Xreferat.com » Рефераты по литературе и русскому языку » «Дворянское гнездо»: судьба сословия (по произведениям русской классики)

«Дворянское гнездо»: судьба сословия (по произведениям русской классики)

оправданием сословного возвышения, как бы памятником дворянству, уже не всегда присуще герою нашего времени, который скорее стремится соблюсти лишь внешнюю пристойность и значительность при внутреннем опустошении, а подчас и прямой подлости. Поэтому, с одной стороны, лермонтовский герой может быть только дворянином, а с другой – связан с сословием чисто формально, никакого общественного долга он не признает за собой.

Наконец, идеальное воплощение дворянина встречается достаточно редко. Неудачи Гоголя при создании героев второго тома "Мертвых душ" вполне очевидны были и для самого автора: идеальный помещик Костанжогло, идеальный генерал-губернатор были лишены художественной правдивости. Попытка пройти жизненный путь, как положено дворянину, наиболее убедительно дана в ищущих героях "Войны и мира" – Николае Ростове, Пьере Безухове и особенно – в судьбе Андрея Болконского. Толстой показывает, насколько тяжек этот путь чести, если верить в дворянские идеалы искренне, глубоко.

Даже в своем идеальном облике дворянское положение было опять-таки внутренне противоречивым. Дворянские идеалы свободной и развитой личности, будучи обусловленными сословным статусом, были чреваты революционностью, сами же и отрицали сословное деление. Искренне принятые дворянские идеалы неизбежно вели к декабризму, если идеалы ценились выше реального положения дел. Поэтому так драматичен финал "Войны и мира", когда именно Пьер вовлечен в сеть тайных обществ, поэтому дух декабризма виден в Чацком, ищут революционность даже в Онегине (хотя и едва ли успешно)… Думается, что идеальную сторону дворянской судьбы наиболее полно отразил Л. Толстой в Пьере Безухове: чем более развиты дворянские идеалы, тем все более очевидной становится сословная обреченность, доведенный до честного и логического решения идеал свободы уничтожает дворянский статус. Поэтому именно Пьеру будет открыт духовный мир простолюдина – в Платоне Каратаеве, и именно Пьер вовлечен в явно антисословную деятельность в конце романа.

Однако чаще облик дворянства отягощен скорее ритуальными чертами, чем наделен стремлениями к реальным действиям. Единство сословия лучше всего передает не деятельность, а своего рода жизненная пауза, заполненная балами и интригами, играми и обрядами, клубами и охотами. На этом строятся и дружелюбие, и показная нетерпимость – в непременной дуэли, и честолюбивая страсть к мундиру, и модный сплин… Власть ритуальных действий становится показателем сословного упадка. Былое государственническое оправдание сословия уже не встречает понимания. Так, пушкинская патриотическая лирика 1830-31 годов вызовет массу упреков и подозрений в неискренности, не говоря уже о знаменитых "Стансах" (1826), обращенных к императору Николаю Павловичу и исполненных самых благородных и вместе с тем чисто сословных чаяний:

Семейным сходством будь же горд;

Во всем будь пращуру подобен:

Как он, неумолим и тверд,

И памятью, как он, незлобен.

Так истинный дворянин Пушкин обращается к памяти императора Петра I, созидателя дворянского сословия в чертах 19 столетия. Но естественное для предыдущего столетия торжественное обращение к царю, первому среди дворянства, уже вызвало упреки в заискивании, на что поэт ответил стихотворением "Друзьям" (1828):

Нет, я не льстец, когда царю

Хвалу свободную слагаю:

Я смело чувства выражаю,

Языком сердца говорю.

Его я просто полюбил:

Он бодро, честно правит нами;

Россию вдруг он оживил

Войной, надеждами, трудами.

Это стихотворение – своего рода манифест идеального сословного устройства, но манифест уже во многом непонятый и непринятый, как будет позднее и с гоголевскими "Выбранными местами из переписки с друзьями" (1847). Но не сам ли Пушкин, воспевший и "святую добродетель" кинжала (1821), и не всем понятную свободу, негодовавший на дворянство в кругу декабристов, внес в дворянское сознание нечто саморазрушительное, хотя и неизбежное?

Литературное развитие подводит к крушению дворянства, и останется нерешенным вопрос, может ли иное сословие после принять ценности дворянской культуры. В страшном облике Катерины Ивановны из "Преступления и наказания", в безжизненных чеховских гаевых это крушение будет очевидным. Но едва ли с уходом аристократического сословия останутся в силе ценности, этим сословием поддержанные. Мы имеем даже в виду не только своеобразную красоту, эстетику независящего от забот о хлебе насущном человека, но и саму эстетику свободы, бескорыстия, чести. Именно состояние позднего дворянства, пушкинской поры, рождало высокую созерцательность перед лицом природы, сосредоточенность на чистой духовности, изощренность и даже изнеженность восприятия и сознания. Боюсь, что и чистоту христианского мироощущения могло хранить в земном бытии только аристократическое сознание. Не потому ли путь едва ли не каждого писателя из плеяды русской классики можно представить как путь к Христу?

Итак, 19 век – это время дворянской культуры в зените своего развития, но уже во всем предвещающее смену сословного устройства и прощание с дворянскими идеалами.

"Горе от ума" А.С.Грибоедова удивительно точно называет И.А.Гончаров комедией жизни. Это необычайно широкое полотно, подлинная картина эпохи, но прежде всего – картина дворянской жизни.

События здесь происходят, очевидно, в конце зимы - весной 1821-го года. Вот тому приметы. Комедия написана в основном в 1823 году, действие не может происходить позже. Нет никаких сомнений, что война 12-го года уже стала отдаленным воспоминанием ("пожар способствовал ей много к украшенью", "с тех пор дороги, тротуары, дома и все на новый лад": так герои говорят о Москве). Но вот Фамусов упомянет: "Его величество король был прусский здесь", а это событие произошло летом 1818 года. Достаточно отчетливая веха. Чацкого называют карбонарием, а это прозвание могло стать привычным, нарицательным лишь после июльского 1820 года восстания в Неаполе, а особенно – после его подавления весной 1821-го, когда слово пошло по страницам газет. Возмущаются ланкартачными взаимными обучениями (Хлестова), что было актуально не ранее 1819 года. Княгиня Тугоуховская бранит Петербургский педагогический институт (университет), и, действительно, в 1821 году шло следствие о тамошних преподавателях, уличенных в вольнодумстве. Едва ли была приемлема и реплика графини Хрюминой "к фармазонам в клоб" позднее 1822 года, когда вышел запрет масонских лож. (Подробнее см. нашу статью "Александр Андреич, продайте мертвых душ", Роман-журнал 21 век, 2003, № 6).

Время года легко установить по ряду реплик о погоде, о снеге, холоде, а особенно важная деталь, оставшаяся за рамками печатного текста, – упоминание Великого поста в монологе Фамусова: "Пофилософствуй – ум вскружится, Великий пост и вдруг обед! Ешь три часа, и в три дни не сварится!". Изъятая скорее всего по цензурным соображениям, эта деталь важна и не только для хронологии пьесы.

Каков облик сословия в 1821 году?

В целом, сословие лишено своего единственного оправдания – государственной преданности и полезности. Чаще всего очевидны лишь злоупотребления на почве сословных привилегий. Для Фамусова знатное положение, богатство дороги отнюдь не по годности человека, а сами по себе, нет никакого стремления к пользе, только желание выгод. Попробовал бы петровский питомец заявить: "А у меня что дело, что не дело, Обычай мой такой: Подписано, так с плеч долой"! Служба становится только источником выгод тьмы. Чацкий бросает как уже привычное обвинение: "Все под личиною усердия к царю", то есть служебное рвение воспринимается только как лицемерие.

В том же духе выведен и тип военного. Заметим, что именно военная служба воспринималась как наиболее достойная дворянина, теперь же Грибоедов не покажет никакой альтернативы Скалозубу, что в общем было и явной несправедливостью, но именно так, значит, виделся самый распространенный армейский типаж. "Мне только бы досталось в генералы", – а ведь это говорит единственный среди героев комедии участник Отечественной войны. Но даже военный эпизод превращен в нечто недостойное: "Засели мы в траншею: Ему дан с бантом, мне на шею". Явно время героизации 1812 года уже упущено или еще не вернулось.

Героем времени, конечно, становится гражданский чиновник – Молчалин, жалкий же ездок, числящийся по архивам, делающий карьеру только угодничеством. Хотя по справедливости и надо заметить фамусовскую его характеристику – деловой – и даже неоднозначно отнестись к его службе в архиве – очевидно, в Архиве Министерства иностранных дел, где в двадцатые годы, действительно, сосредоточился цвет дворянской молодежи. Кажется даже парадоксом представить Алексея Степановича Молчалина рядом с Веневитиновым и Одоевским, Шевыревым и хотя бы с Вигелем (замечено В.Набоковым в комментарии "Евгения Онегина").

Уход от военной службы – удел и другого героя комедии, Платона Горича. Подавленный своей супругой, далекий от всяких широких интересов, почти смирившийся с сознанием собственной ущербности – таков заурядный облик дворянина грибоедовской Москвы. Отметим в нем и угасание сословной солидарности: нервная и гневная реплика в адрес Загорецкого говорит не только о критике этого мошенника, но и о глубоком разладе внутри сословия: "Человек он светский, Отъявленный мошенник, плут"; "У нас ругают везде, а всюду принимают". В словах своего друга Чацкий чувствует близкие ему интонации, но это уже редкость. Сословие в целом теряет бодрость, энергию. Апатия Горича как нельзя более созвучна обществу.

Но и авантюристы, вроде Загорецкого, менее одиноки или малочисленны, чем Чацкие. Репетилов вобрал в себя оттенки всех характеров, всех героев пьесы – от Чацкого до Фамусова, поэтому и носит столь говорящую фамилию (от глагола повторять). Он и сам расскажет с восторгом о неком ночном разбойнике, дуэлисте, также нечистом на руку, и будет вполне по-приятельски говорить с Загорецким (тот скажет: "Такой же я, как вы, ужасный либерал!").

Заметим, что о дуэли, этом сложившемся дворянском ритуале, герои "Горя" будут говорить без особого сочувствия. В среде Молчалина поединок становится неактуальным. Поэтому сей дворянин, явно труся дуэли, заметит: "Неужто на дуэль вас вызвать захотят? – Ах! злые языки страшнее пистолета". Дворянская спесь и показное рыцарство, за что так не жаловали дуэль российские государи – и Петр I, и Николай Павлович, – уже в позднее александровское время кажется пережитком, хотя и еще грозным. От Чацкого тоже ждут дуэли, чего так испугается Фамусов: "Ну, как с безумных глаз Затеет драться он, потребует к разделке! (опасается Хлестова, помнящая иные нравы) – О Господи! помилуй грешных нас!".

Репетилов и Чацкий будут носителями фронды внутри дворянского сословия. Пародируя декабристские веяния, Грибоедов именно Репетилову даст слова: "Лахмотьев Алексей чудесно говорит, Что радикальные потребны тут лекарства, Желудок дольше не варит". Реплика комична не только по ее носителю. Чацкий скорее показывал незрелость декабристских взглядов, но автору был необходим и оттенок антинигилистической сатиры, поэтому введен и Репетилов в сети заговорщиков.

Для нас сейчас важно только само наличие раскола в дворянской среде, даже в дворянской элите, а не собственно освещение связей комедии с декабризмом. Дадим лишь одну грибоедовскую реплику – письмо декабристу А.И. Одоевскому: "Государь наградил меня щедро за мою службу. Бедный друг и брат! Зачем ты так несчастлив! (…) Я оставил тебя прежде твоей экзальтации в 1825 году. (…) Кто тебя завлек в эту гибель!! В этот сумасбродный заговор! Кто тебя погубил!". Если бы это был не документ, эти слова могли бы принадлежать типичному литературному герою-дворянину, здесь вся суть образцового дворянского сознания – вплоть до интонаций.

Тема кризиса в дворянстве развита Грибоедовым по-разному. Не будем забывать, что перед нами комедия, поэтому столь значительная тема будет проникать и в легкие нюансы. Любовь и женитьба – излюбленные мотивы комедии. И вот в "Горе" безродный, выслужившийся дворянин Молчалин изображает влюбленность в знатную Софию Павловну Фамусову, хотя внутренне не ценит в ней ничего. Равные по роду Софья и Чацкий затеют распрю. Молчалин очарован крепостной девкой Лизой, без всякого ее стремления: наоборот, она искренно любит такого же крепостного Петрушу (не того ли – с разодранным локтем?). От старика Фамусова исходят любовные чувства, и он же всегда отметит неверность в браке – заметим, в дворянском, благородном, освященном церковью браке. Чацкий с чисто сословной точки зрения будет иронизировать: не женат ли танцмейстер Гильоме на какой-нибудь княгине ("Что ж, он и кавалер, От нас потребуют с именьем быть и в чине, А Гильоме!.."). Схожие и, заметим, заинтересованные интонации у другой носительницы дворянской гордости – графини-внучки Хрюминой: "Там женятся и нас дарят родством С искусницами модных лавок", – скажет она уже в укор Чацкому (недаром же она зла, в девках целый век).

Таким образом, упадок сословия виден повсюду. На чем же держится призрачное единство т.н. фамусовского общества? Только на теплоте и душевности Павла Афанасьевича.

"Ждем князя Петра Ильича, А князь уж здесь! А я забился там, в портретной" – вот оно, сословное радушие, ощущение надежности и бескорыстной дружбы между равными. Сердечно и просто обращается Фамусов к каждому своему гостю, гости для него словно все родные, недаром он готов сыскать родню на дне морском. Дворянское сословие и в самом деле все было пронизано родственными связями, поэтому Фамусов будет так живо расспрашивать Скалозуба: "Как вам доводится Настасья Николавна?". Чацкий в доме Фамусова тоже окажется не случайно: "Вот-с – Чацкого, мне друга, Андрея Ильича покойного сынок". Знакомит Хлестову со Скалозубом: "Моя невестушка, которой уж давно Об вас говорено". Везде здесь родственность ощутима, и не это ли является полным выражением единства сословия? Но эти интонации исходят едва ли не от одного лишь хозяина дома. (Заметим попутно: Хлестова – тетка Софьи и невестка (свояченица) ее отца: скорее всего, по линии матери Софья – Хлестова.)

На всякую свою добродушную реплику Фамусов получит уже весьма несозвучный ответ: "Мы с нею вместе не служили" (Скалозуб), "Знакомит, не спросясь, приятно ли нам, нет ли?" (Хлестова). Гости съезжаются к Фамусову скорее из корыстных интересов: Тугоуховские, Хрюмины ищут женихов, Загорецкий устраивает нужные ему связи. Всюду видна скрытая недоброжелательность – примета кризиса в сословном единстве, так отстаиваемом Фамусовым: "Вот нас честит! Вот первая, и нас за никого считает!" (княгиня о Хрюминой); "Ну Фамусов! умел гостей назвать! Какие-то уроды с того света" (графиня-внучка); "Лгунишка он, картежник, вор" (о Загорецком). Мы знаем о враждебности Скалозуба к своему двоюродному брату, княгиня говорит с презрением о своем родственнике: "Хоть сейчас в аптеку, в подмастерьи. (…) Чинов не хочет знать! Он химик, он ботаник, Князь Федор, мой племянник".

Собственно, в чем значение бала в фамусовском доме, ведь бал – это один из чисто сословных ритуалов дворянства? С одной стороны, бал дан явно не к месту: Великий Пост и более того – траур в доме Фамусова. Софья даже заметит: "Так балу дать нельзя", но в пьесе все-таки несколько раз звучит именно бал. Это признак какого-то лицемерия: не называя балом, дать именно бал. Это и явный упадок христианского чувства, поэтому и обращения героев пьесы к Богу (особенно это заметно в словах Фамусова, Хлестовой) уже не будут восприниматься всерьез. Такова реплика Хлестовой "А Чацкого мне жаль. // По-христиански так; он жалости достоин": в голосистой спорщице, свирепой барыне-рабовладелице (привезла с собой арапку-девку и собачку) нет никаких христианских черт. Так что отчасти и официозное христианство в дворянском круге для Грибоедова – это далеко не чистая и глубокая вера (заметим, речь идет вовсе не о

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: