Xreferat.com » Рефераты по медицине и здоровью » Жизнь и творчество Н.И. Пирогова

Жизнь и творчество Н.И. Пирогова

что спе-циализм обманчив, вреден и для общества, и для самого обрекаемого на специализм, когда не основан на общем образовании, — кто у нас может сказать: «я лучший судья в этом деле, нежели г. Пирогов».

Сочувственные отзывы о статье Пирогова появились во всех тогдашних русских журна­лах и газетах.

Взгляд Пирогова, высказанный в этой и в других позднейших статьях на дело просве­щения, был проникнут либеральными иллю­зиями того времени.

Кружок Константина Николаевича выдвинул популярного хирурга на пост руководителя просвещения. Предлагали царю назначить Пи­рогова сперва товарищем министра, а затем министром. Но царь не любил Пирогова. Еще наследником престола, он вслед за Булгари-

ным громко называл знаменитого профессора в присутствии высшего офицерства живодё­ром. Царя раздражало нарушение Пироговым придворных правил поведения при разговоре с «высочайшими» особами. Сохранился яркий рассказ об одном из таких случаев. Сообщая М. П. Погодину о возвращении Александра II из поездки на театр войны в 1855 году, П. С. Савельев писал: «Государь встретил... Пирогова, который совершенно откровенно высказал правду о воровстве в Севастополе. Государь не верил, выходил из себя и гово­рил: «неправда, не может быть!» и возвышал голос. А Пирогов, также возвысив голос, отвечал: «правда, государь, когда я сам это видел!».

Царю твердили, что включение Пирогова в состав правительства поможет успокоению общества. Но Александр ІІ не хотел назначать его ни министром, ни товарищем министра. Ведь в таком случае пришлось бы встречать этого неприятного человека довольно часто. Наконец, император согласился назначить Пи­рогова на высшую должность по ведомству просвещения в провинции.

Общественный подъём, охвативший русскую интеллигенцию после войны, увлёк также и Пирогова. Ему казалось, что он принесёт родине больше пользы в должности админи­стратора просвещения, чем в качестве препо­давателя анатомии.

В сентябре 1856 года царь подписал имея-вой указ сенату о назначении Пирогова попе­чителем Одесского округа. При этом из правя­щих кругов распространялись в обществе слухи о скором переходе популярного профес­сора на пост министра народного просвещения.

Пирогов развил в Одессе кипучую разно­стороннюю деятельность. Он часто объезжал все губернии округа (Херсонскую, Тавриче­скую, Бессарабскую, Екатеринославскую, Об­ласть войска Донского). Останавливался в самых маленьких захолустных местечках. Из­бегал торжественных встреч. Располагался на ночлег у бедняков-учителей, ложась рядом с ними на полу и беседуя в долгие ночные часы на тему о воспитании. Во время уроков запро­сто являлся Николай Иванович в школы и гимназии, усаживался на скамьи рядом с уче­никами, присматриваясь к ходу преподавания и давая указания неопытным учителям.

Много внимания уделял Пирогов низшей школе, которая выпускала детей прямо в жизнь с чрезвычайно ограниченной подготов­кой. Он заботился об учреждении педагогиче­ской семинарии для подготовки хороших учи­телей низшей школы. Как правильно отметил один из биографов Пирогова, он распахнул двери в затхлые подвалы дореформенной школы. Туда ворвался тёплый луч солнца, вошла струя свежего воздуха, её охватил шум жизни.

Много сделал Пирогов для создания на юге либеральной прессы. Он передал состоявшую в ведении попечителя округа газету «Одесский вестник» двум либеральным профессорам ли­цея нечто среднее между гимназией и универ­ситетом). Сам поместил в ней несколько боль­ших статей на педагогические темы. Статьи перелечатывались большинством тогдашних русских журналов и газет. Их читали все учи. теля, принимали высказывания Николая Ива­новича к руководству.

Первое врёмя представитель высшей власти в крае, генерал-губернатор граф А. Г. Строга-нов, относился к деятельности Пирогова спо­койно. Но, когда попечитель передал газету профессорам, генерал-губернатор насторо­жился. Программная статья самою Пирогова не понравилась графу Строганову. Начальник учебного округа заявлял в «Одесским вест­нике», что газета должна прислушиваться к мнению публики. Пирогов писал о необходимо­сти равноправия для всего многонациональ­ного населения Новороссии: " Вспомните, что «Одесский вестник» может попасть в руки и великорусса, и малороссиянина, и молдавана, и грека, и еврея». Нельзя также потакать низ­менным вкусам толпы или проявлять нацио­нальный шовинизм: «истинный талант и истин­ное искусство привлекает, не спускаясь».

