забытым или умер­шим друзьям, эстетизация всего грустного и печального. С другой стороны, Роман­тизм — искусство всегда современное. Так, Стендаль утверждал, что Ж. Расин был романтиком, когда, пользуясь классичес­кими сюжетами, показывал современные чувства и страсти. Но по прошествии не­которого времени стал казаться холод­ным, академичным. Он устарел и стал классиком.

Классицизм совершенно закономерно возник раньше Романтизма. Желание как-то упорядочить ощущения, привести их в строгую форму, как это было в античной Греции,— в- какой-то мере детство челове­чества, первый необходимый этап развития художественно-образного мышления. Его дальнейшее усложнение — осознание ус­ловности всякого порядка, гармонии как конечности времени и пространства, абсо­лютизация движения, динамики мысли и чувства. Романтическое чувство всегда, ра­но или поздно просыпается в человеческой душе и, как правило, внезапно и в «зрелом возрасте». Оно отсутствует у детей и лю­дей наивной, архаической культуры. Роман­тизм есть высшее проявление духовности и предполагает чрезвычайно сложную, мно­гозначную и динамичную картину мира, которая не может быть выражена в какой-то одной форме, одном стиле. Именно поэтому с Романтизмом как художествен­ным направлением связано множество тече­ний и стилей. Отсюда и явная преемствен­ность Романтизма от Классицизма. Роман­тизм вырос из Классицизма и Ампира расширяя и углубляя эти художественные стили, одновременно он оттеснял наиболее ортодоксальные их проявления в сферу ака­демического искусства.

Таким образом, все проявления роман. тического художественного мышления ха­рактеризует динамизм — мир предетавдя. ется в непрерывном движении. Многие историки искусства склонны считать ро. мантической огромную эпоху от сенти- ] ментализма конца XVIII в. и Бидермайера I начала XIX столетия до Модерна и сим- волизма начала XX в. Классицизм эпохи Просвещения, сентиментализм и романизм французских живописцев иногда определя- ют как преромантизм.

Несмотря на общность хронологичес­ких рамок романтического движения нача- i ла XIX

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: