Технология мышления
Вопрос далеко не праздный: почему современные нам человекообразные обезьяны так и остались обезьянами, не поднявшись в своем развитии даже до уровня вымершего пару миллионов лет назад вида homo habilis (“человека умелого”)? На этот вопрос пока нельзя дать точного ответа. Но все же можно предположить, что первые полуобезьяны, начав менять свой образ жизни – а случилось это несколько миллионов лет назад – стали фактически не столько расширять свою экологическую нишу, сколько менять ее. Но тем самым в конечном итоге они оставили свою прежнюю нишу своим менее изобретательным и, соответственно, более “консервативным” соседям – приматам, которые и продолжают монопольно занимать ее до сегодняшнего дня. Другими словами, все остальные человекообразные обезьяны не последовали сомнительному и рискованному примеру наших далеких биологических предков и предпочли столь радикальным переменам свой традиционный образ жизни. Что явилось реальной причиной или причинами для изменения нашими доисторическими предками своего традиционного образа жизни – остается открытым вопросом. Строение же тела доисторических наших предков указывает на то, что они оставили деревья и начали вести наземный образ жизни. Сыграл свою важную роль в этом длительном и триумфальном процессе и способ передвижения древних полуобезьян – передние конечности им были нужны не только для передвижения, как это делают приматы и сегодня, но и для более важных вещей. Отсюда вертикальная, а не горизонтальная ориентация тела: человек стал двуногим не из тщеславия, а из необходимости развивать свои передние (верхние) конечности как наиболее важную часть тела, если, конечно, не считать головы.
Здесь возникает любопытная аналогия с возникновением другого господствующего класса животных – класса птиц. В свое время некоторые рептилии “пожертвовали” своими передними конечностями, взамен получили крылья, абсолютное господство в воздухе (современные птицы являются далекими потомками вымерших много миллионов лет назад летающих рептилий) и почти неограниченные возможности для своего развития и распространения. Человекообразные же обезьяны, “пожертвовав” своими передними конечностями в конечном итоге получили руки, как наиболее универсальный “исполнительный орган на все случаи жизни”, и абсолютное господство на суше. И только очень немногие из млекопитающих (летучие мыши, белки-летяги...) смогли занять свою экологическую нишу в воздушной среде обитания, где и до сегодняшнего дня почти безраздельно господствуют птицы, если, конечно, не считать многочисленных видов летающих насекомых.
Но на этом сходство кончается: если птицы получили свое господствующее положение в природе, благодаря своей исключительной возможности летать, то люди получили свое господство на суше благодаря своей уникальной возможности к анализу причинно-следственных связей, то есть возможности думать. И в отличии от птиц, которые, возможно, подошли к пределу своих возможностей в плане совершенствования формы тела, техники полета или новых возможностей в добывании пищи – на это указывают многие “отступники” этого класса: пингвины, страусы, которые утратили способность к полету, и в какой-то степени водоплавающие виды птиц, то человек, как биологический вид, пока не сталкивается с какими-то естественными ограничениями в развитии своего сознания. Возможно, что именно исключительное положение птиц в живой природе, то, что они оказались вне конкуренции по отношению к прочим, “ходячим, ползающим или плавающим видам” и замедлило развитие их сознания, оказав им тем самым медвежью услугу. Известно ведь: “От добра добра не ищут”. Видимо, эта поговорка применима не только к людям...
Возвращаясь к вопросу о происхождении и становлении вида homo sapiens, его образу жизни и эволюции его сознания, следует отметить, что миллионы лет назад, безусловно, существовали какие-то важные объективные причины, повлиявшие на становление нового вида, и о которых мы просто ничего не знаем. Одна из таких возможных причин – изменение рациона питания и постепенный переход на высококалорийную пищу. Плотоядные животные имеют гораздо больше свободного времени, остающегося от поисков пропитания. Сравните образ жизни лисиц или волков с образом жизни оленей, лосей или зайцев: травоядные с утра до ночи заняты практически беспрерывным процессом еды и заметно уступают в развитии своего сознания хищным животным своего же класса. Хотя и здесь есть исключения из правил. Например, лошади и слоны формально являются травоядными, однако одной травой или листьями они не питаются: овес в рационе лошадей занимает видное место, по энергетической ценности он вполне сопоставим с рожью или пшеницей, слоны же предпочитают поедать овощи и фрукты. То же самое можно сказать и о человеке – даже самые убежденные вегетарианцы не могут питаться травой или листьями: желудок человека просто не способен усваивать такую пищу.
Особого внимания заслуживают такие представители млекопитающих, как серые и черные крысы, которые вслед за человеком расселились по всей земле. Человек никогда не стремился приручить этих грызунов – в отличии от нутрий или ондатр. Более того, вся история существования человека – это практически никогда не прекращающаяся “война на истребление” этих видов крыс, как крайне нежелательных нахлебников и опасных соседей (они являются переносчиками многих инфекционных заболеваний). Пожалуй, нет такого способа или средства уничтожения, которого люди не испытали бы на этих грызунах: от хитроумных крысоловок и всевозможных ядов до радиоактивного поражения23.
Крысы всегда жили рядом с человеком, поэтому их вполне можно считать домашними животными. Эта беспрецедентная война с грызунами является рекордной в истории человечества – она уже длится не менее миллиона (!) лет и крысы ее пока не проигрывают. Эта же затяжная война наложила неизгладимый отпечаток на сознание самих крыс – это необычайно хитрые и сообразительные твари, которые в своем развитии очень далеко ушли от своих близких родственников, обычных домашних мышей.
Если такие животные, проживающие рядом с человеком, как собаки или лошади достигли очень высокого уровня развития своего сознания благодаря человеку, то крысы – вопреки желанию людей. К слову сказать, домашние крысы являются также чемпионами по выживанию в самых сложных, вредных и опасных условиях. Нет более живучих созданий – по крайней мере среди млекопитающих – и этому редкому качеству они снова “обязаны” человеку.
Возвращаясь к рассмотренной цепочке типичных представителей животного мира, нетрудно заметить зависимость уровня сознания животных от их образа жизни: чем сложнее образ жизни, тем лучше развито сознание. Из этого следует достаточно очевидный вывод: уровень сознания находится в прямой зависимости от образа жизни. Но это не единственный вывод. Можно сделать и другой: изменение образа жизни влечет за собой изменение уровня сознания. Возможно, этот второй вывод не столь очевиден, однако его не трудно обосновать, пользуясь “методом от противного”: если бы уровень сознания не зависел от образа жизни и изменений этого образа жизни, то представители с высокоразвитым сознанием встречались бы среди животных, ведущих простой и даже примитивный образ жизни, либо наоборот – мозг животных стоящих на высших ступенях эволюции отличался бы гораздо более простой внутренней организацией и не был бы архисложным, чрезвычайно “запутанным” и самым таинственным органом в организме животных. Однако ни одно, ни другое не подтверждается научными или обыденными наблюдениями.
И второй момент: все вышеприведенные в этой главе примеры были рассмотрены в статичном положении, а не в динамике развития – это было сделано для простоты и наглядности изложения основной идеи. Динамика же развития сознания в том и состоит, что не существует в природе каких-либо раз и навсегда определенных, “закосневших”, застывших в своем развитии уровней сознания, точно также как не существуют в природе абсолютно неизменяемых видов животных. Даже те же кораллы, который, казалось бы, застыли в своем эволюционном развитии на миллиарды лет, в действительности, пусть чрезвычайно медленно, но изменяются. И наглядное тому подтверждение – многочисленность видов этих животных, которые в чем-то друг от друга отличны. То же можно сказать и о сознании животных: от поколения к поколению уровень сознания и, следовательно, сложность его организации, неуловимо, но меняется. Сознанию млекопитающих предшествовало сознание рептилий, сознанию рептилий – сознание земноводных, а им в свою очередь – сознание рыб и так далее. Но так как не всегда можно провести четкую границу между классами, семействами и тем более видами животных – всегда находятся виды, занимающих какое-то пограничное, промежуточное или спорное положение в сложной иерархии животного мира и, соответственно, в нашей классификации этого мира – точно так же нельзя провести и четкой, раз и навсегда обозначенной границы между уровнями сознания тех или других видов.
“Все течет, все изменяется” – этот классический афоризм как нельзя лучше отражает всю сложность эволюционных процессов в живой Природе. Можно сказать и иначе: все, что не изменяется, обречено на вымирание. (Сравните с высказыванием В. Г. Белинского: “Что не развивается, то не живет, а что не живет, то умирает...”) Таковы жесткие “правила” самой Природы и подтверждений этому несть числа: количество ранее существовавших, но вымерших по каким-то причинам видов, значительно превосходит количество ныне “здравствующих” видов животных.
В связи с этим любопытно, взглянуть на положение многих видов животных, которые практически не меняются сотни и тысячи миллионов лет и словно застыли в своем эволюционном развитии. Однако в действительности ситуация не столь проста, как кажется, более того – она парадоксальна. С одной стороны, животные, казалось бы, почти не изменяются, а с другой – более высокоорганизованные виды животных произошли именно от своих примитивных прототипов. Причем и те, и другие обычно представлены в наличии видами, отрядами, классами, типами... Здесь можно усмотреть некоторую аналогию и с происхождением самого человека: люди произошли от человекообразных обезьян, однако оба результата эволюции представлены в действительности – и сами люди, и их биологические предки, приматы.
Образ жизни первичен по отношению к сознанию и определяет его, но и здесь не все просто и однозначно. Можно заметить и обратную, хотя и не столь сильную зависимость, по крайней мере – в отношении млекопитающих: развитость сознания оказывает влияние на образ жизни и особенно хорошо видна эта обратная связь на ранних стадиях становления сознания. Детеныши млекопитающих (как и человека) в раннем детстве ведут намного более простой образ жизни, в первые дни и недели заняты исключительно едой и сном. Но в процессе формирования и становления их сознания это обратное влияние заметно уменьшается и становится намного слабее, чем прямая зависимость сознания от образа жизни.
В целом, не вызывает сомнений основная, глубинная причина эволюции животного мира – противоречие между изменяющимися условиями существования и реальными возможностями самих животных организмов, которые перестают в полной мере соответствовать этим нарастающим изменениям. Внешне это может проявляться в виде естественного отбора: не вполне соответствующие таким изменениям особи, чаще гибнут и реже оставляют потомство. Хотя следует признать, что сам “механизм” естественного отбора во многом зависит от случайных внешних факторов и случайных изменений в самом организме, в том числе и от мутаций, которые могут способствовать выживанию либо нет. Способов разрешения такого рода конфликтов может быть два: либо сокращение популяции вида и сохранение за собой только части былого жизненного пространства (ареала), где нет еще явно выраженных противоречий между внутренними потребностями и внешними возможностями, либо своевременное и постепенное устранение этого назревающего противоречия путем лучшей приспособленности к изменяющимся условиям обитания. Во втором случае изменяющиеся виды животных способны сохранить прежнее или захватить новое жизненное пространство, которое им уступают другие, более “консервативные” виды. Но возможен “захват” и совершенно новых, ранее недоступных для обитания жизненных пространств, как, например, произошло при освоении суши и воздушного пространства древними рептилиями. Платой за такую “экспансию” является значительные изменения в строении организма и отход от устоявшихся “традиций”, то есть, образа жизни. Объективно такие приспособления к новым условиям жизни выражаются сначала в количественных, а затем и в качественных изменениях самих организмов животных, что, естественно, отражается и на их сознании, как функции управления все усложняющимися системами самообеспечения, самосохранения или размножения.
При таком подходе становится понятным, почему те же кораллы сохранились до сегодняшнего дня в практически “первозданном” виде, а не исчезли, дав начало многим типам или классам других животных. Также становится понятным, почему в разное время различные классы или типы животных занимали доминирующее, господствующее положение в течении какого-то времени. В основе такой “экспансии” лежат качественные изменения самих этих животных, и какое-то время – иногда довольно значительное – им никто не препятствует “захвату и эксплуатации” новых жизненных пространств (территорий). Однако рано или поздно, но появляются сдерживающие такое господствующее положение факторы, которые будут направлены на ограничение такого “монопольного” положения и “передел сфер влияния”, то есть, жизненного пространства между большим количеством видов животных. Эти факторы могут проявляться в виде нарастающих противоречий с другими типами, классами или видами животных, которые тоже обитают на этой “территории”, либо аналогичные противоречия возникают внутри одного класса, семейства или даже вида. Сравните: среди млекопитающих есть и травоядные, и хищные животные, которые ограничивают взаимную “экспансию” и регулируют таким способом собственные популяции, хотя и сами млекопитающие являются естественной добычей для других классов животных, например, птиц, рыб или рептилий. А среди бурых медведей нередко случаются “территориальные конфликты”, которые заканчиваются летальным исходом для одного из претендентов на охотничьи угодья.
Другими словами, глобальная экологическая система, в которую входят Царство растений и Царство животных, связана между собой астрономическим количеством прямых и обратных связей между всеми ее частями и в конечном итоге эта тотальная взаимозависимость является одним из главных факторов, который регулирует, ограничивает и стабилизирует рост популяций всех видов животных. Обычно находится общий баланс интересов по принципу “и волки сыты, и овцы целы”. Если бы, к примеру, все стали хищниками, то чем бы они питались? Или, если бы травоядные за одну неделю съели всю траву, то что бы они ели на следующей неделе?
Заканчивая обзор эволюции сознания, следует отметить, что человек не оказывает заметного влияния на сам процесс эволюции сознания абсолютного большинства видов животных, за исключением домашних, где такое влияние очевидно и существенно. Поэтому уровень сознания, например, дельфинов или приматов является собственной заслугой и следствием их образа жизни – в этом отношении они нам ничем не обязаны. Те же дельфины заслуживают особого и пристального внимания. Каково их положение на общей лестнице эволюции сознания? Мы не знаем... Но вряд ли они в этом отношении уступают приматам, скорее – наоборот. И причина тому их образ жизни, который, видимо, сложнее, чем у человекообразных обезьян. Некоторые особенности их поведения также указывают на это, словно они задались целью “докричаться” до людей и сообщить нам, что дельфины тоже являются разумными существами на этой планете... Например, они исключительно дружелюбны по отношению к людям и никогда не нападают на нас. Более того, известно огромное количество случаев, когда дельфины спасали людям жизнь, в том числе раненым и не умеющим плавать. Все это указывает на явные признаки разумного поведения, и уровень их сознания, по-видимому, очень высок. Но пока все их самоотверженные и отчаянные попытки воспринимаются людьми, как “крик вопиющего в пустыне”. Мы никого не хотим и не будем слушать, кроме самих себя... А ведь в некоторых отношениях людям впору брать с дельфинов пример: нет ни одного (!) подтверждения тому, что дельфины нападают на людей, а вот люди, не смотря на всю их разумность, дельфинов уничтожают или держат их в неволе, в “дельфинариях” с протухшей водой, на потеху публике...
Положение, которое занимают дельфины в водной стихии, столь же уникально, как и положение человека на суше: ни они, ни мы практически не имеем опасных естественных врагов (если не считать, что человек является врагом всему живому, в том числе и самому себе). Следуя одному из основных тезисов настоящей теории – образ жизни определяет сознание – можно с большой долей уверенности предполагать, что в некоторых областях знания дельфины ушли дальше людей. Например, “эпоха великих географических открытий”, была у дельфинов как минимум несколько миллионов лет назад, а не несколько веков, как у людей. И причина тому – их образ жизни, для которого знание точной топографии (правильнее – точных очертаний береговых линий) является жизненно необходимым. И тот факт, что Земля круглая, а не плоская, им было известно задолго до наших открытий...
В умении ориентироваться в открытом море и узких проливах, а также рассчитывать точные маршруты движения, дельфины не уступают людям и сегодня, хотя они легко обходятся без морских карт, компаса или навигационных спутников... Во многом люди и дельфины – антиподы: они пошли по пути естественной эволюции сознания, не используя в своей жизни орудия труда, люди же сделали главную ставку именно на всевозможные орудия труда и в конечном итоге пошли по пути технического, а не биологического прогресса.
Любопытно взглянуть с этой точки зрения и на цели, которые ставит перед собой человечество: достижение все большего объема материальных благ (еда, одежда, жилища, транспортные средства...), сглаживание глубоких противоречий с Природой (экологические проблемы), решение хотя бы в отдаленной перспективе социальных и гуманитарных проблем (войны, голод, нищета, болезни, государственные границы) и т. д. и т. п. Как это ни парадоксально, но само направление развития человечества и порождает все эти и многие другие проблемы – это и есть та цена, которую приходится платить за пользование материальными благами и прочими достижениями технического и культурного прогресса. Хуже того, сам образ жизни людей сориентирован не на получение необходимого и достаточного для нормальной и достойной жизни, а на искусственно создаваемый и всеми силами поддерживаемый стереотип массового сознания людей, направленный на безграничное (!) потребление материальных и прочих благ по принципу: “один холодильник – хорошо, а два новых – лучше!” Весь “жизненный процесс” на Земле практически безотходен, если не считать “отходами” каменный уголь, нефть или известняк, которые накапливались миллиарды (!) лет, а не десятилетия. При этом все эти “отходы” естественного, органического происхождения и уж во всяком случае без заметного количества радиоактивных изотопов, канцерогенных и токсичных веществ. Количество же отходов от деятельности человека растет в геометрической прогрессии, причем 99% этого мусора – следствие установки на массовое производство и массовое потребление разовых по своей сути вещей: от пластиковых стаканчиков и бумажных подгузников до мебели и автомобилей, которые тоже нужно менять как можно чаще.
...Дельфины, так же как и люди, животные общественные, но в их мире нет государств, социального неравенства, опустошительных войн и многих других бед и зол, которые обычны для нашего мира. Они живут в полной гармонии с природой и ведут очень здоровый образ жизни (насколько возможно вести такой здоровый образ жизни в океане, превращенным людьми в помойку), а судя по их жизнерадостности, они, вероятно, вполне довольны своей жизнью. Чего никак нельзя сказать о людях, во всяком случае – об абсолютном большинстве из нас.
Самая последняя “развилка” магистральных направлений эволюции животного мира непосредственно связана с происхождением человека как биологического вида. Следствием такого пути развития сознания явилось появление homo sapiens или “человека разумного”. И если на двух предыдущих “развилках” (появление класса млекопитающих и возвращение их части в водную стихию) животные, сделавшие такой выбор были в явном меньшинстве (млекопитающих всего около 4000 видов), то человек, сделав свой выбор остался в гордом одиночестве. Эволюция сознания человека оказалась неразрывно связана с техническим прогрессом. Кроме человека никто больше “не рискнул” идти этим путем: все остальные классы, отряды, семейства и виды животных предпочли развиваться в своем традиционным и естественном направлении без противоречий с Природой, без технических, социальных и прочих революций.
8. СТАНОВЛЕНИЕ СОЗНАНИЯ ЧЕЛОВЕКА
Эмоциональное сознание человека гораздо старше интеллектуального. И если люди предвзято отказывают другим млекопитающим даже в ничтожной крупице разумности, то ведь никто не спорит, что животным знакомы чувства и желания, и что они в своей жизни руководствуются не только рефлексами и инстинктами, но и этими своими желаниями и чувствами? Пусть их чувства в 10 или 100 раз проще и примитивнее подобных эмоций человека, но ведь они есть? Спорить с этим очевидным и общим фактом в “биографии” человека и любого другого млекопитающего – достаточно бесперспективное занятие. Нелишне напомнить некоторым не в меру гордым и тщеславным “хомо сапиенсам”, что именно эмоциональным сознанием в основном руководствуется и сам человек – абсолютное большинство наших осмысленных решений мы принимаем именно на этом, а не на интеллектуальном уровне.
Доля же решений, принимаемых на высшем уровне сознания, вряд ли превышает 10% даже у людей, занятых исключительно умственной или творческой работой24. У людей же занятых обычной деятельностью эта доля будет и того скромнее. Если все поступки человека условно разделить на три группы (безусловное поведение – уровень глубинного сознания; осмысленное поведение – уровень эмоционального сознания; интеллектуальное поведение – уровень интеллектуального сознания), то человек явно тяготеет именно к эмоциональному типу поведения. Интеллектуального сознания у животных25 в нашем понимании нет: в своей жизни они руководствуются с одной стороны рефлексами и инстинктами, а с другой – собственным опытом и эмоциональным сознанием. Причем влияние глубинного сознания на их поведение очень велико, в отличии от человека, который во многом утратил способность доверять своим рефлексам или инстинктам. Но достаточно характерен и тот факт, что человек, оказавшись в непривычных для него “диких или первобытных условиях обитания” (в непроходимом лесу, в пустыне, на необитаемом острове), быстро начинает “перестраивать” свое сознание и в гораздо большей степени начинает доверять своим древним инстинктам. По этой же причине у него заметно обостряется восприятие окружающего мира, активизируется и улучшается работа органов чувств.
Другими словами, даже сравнительно кратковременное изменение образа жизни, например, несколько месяцев, оказывает заметное влияние на сознание человека, центр тяжести его приоритетных интересов сдвигается к той части эмоционального сознание, которая граничит с глубинным подсознанием (сфера рефлексов и инстинктов). По этой причине стереотипы поведения человека становятся ближе к стереотипам поведения животных. Если же человек вынужден пребывать в таком состоянии годы, то он заметно дичает, а многие его повадки становятся похожи на повадки окружающих его диких животных.
Нечто похожее можно наблюдать у кошек или собак, которые по каким-то причинам оказались лишены заботы и покровительства со стороны человека, и которые сами вынуждены заботиться о своем пропитании. Они быстро утрачивают свои прежние стереотипы поведения (которые заменяются новыми и, как правило, более простыми), дичают и уже во втором, третьем поколении мало чем отличаются от своих изначально диких собратьев. Например, стаи одичавших собак ведут себя примерно так же, как и волки, и что примечательно, иногда такие одичавшие собаки прибиваются к волчьим стаям, где их принимают на правах рядового члена сообщества. Для сравнения: домашних собак волки считают своими врагами26 и законной добычей. Вероятно, не последнюю роль в этом играют различия в сознании между теми и другими, хотя биологически они очень близки и не утратили способности скрещиваться между собой.
В примерах с одичавшими кошками и собаками нетрудно заметить процессы ре-эволюции сознания, то есть упрощение поведения и как следствие – упрощение сознания, вызванного изменением образа жизни. Образ жизни неразрывно связан с сознанием и любое значительное изменение этого образа жизни оказывает влияние на сознание, с той лишь разницей, что ре-эволюция, деградация сознания идет значительно быстрее, чем обратный процесс.
Для людей процессы деградации сознания носят еще более яркий и очевидный характер, для этого вполне достаточно проследить историю жизни любого безнадежного алкоголика или наркомана. По мере того, как сокращается мир интересов и желаний таких людей, упрощается и их сознание, количество стереотипов поведения быстро уменьшается, но роль оставшихся чрезмерно возрастает. Еще более характерен процесс упрощения их речи, в котором как в зеркале отражается уровень их сознания – в конце своего “падения” они легко обходятся всего несколькими десятками (!) слов. С построением сложных предложений у них явные проблемы и весьма типично для них употребление очень коротких, простых и часто незаконченных по смыслу фраз. По этой же причине (из-за ре-эволюции или деградации сознания) в их речи присутствует значительная доля ругательств и междометий, которыми они пытаются выразить все свои убогие и примитивные мысли или желания.
Любопытно, но из-за резкого ограничения употребляемого словарного запаса, роль недостающих слов начинают играть те же ругательства и междометия, которые приобретают многозначность и универсальность. Но так как по форме эти части речи практически неизменяемы, то необходимую смысловую нагрузку начинают нести вспомогательные средства языка: интонации, контекст употребления, а также жесты. Ругательства и междометия являются очень устойчивыми стереотипами речевого поведения, причем скорее всего именно эмоционального, а не интеллектуального уровня сознания. Достаточно вспомнить, что те же ругательства при соответствующих обстоятельствах даже у вполне воспитанных и нормальных людей вырываются как бы сами собой, а часто и вопреки желанию. Еще более любопытен другой нюанс вышеприведенного примера: использование таких вспомогательных – с нашей точки зрения – средств языка как интонаций, междометий и особенно жестов, было очень характерно для наших очень далеких предков, когда они только еще осваивали устную членораздельную речь27.
По мере своего “падения” алкоголики и наркоманы все более утрачивают именно человеческое начало и все более скатываются на уровень животных. В последней стадии деградации сознания этих людей уже ничего не интересует в этом мире (кроме алкоголя и наркотиков), не интересует их и их собственная судьба. Такое поведение человека идет вразрез с основными инстинктами и в первую очередь – с инстинктом самосохранения, потому что такая “стратегия” несет в себе реальную угрозу не только