Генерал-губернатор не выдержал Он завёл с Петербургом переписку о необходимости отобрать газету из рук Пирогова и его став­ленников. Графу Строганову энергично содей­ствовали губернский предводитель дворянства и другие лица, посылавшие в министерство жалобы на «развращающее» влияние газеты.

Царь велел уволить Пирогова. Либеральным придворным кругам удалось в июле 1858 года. добиться перевода Николая Ивановича попечи­телем в Киев «Язык до Киева доведёт»,— оставил по этому поводу генерал-губернатор.

Деятельность Пирогова в Одессе имела большое значение и для развития высшего образования в Новороссии. Благодаря его на­стоятельным указаниям был учреждён в Одессе университет, остававшийся до самой Великой Октябрьской социалистической рево­люции единственным высшим учебным заведе­нием в крае.

В Киеве Пирогов продолжал свою прежнюю педагогическую деятельность. Статьями в об­щих журналах и в основанных им печатных «Циркулярах» по округу Николай Иванович, как и в Одессе, «вечевым колоколом будил спящих» (слова современника).

Много внимания уделял попечитель разви­тию в педагогах духа коллегиальности. Пред­лагал обсуждать на общих собраниях педаго­гических советов новые методы преподавания. Устраивал литературные беседы в средней школе. Содействовал открытию воскресных и вечерних школ для взрослых. Заботился о на­саждении среди учащихся любви к искусству. Защищал студентов от придирок полиции. Поощрял открытие газет и журналов для национальных меньшинств. Облегчил положе­ние подцензурной печати. Предложил мини­стерству освободить студентов-медиков от обязательного посещения лекций по богосло­вию. Ввёл в школьные программы преподава­ние основных начал гигиены. Требовал иссле­дования учащихся в психофизическом отноше­нии, указывая, что леность, рассеянность, невни­мательность зависят не от злой воли детей, а от строения их организма, от состояния здоровья школьников.

Пирогов сам заявлял впоследствии, что в должности попечителя округа он старался быть миссионером просвещения. Он «преиму­щественно заботился, — пишет один исследо­ватёль, —о соглашении школы с жизнью, о возбуждении в учащих и учащихся уважения к человеческому достоинству и истине».

В этот период своей деятельности Пирогов стремился сглаживать шероховатости меж­национальных отношений, обращался к уча­щимся избегать резкостей, не раздражать на­чальства, т. е. жандармов и генерал-губерна­тора, проявлять такт и т. п. Здесь еще больше отразился либерализм политических взглядов Пирогова.

В Киеве были написаны, или продуманы, основные труды Николая Ивановича о высшем образовании. Намеченные Пироговым пути университетской реформы были для того времени недостижимым идеалом. Только зна­чительно позднее требования и пожелания Пирогова в области высшей школы стали посте­пенно и частично проводиться в жизнь.

Просветительная деятельность Пирогова не нравилась киевскому генерал-губернатору так же, как одесскому. В первом своём всепод­даннейшем отчёте после перевода Николая Ивановича в Киёв генерал-губернатор князь И. И. Васильчиков писал, что «киевские студенты требуют особенного за собою наблюде­ния: между ними заметен дух вольнодумства и стремление заводить порядки, не чуждые патриотических замыслов; в учениках гимна­зии тоже заметны вольнодумство и легко­мыслие; к сожалению, попечителем учебного округа, в целях развития в учащихся понятия о чести и добре, примяты меры, кото­рые могут питать вредное направление моло­дёжи.

В конце 1859 года состоялось в Петербурге совещание попечителей учебных округов по вопросу о предотвращении студенческих вол­нений. Придворные либеральные круги вос­пользовались приездом Пирогова в столицу, чтобы снова выдвинуть его на руководящий пост в министерстве просвещения. Николая Ивановича уверяли, что при известных усло­виях государь согласится на это. Пирогова просили только не говорить резко в присут­ствии императора.

В семейном архиве Пирогова сохранилось два его письма к жене об этих переговорах и свидании его с царём в декабре 1859 года. «Великая княгиня уже намекала мне о това­риществе по министерству народного просве­щения, но я решительно отказал. Избавил бог теперь. Она говорит: главное, нужно получить доверие государя. Я знаю, что это — главное; да в этом-то и штука, что его или не полу­чишь, или, если и получишь, го не так, как бы нужно было. В первых числах января я отсюда уеду, что бы там ни толковали, я уж об этом объявил министру».

От поста товарища министра Пирогов отка­зался потому, что не считал возможным уча­ствовать в рядах правительства, подчинявше­гося влияниям крепостнических придворных кругов. Он не считал возможным «исказить свой образ действий для того только, чтобы утешать себя обманчивою тишиною. пассивным безмолвием и кажущимся порядком».

В следующем письме Николай Иванович сообщает: «Представлялся государю и вели­кому князю. Государь позвал ещё и Зиновьева и толковал с нами целых 3/4 часа; я ему лил чистую воду. Зиновьев начал благодарением за сделанный им выговор студентам во время его проезда через Харьков,— не стыдясь при мне сказать, что это подействовало благо­творно. Жаль, что аудиенция не длилась ещё 1/4 часа; я бы тогда успел высказать всё, — помогло ли бы, нет ли,— по крайней мере с плеч долой».

Незачем было отказываться. Всё равно царь не согласился бы назначить Пирогова товари­щем министра. Князь Васильчиков продолжал жаловаться на попечителя. Он писал царю, что по вине Пирогова киевская молодёжь совсем распущена: ученики гимназии не застёгивают мундиры на все пуговицы, учителя отпускают усы, студенты разговаривают с попечителем запросто.

Перечисляя «вредные» мероприятия попечи­теля, генерал-губернатор сообщал в Петер­бург, что Пирогов предлагает устроить учи­тельские семинарии для подготовки исключи­тельно из крестьян преподавателей сельских школ. Попечитель утверждает, что лучшим учителем крестьян может быть крестьянин, знакомый с потребностями сельчан, с их бытом и нуждами. В это дело вмешалась выс­шая церковная власть. Синод заявил, что обучение крестьян должно оставаться в руках духовенства. Только духовное лицо может при обучении «простого человека указать ему способы употребления столь опасного оружия».

Царь разделял возмущение' синода просве­тительными планами Пирогова. Он высказывал это даже за обедом своим приближённым. Один из них, Павел Муханов, сообщил в письме к брату: «Государь вовсе не одобряет проект Пирогова о всяческом облегчении до­ступа в университет, так чтобы все желаю­щие в него вступить, даже и крестьяне, не подвергались экзамену. Государь сказал, что тогда будет столько же университетов, сколько и кабаков». Для царя кабаки были важнее университетов.

Васильчиков требовал от царя, чтобы из Киева убрали Пирогова, иначе генерал-губерна­тор угрожал своей отставкой. Он писал о кра­мольности педагогических взглядов попечителя, о его попустительстве революционной про­паганде во всех учебных заведениях округа.

Друзья писали Николаю Ивановичу из Петербурга, что дело его совершенно про­играно при дворе. Ему советовали подать царю заявление о желании уйти с поста попечителя. Обещали устроить почётное положение с боль­шим окладом. Николай Иванович и сам видел, что оставить должность попечителя надо, но посылать царю заявление не хотел. «Наконец, осуществилось то, что я предчувствовал в течение пяти лет,— писал он своим придвор­ным друзьям.— Министр дал мне знать, что сильная интрига очернила меня и что он не уверен в том, что ему удастся защитить меня и мой образ действий... Мне советуют принять другое назначение и немедленно редактировать в этом смысле моё прощение об отставке, чего я, конечно, не сделаю. Зачем я стану упорствовать в моих попытках быть полезным отечеству моею службой? Разве они не убе­дили меня в том, что во мне нехватает чего-то, чем необходимо обладать, чтобы быть прият­ным и казаться полезным. Я могу сказать, положа руку на сердце, что, вступив на скольз­кий путь попечителя округа, я старался всеми силами и со всею, свойственной моей душе энергией, оправдать пред своим отече­ством высокое доверие, мне оказанное... Я не довершил ни одного проступка, которого не мог бы оправдать пред судом своей совести. Больше этого я не мог сделать».

Это было извинение перед своими придвор­ными либеральными друзьями, которые так много заботились о нем.

Придворные друзья всё-таки пытались от­стоять Пирогова. Это можно видеть из дру­гого его письма: «Я не делаю и не сделаю первого шага, потому что я считаю такой об­раз действий слабостью. Я потому буду спокойно ждать, пока со мною простятся или меня заставят проститься. Я покоряюсь судьбе и тем утешен, что имею между моими друзь­ями очень мало глупцов, а между врагами — много слабоумных».

После манифеста, 19 февраля 1861 года о так называемом освобождении крестьян Алек­сандр II стал увольнять своих либеральствую­щих министров. 15 марта 1861 года он под­писал указ об увольнении Пирогова от должности попечителя, Другого назначения Николай Иванович не получил.

К киевскому периоду педагогической дея­тельности Пирогова относится знаменитая серия статей о нем Н. А. Добролюбова. Рас­ценивая воспитательные идея гениального хирурга так же положительно, как их расце­нивал Н. Г. Чернышевский, великий критик в то же время отмечал непоследовательность Пирогова как административного деятеля. Но об этом у многих составилось неправильное представление, которое встречается иногда и теперь. В этой книге не представляется воз­можным подробно рассмотреть вопрос о столк­новении гениального критика-революционера с Пироговым. Вкратце дело обстояло так.

В одесском округе попечитель Пирогов от­менил телесные наказания учащихся, дока­зывая вред этой меры в педагогическом отношении и нецелесообразность ее в отноше­нии административном. Вместо розог он ввел товарищеские суды учащихся.

В Киеве Пирогов также пытался циркуля­рами и статьями уничтожить телесные наказания, но встретил сильное противодействие со стороны местных педагогов. Многие из них уже отказались от иллюзии медового месяца русских свобод. К тому же они учуяли, что «наверху» Пироговым недовольны. Директора гимназий говорили, что учителя не могут войти в класс, если у них будет отнято такое верное устрашающее средство, как розги. «Не важно даже, чтобы ученик был нака­зан, — говорили они, — важно, чтобы он знал, что может быть наказан».

Николай Иванович забыл, что, принимая должность попечителя, он ставил свои условия и обещал «не перерождаться», забыл, как он заявлял попечителю Медико-хирургической академии, что Считает недостойным уступать требованиям большинства, если эти требова­ния идут в разрез с его убеждениями. Неуступ­чивый и резкий в вопросах науки и личной жизни, Пирогов оказался покладистым в делах общественных и, уступая натиску реак­ционных чиновников-педагогов, утвердил пред­лагаемые ими правила о проступках и наказа­нии учеников. В этих правилах были и такие меры, как наказание розгами. Однако самые правила попечитель отредактировал так, что фактически телесные наказания в школе от­менялись. Чтобы высечь ребенка, учитель дол­жен был преодолеть столько формальных пре­пятствий, что не только терялся всякий смысл этой меры, но часто не удавалось и применить ее. Но признание знаменитым ученым самого принципа телесных наказаний вызвало возму­щение в радикальных кругах общества и на­падки на Пирогова в печати. Резче всех напал на него Н. А. Добролюбов. Вместе с тем он ясно и определенно писал, что выступает про­тив Пирогова только потому, что авторитет великого ученого и популярного попечителя, оставляющего в школьной системе розгу, хотя бы условно, узаконяет меру реакционную и вредную для дела воспитания. При всей рез­кости своих статей Добролюбов выгораживает Пирогова из круга киевских педагогов, против которых, собственно, и направлена его статья. Он подчеркивает, что Пирогов действует гласно, а большинство педагогов — сторонни­ки сечения — прячутся за него.

Статьи Добролюбова и его сатирическое стихотворение о киевских розгах вызвали Сильный шум в либеральной печати, Старав­шейся под видом защиты Пирогова облить помоями «мальчишек», позволяющих себе учить старших и перестраивать жизнь.

Пирогов напечатал в киевских «циркулярах» «Отчет о следствиях введения правил...», где заявляет, что правила «были не поняты, искажены и представлены в превратном виде». С обычной своей прямотой, не прячась за ди­ректоров и педагогов, Пирогов берет вину на себя и откровенно говорит об умеренности своих общественно-политических взглядов, о своем подчинении - существующему строю.

Проводы Николая Ивановича после уволь­нения его с поста киевского попечителя пре­вратились во всероссийский триумф популяр­ного учёного и педагога. В то же время устроенные в честь Пирогова банкеты носили характер всеобщего протеста против ясно на­метившегося в период реформ поворота прави­тельства к политике реакции.

Прощаясь с профессорами университета и учителями округа, Николай Иванович, между прочим, сказал:

Если мы верно служили идее, которая, по нашему твердому убеждению, вела нас к истине путём жизни, науки и школы, то будем надеяться, что и поток времени не унесёт её вместе с нами.

При прощании со студентами Киевского университета Пирогов говорил:

Я принадлежу к. тем счастливым людям, которые хорошо помнят свою молодость... Кто не забыл своей молодости и изучал чужую, тот не мог не различить и в её увлечениях 100

стремлений высоких и благородных, не мог не открыть и в её порывах явлений той грозной борьбы, которую суждено вести человеческому духу за дорогое ему устремление к истине и совершенству.

Вы, думаю, уверились, что для меня все студенты были равны без различия националь­ностей. Но, не различая ваших националь­ностей перед лицом науки, я никогда не мечтал о слитии вас в одно целое, избегал раздражать самолюбие и навязывать вам такие убеждения, которых у нас не могло быть, потому что гнушался притворством и двуличием...

В речи при прощании с киевским обществом Пирогов сделал ряд намёков на общеполити­ческое положение страны и на условия своей административно-педагогической деятельности.

Позднею весною, после продолжительной и суровой зимы, я буду орать и засевать мои поля, запущенные, засорённые плевелами и с закопавшейся вблизи саранчёю... Быв попечи­телем, я также орал и засевал моё поле позд­нею весною, едва оттаявшее. На нём была ещё ледяная кора. В нём была закопавшаяся саранча. Труд не был свободный...

В речи при прощании с еврейским обще­ством Пирогов говорил, что сочувствие еврей­скому народу — вовсе не заслуга его.

Это лежит в моей натуре. Я не мог дей­ствовать против себя самого. С тех пор, как я выступил на поприще гражданственности путём науки, мне всего противнее были со­словные предубеждения, и я невольно перенёс этот взгляд и на различия национальные. Эти убеждения, выработавшись целою жизнью, сделались для меня второю натурою...

Педагогические заветы гениального хирурга и анатома заключались в проповеди гуманного отношения к учащимся, в заботах о воспита­нии человека-гражданина, в стремлении на­править школу на службу высшим потребно­стям народа, в желании объединить науку, школу и жизнь, в постановке важнейших теоретических и практических вопросов воспи­тания и образования.

Среди педагогических заветов Пирогова видное место занимает его требование к молодёжи — развивать в себе волю: «Чего не достигнешь культурою воли? Принудь, заставь себя... Трудись... Не давай собою завладеть праздности». Нельзя поддаваться случайным обстоятельствам. Нужно управлять ими. Под­даваться им — «самоутешение, самообольще­ние». Это — «очень спокойно, не нужно ни напряжения, ни культуры воли, ни самовоспи­тания, ни самоосуждения... Чудесный, спокой­ный сумбур, освобождающий от всякой ответ­ственности и от всякой деятельности». Необ­ходим «труд, настойчивый и образовательный труд».

Идеи Пирогова во многом служили отправ­ным пунктом для деятельности последующих поколений педагогов и развития передовой педагогической мысли. Несколько десятилетий подряд имя прославленного попечителя служило знаменем для русских прогрессивных педагогических обществ.

Были попытки со стороны реакционных группировок выдвинуть на первый план мисти­ческий элемент в педагогических и философ­ских писаниях Пирогова. Но, как отмечал еще сам Николай Иванович в прощальной киевской речи, время обсудило и оценило его убеждения и действия. В советской педагогической лите­ратуре, критически разрабатывающей наследие лучших учителей дореволюционной России — К. Д. Ушинского, В. Я. Стоюнина и других,— отдаётся должное всему положительному в педагогической деятельности Пирогова.

Подводя итог обзору основных педагогиче­ских статей Н. И. Пирогова после увольнения его с поста попечителя Киевского учеб­ного округа, К. Д. Ушинский писал: «Если, по несчастью, педагогическая деятельность Н. И. Пирогова остановилась на том, что он уже сделал, то и тогда почтенное имя его не умрёт в истории русского просвещения».

Ушинский правильно оценил значение про­светительной деятельности гениального «цели­теля телесных язв». Советская педагогика сталинской эпохи утвердила за Пироговым звание классика русской педагогики и отме­тила, что он высоко поднимается над совре­менными ему представителями западноевро­пейской педагогики.

Получив отставку, Пирогов уехал в имение Вишня Подольской губернии, близ г. Винницы, приобретённое им незадолго до увольнения с поста попечителя Киевского округа.

Перейдя с поста попечителя учебного округа на положение собственника большого имения, Пирогов наряду с прогрессивными педагоги­ческими идеями, изложенными им в речах при прощании с киевским обществом, стал также исповедывать взгляды помещиков, стремившихся после отмены так называемого крепостного права заставить крестьян рабо­тать на них при вновь создавшихся условиях. Он желал крестьянам «добра», как все либеральные помещики, но при соблюде­нии царского «закона» и помещичьих «прав». «Либералы так же, как и крепостники, — писал В. И. Ленин в статье «Крестьянская реформа» и пролетарски-крестьянская револю­ция» — стояли на почве признания собствен­ности и власти помещиков, осуждая с негодо­ванием всякие революционные мысли об уничтожении этой собственности, о полном свержении этой власти»'.

Избранный соседями в мировые посредники, он старался защищать интересы крестьян от притеснения крепостников, но не выходя -из пределов изданных царем законов. Свое отно­шение к крестьянскому вопросу Пирогов из­ложил в «Письмах мирового посредника», на­печатанных в славянофильской газете «День». В них Николай Иванович сообщает также, как отнеслись крестьяне к «Положению» 19 фев­раля, «освободившему» их от земли.

Либеральный помещик Пирогов считал, что «вся беда»' от необразованности крестьян.

«К несчастью своему, они не умеют читать, — писал он одной своей придворной знакомой,— держат книгу закрытою у себя в кармане и не верят тому, что им в этой книге прочиты­вают:... Новое высочайше утвержденное и столь хорошо и систематически выработанное Положение лежит перед нами, а народ про* должает вполне спокойно действовать по-старому».

Однако Пирогов хорошо понимал, что по­степеновщина в деле уничтожения вековой несправедливости не годится. Иронизируя по поводу того, что в «принципе добровольных соглашений» между крестьянами и помещи­ками «полагали узреть чудеса», он указывает, что это — печальная ошибка: "К сожалению забыли, что для проведения этого прекрасного принципа взаимное доверие вполне необхо­димо. Но где найти таковое? Крепостное право разрушило его в корне... Известное учение о постепенном переходе от рабства к свободе — теоретически неопровержимо; но на практике невыгоды его столь же очевидны, как недо­статки внезапного и совершенного перехода, и именно потому, что невозможно устроить дело таким образом" чтоб все ступени пере­хода постепенно и незаметно следовали одна за другой».

Пирогов даже нащупал выход из положе­ния: «Природа же делает внезапно из неуклю­жей куклы летящую бабочку, и ни кукла, ни бабочка не жалуются на это», — писал он не­посредственно за приведенными строками.

Чего же лучше? Выход есть: поступить по­добно природе и помочь крепостному рабу в его усилиях добыть себе свободу. Но Пирогов— помещик и как помещик делает другой вывод: нужен выкуп, и молит бога, чтобы этот выкуп поскорее состоялся; «тогда крестьяне пробу­дятся от своего сна, как свободные люди и собственники; тогда от них будет зависеть, сохранить или прекратить известные отноше­ния к помещику». Пирогов в своих обще­ственно-политических взглядах не поднялся выше интересов класса помещиков, в среду которых он вошел.

В деревне Николай Иванович занимался также хирургической практикой. К нему при­ходили крестьяне села Вишня и ближайших к ней деревень, приезжали больные земле­дельцы из отдаленных мест.

Глава шестая


ВОЕННО-МЕДИЦИНСКАЯ ДОКТРИНА Н. И. ПИРОГОВА


Недолго пробыл великий хирург и анатом помещиком. Николай Иванович сидел в своей подольской деревне, доказывая читателям славянофильского «Дня» и придворным друзьям, как важно для завершения крестьян­ской реформы скорее провести выкупную операцию, а Россия не успокаивалась. К рево­люционным выступлениям рабочих и крестьян присоединились представители других слоев населения. Студенты также вышли из повино­вения: вели пропаганду в школах, устраивали собрания и сходки с революционными песнями, раздавали вредные для власти помещиков листки.

Для всех министерств нашли подходящих руководителей; не удавалось найти «хорошего» министра народного просвещения. Посадили в это ведомство адмирала Путятина: авось усмирит студентов. Неудачный моряк и плохой дипломат оказался ещё худшим министром просвещения. Снова заговорили о Пирогове: он успокоит, его студенты послушают. Либе­рально-реакционный профессор Б. Н. Чичерин, боявшийся, что даже умеренные реформы по­родят революцию, поспешил через министра иностранных дел князя А. М. Горчакова сооб­щить куда надо, что Пирогова нельзя назна­чить министром. «Хороший человек,— писал Чичерин, — но на это место не годится — фан­тазёр. Человек, который заводит журнальную полемику

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: