Xreferat.com » Рефераты по истории » Партии и партийные системы в российской истории

Партии и партийные системы в российской истории

Таким образом, в позиции Ленина по отношению к Учредительному собранию произошли изменения, что подтвердил, например, в своих воспоминаниях наиболее близкий к нему в те дни Троцкий. Он отмечал, что почти сразу же после Октябрьского переворота Ленин стал настаивать на отсрочке Учредительного собрания, объясняя это тем, что оно могло оказаться по составу «кадетско-эсеровско-меньшевистским».

Многие из ленинского окружения возражали, даже Я. М. Свердлов подчеркивал, что большевики сами обвиняли Временное правительство в оттягивании его созыва. Оставшись в меньшинстве, Ленин все внимание перенес на организационные меры по роспуску еще не созванного Учредительного собрания. «Ошибка явная, — говорил он, — власть уже завоевана нами, а мы между тем поставили сами себя в такое положение, что вынуждены принимать военные меры, чтобы завоевать ее снова».

В основе такой политической переориентации лежал целый комплекс факторов. Во-первых, сравнительно легко большевики захватили власть в Петрограде. Это не могло не рождать надежд, что удастся закрепить достигнутые завоевания столь же легко, одним революционным натиском. Как известно, им это удалось. До недавнего времени преувеличивалась степень, а главное — глубина и организованность оказываемого в первые дни и месяцы сопротивления Советской власти со стороны свергнутых государственных структур. Касаясь не использованных противниками возможностей, следует помнить, что А. Ф. Керенский и его окружение действовали так, как действовали, видимо, иначе не могли. Но вряд ли серьезную угрозу Петрограду в те дни могла представлять тысяча казаков, которая согласилась выступить в поддержку Керенского после его отъезда из Петрограда на фронт.

Во-вторых, из анализа прошлых европейских революций большевики сделали однозначный вывод, что только бескомпромиссность в принятии политических решений и радикализм затеянной реорганизации позволяет удержаться у власти и обеспечить успех. Ленин постоянно, особенно в первые дни после переворота, «типизировал» Октябрьский переворот с Великой французской революцией как одномасштабным явлением по силе своих исторических последствий, а также с Парижской коммуной по социально-классовому содержанию. По этой типологии большевикам отводилась роль пролетарских якобинцев, требовавшая от них жестоких, диктаторских методов, к чему они были подготовлены (доктринерски и психологически) историей формирования своей партии.

В-третьих, на взгляды большевиков громадное влияние оказывали и надежды на мировую «пролетарскую» революцию, ее непосредственную близость. Поэтому Ленин и его окружение сразу же стали отдавать предпочтение не демократическим общенациональным преобразованиям, а прямым «антикапиталистическим» действиям в наиболее жестком варианте. Советы в этой связи стали рассматриваться не только как особый тип демократизма, выдвигавший авангард трудящихся и делавший из них «и законодателя, и исполнителя, и военную охрану», но и как форма реализации интересов данного авангарда в международном масштабе, ибо в их лице, по мнению лидера большевиков, теперь создавалось нечто великое, новое и небывалое в истории мировой революции.

Логика событий разворачивалась все круче для небольшевистских партий. И по мере того, как все более жесткой становилась позиция большевистского руководства, все более призрачной выглядела возможность иной альтернативы, хотя политические оппоненты большевиков проявили неоднократно демонстрируемую готовность к компромиссу. Об этом свидетельствовали проходившие почти одновременно последние партийные съезды эсеров и меньшевиков. Четвертый съезд ПСР проходил 26 ноября—5 декабря 1917 г. в зале физической аудитории Технологического института в Петрограде. С докладом о текущем моменте и тактике партии выступил В. М. Чернов. Он выделил три главных вопроса, на которых следовало сконцентрировать внимание партии: критика ошибок революционной демократии, в том числе — и ЦК ПСР; необходимость заключения мира для России; подготовка к созыву Учредительного собрания. По признанию самих делегатов, большинство съезда заняло «левоцентровую» позицию, выраженную В. М. Черновым. Заявив о недостаточно четкой тактической линии партии накануне октябрьских событий, Чернов предложил отказаться от идеи насильственной ликвидации большевистского режима, поскольку его поддерживала какая-то часть трудящихся города и деревни. В качестве главной задачи он назвал сплочение оппозиционных большевизму социалистических партий под лозунгом защиты Учредительного собрания. Именно оно, по мнению эсеровского лидера, должно было расставить политические партии «по своим местам», примирить советские и общедемократические организации трудящихся, избежать гражданской войны. В резолюции, принятой по докладу, был представлен новый вариант эсеровской модели российской демократии в виде комбинации Учредительного собрания и Советов. Последним было уделено большое внимание и в докладе о деятельности ЦК ПСР, сделанным В. М. Зензиновым. Подчеркивалось, что Советы необходимо укреплять как могучие классовые организации трудящихся. Также была определена роль партии социалистов-революционеров как конструктивной оппозиционной силы по отношению к правящему режиму. Предполагалось в ходе работы Учредительного собрания противопоставивить большевистскому методу раздачи «невыполнимых обещаний» тактику серьезного законодательного творчества.

Аналогичной была позиция другой оппозиционной партии РСДРП (объединенной). Меньшевистская пресса в первые дни пестрела воззваниями ЦК, в которых октябрьские события оценивались как удар в спину революции. Единственным гарантом стабилизации политической обстановки в стране лидеры меньшевиков называли Учредительное собрание, что, в частности, подчеркивалось в обращении ЦК РСДРП (б) к рабочим Петрограда 28 октября 1917 г. На проходившем с 30 ноября по 7 декабря 1917 г. Чрезвычайном съезде РСДРП (Объединенной) этот вопрос рассматривался как первоочередной. С докладом по текущему моменту и задачам партии в Учредительном собрании выступил Ю. О. Мартов, поддержанный левоцентристским большинством съезда. Как заметил позже один из делегатов Д. Далин, на съезде «массив партии» порвал с оборонческой традицией, что дало перевес левым силам и отразило «реальную эволюцию в партии». В известном смысле новаторской для социалистической оппозиции была мысль, высказанная Ю. О. Мартовым на съезде о том, что октябрьские события не являлись «исторической случайностью», они были «продуктом предыдущего хода общественного развития».

В резолюции по текущему моменту было признано, что победа Советской власти — меньшее зло по сравнению с попытками ее насильственного свержения даже во имя демократии; прозвучал призыв к объединению всех революционно-демократических сил в интересах создания республики Советов с Учредительным собранием во главе. В качестве первоочередных конкретных мер назывались: заключение мира, передача земли крестьянам, государственное регулирование всего производственного комплекса страны, которое меньшевики не отождествляли с рабочим контролем, рассматривая последний как специфическую форму классовой борьбы на фабриках и заводах, не способствующую преодолению разрухи. Предложенные меры должны были способствовать демократической реорганизации общественного строя и подготавливать предпосылки для осуществления со временем социалистической перспективы. В тактическом плане предлагалось призвать массы к борьбе за созыв Учредительного собрания, хотя меньшевики и предвидели свой неуспех в ходе выборов. Единственной партией, которая стала срочно менять свои лозунги по отношению к Учредительному собранию, оказалась партия левых социалистов-революционеров (ПЛСР). На своем I съезде, открывшемся 19 ноября 1917 г., П. Прошьян, В. Трутовский, Б. Кац заняли проленинские позиции в отношении к собранию. Прошьян прямо заявил: «Конечно, отдать власть Учредительному собранию, сложить свое боевое оружие мы не можем и не должны». Руководство ПЛСР дало согласие на вхождение в большевистское правительство; 9 декабря 7 представителей левых эсеров вошли в состав СНК, а затем и в состав ЧК. Это была первая и последняя коалиция в Советской России, сыгравшая важную роль в выживании большевистской власти и судьбе Учредительного собрания.

Избранное впервые в истории России путем всеобщего и равного голосования Учредительное собрание не вписывалось в механизм «диктатуры пролетариата», поскольку в силу малочисленности рабочего класса не могло обеспечить его приоритета, а тем более приоритета «пролетарской» партии, каковой считали себя большевики.

26 ноября Ленин подписал декрет «К открытию Учредительного собрания». Согласно ему, первое заседание могло состояться лишь по прибытии 400 делегатов. Стало ясно, что в назначенный срок, 28 ноября, оно не соберется. Полемика по вопросу о судьбе Учредительного собрания, теперь уже в среде большевиков, продолжалась. Большинство членов Временного бюро большевистской фракции Учредительного собрания (Л. Каменев, В. Милютин, А. Рыков и др.) выразили несогласие с ленинской позицией, полагая, что не переход власти в руки Советов, а именно созыв Учредительного собрания увенчает нормальный ход развития революции. Ленин выступил резко против и потребовал переизбрания бюро. 20 декабря Совнарком утвердил новую дату созыва: 5 января 1918г. Но первое заседание Учредительного собрания, открывшегося 5 января в 16 часов, оказалось и последним. После его открытия Свердлов от имени ВЦИК предложил принять составленную Лениным «Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа», в ультимативной форме обязывавшую Учредительное собрание поддержать все декреты и направления политики Совета Народных Комиссаров. Напрасно В. М. Чернов, избранный председателем собрания, произнес речь в социалистических и интернационалистских тонах. Ответом на нее было выступление Н. И. Бухарина, заявившего, что сейчас, когда закладывается «фундамент жизни человечества на тысячелетия», собрание разделено на два непримиримых лагеря, «у нас» — воля к диктатуре, «у них» же . все сводится к воле защищать «паршивенькую буржуазно-парламентарную республику». Большевики не собирались долго дискутировать, тем более искать какие-то компромиссы. Воспользовавшись отказом Учредительного собрания обсуждать Декларацию, они покинули Таврический дворец. Оставшиеся делегаты приняли закон о земле и постановления о мире и государственном устройстве, провозгласившие Российское государство Российской Демократической Федеративной Республикой. Под утро вооруженный караул предложил покинуть зал заседаний. Собрание было распущено.

Роспуск Учредительного собрания явился, как с горечью заметил Г. В. Плеханов за несколько месяцев до своей смерти, «новым и огромным шагом в области гибельного междоусобия...». Решение же большевиков заключить мирный договор с Германией, несправедливый и грабительский, к тому же, как полагали их последние союзники — левые эсеры, наносивший удар по мировому революционному движению, побудил последних к выступлению. Подняв мятеж 6 июля 1918 г., левые эсеры разорвали союз двух партий. Победа над бывшими союзниками привела большевиков к полной политической изоляции, и теперь для удержания власти они вынуждены были опираться исключительно на насилие и террор.

Таким образом, демократическая альтернатива, в течение восьми месяцев 1917г. успевшая трансформироваться из либерально-демократической в радикально-демократическую, не осуществилась. Слишком тяжелым наследием для новой России оказалась мировая война, а также многолетний острейший кризис системы, не преодоленный падением самодержавия, а в чем-то даже усиленный этим актом. В 1917 г. революционный процесс нарастал как следствие бурного, во многом стихийного потока, тянувшегося из 1914—1916 гг. и перехлестнувшего через февраль.

Резкое усиление радикализма, а порой и прямого озлобления масс, соединенного с пережитками традиционного общинно-уравнительного массового сознания, сделало нереальной либерально-демократическую альтернативу, связанную с формированием стабильного политического режима и гражданского общества. Либеральной демократии не удалось соединить законотворческую работу по внедрению парламентаризма с проведением эффективной внешней и особенно внутренней политики. Любая политическая сила, претендовавшая на власть, в глазах масс обязана была взвалить на себя тяжелое бремя осуществления хотя бы части вожделений населения. Осенью 1917 г. массы уже не могли убедить логически безупречные доводы специалистов-правоведов о конструктивности парламентарной демократии. Дестабилизирующую роль в эти дни играла деятельность большевиков, направленная на дискредитацию формировавшихся властных институтов ради достижения своих политических целей. К этому надо прибавить и известную амбициозность партийных лидеров, и во многом не преодоленную конфронтацию между ними, что в условиях быстрой радикализации масс превращалось в безвластие и охлократию.

И все-таки осенью 1917 г. объективно, по расстановке социально-политических сил могла быть реализована радикально-демократическая альтернатива путем создания однородного правительства из социалистических партий и избрания демократическим путем народного представительства в лице Учредительного собрания. Инициатива формирования такой системы государственного управления Россией исходила от левоцентристских групп меньшевистской и эсеровской партий; на определенном отрезке времени осенью 1917 г. ее поддержали и большевики. Однако ультрарадикальная позиция большевистского лидера Ленина и его сторонников, громадная политическая воля и уверенность в возможности осуществления своей идеологической доктрины в условиях нарастания революционно-анархической стихии обусловили в конечном итоге иной характер развития событий: большевики пустили в ход «запасной вариант» — узурпацию власти.Меньшевики и эсеры хотели стать «третьей силой», большевики хотели остаться единственной силой. Задача «третьего пути» — не как противопоставления друг другу, а как единства действий социалистических партий и групп посредством компромиссов, взаимных уступок, расширения демократии — так и осталась нерешенной.

Список литературы

Власть и оппозиция. Российский политический процесс XX столетия. М., 1995.

Галили Зива. Лидеры меньшевиков в русской революции. М., 1993.

Заславский С. Е. Российская модель партийной системы // Вестник Моск. ун-та. Сер.12. Социально-полит, исследования. 1994. № 4.

История политических партий России / Под. ред. А. И. Зевелева. М., 1994.

Керенский А. Ф. Россия на историческом повороте. Мемуары. М., 1993.

Ленин В. И. Полн. собр. соч. Т. 34, 35, 40.

Меньшевики в 1917 году. Т. 1—2. М., 1995.

Милюков П. Н. История русской революции. Т. 1. Вып. 1. Киев, 1919.

Октябрьский переворот. Революция 1917 г. глазами ее руководителей. М., 1991.

Политическая история России в партиях и лицах / Сост. В. В. Шелохаев и др. М., 1996.

Политические партии России в контексте ее истории. Ростов н/Д, 1996.

Родзянко И. Крушение империи. М., 1992.

Российская историческая политология. Курс лекций: Учебное пособие / Отв. ред. С.А.Кислицын. – Ростов/Д: «Феникс», 1998. – 608с.

Самойлова Т. Н. Сравнительный анализ многопартийной системы в современной и дореволюционной России // Вестник Моск. унта. Сер. 12. Социально-полит. исследования. 1993. № 6.

Суханов Н. Н. Записки о революции. Т. 1—3. М., 1991.

Троцкий Л. Д. К истории русской революции. М., 1990.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: